Беременна от мажора Мельникова Надежда
— А где вы были?
Видимо, ответ читается у меня на лбу. Нигде мы не были. Ребенка заделали, совсем недавно помирились, и теперь наши отношения — тонкая паутинка, грозящая разорваться в любой момент. Из-за приступа ревности кожа под Диминой рукой горит как при ожоге.
— Он классный, горячий, вкусный, тебе повезло, — шепчет Вика, подмигивая.
Как мне нехорошо сейчас. Я забываю, с кем разговариваю. Это все для меня слишком. И музыка орущая, и придурок диджей, и куча силиконовых сисек, и разговоры о деньгах и дорогих шмотках. И гирлянда эта сраная, и тачки из салона, припаркованные прямо на газоне. А еще я очень хочу в сортир. Ну прям очень.
— Ты не подскажешь, где тут туалет?!
Вика, усмехнувшись, тычет пальчиком в сторону коридора.
— Ты куда? — замечает Дима, что я вывернулась из его объятий.
— В туалет.
— Сама найдешь, или лучше проводить? — заботливо интересуется он.
— Сама, я быстренько.
Не хочу, чтобы его друзья, с которыми он сейчас обсуждает свои успехи в тепличном бизнесе, подумали, будто я маленькая девочка, нуждающаяся в сопровождении на горшок. Я предполагала, что будут провокации со стороны женского пола. У него есть прошлое, и я не должна вести себя как дура.
Дом огромный, запутавшись, блуждаю по первому этажу. В сортире, который мне посоветовали, натыкаюсь на сосущуюся парочку.
Ищу другой туалет, теряясь в комнатах и коридорах. Мне надо быть терпимее, думать о том, что это его мир, и, если я хочу быть с ним, я должна быть паинькой. Проходит прилично времени, прежде чем мне удается обнаружить свободную уборную и сделать свои дела.
Возвращаюсь назад, уговаривая себя быть лояльнее, но в гостиной Димы не оказывается. Как и брюнетки Вики. Эта мысль неприятно колет, но я ее отбрасываю. Просто совпадение.
Решаю подождать, но ревность скребется драной кошкой: «Она красивая, она умелая, ухоженная, богатая, он уже резвился с ней в бассейне, значит, она ему нравилась».
— Вы Диму не видели? — не выдерживаю, дергая чернявого с «Ролексом».
— Не-а. Но не удивлюсь, — смешок, — если он где-то наверху с Викой. У них давняя история.
Чернявый громко смеется, поправляя волосы рукой, а его «Ролекс» расплывается, размазываясь мутной золотой пеленой перед моими глазами.
Иванка
На второй этаж я поднимаюсь как на эшафот, считая шаги, чтобы не потерять смелость и дойти до места возможного уединения моего парня и его бывшей подружки. От злости все поджилки трясутся и дух захватывает.
Но надежда еще есть. Верю в Диму. Он не мог так со мной поступить, он не такой. Без стеснения расталкиваю парочку на лестнице, разрываю еще одну, сворачивая грязный дикий танец. Блуждаю по коридорам. Но ни Димы, ни этой самой Вики нигде нет. Меня аж трясет.
Я не одержима им и не сбрендившая кретинка. Он просто где-то с кем-то общается. Димка не мог так поступить со мной и Васенькой. У нас же сын. Я же не какая-то там очередная подружка, я же мать его ребенка. Стараюсь дышать как можно тише, отсчитывая секунды, пока зловещее видение не пройдет мимо. Образ, где Красинский, сверкнув похотливыми глазами, нагибает над столом трендовую Вику.
Толкаю одну из дверей. В большой светлой комнате на вульгарно красном диване, активно причмокивая и меняясь бактериями, целуется парочка. Ухожу. Немного отдышавшись, решаю двинуться в обратную сторону.
Ненавижу звучащую вокруг модную музыку. И дом этот тоже, и двор, и люксовые тачки.
А что, если мог? Вдруг потолкался со мной, пресытился? И, соскучившись по мажорским забавам, нырнул в пучину огня с богатой чикой. У нас ребенок, и я никуда не денусь, можно и забыться на вечерок. Что, если иногда Дима не может себя контролировать? Как хорошо я его знаю?
В последней по коридору спальне темно, горит тусклый ночник, окна завешаны плотными шторами. Все происходит очень быстро: пробежав взглядом по комнате, натыкаюсь на еще одну пару. На огромной кровати лежит мужчина, мне его плохо видно. Верхом на нем сидит Вика. Это точно она, сомнений быть не может. Это ее платье, ее длинные волосы… Она наклоняется и целует его в губы.
Испуганно вскрикнув, я подаюсь назад. Руки и ноги наливаются свинцом и плохо слушаются, голова кружится и совсем не соображает. В глазах все плывет, еще немного, и я потеряю сознание. Захлопываю дверь и сползаю по стене. Музыка… Какая невыносимо громкая музыка.
Этого следовало ожидать. Он — мажор, он богат и популярен. Здесь его друзья, его компания, и он устал стараться. А я дура и так сильно влюблена.
Буквально скатившись по лестнице, хватаюсь за перила, стараясь не упасть кубарем вниз. Наверное, я на какое-то время теряю сознание, потому что, очнувшись, оказываюсь в Диминых объятиях.
— Иванка, я тебе везде ищу, ты где была?
— Наверху, — мертвым голосом.
— Пфу блин, весь дом оббегал.
— Как ты так быстро здесь оказался? Я вам с Викой помешала, и ты пошел за мной?
— Что? — смеется Димка, уставившись в недоумении. — Я с Михайло перетирал, у него тоже бизнес — сельское хозяйство. Мы во двор вышли, сделали пару звонков — тут ни хрена не слышно, вернулся, а тебя нет.
— Прости, я тебе не верю.
Мне плохо и страшно! Я балансирую на грани истерики.
— Дим, я все понимаю. Она красивая очень. Этот с «Ролексом» сказал, что у вас история, что ты с ней… Если видишь ее… Дура я, конечно.
Он смотрит, будто не узнает.
— Пойдем. — Берет за руку и, крепко сжав запястье, проводит сквозь веселящуюся, орущую толпу.
Свободной рукой убирает с прохода порванные гирлянды. Деньги летают прямо в воздухе. Послушно плетусь за ним, скидывая с головы доллары.
Дима выводит меня на улицу. Я хочу пойти к машине и свалить отсюда поскорее, но он дергает на себя, стискивая в объятьях и прибивая к своей груди.
— Дыши, моя хорошая, дыши.
Медленно гладит по спине и ни на секунду не дает вырваться.
— Я после Лондона не был ни с кем, Иванка. Хотя нормальному мужику в этом признаваться как-то стремно. Но я хотел только тебя, а ты спала с доктором. Хреновая картина маслом получается, но все равно простил и к тебе рвался, — смеется Димка, наклоняясь и зарываясь носом в мои волосы, укладывая подбородок на макушку.
— Я не спала с Игорем черт знает сколько, — бурчу себе под нос, вздыхая. — Да и, честно говоря, мы с ним не совпадали.
Объятия становятся крепче, мне кажется, еще чуть-чуть, и у меня треснут ребра.
Дима отпускает, быстро идет к машине, роется в бардачке. Что он ищет? Не понимаю. Нашел время. Мне зябко и страшно без его объятий.
Хлопнув дверью, Красинский возвращается.
— Вот, я хотел завтра, как-то романтичнее, но у тебя такое лицо, боюсь, до завтра мы не дотянем.
Он сует мне под нос красную бархатную коробочку. Не веря своим глазам, я пробую прикоснуться к ней, вдруг она ненастоящая и скоро исчезнет.
Димка смеется.
— Иванка, ты за меня выйдешь? Правда, фамилия у меня теперь такая, что стыдно вслух произносить, но документы сыну мы должны поменять в любом случае.
Смотрю на Димку и, хихикнув, с душой кидаюсь к нему и крепко-крепко обнимаю. Мечты, оказывается, сбываются.
— Ну чего ты? То плачет, то смеется.
Я ощущаю счастье любви — неизъяснимое, новое, пугающее силой своего проявления в столь неподходящей, чумовой обстановке. Мало того, что стоит шум и гам, орет музыка и сигналят машины, справа раздается рычание и крик. С позолоченного балкона на втором этаже на газон летит парень без одежды. Упав, он подрывается и, прикрывая голый зад, бежит обратно в дом.
А мы все так же обнимаемся.
— Конечно, я за тебя выйду, Красинский, куда я от тебя денусь.
Эпилог
Пять лет спустя
Потянувшись в постели, открываю глаза. Чуть вдалеке слышен детский зов. Кира не плачет, а просто тарабанит одно и то же, привлекая внимание. Нашей дочери год и три месяца, она настоящая куколка: курчавая шатенка с темными, как у отца, глазами, улыбашка и умничка. Но если ей что-то приперло, Кира добьется своего, и вот сейчас она речитативом повторяет одно и то же, требуя покормить ее:
— Мама, мама, мама!
— Она тебя зовет.
Не открывая глаз и улыбаясь, мой красавец-муж, лежа звездой на постели, обнимает двумя руками подушку. Не могу не смотреть на него. Сильный, красивый, горячий — пальчики оближешь.
— А Василий небось даже не слышит, — смеется Димка, не спеша просыпаться.
— Ага, дрыхнуть будет, даже если атомный взрыв.
— Как же лень вставать, — сладко зевнув, поглядываю на супруга.
— А не надо было до двух часов с мужем в прятки играть, тогда бы выспалась.
— А кто меня соблазнил, обцеловал, потом умаял до полуобморочного состояния?
— Даже не знаю, — открывает Димка один глаз.
Не могу сдержаться и, хихикнув, льну к его большому сильному телу. Глажу загорелую рельефную спину, пробегаю пальчиками по позвоночнику и ниже, к пояснице.
— Может, папочка сходит? — уговариваю мужа заняться дочерью.
Димка трет глаза. А я поджимаю губы.
— Это я виновата, отпустила на выходные няню.
— И правильно сделала, а то ребенок забудет, кто его мама и папа. Справимся. Я тоже виноват: купил жене «Бюро переводов», и теперь она днями в офисе пропадает.
— Я люблю работать, Дмитрий Егорович, ты же знаешь.
— Знаю, потому и купил. Только я думал, ты будешь там всеми командовать, а ты: заверение, апостиль, письменный перевод, редактирование, технический перевод, медицинский и так до девяти вечера.
— Я должна все сама проверить! А вдруг они там абы что понапишут, и я опозорю честное имя Красинских.
Подлизываюсь и ласкаю кожу на Димкином плече. Он не выдерживает и переворачивается, мы тут же сливаемся в горячем поцелуе. Кира увеличивает звук и теперь зовет не только маму, но и Васю, и папу. Она без ума от старшего брата, у них просто замечательные отношения.
— Не могу, когда она так нудит. — Сползает с кровати муж, а я завороженно за ним наблюдаю.
Мы с Красинским поженились на Фиджи, с первой минуты покорившем нас первозданной, практически девственной красотой. Я чуть с ума не сошла, попав на остров, расположенный на древнем коралловом рифе — неописуемое сокровище. Никогда не видела курорта, окруженного пышными кокосовыми рощами. Ошеломительно до заходящегося от восторга сердца. Мы угодили в уголок, где часами наслаждались общением друг с другом. Эти чудесные минуты мы разделили втроем. Нашей, тогда еще маленькой, но уже крепкой семьей. Обнаружили совершенно идеальное место для свадьбы на пляже. И в назначенный день, обвешанные гирляндами из гибискуса, мы наслаждались нежным солнцем и балдели от теплого океана, омывающего ноги. Лучшей свадьбы и придумать нельзя. Дима и Васька были босиком, в белых рубашках и легких брюках, а в мои распущенные волосы воткнули яркий фиолетовый цветок. Ведущая зачитывала поздравления, а в это время на ветру развевался мой длинный шелковый сарафан цвета алебастра. Чарующе, романтично и сказочно.
И вот, женатые и все еще влюбленные друг в друга, мы живем в двухэтажном доме за городом вместе с нашими сыном и дочуркой. Димка неплохо раскрутился в своем тепличном бизнесе, а я занимаюсь переводами.
Почти добравшись до двери, муж оборачивается и игриво приподнимает правую бровь. Если бы не Кира, проснувшаяся сегодня рано, мы бы наверняка занялись любовью.
Про его папу мы не забыли, но теперь это все не так болезненно. И перешло в какую-то семейную легенду и даже шутку. Егору Валентиновичу дали приличный тюремный срок, и иногда сын ездит навестить его. Отец предсказуемо от встреч отказывается, и Дима оставляет передачи.
Мать Красинских меня так и не приняла, она ни разу не видела внуков, полностью углубившись в творчество. Димка за нее очень переживает, но тем не менее злится, ибо мать не желает продолжить жить дальше, нормальной жизнью, и днями не спускается с чердака их пустого особняка в элитном районе. Димина сестра с нами так же не общается. Это печально, но я надеюсь, что время сможет залечить эту рану и они поймут: Дима поступил правильно. Впрочем, к нам часто приезжает дед Красинских, привозит подарки правнукам и интересуется успехами внука, он приятный и очень интеллигентный человек. Мы с ним нашли общий язык.
А вот мои родители, напротив, проявляют бешеную активность. Они очень любят наших детей, лишь иногда пробуя лезть со своими советами. Как только Димка женился на мне, они почти успокоились и стали очень стараться. Теперь, когда я замужняя дама с двумя детьми, у мамы только одна любимая фишка — она никак не может смириться с тем, что я работаю, имея на руках маленького ребенка. По ее словам, это ужасно плохо для воспитания юной Кирочки.
Мой муж направляется к двери, на ходу подтягивая резинку боксеров и портя чудесный вид. Я печалюсь, трусы так красиво сползли минуту назад, я аж залюбовалась верхом его упругих половинок, а теперь все более чем прилично.
Он исчезает в коридоре нашего дома и уже через мгновение дочкино бурчание сменяется звонким смехом.
На тумбе звонит телефон.
— Привет, Машка, — улыбаюсь, услышав голос любимой подружки. — Как там Каролинка?
— Обмазалась красками и пытается обмазать меня. Ничего, что я так рано позвонила? Ни от чего вас с Красинским не оторвала?
— Нет, — смеюсь и снова тянусь в постели, — он пошел Кирочку кормить.
— У тебя идеальный муж. А у меня очередная трагедия.
— Рассказывай, — укладываясь поудобнее, собираюсь выслушать очередной душещипательный рассказ про Машку и ее приключения с мужчинами.
— В общем, мы с Кириллом разбежались.
— Он не понравился Каролинке и она прилепила слайм к его дизайнерским брюкам? — слышу смех Машкиной дочери в трубку.
— Это полбеды. Этот крашеный павлин отличается жутким самомнением. Представляешь, вчера вечером он сказал мне, что, если бы у него было больше свободного времени и больше денег, он написал бы более интересное произведение, чем роман «Братья Карамазовы». Так как от природы он талантливее, чем Федор Михайлович Достоевский.
Не могу сдержать смешок, а Машка продолжает тараторить в трубку:
— Я не могла простить Кириллу неуважение по отношению к моему любимому писателю. Мы сильно поссорились и расстались. Я не хочу находиться рядом с человеком, который считает себя талантливее Достоевского!
Смеюсь в полную силу, не сдерживаясь, и подруга вместе со мной.
— Ты еще встретишь своего принца, солнышко, я тебе обещаю.
От автора
Дорогие мои, спасибо вам огромное за нереальную поддержку. Было очень необычно и весело. Без читателя нет писателя, так что эта история стала возможна только благодаря вам.
Одним жарким летним днем я купила обложку у замечательного мастера и решила, что мне просто необходима книга о мажоре. Как получилось, судить вам, но, по словам одного великого человека, «Действие всякого закона может быть обнаружено лишь путем эксперимента».
Надеюсь, что вам понравилось.
Уже началась выкладка моей новой истории о Марии, подруге Иванки. Называется она «Случайный отец». Присоединяйтесь!
Читать бесплатно другие книги:
