Утомленные счастьем, или Моя случайная любовь Шилова Юлия

– Что ж, желаю успеха, – сказала я и собралась отойти.

– Зря ты на меня взъелась, Маша, – поймал меня за руку Толик. – Я к тебе всей душой.

– Прибереги свою душу для кого-нибудь другого. Найдется немало девушек, которые смогут по достоинству ее оценить.

– Ты всегда такая вредная?

– По четвергам и пятницам. А для тебя всегда.

– И как только тебя Вадим терпел?

– Ты не Вадим. Тебе до него, как до Луны.

Толик наклонился к моему уху и прошептал:

– Маша, я бы тоже смог тебя терпеть. Ты мне нравишься.

– Анатолий, в чем дело? – подошел к нам отец. – Ты на работе или где? Сядешь справа от меня и будешь следить за окнами.

В зале появились новые гости. Посмотрев на них, я чуть было не рухнула на пол. Прямо навстречу мне шел... Макс. Выглядел он потрясающе и почти не был похож на того Макса, которого я знала раньше. Рядом с ним шла миловидная пожилая женщина в строгом черном платье. Под руку ее держал седоволосый, по-спортивному подтянутый мужчина в дорогом смокинге. Я стояла ни жива ни мертва, не веря в реальность происходящего.

– Познакомьтесь, пожалуйста, – широко улыбаясь, сказал папа. – Это доченька моя, Машенька. Маша, а этого милого юношу зовут Максимом. С его родителями мы дружны уже много лет, но, к сожалению, видимся не так часто, как хотелось бы...

Максим бросил на меня безразличный взгляд.

Меня он не узнал, но в этом не было ничего удивительного. Я сама узнавала себя с превеликим трудом.

– Папа, а кто это? – шепнула я, когда гости отошли.

– Маша, не задавай лишних вопросов. Люди они богатые и достаточно влиятельные в наших кругах.

– Господа, господа, прошу всех к столу! – громко сказал отец и, подхватив меня под руку, тихонько добавил:

– А ты, Машенька, сядешь рядом со мной и мамой.

Прославляя именинника, гости говорили подолгу и витиевато, упражняясь в остроумии (одна дама спела даже: «Поднимем-ка стаканчики за полные карманчики!» – чем до слез рассмешила всех присутствующих), но я слушала тосты вполуха. А вернее сказать – не слушала совсем. Я пила крепчайшее шотландское виски «Chivas Regal», совершенно не замечая его вкуса и не пьянея нисколько, я пила, пила, пила и смотрела на Макса.

Погони, перестрелки, долги... Это с такими-то родителями долги? Не понимаю, не понимаю... Хотя... Мальчик захотел самостоятельности... Надеюсь, наигрался... Господи, о чем это я? Какой мальчик? Какие долги? Мне ли его осуждать?..

А еще говорят, что время лечит... Глупости это все... Душа как болела, так и болит. И даже сильнее она болит. Как будто солью посыпали на раны.

Макс, Макс, единственная моя любовь за долгую беспутную жизнь...

– Машенька, пора переходить на сок, – наклонилась ко мне мама.

– Мамуль, ничего не будет, ведь сегодня день рождения!

– Девочка моя, ты слишком слаба. Хотя после всего того, что с тобой произошло, можно и расслабиться.

Я показала маме глазами на Макса и, стараясь скрыть волнение, спросила:

– Мама, а этот парень женат?

– Нет, Машенька, холост.

– Мамочка, я, кажется, в него влюбилась.

Мама поднесла салфетку к губам и от души расхохоталась.

– Машка, да ты совсем пьяная!

– Я не пьяная. Я прекрасно себя чувствую.

Я влюбилась, мама, влюбилась с первого взгляда и ничего не могу с собой поделать. А мы с ним раньше встречались?

– Давно, еще в детстве. Ты тогда в школе училась.

– И все?

– И все.

– Могли бы и познакомить нас поближе!

– Маша, Максим такой же непутевый ребенок, как и ты. Мотался черт знает где несколько лет. Пытался жить самостоятельно. И все же родители уговорили его вернуться обратно.

– Мама, а как ты считаешь, он был бы для меня хорошей партией?

– Думаю, что подходящей.

– Тогда нужно действовать. Будем брать быка за рога.

Опрокинув в рот полную рюмку текилы, я встала и направилась к Максу. Сердце в эту минуту разрывалось от любви и боли одновременно.

– Можно пригласить вас на танец? – Голос казался совсем чужим. Даже отдаленно не напоминал голос проститутки Лены.

Макс бросил на меня оценивающий взгляд и, отодвинув стул, встал.

– Привет, – вырвалось у меня во время танца.

– Привет, – машинально ответил Макс, глядя куда-то вбок.

– Как дела?

– Нормально.

– Как ты жил все это время?

– Тебя это действительно интересует? – в голосе Макса сквозило удивление.

– Ты обо мне вспоминал? – продолжила я.

