Дурашка в столичной академии Свободина Виктория
— Никто. Я сама.
— Ну хорошо. Хотя бы по каким книгам вы обучались?
Неужели мне попался столь редкий знаток этих медитаций? Тогда дело плохо.
— Да я у себя в академии читала одно методическое пособие. Уже не вспомню название.
Гийон смотрит на меня насмешливо, то ли уже понял, что я вру, то ли его смешит моя очевидная глупость в деле освоения медитативных практик.
— Профессор, разрешите, я пойду к себе? Мне нужно переодеться и подготовиться к рабочему дню.
— Вы еще планируете заниматься медитациями?
Ну, судя по активности дракона, возможно, практика на крыше у меня была не последняя. Кстати, надо как-то попробовать улучшить охранные заклинания на моих покоях, если уж студент так легко и незаметно их взломал, то и каким-нибудь еще злоумышленникам это может удаться.
— Я еще точно не решила. Возможно, еще попробую.
— Тогда вам нужно будет ознакомиться с соответствующей литературой и только потом повторять опыт.
— Да-да, конечно, — говорю я, с надеждой поглядывая на лестничный пролет за спиной декана.
— Идемте, я вам выдам пару учебников, — с этими словами Гийон прошел мимо меня вперед по коридору и остановился напротив одной из дверей. К слову, на этом этаже дверей всего четыре, тогда как на моем больше дюжины.
— Что? Какие учебники?
— По медитации, конечно. — Гийон открывает ключом дверь и оборачивается ко мне. — Магистр, вы идете?
— А могу я вас здесь подождать?
— Да бросьте, чего вы боитесь?
— Если кто-то увидит, что я к вам заходила или даже выходила из ваших покоев, могут пойти нежелательные слухи.
— А то, что вы стоите в этом коридоре, никаких слухов не породит? — насмешливо интересуется декан. — На этом этаже живут только мужчины. Увидят вас здесь и тоже будут задаваться вопросом, к кому это вы приходили. Но если серьезно, если вы так волнуетесь, то прежде, чем вы выйдете от меня, я лично проверю по охранному артефакту, чтобы в коридоре и на лестнице никого не было.
Мужчина зашел к себе, при это оставив дверь открытой. Видимо, мне дали возможность выбирать.
Нерешительно подошла к открытому проему и заглянула внутрь. Гийона не вижу, но теперь точно могу сказать, что живут деканы в академии очень хорошо, не то что простые магистры-преподаватели. Мне открылся вид на небольшой холл с открытой дверью в гостиную. Просторно, обстановка дорогая, при этом все со вкусом. На казенную мебель не похоже, слишком массивная, роскошная. В гостиной на полу возле дивана лежит медвежья шкура. Вообще, покои декана сразу хочется назвать этакой мужской берлогой. Все такое, даже не знаю… просто мужское.
Зашла все-таки в холл и прикрыла за собой дверь, но не до конца. Просто чтобы случайно никто не увидел, но можно было при случае быстро сбежать. Дальше холла все равно проходить не буду. Открывается соседняя с гостиной дверь, и из нее выходит профессор с обещанными учебниками. Судя по тому, что я успела заметить, Гийон вышел из своего кабинета.
— Вот, держите. — Мужчина вручил мне книги. — Пока полностью их не изучите, к медитациям даже не думайте приступать. Коридор чист, можете идти.
— Спасибо, — приняла от преподавателя две увесистые книги.
— Не за что, я должен вам за починенный артефакт.
— Да ну, что вы, там пустяки. Скажите, а вы что, сами практикуете медитации?
— Да, порой занимаюсь.
— И как, успешно?
— Вполне. Если хотите, можете зайти сегодня вечером, я вам помогу с медитацией. Устроим совместный сеанс. Под присмотром можно и без длительной подготовки, лишь начать с азов.
Гхм. Прийти вечером к декану в гости помедитировать? Мой жених вряд ли одобрит мои совместные медитации с холостым мужчиной.
— Думаю, я пока не готова к совместным сеансам. Хорошего вам дня, профессор.
Выскользнула из логова декана и буквально добежала до своих покоев, чтобы больше ни с кем не столкнуться. Повезло, обошлось.
Подготовившись к занятиям, отправилась на завтрак, где и встретила мэйстера Лэдора. Вместе с кьяром мы выбрали себе еду, и опять мужчина галантно отнес мой поднос за уже облюбованный нами столик. Вообще, Астан для меня весьма легок и приятен в общении, хотя, казалось бы, люди столь высоко положения должны быть очень горды, подчиняться всевозможным правилам этикета, вести себя… ну не знаю, не так просто. У нас в городке все хотя бы малость родовитые персоны о-очень гордые и важные.
Сцедила очередной зевок.
— Не выспались, кири?
Не успела ответить.
— Конечно, не выспалась. Всю ночь медитировать — это не шутки. — За столик садится декан, это, собственно, он и сказал, точнее сдал меня.
— Медитировать? — брови Лэдора взметнулись вверх. — Амалета, не знал, что вы и этим еще занимаетесь.
— И ладно бы дома, — опять не дал мне ответить Гийон. — Так ведь на крыше.
Взгляд Астана сделался подозрительным. Только смотрит Лэдор не на меня, а на декана.
— Профессор, а вам откуда известно, чем Амалета по ночам занимается?
— Так магистр сама все рассказала, когда я ее случайно встретил в момент возвращения с крыши в свою комнату.
— Это правда, Амалета? — принц обернулся ко мне.
— Да, — скромно ответила и, округлив глаза как можно шире, чтобы их выражение стало как можно более наивным, поспешила отомстить декану за его излишнюю разговорчивость, ведь не только он может сходу выбалтывать все что надо и не надо. — Я так благодарна профессору Гийону, он, только узнав про медитации, сразу пригласил к себе пообщаться на эту тему, выдал учебники, а вечером предлагает устроить у него совместный медитационный сеанс, где он будет в качестве наставника. Я так рада, поскольку в таких практиках совершенно неопытна.
За столом воцарилось молчание. Усиленно изображаю невинную радость, мужчины сначала дарят мне тяжелые взгляды, а потом переглядываются между собой, оценивающе так.
— Увлечение медитацией — дело хорошее, — спустя несколько секунд напряженной тишины произносит Астан и возвращает взгляд мне. Улыбка мужчины какая-то преувеличенно бодрая и полная энтузиазма. — Знаете, я тоже весьма неплохо в этом вопросе разбираюсь и готов вам помочь. Только крыша, пожалуй, предпочтительнее. Там магические эманации лучше улавливаются. Так что я всегда к вашим услугам. Хотите, здесь на любой понравившейся вам крыше, хотите, хоть на дворцовой, там гарантированно хорошо любые эманации ловятся.
— О, а я и не знала, что вокруг столько знатоков медитационных практик, — сейчас разговор меня смешит. С трудом подавляю улыбку и поддерживаю наивно-серьезный тон.
— Как видите. И знаете, в наставники лучше брать кого-то помоложе, с сильными и развитыми магическими каналами. Сами знаете, с возрастом у магов они начинают иссушаться, медитации уже не те, — ехидным тоном советует мне Астан. Судя по лицу кьяра Лэдора, он сам с трудом сдерживает смех, в глазах пляшут коварные огоньки.
— Глупости, — вмешивается в разговор Гийон. — При частых и плодотворных практиках и тренировках ничего не иссушается, а для первых медитаций опытный наставник обязателен.
И опять тишина. Мужчины переглядываются между собой, а потом вдруг как захохочут на всю столовую, привлекая к нам всеобщее внимание.
Не скажу, что полностью поняла скрытый подтекст разговора моих сотрапезников, но общий посыл уловила, а от столь заразительного мужского смеха сама невольно улыбнулась. Пусть веселятся, дурачатся и спорят, главное, что с темы о том, что я делала на крыше, мы ушли.
Отсмеявшись мужчины принялись обсуждать методы медитации, но в эти разговоры я уже не вслушивалась, уделив внимание завтраку. Правда, насторожило то, что коллеги под конец чуть ли не решили вскоре устроить на крыше совместный сеанс медитации, но зачем-то еще обсуждают, какие напитки и еду взять на будущую встречу, определились, что это должен быть выходной, и обязательно понадобится переносной компактный магический мангал.
— А зачем мангал? — не выдержав, все-таки поинтересовалась я, отвлекая мужчин от беседы.
Мэйстер и профессор обернулись, смерив меня оценивающими взглядами. Вот лучше бы не спрашивала.
— Магистр Скаэлс, — обратился ко мне принц. — А вам очень идет эта мантия. Признаться, не сразу обратил внимание. Это старинная академическая преподавательская форма?
— Да, — за меня опять ответил Гийон, что это за ужасная манера у декана? Как будто я сама говорить не могу. — Очень старинная. Это даже не последний фасон, такой был чуть ли не при основании этой академии. Где вы взяли такое старье, магистр, выкрали из музея?
— В преподавательском шкафу в своей аудитории. Мантия была довольно пыльной, видно, что ее давно никто не то что не носил, но даже не трогал.
— Но сейчас одежда выглядит как новая, — отметил Лэдор. — Даже слишком. — Вспомнила о драконьем очищающем пламени, смущенно опустила взор в тарелку и пожала плечами.
Вскоре профессор Гийон встал из-за стола и, сказав, что его ждут дела, попрощался и ушел. Как только мы с кьяром Лэдором остались наедине, тот тут же поинтересовался:
— А теперь давайте начистоту, Амалета. Что вы делали этой ночью?
Смутилась. Увы, но, оказывается, Астан только выжидал возможности поговорить наедине и ни о чем не забыл.
— Вы же слышали профессора Гийона. Медитировала.
— Да, конечно. Жаль, мне казалось, кири, вы мне стали доверять. Но дело ваше. Скажите только одно. Ваш выход как-то связан с тем, что этой ночью над городом видели дракона, и тем, что единственный пребывающий в городе дракон является вашим студентом?
У меня задрожали руки. Я оказалась близка к разоблачению и полному краху своей репутации.
— Серьезно? Дракон над городом? Неслыханно!
— В принципе, в самом этом событии ничего такого нет, ну захотел дракон размять крылья, ничего особенного. Другой вопрос, что своим звериным инстинктам за все время обучения лорд эр Рэйган поддавался довольно редко, и тут вдруг такое совпадение — ваше появление в академии, внезапная любовь к медитациям на крыше и зафиксированный спецслужбами дракон в небе.
Что мне остается? Только непонимающе-удивленно хлопать глазами. Не добившись от меня ответа, принц вздохнул и произнес:
— Я просто хочу вас предупредить. С Хартом лучше не связываться. У драконов совершенно иные принципы и нормы морали. Дракон не посмотрит на то, что вы чужая невеста. Амалета, если у вас будут проблемы, не стесняйтесь обращаться ко мне за помощью.
В этот момент я начала колебаться, но нет, промолчала. Я действительно еще не настолько хорошо знакома с Астаном, чтобы так ему доверять. Если о моей ночной встрече с Хартом станет известно в широких кругах, быть большому скандалу, это мне ни к чему, а с драконом попытаюсь справиться сама. Чешуйка у меня есть. Ну и если и это не получится, тогда рассмотрю предложение принца.
Первое занятие у меня было в этот раз у третьекурсников. Опять пришлось вести лекцию без какого-либо плана, просто рассказывая все, что знаю интересного о бестиях, но теперь аккуратно стала прощупывать аудиторию на их знание предмета, поскольку среди тех, кто мне сдал бонусное задание на определение оживляемых бестий, не справился никто. Даже наиболее близкие к правде варианты весьма слабенькие. У меня создалось впечатление, что до этого студентов бестиологии никто не обучал. Как сказал ректор, не хотят учить, и ладно, их проблемы, главное, чтобы преподаватель жив остался да аудитория цела. Опрос только подтвердил мои подозрения. Похоже, программу обучения можно будет составлять с нуля.
Еще отметила, что на мою преподавательскую мантию многие студенты мужского пола поглядывают с недовольством, но это меня только порадовало. Преподавать мне нравится, но я не люблю, когда меня и мое тело рассматривают мужчины, как правило, от этого одни только проблемы.
На вторую лекцию в полном составе заявилась группа пятикурсников во главе с драконом. На меня буквально посыпались листки с выполненным заданием по определению живых бестий. Пришлось быстро дать группе довольно сухой теоретический материал и буквально уговорить порешать по нему задачки, чтобы, пока студенты занимаются самостоятельной работой, проверить их домашние труды. Итог меня порадовал. Списки бестий у многих пятикурсников оказались куда более точными и полными. Больше всех отличились Бьерн и Рэйген. У Харта так и вовсе практически полный список, только одной бестии не хватает. С драконом вести занятие оказалось непросто, нет, он не срывал лекцию, он вел себя прилично, но дело в том, что он смотрит на меня, смотрит постоянно, именно так, как смотрит заинтересованный мужчина, и при этом Харту, кажется, совершенно не мешает моя скрывающая фигуру мантия.
— Я проверила составленные списки бестий, спасибо за ваши ответы, студенты, но ни один список не оказался верным, — объявила я в какой-то момент.
— Как так? — произнес Рэйген, даже пристав со своего места. Не верит. Точнее верит. В себя. Излишне.
— Вот так. Должна отметить, студент Харт, вы были ближе всех к правильному ответу, но одну бестию все-таки не указали в списке. А пока, группа, как я и обещала, сегодня оживим…
— Кого не хватает? — невежливо перебил меня злой Рэйген.
Не смогла отказать себе в удовольствии подразнить дракона за его ночные шалости:
— А это вы узнаете в конце курса лекций.
Стараюсь улыбаться безмятежно и без капли злорадства. Рэйген прищурился, взгляд многообещающий. Кажется, мой ответ был воспринят как вызов. Видимо, придется все-таки сказать, но продлю свою маленькую радость хотя бы до конца лекции.
Глава 11
В целом же занятие прошло неплохо, оживила самый очевидный вариант из предложенных студентами — горгулью. В академии горгулий, как я успела заметить, очень много. Это универсальный охранник, а порой и солдат, можно заслать, например, горгулью в другую страну, где для несведущих людей она станет украшением дома, но в нужный момент по приказу хозяина оживет. Горгульи сильны, не слишком умны, но исполнительны. Победить магией можно, главное знать, как. Простым оружием убить эту бестию тоже можно, но невероятно трудно. Студенты разглядывают ожившую горгулью с интересом, на самом деле, не каждый день ее можно увидеть в движении, а увидишь — добра не жди.
Все бы ничего, но всю лекцию я буквально ощущала на себе огненный взгляд дракона, возможно, это какая-то особая магия, поскольку чужих силовых линий вокруг я не заметила, однако взгляд Харта прямо-таки ощутимо меня жег, хотелось обнять себя, сжавшись в комочек, чтобы спрятаться, но, само собой, сдерживалась как могла. Хорошо хоть ветер не пустил, а мог. Дала себе зарок больше не дразнить дракона.
Когда прозвенел звонок, вздохнула с облегчением. Все-таки не так просто мне даются все эти лекции. Глядишь, через какое-то время сама запрошусь обратно под крыло к жениху. Аудитория опустела. Я с наслаждением вздохнула. Академия пахнет по-особому. Древностью, знаниями, величием. Разглядываю высокие колонны, арочные окна во всю стену, стройные ряды парт. Это все так волшебно, причем без всякой магии. Нет, не дамся. Ни жениху, ни дракону, ни слишком прозорливому принцу, и даже, если надо, медитации освою, чтобы продержаться здесь как можно дольше.
Я почти взбодрилась и настроилась на то, чтобы сходить, наконец, пообедать, но тут в аудиторию коротко постучали, и в дверь вошел Рэйген. Напряглась, поскольку охрану уже отпустила. За мной должен был зайти Астан, но что-то он не торопится.
— Я ручку забыл, — произнес Харт, запирая за собой дверь аудитории на ключ. Откуда у Рэйгена ключ?!
— Харт, выйди, пожалуйста. Сейчас сюда подойдет мейстер Лэдор, и будет…
— Мейстер пока занят и скорее всего сильно опоздает. Хочешь, я тебя до столовой провожу?
Дракон решительно и неумолимо идет в мою сторону. Паникую, никакой личной защиты от Харта не успела подготовить, а академическую он, как я уже убедилась, обходит только так.
— Нет-нет, я как-нибудь сама, спасибо, — торопливо отвечаю я, продумывая пути побега. — А что случилось у мейстера Лэдора?
— Беспокоишься о нем?
Дракон оказался рядом, обнял меня за талию и легко, словно пушинку, усадил на стол. Попыталась влепить дракону пощечину, но моя рука была остановлена.
— Пустите!
Все, это ни в какие рамки не укладывается. Хочу вызвать охрану элементалей и тянусь к браслету, который дракон тут же закрывает своей широкой ладонью.
— Кого я не назвал, м? Говори.
Харт буквально сорвал с моих плеч мантию, опустив ее вниз, а сам грубо вклинился между моих ног и прижал к себе еще крепче. Дрожу от возмущения и страха. Так со мной еще никто и никогда не смел обращаться. Еще немного, я не выдержу и попросту расплачусь. Отвернулась. Чувствую, что горячие слезы все-таки прорываются.
— Эй, перестань, на меня эти твои штучки не действуют. — Рэйген взял меня за подбородок и повернул лицо к себе. — Ты, конечно, очень милая в такие моменты, твои большие голубые глаза, наполненные слезами, безусловно трогают, но я предпочитаю смотреть в суть. Думаю, ты всю жизнь многого добивалась от окружающих благодаря внешности, да? Притом, что ты сильнее, чем может показаться на первый взгляд. Слабая молоденькая девушка не смогла бы здесь преподавать. Да, ты умна, у тебя есть воля, стержень, при этом достаточно хитра, чтобы не выпячивать свои качества, и даже при всех твоих более чем очевидных поступках, говорящих об этих твоих качествах, ты продолжаешь околдовывать окружающих. А внешность — это так, словно маскировка у дракона. Было смешно после первого твоего учебного дня слышать от одногруппников их снисходительные утверждения о том, что ты «неплоха», при том, что ты была великолепна, но признать этого вслух никто так и не смог.
— Если бы все было так, как вы говорите, я должна была бы быть счастлива, ведь мне же так легко удается всего добиваться, что совершенно не так.
Крепко зажмуриваюсь. Сама на себя злюсь из-за своей слабости, но слезы самые что ни на есть искренние, что бы там об этом дракон ни думал.
— А что тебе не удается, дочь… кого? Лавочника, если не ошибаюсь. Я успел кое-что узнать о тебе. При не самом высоком социальном положении, твоя семья очень неплохо живет, в родном городе вас принимают как знатных господ в любом состоятельном доме. Мэр города всячески помогает твоему отцу с заказами и налогами. У тебя лучший и самый завидный жених в этом городе, из которого до момента побега ты могла веревки вить. Другой вопрос, что, возможно, тебе всего этого было недостаточно, захотелось большего. Разве я не прав?
Мне все равно, что там обо мне думает дракон. Я вообще заметила, что почти каждый, с кем я знакома, прямо-таки спешит дать мне свою оценку, но правда в том, что мне это совершенно не нужно и не интересно.
— Если вы сейчас не отойдете, я буду вынуждена сообщить о вашем поведении, не взирая ни на что.
— Кому, интересно? И как это на меня должно повлиять?
— Я сообщу ректору. Вы обучаетесь здесь, а значит должны придерживаться определенных правил.
— Видишь ли, ректор мне не указ, я единственный студент расы драконов. Скажем так, мной дорожат больше, чем младшим преподавателем, которая и так не факт, что надолго тут задержится. Кого в случае конфликта удалят из академии?
— Мне оказывает протекцию мейстер Лэдор, ему я также обо всем сообщу.
— Да-да. Он поможет. Сделает мне очень строгое внушение. И то весьма осторожно, ведь, опять же, портить отношения с драконьим народом ради дочери лавочника — папа точно не одобрит.
— А вы сами кто, что за вас так стоит этот драконий народ? — поинтересовалась я зло.
Судя по взгляду дракона, он резко засомневался в моих умственных способностях.
— Я лорд, Лета.
— Я не знаю вашей иерархии.
Рэйген вдруг ощутимо расслабился и усмехнулся.
— Это не так важно, кто я. Важно то, что тебе никто не поможет.
Дракон потянулся к моим губам, медленно, неуклонно, явно наслаждаясь моим возмущением вперемешку со страхом. Паникую, но не настолько, чтобы окончательно потерять голову, быстро произношу слова заклинания. Дракон насторожился, но все равно не успел вовремя сориентироваться.
Харт возмущенно взревел и тут же меня отпустил. Я не медлила ни одной секунды — метнулась к выходу, своим ключом открыла дверь и застыла на пороге, готовая в любой момент бежать дальше. Но не обернуться не могла. Наблюдаю уморительную картину: Рэйген, вертясь волчком, пытается отцепить от себя впившуюся в его зад ящерицу размером с домашнюю кошку. Вот на руках дракона вдруг отрастают длинные когти, да, магией от это бестии не отбиться — экранирует любую.
— Но-но, студент Харт! — крикнула я. — Не смейте портить музейный экспонат! Это очень редкая бестия и ваш дальний родственник! Дримеозаврус. Вы интересовались, кого же упустили в списке, так вот она, ваша недостающая бестия. Видите ли, в спящем состоянии она невидима, как и соник, может впадать в спячку на долгие годы, яд ее зубов парализует. Думаю, даже драконов, — последнюю фразу произнесла с удовлетворением, поскольку заметила, что движения Харта замедляются. На самом деле, парализовать должно было мгновенно, но и так, в замедленном варианте, тоже неплохо. Рэйген, явно борясь уже с собой, а не с ящером, опустился на колени. — В общем, я пойду, а вы тут подумайте над своим поведением. Лорды ли, лавочники ли, все мы живем в одном мире, все для чего-то нужны, и главное — относиться друг к другу порядочно, я считаю. А самое главное — понимать слово нет.
Рэйген гневно рыкнул, попытался встать, даже почти удачно, и меня сдуло из аудитории, думаю, лекций с Харта на сегодняшний день достаточно. Закрыла дракона в аудитории. У меня следующей пары нет, так что у Рэйгена много времени на раздумья, а потом, если сам не сможет выбраться, попрошу охрану перед лекцией «проверить помещение» и изъять обездвиженное тело без свидетелей до начала лекции, а то если будут свидетели среди студентов, Харт мне этого точно не простит, будет кровная обида.
Правда, ожившую бестию в кабинете страшно одну оставлять, действительно дорогая и редкая, но что поделать, надеюсь, обойдется, в любом случае, оно того стоило. Хорошо, что ящерка безобидная, напала на Харта только потому что после резкого пробуждения тоже воспринимает меня как маму, тут же кинулась защищать. Рэйген, как и другие студенты, не указал бестию в списке просто потому, что не увидел ее, хотя сама по себе стойка с названием экспоната есть. Думаю, она еще с тех времен, когда выставочные бестии были без магической охраны, и их можно было потрогать. На ощупь Дримеозаврус должен быть очень теплым, даже горячим. В древности этих ящеров часто использовали для обогрева помещений.
В столовую иду в приподнятом настроении. Да, уверена, Рэйген за такое будет страшно мстить, но как же приятно, что не дала себя в обиду. Без чьей-либо помощи, сама справилась! У меня до сих пор ноги как вата после случившегося и немного потряхивает. Сейчас быстренько поем, и надо бежать к себе разбираться с защитой против драконов.
Войдя в столовую, не обнаружила там ни Астана, ни профессора Гийона. Начала волноваться, подозревая, что Харт устроил какое-то крупное происшествие. Подойдя к раздаче, выбираю себе обед, с каким-то особым удовольствием упиваясь тем, что я, наконец, одна. Да что там, я просто-таки наслаждаюсь своей самостоятельностью, пусть это и всего лишь процесс выбора еды и столика.
Правда, наслаждалась я недолго. Стоило мне поднять тяжелый поднос, на который я из-за стресса набрала несколько лишних блюд, которые наверняка не съем, но обязательно попробую, как ко мне подошли.
— Здравствуйте, магистр Скаэлс, — вежливо поздоровалась со мной пожилая женщина. Она и еще одна кирин неопределенного среднего возраста перегородили мне проход.
— Здравствуйте…
— Я мейстер Хилдвит, а это моя коллега мейстер Браниуг, — представила, как я теперь понимаю, преподаватель, поочередно себя и свою спутницу.
— Здравствуйте.
— Нас в нашем дружном академическом женском коллективе не так много. И, само собой, нам захотелось с вами пообщаться, магистр. Не разделите с нами обед?
— Да, конечно, буду рада.
Они провели меня за длинный стол, за котором действительно сидят только женщины. Я насчитала шесть, помимо моих спутниц. Насторожилась. Не то чтобы опасаюсь чего-то, но понимаю, что эти коллеги вряд ли станут мне подругами, ведь никого из них я не увидела в рядах поддержки перед первой моей самой сложной лекцией. Но, я так понимаю, это некий клуб, в который мне лучше вступить во избежание будущих проблем.
Мне поочередно представили всех сидящих за столом. Как ни печально, но среди всех женщин мейстеров только две, это те, кто ко мне подошел, остальные магистры, и это несмотря на почтенный возраст. Плохо у академии с карьерным ростом среди женщин. О том, чтобы возглавить кафедру, наверняка можно и не мечтать.
Беседа началась довольно мило, преподаватели рассказали много интересного об особенностях академии, так сказать, на женский взгляд, обсудили самых ярких мужчин-преподавателей. Я так поняла, у всех в грезах лидирует ректор — по возрасту подходит, хороший статус, положение, авторитет, сильный маг. Но потом беседа перетекла в нежелательное мне русло, стали осторожно расспрашивать о моих отношениях с принцем. Кажется, меня спасло то, что к нам присоединялся профессор Гийон, который холост и хорош собой, ну и ближе мне по социальному уровню, это сбило преподавательниц с толку, и они не до конца определились, с кем меня «поженить». Увожу тему разговора в другое русло, и неожиданно речь заходит об одежде и моде. Коллеги увлеченно обсуждают современные тенденции, что меня немного удивляет, поскольку у женщин фасоны платьев и прически ну совершенно не модные, под каким ракурсом ни смотри, да и сам стиль… но я молчу, считая, что это не мое дело. Зато сама я вдруг подверглась критике.
— А что за ужасная мантия на вас, магистр Скаэлс? — поинтересовалась у меня мейстер Браниуг и демонстративно скривилась. — Она ужасна. Бесформенный мешок, такое уже давно не носят. Этой мантии место в музее.
Все остальные кирин важно согласно закивали. Я пожала плечами.
— Мне нравится, удобно, да и знакомые мужчины-преподаватели сказали, что мне идет.
— Ох, ну кого вы слушаете, они вам все что угодно скажут, лишь бы заслужить благосклонность юной преподавательницы. Все просто будут думать, что под мантией вы скрываете какие-то недостатки фигуры или плохую одежду, — ласково ответила мне мейстер Хилдвит. Я так поняла, эта женщина тут позиционирует себя как старшую и наиболее авторитетную. И тут же неожиданно жестко и в приказном тоне мейстер добавила: — Снимайте. Иначе станете посмешищем.
Опять-таки, пожала плечами и сняла мантию. У меня сейчас нет настроения настраивать против себя весь женский коллектив академии. С драконом надо сначала разобраться. Как только распрощаюсь с преподавательницами, все равно надену обратно. Женщины замерли, рассматривая мое нежно-розовое приталенное платье с воздушным кружевным подолом, и как-то скисли.
— Знаете, а в мантии лучше, — вдруг сказала Браниуг.
— Да-да, необычно, оригинально, и цвет вам очень идет, — подтвердила одна из магистров.
В третий раз пожала плечами, надела мантию и, встав из-за стола, попрощалась с преподавательницами. Нет, мне с этими женщинами не по пути. Конечно, видимость хороших отношений поддерживать придется, но лучше я и дальше буду сидеть в компании ворчливого профессора Гийона и излишне прозорливого мейстера Лэдора, с ними интереснее и как-то даже спокойнее.
Выйдя из столовой чуть ли не бегом отправилась к себе. Сначала, конечно, была эйфория из-за победы над драконом, но что-то теперь мне становится все страшнее и страшнее, чувствую, месть уязвленного ящера будет жестокой.
Гораздо позже, когда я попросила у охраны проверить аудиторию, выяснила, что дракона там уже нет, а после тщательной проверки уже мною самой, обнаружила, что и бестия, которую я фактически спустила на Харта, там тоже отсутствует. Остается только надеяться, что Рэйген не убил дримеозавруса, в народе зовущегося саламандрой. Иначе я попросту не расплачусь с академией. Хотя… это ведь уже будут проблемы моего жениха, а у него денег более чем достаточно, хватит не на одну древнюю саламандру.
Следующее занятие у меня оказалось в группе полевого эльфа. Кирстан Этальби вошел и, избегая моего взгляда, сел на выбранное место, которое оказалось в первом ряду. Со звонком к моему столу потянулись студенты со списками бестий. Оказалось, что у всех списки практически полные, за исключением саламандры, тут уже идет вразнобой, каждый предлагает свое. Я так полагаю, все списали у пятого курса, взаимовыручка в действии.
Проверив все списки, наконец получила первый правильный результат.
— Студент Этальби, поздравляю, ваш список бестий абсолютно верный, вы освобождаетесь от экзамена и можете не приходить на лекции.
Эльф оскорбленно фыркнул. Что такое?
— Вас что-то не устраивает, студент?
— Нет, магистр, я рад, что правильно ответил, но мне хотелось бы и дальше посещать ваши лекции, они очень-очень интересные. И вы… интересная.
По залу прошелся шепоток с веселым фырканьем и насмешками. Чувствую, как по моим щекам разливается румянец. Чтобы замять щекотливую ситуацию, продолжила лекцию, но все равно за все время занятия не переставала чувствовать на себе взгляд эльфа, но стоило мне посмотреть на него прямо, он словно вовсе и не смотрел на меня, такая быстрая реакция, ни разу не поймала, при этом, будь на месте Этальби дракон, наверняка бы тот взгляда отводить или прятать не стал, скорее наоборот, отвечал бы прямо и с вызовом. Собственно, поэтому на лекциях я на Харта стараюсь лишний раз не смотреть.
Сразу по окончании лекции вместе с охраной в аудиторию зашел Астан и эдак привычно, чуть ли не по-хозяйски прошел к моему столу.
— Амалета, собирайтесь скорее, мы просто обязаны сегодня прогуляться, погода чудесная.
— Я сегодня не планировала выходить в город.
— Да бросьте, пропылиться в стенах академии вы всегда успеете.
— Ну ладно, идемте, — согласилась с мужчиной. В конце концов, у меня ведь сейчас своеобразные каникулы перед замужеством, а с Астаном в городе я чувствую себя в полнейшей безопасности.
Выходящие из аудитории студенты почему-то смотрели на преподавателя кто злобным, а кто завистливым взглядом.
— Знаете, глядя на студентов, я прямо сам себе завидовать начал, — с усмешкой произнес Лэдор.
— Почему?
