Влюбись в меня, девочка! Алексеева Дана

Удар. Крепкий, прямо в челюсть… Снова.

– Эй, не спи, брат! – ржет Серж над моей рассеянностью.

Он ликует. Его красные перчатки знатно припечатывались сегодня к моей физиономии.

Откидываюсь на канаты и встряхиваю головой. Достало.

– Перерыв, – хриплю я, морщась от досады.

С внутренней подавленностью выкидываю перчатки в сторону и тянусь за бутылкой воды. Думал, в тренировочном зале отвлекусь от всего, но не вышло… Она преследует меня повсюду.

– Ты явно не в форме, – хмыкает Серж и приземляется рядом со мной.

– Угу, – невнятно бормочу я и прикрываю глаза.

Черт, опять она… Жутко раздражает, что я ничего не могу с этим поделать.

Психую и выливаю оставшуюся часть воды себе на голову. Брызги с волос летят на ринг от нервного встряхивания. Чувствую себя хреново, хотя физически здоров, как бык.

– Ну и? В чем дело-то, поделишься? – на серьезной ноте подошел к вопросу Серж, видя мое удрученное состояние.

– Так… – рявкаю я, не желая произносить вслух прицепившуюся проблему. – Ерунда.

– Я вижу. Который день сам не свой ходишь.

Это правда. Места себе не нахожу – все не то, и не так. Никакого удовлетворения – вместо этого постоянное напряжение, раздражение и мысли, мысли, сводящие ума.

– В этом виновата она, – сухо заключаю я и рисую её навязчивый образ перед глазами. – Она – причина моих загонов. Никак не оставит меня в покое.

– Про кого говоришь, не понял?

– Стеша, будь она неладна… – фыркаю я.

Вот сказал я вслух – а легче не стало. Только язык раздразнил, вспоминая её имя на вкус.

– До сих пор не отстала что ли? Ну и дура, девчонка… – усмехается Серж себе под нос, а я мрачнею.

– Если бы. Мы не пересекались с ней после последнего разговора.

– Так в чем проблема? – тупит друг, не улавливая сути.

Из меня вырывается грязная усмешка. Над самим собой. Я растираю лицо ладонями, желая привести в тонус себя и свои растрепанные чувства.

– Я думаю о ней, – сглатываю, принимая сказанное, как приговор.

– Э-э…

В соседнем мозгу похоже произошел сбой. Серж замирает и пялится на меня, как на восьмое чудо света. Я фыркаю на его пристальный взгляд и поднимаюсь с пола. Знал, что он не поймет, еще и выставит меня дураком.

– Так, не думай, Адриан. Не вариант?

– Не могу. Сама в голову лезет.

– Как так?

– Хрен знает…

Стеша доверилась мне, и я получил то, что хотел. Славно позабавился над глупышкой, которая так быстро отдалась мне сполна. Да, я подонок. Не отрицаю. И мне глубоко плевать на её чувства и на все остальное… Точнее, так должно было быть в итоге.

А что я имею?

Эта девчонка терзает мой мозг и память при любой выпавшей возможности. Буквально насилует мои нервные клетки. Слава богу, не совесть – её у меня нет. Перебить Стешу чем-то иным, будоражащим сознание, тоже пробовал – не выходит. Она словно клещ, присосавшийся в мягкое слабое место. Мелкая кровопийца.

– Тебе развеяться надо просто, девочек как следует полюбить… – толкает в плечо Серж, сбивая с мысли. – Кстати, Ланочка про тебя все-время спрашивает.

– Пошла она. Не хочу, – морщусь я, словно речь идет не про длинноногую модель, а несуразное безобразие женского пола.

Вернее, я хочу, но не её… Кажется, я запутался окончательно.

– Только не говори, что запал на близняшку?! – вдруг выпаливает с наездом друг.

Он опережает закравшуюся на подкорке мысль. Я выстреливаю в неё на пораженье, не раздумывая.

– Чего? Не неси херни, а?

Любой намек на влюбленность жестко отрицаю. Где я, и где она? Я связался с ней только для личных целей – ни больше. Обычная девчонка, каких тысячи мимо проходят и глазками стреляют…

– Ну ладно, если так. А то Стеша тебе такого точно не простит.

– И не надо. Как-нибудь переживу.

– Тогда приди в себя, – кидает мне перчатки Серж и зазывает нарывающимся жестом на реванш.

Ладно, сам напросился… Огонек соперничества вспыхивает внутри.