– С чего бы это? Я видел тебя лет десять назад. Ты еще школьницей была.

Все ясно. Макс говорит о Маше. Но это меня ничуть не смутило. Главное, что он рядом, со мной. Я хотела увидеть его хотя бы издали, хотя бы одним глазком, а получила намного больше.

Я чувствую его дыхание, я ощущаю прикосновение его рук, я просто умираю от счастья.

– Макс, я так рада, что мы снова вместе...

– Почему ты плачешь? – спросил Макс, коснувшись моих щек.

– Потому что я долгих три года мечтала увидеть тебя.

– О чем ты? Ведь мы не виделись гораздо больше.

– Теперь это не имеет никакого значения. Главное, что мы наконец встретились. Я слишком долго тебя искала. Я звонила на твой мобильный, но ты не отвечал. Ты, наверное, просто сменил номер.

– А откуда ты знаешь номер моего мобильного?

– Ты сам мне его дал.

– Когда я учился в школе, у меня еще не было мобильного.

Я вдруг подумала о том, что не стоит пока открываться Максу. Во-первых, он не поверит, а во-вторых, заставит страдать моих родителей.

– Ты какая-то странная. Меня предупредили, что ты немного не в себе.

– Кто?

– Моя мать.

– Это неправда. Я нормальная. Просто я давно хотела тебя увидеть. Когда ты сюда зашел, я не поверила собственным глазам. Макс, скажи, а я красивая?

– Очень.

– Я стала еще красивее, чем раньше?

– Я не помню, какой ты была раньше.

– Совсем?

– Совсем. Говорят, ты получила сильные ожоги.

– Ой, Макс, пока мы не виделись, со мной столько всего произошло...

Прозвучал последний аккорд, и Макс отвел меня на место. Усаживаясь, я перехватила ревнивый взгляд Толика. Сказал же ему отец: наблюдай за окнами!

– Вы прекрасно смотритесь, – шепнула мне мама.

– Ты даже не представляешь, как сильно я его люблю!

Танцевать мы больше не танцевали, но в продолжение вечера Макс то и дело косился в мою сторону. Видимо, мои слова озадачили его. В конце концов я не выдержала и опять подошла к нему.

– Хочешь, я покажу тебе свою комнату?

– Зачем?

– Говори, хочешь или нет?

Не зная, что ответить, Макс смущенно опустил глаза. Я наклонилась и прошептала:

– Давай сбежим. Никто даже не заметит нашего отсутствия.

Макс встал и пошел за мной. Я привела его в свою комнату, закрыла дверь и бросилась к нему на шею.

– Я люблю тебя, Макс!

– Машка, вот уж не знал, что ты такая странная девушка...

– А тебе и не нужно ничего знать.

Скинув вечернее платье, я взяла руку Макса и положила к себе на грудь.

– Машка, что ты творишь!

– Я хочу тебя, хочу...

– Но к чему такая спешка?

– А зачем нам с тобой тянуть? Разве ты не помнишь, как нам было здорово? Мы могли заниматься любовью сутки напролет и не чувствовать усталости.

– Да я вообще с тобой ни разу не был.

– Погоди, не говори ничего... – Я принялась раздевать Макса, целуя каждый квадратик его сильного смуглого тела. Стряхнув с себя оцепенение, он стал помогать мне, и я наконец почувствовала себя на вершине блаженства. Испытав оргазм, я тихонько заплакала.

– Я сделал тебе больно?

– Мне было очень хорошо.

– Ты сумасшедшая!

– Я не сумасшедшая. Просто я тебя люблю. Скажи, ты хоть изредка обо мне вспоминал?

– Думаю, после этой ночи я буду вспоминать о тебе каждый день.

– Макс, я не хочу расставаться с тобой. Ни на день, ни на час, ни на минуту.

– Тогда поехали завтра в охотничий домик моих родителей. Твои предки отпустят тебя на целую неделю?

– А я не буду спрашивать. Я могу уехать с тобой на целую жизнь! – засмеялась я.

Глава 26

В гостиной мы с Максом подошли к моему отцу, и Макс спросил:

– Виталий Иванович, вы не против, если я приглашу Машу на охоту?

– На охоту?

– Да, на охоту. У моих родителей есть прекрасный домик в лесу. Охраняется он очень хорошо, так что Маша будет там в полнейшей безопасности.

– Ну что, Клава, отпустим? – повернулся отец к раскрасневшейся матери.

– Только при одном условии, Максим, – сказала она, обращаясь к моему любимому. – Машеньку беречь пуще глаза и почаще звонить нам.

Когда гости разъехались, отец приобнял меня за плечи и дружелюбно спросил:

– А ну-ка, дочка, рассказывай, что у тебя с этим юношей?

– Папа, ну какой же он юноша? Он уже взрослый мужчина.

– Хорошо, что у тебя с этим мужчиной?

– Любовь.

– