Лунные хроники. Белоснежка Мейер Марисса
Глава 74
Зима не помнила, как Ясин помог ей подняться и поднес к губам пузырек с лекарством. Проглотить безвкусную жидкость оказалось непросто, но принцесса сжала руку гвардейца и заставила мышцы гортани работать. Мир пах химикалиями, кожа на ощупь была масляной и липкой, а лежала Зима почему-то на ложе из липкого геля.
Что происходит? Где она? В памяти всплыли реголитовые шахты, солдаты-волки, придворные маги и Скарлет. Потом – люди и деревья. А потом – сгорбленная старушка и коробка конфет.
– Принцесса, как вы себя чувствуете?
Зима прижалась к руке Ясина.
– Я хочу есть.
– Понял. Сейчас что-нибудь найдем…
Странно было видеть его таким заботливым… Обычно ей стоило больших трудов догадаться, что он чувствует. Невозмутимый Ясин с непроницаемым лицом – к такому она привыкла.
– Что там, доктор? – спросил Ясин у кого-то.
Зима обернулась и увидела пожилого мужчину в маске с портскрином в руках.
– Жизненные показатели приближаются к норме, но пока рано говорить, в чем причина. Может быть, дело в лекарстве, а может, это просто эффект от пробуждения.
Окружающая действительность постепенно складывалась в цельную картину. Зима поняла, что они находятся на улице, а вокруг толпятся люди и смотрят на нее с любопытством, надеждой и искренней тревогой. Она повернула голову, и прядь мокрых волос упала ей на лицо. Она увидела Скарлет в окружении волков, которые их чуть не съели. И свою двоюродную сестру с блестящей металлической рукой.
– Здравствуйте, друзья, – прошептала она, ни к кому конкретно не обращаясь.
Первой улыбнулась Скарлет:
– С возвращением, чокнутая.
– Как скоро мы поймем, что лекарство работает? – снова спросил Ясин.
Доктор провел портскрином над рукой Зимы. Принцесса внимательно следила за тем, как он сканирует сыпь и волдыри.
– Думаю, ждать осталось недолго, – послышался ответ.
Зима облизала пересохшие губы и заслонилась рукой от искусственного света. Скоро он сменится естественным – ночная тьма на горизонте уже рассеивалась. Приближался восход.
Сыпь густо покрывала кожу принцессы, пятна наслаивались друг на друга, а волдыри готовы были лопнуть. Зрелище было жутковатое. И если бы легкие Зимы уже заработали в полную силу, она бы с удовольствием посмеялась. Ведь впервые в жизни никто не мог назвать ее прекрасной.
Внимание принцессы привлекло большое, диаметром с большой палец, пятно на запястье. Оно пошевелилось. Зима смотрела на пятно, не отрываясь, а оно выпустило маленькие ножки и начало карабкаться вверх по руке, как паук, переползая через собратьев в стремлении добраться до чистой кожи на внутренней стороне локтя.
– Зима!
Принцесса отвлеклась от созерцания странного пятна. Скарлет стояла у подножия камеры, положив руки на пояс. Она тоже щеголяла темными пятнами, которые на ее светлой коже казались почти черными.
– Доктор тебе задал вопрос.
– Не кричи на нее, – огрызнулся Ясин.
– Хватит с ней сюсюкаться! – рявкнула в ответ Скарлет.
Зима быстро посмотрела на запястье, убедилась, что беспокойное пятно вернулось на место, и подняла глаза на доктора.
– Прошу прощения, ваше высочество. Могу я взять у вас анализ крови?
Зима кивнула; она с любопытством наблюдала, как доктор воткнул иглу ей в руку. Значит, пока она спала, завод по производству тромбоцитов работал исправно.
Доктор сунул образец в специальный разъем своего портскрина.
– О, и выпейте это, – сказал он, рассеянно махнув рукой на бумажный стаканчик с оранжевой жидкостью. – Горло болеть перестанет.
Ясин потянулся было подержать для нее стакан, но Зима сама взяла его.
– Ко мне возвращаются силы, – прошептала она. Но Ясина ее слова явно не убедили.
– Да. Отлично! – воскликнул доктор. – Патогенные бактерии нейтрализованы. Ваша иммунная система великолепно справляется с работой. – Он широко улыбнулся под маской. – Думаю, лекарство действует. Через час или два вам станет гораздо лучше, но чтобы окончательно прийти в себя, потребуется пара дней.
– О, не беспокойтесь, – слабо ответила Зима, – я привыкла быть не в себе. Я теперь навсегда останусь леопардом? – спросила она, поднимая пятнистую руку.
– Со временем сыпь побледнеет.
– А шрамы останутся?
– Не знаю, – признался доктор.
– Не расстраивайся, Зима, – поспешила утешить ее Скарлет. – Главное, что ты жива.
– А я и не расстраиваюсь. – Принцесса коснулась пальцем выпуклостей на своей коже. Как странно. Как непривычно. И несовершенно. Что ж, к несовершенству она привыкнет.
Рядом с Ясином появилась Зола.
– Что ж, значит, лекарство работает, – заключила она. – Так, мне нужны два добровольца, чтобы наладить раздачу вакцины. Все, кто обнаружил у себя симптомы, встаньте в очередь. Люди с посиневшими пальцами, проходите в начало! Не толпитесь, лекарства хватит на всех. И помогайте тем, кто не может идти сам. Приступим!
Зола хлопнула в ладоши, и люди, толпившиеся вокруг, зашевелились.
Ясин вытер гель со лба Зимы; взгляд у него был рассеянный, словно он сам не знал, что делает. Принцесса в ответ легонько дернула его за волосы.
– Ты настоящий?
Он едва заметно улыбнулся.
– А вы как думаете?
– Не знаю, – покачала головой Зима. – Селена уже свергла королеву?
– Пока нет. Коронация состоится сегодня на рассвете. Но… – Ясин запнулся. – Дело движется.
Зима покусала губу, пытаясь скрыть разочарование. Значит, еще ничего не кончено. Они еще не победили.
– Где принцесса может смыть с себя эту гадость? – спросил тем временем Ясин.
– В больнице есть две душевые в конце коридора, – ответил доктор.
Гвардеец подхватил Зиму на руки и понес в клинику. Принцесса ткнулась головой ему в подбородок, не обращая внимания на то, что пачкает Ясина липким гелем. Хорошо было просто побыть вдвоем, пусть и недолго.
В душевой обнаружился унитаз, большая раковина для хозяйственных нужд и небольшая ванна. Ясин остановился на пороге, окидывая все это «богатство» невеселым взглядом.
– У тебя вот тут синяк. – Принцесса погладила щеку гвардейца. – Подрался с кем-то?
– С Торном. – Уголки его губ дернулись, как будто он собирался улыбнуться. – Но я, кажется, это заслужил.
– С синяками ты такой суровый. Никто и не заподозрит, что у тебя нежная душа.
Ясин фыркнул и встретился глазами с принцессой. Зима вдруг почувствовала, как бьется его сердце, но не поняла, действительно ли оно забилось сильнее. Ей вдруг стало неловко.
Когда они с Ясином виделись в последний раз, она поцеловала его. И призналась в любви.
Ее щеки вспыхнули; она отвела взгляд.
– Посади меня в ванну, не бойся. Помыться я и сама смогу.
Ясин нехотя опустил ее на бортик металлической ванной и начал крутить ручки. Из крана полилась вода с отчетливым серным запахом. Дождавшись нужной температуры, Ясин отыскал под раковиной бутылку жидкого мыла и сел на расстоянии вытянутой руки от Зимы.
Принцесса запустила пальцы в волосы и набрала полную ладонь геля.
– Когда ты смотришь на меня, то не замечаешь болезни, – сказала она.
Ясин сунул руку в воду и подкрутил кран. Затем помог Зиме перешагнуть через бортик.
– Разве я когда-нибудь замечал, что ты больна?
Она знала, что он говорит о лунном безумии, а не о чуме. Болезнь из ее головы оставляла другие шрамы.
Шрамы, шрамы. Скоро у нее их будет много. И, наверное, неправильно ими гордиться.
– Ну как? – спросил Ясин, и Зима не сразу сообразила, что он говорит о воде.
Принцесса заглянула в щербатую, потемневшую от времени ванну.
– Я что, буду мыться в одежде? – спросила она.
– Именно. Я тебя одну не оставлю.
– Потому что не вынесешь разлуки со мной? – Зима шутливо захлопала ресницами, желая поддразнить гвардейца, но быстро поняла, что он имел в виду. – А. Ты боишься, что у меня начнутся галлюцинации, и я утону.
– Может быть, и то, и другое, – спокойно ответил Ясин. – Ну, залезай.
Зима обхватила его руками за шею, и гвардеец аккуратно опустил ее в едва теплую ванну. Воспаленную кожу защипало, на поверхности воды появилась масляная пленка.
– Я возьму полотен…
Ясин замолчал, так как Зима по-прежнему обнимала его за шею. Он сидел на коленях возле ванной, опустив руки в воду.
– Прости, что я больше не такая красивая, – прошептала принцесса.
Ясин удивленно поднял бровь; улыбка снова тронула его губы.
– Я серьезно! – сказала Зима, чувствуя, как в груди тяжелеет от грусти. – И прости, что тебе все время приходится за меня волноваться.
Улыбка угасла.
– Мне нравится волноваться за тебя. Благодаря этому дежурства во дворце кажутся не такими долгими. – Ясин поцеловал Зиму в макушку, и та опустила руки.
Гвардеец отошел за полотенцами, чтобы не смущать принцессу.
– Ты ведь не оставишь службу, когда Селена станет королевой?
– Не знаю, – сказал он. – Но точно знаю, что пока тебе нужна защита, от меня тебе никуда не деться.
Глава 75
В кладовке с тканями становилось жарко. Когда Кресс наконец пошевелилась, она обнаружила, что левая нога у нее затекла. Морщась, Кресс кое-как выбралась из-под рулонов с тканью и потянулась к двери. Ей отчаянно не хотелось отсюда уходить. Да, кладовка – не самое удобное место, зато здесь можно не опасаться, что тебя подстрелят.
Но сидеть тут и дальше нельзя. Храбрость Кресс таяла с каждой минутой – как и шансы добраться до центра управления, раньше, чем закончится коронация. Вытерев нос многострадальным крылом, девушка заставила себя покинуть кладовку и тут же зажмурилась от яркого света.
Прикрывая глаза рукой, она убедилась, что служебный коридор пуст. На полу неподалеку виднелось пятно крови. Торн… Кресс быстро отвернулась и постаралась стереть все это из памяти, пока остатки мужества не покинули ее.
Пытаясь размять затекшую ногу, Кресс настороженно прислушивалась. В коридоре было тихо: ни криков, ни шагов, только шум систем отопления и водоснабжения. Кресс глубоко вздохнула, проверила, на месте ли чип, и подняла с пола пистолет. Шляпка с антеннами снова свалилась с головы, и на этот раз она не стала ее поднимать.
Желудок скручивался в узел от страха, но Кресс удалось дойти до коридора, о котором говорил Торн. Притаившись за углом, она высунула голову в проход – и тут же спряталась, пытаясь унять бешено колотившееся сердце.
Стражник.
Конечно, этого стоило ожидать. Должно быть, у каждого лифта сейчас торчит по охраннику. И лестницы тоже под наблюдением.
Кресс совсем пала духом. Стража прочесывает дворец, Торна нет, что делать, непонятно. У нее ничего не получится. Она не справится одна. Ее поймают, бросят в камеру, а потом убьют, и Торна тоже убьют, Зола потерпит поражение, и все они…
Девушка в костюме бабочки надавила пальцами на глаза, чтобы хоть немного привести себя в чувство. «Будь смелой», – сказал ей Торн. Она должна быть смелой. Кресс начала прикидывать, как обойти охрану и добраться до центра безопасности на четвертом этаже.
Шаги приближались. Скрючившись за статуей с отломанной рукой, Кресс отчаянно надеялась, что ее не заметят.
Будь смелой.
Она должна сосредоточиться и что-нибудь придумать.
Коронация вот-вот начнется. У нее осталось совсем немного времени, чтобы воплотить их план в жизнь.
Стражник прошел мимо. Убедившись, что паническая атака отступила, Кресс выглянула из-за статуи. Нужный коридор был не слишком широким и казался еще уже из-за нагромождения шкафов, комодов, картин, свернутых ковров и ведер. Наверное, в преддверии праздника сюда снесли рухлядь со всего дворца.
В голову Кресс наконец пришла идея. Оттолкнувшись от стены, она с разбегу впечаталась плечом в статую, поскользнулась и ударилась коленом, стискивая зубы, чтобы не взвыть от боли. Скульптура закачалась. Вперед-назад, вперед…
Статуя начала заваливаться, и Кресс едва успела прикрыть голову. Это, к сожалению, не уберегло ее от чувствительного удара по бедру – падая, скульптура все-таки задела нарушительницу спокойствия. Подавив крик, Кресс заковыляла вперед, чтобы укрыться за рулонами ковров.
Встревоженный грохотом, стражник снова пробежал мимо нее.
Не обращая внимания на боль в отбитом колене и ушибленном бедре, Кресс рванула к оставленным без присмотра лифтам. Удивленный возглас, раздавшийся у нее за спиной, только подстегнул ее. Добежав до лифта, Кресс начала отчаянно давить на кнопку вызова. Двери услужливо распахнулись.
Влетев внутрь, она закричала: «Закрыть двери!» Те начали закрываться, но недостаточно быстро. Первая пуля пробила стену в опасной близости от плеча Кресс, вторая чиркнула по сходящимся дверям. Наконец лифт загудел и поехал вверх. Кресс привалилась к стене, со стоном потирая несчастное бедро. Страшно подумать, какой синяк расцветет там к завтрашнему утру. Но жалеть себя времени не было: Кресс вдруг поняла, что забыла нажать кнопку нужного этажа. Хотя стражник, скорее всего, следит за ее передвижениями, и уже успел объявить тревогу.
Кресс мысленно приготовилась к тому, что увидит, когда двери снова откроются. Толпу стражников. С оружием. Или бесконечные коридоры с пыльными кладовками.
Интересно, как бы поступил на ее месте гений преступного мира?
Крепко зажмурив глаза, она попыталась воскресить в памяти карту дворца, которую так старательно изучала. Тронный зал с нависшим над озером балконом находится в самом центре. Постепенно она вспоминала расположение остальных помещений – личные покои магов и придворных, банкетный зал, гостиные и кабинеты, музыкальная комната, библиотека…
И центр управления системой безопасности. Именно там находилась студия, где записывались королевские видеоролики.
Лифт остановился на третьем этаже. Кресс спрятала пистолет в складках юбки.
Когда двери открылись, она увидела толпу незнакомцев, которые смотрели на нее с нескрываемым подозрением. Первым порывом Кресс было убежать и спрятаться, но вряд ли ей удалось бы пробиться сквозь них. А люди тем временем стояли и словно ждали чего-то, напряженно переглядываясь. Наконец мужчина в строгом костюме буркнул что-то себе под нос и шагнул вперед. Остальные последовали его примеру.
Кресс прижалась к дальней стене лифта, но никто и не думал ее толкать. Хотя кабина оказалась набита битком, вокруг девушки оставалось свободное пространство. Кресс наконец осенило: эти люди не были лунатиками. Ей повезло наткнуться на гостей с Земли, которые, судя по официальным нарядам, спешили на коронацию.
А вот туда ей ехать хотелось меньше всего.
Когда двери уже начали закрываться, Кресс обрела дар речи.
– Прошу прощения, но мне нужно выйти.
Земляне расступились, явно радуясь тому, что она решила покинуть лифт. Они-то видели в ней полноценную обладательницу лунного дара, а не какую-нибудь пустышку.
– Спасибо, – пробормотала Кресс, обращаясь к мужчине, который придержал дверь, и выскользнула из лифта.
Перед ней раскинулся еще один великолепный зал. Десятки пьедесталов с вазами и скульптурами.
Кресс поймала себя на том, что скучает по скудной обстановке «Рэмпиона».
Прижавшись к стене, она дождалась, пока лифт уедет, и снова нажала кнопку вызова. Нужно добраться до четвертого этажа. Впрочем, снова использовать лифт – не самая лучшая идея. Лучше найти лестницу или вернуться в служебные помещения. Там у нее есть шанс не попасться на глаза страже.
Звон колокольчика возвестил о прибытии лифта. Кресс распласталась по стене, чтобы сделаться как можно менее заметной. Из открывшихся дверей вырвались оживленные голоса и смех. Кресс затаила дыхание. Вскоре и эта кабина уехала.
На секунду все стихло, а потом девушка услышала, что кто-то приближается с левой стороны. Она повернула направо и пошла мимо черных дверей, резко выделявшихся на фоне белых стен. На каждой золотыми буквами было написано чье-то имя и должность:
Представитель Молина, Аргентина, Американская Республика;
Президент Варгас, Американская Республика;
Премьер-министр Бромстад, Европейская Федерация;
Представитель Озбек, Южно-русская провинция, Европейская Федерация…
Одна из дверей внезапно распахнулась, и в коридор вышла светловолосая женщина в длинном темно-синем платье. Это была Робин Глиебе, спикер австралийской Палаты представителей. Когда Кресс работала на Левану, ей приходилось часами слушать речи Глиебы о торговых соглашениях и конфликтах с профсоюзами. Это были едва ли не самые долгие часы в ее жизни.
Глиебе остановилась, удивленно глядя на Кресс. Девушка поспешно убрала пистолет за спину.
– Вам помочь? – холодно осведомилась Глиебе.
Ну конечно, Кресс умудрилась наткнуться на единственную даму с Земли, которая не испытывала пиетета перед лунатиками с их таинственным даром.
– Нет, – пискнула девушка, виновато опуская голову. – Вы просто застали меня врасплох.
Она попыталась пройти мимо Глиебе, но та окликнула ее:
– Разве вам можно здесь находиться?
– Простите? – неуверенно оглянулась Кресс.
– Ее Величество обещала, что нам не будут докучать. Я думаю, вам следует уйти.
– Но… я должна передать сообщение. Я быстро! Прошу прощения, что побеспокоила вас.
Кресс попятилась, но между подведенных бровей Глиебе уже наметилась хмурая складка. Дама подняла руку, не давая девушке пройти.
– Сообщение для кого? Скажите мне, и я позабочусь о том, чтобы оно было доставлено.
Кресс уставилась на бледную ладонь Глиебе.
– Это… личное сообщение.
Дама недовольно поджала губы.
– Что ж, если вы немедленно не покинете наш этаж, я буду вынуждена вызвать охрану. Надеюсь, они подтвердят, что вы говорите правду. Нам гарантировали, что никто не будет вмешиваться в наши дела, и я…
– Кресс?!
Сердце девушки едва не выскочило из груди.
Кай.
Юный император стоял в коридоре и смотрел на Кресс так, будто увидел призрака. А у нее ноги подкосились от облегчения. Кресс оперлась на стену, чувствуя, как дрожат колени.
– Кай! – выдохнула она и тут же исправилась: – То есть император… Ваше Величество!
Она присела в неловком реверансе.
Кай внимательно посмотрел на спикера.
– Госпожа Глиебе, я думал, вы уже отправились в главный зал?..
– Я как раз собиралась, – ответила дама, и хотя Кресс боялась поднять на нее глаза, она ясно расслышала недоверие в голосе Глиебе. – Но увидела эту девушку и… Вы же знаете, нам обещали, что здесь нас не потревожат. И я не думаю, что она имеет право…
– Все в порядке, – успокоил спикера Кай. – Я ее знаю. И обо всем позабочусь.
Кресс старательно разглядывала плиты пола, прислушиваясь к шелесту темно-синей юбки.
– При всем уважении, Ваше Величество, но как я могу быть уверена, что она вами не манипулирует?
– При всем уважении, – устало откликнулся Кай, – ей было бы куда проще заставить вас уйти.
Кресс прикусила щеку, чтобы не рассмеяться. В коридоре повисла неловкое молчание. Наконец дама почтительно склонила голову.
– Вы правы, Ваше Величество. Поздравляю с грядущей коронацией.
Стуча каблуками, Глиебе направилась в сторону лифта. Когда ее шаги стихли вдалеке, Кресс выждала еще три секунды – и бросилась к Каю, чтобы разрыдаться у него на груди. Юный император удивленно покачнулся, но обнял девушку и позволил ей использовать свою шелковую рубашку в качестве носового платка. Советник Конн Торин наблюдал за этой сценой с привычной невозмутимостью.
Потом негромко кашлянул и забрал у Кресс пистолет – к великой радости последней.
– Тише, тише, – сказал Кай, гладя ее по волосам. – Ты в безопасности.
Кресс замотала головой.
– Они схватили Торна, – всхлипнула она. – Ранили его и увели. Я не знаю, жив ли он, я не знаю, что они… с ним сделают.
Рыдания сдавили горло, и Кресс больше не могла говорить. Немного успокоившись, она вытерла мокрые от слез щеки и шмыгнула носом.
– Извини. Я просто… очень рада тебя видеть.
– Все хорошо. – Кай осторожно отодвинулся от Кресс, чтобы видеть ее лицо. – Давай по порядку. Что ты здесь делаешь?
Девушка судорожно вздохнула, пытаясь справиться с эмоциями, и заметила расплывшееся на рубашке императора мокрое пятно.
– Ох… Прости!
Она попыталась оттереть его, но Кай схватил ее за плечи и легонько встряхнул.
– Кресс. Все хорошо. Посмотри на меня.