– Ну, держись, – вскакиваю я и готовлю кулаки для боя.

Смеряю противника оценивающим взглядом победителя и… совсем не кстати отвлекаюсь на звук мобильника.

Интуиция подсказывает заглянуть во входящее сообщение.

– Думаешь, Стеша пишет, так подорвался… – подкалывает Серж и получает в ответ презрительный взгляд.

– Рон завтра прилетает, – бурчу я, читая сообщение от сводного брата и равнодушно пролистывая его прикрепленные фотки.

– О-о, поздравляю…

Тоже мне событие. Родные ждут его приезд из-за границы, где стажировался, как новое пришествие чуда… Не понимаю.

Прилетит – увидимся – поговорим.

Никогда не испытывал особого воодушевления по отношению к сводному брату, с которым породнился после замужества моей матери с отчимом. Рон – нормальный парень, но мы совсем разные, поэтому нам неплохо было за тысячи километров друг от друга. Вполне комфортно.

Посылаю дежурный смайлик ожидания в ответ и блокирую телефон.

Возвращаюсь на ринг в полной боеготовности.

– Ты готов? – с вызовом смотрю на Сержа, прищуривая бойцовский глаз. – Сейчас я набью тебе морду одной левой…

– Наконец-то, – с радостью принимает вызов друг, набивая кулаки друг о друга. – Вот такой Адриан мне больше нравится. Иди к папочке, малец…

Мы сходимся, и с каждым ударом я вымещаю угнетающее напряжение, получаю необходимую разрядку и «забиваю» мучающие меня мысли о той самой… Помогает, но временно. И что делать с этим безумием я не знаю…

Глава 13

– Стригите! – тверже повторяю я, глядя на собственное отражение в зеркале.

Парикмахер в очередной раз вздыхает, распуская водопадом мои длинные волосы. Поджимает губы, но отговаривать уже не рискует, видя мой категоричный настрой.

Я держусь, как могу, сильно обхватив ручки кресла, и сглатываю. Не моргаю.

Мастер молча берет в руки ножницы, расчёску и отработанным движением в несколько секунд на моих глазах состригает внушительную длину волос.

Моих любимых шелковистых волос… Закрываю глаза. Прозрачная капля сожаления скатывается по щеке – это максимум, что я позволю себе из чувств. И ни каплей больше. Все выревела… Достаточно.

Зачем я делаю это? Хочу измениться и не видеть в зеркале ту наивную доверчивую девчонку, о которую обтерли ноги. Вместе с волосами «состричь» из памяти моменты прошлого, от которых то перетряхивает, то бросает в дрожь. И наконец, избавится от запаха мужских рук, которые недавно ласкали эти самые волосы и восхищались ими.

Мне понадобилось время, чтобы принять для себя случившееся. Неделю я просыпалась среди ночи и словно заново осознавала, что все было правдой. Нет больше меня и Адриана. Он предатель. Использовал меня. Ненавижу.

Что мне делать со своими чувствами? Я топчу их. Через боль и внутренние терзания. Адриан не заслуживает ни доли моих растрепанных чувств, ни секунды моего времени, ни намека мыслей о нем.

Я заплатила за свою глупость и доверчивость сполна. Это хороший, хоть и жестокий урок. Мое сердце покрылось ледяной защитной корочкой, а нежная кожа – острыми невидимыми шипами. Никто не подойдет ко мне слишком близко, а если попробует – то сразу пожалеет…

– Готово, – завершает работу парикмахер и демонстрирует получившийся результат.

– Отлично. Все, как я хотела, – не улыбаясь, чеканю я.

Удлиненное каре с челкой – мой выбор. Сделано, как надо, и выглядит в принципе неплохо. Я другая – вот, что главное. Уже не такая, как сестра, из-за схожести, с которой все началось.

– Покраска через двадцать минут. Могу предложить выпить кофе или чай.

– Кофе, будьте добры. Крепкий.

Через пару часов мои теплые пшеничные волосы приобретут темный холодный оттенок. Для моей царствующей отныне душевной прохлады и бушующей вьюги внутри он подойдет, как никогда.

Я перебираюсь с парикмахерского кресла на диванчик в фойе салона и достаю телефон. Пять пропущенных от Марьяны. Поджимаю губы и уже на автомате удаляю вызовы. Надеюсь, скоро она перестанет наседать.

Я не тот человек, которому надо выплакаться в жилетку всем своим друзьям и знакомым, чтобы пожалели и вверили поддержку – нет, я буду вариться в собственном соку до последнего, пока сама все не переосмыслю. Мне нужно побыть одной. Это необходимо.

