Падшие Болдаччи Дэвид

Глава 50

Через два дня после похорон Декер сидел в кухне дома Митчеллов.

Он тщательно разгладил копии писем, обнаруженных в шкафчике Стэнли Ноттингэма в камере хранения гериатрического центра в Нью-Джерси, аккуратно разложил перед собой на столе. Писем было несколько, но ни в одном не содержалось и намека на какие-то припрятанные сокровища.

Амос уже в пятый раз перечитывал одно из них:

Дорогой Сэмюэль,

Я знаю, что жизнь разлучила нас и что мы очень давно не общались. Но теперь я вновь берусь за перо, потому что сильно скучаю по тебе, сынок. Весьма жаль, что тебе пришлось покинуть Бэронвилл, но я знаю, что впереди у тебя твоя собственная жизнь — тебе и решать, как прожить ее достойно. Я хорошо сознаю, что мастера Бэрона ты всегда недолюбливал, однако со мной он обращается дай бог каждому. Не далее как прошлый год мы были с ним в продолжительном путешествии, в ходе которого объездили за несколько месяцев всю Австралию. Он нанял для этой экспедиции частное судно, и хоть вояж сей был долгим, моему восхищению им нет предела. Многие страны, кои мы посетили до того, уникальны и восхитительны, но в жизни не видывал я края чудесней Австралии. Заглянули мы там почти во все прибрежные города, такие как Сидней, Перт и Аделаида, а еще в действующую столицу, Мельбурн. Кстати, я слыхал, что нынче они подумывают о новой столице — в местечке под названием Канберра. Посетили мы также Джелонг, Тувумбу, Калгурли, Балларат, Молайгал и еще дюжину подобных мест со столь же диковинными названиями. Повидали аборигенов, равно как кенгуру и эму, вомбатов, кукабарр и прочих диких зверей, существования коих я ранее не мог себе даже вообразить. Один из проводников наших убил ползучего гада в три моих роста длиною. Здесь огромные коралловые рифы и вода столь чистая, что сквозь ее толщу видать эти кораллы до самого дна. Здесь бескрайние горы и густые джунгли посреди обширных пустынь. Внутренняя часть страны, коя именуется тут «задворки», превыше всяческих описаний. Англия теперь видится мне в сравнении скучной и пресной, хоть я не без гордости отмечаю, что сии дальние пределы — все-таки во многом часть родной Британской империи. Я убежден, что даже могущественный Бэрон, помыслы которого сводятся в основном к весьма приземленным материям, напрочь забыл о делах и наслаждался поездкою, ровно дитя. Как ни печально это отметить, но по возвращении здоровье мастера Бэрона значительно ухудшилось. Считаю, что тяготы путешествия взяли с него свою дань. Вот уже почти год, как мы воротились домой, а прежних сил и неутомимости он так до сих пор и не обрел. Как ни силится он делать вид, будто все ему нипочем, я-то вижу, что усилия его пропадают втуне. Если не станет его, даже не знаю, что случится со мною. Детьми своими он не любим, и ни у кого из них нет и грана его деловой хватки. Он так много для них сделал, и такая черная неблагодарность! И вот что, сын: сказать по правде, и отец твой далеко не может похвастать непогрешимым здоровьем. Кости мои хрустят, легкие придавила неподъемная тяжесть. Полагаюсь на то, что хотя бы ты и отпрыски твои живы и здоровы. Тешу себя надеждой повидать тебя перед тем, как отправлюсь в мир иной. А если не судьба, приезжай и навести хотя бы мои бренные останки. Уповаю на то, что обитать буду в горних высях у тебя над головой, но никогда ведь не ведаешь такого наперед, правда? Может, упрячут меня за грехи мои и пониже. На все Божья воля, и уповаю лишь на всепрощенье Его.

Искренне твой,

Найджел

Декер отложил письмо. Если и был в нем какой-то ключ, то, во всяком случае, не на самом виду. Виделось что-то немного жалкое в том, как Найджел преклонялся перед Бэроном исключительно по причине нажитого тем сказочного богатства. Но опять-таки множество людей руководствуется подобными причинами и по сей день. И насчет внушающего опасения состояния своего с хозяином здоровья Найджел ничуть не преувеличил — письмо было датировано всего шестью неделями ранее его и Бэрона кончины.

Декер поднял взгляд — в кухню вошла Джеймисон. Села напротив него, глянула на письма.

— Нашел что-нибудь существенное? — поинтересовалась она.

Амос покачал головой и откинулся на стуле:

— Как там Зоя и Эмбер?

— Думаю, что хорошо бы Зое сегодня опять пойти в школу. Ей нужно сменить обстановку — пусть отвлечется от всего, что случилось. Я сама ее отвезу. Эмбер в банке, улаживает какие-то финансовые вопросы. Да, она позвонила адвокату, которого рекомендовал Тэд Росс. Он сам приедет сюда с ней пообщаться.

— Отлично. Будет хорошо, если «Максус» залезет в свои бездонные карманы и как следует ей заплатит.

— Я ей то же самое говорила — и еще чтобы ничего не подписывала, если они вдруг чего-нибудь пришлют. Вдобавок жизнь Фрэнка была застрахована. Все-таки полмиллиона долларов — хорошее подспорье. Насколько я ее поняла, выплатят быстро.

— Ему эту страховку на работе оформили?

— По-моему, да.

Декер кивнул и снова опустил взгляд на письма.

— Есть какие-то мысли, почему могли убить Дэна Бонда? — спросила она.

— Думаю, потому, что он мог что-то знать о произошедшем в тот вечер.

— То, что он, естественно, не видел, а слышал?

Декер снова кивнул:

— У меня уже есть подтверждение, что Фред Росс в тот вечер был в больнице — как раз выписывался. Так что если Бонд что и слышал, то к Россу это явно не имеет никакого отношения.

— А ты не думаешь, что на очереди может быть Элис Мартин? Тот, кто убил Бонда, может опасаться, что и она что-нибудь видела или слышала.

— Именно поэтому я и попросил Грина, чтобы ее улицу включили в маршрут регулярного проезда патрульного экипажа.

— Хороший план, — одобрила Джеймисон.

Декер поднялся.

— Куда это ты?

— В историческое общество Бэронвилла.

— Все родственники еще с утра разъехались по домам. Хочешь, составлю компанию?

— Рад возвращению, напарница.

* * *

— Да, хорошо помню мистера Косту.

Приехав в городское историческое общество, Декер с Джеймисон встретились с его директрисой Джейн Сэттеруайт — судя по всему, единственным штатным сотрудником этой организации. Та оказалась неряшливого вида седой теткой лет под семьдесят, кутающейся в розовую шаль. На шее у нее, на цепочке, болтались старушечьего вида очки.

Общество ютилось в безликом кирпичном здании в окружении давно заброшенных строений подобного же вида.

— У Бэронвилла довольно богатая история, — поделилась с ними Сэттеруайт. — Только у нас не хватает ресурсов, чтобы полностью ее осветить.

Здесь она явно не покривила душой, поскольку, оглядевшись, Декер с Джеймисон увидели, что книжные шкафы заполнены от силы наполовину, а к выставочным стендам, судя по их древнему виду и толстому слою пыли, давно никто не прикасался. Да и вообще все это место явно пребывало в полном забросе.

— У вас много посетителей? — спросила Джеймисон.

— Нет, боюсь, что немного. Судя по всему, люди вообще перестали интересоваться историей.

— Тогда они обречены на повторение ошибок прошлого, — заметил Декер.

— Вот именно! — воскликнула Сэттеруайт, на глазах оживляясь. — В самую точку! Все сейчас пытаются найти ответы в будущем, совершенно игнорируя тот факт, что люди, невзирая на ход времени, в основе своей остаются все теми же людьми.

— Так вы вроде начали что-то рассказывать про Брэдли Косту? — напомнила Джеймисон.

— Ах да. Точно. Весьма любезный молодой человек. Очень интересовался нашим городом.

— Чем-то в особенности? — наводяще уточнила Джеймисон.

— В особенности? Всем, что связано с Джоном Бэроном. Я имею в виду Бэрона Первого. Того самого, который основал наш город.

— А чем конкретно в связи с Джоном Бэроном? — уточнил в свою очередь Декер.

Сэттеруайт провела их в соседнее помещение.

— Здесь у нас зал Бэрона, как я люблю его называть. Тут собрано все, что имеет отношение к Джону Бэрону — от его рождения до самой смерти.

— Насколько я понимаю, он умер в один день со своим дворецким, Найджелом Ноттингэмом.

— Да, совершенно верно. Вы тоже историк?

— Историк-любитель, — соврал Декер. — Косту тоже заинтересовал данный факт?

— Ну вообще-то он меня об этом специально спрашивал. Хотел узнать, есть ли у нас какие-то письма Найджела. Кстати, он в принципе первый, кто задал подобный вопрос.

— А они у вас есть?

— Нет, к сожалению, нет.

— Что еще его интересовало?

— Любая деловая переписка Бэрона за период, непосредственно предшествующий его смерти.

— А таковая у вас имеется?

— Только одно-единственное письмо.

Она повернулась к картотечному шкафу, порылась внутри.

— Забавно…

— Никак не найти?

— Ну вообще-то оно всегда было здесь. Может, просто убрали не на то место…

Сэттеруайт выдвинула еще несколько ящиков — без всякого успеха.

— Очень странно, — произнесла она больше самой себе, чем собеседникам. — Нет нигде!

— А когда это письмо последний раз запрашивали? — спросила Джеймисон.

— Да вот в тот самый раз, когда приходил мистер Коста — он и запрашивал. Но я точно положила его обратно.

— А кто-нибудь еще мог его забрать?

— Ну я тут вообще-то совсем одна. Правда, на самом-то деле в дневное время дверь у нас не запирается, так что, думаю, если я где-то в дальних залах, а сюда кто-нибудь войдет и меня не окликнет, то вполне можно проникнуть сюда незаметно. Но кому это может понадобиться?

— А вы можете рассказать, что было в том письме? — попросил Декер.

— Да, потому что я довольно внимательно его перечитала, когда показывала мистеру Косте. Ничего особенного. Бэрон писал в какую-то компанию по поводу постройки еще одного здания для его ткацкой фабрики. Что-то там насчет приобретения оборудования, глины, огромного количества бетона, форм для изготовления кирпичей — в общем, все в таком духе. Лично я не поняла, что в нем такого важного. Обычное деловое письмо.

— А от какой даты оно было, не помните? — поинтересовался Декер.

— Где-то за год до его смерти.

— Адресовано местной компании? — уточнила Джеймисон.

— Нет, какой-то питтсбургской.

— А название не помните?

— Так-так, дайте подумать… Да, точно. «О’Рейли и сыновья». Я это запомнила, потому что у моей свекрови девичья фамилия была О’Рейли.

— Но, насколько я понял, Косту это письмо все-таки заинтересовало? — спросил Декер. — После того, как вы ему его показали?

— Вообще-то да. Но это было единственное, что мне удалось отыскать из деловой переписки. С такими материалами нам всегда приходилось полагаться в основном на семью Бэронов, а у них либо уже мало что оставалось, либо они не захотели с нами поделиться.

— Ну что ж, большое спасибо за помощь, — сказала Джеймисон.

Когда они направились обратно к машине, она повернулась к Амосу:

— М-да, довольно странно, что письмо пропало… Не думаешь, что это Коста его стянул?

— Не исключено. Или кто-то еще.

— Жалко, что так мало узнали.

— По крайней мере, теперь у нас появился вопрос, на который нужно найти ответ.

— Какой?

— На что Бэрон Первый в самом деле пустил материалы, которые заказывал? Потому что все это вовсе не предназначалось для расширения ткацкой фабрики.

— И на чем же основывается столь смелое предположение?

— На том, что нам уже успел рассказать детектив Грин.

Глава 51

— Мы только что оформили ордер на обыск в доме Джона Бэрона. Это на случай, если вы хотите присоединиться.

Декер непонимающе уставился на Лесситер, которая на следующий день рано утром стояла на крыльце дома Митчеллов.

— А где ваш напарник? — поинтересовался он.

— Проверяет другие зацепки. Ну а обыск — на мне.

— А зачем этот обыск вообще понадобился? — сонно продолжал Декер. Перед приходом она догадалась ему позвонить, так что он успел поспешно одеться и встретить ее на крыльце.

— У нас есть все основания полагать, что Бэрон причастен ко всем этим убийствам, — ответила она.

— Какие, к примеру? — спросила Джеймисон, которая только что присоединилась к Амосу, оправляя на ходу наспех натянутый свитер и убирая со лба всклокоченные со сна волосы. Тот уже сообщил ей о звонке Лесситер.

— К примеру, то, что недавно поведал мне ваш друг, — произнесла детектив, указывая на Декера.

— Бэрон знал по меньшей мере троих из четырех убитых. Нам известно, что он был знаком с Джойс Тэннер и что Свенсон жил у него в садовом сарае. Ну а кто третий? — спросил Декер.

— На дом Бэрона оформлена закладная в банке. И угадайте, кто ее оформлял.

— Брэдли Коста, — с ходу брякнула Джеймисон.

— В точку!

— Да, кое с кем из убитых он и вправду связан. — Декер кивнул. — Ну и что? Такое можно сказать и про многих других людей в городе.

— Есть еще связь и с Тоби Бэбботом. Получается четыре из четырех.

— Что за связь? — насторожился Амос.

— Я покопалась в старых протоколах полицейских задержаний. Тоби Бэббот обвинялся в незаконном проникновении во владения Бэрона.

— Что он там забыл? — удивилась Джеймисон.

— На этот вопрос он полиции не ответил.

— И Бэрон про это знал?

— Как раз он-то и поймал у себя Бэббота, после чего вызвал полицию. Так что Бэрон знал всех четырех убитых.

— И какова же ваша версия? — поинтересовалась Джеймисон.

— Ну с Костой все понятно. Тут главное — закладная в банке. И, как мне уже сообщил Декер, Бэрон интересовался древнегреческой мифологией. А Танатос — как раз древнегреческий бог смерти.

— Ну а Джойс Тэннер?

— Он ее финансово поддерживал, а денег у него кот наплакал. Наверное, у нее на него был какой-то компромат, раз уж он в такой ситуации ее содержал. В итоге он ее убивает и пишет на стене какую-то фигню из Библии насчет рабства. Может, финансовое рабство имел в виду… А Тэннер на Библии просто повернута была, это Бэрон еще со школы знал.

— Вам не кажется, что все это уже несколько перебор? — заметил Декер.

— В каком это смысле? — Лесситер резко повернулась к нему.

— Да все эти древнегреческие символы, библейские цитаты — все, что слишком уж легко выводит напрямую на Бэрона. Лично мне для этого пришлось всего лишь в школьные альбомы заглянуть. Плюс эта закладная, которая действует уже бог знает сколько времени. Зачем сейчас убивать банкира, который ее некогда оформлял?

— Потому что, как я выяснила, совсем недавно Бэрон пытался переоформить ее на меньший процент по причине своих проблем с наличностью, но банк отказал — читай, лично Коста отказал. В результате ему грозила потеря всего своего недвижимого имущества — если бы банк лишил его права выкупа закладной за неуплату.

Открывшиеся факты застали Декера малость врасплох.

— Это все равно не доказывает, что именно он убил этого парня. Я по-прежнему считаю, что тот, кто это все устроил, малость перестарался.

— Убийцы частенько переусердствуют, Декер. Чрезмерно все усложняют. А потом сами же в собственных хитростях и запутываются.

— Да, бывает. Но Бэрон, на мой взгляд, все же не из таких. А вот на что это действительно похоже, так это на попытку попросту подставить парня, причем довольно топорно.

— Ну, приходилось мне и на куда меньших основаниях людей арестовывать, и в результате все срасталось.

— Ну а Бэббот?

— Наверное, он нашел в поместье Бэрона нечто, из-за чего тот занервничал. И, по-моему, я знаю, что именно. Скорее всего и вы тоже, раз уж сумели вычислить эту связь раньше нас.

— Какую? — спросил Декер.

— Свенсон торговал наркотой. А что, если они с Бэроном работали на пару? Бэрон отчаянно нуждался в деньгах, и я сомневаюсь, что его так уж сильно волновал их источник. Но потом Свенсон хочет долю пожирнее, а то и вовсе собирается сдать Бэрона. Так что Свенсон должен умереть — а вместе с ним и Бэббот, если он про это знал. Вообще-то Бэббот мог и сам покупать у них наркотики.

— Все это голые рассуждения, — заметил Декер.

— Вот потому-то мы и собираемся обыскать его владения, — сказала Лесситер. — Чтобы найти там улики, которые докажут, что все эти рассуждения — на самом деле чистая правда. Так вы с нами или как?

— С вами, — отозвался Амос.

Джеймисон по-прежнему молчала, но вид у нее был довольно встревоженный.

* * *

Декер и Джеймисон на своем внедорожнике вслед за машиной Лесситер и двумя полицейскими фургонами поднимались на холм к усадьбе Бэрона. Было всего семь утра — Лесситер явно задумала застать Бэрона врасплох.

Первым нарушил молчание Декер:

— Бэрон мне соврал. Опять. Ведь на голубом глазу уверял, что не знаком с Костой!

— Ну не исключено, что они и в самом деле никогда не встречались. Такие вопросы обычно решаются по почте или по «мылу».

— Это неважно. У него в любой момент могли отобрать дом. А это — серьезный мотив для убийства, сама знаешь. И он это от меня скрыл.

— Ты и вправду думаешь, что Бэрон на пару со Свенсоном мог торговать наркотой?

— Не знаю. Он мне соврал, и этого уже достаточно.

— Но не считаешь же ты, что он и вправду убийца?

— Никаких доказательств обратного у меня тоже нет.

— Но ведь он такой, слишком…

— Слишком какой? Обаятельный? Эксцентричный? Хороший фокусник? Это тут ни при чем, Алекс, о чем ты прекрасно знаешь.

Джеймисон покорно вздохнула.

— А из Лесситер радость просто так и прет.

— Учитывая то, что ее отец умер в тюрьме из-за того, как поступило с ним семейство Бэронов, в чем она уверена, — ничуть не удивительно.

— Так что прищучить последнего из уцелевших Бэронов — для нее лучшая награда в жизни?

— Вот как раз этого-то я и опасаюсь, — буркнул Декер.

Глава 52

— М-да, впечатляет, — заметил Бэрон, открыв дверь и оглядывая столпившихся за спиной у Лесситер полицейских в форме. Сам он был облачен в старый халат и переминался на босых ногах.

Джон глянул и на Декера с Джеймисон, жавшихся в сторонке, но ничего им не сказал.

Лесситер протянула ему лист бумаги.

— Ордер на обыск дома, прилегающих построек и территории. Я хочу, чтобы вы посидели здесь, пока мы будем этим заниматься.

— Можно мне для начала, по крайней мере, выпить стаканчик? — любезным тоном поинтересовался Бэрон.

Лесситер, не обратив на эти слова внимания, обратилась к стоящему прямо за ней полицейскому:

— Доуз, оставайтесь здесь и проследите, чтобы он никуда не рыпался. Не хватало еще, чтобы он спрятал какие-нибудь улики или вовсе ударился в бега.

Бэрон с улыбкой ответил:

— Ну бегаю я ныне далеко не так быстро, как когда-то. А если сейчас не взбодрюсь стаканчиком, то и вовсе рискую заснуть прямо по ходу пьесы — что определенно не в ваших интересах.

Лесситер нацелилась на него совершенно каменным взглядом и собралась было что-то сказать, когда вмешался Декер:

— Готовы немного пособить вам, детектив. Территория большая, и для обыска вам наверняка понадобятся все ваши людские ресурсы.

Лесситер некоторое время пристально его разглядывала — явно дольше, чем требовалось в подобной ситуации, — после чего кивнула:

— О’кей. Но когда я говорю, чтобы он сидел тут и никуда не рыпался, то имею в виду именно это, понятно?

— Куда уж понятней, — отозвался Декер.

Лесситер раздала своим людям приказы — одни рассыпались вместе с ней по дому, другие отправились обыскивать хозяйственные постройки и территорию поместья.

Бэрон сел прямо на крыльцо и потянулся.

— Если найдутся какие-то деньги, то они по-любому мои. Понадобится — по суду верну. У меня есть полное право держать наличные, сами это прекрасно знаете.

Декер поставил ногу на верхнюю ступеньку и посмотрел на него сверху вниз:

— Вы соврали мне насчет Косты. У него была закладная на этот дом, и вы это тоже прекрасно знали.

— Ну официально закладная у банка. Он просто там работал.

— Сами, наверное, сознаете, что отмазка не из лучших. Сколько раз вы с ним разговаривали? Обменивались корреспонденцией? Вы хотели пересмотреть условия залога, но банк вам отказал. Вернее, Коста отказал.

— Банки частенько отказывают таким, как я. Я не принял это так уж близко к сердцу.

— Но вы признаёте, что были знакомы с Костой?

— Чисто в деловой сфере.

— Выходит, вы все-таки соврали.

— Люди вообще постоянно врут.

— И попадаются на вранье, — заключил Декер. — Прямо как сейчас. Итак, Коста отклонил ваш запрос. Что давало вам прямой мотив убить его.

— Только вот я его не убивал. И если б я убивал каждого, кто плохо со мной обошелся, то был бы обречен на роль самого производительного серийного убийцы в мире, поскольку в этом замечательном городке мне пришлось бы перебить чуть ли не всех его обитателей.

— Лесситер уже в курсе, что Свенсон жил здесь. И о ваших связях с Тэннер ей тоже известно. Равно как и о том, что вы прихватили тут Тоби Бэббота, который незаконно вторгся в ваши владения. Короче говоря, она знает, что вы тем или иным образом связаны со всеми четырьмя убитыми. Таким образом, вы оказываетесь в весьма тесной компании и в результате перескакиваете в списке подозреваемых на самую первую строчку.

— И у Лесситер есть версии, что именно в ваших отношениях с каждым из них наводит на возможный мотив их убийства, — добавила Джеймисон. — Похоже, Джон, дела ваши действительно плохи.

Немного поразмыслив, Бэрон пожал плечами:

— Ну есть так есть, ничего не поделаешь. Вряд ли я могу сейчас что-то исправить.