Оффлайн Штробель Арно

– Справлюсь, – потом криво усмехнулся. – Я же бросил курить.

– Это правильный настрой, – раздался женский голос у Йенни за спиной.

Это была Сандра из страховой компании. Йенни до сих пор едва ли перекинулась с ней парой слов. В пути Сандра держалась рядом с Йоханнесом или Анникой и Маттиасом. На вид она была чуть старше Йенни, лет тридцати семи или восьми. Волнистые, черные как смоль волосы выбивались из-под шапки, и ее узкое, и без того бескровное лицо казалось еще бледнее.

– Точно, – согласилась Йенни. – Тебе же не захочется, чтобы тебя несла Анника.

– Я знаю, каково это. – Сандра серьезно взглянула на Томаса. – И ты на самом деле прав; когда бросаешь эту дрянь, то сразу замечаешь, как легко дышится. Я сама бросила не так давно. Это совсем непросто, но когда окажешься наверху, сможешь гордиться собой и поймешь, что принял правильное решение.

– Надеюсь, – ответил Томас и благодарно улыбнулся ей. Затем наклонился, чтобы застегнуть снегоступы.

Они останавливались передохнуть четыре раза. И, к радости Йенни, всего раз из-за Томаса, когда тот сказал, что больше не выдержит.

Спустя час и двадцать минут они преодолели подъем, и в награду их взорам открылся величественный вид. Все задыхались и хватали ртом воздух, и только у Нико был такой отдохнувший вид, словно он и не сходил с места.

– Поздравляю, вы это сделали. И прежде чем двинемся дальше, переведите дух и полюбуйтесь здешними цветами. К сожалению, Вацманн сейчас скрыт облаками. Теперь хоть и придется постоянно взбираться в гору, но таких крутых склонов, какой остался позади, уже не будет. Если вы справились с этим отрезком, остаток пути покажется вам безобидной прогулкой, – при этом он подмигнул Томасу. – Наивысшая точка нашего маршрута расположена на высоте тысяча шестьсот семьдесят метров, и далее мы минуем Керлингерхауз, что на Фунтензее. До отеля оттуда еще примерно час пути. Вопросы?

– Есть один, – отозвался Маттиас, и все взоры обратились к нему. – Сегодня утром по радио передавали прогноз погоды и обещали местами сильный снегопад. Я плохо знаю горы, но как-то видел документальный фильм, и там туристы попали в снежную бурю. Веселого мало. Если я правильно понимаю, мы немного запаздываем. Нам требуется больше времени, чем планировалось, – он покосился на Томаса, – и мы подзадержались в Шёнау, – его взгляд переметнулся на Давида. – Если повалит снег, а мы будем еще в пути?

Давид понял намек касательно своего опоздания и насмешливо вскинул брови.

– Серьезно? Из-за десяти минут ты теперь корчишь мину, будто тебе вчера в ужин кто-то щепотку плутония всыпал?

Прежде чем Маттиас успел отреагировать, Нико помотал головой.

– Погода переменится только к вечеру. Но если снегопад и застигнет нас в пути, поначалу снега будет не так много, чтобы доставить нам трудности. Если б у меня были хоть малейшие опасения, мы не вышли бы.

– Твои бы слова да Богу в уши… Ну ладно.

– Отлично, тогда в путь.

Прошло еще три часа, прежде чем они добрались до того места, где им предстояло провести следующие пять дней без Интернета и смартфонов. Снег так и не пошел.

Когда Йенни с Томасом и Анной преодолели последний подъем, уже сгущались сумерки.

Отель располагался в небольшой низине, которая казалась прогалиной посреди скал и сама по себе выглядела зловеще в сумеречном свете. Но при виде отеля Йенни невольно содрогнулась. Вероятно, на Томаса зрелище произвело схожее впечатление.

– Срань! – проговорил он. – Это же чертов дом ужасов.

3

Самый облик отеля навевал мысли о «Сиянии» Стивена Кинга. Не то чтобы он имел сходство с отелем из фильма, но погруженное в сумерки причудливое сооружение таило в себе нечто отталкивающее, неприютное, и Йенни вдруг охватило желание поскорее развернуться на снегоступах и убраться отсюда как можно скорее и дальше.

Обшитый темными, почти черными досками, отель выглядел так, словно строители сколотили вместе несколько небольших строений, пренебрегая всякими законами симметрии. Деревья, небольшими группами росшие вокруг, были явно высажены человеком, поскольку не могли вырасти так равномерно по случайности.

Йенни с трудом представляла, сколько комнат могло быть в этом конгломерате зданий, но их было определенно больше, чем она ожидала из описания. Теперь она понимала, почему в рекламном буклете имелись фотографии лишь внутреннего убранства.

– Вот и наш отель, – громким голосом, чтобы перекрыть нарастающий ропот вокруг него, объявил Нико. – Будущий «Маунтин-Парадайз». Даже не спрашивайте меня, почему отель посреди немецких Альп получил английское название. Если вас обуревают те же чувства, что и меня две недели назад во время пробной экскурсии, то вам, наверное, хочется бежать без оглядки.

– Глупости, все как надо! – воскликнул Давид. – Ждешь себе «Рай в горах», а тут такая рухлядь… юмор в моем стиле. Кто здесь обитает? Снежный человек?

Нико, воздержавшись от комментариев, продолжал:

– Но могу заверить вас, вы будете приятно удивлены, когда увидите интерьер отеля, или, по крайней мере, отреставрированную часть, где мы и разместимся. Отель был построен в начале прошлого века и, как нетрудно заметить, с течением лет постоянно расширялся. Прежде он служил базой для скалолазов и альпинистов, отсюда они начинали свои маршруты. Примерно два года назад прежний владелец его закрыл, и некоторое время отель пустовал. Недавно его выкупил инвестор и приступил к полной реновации. Если я все правильно понял, это будет курортный комплекс класса люкс, вдали от стресса и суеты. Руководство «Трайпл-О-Джорни» случайно обратило на него внимание, и сразу стало ясно, что это оптимальное место, чтобы протестировать нашу детокс-программу. Если наш тур пройдет столь успешно, как мы все ожидаем, наше руководство рассчитывает на долгосрочное сотрудничество с владельцами отеля. – Он широким жестом обвел горы вокруг. – Здесь не ловит телефон, нет Интернета, вообще ничего. Лишь абсолютное спокойствие.

– А если что-нибудь произойдет? – спросил Маттиас.

– Да, – поддержала его жена. – Что, если кому-то потребуется врач?

Нико кивнул.

– На этот случай есть рация, с помощью которой можно вызвать службу спасения. При всей уединенности мы не совсем отрезаны от мира. Но я уже довольно вам рассказал. Давайте спускаться, и вы сами убедитесь, что первое впечатление обманчиво, и мы проведем ближайшие пять дней среди роскоши.

Переговариваясь вполголоса и в смешанных чувствах, что явно читалось по некоторым лицам, люди стали спускаться к отелю.

Двери располагались за деревьями, так что их не было видно с высоты склона. При этом стоило лишь взглянуть на входную группу, и впечатление об отеле менялось кардинально.

Как нетрудно было догадаться, вход принадлежал к обновленной части. Йоханнес шел впереди остальных, и когда он оказался примерно в двух метрах от дверей, широкие стекянные элементы с тихим шелестом разъехались в стороны, впуская гостей в просторный, отделанный светлым мрамором вестибюль. Стойка регистрации длиной в десяток метров была также отделана мрамором. От скрытого в столешнице источника по поверхности растекался синеватый свет. По всей вероятности, средств при реставрации не экономили, и инвестор, кем бы он ни был, не ведал проблем с деньгами.

– Ух ты! – воскликнула Анна так громко, что пока еще голые стены отозвались эхом. – Нико был прав. Такого я определенно не ожидала. Это… просто восхитительно.

– Все по моему вкусу, – заявил Давид. – Вернусь сюда, когда все будет готово.

Впервые за все время он снял очки и повернулся вокруг собственной оси. Йенни обратила внимание, что глаза у него темно-синие.

Остальные члены группы испытали не меньший восторг.

– Мои дорогие, – начал Йоханнес – конечно же, хлопнув в ладоши, и этот хлопок хлестким эхом отлетел от мраморных стен. – Как видите, отель будет просто загляденье, и нам страшно повезло, что мы можем все здесь испробовать, скажем так, в сыром виде. Хотя сейчас ремонтные работы приостановлены, так как фирма, выполнявшая проект, объявила о своем банкротстве, а новый подрядчик пока не назначен. Так что весь комплекс целиком в нашем распоряжении.