Принцев не предлагать! Кароль Елена
— Я доложил Повелителю о произошедшем, и он велел мне оказывать тебе всяческое содействие в освоении сил. — В голосе дракона отчетливо слышались досада и слабые отголоски недоумения, но они быстро сменились решительностью. Особенно когда Рей всем корпусом повернулся ко мне и строго всмотрелся в мое лицо. — Диана, ты умная женщина и пускай не всегда прислушиваешься к голосу разума, я верю, что это лишь вопрос времени. Я присматривался к тебе достаточно, чтобы понимать: правду ты воспримешь достойно, а вот на ложь, какой бы она ни была сладкой, можешь и обозлиться. Последнее не нужно ни тебе, ни нам.
Я напряженно слушала затянувшееся вступление, уже догадываясь, что правда будет совсем не сладкой. Но можно уже поскорее?
А Рей освещал все новые и новые подробности:
— Повелителя заинтересовал твой случай. Оказывается, женщинам куда проще дается именно магия Хаоса, это заложено в самой вашей сути, так что у тебя есть все шансы все-таки не сойти с ума. Ну или хотя бы растянуть этот процесс на долгие века.
Я сдавленно хмыкнула, только сейчас сообразив, что, став драконом, и срок жизни получила драконий. Интересно, это сколько вообще?
— В общем… Повелитель желает возрождения рода Заверхрайн.
Несмотря на долгое вступление, к такой концовке я оказалась совершенно не готова. То есть…
Сморгнула. Нахмурилась. Мысленно быстро сложила два и два. Прогнала через пару экономических формул. Отняла нетто от брутто и без сожалений отбросила лишнее. В конце концов свела баланс и вывела окончательный итог, лишенный мишуры.
После чего медленно наклонила голову набок и ласково уточнила:
— И кто этот смертник? Не ты ли?
— Никто не принуждает тебя принимать решение сиюминутно. — В голосе дракона промелькнуло рычащее раздражение. — До того момента, когда тебе позволят выбрать супруга из кандидатов, лично отобранных Повелителем, а это, знаешь ли, великая честь, пройдет немало времени.
— Засунь свою честь знаешь куда? — зло бросила ему в лицо.
Ответная реакция не заставила себя ждать. Рей схватил меня за плечи и, хорошенько встряхнув, громко рыкнул в ответ:
— Да пойми ты уже наконец! Ты дракон, Диана! Дракон не по своей воле, но теперь это неизменно! И воля Повелителя для тебя непреложный закон! Ты выбираешь жизнь, а значит, и это! Если передумала, только скажи, и я избавлю нас обоих от этого бремени! Но пока ты утверждаешь, что выбираешь жизнь, будь добра подчиняться нашим законам!
— Я… — Меня душила злость на эту вопиющую несправедливость, но какой-то крохотной частью благоразумия я понимала, что не Рей в этом виноват. Он обычный винтик. Уж кто и виноват, так это Повелитель! И старик Заверхрайн! И ведьма, в конце концов! — Я могу избавиться от этих сил? Ты говорил, что именно Повелитель заточил их в книгу. Он может сделать это снова?
— Нет. — Дракон ослабил хватку и хмуро качнул головой. — Нет, Диана. В прошлый раз было использовано слишком много невосполнимых ресурсов, Повелитель больше не пойдет на такое. Но почему… — Рей непонимающе всмотрелся в мое лицо, — почему ты вообще заговорила об этом?
— Намекаешь, что я уже не в своем уме, если предлагаю подобное? — Язвительная усмешка скривила мои губы, и я резким жестом сбросила его руки со своих плеч. — Думаешь, всегда только и мечтала о том, чтобы овладеть магией и стать драконом? Представляешь, нет! Кандидаткой ошиблась ваша ведьма! Полинку надо было на тот алтарь отправлять, вот бы кто с радостью и магию принял, и ипостаси освоил, и принца охомутал! А у меня от всего этого одни проблемы! Понимаешь? Проб-ле-мы!
Последние слова я уже выкрикивала, но Рей достаточно спокойно выдержал всплеск моей ярости. Лишь глаза сменил на драконьи, и чуть сильнее обозначились скулы.
— Успокойся. Кстати, как ты относишься к воде?
— В смысле?
Резкая смена темы остудила куда быстрее пощечины, но мужчине этого показалось мало, и он, рывком подхватив меня на руки, начал дальше спускаться по лестнице.
— Мне кажется, ты излишне напряжена, — заявил он невозмутимо, не останавливая движение, даже когда вода уже намочила подол моего платья, — и пытаешься найти минусы даже там, где их нет. Смотри на мир позитивнее.
Вода намочила мои туфельки.
— Повелитель доверил мне твое обучение, а это уже немало.
В воде оказался уже мой зад, очень быстро почувствовавший прохладу, несмотря на безоблачное небо и яркое солнце. Вырываться было бесполезно, так что я временно смирилась с приступом безумия у отдельно взятого белобрысого дракона и внимательно слушала дальше.
— Твой статус принцессы и последней из рода Заверхрайн уже подтвержден хранителем, а это значит, что все движимое и недвижимое имущество рода, временно перешедшее в распоряжение Повелителя, вернут. Кстати, это много.
Он спустился еще на пару ступеней, и вода уже доходила мне до талии, быстро подбираясь к груди.
— Ну и напоследок, тебя никто не гонит под венец насильно прямо сейчас, как ты наверняка подумала…
Еще ступень — и вода омыла мои ключицы, а я невольно вцепилась в шею Рея сильнее, переживая, как бы он меня ненароком не утопил.
— Потому что до совершеннолетия тебе еще лет сто.
— Как сто?!
Мои пальцы чуть не разжались от шока, но я быстро стиснула их, покрепче перехватывая воротник камзола Рея.
— Первое совершеннолетие у драконов происходит в двадцать пять, — со странной, как будто бы даже ехидной ухмылкой заявил блондин. — В этот момент им разрешено самостоятельно вставать на крыло и путешествовать по миру, отчитываясь о своих тратах и передвижениях перед старшими родичами не реже раза в неделю.
Рей снова побрел вперед, но мы больше не погружались, словно уклон закончился и дракон шел по дну.
— Второе совершеннолетие наступает в пятьдесят. — Глаза дракона иронично блеснули, а я покрепче сжала зубы, чтобы не ругнуться. Очередные проблемы, где не ждали! — Тогда подростку разрешается общаться с представителями иных рас и заводить необременительные отношения. В том числе не с драконами.
Я мысленно взвыла. Серьезно?! Да я мхом зарасти успею! Кто придумал эти дурацкие правила?! И с какой стати я вообще должна им подчиняться?! Между прочим, я стала драконом в очень даже зрелом возрасте, и нечего меня стричь под одну гребенку с теми, кто вылупился из яйца! Да у меня год за десять шел!
— И наконец, третье совершеннолетие, — Рей даже не догадывался, какие в моей груди бушуют страсти, улыбаясь так блаженно, словно ловил кайф от вынужденного купания в одежде, — наступает в годовщину столетия дракона. После этого дракон официально признается взрослым: можно принимать на себя обязательства рода, проживать и работать на абсолютно любой территории, оставаясь подданным нашей империи, и связывать себя узами брака.
Замечательно! Просто замечательно! Это что получается? Замуж мне не горит — это хорошо. Но что все-таки насчет имущества и передвижения? Перед кем мне отчитываться, если я одна в своем роде. Или роду? Как вообще правильно? Или я все-таки более или менее вольная пташка? Было бы здорово!
— А…
Я не успела сформулировать вопрос, как Рей меня перебил:
— Ах да! Небольшой нюанс. Если у дракона нет старших родственников и он еще не достиг полного совершеннолетия, Повелитель назначает ему опекуна.
Понятно. Здорово не будет.
И почему мне кажется, что мне сообщили об этом уже постфактум?
— Ну и кто этот счастливчик? — Вложила в вопрос всю свою язвительность, которую испытывала. Но, кажется, зря. Рей тонко усмехнулся и выразительно вздернул бровь. — Ты?!
— К вашим услугам, ваше высочество, — иронично заявил белобрысый гад, вызывая во мне непреодолимое желание совершить акт вандализма.
То есть попросту уничтожить один экземпляр совершенства.
ГЛАВА 9
Думаю, Рей догадывался, чем все может закончиться, и именно поэтому поставил меня в заведомо невыгодное положение. Точнее, окунул. Я могла бы попробовать вырваться, но тогда бы пришлось в первую очередь задуматься о возвращении на берег, потому что драться в воде не только глупо, но и опасно.
