Наемники Судьбы Федотова Юлия

ЧАСТЬ ВТОРАЯ

– Почему вы вообразили, что это уже Инферн? – спросила Энка сердито.

Прошла неделя с того момента, как они пересекли естественную границу между Северными Землями и Проклятым Миром. Сильфиде успело наскучить однообразие, она стала раздражительной и стремилась спровоцировать если не ссору, то хотя бы спор.

– Мы проплыли через ущелье в горах, – спокойно ответил Хельги, – значит, это Инферн.

– А вдруг это не те горы? В легендах говорится о гигантском хребте, подпирающем небосвод и о драконьем нутре. Вы заметили что-нибудь подобное? Нет? И я нет!

– В легендах говорится, – заметала диса ехидно, – что сильфиды – возвышенные, прекрасные и нежные создания. С тех пор как мы с тобой познакомились, я перестала доверять легендам.

Энка зашипела:

– Лично я и есть нежная и возвышенная. А если не веришь, я тебя сейчас так двину, что в воду свалишься!

– Продемонстрируешь свою нежность наглядно? – рассмеялся Хельги.

Энка была вынуждена признать нелепость своего высказывания.

– Ну ладно, согласна. Легенды часто… гм… преувеличивают. Но, – не сдавалась она, – насколько я понимаю, Инферн идет на нас войной? И где, скажите мне, многотысячные армии чудовищ? Почему войска не стянуты к границе? Они должны были напасть еще месяц назад. А тут пусто, как в Атаханской степи зимой.

– Возможно, они пойдут через лес. Со стороны леса никто не ожидает нападения… – осторожно предположил эльф.

– Они что, ненормальные?

– Тогда в обход – по морю до Сехала, а оттуда в Староземье.

– Ну-ну. Глядишь, через год-другой доберутся! Пока завоюют Сехал, Степь, Аль-Оркан, Кансалон, Трегерат…

– Чего ты привязалась? – не выдержала диса. – Откуда нам знать, что у инферналов на уме? Может, они вообще невидимые? Плыви себе спокойно. Что будет, то будет. Нечего голову морочить.

Еще через два дня пути стали подходить к концу запасы провизии. Отощавшие в заточении человек и гном ели за четверых. К счастью, в водах реки Иткелен водились жирные хариусы, так что голодная гибель спасителям Мира не угрожала.

Вскоре река сделала небольшой поворот. Теперь они плыли на юго-восток. Болотистая равнина сменилась хвойным лесом, а в лесу росли грибы. Ильза никогда раньше не ела грибов, они не водились на Ипских островах. Теперь она с большим увлечением собирала их во время стоянок, приносила на опознание Хельги и готовила всеми доступными способами.

Орвуд с Рагнаром неоднократно пытались охотиться, разумеется безуспешно. За ними неслышной и невидимой тенью следовал Хельги.

– Если бы мы голодали, я бы еще смирился с необходимостью, – извиняющимся тоном говорил он остальным спутникам, – но ведь пищи у нас полно. Скоро земляника созреет…

День шел за днем, земляника зрела, а путники по-прежнему не встречали ни одной живой души, не считая рыбок, птичек и прочих насекомых. «Повымерли здесь все, что ли?» – бурчала Энка.

Ситуация изменилась под вечер десятого июня (Аолен продолжал добросовестно следить за календарем).

Взорам их предстало невиданное создание: ростом и внешним видом оно изрядно смахивало на кобольда, но, в отличие от безволосых горных обитателей, обладало умопомрачительной бородой, черной, курчавой, длиной почти до земли.

– Под бузиной сидел! – весело сообщил Хельги. Это он бесцеремонно приволок существо за шиворот, воротившись из очередной «охотничьей вылазки».

Бородач плевался, брыкался и ругался на наречии, в котором изучающая лингвистику Меридит легко распознала древнестароземские корни. Так что переговоры сложности не представляли.

Существо звалось Тувс и принадлежало к роду барздуков. Сказанное им примерно звучало так: горе тем тварям, что осмелились посягнуть на его, Тувсову, свободу, поскольку царь Пеколс жестоко отомстит за гибель подданного!

Пряча улыбку, Меридит вежливо объяснила воинственному барздуку, что на свободу, тем паче на жизнь его никто не посягает, – почтенного гостя лишь просят нижайше откушать жареной рыбы с грибочками да с сухарем. Тувс поводил носом, пошевелил ноздрями, не устоял перед соблазном и сменил гнев на милость.

– Сами-то вы кто такие? – осведомился барздук, насытившись. – И откуда будете? Я таких, как вы, в наших краях не встречал. Нет, не встречал. Люди не люди, ванапаганы не ванапаганы… Уж не вилктаки ли?! – Последнее предположение его явно встревожило.

– Нет, мы не вилктаки, – заверила Меридит. – Мы эти… как их?.. Дэвы! – вспомнила она атаханское обозначение нелюдей.

– Дэвы? – Тувс выглядел заинтересованным, но не обеспокоенным. – С юга, значит?

– Вот-вот. С юга.

– Ну и дурные же манеры у вас на юге – хватать честных барздуков за шиворот и волочь невесть куда!

Меридит пришлось еще немного поизвиняться, ссылаясь на слабоумие Хельги. Гость остался доволен и продолжил беседу:

– А сюда вас каким ветром занесло?

– Ищем дорогу в Инферн! – брякнула честная Энка. Она, как на грех, быстро освоилась с барздучьим языком и решила проверить себя на практике.

Тувс выпучил глаза и отпрянул как ужаленный. Борода его стала дыбом, уши нервно задрожали.

– Почто?! – взвизгнул он. – Почто вам дорога в Проклятые Земли? Что это вы замыслили, семя пукисово?!

Меридит спасла положение, начав отчаянно импровизировать:

– Дело в том, о почтеннейший из рода барздуков, что великий правитель всех дэвов, Перегрин Мудрый, повелел нам проникнуть в это пукисово гнездо, найти тамошнего правителя Зубастого Гила, который силой колдовства своего похитил прекрасную Аэлле – единственную дочь Перегрина, сгубил ее в подземелье, и изничтожить его, не жалея собственных жизней. И нет нам пути назад, пока Зубастый Гил оскверняет мир своим бытием.

Сработало.

Доверчивый барздук долго охал, сочувствуя горемычной Аэлле, поносил окаянного Гила и весь Инферн в придачу. Прошло немало времени, прежде чем удалось вернуть разговор в конструктивное русло.

– Долог будет ваш путь, – вздохнул Тувс. – Ох долог, ох тяжек. Гляжу я, вы уж и плот сколотили? Да только зря старались, не пригодится он. На плоту против течения не пойдешь.

– Что? – опешила Меридит. – П… почему – против течения?!

– А как же? Эта река – Келенита – и есть дорога в Инферн. По ней к нам всяка напасть плывет. Идите себе вдоль берега до самых гор. Минуете ущелье, так и вступите в Инферн. А мне засим пора! – Тувс засуетился, засобирался и, видя, что его не удерживают, скрылся в чаще.

Спасители Мира притихли, ошеломленные.

– И что бы все это значило? – нарушила молчание Энка. – Кто-нибудь что-нибудь понимает?

– Чего тут понимать? – невесело усмехнулся спригган. – Они Инферн для нас. Мы Инферн для них. Вполне логично.

– Делать-то что станем? – спросил гном. – Назад собираться?

Энка была категорична:

– Ни за что! Тащились-тащились сюда, столько времени зря убили. Надо хотя бы посмотреть, что за Инферн такой. Или не Инферн? Тьфу! – Она любила ясность во всем.

Меридит на сей раз поддержала подругу.

– Сюда нас завели Силы Судьбы. Давайте выясним зачем. А название большого значения не имеет. То, что местные жители не считают себя Инферном, еще не доказывает их доброту и миролюбие. Не будем терять бдительность. Я думаю, надо плыть дальше.

На том и порешили. Проверили, не подглядывает ли за ними Тувс, погрузились на плот и поплыли дальше, в глубь этого дикого и пустынного края.

Лишь на двенадцатый день пребывания в Инферне они впервые увидели прибрежные поселения людей. Маленькие, деревянные, они почти не отличались от рыбацких деревушек левобережья Венкелен. Резьба на наличниках побогаче, заборы пониже, народу на улице побольше – вот и вся разница. На проплывающий мимо плот никто, кроме мальчишек и собак, не обращал внимания. Все были заняты мирными хозяйственными делами.

Но постепенно что-то неуловимо тревожное стало ощущаться в людской суете на деревенских улицах. А потом люди стали появляться и вдали от деревень. Они шли берегом, вверх по течению, их становилось все больше. Мужчины волокли повозки и тачки с нехитрыми городскими пожитками, женщины несли на руках младенцев, ребята постарше цеплялись за материнские юбки. Они шли – усталые, запыленные, серые. На лицах обреченная тоска. Картина до боли знакомая любому солдату и наемнику.

– Беженцы! – озвучила общую мысль Энка.

Эльф горестно вздохнул, ему вторил Рагнар:

– Сколько раз видел я подобное – и все не могу привыкнуть. Сердце кровью обливается при виде этих несчастных.

– Почему? – спросила Ильза равнодушно. – Они счастливые. Им удалось убежать.

– Но представь, какие их ждут лишения и беды!

– Все равно им лучше, чем было у нас в Лотте.

Хельги согласно кивнул. Он-то хорошо знал, что такое набег фьордингов, и воочию представлял, на какую бессмысленную жестокость способен род человеческий.

Надо остановиться и выяснить, что происходит, решила Энка, иначе можно вляпаться в очередную неприятность.

Для переговоров с беженцами отрядили солидного Рагнара в качестве личности, заслуживающей доверия, и Меридит в качестве переводчика. Переводчик не потребовался. Люди Инферна говорили на языке, еще более похожем на староземский, чем барздучий. Беженцы никакой подозрительности не проявляли, целиком поглощенные своей бедой, а сведения от них были получены удивительные.

Ниже по течению стоят два древних торговых города, Велнс и Ауляйде. Неизвестно, чем прогневили их жители своих богов, но обрушилось на их головы несчастье. Налетел невесть откуда огромный пукис – черный, как ночь, здоровенный, как гора, о трех головах, из пасти огонь, крылья застилают солнце. Вторую уж неделю атакует чудовище города, и нет от него спасенья.

– Это они дракона так называют – пукис, – уточнила Энка. – Разве бывают драконы с тремя головами? Врут, наверное.

– Скоро проверим. До городов остался день пути, не более.

– Интересно, – размышляла Энка вслух, – сколько в этих краях платят за избавление от драконов?

Хельги вытаращил глаза:

– Ты хочешь сражаться с драконом? Ты в своем уме?

– А ты что, боишься драконов? – окрысилась сильфида.

– А ты нет?

– Боюсь, – призналась вредная девица. – Но если нам хорошо заплатят, готова рискнуть. К тому же хорошая битва внесет некоторое разнообразие в нашу жизнь. Мне уже опостылел этот затянувшийся пикник!

– Ненормальная! – развела руками Меридит. – Собственно, всегда это знала, но не предполагала, что НАСТОЛЬКО!

Эльф тихонько тронул Рагнара за плечо.

– Спорим, – шепнул он, – завтра они оба с ней согласятся.

Рыцарь поразился:

– Ну-у! Не может быть! Энка – девушка взбалмошная, от нее можно всего ожидать. Но Меридит выглядит такой рассудительной!

Благородный воин давно поглядывал на дису с плохо скрываемой симпатией и в разговорах о ней обходил молчанием персону Хельги.

Эльф добыл из кармана сухарь. Этот деликатес он приберег от обеда.

– Ставлю против твоей утренней ложки меда.

– По рукам!

Аолен ошибся в одном. «Они» согласились раньше. Сперва Хельги принялся размышлять о строении драконьей чешуи. Ему вдруг приспичило выяснить, «ганоидная» она или, может быть, «ктеноидная», что бы это ни значило. Чуть позже Меридит вспомнила, что ее родная бабка на пару с двоюродной во времена оные промышляла драконоборчеством, притом весьма успешно. К вечеру вопрос был решен в пользу Энки.

– Мы даже не попытаемся их остановить? – ужасался Рагнар. – Они идут на верное самоубийство.

Аолен только рукой махнул:

– Поверь мне, это совершенно бесполезно. Из множества вариантов решений эти существа всегда выбирают самое абсурдное, и их тактика приносит, как ни странно, неплохие результаты.

– Угу, – криво усмехнулся Орвуд, – в нашем случае дракон неплохо пообедает.

Возражать ему никто не стал.

Причалить к берегу Ауляйде удалось с большим трудом, мешали плавающие в воде обугленные доски и бревна.

Ауляйде стоял на невысоких холмах. Снизу от реки совсем недавно открывалась радующая глаз панорама процветающего старинного города: остроконечные шпили, крытые красной черепицей крыши, добротные строения, аккуратные группы деревьев. Во всем чувствовались ухоженность, солидность, достаток.

Так было всего неделю назад. Теперь взорам путников предстало совсем другое зрелище. Город лежал в руинах. Над многими развалинами до сих пор клубился дым. Восходящее солнце окрашивало картину в зловещие кровавые тона.

– Не терплю драконов! – выразила общее настроение Энка. – Мерзкие, гнусные, злобные твари! Лично я намерена их уничтожать при каждом удобном случае!

– Считай, что случай тебе представился, – сказал Хельги. – Пошли поищем, кто здесь главный.

Возможно, неделю назад местных жителей обеспокоило бы появление на улицах их добропорядочного города странной компании – вооруженной, оборванной, совершенно неблагонадежного вида. Теперь их просто не заметили. Подолгу выспрашивая направление у оцепеневших от горя и ужаса горожан, пробираясь через груды развалин, пришельцы добрались наконец до руин Ратуши.

Бургомистр, как ни удивительно, оказался на месте. Он еще пытался что-то предпринять, организовать и упорядочить. Тщетно. Город захлестнула волна безумства обреченных: это когда каждый за себя в своем животном стремлении выжить.

И бургомистр понял это. Только что он бегал, суетился, кричал – и вдруг сел на камень, сгорбился, руки повисли как плети, взгляд стал пустым и безразличным. Ему стало уже все равно…

Наемники переглянулись.

– Им нечем будет нам заплатить, – тихо сказала диса, – да и незачем. Это уже не город.

– Эй! – Хельги тряхнул бургомистра за плечо. – Скажите, почтенный, когда к вам прилетает пукис?

– Ежедневно, с полудня до тринадцати, – машинально ответил человек. Голос его был бесцветным и равнодушным, слова – такими будничными, будто речь шла о расписании парома.

– А в Велнс?

– Туда часом позже.

– Поплыли в Велнс, – решила Энка. – Здесь нам делать нечего.

Она только что вылезла из развалин Ратуши, очень довольная, с невзрачным, грубой работы мечом в руках. Меч был длинный, как копье, плохо сбалансированный.

– Постойте! – возмущенно воскликнул эльф. – Неужели мы не сделаем ничего, чтобы помочь этим несчастным? Бросим их!.. Понимаю, вы наемники, работаете за плату. Но ведь должно же быть… сострадание! Лично я остаюсь здесь. Вот.

– Я тоже! – Рагнар встал рядом с эльфом.

Гном шагнул к ним. Следом Ильза. Даже Эдуард, трусливый, изнеженный принц, сжал кулаки, шмыгнул покрасневшим носом, расправляя плечи, будто надеялся спиной заслонить злосчастный город от врага.

Они смотрели друг на друга. Люди, эльф и гном против троих наемников.

– Помнится, вчера вы называли нас ненормальными, – ехидно усмехнулась Энка. – А кое-кто и вовсе утверждал, что дракон приносит пользу, уничтожая проклятых инферналов.

– Да! – сказал Эдуард вдохновенно. – Да, я сказал так, я и вправду так думал. Но теперь я понял. Бывают такие беды, что справиться с ними можно только всем вместе – неважно, к какому народу ты принадлежишь, на каком языке разговариваешь и где живешь. Судьба привела нас сюда, и мы должны сделать все, чтобы помочь несчастным, избавить их от обрушившегося зла. И сделаем мы это бесплатно. А вы идите! Может, когда-нибудь и вы поймете, что кроме золота в жизни есть и другие ценности.

– Та-ак… – Спригган сел на камень недалеко от бургомистра, моргнул длинными ресницами, устало потер глаза и произнес тихо и грустно: – Мы, конечно, пойдем. Только сперва скажите мне, кто из вас видел дракона? Вблизи?

Противники молчали.

– Я однажды видел, – вспомнил рыцарь, – мельком, над горами.

Хельги кивнул:

– Я так и думал… Как вы его убивать-то будете? Чем?

– У нас есть оружие! – гордо откликнулся принц. – Топоры, стрелы, мечи…

– На, посмотри, – перебил его спригган. Он снял с шеи цепь, на которой кансалонцы носили медальоны Гильдии. У Хельги рядом с медальоном болтался небольшой амулет. Его-то он и протянул взбунтовавшемуся ученику.

Тот покрутил вещицу в руках: цилиндрик высотой полпальца, черного цвета, теплый на ощупь. Принц смотрел непонимающе.

– Из чего он, как ты думаешь?

– Похоже на кость, – пожал плечами Эдуард. – Только черную почему-то.

– Драконья чешуя, – пояснил наставник. – Это, – он указал на высоту цилиндрика, – ее толщина. Говорят, для амулетов берут чешую возле пасти, она там потоньше и помягче.

Надолго повисло гнетущее молчание.

– Но ведь как-то их убивают! Есть же способ! – почти закричал эльф. – Вы же собирались его убить?

– Что значит – собирались?! – возмутилась диса. – Мы и теперь собираемся.

– Но вы же уходите в Велнс?

– Вот именно, в Велнс. Здесь нам делать нечего. Совершенно.

– А если Велнс тоже разрушен до основания?

– Какая нам разница, в каком состоянии Велнс? Мы туда не недвижимость приобретать идем.

– Послушайте! – Теперь эльф действительно кричал. – Я понимаю, вы профессионалы, и не нам, непосвященным, тягаться с вами в деле убийств. Но неужели после всего того, что мы пережили вместе, мы не заслуживаем хотя бы объяснения?

Энка сплюнула через плечо. Лицо ее было злым.

– А зачем? С какой стати мы, беспринципные наемники, корыстные, будем выдавать наши профессиональные секреты? Вдруг клиентов переманивать станете? Пока-а еще мы поймем, что в жизни есть другие ценности, кроме золота! Неужели после всего, что мы пережили вместе, ты еще не оценил масштабы нашей алчности?

Хельги потянул девицу за рукав:

– Да пойдем, чего с ними разговаривать? У каждого своя судьба!

Они уходили не прощаясь. Независимые. Гордые. Уверенные. Только спригган не выдержал, обернулся и крикнул:

– Прячьтесь в погребах и ямах! И не вздумайте прыгать в воду, сваритесь живьем!

И ушли.

А три человека, эльф и гном остались посреди руин незнакомого города, возле сожженной Ратуши, перед лицом чужой беды. Красивые слова отзвучали, боевой дух как-то незаметно угас, вместо него пришло осознание собственной растерянности, беспомощности и бесполезности для этого неведомого мира.

Рагнар, бывалый воин, для которого такое чувство было совершенно новым и неожиданным, попытался взять себя в руки.

– Надо решать, как будем действовать, – сказал он. – Полдень не за горами! Я предлагаю…

При звуках командного голоса принц, Ильза и даже Орвуд заметно приободрились. Но эльф вдруг в отчаянии стукнул себя ладонью по лбу:

– Силы Великие! Какой же я… идиот! Как же я сразу не вспомнил?! Просто наваждение!

– Ты о чем? – испуганно спросил Рагнар.

– Вспомнил! – с убитым видом ответил Аолен., – Вспомнил, как убивают драконов! Я ведь читал об этом! Мы не сможем ничего сделать: зря погубим себя и не поможем несчастным горожанам. Дракона нельзя убить во время воздушной атаки. Он совершенно неуязвим для обычного оружия, его не берут даже ядра катапульты! Единственный способ справиться с ним – это выследить, где у него логово, пробраться туда и сразить его мечом из драконьего серебра. Лезвие должно войти точно в сердце, проникнув между пластинами чешуи. В тех местах, где водятся драконы, каждый город имеет свой заветный меч, его вручают герою, что осмелится выйти на битву. Обычно оружие хранят в замках или Ратушах. Видели, Энка вытащила его из развалин? Теперь понимаете, почему они так торопились в Велнс?

Ильза неуверенно моргнула.

– Чтобы им заплатили? Здесь же все разорено! Нет! Ну подумайте сами! Дракон СПЕРВА летит в Ауляйде, ПОТОМ в Велнс, а уж оттуда в свое логово. Значит, поджидать его надо в Велнсе! И деньги тут ни при чем! Они, ТАМ, погибнут с честью. Мы, ЗДЕСЬ, станем бессмысленной жертвой!

Ильза села на корточки, спрятала лицо в ладонях и заплакала. Тихо, как побитая собачка, заскулила.

– Бежим! – скомандовал Рагнар. – Мы догоним их! Мы должны успеть!

Плот плыл к Велнсу. Не один. Рядом с ним еще много чего плыло. Но на то, что несли воды реки от берегов Ауляйде, лучше было не смотреть.

Кансалонцы тихо переговаривались, сидя ко всем спиной. Они никак не отреагировали на появление у пристани своих запыхавшихся спутников – сделали вид, будто ничего не произошло. Но держались холодно. Эльф начал было приносить извинения, но диса резко оборвала его:

– Речей сегодня произнесли предостаточно, а время уходит!

– Бабка говорила, на поиск логова уходит неделя, а то и больше, – вернулась к главной теме Меридит. – Даже если точно знать направление…

Энка поморщилась:

– Нам это не подходит. Через неделю предприятие утратит весь смысл. Некого станет спасать. Этот так называемый пукис слишком уж хищный.

– Надо его как-то пометить. Чтобы он оставил след, – размышлял Хельги вслух.

– Точно! – подхватила Энка. – Коли прикрепить к нему дырявый мешочек с чем-нибудь сыпучим вроде зерна, да так, чтобы он не заметил…

Меридит рассмеялась:

– Тебе лавры Мальчика-с-пальчика покоя не дают? Зерно развеет ветром по всей округе – это раз. Его может не хватить, нужен не мешочек, а мешок – это два. И, в-третьих, как ты собираешься незаметно прикрепить его к летящему дракону?

– Придумал! – радостно возвестил Хельги. – Не надо никакого зерна. Расколем большой камень, мешочек с обломками привяжем к стреле, а ее соответственно пришпилим к пукису. Чтобы камни выпадали равномерно, я позабочусь. Даже если на тысячу шагов придется по одному обломку, я легко найду дорогу по ним.

На этом военный совет оборвался, потому что Ильза вдруг снова горько расплакалась. Сердца оскорбленных наемников дрогнули, и они принялись ее утешать.

Велнс и архитектурой, и расположением очень походил на Ауляйде, но пострадал он заметно меньше.

– Ничего, сегодня сравняются, – пророчески изрекла диса.

– В Ауляйде ему больше жрать нечего, займется здешними, – дополнила сильфида.

На улицах Велнса – и на разрушенных, и на уцелевших – царила суета. Одни грузили имущество, другие копали укрытия, третьи – поливали постройки водой, таскали мешки с песком, ящики со стрелами, катили ядра для катапульты. Город был жив. Пока.

Ратуша нашлась быстро – дракон до нее еще не добрался, – золоченый шпиль был заметен издалека. Без лишних церемоний вся компания ввалилась в кабинет бургомистра.

– Сколько даете за избавление от пукиса? – выпалила Энка с порога, не тратя времени на приветствия.

– П… пятьсот к… кивров золотом, – заикаясь, пробормотал бургомистр. Появление в городе невиданных и опасных с виду созданий деморализовало его окончательно.

– Шестьсот! – отрезала Энка, хотя понятия не имела, много это или мало. Она не намерена была демонстрировать бескорыстие, напротив, решила придерживаться тактики поведения настоящего наемника. Назло.

– Хорошо, – покорно согласился бургомистр. – Ш… шестьсот.

– Какие доказательства принимаете?

– Свежие клыки и ротовую чешую, – неуверенно ответил тот. Кажется, именно это приносили герои древних легенд в качестве подтверждения совершенного подвига. Или что-то другое? Бургомистр не был знатоком фольклора. Но, видимо, слова его попали в точку.

Жуткая рыжая девица понимающе кивнула, пришельцы направились к выходу.

– Э! Э! – закричал бургомистр вслед. Он немного опомнился. – Драконий меч не дам! Имейте в виду!

– Со своим ходим, – презрительно бросила через плечо высокая девица.

С тем компания монстров удалилась, оставив беднягу переваривать последнюю информацию.

Засаду устроили в сухой сточной канаве у городской стены. Со стратегической точки зрения позиция была очень удобной, но с эстетической не выдерживала никакой критики. Энка сидела злющая, как скорпион, но не грязь и вонь были тому причиной. У нее отобрали лук. Выкрали и передали Рагнару!

– Неужели вы считаете, что я стреляю хуже человека?! – бесилась она.

– Нет, – вздохнул Хельги, – ты хорошо стреляешь.

– Тогда в чем дело?

– В том, куда ты стреляешь.

– А куда это я… – начала было Энка и осеклась. Меридит сочла нужным просветить окружающих:

– Обычно она стреляет крупным чудовищам в интимные места. Уж не знаю, специально или стезя у нее такая? Монстры от этого звереют и атакуют. Чего нам, сами понимаете, не требуется.

– Летит! – прервал Хельги.

Ничего особенного в этом чудище не было. Дракон как дракон. И голова одна, и размером не с гору, и крылья солнце не застилают. Это дым его застилает. Но для новичка зрелище, конечно, он представлял потрясающее. Даже Рагнар с трудом скрывал ужас, что уж говорить о несчастных отроках. Они лежали, вжавшись в пропитанную помоями почву, и прощались с жизнью.