С первого взгляда Спаркс Николас

– Ты видел, что они начали прокладывать проводку наверху?

Или:

– О, они вделывают трубы в стену, можно будет поставить раковину под окном.

Обычно Джереми кивал в знак согласия:

– Знаю.

Не считая чеков подрядчику, он ничего не писал; но, с другой стороны, Джереми полагал, что причина ему ясна. Виной тому был не недостаток информации, а ее избыток. Многое изменилось – не только самоочевидные вещи, но и мелочи. Например, его взгляды на то, как одеваться. Джереми всегда считал, что у него врожденное чувство стиля, притом с отчетливым нью-йоркским акцентом, и в прошлом многочисленные подружки нередко делали ему комплименты по поводу внешности. Он долгое время был подписан на «Джентльменс квотерли», предпочитал ботинки от «Бруно Магли» и элегантные итальянские рубашки. Но у Лекси, видимо, было свое мнение; судя по всему, она хотела полностью изменить Джереми. Два дня назад будущая жена вручила ему сверток. Джереми был тронут ее заботой… а потом открыл подарок.

Внутри оказалась клетчатая рубашка. Клетчатая. Такие носят лесорубы. А еще – джинсы.

– Спасибо, – выдавил он.

Лекси взглянула на него.

– Тебе не нравится?

– Нет-нет… нравится, – солгал он, не желая ее расстраивать. – Очень мило.

– А по-моему, что-то не так.

– Все в порядке.

– Я просто подумала – у тебя в шкафу должно быть что-нибудь такое, что поможет тебе сойтись с ребятами.

– Какими ребятами?

– Ну, местными парнями. На тот случай, если… ну, я не знаю… если ты захочешь поиграть в покер, или отправиться на охоту, или порыбачить.

– Я не играю в покер. Не охочусь и не рыбачу.

«И друзей у меня тоже нет», – вдруг подумал Джереми. Удивительно, что до сих пор он этого даже не замечал.

– Знаю, – ответила Лекси. – Но может быть, однажды ты решишь развлечься. Например, раз в неделю ребята собираются у Родни поиграть в покер. А Джед – самый замечательный охотник в округе.

– Родни и Джед? – переспросил Джереми, тщетно стараясь представить себе времяпрепровождение с кем-то из этой парочки.

– А что не так с Родни и Джедом?

– Джед меня не любит. И Родни, кажется, тоже.

– Чушь. С чего бы им тебя не любить? Знаешь что – поговори завтра с Дорис. Наверняка у нее будут идеи получше.

– Покер с Родни? Охота с Джедом? Я заплачу, чтобы это увидеть! – заорал в трубку Элвин.

Поскольку Элвин снимал на камеру загадочные огни на кладбище, он прекрасно помнил, о ком идет речь, и живо представил себе обоих. Родни сунул его за решетку по вымышленному обвинению, после того как Элвин вздумал заигрывать с Рейчел в «Эй, я тебя люблю!». А Джед пугал его ничуть не меньше, чем Джереми.

– Представляю себе… ты крадешься по лесу в своих ботинках «Гуччи» и клетчатой рубашке.

– От «Бруно Магли», – поправил Джереми. Он сидел в номере в «Гринлиф коттеджес» и размышлял о том, что у него действительно нет друзей.

– Какая разница? – Элвин снова засмеялся. – Великолепно! Горожанин превратился в провинциала, и все из-за этой малышки. Обязательно предупреди, когда соберешься на охоту. Я специально приеду с камерой и запечатлею тебя для потомства.

– Все в порядке, – отозвался Джереми. – Я справлюсь.

– А знаешь, она права. Тебе действительно нужно завести друзей. Кстати, помнишь ту девчонку, с которой я познакомился?

– Рейчел?

– Ну да, точно. Ты ее видишь?

– Иногда. Поскольку она подружка невесты, ты тоже с ней увидишься.

– И как она поживает?

– Веришь ли, она встречается с Родни.

– С этой горой мускулов? Могла бы выбрать кого-нибудь получше. Впрочем, у меня есть идея. Вы с Лекси могли бы устроить двойное свидание. Поужинать в «Гербсе», посидеть на крылечке…

Джереми рассмеялся:

– Ты говоришь так, будто прожил здесь сто лет. Знаешь все местные развлечения.

– Да, я такой. Умею приспособиться. Если увидишь Рейчел, передай привет и скажи, что я с нетерпением жду встречи.

– Обязательно.

– Как там твоя работа? Держу пари, тебе не терпится написать очередную статью.

Джереми поерзал.

– Хотелось бы мне, чтоб это было так…

– Ты не пишешь?

– Ни слова с тех пор, как переехал, – признался он. – У меня нет ни одной свободной минуты в промежутках между подготовкой к свадьбе, ремонтом и Лекси.

Наступила тишина.

– Подожди, я не понял. Ты вообще не пишешь? Даже для своего журнала?

– Да.

– Но ты ведь любишь писать.

– Да. И непременно возьмусь за дело, как только все уляжется.

– Ну ладно… – произнес Элвин с ощутимой долей скепсиса. – Теперь о том, что касается мальчишника… будет нечто потрясающее. Я оповестил всех. Обещаю, этой вечеринки ты никогда не забудешь.

– Только учти, никаких танцовщиц. И девочек в нижнем белье, выпрыгивающих из торта.

– Да брось, такова традиция.

– Элвин, я серьезно. Я влюблен, не забывай.

– Лекси беспокоится о тебе, – сказала Дорис.

Они вместе завтракали в «Гербсе». Большая часть утренних посетителей уже разошлась, в ресторане было почти пусто. Как обычно, Дорис настояла на том, чтобы накормить Джереми; при встрече она неизменно заявляла, что будущий зять просто «кожа да кости», и сегодня он с удовольствием поглощал сандвич с курицей.

– Не о чем беспокоиться, – возразил он. – У меня много дел, только и всего.

– Лекси это понимает. Но она хочет, чтобы ты чувствовал себя как дома. И был здесь счастлив.

– Я счастлив.

– Ты счастлив, потому что с тобой Лекси. Но пойми, в глубине души она мечтает, чтобы ты относился к Бун-Крику так же, как она. Лекси не хочет, чтобы ты оставался здесь только ради нее. Она хочет, чтобы ты жил в Бун-Крике, потому что у тебя здесь друзья. Потому что здесь твой дом. Она понимает, какая жертва с твоей стороны уехать из Нью-Йорка, но если ты будешь так на это смотреть…

– Поверьте, если я буду так на это смотреть, Лекси узнает первой. Но… Родни и Джед?

– Хочешь верь, хочешь нет, они славные парни, если узнать их поближе. Джед рассказывает самые смешные анекдоты из всех, что мне доводилось слышать. Конечно, если ты не любишь отдыхать, как они, тогда, вероятно, Джед и Родни действительно тебе не компания… – Она задумчиво поднесла палец к губам. – А чем вы с друзьями занимались в Нью-Йорке?

Болтались по барам и флиртовали с женщинами, подумал Джереми.

– Ну… чем обычно занимаются мужчины, – проговорил он. – Ходили на футбол, играли в бильярд. В основном просто проводили время в городе. Я уверен, что заведу друзей в Бун-Крике. Просто сейчас я слишком занят.

Дорис задумалась.

– Лекси говорит, ты бросил писать.

– Да.

– Это из-за…

– Нет-нет. – Джереми покачал головой. – Это никак не связано с моим отношением к Бун-Крику или с чем-то подобным. Писательство не похоже на прочие профессии. Нельзя просто сесть и писать. Главное здесь – вдохновение и идеи, а иногда… ну, человек не ощущает вдохновения. Хотел бы я испытывать его каждый раз, когда нужно, но увы. Впрочем, если я чему-нибудь и научился за пятнадцать лет, так это тому, что в конце концов вдохновение приходит.

– У тебя нет идей?

– Оригинальных нет. Каждый раз, когда мне что-нибудь приходит в голову, я вспоминаю, что уже писал об этом. И как правило, не раз.

– Может быть, тебе пригодится моя тетрадь? – спросила Дорис. – Ты в это не веришь, но мог бы, например… написать статью по материалам своего расследования.

Она имела в виду тетрадь, которую вела в связи со своей предполагаемой способностью предсказывать пол ребенка. На страницах стояли десятки имен и дат, включая предсказание насчет рождения Лекси.

Честно говоря, Джереми размышлял об этом. Дорис дважды делала ему такое предложение, и в первый раз он отказался, поскольку считал ее способности выдумкой, а во второй – потому что не хотел, чтобы его скепсис поселил разлад между ними. Дорис предстояло стать частью его семьи.

– Не знаю…

– Вот что я тебе скажу. Можешь решить позже, когда прочитаешь. И не беспокойся – я уж как-нибудь переживу «звездную болезнь», если в итоге ты обо мне напишешь. Тебе не о чем волноваться. Я останусь той же самой очаровательной женщиной, какой была всегда. Тетрадь у меня в кабинете. Подожди здесь.

Прежде чем Джереми успел возразить, Дорис встала и направилась на кухню. Вскоре со скрипом отворилась входная дверь, и он увидел мэра Геркина.

– Мальчик мой! – воскликнул тот и похлопал Джереми по спине. – Не ожидал тебя здесь увидеть. Я-то думал, ты берешь пробы воды и пытаешься разгадать нашу последнюю тайну.

Ах да, сомы.

– Вынужден вас разочаровать, господин мэр. Как поживаете?

– Неплохо, неплохо. Очень занят. Жизнь в городе не останавливается. Всегда уйма дел. Почти не спал в последнее время, но можешь не беспокоиться о моем здоровье. Мне нужно не более двух-трех часов сна, с тех пор как лет десять назад меня чуть не убило током от кондиционера. Вода и электричество, знаешь ли, несовместимы.

– Да, я слышал об этом, – ответил Джереми. – Послушайте, я рад, что встретил вас. Лекси просила поговорить с вами о свадьбе.

Геркин поднял брови.

– Вы подумали над моим предложением и решили устроить праздник для всего города? С приглашением губернатора?

– Нет-нет. Лекси хочет, чтобы церемония прошла возле маяка на мысе Гаттерас, а я никак не могу получить разрешение. Не могли бы вы помочь?

Мэр Геркин задумался, потом присвистнул.

– Это непросто. – Он покачал головой. – Общение с властями – дело хитрое. Все равно что идти по минному полю. Нужно найти человека, который знает дорогу.

– Именно поэтому нам нужна ваша помощь.

– Я бы рад, но сейчас у меня дел по горло с организацией летнего праздника Цапли. В наших краях это значительное событие – даже важнее, чем экскурсия по историческим домам. Мы устраиваем аттракционы для детей, ставим торговые палатки вдоль главной улицы, проводим парад и все такое. Короче говоря, маршалом парада должна была стать Мирна Джексон из Саванны, но она только что позвонила и сказала, что не сможет приехать из-за мужа. Знаешь Мирну Джексон?

Джереми попытался вспомнить.

– Кажется, нет.

– Она известный фотограф.

– Простите, не помню.

– Знаменитая женщина эта Мирна, – продолжал Геркин, пропустив слова Джереми мимо ушей. – Наверное, самый известный фотограф на Юге. У нее удивительные работы. Она провела лето в Бун-Крике, когда была девочкой. Нам страшно повезло, что Мирна согласилась приехать. И представляешь, у ее мужа обнаружили рак. Конечно, это ужасно, и мы будем за него молиться, но в итоге у нас все пошло кувырком. Сроки поджимают, а на то, чтобы найти нового маршала, понадобится какое-то время. Мне придется провести немало часов на телефоне, чтобы кого-нибудь уговорить. Какую-нибудь знаменитость. Как скверно, что у меня нет связей в мире знаменитостей. За исключением вас, разумеется.