Покорность не для меня Свободина Виктория

Глава 29

Первым из флая выскочил, важно топорща усы и хвост, Эгир. Слышу удивленные крики людей. Далее выходим из флая мы с Эйнером. Местное население пока держится от машины на расстоянии, предпочитая наблюдать.

Выискиваю взглядом нужных мне людей. Срывая голос, изо всех сил, перекрикивая толпу, ору:

— Мама, папа!

В сторону флая бросились двое, и я, забыв обо всех наставлениях супруга, кинулась к родителям на встречу.

Нет ничего лучше, чем обнять маму и папу, особенно, когда думал, что никогда уже сможешь этого сделать.

Плачу и не могу остановиться. Мама целует меня в щеки, мама плачет. Папа… вперые вижу, как папа плачет. Даже когда я улетала из этого мира, без надежды вернуться, он держался…

Крепко-крепко обнимаю родных.

Прошло немало времени, прежде, чем я смогла осознавать, что происходит вокруг и отпустить, наконец, родителей. Хотя, не совсем и отпустила. Держусь с мамой за руки, головой прижалась к папиному плечу. Родители сильно постарели, хотя прошло относительно небольшой срок. Видимо, жизнь тут была несладкой.

Рядом стоит Эйнер, и общается с местным населением — в дороге помогла Клифорту освоить свой язык, и сейчас муж говорит с моими соотечественниками на вполне хорошем уровне.

Встретилась взглядом с супругом. Благодарно улыбнулась мужу — если бы не он, всего этого бы сейчас у меня не было.

Конечно, дел и разговоров будет много, но прежде…

— Мам, пап, разрешите познакомить вас с моим…

— В город вернулся воздух. Айрелин. Моя Айра. Жива.

Я воспарила над землей, оказавшись в крепких мужских объятиях. Что за наглось?!

Вглядваюсь в лицо незнакомца. Или… не такого уж и незнакомца. Но это ведь мужчина. Взрослый, сереьезный… у него глаза старика. Я же помнила этого человека улыбчивым беззаботным парнем. Нет, передо мной не Амир. Мой друг и жених Амир был не таким. Передо мной кто-то другой, кто-то, кого я уже не знаю.

— Амир? — все-таки недоверчиво произношу я, касаясь щеки мужчины.

— Да, Айрелин. Не похож, верно? — мужчина целует мою ладонь.

— Сейчас ты выглядишь, как твой отец. Точь в точь.

— Не от хорошей жизни, Айрелин. Мои отец и мать умерли. Все, у кого были старшие друзья, ушли за ним на тот свет. Вообще много кто погиб. Пришлось взять на себя всю заботу об умирающей империи.

— Как вам удалось выжить? А впрочем… отпусти меня сначала, — накатило осознание, что я в объятиях другого мужчины. Мой ревнивый супруг наверняка сейчас в ярости, даже страшно смотреть в сторону Эйнера. Наверняка еще чуть-чуть и терпению Клифорта придет конец. Если визит в мой мир начнется с дипломатического скандала — глава экспедиционного корпуса начнет драку с императором, это будет полный провал.

— С какой стати я буду отпускать собственную невесту? — неожиданно жестко произнес Амир.

Ответить не успела.

— Видимо с той, что это уже не ваша невеста, а моя жена, — раздался за спиной холодный голос Эйнера и недовольное рычание Дерзкого — мой пес мужа обожает не меньше, чем меня, и, похоже, чувствует, что что-то здесь не то.

— О, на тебя еще один самец претендует что ли? — вклинился в мои мысли портур. — Тогда я поддерживаю новенького, этот мне не нравится, то и дело меня запереть хочет и сделать больно.

Фыркнула про себя. Вот и вся суть портуров и собак сразу видна — собаки абсолютно преданы своим двуногим друзьям, а портуры… где лучше кормят, и нежнее за ухом чешут, там и хорошо.

Выскользнула, наконец, из ослабевшей хватки императора.

Оценила обстановку. Ситуация явно напряженная. Амир и Эйнер меряются тятжелыми взглядами, остальные, окружившие нас люди напряженно молчат.

Подошла к Клифорту, взяла его за руку, лучезарно улыбнулась и громко радостно произнесла:

— Мама, папа, разрешите представить вам моего мужа.

Немая пауза длится долго. Да, родители всегда видели меня только с Амиром, и это не обсуждалось. А тут дочь, отсутствующая почти тригода, и которую уже наверняка не надеялись встретить, возвращается домой, да не одна, а замужем за каким-то чужаком. Наверняка думают, что хорошо время провела на чужбине, и возвращаться не торопилась. Нет, родители у меня замечательные, и ни за что так не подумают, а что считают остальные, мне все равно.

Первым нарушил тишину мой отец.

— Приятно познакомиться…

— Лойр Клифорт, — кивнул муж.

— Мне кажется ваше лицо знакомым, лойр. Мы с вами, кажется, уже встречались?

— Верно, ваша светлость.

Папа все еще задумчиво смотрит на Клифорта, не выражая никаких особых эмоций, чтобы я поняла, как именно родитель относится к моему мужу.

— Давайте не будем держать гостей на улице. Тем более таких гостей, — произнес Амир. — Признаться, мы вообще не ожидали, что кто-то еще когда-нибудь появится тут извне. Очень интересно, как это у вас получилось, без стационарного перехода.

Император смотрит на меня и моих спутников пронзительно, испытующе, но ответа не получает. Разговоры действительно лучше вести не улице. Тем не менее, я считаю, что про драконов можно и нужно рассказать — здесь их никто не тронет, у нас слишком велико уважение к этим существам и их желаниям, хотя… Дойлеру это не помешало, но последствия оказались страшными.

В императорскую резиденцию мы направились пешком, впрочем, от родитеского дома она совсем близко. Флаи, как сказал, Амир, больше не используются, поскольку топлива и так мало, чтобы тратить его на машины, поэтому только портуры остались из транспорта.

Эйнер крепко держит меня за руку, не отпуская ни на секунду. Даже на Эгира отказался посадить. Чувствую, когда вернемся на наш флай, ждет меня выволочка и допрос с пристрастием по поводу Амира.

Ну, подумаешь, женихом у меня был будущий император. Все равно же теперь я замужем и этого не изменить. Развод, я уверена, Эйнер мне ни за что не даст. Так что… правда есть еще вариант. Я могу овдоветь.

Сама покрепче вцепилась в Клифорта и осматриваю всех с подозрением. Пусть только попробуют. Я тогда им устрою тут еще один конец света.

Где-то на краю моего сознания ехидно хихикает подслушивающий меня Эгир. Не смешно.

Родной город, почти не изменился не только если смотреть на него сверху. Те же улочки, те же дома. Только выглядит все обветшалым и полузаброшенным, окна многих домов заколочены. Печально. Очень.

Резиденция как была, так и осталась величественной и красивой. Песочного цвета башенки, и золотого цвета крыша всегда привлекали мой взгляд. В солнечную погоду замок сиял. Обычно, императорская семья приезжала сюда осенью, когда вылуплялись драконята — хотили найти Амиру старшего друга, но тот не торопился появляться. К счастью, как выяснилось, иначе Амира наверняка бы здесь сейчас не было.

— Айрелин, — со мной и Клифортом поравнялся император. Мы уже около входа в резиденцию. Амир показал на одну из башен замка. — Помнишь?

— Конечно, помню.

Улыбнулась. Чудесное время. Там нас с Амиром всегда запирали, наказывая за шалости, и заставляли зубрить этикет и прочую полезную ерунду, но мы обычно вместо учебы и осознания грехов своих, бесились, придумывали разные игры, болтали и мечтали. Мечтали, сидя на широком подоконнике и любуясь небесами и чудесным видом открывающимся на горы. Часто можно было заметить летающих над горами драконов. Мы с Амиром грезили путешествиями, приключениями и подвигами. Потом, правда, мы повзрослели, и появились иные, куда более произачные мечты, а в башне нас запирать перестали, но… да, хорошее было время.

Эйнер сжал мою руку так, что косточки затрещали. Хм… а что сейчас Клифорт подумал? Ну не про поцелуй же с Амиром, о котором я так неосторожно супругу рассказывала? Хотя… поцелуй вроде бы когда-то тоже в башне состоялся. Я и забыла. М-да. Ситуация.

На лицах родителей написано недовольство, им не нравится, что я иду не с ними, но… пусть привыкают. Папу с мамой я люблю, однако теперь у меня есть и муж, и мне с ним дальше жить.

Всех своих гостей император усадил за большой обеденный стол, который быстро накрыли прислужники. Люди Эйнера все остались рядом и сидят с нами. Заметила, что у Амира охрана и свита небольшая есть, но в целом император держится со всеми, так, словно и не император вовсе, а простой ничем не выдающийся человек.

— Итак, — Амир заметил, что никто все равно ничего не ест. — Я, честно сказать, уже не могу больше ждать. Законы гостеприимства соблюдены. Скажите, как же вы смогли к нам попасть?

Император с ожиданием смотрит на Клифорта, признав его главой нашей компании.

— Как я могу к вам обращаться? — уточнил для начала Эйнер.

— Можно просто по имени. Сейчас мы уже не разводим церемоний, да и империи, как таковой, больше нет, — спокойно ответил его императорское величество Амир Симеополис третий.

Я не согласна. Теперь не согласна. В этом мире еще теплится жизнь. Есть земля, есть люди, а значит, ни что и никто не забыт.

— Видите ли, Амир, про технологии моего мира я бы хотел пока умолчать. Наша экспедиция носит в первую очередь спасательный характер, поэтому в первую очередь хотелось бы узнать, какова сейчас обстановка в мире, много ли выживших и нужна ли эвакуация? — произнес Эйнер.

Все время, пока говорил, муж поглаживал под столом мою коленку — видимо это действует не на Клифорта успокаивающе, да и на меня, в принципе, тоже. Да, нас с Эйнер успокивает наше небольшое копошение под столом, зато остальных, похоже, нервирует. Мамины глаза метают молнии, папа хмурится, Амир… зол.

— Было бы неплохо эвакуировать людей, ведь по всему миру остались лишь небольшие островки жизни. Но. Не выйдет. Мы все связаны с этим миром и силом драконов. Уйти сейчас из этого мира, означает окончательно порвать и без того тонкую связь и умереть. Так что, мы все здесь заперты. Айрелин, скажи, из тех кто когда-то улетел. Многие ли выжили?

Опустила взгляд в пол.

Только я. И… Дойлеры. Катениль и Леман Дойлер, как удалось выяснить, убили своих драконов ради силы, и это повлекло за собой страшное проклятие на весь драконий род.

По залу пронесся гул взволнованных голосов, обсуждают услышанное.

— А почему выжила ты, Айрелин? — вдруг спросил Амир, взгляд императора жжесткий, испытующий. — Ты знаешь?

Отрицательно покачала головой.

— Нет. А как это удалось вам? Без драконов.

Амир молчал долго. В зал усановилась тишина, которую никто не смел нарушить. Наконец, император произнес:

— Жизнь сохранилась на свещенных территориях, где есть древние храмы с драконьими кладками под ними. И то, далеко не везде это помогло. Стихии и катаклизмы сделали свое дело. Нам повезло — в горах мы смогли защититься от снега. Земля здесь осталась теплой и плодородной.

— Но подожди. Так вы все-таки выжили без драконов? — не удержалась я.

— Нет.

— Кто-то из драконов остался жив?

— Нет.

— Тогда что?

— Кладки, что под храмами расположены. Яйца почернели, но не истлели. Прошло уже немало времени, но из этих яиц так никто и не вылупился. Наши врачи проверили — серцебиения драконов в этих яйцах не слышно, никаких шевелений тоже не наблюдается. Но яйца есть, а вместе с ними, мы считаем, сохраняется тепло в этих горах и наши жизни.

Мы с Эйнером переглянулись. Вот как раз задачка для магобиолога… или скорее жреца храма. Поскольку яйца не окаменели, а именно почернели — это либо мистическое проклятье, либо странная болезнь.

— Амир, а можно намбудет взглянуть на эти яйца? — спросила я, не особо надеясь на согласие императора. Полагаю, что последнюю надежду мира берегут, как зеницу ока и чужаков туда не пустят.

— Для чужих путь в храм закрыт, — подтвердил мои мысли Амир. — Однако ты можешь туда пройти, но не сегодня. Сейчас вы наши гости, только с дороги мы все желаем узнать новости, ведь в нашем маленьком мирке их теперь не так много.

За столом мы сидели долго. Уже стемнело, но никто не спешил расходиться. Я узнала, много страшных подробностей о том, как приходилось здесь выживать людям, как много людей погибло, сколько остались живы, но сошли с ума от горя.

В этих горах самая большая прихрамовая кладка и самая большая территория жизни. По всему миру можно насчитать от силы сотню таких участков. Амир нашел и побывал на всех островках жизни. Сообщение ведется с помощью артефактов и иногда задействуются флаи для обмена и без того скудными ресурсами.

Вглядываюсь в лица соотечественников — серьезные, взрослые. Мы пережили страшную трагедию, потеряли родных, близких, детей. Я не хотела жить, зная, что уже ничего не вернешь, но Эйнер вытащил меня из трясины.

О своей жизни рассказываю мало, очень мало. Почти ничего. Зачем людям знать о моих мытарствах и позорных торгах. А вот про Дойлеров рассказала очень подробно. Пусть люди знают почему мы все так пострадали.

Постепенно зала все-таки начала пустеть.

— Вам уже подготовили комнаты, где можно переночевать, — произнес Амир для Эйнера и остальных участников экспедиции.

— Спасибо, но мы переночуем на флае, — вежливо отказался мой супруг.

Император нахмурился.

— Почему? Вы не доверяете нам?

— Нет, что вы, просто на флаенам будет привычнее и комфортнее.

А еще на флае нас наверняка уже заждались драконы.

Император хмурится. Кажется, Амир не хочет нас отпускать. Боится, что улетим? Эйнер может, на самом деле и такой приказ отдать, но вряд ли. Здесь мои родители, с которыми я даже пока толком не поговорила, нерешенная загадка с драконьими яйцами. Я знаю, что Клифорт даст мне время побыть с родными.

Меня отправились провожать до флая папа с мамой, и в итоге мы были приглашены еще и к нам домой на чай. Эйнер не отказал, оставив с нами только трех человек охраны, портура и Дерзкого, остальных же отпустил на флай.

— Лойр Клифорт, расскажите, пожалуйста, а как вы познакомились с нашей дочкой.

Эйнер, я и родители расположились в гостиной. Я тихо млею от счастья, оказавшись, наконец, в родных стенах, сижу в обнимку с мамой на диване, а мужчны расположились за небольщим круглым столом. Чай присутствует, но его нико не пьет.

— Наше знакомство произошло при весьма необычных обстоятельствах, — тепло улыбнулся Клифорт. — Опущу подробности, скажу лишь, что итогом нашей первой встречи стал мой разбитый флай.

— Лойр… я достаточно хорошо вас запомнил. Не скрою, при моем визите в ваш мир мне рекомендовали вас как честного человека, выполняющего всегда свои обязательства, вот только… на тот момент, когда мы с вами встречались, у вас, кажется, было около девяти жен…

— Десять, — поправил Клифорт.

— Кроме Айры у меня больше не осталось жен. С остальными я развелся.

— О, а что так? Насколько мне известно, в вашем мире многоженство — это норма, — отец спрашивает в шутливой манере, но я точно знаю, что сейчас папа предельно собран и напряжен. — Как мне говорили, у вас была прекрасная коллекция из лучших представительниц прекрасного пола.

— Думаю, для вас не секрет, насколько хороша ваша дочь. Айра затмила для меня всех остальных, — Эйнер помолчал и вдруг перевел на меня внимательный взгляд. — Я люблю ее. Так, как никого и никогдане любил.

Мои щеки обдало жаром. Подобных признаний муж мне еще до сих пор не делал.

— Я рад, — сухо произнес не впечатленный папа. — Скажите, а дочь моя сама приняла предложение, или же ей прошлось пройти через эту вашу унизительную систему торгов, где невест себе мужчины покупают?

— Таковы традиции моей родины, — осторожно ответил Эйнер. — У нас подобные торги — это нормально.

— То есть, ты согласилась, что тебя будут продавать, как вещь? — вскрикнула шокированная мама. — Как ты могла? Мы разве так тебя воспитывали? Зачем ты вообще решилась выйти замуж того у кого помимо тебя еще несколько женщин? Ты настолько себя не ценишь?

— Да как будто у меня выбор был, — огрызнулась я и… поняла, что сказала лишнее.

Наступила тишина.

— А что, не было? — тихо поинтересовалась мама.

Ответил Эйнер.

— Айра долго скрывалась, чтобы не попасть под опеку Дойлеров, и даже когда ее нашли, не говорила, кто она и откуда. По нашим правилам, девушек, не имеющих опекуна или мужа, выставляют на брачные торги. Поэтому у Айры действительно не было выбора, кроме как стать моей женой. И, как видите, в итоге у нас все в порядке, но да, первое время после появления в моем мире жене моей действительно приходилось действительно очень трудно.

— Ай, детка, почему ты молчишь? Расскажи нам, — попросил папа.

Тяжко вздохнув, начала подробный рассказ. С начала. Как мы летели с соотечественниками, как все погибли, как меня нашли и выходили мальчишки, как выживала, как… грабила папин банк, и надо признать, это была, ради разнообразия, веселая история.

Близится утро. Никто спать так и не лег. Мужчины с чая давно перешли на напитки покрепче. Были горькие слезы, признания в собственных страхах, боли. Непростая была ночь. Но стало легче.

— Нам пора возвращаться с Айрой в наш флай, — произнес Эйнер вставая.

— Да, конечно, — отец тоже встал и пожал Клифорту руку. — Но я надеюсь еще увидеть вас с моей дочкой. Как долго вы планируете здесь быть?

— Самое большое — месяц, затем мы будем вынуждены вернуться, чтобы пополнить запасы топлива.

— Месяц. Так мало, — огорченно произнесла мама.

— Да, но теперь, зная, что здесь есть выжившие, мы будем периодически возвращаться и подвозить предметы жизненной необходимости и топливо. Кто знает, возможно, в этом мире все еще наладится, если из яиц вылупятся драконы.

— Мы все тоже на это очень надеемся, — воздохнул папа. — Скажите, понимаю, вопрос нескромный, но очень для меня важный. Как скоро я могу рассчитывать на внуков.

Мы с Клифортом переглянулись. Если папа узнает, что, вероятно, никогда не станет дедом, то точно будет настроен против моего мужа.

— Как только определимся, сразу вас известим, — обтекаемо ответил муж.

— У вас же нет детей, верно? Хотя жен было много, — папа спрашивает нейтральным тоном, но, зная своего отца, его хватку, умение находить у людей слабые места — родитель может быстро докопаться до истины.

— Детей действительно нет, — подтвердил Эйнер коротко и, взяв меня под руку, собрался уходить.

— Лойр Клифорт, — это вновь папа. — Должен вас предупредить. — Император весьма заинтересовался вопросом о том, как вы сумели попасть сюда без стационарного перехода, и сделает все, чтобы это выяснить. А еще он явно заинтересован в Айре, и сделает все, чтобы она осталась здесь.

— Спасибо, учту, — кивнул муж.

— И еще. На мой взгляд, наш император куда больше подходит моей Ай в силу ряда обстоятельств. И если бы не бедственное положение в нашем мире, я бы сделал все, чтобы Айрелин осталась тут, но ситуация такова, что за пределами этого гибнущего мира ей будет лучше. Так что, как мне не больно это признавать, возможно, вам стоит улететь отсюда как можно раньше.

Глава 30

Мы с Эйнером так устали, что вернувшись к себе, просто завалились спать, так что выяснение отношений с мужем отложилось на неопределенный срок. А ведь всего через три часа уже вставать и идти на новую встречу с императором — мне, как и было обещано, покажут драконьи прихрамовые кладки.

Пробуждение вышло весьма приятным — будили меня ласковые мужские прикосновения.

Долгий, потрясающий поцелуй Эйнер прервал сам.

— Знаешь, Айра, что меня больше всего злит во всей этой ситуации с императором?

— Что?

— Он претендует на тебя. Даже узнав, что ты замужем. Почему? Ты же говорила, что в юности между вами не было романтических чувств.

— Не было, — кивнула я.

— Либо ты что-то не поняла, относительно чувств императора, либо ему от тебя что-то нужно.

— Не представляю, что Амиру могло от меня понададобиться.

— Вот и я пока не представляю. В любом случае, мужской инетерес к тебе у него есть. Это было видно еще тогда, когда он только к тебе подходил при первой встрече. Я видел его взгляд. Восторг, радость, восхищение и желание. Мужское желание, Айра. Я полагаю, дорогая, что твой друг вырос, и с опытом у него сформировался правильный вкус на женщин.

Фыркнула.

— Что значит правильный? Девушек много вокруг, все по своему хороши.

— Да, но ты все равно выделяешься, твое яркое возращение сыграло определенную роль, к тому же, теперь ты чужая жена, незнакомка, а ненавязанная в невесты подруга детства. Вот, примерно мои мысли. Но тут есть что-то еще. Как правило, интуиция меня не подводит.

К счастью, буря меня миновала. Эйнер, пока мы собирались, был задумчив и отрешен. Перед выходом из флая вновь надавал мне множество инструкций, как мне себя лучше вести, и только.

Дошли с Эйнером и его людьми до храма, провожаемые толпой зевак, а перед храмом нас уже поджимал у входа главный жрец. Императора поблизости нет, и, думаю, так даже лучше.

Храм вырублен в скале, и практически с ней сливается. Красивое здание, величественное, но вместе с тем такое, скажем так, первобытное — при взгляде на него сразу думаешь о прошлом и о наших далеких предках, сумевших создать эту красоту.

— Ну что, Айрелин, идемте, — храмовник приглашающе махнул мне рукой, заходя в проход.

— Не задерживайся там долго, — попросил Эйнер и поцеловал меня в щеку. — Мы будем ждать тебя здесь.

— Хорошо, — улыбнулась в ответ.

— Я тоже хочу пойти с тобой, — заявил в моем подсознании Эгир, который тоже напросился на утреннюю.

— Нельзя. В храм портуров не пускают.

— Но этот то, слюнявый, с тобой идет. Почему ему можно?

Погладила по голове стоящего рядом пса.

— Дерзкий не такой крупный, как портур.

— Ну, смотри. Удачного свидания.

Какого еще свидания?

Захожу в храм, где царит приятная полутьма. За мной закрываются двери, и становиться еще темнее. Не привыкшие к темноте глаза пока не позвляют оценить обстановку храма.

— Жрец? — мой голос неожиданно гулким эхом уносится в пустоту храмового зала. Увы, не успела узнать, как зовут моего сопровождающего. Оглядываюсь, и понимаю, что храмовник куда-то исчез. — Вы где?

— Отправился по своим делам, Айрелин. Поэтому тебя провожу я.

Мне на встречу идет знакомая фигура. Своего друга детства я могу узнать даже по походке.

— Амир, зачем?

— Мне захотелось с тобой поговорить. Нормально и наедине. Заодно и кладку покажу.

Резко развернулась и протянула руку к двери. Эйнер меня убьет, если узнает, с кем я уединилась в храме.

— Ай, не надо! — Амир в мгновение ока очутился рядом и перехватил мою руку. И опять мой старый друг, которого я перестала узнавать, слищком близко.

Прикосновение к моей руке и тишина длится куда дольше необходимого.

— А впрочем, иди если хочешь, — Амир убирает от меня руку.

— В чем подвох? — якобы безразлично поинтересовалась я. Император вряд ли так быстро сдастся.

— Больше у тебя не будет шанса попасть к драконьим кладкам. Впрочем, в них все равно нет ничего особенно, и смысла приходить и на них смотреть, я не вижу.

Я всегда была очень любопытна. Кому, как не Амиру это знать.

— Ладно, идем, — отвернулась от двери. — Но меня больше трогать не надо.

Император неспешно ведет меня в подземелья храма.

— Ай, скажи, как тебе жилось в другом мире? — начал беседу Амир.

— Поначалу плохо, жить вообще не хотелось, потом привыкла. Муж во многом помог принять новую действительность. А тебе здесь? Знаешь, ты очень повзрослел и внешне и внутренне. Это заметно.

— Странно, что не поседел, — невесело хмыкнул Амир. — Сама представь. На твоих глазах умирают один за другим люди, твоя любимая мама, твой отец, который, как мне всегда казалось, мог решить любой вопрос, и вся ответственность за тех, кто остался и выжил ложиться на меня тяжким грузом, при этом люди смотрят на тебя, чуть ли не как на бога, ожидая, все решишь, а ты и понятия не имеешь, что делать, и как быть. А на тебя все рассчитывают. Но ничего, как-то справились и приспособились к новым условиям жизни. Но поначалу тоже было трудно, а настроения у людей и того хуже. Каждый день мы ждали, что вот, сейчас небо окончательно рухнет на землю и мы все умрем. Кто до сих пор этого ожидает и живет в постоянном страхе.

Да уж, действительно представляю. Тяжело.

— Сочувствую, — произнесла печально.

— Ай.

— Да?

— Как вы сюда попали?

— Я не могу сказать.

— Почему? Разве плохо, если мы узнаем способ отсюда выбираться?

— Извини, пока не могу ничего ответить.

— Может, твой дракон выжил и провел сюда? Айрелин, скажи. Это очень важно.

Отрицательно покачала головой.

— Если бы мой дракон был жив, я появилась бы здесь гораздо раньше. Амир, скажи. Мы ведь были друзьями. К чему это заявление про невесту?

Того, что произойдет дальше, совсем не ожидала. Амир остановился, с мрачной решимостью в глазах, молча притянул меня к себе и, несмотря на мое сопротивление и крики, поцеловал.