Но на самом деле, это не главная причина, почему я игнорирую подругу… Марьяна встречается с Сержем, другом Адриана – одним словом, нам больше не по пути. Я хочу перерезать все ниточки с этой компанией «отмороженных», и поэтому жертвую ради этого общением с подругой. Может это и неправильно, но пока все так. Другого выхода я не вижу.

Процесс моего «перерождения» приостанавливается в момент вечернего звонка в дверь. Неожиданного и подозрительного.

Я отрываюсь от компьютера, поправляю халат и на пути к двери смотрюсь в зеркало – до сих пор не могу привыкнуть к новому отражению. Поднимаюсь на носочки, чтобы через глазок увидеть незваного гостя.

Что она тут делает?

Слегка ошалев от знакомого лица, которое исказилось через стеклышко, я проворачиваю ключ и открываю дверь.

За порогом стоит моя сестра.

– Привет, Стешка, – швыркает носом Мила и подтягивает к себе два чемодана. – Ого… Ты покрасилась?

Её тушь подтекла в уголках глаз, и вид удручающий, но несмотря на это она улыбается мне. Я пребываю в шоке и пялюсь то на чемоданы, то на неё.

– Привет, что случилось?

– Я это… С Яром рассталась. Вот… К тебе переезжаю.

Мила делает шаг вперед, чтобы пройти в квартиру, но я преграждаю ей путь.

– Нет, – упрямо смотрю я на неё и встречаюсь с удивленным взглядом сестры. Она явно не рассчитывала на такой «теплый» прием от доброй всепрощающей сестренки.

– Ты чего, Стеша?

– Я не буду жить с тобой, Мила, уж извини, – категорично мотаю головой.

– Но…

– От тебя в моей жизни одни неприятности, – поясняю я.

Меня грызет чувство обиды на Милу. Она причастна ко всему, как ни крути. Не хочу этого скрывать – пусть знает.

– Это какие? – возмущается сестра и выпускает чемоданы из рук. По искрам из глаз видно, что сдаваться она не намеренна.

– Да все. Абсолютно!

– Это ты про Адриана? Так никто тебя не заставлял ложиться под него! А я, между прочим, тебя предупреждала…

– Что ты делала? – оскорбляюсь я, вспыхивая спичкой. – Можно спросить, а чего ты не предупредила меня о своих нелицеприятных проделках, когда я собиралась на ту вечеринку? Соврала мне в лицо, что никого не знаешь! Чего ты опасалась? Может именно того, что в итоге случилось?

– Стеша, послушай… – она закатывает глаза.

– Нет, это ты послушай, Мила, – огрызаюсь я, не в силах унять разбушевавшийся огонь. – Из-за тебя я во все это вляпалась. Ты приняла решение жить с Яром и перессорилась с мамой. Отвечай за свои поступки. У тебя проблемы – решай их сама, извини, но ничем помочь не могу.

– Не будь такой жестокой, Стеша!

Я закрываю дверь перед её носом и проворачиваю замок. Всё.

Шумно дышу, прислонившись спиной к стене и закрываю глаза. Вдох-выдох… Не отпускает. В груди щемит и ломит – хочется кричать от несправедливости.

Слышу движения чемоданов за дверью и понимаю, что не могу так… Бросить сестру на произвол судьбы. Все-таки не все доброе убили во мне пережитые испытания, остались еще живые клеточки «старой» Стеши. Втягиваю носом побольше воздуха и на выдохе отпираю дверь, надеясь, что сестра не ушла.

– Стешка… – слышу извиняющийся и полный надежды голосок сбоку.

К моей незримому облегчению Мила никуда не собиралась уходить и расположилась на чемодане возле квартиры. Некуда ей идти. К маме с повинной не пойдет, на гостиницы денег нет, насчет её друзей – видно тоже все плохо.

– Заходи, – киваю я ей и решительно беру ручку одного из чемоданов.

– Спасибо, – шмыгает носом Мила, поднимаясь с корточек. Глаза блестят. – Ты прости меня…

– Не стоит этого, – хмурюсь я и пропускаю её вперед. – Проходи давай, за чаем поговорим…

Глава 14

Салатовый Матиз блестит на солнце ярким листочком ровно также, как и блестят мои глаза сейчас. Моя первая машина – моя гордость. Всегда мечтала о собственном, удобном и компактном автомобиле и вот оно, свершилось!