Просчитал меня, значит, да? Донаблюдался?
А ведь я умею быть разной!
В общем, минут пять я остывала. Под конец сумела даже расслабиться и, стойко не обращая внимания на личность носильщика, получить некое извращенное удовольствие от купания в реке. В одежде, ага.
— А тебе-то это зачем? — Мой голос прозвучал спокойно, словно я смирилась с происходящим и теперь просто хотела услышать подробности. — Сто лет геморроя и ежедневная головная боль. Не нашлось занятия поинтереснее?
— Столь великое доверие Повелителя — большая честь, — ответил Рей далеко не сразу и чересчур обтекаемо. — Он счел верными мои предыдущие решения в отношении тебя и поэтому не стал ничего менять. — Неожиданно мужчина напрягся и хмуро поинтересовался: — Ты недовольна решением Повелителя?
— А что? Так можно?
И ресничками так невинно хлоп-хлоп.
— Ты имеешь право опротестовать кандидатуру опекуна, только если представишь веские доказательства того, что он недостоин, — ледяным тоном отчеканил дракон, всем своим видом показывая, что мне лучше об этом даже не думать.
Пф! Размечтался! Я, может, и не великий юрист, но кое-что в законах смыслю!
Осталось только до них добраться и изучить.
Даешь вольную досрочно!
— А мы еще долго будем тут прохлаждаться? — резко сменила тему, очень своевременно вспоминая, что Полинка обещала мне учителей. Среди них очень даже может попасться нужный! — Или ты еще не все мне сообщил?
— Из того, что могло тебя излишне взволновать, все, — сообщил он с кривой ухмылкой, медленно разворачиваясь в сторону лестницы. — Теперь нам необходимо обсудить твой распорядок дня, в который будут включены как магические занятия, так и физические. Во всех имеющихся ипостасях.
— А у меня их сколько?
— Четыре, — прозвучало после небольшой заминки.
— Как четыре? — удивилась искренне, ведь прекрасно помнила, что Пэруш говорил о максимальных трех.
— Четвертая — хаосит, — нехотя признался Рей, но сразу же предостерег: — Ее мы будем всячески подавлять, она слишком опасна для неподготовленного тела и разума. Возможно, со временем, когда ты освоишь главные, мы вернемся к этому вопросу, но пока даже думать забудь. Чистый Хаос уничтожает любое проявление Порядка, а это все, к чему ты привыкла и считаешь естественным. Земля, воздух, живые существа — это все существует исключительно благодаря Порядку.
Кивнула, сделав вид, что все поняла, хотя никогда до конца не разбиралась ни в философии, ни в прочих зыбких материях. Я всегда плохо воспринимала то, что нельзя увидеть, потрогать или пересчитать. Увы, теперь это моя реальность, как и магия, в которую я не верила еще несколько дней назад.
Ну и как тут не сойти с ума?
— А у тебя сколько ипостасей? — спросила без особого интереса, лишь бы не молчать.
— Три.
— А какие?
— Ты увидишь их на занятиях.
Жалко, что ли?
Поджала губы, недовольная тем, что Рей не оправдывает ни одно из моих ожиданий, и все-таки спросила о том, что не давало мне покоя:
— Ты сказал, что драконы могут вступать в отношения только после пятидесяти. Верно?
— Да.
— А мне всего двадцать семь. — Почти впервые я произнесла это без заминки, не пугаясь прожитых лет и подкрадывающейся старости. Как оказалось, она отодвинулась на неопределенный срок. — Значит ли это, что следующие двадцать три года мне нельзя вступать в отношения?
Рей наконец понял, к чему я веду, и немного напряженно кивнул.
— Все верно.
Но не успела я обличительно воскликнуть «А какого черта ты тогда вытворял утром?!», как он вышел из реки, поставил меня на ноги, не обращая никакого внимания на литры воды, стекающие с нас обоих, и доверительно сообщил, непозволительно близко склоняясь к моему лицу:
— Но на правах опекуна я вполне могу позволить тебе некоторые вольности.
Последовавший за этим поцелуй не был нежным. Не был он и грубым.
Он был таким… уверенным. Словно дракон имел полное право целовать меня, как ему вздумается, где ему вздумается и когда ему вздумается. То есть, став опекуном, он не мне позволял, а себе. Одна его рука крепко держала меня за талию, а вторая лежала на затылке, не позволяя мне отстраниться.
По большому счету я могла очень многое: пнуть по колену или даже выше, наступить на ногу, дернуть за волосы, укусить, в конце концов… Но я предпочла проверить.
Почему меня так тянет к нему? Что в нем такого, чего нет в других? Он ведь бесит меня! И в то же время безумно привлекает… Странно!
Целовался Рей превосходно, чувствовался опыт и уверенность, которые всегда привлекали меня в мужчинах. Дракон умел не только получать наслаждение, но и давать, чем и занимался с истинным упоением большого ценителя.
— И снова я! Как всегда вовремя! — сердито прервала нас Полина, когда я уже начала забывать об истинных причинах эксперимента и полностью отдалась на волю чувств, поплыв от головокружительных ощущений. — Дорогие мои, вы ничего не забыли?!
Рей, как и утром замерев в напряжении, на этот раз не стал никуда сигать, но выглядел крайне раздосадованным, что нас застали в такой компрометирующий момент. А учитывая, что мы оба до сих пор были мокрыми…
Даже и не знаю, что подумала о нас Полинка!
— Не забыли. — Я немного натянуто улыбнулась и отступила от Рея на полшажочка, заодно скидывая его руку, до сих пор остававшуюся на моей талии. — Как раз зашел разговор о том, что лорд Каттархайн будет обучать меня магии и прочим необходимым вещам.
— А ты что, разучилась целоваться? — обманчиво невинно удивилась подружка, заставляя дракона ощутимо занервничать. — И давно это входит в обязательную программу обучения принцесс?
Мне тоже было безумно интересно, как будет изворачиваться дракон, но он и не собирался этого делать. Чуть поджав губы, Рей что-то невнятно шепнул и взмахнул рукой, мгновенно высушивая нас обоих, после чего насквозь официальным тоном сообщил:
— Леди, вас это не касается.
И ушел.
— Какие мы грозные, — проворчала ему вслед Полинка, но только когда макушка Рея скрылась на очередном повороте тропинки. Повернулась ко мне, прищурилась, оценила удовлетворенное выражение моего лица и кивнула собственным мыслям. — И все же я вовремя. Ты ведь не собиралась заходить дальше?
— Нет, конечно!
— Ну и как он?
Моя кошачья ухмылка стала шире. Вместо тысячи слов!
— Что ж, рада за тебя. — Подружка вновь напустила на себя деловой вид. — А теперь давай-ка за дело. Начинают прибывать обещанные Максом учителя, так что у нас нет ни единой лишней минутки. Давай-давай, пошевеливайся!
Идея провести беседу в реке оказалась крайне удачной. Кто-то мог бы подумать, что он сошел с ума, но это было не так. Во-первых, это дезориентировало Диану и она достаточно спокойно восприняла не самые приятные новости. Во-вторых, ему самому не мешало успокоиться и восстановить душевное равновесие.
А оно за этот день весомо покачнулось.
Встреча с Повелителем прошла быстро и в деловом ключе, но оставила после себя куда больше вопросов, чем ответов. Случай Дианы заинтересовал Повелителя, и первый советник подтвердил, что шансы объекта сохранить разум крайне велики. И это стоит того, чтобы изучить его более подробно, оставляя вынесение смертного приговора на самый крайний случай. После этого Каттархайн без видимых усилий добился опекунства, как и планировал.
Но то, что во время беседы звучало между строк, его озадачивало. Повелитель не сказал прямо, но в череде приказов явственно звучало следующее: изучать и беречь. Не просто присматривать и обучать, а именно беречь.
От чего? Для кого?
Так и не прозвучавшие слова вызывали досаду, впрочем, он достаточно быстро и сам додумался до вполне очевидных причин. Диана осталась последней из рода. Очень древнего и уважаемого. Одного из семи, кто с самых древних времен был верным соратником и опорой Повелителя. Окончательное угасание даже одного из них означало бы ослабление всей драконьей империи, а значит, Повелитель желает возродить род Заверхрайн.
А как это сделать? Правильно! Устроить не только политически выгодный, но и гарантированно крепкий брак, который бы обеспечил клану возрождение. Логически поразмыслив дальше, Каттархайн перебрал в уме всех возможных кандидатов на роль будущего супруга Дианы и пришел к выводу… что таковых нет.