Она подняла на него заплаканные глаза. Юный император отлично выглядел в светлом шелковом мундире с золотыми аксельбантами. Пояс мундира был выполнен в цветах Восточного Содружества – сине-зеленом, бирюзовом и закатно-оранжевом. С красным поясом костюм императора в точности повторял бы тот, что был на нем в день похищения из Нового Пекина.
Но все это в прошлом. Теперь Кай – муж Леваны, и скоро станет принцем-консортом Луны.
Взгляд Кресс метнулся к королевскому советнику. Конн Торин был одет в обычный черный смокинг. Несмотря на внешнюю невозмутимость, советник явно чувствовал себя не в своей тарелке и держал пистолет двумя пальцами на вытянутой руке.
– Кресс? – снова обратился к ней Кай.
Она облизала губы.
– Мы с Торном должны были проникнуть в центр управления системой безопасности, но его схватили. Сказали, что бросят в камеру. Я убежала от них, но теперь…
– Зачем вам понадобился центр управления системой безопасности? – нахмурился Кай.
– Чтобы транслировать еще одно видео, записанной Золой. На нем королева… А, ты же не знаешь, что Зола жива!
Кай на мгновение застыл, потом откинул голову назад и медленно выдохнул. Когда он повернулся к Торину, его глаза сияли новой надеждой, но советник смотрел на Кресс и не торопился радоваться новостям.
– Зола жива, – повторил Кай. – Где она?
– С Ико и Ясином в… долго объяснять. – Кресс потерла лоб и вспомнила, что время поджимает. Значит, вдаваться в детали некогда. – Ясин решил найти лекарство от летумозиса и отвезти его во внешние сектора, потому что там многие заболели, включая принцессу Зиму и Скарлет. А, еще Левана схватила Волка, и мы не знаем, где он и что с ним. И Торн тоже у них!..
Кресс снова спрятала лицо в ладонях, боясь испортить праздничный костюм императора. Кай погладил ее по плечу, но девушка чувствовала, что мысли его далеко отсюда.
Конн Торин кашлянул. Всхлипнув напоследок, Кресс убрала руки от лица… и увидела носовой платок. Его советник тоже держал на вытянутой руке, словно боялся, что ее истерика может перекинуться на него.
Кресс с благодарностью взяла платок.
– Спасибо, – пробормотала она.
– Что ты собираешься делать? – напряженным голосом спросил Кай.
– Спасать Торна, – не задумываясь, ответила Кресс. Потом вспомнила последние слова капитана – Будь смелой! – и сглотнула. – Нет. Мне нужно в центр управления, чтобы запустить наше видео через королевскую систему вещания. Зола рассчитывает на нас.
Кай задумчиво взъерошил волосы, в один миг превратившись из строгого юного императора в озадаченного подростка. Кресс видела, как тяжело ему дается решение. Он отчаянно хотел помочь ей – и представлял, чем его участие может обернуться для Восточного Содружества.
А коронация неумолимо приближалась.
– Ваше Величество.
Кай кивнул советнику.
– Знаю. Если мы не поторопимся, они вышлют за нами почетный караул. Мне просто нужно подумать…
– О чем здесь думать? – поднял бровь Торин. – Вы спросили эту девушку, что она собирается делать, и она дала вам развернутый ответ. Мы и так знаем, что вы ей поможете, так к чему тратить время на лишние рассуждения?
Кресс нервно поправила перчатки, чувствуя, как колышутся за спиной крылья. Советник, за строгим обликом которого скрывалась добрая душа, протянул ей пистолет рукояткой вперед.
– Можете оставить себе, если хотите, – пробормотала Кресс, не особенно радуясь тому, что ей возвращают оружие.
– Не хочу, – покачал головой Торин. – И очень надеюсь не попасть в ситуацию, когда мне придется об этом пожалеть.
Кресс едва слышно вздохнула, забрала пистолет и растерянно оглядела свой наряд в поисках места, куда его можно было бы спрятать.
– Возьмите, – Торин снял смокинг. Кресс словно наяву услышала возмущенный голос Ико: «Он вообще не подходит к твоему наряду!», но отмахнулась от него и быстро просунула руки в рукава. Смокинг был ей велик, но в нем она чувствовала себя более собранной и не такой уязвимой.
Поблагодарив советника, она с облегчением спрятала пистолет во внутренний карман.
– Его Величество ожидают в главном зале через две минуты, – сказал Торин и повернулся к потрясенному императору. – Уверен, что смогу задержать их еще на пятнадцать.
Глава 76
Читать бесплатно другие книги:
