Его обреченная Свободина Виктория

Глава 27

Мы не долетели с моим другом даже до границы эльфийских земель. Что-то случилось. Что-то страшное. Вмиг стемнело, поднялся сильный ветер. Мир вокруг словно взбесился.

Мы с Шивом совершили экстренную посадку у храма богини, где уже стали собираться перепуганные эльфы, прося ее милости. В тот момент я услышала ее голос. Голос божества. Ее голос был печален, она переживала за свой народ, она знала, что эльфы и дриады обречены. Мой муж совершил страшное. Узнав, что я покинула дворец, он сорвался. Это было последней его каплей. Он проклял своего родного брата. Проклял, потому что убить был не в силах. Проклятье сработало. Терред превратился в камень, но проклясть дракона, это не равнозначно проклятью обычного человека. Мир, находившейся в хрупком балансе, дал трещину, высвободились страшные силы. Отдача за проклятие оказалось не менее страшным и уже неслось к эльфийским землям новой волной, которая должна была уничтожить все население и города.

Я не могла это принять, спросила, можно ли хоть что-то предпринять, чтобы всех спасти.

Оказалось, что да. Отдачу проклятия уже было не обратить, но хотя бы смягчить. Города будут стерты, но эльфийская раса сможет выжить, превратившись в нечисть, которая сможет выжить даже на проклятых землях.

Цена – всего лишь две моих жизни.

Конечно, я согласилась принять эту цену. Грифон поднял меня на плечо богини-статуи и не пожелал улетать вниз, он решил до конца оставаться со мной. Мой верный друг и товарищ. Мы вдвоем встречали летевшую на наши земли злую волну тьмы и хаоса. Я засветилась. Засияла, как маленькая звезда, отдавая всю свою магию, целительные и жизненные силы.

В самые последние минуты своей жизни, я видела, как статуя богини оживает и в самые последние мгновения берет и рукой закрывает от летящей волны хаоса грифонье гнездо. Это были дети Шейривиела и его награда за его бесконечную преданность и храбрость.

А после тьма.

Плачу, находясь во тьме. Оплакиваю тех, с кем не была знакома, но вспомнила и полюбила всем сердцем и больше никогда не встречу. Душа разрывается на части от боли, и кажется, что кроме этой бесконечной тьмы больше ничего уже не будет.

Но свет все-таки появился. Не знаю почему, но поток воспоминаний вынес меня уже в новую жизнь, которую я и так помню. Вот я уже человек. Жизнь девчушки по имени Мейлан не была такой простой и беззаботной, как у Лираэль. Обычный человеческий шаловливый ребенок, ничем особым от своих сверстников не отличающийся. Проявила я себя только в подростковом возрасте, неожиданно для всех став магом.

Воспоминания идут своим чередом, они меня не удивляют, но я будто бы проживаю свою жизнь заново, настолько ярки и остры эти воспоминания. Боль и горечь от потери жизни Лираэль отступают. А уж когда в воспоминаниях появляется хитромудрый Терред и оказывается, что первый поцелуй у нас был далеко не один, начинаю смеяться.

Проживая вновь знакомые события, смотрю на них уже под другим углом. Вижу, насколько Терреда коробит от необходимости жениться. Скорее всего, он уже тогда понимал, что его нареченная осталось той же, только в новом теле. Как его коробит от того, что я жена его брата, как он не хочет этой свадьбы и до последнего оттягивал момент. И как его… смущает того, что я ему нравлюсь. Каждый наш поцелуй был более чем горяч.

Воспоминания проносятся передо мной вплоть до момента поцелуя с Лерретом.

Открываю глаза и вижу его лицо над собой. Глаза, полные надежды и тепла.

Теперь я вижу Леррета совершенно иначе. Нежно касаюсь ладонью его щеки и он тут же накрывает мою руку своей. На лице появляется радостная улыбка.

– Ты вспомнила, мой свет? Ты все вспомнила?

Скосила взгляд на Терреда, стоящего совсем близко, но за покрывшейся трещинами ледяной стеной. Мрачный, выражение лица виноватое и одновременно злое. Стоило нашим взглядам встретиться, и Черный дракон свой опустил.

Возвращаю взгляд Леррету.

– Да, вспомнила.

Улыбка Пресветлого становиться еще шире и счастливее.

– Наконец-то! Это настоящее чудо!

– Да, – свободной рукой веду ладонью по груди Леррета, останавливаю руку на сердце, но, передумав, веду ее дальше, вниз. Леррет перестал дышать и смотрит на меня завороженно. Сбоку раздается злое, утробное рычание.

– Теперь нас больше ничто не разлучит, – горячо произносит пресветлый.

Остановила руку на животе.

– Сигир Рейфелин.

Леррет только изумленно нахмурить брови, как мой меч проявился у него в животе. На удивление, Терред сработал очень быстро, словно только и ждал момент слабости брата. Ударил магией по стене. От этого удара стена тут же раскрошилась. Дракон дернул меня к себя за спину, а я для надежности еще и его плащом прикрылась, обхватив Тера за талию.

Быстро смахнула слезы с глаз. Не время. Нельзя показывать эмоции.

– Лираэль, мой свет, – растерянно произносит Леррет, вытаскивая из себя мой грозный меч. Я знала, что это его не убьет, слишком много в нем сейчас силы. Это скорее демонстрация намерений. – Почему ты так поступила?

– Лираэль больше нет. Память ничего не значит. Она давно мертва, причем по твоей вине. А я хочу быть с Терредом.

Тер отчего-то напрягся, а Леррет изменился в лице.

– Ты знаешь? – еще более растерянно произносит пресветлый.

– Да. С Лираэль перед смертью говорила богиня. Именно Лираэль смягчила проклятие, и поэтому ты и твой народ остались живы, пусть и в облике монстров. Знаешь, почему я легко сняла проклятие с Терреда, но так тяжело с тебя? Ты и твой народ и не должен был получить прощение. Слишком велика цена того, что сделал. Его можно спасти, но нужно вновь заплатить за это. Цена – смирение и одна светлая жизнь. На что ты обрек меня, вернув память? Ты хочешь, чтобы я вернула твой народ и эти земли?

– Нет, нет, конечно, нет! Только не ценой твоей жизни.

– Ты до сих пор считаешь, что моя жизнь ценнее тысяч остальных?

Леррет делает шаг ко мне навстречу, но я шиплю:

– Не смей подходить ко мне!

– Но, мой свет…

– Я больше не твой свет, – холодно и твердо произношу я. – Я – его тьма. Не смей беспокоить нас. Новое твое проклятие уже никто не переживет.

Я вижу, как Леррет раздавлен. Отворачиваюсь, чтобы не расплакаться. Иначе мне вести себя нельзя. Если сейчас не отрезать окончательно от себя душу бывшего мужа, он так и будет следовать за мной, но наши пути должны разойтись.

– Лираэль, я люблю тебя! – с отчаянием выкрикивает Леррет.

Все-таки поворачиваюсь, но лучше бы этого не делала. Леррет на коленях. Он в отчаянии, ему больно, а мне это в тысячу раз больше.

– А я тебя нет, – произношу как можно равнодушнее, а сердце кровью обливается.

Ни слова не говоря, Леррет оборачивается в единорога и уносится в даль. Уже второй побег. Надеюсь, на этом все.

Только когда единорога становится не видно, устало опустила плечи и сгорбилась. Терред обнял. Так привычно уткнулась лбом ему в грудь и зарыдала.

Тер дал мне какое-то время вот так постоять, затем подобрал валяющийся на земле меч, отдал, взял меня на руки и понес в сторону границы.

Рыдать хочется, конечно, долго, но некоторые вопросы нужно выяснить до того, как мы выйдем к людям.

Один из них – так ли я сильна в качестве лекаря, как в той жизни.

Убийственно взглянула не супруга, сделала пас рукой и движение пальцами, словно сжимаю невидимый мячик.

Терред резко остановился и стал задыхаться.

– Что делаешь? – хрипит муж, опускаясь вместе со мной на землю.

– Проверяю свои лекарские новые знания. Не переживай, это тебя не убьет.

Разжала пальцы и Тер задышал нормально. Осуждающе на меня взглянул.

– За что?

– Почему ты мне сразу все не рассказал? Я была к этому совершенно не готова. Пережить заново свою жизнь и все сразу узнать было дико больно. Меня разрывало на части. Зачем вообще нужны были все эти тайны?

Терред внимательно на меня посмотрел.

– Как к тебе обращаться?

– Мейлан.

– Мейлан, что, по-твоему, я должен был тебе рассказать? Тебе, молоденькой девушке, с новой жизнью. Зачем было омрачать ее воспоминаниями о прошлом? Считаешь, мне стоило сказать тебе, что из-за меня погиб твой народ и умерла ты сама? Я даже точно не знал, кто именно наслал проклятие. В одиночку Леррет не смог бы такое сделать. Скорее всего он собрал самых сильных эльфийских магов. Я предполагал, что ты тоже была в числе проклинателей.

Нахмурилась и обняла ладонями лицо дракона.

– Что за чушь? Это все произошло не из-за тебя.

– Я не снимаю с себя ответственности. Я проявил слабость. Сначала из-за того что вообще согласился пойти к оракулу, затем, из-за того что не настоял и не забрал тебя несмотря ни на что. Я знал о последствиях, как будет, знал, как Леррет медленно сходит с ума, но предпочел самоустраниться, вместо того чтобы настоять на своем, когда еще все могло пойти иначе.

– Не представляю, как можно было бы сделать иначе, – качаю головой я.

– Можно, но тогда надо было пойти на серьезный конфликт с братом, я же пустил все на самотек. А потом, когда ощутил проклятие брата, у меня была пара мгновений, чтобы немного сдержать волну отдачи, которая отправиться к Леррету, но я не только не сдержал, но и своей злостью только усилил ее. А противостояла всей этой ненависти, как оказалось, только ты одна.

– Ты ни в чем не виноват, – твердо произнесла я и стала подниматься. – Пойдем уже, а то я опять что-то сильно проголодалась. Одной курочкой не обойдется.

Чтобы немного прочистить голову, пошла до границы пешком. Воины на ближайшей башне очень удивились нашему появлению. Хоть и с недоверием, но впустили, а признав короля и королеву, широко распахнув и выпучив глаза, робко спросили:

– А где ваша армия? Неужели всех нечисть убила?

Это было последней каплей. Начала хохотать. В этом смехе было больше истерики, чем веселья.

Кажется, напугала бедных воинов. Тер коротко пояснил что армия догоняет, и через несколько часов будет здесь. Ну а он и его королева просто немного ускорились, поскольку, поскольку я захотела трапезу в более комфортных условиях и походная еда мне надоела.

Успокоил ли Терред бедных воинов? Не-а. Те робко поинтересовались, как же это мы так сумели так быстро сбежать от своей же армии, неужели армия не смогла дыигаться с должной скоростью?

Я вроде бы уже начала успокаиваться, но тут меня подкосило второй волной смеха. Представила, как мы с супругом улепытваем от собственной армии, а тебе бегут за нами и умоляют подождать.

Тер, кажется, хотел еще что-то пояснить, но, взглянув на меня, видимо понял, что это чревато третьей волной истерического хохота, махнул рукой и затребовал нам покои на отдыха и грифонов. Сказал, мы тут ненадолго, только передохнем пару часов, перекусим и уедем. Вот такие в стране независимые правители, бегающие от свиты и армии…

Все, пошла третья волна хохота. Терред вздохнул, подхватил меня на руки и понес отдыхать. Мне надо, да.

В выделенной нам комнате я была аккуратно уложена на постель.

Свернулась калачиком и накрылась покрывалом. Больно. В голове вновь и вновь прокручиваются воспоминания. Самые яркие о Леррете.

– Мейлан, – через некоторое время осторожно обратился ко мне Терред, – Стол накрыт.

– Я потом, – отвечаю я. На самом деле уже ничего не хочу.

Моего плеча касается теплая рука.

– Там не только курочка. Хрустящие ребрышки, запеченая картошка, горячие, свежеиспеченные пироги, вкуснейший, тающий во рту сыр, ледяной морс и много чего еще.

Мой живот утробно заурчал. Терред знает толк в искушении.

Снимаю с головы покрывало, поднимаюсь на постели и супруг услужливо располагает передо мной поднос. М-м, какие запахи. Все-таки кое-чего я все еще в этой жизни желаю.

Набросилась на еду так, словно неделю не ела. Тер взирает на меня с одобрением и прямо умилением, сам почти не ест, только мне в тарелку успевает подкладывать самые аппетитные кусочки.

– Фух, – откинулась на подушки. Как удобно есть в постели. Поел и сразу отдыхай. – Вот это я даю.

– Твой зверь постепенно просыпается, его развитие требует много энергии. Ты сейчас будешь есть за двоих, – поясняет Тер, убирая поднос.

– Ты всегда выставляешь очень интересный сервиз для чаепития. Мне он так нравится. Почему в этот раз не стал доставать?

– Я пока ничего не могу достать. Много сил ушло на удар по стене. Пока идет восстановление.

Удивленно приподняла брови.

– Столько сил ушлотв один удар?

– Я собирал энергию для одного сильного удара по крепкой защите, а ударил в ослабленную. Большая часть сил ушла мимо.

– Вот как.

Беру Терреда за руки, закрываю глаза и смотрю на него другим взглядом, изучая энергеиическую структуру и ауру. В этом они с Лерретом удивиетльны. Можно смотреть бесконечно на совершенство их структуры, но сейчас у меня есть дело.

Наполняю истощенные канады Тера силой, но он вдруг разрывает контакт, отпуская мои руки.

Раскрываю глаза и удивленно смотрю на супруга.

– Спасибо за помощь, Мейлан, но сейчас это ни к чему. Сила быстро восстановится и так.

Пожимаю плечами. Зачем я вообще это сделала? Просто… это показалось естественным и правильным. Неужели во мне просыпается личность Лираэль?

– Может, тогда будем выезжать? – предлагаю я. Дорога должна немного отвлечь от мыслей. Если останусь тут, погружусь в такую пучину воспоминаний, из которой не факт, что выберусь.

– Конечно, дорогая.

Мне кажется, или между мной и Терредом появилось едва уловимое напряжение? Он тоже почувствовал присутствие Лираэль?

Глава 28

К вечеру добрались до ближайшего крупного города. Супруг молчал всю дорогу, думая о чем-то своем. Я ему не мешала, мне тоже было о чем подумать.

Хозяин города предоставил нам гостевые апартаменты в своем особняке и устроил праздничный ужин со знатью, где у нас расспрашивали, как прошла военная кампания и где же армия. Я старалась при вопросах о потерянной армии сдерживаться, но когда было особенно тяжело, выходила в дамскую комнату просмеяться. Мне кажется, гости подумали, что у меня проблемы с животом. Хотя одна дама настойчиво завела со мной беседу о детях и их правильном воспитании. Наверное, она совсем что-то не то подумала.

Но вот, мы с мужем остались вдвоем в покоев. Он все еще задумчив и отстранен, хотя еще утром рвался попасть в ближайшую пещеру. Пришел после душа, лег, пожелал мне добрых снов и, кажется, собрался спать.

Нет, так не пойдет.

Кладу руку на мощное плечо Терреда и начинаю поглаживать. Затем моя руку спускается на широкую грудь и…

Терред перехватывает мою руку и сухо интересуется:

– Что ты делаешь, Мейлан?

Как, что? А то как будто бы непонятно?!

Всерьез задумалась, как именно надо объяснить то, что мне надо от супруга. О, знаю!

– Я желаю исполнения супружеского долга. Ты против? Хочешь спать? Может быть голова болит?

Вот зачем я опять про болячки? Еще не хватало предложить полечить Терреда. Он тогда во мне точно Лираэль увидит и в постель одну не ляжет.

Терред поворачивается ко мне.

– У меня все отлично, а у тебя, Мейлан?

– И у меня.

Тянусь к дракону, чтобы получить от него поцелуй. Касаюсь губами его губ, но он никак не реагирует. Отстраняюсь и вопросительно смотрю на Тера.

– Ответь, пожалуйста, Мейлан. Почему ты хочешь этого именно сейчас? После столь тяжелого для тебя события, как возвращение воспоминаний. По идее, сейчас, то, что ты хочешь, должно быть последним из твоих желаний. Но ты наоборот к этому настойчиво стремишься. Ответь мне, пожалуйста, честно, почему?

Закусила губу. Да, Черный дракон проницателен. Возможно стоит поговорить с ним начистоту.

– Я бы хотела поскорее забеременеть.

Такое мое заявление и желание Терреда отчего-то совсем не обрадовало. Посерьезнел еще больше, нахмурился и отодвинулся подальше, как будто опасается, что если будет лежать ближе, я ненароком от него забеременею.

– Этого действительно хочешь ты, Мейлан, или я сейчас разговариваю с Лираэль?

Теперь уже и я хмурюсь.

– Я не знаю, кто этого хочет, но это надо сделать. Для стабильности мира.

– Да-а? – насмешливо тянет Тер. – Для стабильности мира это требовалось и раньше, но что-то тебя это особо не волновало, теперь же понадобилось ускориться.

– Я не осознавала масштаба проблемы.

– А может быть ты просто желаешь скорее выполнить предначертание и уйти спасать своих эльфов? Скажи, дорогая, тебя ведь гнетет это все, верно? Память вернулась, как и любовь к Леррету, чтобы ты там ему не говорила. Так? Но ты к нему не вернешься. Будешь вновь одна благородно нести свое бремя и всех спасать? Великий и добрейший светлый лекарь вернулся?

Поджимаю губы и отворачиваюсь от Терреда, чтобы скрыть слезы.

– Нет, ты не прав, – отвечаю дрожащим голосом. – Во всяком случае, не во всем.

– Расскажи мне в чем я не прав, я готов выслушать.

– Я… – делаю паузу, поскольку мне мучительно трудно это произнести. – Любовь к Леррету живет в моих воспоминаниях ярким огнем. Такие воспоминания трудно так просто потушить, забыть и избавиться от них. Да, я, наверное люблю его, поскольку воспоминания Лираэль теперь мои собственные, как и ее жизнь. Это не была моя любовь, но стала ею.

Я вижу, как темнеет взор Тера. Дальше стараюсь еще осторожнее подбирать слова.

– Тем не менее, с Лерретом я больше никогда не буду. Это решение когда-то приняла Лираэль, и я новая с ней полностью солидарна. У меня, как у Мейлан, вообще чувств к единорогу не было. У нее чувства были только к тебе. Постепенно, с каждым днем они проявляли себя все ярче, она к тебе привязалась и воспринимала как мужа и своего мужчину. А сейчас я новая в смятении, мне необходимо время, чтобы разобраться в себе. Но не нужно думать, что я желаю стать жертвой, спасая разом всех эльфов. Конечно, мне их очень жалко, однако беременеть, бросать своего маленького, нуждающегося во мне ребенка, чтобы их спасти, я не собираюсь. Только если у меня совсем не будет выбора и не в ближайшие пару столетий своей новой интересной человеческой жизни. Ты сейчас имеешь дело не только с Лираэль, но и Мейлан. Мейлан, к счастью, именно боевой маг по натуре, а не всепрощающий и жертвенный лекарь, она решает свои проблемы и смотрит на мир иначе. Я, ну или мы, как тебе удобнее думать, уже между собой начали ладить и искать компромиссы. Думаю, опять же со временем, мы подружимся и вдвоем станем сильнее, а не разорвем себе голову и личность на части. Я странно говорю, Тер? Ты, наверное считаешь, что мне нужно к лекарям?

Терред забавно изогнул брови, мне кажется, немного повеселел.

– Я полагаю, великому лекарю и перспективному начинающему боевому магу лекарь ни к чему. Еще неизвестно, кто кого вылечит.

Тер шутит, значит, все неплохо.

– Насчет беременности. Да, во мне сидит беспокойство Лирэль и ее желание скорее исполнить долг и дать нашему миру, которому и так пришлось очень непросто из-за проклятия и потери двух главных сил, наполняющих его пространство энергией и магией. Она все-таки лекарь, это ее стремление скорее помочь его обитателям. Мейлан так скоро детей не хотела, но в принципе не против. Она знает, что эти переживания будут ее грызть и не давать покоя. Ты ведь исполнил свой долг, женившись, успешно провел Мейлан через трудный и опасный ритуал. Осталось довести все до конца и с нашей стороны.

– Дорогая, мир и судьба и так долго ждали, может и еще подождать еще, ничего критичного не произойдет. Зачем бросаться в омут с головой? Это больше напоминает жертву. Может сначала тебе стоит разобраться в себе?

– Мне бы не хотелось с этим тянуть, – упрямо произношу я. – Ты не стремишься к близости со мной и детям из-за Лираэль? Она тебе совсем не нравится и отталкивает?

Дракон смотрит на меня долгим внимательным взглядом, я уже подумала, что откажет, но он вдруг спокойно произносит, распахивая объятия:

– Хорошо, если ты хочешь, давай исполнять долг перед миром. Ты меня никаким образом не отвращаешь и не отталкиваешь, Мейлан. Сколько бы в тебе личностей из прошлых жизней не проявилось, главное, что среди них есть ты.

Нерешительно прижалась к Терреду и была заключена в теплое кольцо его рук. Что-то мелькнуло в его взгляде, заставившее меня насторожиться. Коварство?

– Спасибо, – тихо произношу я, привычно утыкаясь лбом в плечо Тера.

– Я хочу, чтобы ты знала Мейлан. Чтобы не случилось, я буду рядом, всегда и во всем тебе помогу и поддержу. Ну кроме стремлений принести себя в жертву.

– Ты любишь Мейлан?

– Так, как может любить дракон.

А как любят драконы? Ответа не нашлось и у Лирэль.

Не знаю, как драконы любят эмоционально, но вот в остальном… дракон этой ночью неистовствовал. Измотал и искусил меня так, как ни разу в пещере. К утру пальцем лишний раз пошевелить не могу. В голове пустота и ни одной лишней мысли или воспоминания, не говоря уже об угрызениях совести. Какая там невероятная прошлая любовь к Леррету? Воспоминания о единороге как-то быстро начали тускнеть.

Нахожусь в состоянии полудремы, усталости и неги. Если после такой ночи я точно должна забеременеть. Тер очень старался в этом плане.

Перед моим носом на столике появился знакомый сервиз.

– Устанавливающий, общеукрепляющий и витаминизорованный чай, дорогая. С учетом твоих стремлений и мыслей самый подходящий для тебя чай, – довольным тоном произносит Тер, двигая столик еще ближе ко мне.

– Чай? Это хорошо, конечно, но мне бы…

– Курочки?

– Надоела эта курочку. Хочу… дичь. Но такую, чтобы прям самой поймать и на огне зажарить. Рыбку хотя бы свежепойманную.

– Дорогая, да в тебе хищник, похоже, просыпается.

Передо мной на столике появилось блюдо с запеченой аппетитной рыбкой.

– Я еще торт очень хочу.

– Может быть мороженое?

– Ой, нет, только не мороженое.

– Чему ты улыбаешься, Мейлан? – глядя, как я неистово поглощая рыбу и потом задумчиво запиваю ее чаем с тортом, интересуется Тер.

– Перед свадьбой я крайне негативно относилась к мысли, что мир надо спасать через постель. А сейчас думаю, то вполне себе неплохой, комфортный способ.

Терред расхохотался.

– Определенно этот вариант лучше, чем жертвовать жизнью. Дорогая, мы тут уже задержались, как насчет того чтобы выдвигаться дальше? Повозка уже ждет.

– Ага, – соглашаюсь я, двигая к себе тарелку с тортом. – Минут через пять буду готова. Поем и переберусь спать в повозку. После такого плотного завтрака спать очень хочется. А ты не знаешь, как долго еще зверя ждать? А то меня такой невероятный аппетит смущает.

– Это странно, но у тебя изменения идут гораздо быстрее обычных сроков, от этого тоже еще повышенный голод, скорее всего. Похоже, что зверь сильный и очень нетерпеливый.

В повозке и правда рассчитывала поспать, но Терред притянул меня к себе, усадил к себе на колени и с самым серьезным лицом заявил:

– Спасение мира не ждет.

В общем, сон отошел на второй план. Позже, в поле сделали стоянку. Тер, глядя на высокие травы, опять порывался спасти мир, но я запросила пощады.

А тут еще и Сегед нас неожиданно нагнал. Волк с мужем попереглядывались и муж сообщил хорошую новость:

– Армия уже вышла за границы Черных земель и старается нас нагнать. Еще собщение с границы – заметно потеплело в Черных землях.

– Ну хорошо, – стараюсь произнести равнодушно и старательно наглаживаю, ластящегося ко мне волка, а потом мне приходит в голову неожиданная идея. Смотрю на волка другим взором. Ого! Его энергетическая структура по своим основам схожа со структурой Тера, но в переплетении энергетических линий царит настоящий хаос. Из-за этого, скорее всего волк и не может перевоплощаться. Попробовала немного навести порядок в структуре, но меня постигло разочарование. Моих сил на это просто не хватает. Не представляю, какими силами вообще нужно обладать, чтобы суметь это расплести. Возможно Терред смог бы, но он не настолько профессиональный лекарь. Любая ошибка в этом деле может многого стоить.

– Мейлан, ты спишь? – доносится до меня голос мужа. – Мы тут уже довольно долго.

Открываю глаза.

– Нет, не сплю. Едем.

Двинулись дальше уже в увеличенном составе. Довольно неспешно, с заездом в города, которые совсем не по пути “на экскурсию”, как говорил Тер, а по факту он знакомился с населением, узнавал какие есть проблемы, запоминал, кто у власти. Как-то невзначай поинтересовалась, а когда, собственно, мы полетим на как-то обещанные Тером острова. Дело спасения мира ведь не менее важно. Супруг в ответ посмотрел на меня виновато и сказал:

– К сожалению, придется пока отложить. Меня настораживает один недобитый единорог под боком. Прежде, чем улетать, необходимо решить еще несколько дел здесь. Лучше не пускать все на самотек и проконтролировать.

– Что именно проконтролировать?

– Соседнее королевство сейчас решается на присоединение к нашему королевству. Их верхушка магов тоже хочет под мое крыло. Все уверены, что служащие мне магические роды будут постепенно усиливаться и рассветать.

– Это так?

– Конечно, – без тени сомнения ответил Тер.