Почти нет.
Это самое «почти» на несколько мгновений ввело его в ступор, после чего дракон слегка истерично расхохотался. Но, подумав еще немного, понял, что так даже, наверное, и лучше.
А почему бы, собственно, и нет?
Успокоившись и вернувшись в посольство, Каттархайн взглянул на объект совершенно иными глазами.
И ему это понравилось.
Поцелуй не стал неожиданностью ни для него, ни для нее, но все снова испортила Полина.
Демонова блондинка! Сегодня же вытрясет из нее все, что она знает об объекте, и если между ними действительно существует связь, то вынудит отказаться. С этого дня Диана его подопечная по закону, и он не позволит ей даже думать о других!
Не позволит даже думать!
В посольстве нас действительно уже ждали. Максимилиан, взваливший на себя заботу о нашем обучении и комфортном обустройстве, подошел к делу с размахом. По наши души прибыла уже целая толпа профессионалов различного толка, и все они дожидались своей очереди в центральном холле. Кто-то стоял с каменным выражением лица, высокомерно поглядывая на соседей, кто-то возбужденно переговаривался, слышались взбудораженные возгласы, ахи и легкий смех, но при нашем приближении все стихло.
— Ее высочество принцесса Диана Заверхрайн, — чинно представил меня толпе лорд-посол, заменив мою фамилию на новую по собственному усмотрению. После чего уделил внимание и Полине, что меня немного удивило, но в то же время и порадовало. Не пропадет подруга! — Ее светлость княжна Полина Романцова.
Гости наперебой забормотали слова приветствия и начали кто приседать, кто кланяться, а кто просто величественно кивать. А дальше все закрутилось и завертелось.
Первыми нас взяли в оборот швеи, которых оказалось больше всех, и с ними мы поднялись в апартаменты, которые временно закрепили за мной. Остальных увел за собой посол, клятвенно пообещав Полине выбрать лучших из лучших и утвердить дальнейшее расписание прежде всего с ней.
Забавно. А почему не со мной?
Но эта мысль как появилась, так и пропала, потому что следующие два часа нас крутили, вертели, измеряли, заставляли изучать каталоги и в целом не ставили ни в грош, потому что лично я оказалась не готова к местным модным новинкам. Корсеты с талией в сорок сантиметров? Декольте, из которого вываливается грудь?! Подушка на попу, имитирующая полноценную корму? Парики из напудренных волос? Сами носите!
В общем, терпела я, терпела… И в конце концов высказалась категорично:
— Если вы желаете получить за свои старания хотя бы один золотой, то слушаем и запоминаем: никаких корсетов, это раз; никаких вульгарных декольте, это два; и чтобы я не слышала о париках вообще, это три. Фасоны и цвета я выберу сама. — Обвела раздраженным взглядом притихших швей и, убедившись, что меня услышали, закончила: — Вы либо работаете на меня, безукоризненно исполняя мою волю, либо пошли вон.
Дальше дело наладилось. Полина, до этой минуты тоже слегка дезориентированная тем, как агрессивно нас взяли в оборот, быстро включилась в процесс, и мы бодро прошлись по списку действительно необходимых вещей, утвердив каждую из них. Кое-кто из женщин выглядел недовольно, мы явно не оправдали их ожиданий на крупный заказ двух высокопоставленных персон, но, как по мне, мы и без того заказали кучу ненужного тряпья.
Уверена, часть из этого я даже не надену.
Но что только не сделаешь ради статуса!
Который мне даром не нужен.
После швей нас ждал обеденный перерыв, за которым к нам присоединились мужчины.
Лорд-посол Валлентайн Риоззенкрайн, сорокалетний сдержанный в эмоциях худощавый брюнет, лорд-посол Криспианно Миацерклейн, очень крупный, но довольно молодой (лет двадцать пять, не больше) рыжеволосый улыбчивый дракон и уже знакомые нам Макс и Рей.
Обед нам накрыли внизу, в одной из столовых. Мужчины были одеты официально, словно все четверо находились на службе, и я внезапно поняла, что понятия не имею, чем конкретно занимается мой теперь уже официальный опекун.
Поначалу беседовать было неудобно, да и вроде как не по этикету: все проголодались и приступили к трапезе сразу после короткого знакомства, которое нам устроил Максимилиан. Стол был накрыт так роскошно, словно мы не просто обедали, а находились на торжественном приеме у императора, но в какой-то момент я поняла, что так оно и есть. Относительно, но все же.
Потому что за столом находилась как минимум одна царственная особа. Я.
Ведьма, будь ты проклята!
Справа и слева от моей тарелки разложили по три пары столовых приборов, но я, очень-очень приблизительно представляя, что для чего, поступила демократично: выбрала самые удобные, а остальные просто сдвинула в сторону, чтобы не мешали. А что? Этикет мы еще не изучали, имею полное право проявлять безграмотность в этом вопросе.
Да и по большому счету плевать. Это им надо, а не мне.
На мой молчаливый протест обратила внимание разве что Полинка, но и та не стала осуждать, хотя сама безошибочно пользовалась всем, что предложили. Ну да, ее семья, в отличие от моей, могла позволить себе регулярно ходить по ресторанам и прочим приемам. Там волей-неволей сам научишься. А я в школьные годы не могла позволить себе заглядывать даже в пиццерию. Да и потом как-то не сильно заладилось — в обычных кафе никто сложной сервировкой не утруждался.
Ну и ладно!
Еда, несмотря на всю свою вычурность и многообразие, была очень вкусной, и я, только попробовав часть из предложенного, уже наелась. Прислуга, бдительно контролирующая обстановку за столом, меняла пустые тарелки в мгновение ока, и вскоре передо мной уже стоял чай и десерт. Есть уже особо не хотелось, но я попробовала угощение, приятно удивляясь насыщенному вкусу ягод и легкости взбитого крема.
Послы в это время завязали разговор о предстоящих делах, Полина задавала интересующие ее вопросы, а я все чаще ловила на себе задумчивый взгляд Рея. Ну что тебе, драконище?
— Диана, ты наелась?
Слегка удивилась, прекрасно понимая, что этот вопрос лишь предваряет десяток других, которые опекун явно желает задать, но тянуть не стала. Чем раньше проясним все до кристальной ясности, тем лучше.
— Да, вполне.
— Тогда идем, у нас очень много дел.
Не обращая внимания на подозрительный прищур Полинки и явное неодобрение коллег, которое я не смогла расшифровать, Рей подал мне руку и, будто маленькую, повел из столовой прочь.
Прочь и прочь… На второй этаж, в свои покои. Или все-таки наши? Меня слегка забавляло, с каким серьезным видом он идет рядом, какие настороженные взгляды бросает на меня, когда думает, что я не вижу, и с каким непроницаемым лицом запирает гостиную на ключ.
— А это зачем? — не удержалась от подколки. Почему-то, несмотря на всю серьезность ситуации, она меня откровенно развеселила. Ну как подростки, ей-богу!
— Хочу кое-что прояснить в наших с тобой отношениях… — Тон Рея был настолько серьезен, что меня окончательно разобрало и я не смогла подавить смешок. — В чем дело?
— Нет-нет, прости. Продолжай, — дала отмашку, изо всех сил изображая внимание. А у самой в это время картинка перед глазами стояла, как Полина, вооружившись таранным бревном, идет на штурм двери.
Любопытство — оно такое.
Да и какие у нас отношения? Один поцелуй? Серьезно? Да в наше время даже секс не повод для знакомства, а тут всего лишь один поцелуй. И тот прерванный.
Кстати…
— И что же у нас с отношениями? — спросила весело, когда Рей так ничего и не сказал, все это время внимательно наблюдая за мной. Словно решал, стоит ли вообще продолжать или из этой затеи ничего толкового не выйдет. — Рей?
— В первую очередь я твой опекун и наставник, — неожиданно жестко заявил дракон, делая шаг ближе. — И мне не нравится, насколько большое влияние на тебя имеет какая-то человечка.
Все веселье как ветром сдуло. Я резко вздернула подбородок, не веря собственным ушам, но Рей стоял весь такой до одури серьезный и одновременно недовольный, что я на всякий случай переспросила:
— Прости, что?
— Я запрещаю тебе общение с Полиной. Она дурно на тебя влияет.
— Неужели?
А вот сейчас я начинала злиться. Не тебе, ящерица белобрысая, решать, с кем я буду общаться, а с кем нет!
— Да. Я тщательно проанализировал все ваши разговоры, поведение Полины и сделал соответствующие выводы. Ни один дракон не позволит, чтобы какая-то человечка указывала ему, что делать и как. А эта девчонка помыкает тобой так, словно дракон она, а не ты. Это недопустимо.
— Так в чем дело? — Ярость уже клокотала внутри кипящей лавой, но я, наоборот, стала так ласкова и мила, что знающие меня люди уже бежали бы без оглядки прочь, по дороге надевая бронежилеты и копая траншеи. — Заберите у меня навязанный проклятый дар и вручите ей. И будет вам идеальный дракон!
— Я уже говорил, это невозможно. — Рей недовольно поджал губы. — В твоей голове держится хоть что-то из того, что я тебе говорил?
— О, ты не поверишь, сколько всего держится в моей голове… — промурлыкала я ласково и тоже сделала шаг. Теперь мы стояли настолько близко друг к другу, что ощущали чужое дыхание. — Но видишь ли, Рей… — Я жестко вцепилась пальцами в воротник его камзола, дернула вниз и зло прошипела: — Я буду общаться с кем хочу, когда хочу и о чем захочу. Не тебе, нарушитель собственных драконьих законов, решать, что допустимо, а что нет!
— Я ничего не нарушал, — глухо рыкнул блондин, сжимая мою руку поверх.
— Да неужели? — Мое удивление выглядело абсолютно ненатуральным. — То есть целовать несовершеннолетних у вас в порядке вещей? Знаешь, как это называется, Рей? Педофилия!
— Не угадала, девочка моя. — Он улыбнулся так зловеще, что я мигом почувствовала себя той самой человечкой: маленькой, глупенькой и беспомощной. — По нашим законам ребенком дракон считается только до двадцати пяти. — На мою талию довольно жестко легла вторая рука, не позволяя мне резко отпрянуть назад, и мы замерли словно в беззвучном танце. — Более того, данный закон является обязательным для несовершеннолетнего, но рекомендательным для старших членов рода. Все запреты и ограничения со стороны опекуна вплоть до полного совершеннолетия зависят от индивидуальной скорости взросления молодняка. Я же, понаблюдав за тобой достаточно времени, могу с уверенностью заявить… — Его лицо стало ближе, так что теперь мы едва не касались носами и смотрели исключительно в глаза друг другу. — Ты достаточно взрослая, чтобы я тебя целовал.
В любое другое время я бы поспорила как над формулировкой, так и над остальным, но сейчас мне этого времени не предоставили. Начало поцелуя вышло довольно жестким, словно дракон хотел таким образом меня наказать, но не на ту напал. Я отозвалась с такой страстью, желая наказать в ответ, что дракону пришлось даже отступить на полшага, лишь бы не рухнуть на спину от моего напора. Что такое, наставник? Не ожидал, что «девочка» тоже кое-что умеет? А я только начала!
И даже не знаю, какой бес в меня вселился (а может, и дракон), но если сначала я просто желала его проучить, прервавшись на самом интересном (до ста лет мучить буду поганца!), а это для любого мужчины удар по самолюбию, и, уверена, драконы в этом не исключение, то через пару минут и один удачно подвернувшийся диван так уже не думала. Целовался Рей божественно!
А у меня нервы. Стресс продолжительный, из которого я, можно даже сказать, в принципе не выхожу. С бывшим опять же рассталась больше месяца назад…
В общем, я хотела продолжения и не собиралась отступать!
Может быть, потом, когда получу желаемое, скажу спасибо и что-нибудь обидное, но точно не сейчас.
— Мм…
Было какое-то особое наслаждение в том, чтобы Рей сам снимал с меня одежду. Особую изюминку добавляло длинное платье и его руки, скользящие по чулкам сначала вверх, а затем вниз, чтобы стянуть их так медленно, как это только возможно. И не было ничего прекраснее дракона, стоящего передо мной на коленях и глядящего на меня снизу вверх, потому что туфли сами себя не снимут, а ему это, кажется, как и мне, в кайф.
После чулок и обуви настал черед пуговок, и тут уж Рей оторвался на полную, приступив к изучению моей груди настолько скрупулезно, что я даже слегка забеспокоилась. На пару секунд. На третьей бессовестный дракон добрался губами до сосков, и разум окончательно помахал мне ручкой. Еще ни один мужчина не находил на такой крохотной площади столько чувствительных точек! А мы только начали!
— Р-ре-ей…
Я плавилась и бессовестно стонала в его руках, ощущая себя податливым воском, из которого искусный скульптор ваяет свой шедевр, и далеко не сразу поняла, что дракон вместо того, чтобы распаляться и уверенно продвигаться к дальнейшему, как будто, наоборот, замедляется, неторопливо поднимаясь поцелуями от груди вверх к шее, чтобы самодовольно прикусить мое ухо и заявить:
— Вот тебе первый урок, Диана. Никогда не спорь с драконом, который старше, мудрее и опытнее тебя.
То, как он медленно отстранился, всем своим видом давая понять, что все-таки переиграл меня, породило в душе настоящую бурю эмоций. На первом месте, естественно, была злость. На втором, как ни странно, предвкушение реванша. А ведь в эту игру могут играть двое, Рей. Не думаешь ли ты, о чешуйчатое совершенство, что я спущу тебе это унижение с рук?
Ох, не с той женщиной ты связался, дракон! Ох, не с той!
— У тебя крайне необычный подход к преподаванию, Рей, — сумела произнести с язвительной усмешкой, когда пелена ярости спала настолько, что я смогла говорить. Поправила подол, одернув его, но даже и не подумала о чулках. Застегнула пару самых значимых пуговок на груди и только после этого насмешливо продолжила: — То в речке, то на диване… Что дальше, ваше сиятельство? Крыша, ржаное поле или прием у императора? Предупреди, пожалуйста, заранее, я хоть немного морально подготовлюсь.
Блондин зловеще сузил глаза, явно собираясь уколоть в ответ побольнее, но в дверь требовательно постучали, и дракон поморщился, так и оставив слова не произнесенными. Насмешливо приподняла бровь, предлагая сделать хоть что-то: либо все-таки высказаться, либо открыть дверь, на что мой так и не состоявшийся любовник зловеще пообещал:
— Мы еще продолжим…
И все-таки направился к двери.
Ой, боюсь! Ну просто вся боюсь!
Встав так, чтобы незваный гость меня не увидел (а я все еще застегивала эту чертову прорву пуговиц на груди!), Рей коротко с ним переговорил и закрыл дверь снова. Обернулся ко мне, смерил почему-то недовольным взглядом и коротко бросил:
— Мэтр Полуний ждет тебя внизу на урок танцев. Оденься.
Резко вспомнив о чем-то важном за пределами покоев, дракон одарил меня очередным взглядом из разряда «я твой опекун, быстро сделала все, как я сказал» и вышел. Если бы не это, точно бы швырнула в него туфлей! А так лишь пару раз сжала и разжала кулаки, сбрасывая негатив, и от души прорычалась. Проверено, помогает.
Ничего-ничего, дракоша… Ты у меня еще взвоешь!
Из посольства он практически вылетел, мысленно ругая себя на чем свет стоит. Что это было, Каттархайн?! Что, демоны побери, это было?!
До реки, расположенной почти в двухстах метрах, долетел в считаные секунды. Под воду ушел прямо в одежде.
Безумие!
Настоящее безумие!
А она? Бесстыжая и абсолютно бессовестная Диана!
Он ведь хотел поговорить. Просто поговорить. О занятиях, которые уже распланировал, о теории и практике. Была даже мысль посоветоваться, как лучше…
Но все полетело в Бездну, стоило только увидеть эту ее многозначительную улыбку.
И все.
Форменное сумасшествие!
Зачем он вообще заговорил о Полине? Только ли затем, чтобы самоутвердиться, или знал, что Диана выйдет из себя? Снова начнет приказывать, командовать, и тогда… Тогда он с полным правом поставит ее на место.
Но кто кого в итоге поставил?
И зачем, демоны его подери, он в конце концов прервался? Не проще ли было закончить и тем самым поставить твердую точку?
Но нет… он знает зачем. Потому что это все неправильно. Не так надо. Совсем не так.
Но как надо, он уже и не знает.
Демонова блондинка! Она умудряется мешать им, даже не присутствуя рядом! Он ее уже практически ненавидит!
Читать бесплатно другие книги:
