Господин моих кошмаров Черчень Александра

Я непонимающе смотрела в непроглядную черноту по ту сторону и не понимала, что происходит… ровно до того момента как эта чернота не начала перетекать на мой светлый пол. В масляном, словно нефтяном пятне, мне на какой-то миг почудилась страшная рожа из трех фиолетовых глаз и кошмарной зубастой пасти.

– Пожиратель! – испуганно охнул Шо и заорал. – Закрываем! Выставляй его немедленно!!!

Сказать оказалось гораздо проще, чем сделать. Хотя бы потому, что темная масса одним прыжком оказалась в комнате и захлопнула за собой дверь.

– А-а-а-а-а! – подхватила я панику Шо.

“Нефть” гадостно хихикнула и протянула:

– Совершенно незачем орать и истерить, у меня от этого аппетит просыпается. И вообще, я быть может поговорить… пришло.

Клякса заползла на приготовленное кресло и судя по всему устроилась там со всевозможными удобствами.

Мой цербер забился под кровать и оттуда с трепетом смотрел на эту жуть в которой теперь уже явно плавали три фиолетовых глаза и то тут, то там выныривала зубастая улыбочка.

Чеширский кот недоделанный…

– Ой, наручнички! – в голосе пожирателя слышалось практически умиление. – Это все мне? Ну раз хозяева настаивают, то гости конечно подчиняются!

Пятно отрастило четыре страшные когтистые лапы и две из них со всевозможным усердием пристегнуло к подлокотником, мурлыча что-то себе под нос.

Я стояла, нервно прижимала к себе Шо и невиданно офигивала от происходящего. Хотелось бы выразиться сильнее, но не буду.

Кто там говорил, что страшнее Короля Сновидений ничего не может быть?!

Один из трех глазюк шаловливо подмигнул, и я, Шо и цербер дружно поняли – может!

– Вот! – радостно скалился гость, благовоспитанно сложив еще две лапы там, где в теории может находиться живот. – Теперь-то поговорим? Или мне для надежности еще в сетку закутаться и арбалетными болтами себя прострелить?

– Поговорим, – мрачно ответила я и взмахом руки сотворила себе кресло. – Кто таков, что хочешь?

– Как верно сказал твой сноц, я пожиратель, – скромно представилась тварь потупив глазки. – Хочу – добра.

– Кому?

Я решила уточнить, подозревая, что тварька желает добра исключительно себе и у нас с ней взгляды на это самое “добро” могут очень сильно отличаться.

– Тебе, разумеется, только тебе, Ми-и-ила… – протянул пожиратель подтвердив мои опасения.

– Сомнительно. С чего это потустороняя тварь будет желать мне добра? Ты меня не знаешь, я тебя тоже.

– Мне понятны и близки твои колебания, – все три глаза уставились на меня крайне сочувствующе. – Девочка поверит, если тварь скажет ей, что давно наблюдает?

Ага и надо подумать успела преисполниться искреннего участия к несчастной Миле? Хах!

– Девочка будет рада услышать, наконец, причины визита уважаемой твари.

– Тварь расскажет, – продолжила стебаться чертова клякса, повела одной из четырех когтистых лап и протянула. – Девочка любит чай или предпочитает кофе?

В моей родной фантазии, в которой теоретически я хозяйка и госпожа – без спроса нарисовался маленький круглый столик над которым вилось облачко тьмы, готовое в любой момент превратиться в чайный или кофейный сервиз.

Меня начала забавлять эта ситуация. Я перебрала пальцами и из под кровати ворча выбрался цербер, который сел по правую руку от меня, нехорошо глядя на нашего визитера.

– Девочка не хочет пить, – тихо ответила я, пристально глядя на пожирателя.

– Неуважение к гостю? – скорее с искренним любопытством, чем негодованием спросила клякса.

– Разумная предосторожность, – парировала я.

Тварь повела плечами, а тьма на столике определилась с запросами хозяина и там появилась бутылка вина и два хрустальных бокала тонкой работы.

Пожиратель наполнил оба бокала, половину своего тотчас опрокинул в зубастую пасть, а после кивнул на второй, со словами:

– На случай если девочка передумает. Вино того достойно.

Я промолчала, терпеливо ожидая пока это неведомое нечто наиграется и соизволит перейти к делу. “Нечто” поняв, что обмениваться ничего не значащими фразами я больше не собираюсь, лишь довольно прищурилось и промурлыкало:

– Я с миром, девочка Мила. И я с предложением от которого тебе будет крайне сложно отказаться.

– Удивите меня, – я хмыкнула, не скрывая своего критического настроя. – Просто горю от нетерпения!

– Тварь знает как наказать Короля Сновидений… И не просто наказать, а низвергнуть на самое дно, ниже той грязи откуда он некогда выполз. Растоптать, унизить, лишить всего, – фиолетовые глаза сузились до щелочек, а длинный, раздвоенный язык скользнул по краю бокала. – Девочке интересно?

Я внутренне напряглась, но постаралась никак этого не показать, лишь более сильно сжала переплетенные пальцы.

Месть.

Нет, не так.

Мес-с-сть.

Какое сладкое, тягуче перекатывающееся на языке слово. С привкусом железа и крови.

Но слепо верить пожирателю? Нашел дурочку.

– С чего это мне радостно бросаться вам на шею и целовать все четыре лапы, омывая их слезами благодарности? – не замедлила выразить я свои сомнения.

– Ого, какие мы язвительные! – восхитилась нефтяная глазастая клякса. – Но у меня есть гарантии! И да, гениальный план!

– Для начала расскажи-ка, милый зубастый друг, а почему я вообще должна тебе верить? Что ты, что Король – твари с одной стороны изнанки. Одним миром мазаны, как говорится.

– Не обобщай. Я – тварь изнанки, а он всего лишь человечишка с даром, которому стала слишком жать корона. Да и не только ему, а всем Сноходцам. Они мало того, что пришли и забрали нашу истинную вотчину – кошмары, так еще и используют их лишь себе на благо. Качают энергию, а после тратят ее выясняя у кого больше… эм… дар.

Я подавила улыбку, от этой забавной попытки опустить ругательство.

– То есть у тебя, пожиратель, справедливое негодование аборигена при виде захватчиков? – хмыкнула я, складывая руки домиком.

– Плюс личные счеты, – кивнул тот.

Я посмотрела на Шо и тот немного подумав согласно кивнул, подтверждая, что между сноходцами и пожирателями и правда есть конфликты.

– Ну что же… мотивы имеются. А теперь я бы послушала о том, как ты предлагаешь это провернуть.

– Для начала вот что девочка… ты знаешь, о том, что в первое время сила нового сноходца очень велика? Это вам маленький подарок от эволюции во имя выживания вида. Именно поэтому ты с полпинка умудрялась перехватить у Короля власть над созданным кошмаром и смогла одолеть его. Грубая сила против многолетнего опыта и знаний. В этот раз, эффект неожиданности был на твоей стороне и потому принес победу.

Слова пожирателя выглядели правдиво и логично, но это не значит, что им стоит безоглядно верить. И вообще, перед тем как соглашаться или отказываться надо выяснить как можно больше информации.

– А потом энергии становится меньше?

– Да.

– И как быстро? – тут же задала главный вопрос, сильно озабоченная проблемами выживания.

– Все индивидуально. У тебя есть от месяца до полугода. Тут все зависит от силы нового сноходца.

– Чем больше потенциал, тем дольше доступны сверхвозможности?

– Напротив, девочка Мила… напротив. Чем ты сильнее от природы, тем быстрее исчерпается новый ресурс. Это слабым дается дополнительное время.

Я замолчала, напряженно обдумывая ситуацию. Немного подумала и все же потянулась к предложенному гостем вину. Взяла бокал, глянула рубиновый напиток на просвет и сделала первый, осторожный глоток. Вино оказалось дивно вкусным: терпкое, сладкое, с тягучим вишнево-медовым послевкусием.

Разброс по времени от месяца и до полугода меня совсем не радовал. То есть непонятно когда именно я стану легкой добычей. Кстати, а для кого?

Этот вопрос я не замедлила задать по прежнему лучезарно улыбающейся кляксе.

– Для кого? – демонстративно задумался мой гость, подняв к потолку длинный и когтистый палец. – Дай-ка подумать… Ну, например для меня!

Я поперхнулась очередным глотком вина и закашлялась, изумленно таращась на этого мерзавца. Мерзавец протянул ко мне руку, которая тут же вытянулась на два метра и заботливо похлопал по спине.

– Ну что же ты так, пей аккуратнее, не торопись.

Доселе молчавший Шо посмотрел на меня огромными голубыми глазищами и простодушно подтвердил:

– Пожиратели и па-а-авда в основном едять снохоссев.

Я безмолвно посмотрела на гаденыша, который улыбался мне во все зубы и щурил фиолетовые зенки. Гад.

– Меня тоже съешь? – мрачно осведомилась я.

– Не сразу! – “успокоил” пожиратель, заботливо поправив мне челку и наконец-то убрал свою длиннющую руку. – А если ты мне Короля сможешь отдать, так и вообще не съем. Цени!

– Ценю. Как понимаю, в случае моего отказа ты голодным отсюда не уйдешь?

– Из гостей невежливо уходить не поужинав…

Я едва не выругалась. Зазвала “гостя” на свою голову!

– А ничего, что хозяева стол собой не сервировали?!

– Тем более грубо с их стороны, – спокойно парировал потусторонний наглец.

– Шо, каковы наши шансы выжить, если ОНО – я невежливо ткнула в тварьку пальцем. – Сейчас нападет?

– Мало, – честно ответил мне желтый пушистик. – пожирателей немного, до зрелого возраста вообще единицы доживают параллельно сожрав всех своих собратьев на нижних уровнях сна и потом закусив Сноходцами на верхних. Так что перед нами чрезвычайно опытный противник.

– А мои способности?

Пожиратель фыркнул.

– Прости детка, но ты пару дней как стала Сноходцем и вся твоя сила все равно что молот в руках маленькой девочки. Вроде и есть, но ты даже поднять его не сможешь. То, что ты одолела Короля – чистая удача. Толкнула молот с нужной стороны и он упал, параллельно придавив неудачливого парня.

Я покосилась на Шо и тот утвердительно кивнул, скорбно опустив голову и поставив копытца крестиком.

Угу, то есть вариантов у меня нет. Как мило. Как чудесно. Как предсказуемо.

И мне не остается ничего, кроме как попытаться сделать хорошую мину при плохой игре.

Не замедлив последовать этому замечательному внутреннему совету я улыбнулась и максимально любезным тоном протянула.

– Рассмотрев ваше предложение со всех сторон и приняв во внимание все приведенные аргументы я склонна согласиться.

– Рад, очень рад! – воодушевленно воскликнул пожиратель и снова через всю комнату протянул мне свою огроменную лапищу для рукопожатия. – Я в тебя верил, девочка Мила!

Верил он… загнав меня в угол и не оставляя вариантов!

Так, вдох-выдох, вдо-о-ох и вы-ы-ыдох.

– Раз все так замечательно сложилось, то почему бы нам не перейти непосредственно к вашему гениальному плану, господин?..

Мой намек на то, что тварь с которой мне так не повезло, до сих пор не представилась – остался без ответа. Клякса расплылась в очередной обаятельно-зловещей улыбке, стекла с кресла и проговорила:

– А вот это мы обсудим, когда я в следующий раз зайду к тебе в гости, девочка Мила.

И не успела я хоть что-то ответить, как потухшие было контуры двери вновь засветились, она распахнулась, пожиратель вновь рассеялся в густую тьму и вернулся туда, откуда выполз получасом ранее.

– Мы попали, – кратко резюмировал Шо.

Цербер согласно заскулил и снова заполз под кровать.

А я же испытала потребность закурить, выпить чего покрепче вина и громко выругаться.

– И что теперь делать, а Шо?

– Пошстараться не сдохнуть, – максимально честно ответил мне сноц.

Господи, вот уж точно “беда не приходит одна”. Недавно я всего лишь пыталась не сойти с ума, а тут уже есть возможность помереть прямо очень радикально и скорее всего не только во сне. Но это не точно.

– Шо, а если меня убьют тут, то я умру в реальном мире?

– Шморя как убьют, – философски отозвался желтый шарик и немного подумав, добавил. – Но я уверен, што пожиратель как и Король знают как наиболее кашественно угробить нового и неопытного Сноходца.

– Как я вообще им стала?! – в сердцах выругалась я. – Все проблемы же из-за этого!

– Ты се помнись. Латентный дар был с самого начала именно поэтому тебя и выбрал Король. Способности не должны были пробудиться, так как он очень грамотно выверял степень воздействия, но видимо где-то в расчеты закралась ошибка.

– Ладно… Расскажи мне о пожирателях.

Шо рассказал. Вообще, чем дальше, тем больше мой сноц напоминал гугл. Главное правильно задать вопрос.

Как оказалось у пожирателей есть три жизненные стадии – детская, подростковая и взрослая.

Во время детской эти до жути обаятельные кляксы обитают на нижних уровнях королевства сновидений. Там нет почти ничего. Чем-то мне эта система напоминала океан. Юные пожиратели “плавали” во тьме глубоководья и соответственно жрали совершенно все, что попадалось. Так как природа позаботилась и о сохранении этого вида – было их там много. Очень много. Безумно много.

– Слушай, а как они так сказать “рождаются”? – вдруг озадачилась я.

В связи с подводными ассоциациями мне на ум приходила только версия в которой эти твари метают икру.

– Не снаю, – улыбнулся Шо. – На нисние уровни никто не ходил и тем более не интеесовался как расмносаются самые опасные твари мира снов.

Я мысленно подивилась тупости Сноходцев. Если есть какие-то гады которые непонятно откуда взялись, то логично пролить свет на эту загадку, не так ли?

– Ладно, давай дальше. Как понимаю после того как подросли они поднимаются на более высокие уровни?

– Вено, – довольный моей сообразительностью прищурился Шо.

Итак, подростковая стадия для пожирателей ознаменовалась зарождением разума как такового и желания общаться в частности. Но старые привычки были сильны и потому сразу после общения недавний собеседник уже фигурировал в роли обеда или ужина.

Разумеется, привычки пожирателей всем остальным обитателям сновидений не понравились и болтать с ними по душам желающих не было. Но кляксы не спрашивали! Они радикально желали общаться и обедать.

Радикальные кляксы.

У меня в мире есть террористы, а тут эти.

Взрослость пожирателей ознаменовалась в первую очередь способностью контролировать голод. Образно говоря наступала после того, как наша дорогая радикальная клякса могла встретиться с живым и они мирно разошлись в разные стороны.

Короче говоря – планктон вырастает в белую китовую акулу. С неплохими мозгами, тягой к экспериментам и дурацким чувством юмора.

– В свяси с этим делается логичный вывод о том, сто твой недавний снакомец не просто взрослый, а зрелый, – закончил Шо.

– Почему?

– Потому как он разумеется поигрался, но отпустил тебя целую и невредимую. И меня. И дасе твои творения, которые месду просим живые воплощения твоей энергии, – сноц красноречиво обвел копытцем комнату с нафантазированным инвентарем и ткнул в цербера. Псинка стыдливо потупилась. Да, защита из него получилась какая-то никакая-то.

Я устало помассировала виски пальцами и спросила:

– Как ты думаешь, он скоро появится снова?

– Увеен! – Шо одним прыжком оказался у меня на коленях и чуть потоптавшись острыми копытцами наконец улегся и свернулся компактным клубком. – Он снает, что са тобой охотится Король и ты ему нужна живая и здоровая как минимум до вашей следующей встречи. То есть скорее всего она случится до очередного рандеву с Королем.

– Почему? – наивно осведомилась я.

Мой сноц поднял на меня безмятежные голубые глаза, очаровательно улыбнулся беззубым ротиком и выдал редкостную гадость:

– Потому что он явно придет тебя убивать.

Ну офонареть теперь!

В общем новости краше некуда.

Меня кажется в свое время не устраивали кошмары с палачом, разделанной девицей, кровавыми деревьями и психоделическими небесами? Я осознала! Мне все очень нравится – верните все назад, я тихо-мирно отъеду крышей в указанном направлении!

Так… Стоять! Мила, отставить панику.

Если посмотреть на ситуацию с другой стороны – теперь у меня появился союзник. Который возможно пострашнее врага будет, конечно, но все же союзник. И он заинтересован в том, чтобы я жила… по крайней мере пока.

Надо смотреть на все позитивно.

И вообще… пора просыпаться. Реальный мир тоже требует внимания!

– Шо, разбуди меня?

Сноц только кивнул, мир вновь смазался, завертелся и превратился в черноту.

Фаза быстрого сна

Стадия 6

Проснись – шепчешь ты мне!

Утро началось с неожиданности. Большой. Эффектной. Такого со мной уже больше месяца не случалось.

Я выспалась!

Да-да! Вот лежу в кровати, пялюсь в потолок залитый утренним светом из-за неровно задернутых штор и дивлюсь этому замечательному факту.

Если вспомнить господина Кастанеду разбитость с утра знаменует то, что в путешествиях по сновидениям ты потерял много сил. Или тебя хорошенько повампирили.

А в этот раз, невзирая на созданные для встречи клякса декорации – я бодра и весела.

Злость на Короля обуяла с новой силой.

Чудак прожорливый. На букву “м”.

Я вскочила, сладко потянулась и потопала завтракать.

Надо ехать на работу!

Почти напевая я оделась, и двинулась навстречу свершениям на благо родной редакции.

На этом хорошие новости утра закончились. Как только приехала на работу, то меня сразу же вызвал в кабинет начальник и обрадовал новостью о том, что дела в нашей конторе обстоят плохо и я подпадаю под сокращение. Эмоционально пожелав всего самого хорошего “доброму” начальству и “нежным” коллегам, которые давно уже меня подсиживали я отказавшись отрабатывать две недели – ушла в закат из офиса.

Спустилась в кафетерий и за чашечкой эспрессо приняла решение поехать к родителям.

Во-первых соскучилась, во вторых – могу, а в-третьих – там сейчас Мишка неподалеку тусит у своих. Так что совмещу приятное с приятным.

Так что следующие два с половиной часа я провела в дорожных пробках. Примиряла с действительностью лишь крутая музыка в наушниках и перспектива вскоре обнять родителей. Я не была исключением из правила и отношения у нас были не идеальные, но это не мешало мне очень любить маму и папу.

Приехала. Обняла своих, бросила сумку в выделенную мне комнату и спустилась к ужину.

В последнее время я к родителям ездила нечасто. Во многом из-за беременности мамы, которая уже несколько месяцев как замкнулась на теме своего здоровья и того, что нервничать ей ни в коем-случае нельзя. Нервами моя малость деспотичная мама считала все то, что делалось не по ее понятиям.

– Мила, – аккуратно начала мама глядя в тарелку и аккуратно накалывая на вилку маринованный грибочек. – Нужно побеседовать.

– О чем? – безмятежно улыбнулась я, откладывая свой столовый прибор. Чутье подсказывало, что лучше с трапезой повременить так как после таких вступлений обычно кусок в горло не лез.

Вот люблю я своих родителей, всем они замечательные, но беседовать о неприятных вещах о время еды – прямо фишка!

– У тебя все хорошо? – заботливо поинтересовалась мама поправляя короткие темные волосы. – До нас доходят слухи…

Ноги бы укоротить этим слухам… и Медведям которые их доносят!

– Не понимаю о чем ты, – невинно улыбнулась я, все же решив упорствовать до последнего и не раскалываться.