— Вы им нравитесь. Знаете, чем? Вы как вызов. Молодая, красивая, умная, с магическим талантом, при этом не студентка, кажетесь такой близкой, но при этом недоступны, академическая охрана следит за вами, словно за сокровищем. К сожалению, я еще не был на ваших занятиях, но уверен — когда вы преподаете, по-настоящему светитесь. Думаю, студенты мужского пола уже тайно мечтают о вас перед сном.
Смутилась, потупив взгляд в стол.
Глава 12
Прогулка вышла чудесной, на этот раз кьяр, уже зная о моих интересах, повел меня в музей артефактов, где я лично для себя узнала много всего интересного и нового, позже мы сходили в кафе, где я все-таки соблазнилась мороженым, но хотела заплатить сама, другой вопрос, что этого мне никто не дал сделать.
После ароматного чая и большой порции мороженого с кусочками фруктов, я поняла, что ужин можно смело пропускать и возвращаться к себе, чтобы, наконец, подготовить учебную программу. Единственное только, когда кьяр Астан расплачивался за мороженое, я прямо-таки отчетливо ощущала на себе чей-то недовольный взгляд, но, оглянувшись, не нашла обладателя этого взгляда.
Возможно, я слишком расслабилась, пригревшись на мягком вечернем солнышке. А может быть, мой смех звучал слишком беззаботно, когда я шла обратно в академию со своим более чем приятным спутником. Тем не менее, неприятности в ответ не заставили себя долго ждать и встретили меня у ворот академии, где я буквально нос к носу столкнулась со своим женихом.
Остановилась. Внутри все заледенело. Одно дело, если бы я была одна, и то приятного мало, а тут под ручку с другим мужчиной, да еще и без пристойного сопровождения из охраны и нянюшек. В глазах Меларда плещется ледяная ярость, но он явно сдерживается. Я не знаю, куда девать себя от смущения. Казалось бы, ну что такого, дружеская прогулка с преподавателем, но правда в том, что кьяр Лэдор мне симпатичен как мужчина, возможно, даже больше, чем жених, так что не все так невинно, как мне бы того хотелось, а потому некую вину я все-таки ощущаю. Но при этом отлично знаю, что между мной и принцем Лэдором ничего нет и не будет — слишком разные социальные уровни, к тому же у меня есть обязательства.
— Так ты, значит, небо мое, тут преподаешь? — процедил сквозь зубы жених.
Хочется куда-нибудь спрятаться от гнева Меларда, и укрытие появляется почти мгновенно. Астан вышел вперед, закрывая меня собой.
— Магистр Скаэлс отличный преподаватель, и она не обязана сидеть взаперти, или в обычной прогулке вы усматриваете нечто преступное?
Мимо нашей компании толпами проходят ко входу в академию студенты, меня и магистра Лэдора наверняка многие знают, что только ухудшает ситуацию, кто-то уже остановился в стороне и следит за разговором.
— В отношениях со своей невестой и в том, что ей позволительно, а что нет, я разберусь сам, — прохладно отвечает Боргвен. Зная моего жениха, то, что он еще не кинулся на моего спутника с кулаками, означает, что либо после прошлой стычки Мелард Астана опасается, либо уже знает, кем является мой спутник. За нападение на особу королевской крови можно получить серьезное наказание, вплоть до казни.
— Знаете, кьяр, невеста — это не ваша собственность, и даже жена, как бы вам этого ни хотелось, в вещь, украшающую гостиную, не превратится.
— Конечно, нет. Амалета, будь добра, на пару слов.
Нехотя выхожу из-за широкой спины принца и, пряча наверняка затравленный взгляд, иду к Меларду. Как бы ни был надежен Астан и как бы безопасно рядом с ним ни было, а от жениха меня никто не спасет. Ну и, наверное, нам с Боргвеном все же стоит поговорить. Астан меня не удерживает, поскольку, очевидно, тоже понимает, что защищать меня не от кого, это мой жених, который уж точно имеет право общаться с собственной невестой.
— Идем, — в приказном порядке произносит Мелард, беря меня под руку, и уводит в сторону от академии, к счастью, не очень далеко, мы зашли в первый же дорогой столичный ресторан, повстречавшейся нам на пути. В ресторане жених выбрал закрытую приватную кабинку и сам сделал для себя и меня заказ. Все настолько знакомо, будто я и вовсе не уезжала из родного города.
Мелард не разговаривал со мной до тех пор, пока не принесли еду. Без энтузиазма вожу ложкой в тарелке с пресным диетическим супом, очень модным нынче у знати. Ну и, как говорят, вкусным, но, как по мне, все равно пресным. А меня еще поджидает целая тарелка овощного салата, большая часть которого состоит из кислых листьев какой-то очень полезной и редкой капусты.
— Ешь, Амалета, тебе нужно хорошо и правильно питаться. Даже боюсь представить, чем вас там кормят в академии.
— Мелард, по поводу моей прогулки…
— Да-да, я знаю, что с твоей стороны в этом ничего такого нет. Ты слишком невинна и наивна, а другие просто пользуются этим. Скажем так, тебе я верю, хоть и вспылил, когда увидел тебя рядом с его высочеством. Вот ему не верю совершенно и требую прекратить личные встречи и прогулки с принцем.
— Хорошо.
— Далее. Безусловно, я очень недоволен тобой и твоим поступком, но в чем-то понимаю. Ты еще молода, это как раз время для необдуманных действий, глупостей и протеста. Тебе ведь хочется самостоятельности, так?
Автоматически кивнула, особо не слушая, все мое внимание приковал принесенный моему жениху исходящий паром стейк из ягненка под белым лэдорским острым соусом и гарниром из запеченного картофеля и овощей на магическом гриле. Я-то теперь знаю, как это вкусно, и хоть съела недавно большую порцию мороженого, поняла, что очень голодна и очень хочу мяса, а не травяной суп и салат. Вот почему Меларду не надо соблюдать диету, а мне обязательно?
— Далее, небо мое. Я вижу, что ты упрямишься, не желая возвращаться, но что ты вообще обо всем этом думаешь? Ты ведь понимаешь, что вечно укрываться за стенами академии ты не сможешь, а то, что мы отложим свадьбу, вызовет в обществе насмешки и пересуды.
— Мелерд, я не собираюсь откладывать свадьбу. Я хотела здесь немного поработать, набраться опыта, попробовать себя, но к свадьбе обязательно бы вернулась, если ты, конечно, сам не разорвал бы помолвку, во мне разочаровавшись.
Жених мне улыбнулся.
— Ну что ты, Амалета, в тебе я никогда не разочаруюсь, ты моя любовь, мое небо и воздух. Иди ко мне.
Все внутри неприятно сжалось. Опять целоваться? Послушно пересела к жениху, оставив при себе тяжкий вздох и при этом тщательно контролируя эмоции. В протестах нет смысла, да и хорошо, что все обошлось без скандала.
Мелард нежно поцеловал один раз, второй, третий. Я забеспокоилась. В прошлый раз мы обошлись всего одним поцелуем и не таким долгим, а тут жених все целует и целует, не думая останавливаться, и все больше распаляется. Терплю, понимая, что это Боргвен после долгой разлуки так себя ведет, но беспокоюсь, мы в закрытом кабинете ресторана, свидетелей нет, спасители-официанты не торопятся появляться. Меня же уже слегка мутит. Все-таки целоваться я не люблю, Мелард уже чуть ли не все лицо мне облизал. Почему при поцелуях выделяется столько слюны? И губы болят, поскольку жених в порыве страсти нет-нет, да прикусит то верхнюю, то нижнюю губу.
В удачный момент секундной передышки быстро произнесла:
— Мне нужно в дамскую комнату!
— Да, конечно, небо мое, иди, — довольно ответил жених.
Выходила степенно, но стоило мне закрыть дверь кабинета, чуть ли не бегом отправилась умываться. Тянула время как могла, но все же пришлось вернуться. К этому моменту Мелард уже доел, к счастью, свой бифштекс, а то уж очень он меня смущал.
— Мелард, я прошу прощения, но мне уже нужно возвращаться в академию. Дела…
— Да, конечно, я понимаю. Но присядь на минутку, мне есть еще что сказать.
Исполнила требуемое.
— Амалета, насколько я уже знаю, после занятий у тебя есть свободное время. Этот месяц я пробуду в столице и хочу, нет, даже требую, чтобы ты проводила это время со мной.
Согласно кивнула, но энтузиазма во мне требование жениха не вызвало. Еще меньше свободы.
— Я надеюсь, месяца тебе хватит, чтобы наиграться в преподавателя, и вскоре мы вместе вернемся домой.
Благоразумно промолчала.
— Ну и, надеюсь, ты будешь вести себя благоразумно, иначе твою семью, согласно контракту, ждет большая неустойка. Думаю, ты понимаешь, о чем я говорю?
Понимаю и помню. Категорический запрет на интимные отношения с другими мужчинами. Вновь подавила тяжелый вздох. Мне интимные отношения с другими мужчинами вовсе не нужны, мне и целоваться-то совершенно не нравится, но этот брачный контракт так морально на меня давит.
Иногда хочется быть как сестры. Что старшей, что младшей вполне нравятся мужские поцелуи. Ну, так они говорят. Младшая, пока не имея никаких обязательств, успела поцеловаться аж с тремя своими кавалерами и с восторгом, взахлеб рассказывала мне, как же это здорово. Может, я какая-то неправильная? Поцелуи не нравятся, зато, вот, учиться люблю, что тоже довольно нестандартно для девиц моего возраста.
Мелард проводил меня до ворот академии и, вполне довольный жизнью, в приподнятом настроении ушел, он словно забрал себе все мое хорошее настроение. Иду в просто-таки убитом состоянии, то и дело втягивая в рот прокушенную Мелардом нижнюю губу, чтобы слизнуть кровь. Я уже активировала заживляющее заклинание, скоро должно пройти. Иду в столовую, в надежде, что она еще не закрылась. Есть хочу сильно, и такое ощущение, что мне попросту нужно что-то приятное, дабы поправить настроение, так что уже грежу, как наемся чем-нибудь вкусным и совершенно не полезным.
Повезло, что столовая открыта, но везение закончилось, когда я заметила сидящего за облюбованным столиком Астана. Пришлось пройти мимо принца так, словно его не заметила, и, набрав еды, я целенаправленно двинулась в другой отсек зала, где, как я знаю, сидят знакомые мне преподавательницы. Успела сделать всего пару шагов.
— Амалета, вы куда? Давайте помогу.
Лэдор, не ожидая моего позволения, забрал поднос и двинулся к своему столику. Мне ничего больше не остается.
Читать бесплатно другие книги:
