Саид 4. Наследники клана Шерр Анастасия

– И вот это платье, – Джамал кладет на стойку у кассы изящный, почти невесомый наряд. Ткань такая тонкая, что кажется прозрачной.

Я чувствую, как лицо заливает краска.

– Надеюсь, это для кого-то другого? – спрашиваю его вполголоса.

– Для тебя, – усмехается он, и я окончательно теряюсь под его прямым взглядом.

– Ты невыносим, – ворчу себе под нос, но он, конечно, слышит.

– Осторожнее, иначе я заставлю тебя примерить его прямо сейчас.

Дальше мы идем по другим магазинам, где я, уже не стесняясь, беру всё, что мне действительно нужно. Раз уж я оказалась в такой ситуации, то почему бы и нет? Это слабая компенсация за его постоянное присутствие рядом.

ГЛАВА 13

Мальчик всю дорогу торчал в телефоне, и я не знала, как с ним заговорить. Джамал действительно решил сделать из меня няньку, но я плохо лажу с детьми.

– Так как тебя зовут? – спросила у него, сидящего рядом.

– Амир, – вздохнул мальчик. Наверное, я ему не нравилась, но Джамал представил меня ему нянькой, а спорить с отцом парнишка не привык. С Джамалом вообще трудно спорить.

– Амир… А я Арина.

– Очень приятно, – ответил дежурной фразой мальчик и снова уткнулся в телефон.

– С друзьями общаешься? – снова спросила я.

– Нет. Читаю новости.

Такого ответа от десятилетнего мальчишки я не ожидала.

– Ты, наверное, хорошо учишься?

– Высший балл, – ответил паренек.

– И никак иначе, – подал голос с переднего сидения Джамал.

– Ну а друзья же у тебя есть? – я опять обратилась к мальчику.

– Нет, – ответил тот.

– Почему?

– Папа говорит, что они мне не нужны.

Я метнула злой взгляд в Джамала, но тот этого даже не заметил.

– Но ведь без друзей скучно, – возразила не очень настойчиво.

– Мне хватает учёбы.

Ну да. И поэтому он в десять лет читает новости. Я снова зыркнула на Джамала, но тот смотрел на дорогу и до моего мнения ему дела не было.

– А где твоя мама? – решилась на главный вопрос и тут же пожалела.

– Она меня бросила, когда мне было пять лет. Я бы не назвал её мамой, – отчеканил мальчик, а я открыла рот от удивления.

– Бросила?

– Ушла. Она не любила папу, поэтому бросила нас обоих.

Я оторопела. Вряд ли к такому выводу мальчик пришёл сам. Скорее всего он повторяет слова Джамала. Как и по поводу друзей.

– Может у неё были и другие причины? – попыталась осторожно.

– Мне всё равно. Свой выбор она уже сделала пять лет назад.

– И ты не хотел бы, чтобы она вернулась?

– Нет. Предателей не возвращают.

– Совершенно верно, – заключил Джамал, и я метнула в него ещё один злой взгляд. Разве можно говорить ребёнку такое? Да и по поводу правдивости версии о предательнице матери я сильно сомневалась, о чём и объявила Джамалу по приезду в гостиницу, когда мальчик ушёл в свой номер, чтобы принять душ.

– Зачем ты так ему сказал? Мог бы придумать что-нибудь. К примеру, что мама уехала работать.

– Зачем выдумывать и врать ребёнку? – Джамал налил себе воды, опустошил стакан. – Он должен знать правду.

– А это правда? Его мать действительно ушла по своей воле?

– Да. Она сбежала от меня и оставила пятилетнего ребёнка.

– И ты её не искал?

– Зачем? – уставился на меня Джамал. – Мне был интересен только мой сын.

– Наверное, у неё были причины… Просто так из семьи не убегают и детей не бросают. А зная тебя и твой характер… – я вдруг перехватила его взгляд и осеклась.

– Продолжай.

– Ты мог просто её довести.

– Её отец выдал за меня. Хотя она этого не хотела, – ответил Джамал, снова наливая себе минералку.

– Значит, она, и правда, тебя не любила?

– Значит так, – усмехнулся он. – А ты любопытная, стрекоза. Не устала ещё от расспросов?

– Нет. Я же должна знать о твоём сыне всё. Раз уж ты решил, что теперь я его нянька. У меня, кстати, нету опыта. Если что…

– Не переживай. Амир сам тебя всему научит, – усмехнулся Джамал.

– Так значит ты решил остаться здесь?

– Пока да.

– А как ты объяснишь своему сыну то, что его нянька ночует с тобой в одном номере?

– Мой сын слишком взрослый, чтобы не задавать подобных вопросов. Он никогда не забывается в отличии от тебя.

– Нас по-разному воспитывали, – отрезаю я.

– Да. Я всё никак не займусь твоим перевоспитанием.

– Я тебя не боюсь, Джамал.

– Очень зря, – усмехается он и падает на кровать в одежде. – Иди ко мне, – похлопывает по одеялу рядом с собой.

– Ещё чего, – ворчу я.

– Не хочешь примерить тот наряд? – спрашивает он с лукавой усмешкой.

– Нет никакого желания. Подаришь его кому-нибудь другому. Например, той даме, к которой уезжаешь по вечерам.

– Ты ревнуешь? – скалится он, на что я закатываю глаза. – Хочешь, я никуда не поеду сегодня? Останусь здесь, с тобой?

– Вот еще. Спасибо, но твое предложение мне совершенно не интересно.

– Очень зря. Я умею быть приятным собеседником, когда захочу. Тебе бы даже понравилось.

Я чувствую, как лицо заливает краска от его самоуверенности. Вскакиваю с кресла и принимаюсь перекладывать свои вещи, лишь бы занять руки. Осталось продержаться рядом с ним до ужина. Всё это так нелепо…

– Арина, ты ведь совсем ни с кем не встречалась, верно? – вдруг спрашивает Джамал, и я оторопело замираю, снова опускаясь в кресло.

– Что?

– Ты ведь никогда не была в отношениях? Я имею в виду серьезные отношения, – его взгляд становится темным и пугающе внимательным.

– Это тебя не касается.

– Я так и думал, – заключает он, и в его голосе слышится странное торжество.

ГЛАВА 14

Шамиль и Валерия

Он коснулся губами её шеи, ловя тихий, неуверенный вздох. Королевна всё еще пыталась играть в неприступность, и это только разжигало его интерес. Наверное, он именно на это и залип. На её гордость, которая казалась недостижимой целью. Красивая, дерзкая… Ошеломительная.

– Не надо, – прошептала она, пытаясь отстраниться, когда его объятия стали слишком тесными.

– Надо, Валерия Игнатьевна, – усмехнулся он, не выпуская её из своего плена. – Не сопротивляйся. Ты для меня особенная, и ты это знаешь.

И это была правда. Никогда раньше он не чувствовал такой жажды обладания, такого желания подчинить себе не только тело, но и душу. С Королевной всё было по-другому. С ней хотелось всего и сразу. До безумия.

– Особенная? – спросила она, прерывисто дыша и глядя ему в глаза.

– Да. Считай, ты перевернула мой мир, – он приподнялся над ней, фиксируя её взгляд своим.

Он накрыл её губы своими, делясь этим моментом триумфа и страсти. Шамиль чувствовал, как его собственное самообладание трещит по швам. У него никогда не было женщины прекраснее. Особенно сейчас она выглядела умопомрачительно: широко распахнутые глаза, румянец на щеках и эта безоружная искренность в каждом движении. Можно было сойти с ума, видя её такой. И Шамиль сделал её своей. Навсегда.

Они лежали в тишине, глядя в потолок. В своей руке Шамиль держал ее руку.

– Устала?

– Устала, – согласилась она. – Ночью Эльдар капризничал, не давал уснуть.

– Так может, съедемся? Будем присматривать за ним вместе?

– Ты серьезно? – она усмехнулась, и его это явно задело.

– А что в этом такого? – он подался вперед, вглядываясь в ее лицо. – Папе твоему зять не по душе?

– Ты же сам всё знаешь, – она отстранилась и села на кровати. – Ты сам виноват, Шам. Если бы у нас всё начиналось иначе… Но имеем то, что имеем. И в том, что мой отец тебя не принимает, тоже твоя вина. Так что не перекладывай всё на меня. Я и так выкраиваю время у сына, чтобы отдать его тебе.

– Это и мой сын тоже. И как бы твой отец меня не ненавидел, Эльдар останется моим. И ты останешься со мной. Я хочу забрать вас к себе.

– Это исключено, Шамиль, – отрезала она, принимаясь собираться.

– Почему?

– Ты прекрасно знаешь почему. Одно дело редкие встречи, и совсем другое общий быт. Да о чем мы говорим? У тебя даже постоянного жилья нет. Куда ты нас зовешь?

– Найти квартиру – проще простого. Это не аргумент, Валерия Игнатьевна, не пытайся меня запутать. Нашла проблему. У меня нет своего дома только потому, что он мне одному не был нужен. Меня вполне устраивал гостиничный номер, чтобы просто перевести дух.

– И скрыться от всех, – усмехнулась она, продолжая одеваться. Шамиль замер, не отрывая от нее взгляда. Внезапно он подался вперед, перехватил ее за руку и потянул обратно, заставляя сесть рядом.

– Не торопись так. Я скучал по тебе.

– Враньё. Ты не способен на это чувство.

Шамиль усмехнулся.

– Откуда ты знаешь, на что я способен, а на что нет?

– Знаю. Ты социопат. Такие не меняются. Может ты в этом и не виноват, но что есть, то уже есть. И нам от этого не деться никуда. А семья, Шам, это не стайка корешей, которых можно и опрокинуть в случае чего. Семья – это серьёзно и за неё нужно нести ответственность. Семья – это не просто пообниматься и разбежаться по углам. Это нечто большее. Да что я тебе объясняю, всё равно ведь не поймёшь.

– Я социопат, а не имбецил. И всё прекрасно понимаю. На тебя давит твой отец и ты не можешь его ослушаться. Вот в чём проблема. Или скажешь, что я не прав?

Она вздыхает, берет в руки свою сумочку. Шамилю же её отпускать совсем не хочется. Даже ради сына. Да, он жаден стал до неё. И голоден зверски.

– Просто мой отец понимает, что ты не создан для семьи. Дело тут даже не в личной антипатии…

– Хватит заливать. Ты прекрасно меня знаешь. Ты видишь, как я стараюсь. И знаешь, что я потяну семью. Но ты не хочешь давать мне шанс. Тебя устраивают просто встречи, а мне этого уже мало. Я большего хочу.

Сел спиной к ней, выдохнул. Как с ними, женщинами, сложно всё. И не жилось ему без этих проблем.

Она залезла на кровать, тронула его за плечи.

– Ты пока ничего не сделал для своей семьи. Вернее, для того, чтобы она у тебя появилась. Съездить на обед к Хаджиеву-старшему и показать женщину с ребёнком – это не то, что нужно, Шам. А нужно намного больше. Семье нужен глава. Ты способен стать главой семьи?

Он вздохнул, повернул лицо к ней.

– Я готов. Готова ли ты принять меня, как своего мужчину? Как главу своей семьи? Мм? Готова?

Она замолчала. Конечно нет. Она не готова. И не будет готова ещё долго. Потому что Король капает ей на мозги, потому что Шамиля терпеть не может. Всё это давит на неё.

– Мне очень сложно представить нас семьёй, Шам. Прости, но я, правда, пока не вижу нас вместе. Притяжение – это, конечно, хорошо. Но этого слишком мало.

– Ладно, я понял, – отрезал, встал. – В твоих глазах я никчёмное существо, которое живет лишь своими желаниями.

– Я такого не говорила.

– Нет, именно это ты и сказала! – рявкнул на неё, резко поворачиваясь. Лера отшатнулась.

– Не ори на меня!

– А то что, Королевна? Папе пожалуешься?

– Да причём здесь мой отец? Оставь ты его в покое! Дело не в нём, а во мне, понимаешь?! Я не вижу нас вместе! Никак не вижу!

Она закончила с одеждой, обошла кровать, чтобы видеть его лицо.

– Мне с тобой хорошо. Но этого слишком мало, Шам. И нашему сыну нужно намного больше, чем ты можешь дать. Ему нужна любовь отца. Но в нашем случае… Ты на это не способен. Мне очень жаль. Вызови мне такси.

ГЛАВА 15

Саид и Надя

Я сижу рядом с Саидом на краю кровати, мы тихо переговариваемся, стараясь не разбудить спящую за стеной Алану. Его взгляд теплеет, когда он смотрит на меня, и он осторожно касается моей руки.

– Ты сегодня какая-то особенная, – шепчет с мягкой усмешкой.

– Обычная. Это у тебя настроение игривое, – я улыбаюсь в ответ, чувствуя, как внутри разливается тепло.

– Мама! Папа! – вдруг слышим мы топот маленьких ножек в коридоре. Понятно. Алана всё-таки вырвалась из рук няни и теперь на всех парах мчится в нашу спальню.

Саид негромко ворчит, поправляя одеяло, наш момент уединения прерван так внезапно. Я едва успеваю накинуть халат, когда мелкая вихрем залетает к нам в комнату.

– Сколько раз я просила врезать сюда замок, – ворчу я на Саида, хотя сама едва сдерживаю смех. Он уже улыбается дочери и протягивает ей руку.

– Иди к папе, малыш.

Алана радостно взбирается к нам на кровать, устраиваясь посередине.

– А мы сегодня пойдем в палк аттлакционов? – с трудом выговаривает кроха, глядя на нас умоляющими глазами.

– Парк аттракционов только для тех, кто съел свою утреннюю кашу, – Саид легонько щекочет её, вызывая взрыв хохота.

– Ну-у-у… – грустно тянет кроха, пытаясь разжалобить отца.

– Не «ну-у-у», а каша, – отрезаю я, и малышка деланно вздыхает.

– Ну, каша так каша, – соглашается она смиренно и падает на подушки рядом с Саидом. – Но потом в палк, да? – уточняет маленькая лисичка.

– Потом парк, – подтверждает отец, притягивая её к себе.

– А вы меня вообще спрашивать не собираетесь? – приподнимаю брови, состроив серьёзное лицо. Малышка льнёт к папе и хитро улыбается.

– Папа лазлешил.

Вздыхаю. У нас главный папа.

– Ну раз он разрешил, тогда пусть сам тебя и кормит, – ругаюсь на них, замечая ехидные ухмылочки. Они так похожи, что сердце заходится. Чувствую, намается с маленькой лисой наш папочка. Характер-то тот же.

Спускаемся на первый этаж на завтрак, где уже всё накрыто и ожидает нас. За столом сидят свекр со свекровью, и последняя, увидев нас, торопится забрать из моих рук Алану. Та радостно льнёт к бабушке.

– А бабушка с дедушкой пойдут с нами на аттлакционы? – спрашивает Алана, на что свекровь улыбается.

– Я за тобой хоть на край света, моя малышка.

Алана довольна собой, сама принимается за кашу, крепко схватив ложку. Выходные у родителей наша новая традиция. Мне нравится, когда Алана в полной семье и ей это идёт на пользу.

Саид с отцом обсуждают свои ежедневные дела, завтракают, а у меня снова токсикоз и еда не лезет.

– Снова тошнит? Может чаю с лимоном? – беспокоится свекровь.

– Да, пожалуйста, – принимаю чашку, бросаю в неё дольку лимона.

Мы выглядим как самая счастливая семья на свете, и только одна я переживаю за будущее. То ли гормоны шалят, то ли мне нужно пропить успокоительные травки. Я всё время ожидаю какого-то подвоха. И не зря.

Звонок Хаджиеву-младшему заставляет того вскочить со стула и выйти из столовой. Я хочу пойти за ним, но понимаю, что это будет лишним.

– Что-то случилось? – спрашивает Саида мать, когда тот заходит обратно.

– Да. Наши склады горят, – бросает он и переглядывается с отцом. Тот мрачнеет.

– Что-то часто в последнее время они горят. Как будто помогает кто из своих.

– Это Джамал. Его почерк, – Саид садится на стул, отпивает из чашки кофе.

– Не торопись с выводами. У нас полно недоброжелателей. Не обязательно Джамал.

– Это он, – влезаю в их разговор я. Хаджиев-старший поднимает на меня мрачный взгляд.

– Надежда, тебе есть о чём думать и помимо наших проблем. Занимайся детьми и ничего не бойся, – повторяет слова моего мужа свекр, а я вздыхаю.

– Я в ваши дела не лезу. Просто хочу, чтобы ты, Саид, был осторожнее. Джамал нехороший человек, я это знаю наверняка.

Мужчины снова переглядываются, а свекровь обнимает меня за плечи и прижимает к своей груди.

– Не бойся, Наденька. Наши мальчики не дадут нас в обиду.

– Я в это верю, – соглашаюсь, но на сердце всё равно скребут кошки. Я знала, что Джамал не просто так вернулся. Он будет нам мстить и начнёт с Саида. Из-за него отца Джамала больше нет. – Но мне всё равно страшно. А что, если в следующий раз вспыхнет не склад, а наш дом?

– Этому не бывать! – отрезает Саид-старший. Мой муж почему-то молчит, о чём-то размышляет.

– Она права, отец. Нужно удвоить охрану. Я не хочу, чтобы пострадали женщины или дети. Марату тоже лучше приехать сюда. Пока побудем вместе.

Я киваю, закрываю глаза, пытаясь бороться с головокружением, но получается плохо. Перед взором всё плывёт, и мне хочется прилечь. Я встаю на ноги.

– Извините, я… Мне нужно… – и падаю в руки подоспевшего Саида. Низ живота простреливает болью, а меня буквально сгибает пополам.

ГЛАВА 16

Открываю глаза на больничной кровати, резко сажусь, схватившись за живот.

– Что с ребёнком?

– Лежи, – Саид укладывает меня обратно, хмуро смотрит в глаза. – С ребёнком всё хорошо. Был риск, но всё обошлось. Тебе нельзя нервничать, – он сам садится в кресло рядом, откидывается на спинку. – Испугала меня.

– Это всё от страха. Я боюсь за тебя.

– Я не младенец, чтобы за меня бояться, – хмуро замечает Саид. – Тебе стоит быть поспокойней. Ты беременна, если помнишь.

Он зол и не пытается этого скрывать.

– Прости меня, – тяну к нему руку, и он перехватывает её, сжимает в своей ладони.

– Не прощу, если это повторится снова. Выкинь из головы всё ненужное и думай о детях. Я в состоянии позаботиться о себе и о своей семье. Ты должна мне доверять.

– Я доверяю, – касаюсь его лица рукой, про себя отмечаю, что Саид выглядит уставшим. – Но я всегда боюсь за вас. За тебя, за Алану… Теперь вот за маленького. Я мать и не могу быть беспечной.

– Придётся постараться, Надь. Я серьёзно. Доктор сказал, что ты должна лечь на сохранение. А я решу все наши проблемы, пока ты будешь здесь. Ты в свою очередь пообещаешь мне, что будешь заботиться о нашем ребёнке.

– На сохранение? Это обязательно? Может я смогу отлежаться дома рядом с вами?

– Я думаю лучше всего послушать доктора. Он знает, что делает.

Я со вздохом соглашаюсь, потому что деваться некуда. Да и Саиду не хочется трепать нервы. Он переживает за нас.

Все последующие дни я покорно валяюсь брёвнышком и выполняю все предписания врача. Последний мною доволен, о чём не забывает сказать Саиду и у него заметно поднимается настроение.

Вечер, уютная палата и Саид с дочерью пришли меня навестить. Алана показывает свою новую куклу, а я ругаю Саида за то, что балует девочку.

– Не лугайся, мам. Я сама поплосила папу купить эту куклу, – поясняет мне маленькая хитрюга. – У сталой сломалась лука.

– Когда же ты «р» начнёшь выговаривать? – вздыхаю я.

– Сколо, мам.

Саид смеётся, а я с вожделением ловлю эту его эмоцию. Мне в последнее время слишком мало его.

– Я скучаю, – ловлю его за руку, прижимаюсь к ладони губами. Саид ласково проводит пальцами по моему лицу.

– Я тоже скучаю. Доктор сказал, что ты умница и скоро пойдёшь на выписку.

– Я действительно умница, – улыбаюсь ему, и Саид меня целует.

– Жених и невеста, жених и невеста! – хохочет Алана, закрывая глаза руками.

Вечер в кругу семьи подходит к концу. Скоро я опять остаюсь в окружении бесчисленной охраны, а муж, забрав дочь, уезжает домой.

Ночью просыпаюсь от женского крика. Он настолько пронзительный, что я вскакиваю от испуга. Не то чтобы крики здесь редкость, но в этот раз случилось что-то плохое. Я чувствую. Выхожу из своей палаты, тут же сталкиваюсь лицом к лицу с охранником. Он поднимается со стула, шагает ко мне.

– Что там за крики? – спрашиваю его, но он пожимает плечами и сходить узнать отказывается. У него, мол, другая задача.

– Ой, ну тебя, – вздыхаю я и ловлю бегущую по коридору медсестричку. – А что там случилось?

– Выкидыш… Девушку избили сильно.

– Ясно, – вздыхаю, провожая сестричку взглядом.

Уснуть у меня получается лишь под утро и то я не засыпаю крепко, а забываюсь беспокойным сном. Проснувшись, отодвигаю столик с завтраком, на который у меня нет аппетита, и выхожу из палаты, чтобы немного пройтись.

Дверь в соседнюю палату открыта и оттуда доносится женский плач. Я невольно застываю, увидев девушку, сидящую на кровати. На ней, кажется, нет живого места. Ужасаюсь. Кто же тот подонок, посмевший избить беременную девушку?

– У вас всё нормально? – зачем-то лезу к ней со своей заботой, хотя меня об этом никто не просил.

– Да где там нормально, – шмыгает носом та. – Я ребенка потеряла. Муж избил.

Я застываю у двери, не зная, чем ей помочь. Да и чем тут поможешь?

Прохожу в палату к девушке, про себя отмечаю, что она очень молодая. Лет двадцать не больше. А в глазах печаль всего мира. Кажется, слёзы у неё не успевают высыхать.

– Что ж это за муж такой? – интересуюсь чисто для приличия. Так-то понятно, что урод моральный.

– Прокурор, – вздыхает несчастная.

Да уж…