Меняющая мир, или Меня зовут Леди Стерва Шилова Юлия

Глава 20

Прилетев, я сразу набрала номер телефона Руслана и стала ждать, когда он за мной приедет. Домой показываться побоялась – гарантия того, что Касьян снял пост у моего дома, практически равна нулю. Руслан не заставил себя долго ждать. Он приехал даже быстрее, чем я ожидала. В машине он дал мне сигарету и взволнованно спросил:

– У тебя все в порядке?

– Руслан, разве в моей ситуации все может быть в порядке?

Я внимательно пригляделась к Руслану. Он был какой-то уставший, невыспавшийся, замученный.

– А у тебя почему такой вид, словно ты дней десять подряд не просыхал?

– Работы много. Впереди персональная выставка в Париже, теперь еще с «Плейбоем» контракт заключил. Хотят, чтобы я повкалывал на них. Тут еще мастерскую открыл, учеников набрал, обучаю их искуству художественной фотографии.

– Умница! Я всегда знала, что ты у нас что-то особенное! У тебя на роду написано быть известным.

– Не знаю, что там у меня и где было написано, но ты, с твоими внешними данными и жизненной хваткой, могла бы тоже многого добиться. Не понимаю, почему ты так быстро опустила руки! Ты сняла деньги?

– Да.

– Теперь нужно подумать, как их по уму передать. Можно было бы, конечно, свалить за границу и сюда носу не показывать, но ты не из тех людей, которые способны лечь на дно. С твоей авантюрной натурой это невозможно, тем более что ты жить не можешь без Москвы. Я подумаю, как лучше всего их отдать Касьяну. Нужны гарантии.

– Касьяну отдавать нечего.

– Как?

– Деньги сгорели, их нет.

– Не понял.

– Что тут непонятного. Я взяла деньги из банка. Затем поплыла со своим близким мужчиной на яхте. Мы зажгли свечи и занялись любовью. Две свечи упали, и яхта загорелась. Рядом с этими свечами лежал пакет с баксами. Естественно, пакет сгорел. Вот и вся история.

– Сгорел пакет с полумиллионом баксов?

– Сгорел.

– Да, конечно, что от тебя еще можно ожидать. Я был бы очень удивлен, если бы ты его привезла. И что, у тебя там появился близкий мужчина?

– Да.

– И кто же он?

– Зачем тебе, ты же все равно его не знаешь. Он ездит на машине с правым рулем. И вообще, там все ездят на машинах с правым рулем.

– Я очень рад за всех них, но мы пока, слава богу, ездим с левым и очень хорошо себя чувствуем. Ты с ним спала?

– Конечно. А что, разве бывают близкие отношения между мужчиной и женщиной без секса?

– Ну, например, у нас с тобой.

– Мы с тобой – это совсем другая история. Начинали мы как любовники, а закончили как друзья. И вообще, на каком основании ты задаешь мне глупые вопросы? Я же не спрашиваю тебя, сколько моделей ты перетрахал в мое отсутствие. Я не понимаю, что ты на меня злишься! Если ты о личном, то наше время с тобой ушло. Бог отпустил нам время, а мы не смогли им воспользоваться как положено, тем более раньше, когда ты сам предлагал мне спать с другими мужчинами, ты был менее вспыльчив, а наоборот, даже радовался. Так я не пойму, в чем проблемы? Ведь ты же как никто другой знаешь, что бессмысленно претендовать на мою свободу.

Руслан передернул плечами, но ничего не сказал.

– Помнишь, как я один раз попыталась претендовать на твою, и что из этого вышло? – продолжала я. – И еще, Руслан, ты вообще не имеешь права выговаривать мне за деньги, а я не обязана перед тобой оправдываться. Это мои деньги, черт побери, вернее, деньги моего мужа, а так как я его грохнула, то могу распоряжаться ими как захочу. Вот мне и захотелось их сжечь. А если тебе надоело со мной возиться, тогда останови машину, и я больше не буду докучать тебе своими проблемами.

– Ладно, остынь, просто нельзя быть такой легкомысленной, от этих денег зависит твоя жизнь. А так – черт с ними, с этими деньгами.

Приехав домой к Руслану, я немного отошла и сказала:

– Сделай мне горячую ванну, в Приморье с ней напряженка, а ты же знаешь, что я нуждаюсь в ней каждый день. Кстати, ты же неплохо зарабатываешь, так почему ты не хочешь купить себе нормальную квартиру, поставить туда джакузи и наслаждаться в свое удовольствие.

– Если бы я знал, что ты не будешь в ней гостем, а начнешь проживать постоянно, то обязательно бы так сделал.

Я залезла в чудесную ванну с душистой пенкой жасмина и эвкалипта. Руслан постарался – помнит, что мне нравится.

– Эй, фотохудожник! Знаешь, чего мне не хватает в данный момент?

– Чего? – послышалось из комнаты.

– Сигареты и рюмки с текилой.

– Слушаюсь, – донеслось до меня, и на пороге появился Руслан, в руках он держал то, что для меня в данный момент было особенно желанным.

Он сунул мне в рот сигарету и протянул бокал.

– Благодарю, – расцвела я в улыбке и в знак благодарности помахала ему своей обнаженной ногой.

– Ян, а что это за бинты? – испуганно спросил он.

– Бинты как бинты. Два огнестрельных ранения, черт бы их побрал!

– В тебя стреляли?

– Ну конечно, не по головке же гладили. Ты разве не понял?

– С ума сойти! – Руслан сел на край ванны и отхлебнул текилы из моего бокала.

– Все позади. Мне попался чудесный хирург, профессор.

– Я даже знаю, что было дальше, – задумчиво произнес Руслан.

– Что?

– А дальше ты встретила близкого человека, он постоянно тебя поддерживал и помог выкарабкаться из этой ситуации без особых потерь.

– Совершенно верно, Руслан. Ты всегда говоришь все правильно. Кроме того, я еще очень сильно к нему привязалась.

– Да тебе в самую пору писать диссертацию: «Мужчины в моей жизни».

– А почему бы и нет? Женщины испокон веков достигали многого благодаря мужчинам. Так было и так будет всегда.

– Ладно, Ян, все твои увлечения, это, конечно, очень хорошо, но надо подумать о том, как сохранить тебе жизнь. Я полагаю, что сейчас этот вопрос стоит в первую очередь. За эту неделю приводим в порядок твой поистрепавшийся внешний вид, заключаем контракт, и ты летишь в Ванкувер, дальше будет видно. Если ты постараешься, то сможешь стать рекламным лицом той компании, и они перезаключат с тобой контракт.

– Ты собрал мне информацию про Касьяна?

– Ладно, не неси ерунды. Ты едешь в Ванкувер, решено.

Следующую неделю мы посвятили восстановлению моей внешности. Руслан, как и в старые добрые времена, возил меня по косметическим салонам, соляриям и различным медицинским учреждениям. Я значительно похорошела, с меня сняли повязки, и мое здоровье пошло на поправку. Мой внешний вид наконец устроил Руслана.

– Ну вот, ты опять выглядишь, как девочка с обложки, правда, твое лицо уже не выражает того оптимизма, который был у тебя раньше.

– И на том спасибо, – улыбнулась я.

– Завтра едем в модельное агентство, будем составлять контракт, а потом – за билетом.

Я тяжело вздохнула, но Руслан никак не отреагировал на мой вздох и поехал в свою мастерскую.

Пока Руслан находится в мастерской, мне необходимо предпринять хоть один шаг для встречи с Касьяном, по крайней мере сделать попытку. И еще, я ужасно соскучилась по своей квартире, по великолепному домашнему быту, мне так не хватало всего этого. На минуту я вспомнила о Сашке. Вот ведь как бывает. Занесла ж меня судьба в этот портовый город и познакомила с человеком, который стал мне по-настоящему близок и дорог, с человеком, при мысли о котором у меня сильно бьется сердце и стучит в висках. Это не значит, что я разлюбила или забыла Марка. Любовь вообще никогда нельзя смешивать с привязанностью и сильным влечением. Это совсем разные вещи, и между ними просто ничего не может быть общего.

Марк – это мое сердце и душа. Это так глубоко внутри, недоступно для постороннего глаза. Это моя дикая боль и радость, про которую я не расскажу никому, потому что рассказывать об этом слишком больно и слишком тяжело.

Так, сегодня вторник. По рассказам Комара, Касьян должен посетить казино «Кристалл». А почему бы мне к нему не присоединиться? Я привела себя в порядок. Сделала макияж. Надела костюм ярко-красного цвета, шляпку с большими полями и страусиными перьями, натянула алые перчатки по самый локоть. Туфли сюда подойдут черные, с высоким красным каблуком. Яркая помада.

Одну прядь из-под шляпки придется достать, так будет более сексуально. Когда все закончится, покрашу волосы в цвет ярко-красного дерева. Это будет означать, что я отказываюсь от имиджа легкомысленной блондинки и теперь буду играть роль Кровавой Мэри. К моему туалету осталось добавить только маленькую черную сумочку и – полный порядок. Я думаю, что в таком виде будет не стыдно показаться Касьяну, и он по достоинству оценит меня.

Через час я уже сидела в казино, смотрела на играющих и потягивала коктейль из виски и вишневого сока.

Когда мой взгляд упал на Касьяна, сидевшего неподалеку и с кем-то оживленно беседовавшего, сердце мое учащенно забилось. Он был одет в строгий деловой костюм стоимостью не меньше двух штук баксов, волосы слегка зализаны и тщательно уложены гелем. За соседним столиком устроилась парочка мордоворотов – нетрудно было догадаться, что это люди из его охраны. Когда человек, разговаривавший с ним, встал и вышел из-за стола, я поняла, что наконец настало мое время.

Недолго думая, выпятив грудь и плавно покачивая бедрами, я направилась к столику Касьяна. Он было уже собрался вставать, но я положила руку ему на плечо, села рядом и расцвела в улыбке. Незамедлительно, как по команде, поднялись охранники, но Касьян, увидев меня, махнул им рукой, мол, отдохните немного. Затем нарочито зевнул и улыбнулся мне в ответ. Я сразу обратила внимание на неестественно красные глаза. Все понятно: нанюхался кокаина.

– Привет, – сказала я и сексуально облизала нижнюю губу.

– Привет, – сквозь зубы прошипел он.

– Я же обещала тебя найти, вот и нашла. Ты рад?

– Просто счастлив.

– Знаешь, у меня была куча причин и возможностей с тобой не встречаться, но я хотела тебя увидеть.

– Почему?

– Сама не знаю, это просто необъяснимо.

– Ладно, кончай тележить. Скажи лучше, ты баксы принесла?

В этот момент я тысячу раз пожалела, что не имела при себе пистолета, а то бы я быстро расшибла ему мозги. Противнее и тупее морды я еще не видала.

Ту пушку, которую отняла у Комара, оставила Сашке, самолетом я бы ее не провезла. Вторая лежала на Кутузовском.

– Хочешь получить баксы? Поехали.

– Куда?

– Ко мне домой.

– Зачем? Тащи их сюда.

– Не могу. Поехали. Оставишь охрану у подъезда и поднимешься ко мне.

– С чего бы это?

– С того, что я так хочу. При другом раскладе ты не получишь свои баксы.

– Тогда я щас тебя грохну, и все, прямо здесь.

– Не грохнешь. Во-первых, слишком много народу, засветишься. Во-вторых, в это казино с оружием не пускают.

– Откуда такая осведомленность?

– Я была здесь с Малышом.

– Наслышан, наслышан о твоей мыльной опере, но, знаешь, на скорбящую вдову ты совсем не похожа. Слишком хорошо выглядишь.

– Тебе нравится?

– В принципе, ничего. Можно сказать, даже очень неплохо, – улыбнулся он.

– Мне бы хотелось, чтобы ты сопроводил свои слова решительными действиями.

Я задрала ногу и стала тереть носком туфли между ног Касьяна, затем поглаживать там же своей тонкой и высокой шпилькой. Все это происходило под столом, поэтому было недоступно для постороннего глаза. Касьян с интересом посмотрел на меня и тяжело задышал. Затем он слегка покраснел и, пытаясь совладать с собой, закурил сигарету.

– Что ты хочешь? – еле слышно спросил он.

– Тебя.

– Хитрая ты стерва, что задумала?

– Ничего.

– А что тогда во Владик летала?

– Сбежать хотела, но, видно, от судьбы не уйдешь.

– От какой судьбы?

– От тебя. Поехали ко мне.

– Ну поехали, черт с тобой, – сказал возбужденный Касьян и резко встал из-за стола. – Только смотри, если ты что задумала, я тебе башку мигом откручу.

Я взяла Касьяна под руку, и мы вышли из казино. Два охранника пошли следом. На улице нас поджидал «Ягуар Соверен» темно-бордового цвета. Мы сели в машину, а охранники погрузились в припаркованную рядом «Шевроле Тахо» черного цвета.

Я сидела и рассматривала тачку, в которой мы ехали.

Несомненно, она была совсем свежей. Кожаный салон. Шестьдесят тысяч баксов, не меньше. Дорогое удовольствие.

– Классная машина, – сказала я, тяжело вздохнув, вспомнив при этом свой «шестисотый».

– Тебе нравится?

– Еще бы, мне нравится все дорогое и красивое.

– Ты знаешь, твой «мерин» так хорошо горел! Я сам видел, мимо проезжал. Глаз невозможно было оторвать.

– Правда?

– Шикарное зрелище.

– Очень рада, что тебе понравилось. – Я пыталась сохранить самообладание.

Когда мы подъехали к моему дому, мне на глаза попался сосед, стоявший со своей собакой прямо у подъезда.

Выйдя из машины, я радостно помахала ему рукой и послала воздушный поцелуй.

– Оставь свою охрану у подъезда. Пусть ребята расслабятся, газеты почитают. Они мне в квартире не нужны. Не пущу.

– Нет, так не пойдет. Они проверят хату, а затем уйдут.

– Но ведь когда ты приезжаешь трахать свою модель, никто не проверяет хату.

– Там другое. Я ей доверяю.

– Делай что хочешь, но, кроме тебя, в мою квартиру никто не войдет.

Касьян подошел к охранникам и что-то стал им объяснять, а я, не теряя времени даром, подошла к соседу.

– Ну что, как жизнь?

– Потихоньку. – У него явно не было желания со мной общаться. – Что-то ни тебя, ни Юрки не видно.

– Жизнь так и не научила тебя не задавать лишних вопросов.

Тут подошел Касьян и отодвинул меня от соседа.

– Что он хочет? – гневно спросил Касьян.

– Он-то как раз ничего не хочет. Хочу я. Послушай, – обратилась я к соседу, – помнишь ту ночь, когда я мыла подъезд? Ты еще спросил, что я делаю, и я ответила, что работаю тут уборщицей?

– Кто мыл подъезд, ты, что ли? – засмеялся Касьян. – На хрен тебе это надо! Тоже мне, уборщица нашлась – в туфлях за двести баксов.

Но я не обратила на его слова никакого внимания, а пристально уставилась на соседа. Тот заерзал, посматривая то на машины, то на Касьяна, то на меня, то на вход в подъезд. Мысленно он уже сидел дома и попивал крепкий чай, выглядывая во двор из своего окна.

– Ну, напряги память. Ночь. Вернее, раннее утро, – продолжила я, – ты спускаешься гулять с собакой и видишь меня, моющую здесь полы. У меня в руках тряпка. А что было на тряпке? Ну, вспомнил?

– Не знаю, – еле слышно проговорил сосед.

– На тряпке была кровь. Ну ты же сразу понял, что это кровь.

– Не помню.

– Ну как же ты не помнишь! Мы с тобой еще тогда поругались. Я сказала, что ты сильно любопытный, и пригрозила тебе хорошенько.

– Ей-богу, не помню, Яна.

– Все ты помнишь, просто врешь и не хочешь говорить! – заорала я. – Мне нужно, чтобы ты сказал этому человеку, – я показала на Касьяна, – что в ту ночь ты видел меня, вытирающую лужу крови. Ты должен подтвердить, что это была кровь!

Сосед испуганно посмотрел на Касьяна и затараторил:

– Ничего не видел, ничего не слышал. Клянусь!

Затем он резко повернул к подъезду и бросился со всех ног в открытую дверь. Здорово я его отдрессировала. Теперь хоть лопатой по голове бей, он будет орать, что ничего не видел и не слышал.

Касьян недоуменно посмотрел на меня, затем махнул охране рукой и зашел в подъезд.

– Про какую кровь ты говорила? – спросил он, когда мы поднимались по ступенькам.

– Про Юркину.

– А кто такой Юрка?

– Как кто? Мой муж.

Зайдя в квартиру, Касьян обошел ее несколько раз.

Затем он позвонил по мобильному вниз, кому-то из охранников сказал, что квартира чистая, и плюхнулся в большое кожаное кресло. Я налила ему рюмку водки, разбавленной тоником, и села напротив.

– Ничего квартирка, мне нравится, – усмехнулся он и осушил рюмку. – Так ты что решила: будешь ее на меня оформлять или отдашь баксы?

– Именно об этом я и хотела с тобой поговорить.

Закинув ногу на ногу, я преднамеренно задрала юбку, чтобы было видно мои точеные очертания. Верхнюю пуговицу пиджака тоже расстегнула. Высунувшаяся лямка от бюстгальтера очень сильно возбуждает мужчин. Поймав на себе заинтересованный взгляд Касьяна, я закурила сигарету и начала беседу Только вот к каким результатам она приведет, я, к сожалению, не имела ни малейшего представления.

– Дело в том, что по воровским законам ты вообще не должен меня спрашивать ни о каких деньгах. В криминальном мире есть одно правило – нет человека, нет долгов. Долг никогда не вешают на плечи близких людей.

– Все верно, – усмехнулся Касьян. – Только мне что-то непонятно, кого нет?

– Моего мужа.

– Вот я бы и хотел знать, где он.

– Он умер.

– Да что ты говоришь. Давно ли?

– Нет. Перед тем как ты стал требовать с меня эти проклятые деньги, я убила его. Вернее, заказала его убийство.

– И чем же он тебе так не угодил?

– Я не любила его. Меня всегда интересовали мужчины твоего типа.

– Ты хотела сказать – типа Малыша, – улыбнулся Касьян.

– Может быть, – кокетливо ответила я. – Никогда не любила коммерсов. Мать родную за копейку удушат. Мне как-то больше по душе всегда была братва, особенно ее авторитетные руководители, а увидев тебя, я поняла, что ты мне идеально подходишь. Разведен, материально обеспечен, правда, имеется одна пагубная привычка, я имею в виду твое пристрастие к кокаину, но это дело поправимое. Искореним. А я любить тебя буду. Ребеночка рожу. Да и ты меня не с голой задницей возьмешь, а с приданым.

– С каким же?

– С шестикомнатной квартирой в центре Москвы, правда, мой «шестисотый» ты взорвал, но это мелочи, новый купишь. Можешь что-нибудь подешевле. Мне в последнее время приглянулся «Бьюик-ривьера» со спортивным купе, такие привозят из Пенсильвании. Я видела, да у меня денег не хватило. С такой беготней и постоянными погонями по миру пойдешь, это точно.

– А ты, я смотрю, баба наглая.

Я подошла и дала Касьяну пощечину.

– Никогда не называй меня так, даже когда будем жить вместе. Я никогда не была бабой. Это ты всю жизнь баб трахаешь, а я, сколько себя помню, всегда была Леди и оставалась ею, как бы сильно ни била меня жизнь.

Касьян пулей вылетел из кресла и изо всех сил швырнул меня об стенку, затем достал из кармана кокаин и сделал несколько движений носом. Тем временем я взяла себя в руки, встала и достала пистолет, лежавший в верхнем ящике резного орехового бюро.

– Подними руки! – заорала я.

– Ты что, дура, что ли? Мы же сюда трахаться пришли.

– Руки, я сказала, иначе прострелю тебе яйца!

Касьян засмеялся и поднял руки вверх.

– Ты знаешь, – сказал он, – меня это даже возбуждает. У тебя всегда такая прелюдия перед сексом?

– Всегда.

Я подошла ближе, тщательно обшарила его карманы. И из-под полы пиджака достала пистолет.

– Эх, Касьян, Касьян, какой же ты крутой, если с газовым ходишь? Стыдно! Выкинь ты его или пойди во двор собак попугай.

– А ты, я смотрю, с настоящим. У меня с боевыми охрана ходит. Я личность известная, мне с нормальной пушкой светиться ни к чему.

– Иди к кровати и ляг на нее.

– Зачем?

– Мы же пришли трахаться. Разденься и ляг на кровать.

Я держала пушку, направленную на Касьяна, а он, смеясь, стал раздеваться. Снял с себя пиджак, рубашку, затем галстук, положил мобильный на стол и принялся снимать брюки. Он принял правила моей игры, и мне показалось, что это ему даже очень нравится. Правильно говорят, что мужчине всегда нравится быть униженным красивой женщиной.

– Трусы снимать? – Касьян расцвел в улыбке.

– Ну не будешь же ты трахаться в трусах.

Касьян снял трусы, и я увидела, что он сильно возбужден и мысленно занялся сексом.

– Расставь руки-ноги, как мельница!

– Зачем? – Он громко засмеялся.

– Делай то, что я сказала, и не задавай лишних вопросов.

Касьян расставил широко руки и ноги, при этом его гениталии увеличились еще больше. Он тяжело задышал и тихо прошептал:

– Иди ко мне, моя крошка.

– Не торопи события, успеем, у нас еще масса времени. Кстати, возьми мобильный, позвони охране и скажи, что ты будешь здесь до утра, чтобы они в двери мне не звонили.

Касьян взял трубку и сказал:

– Все нормально, пацаны, я здесь зависну до утра. Сидите у дома.

– Молодец, – улыбнулась я.

Касьян опять разлегся на кровати, а я залезла в тумбочку, достала наручники и приковала его к спинке.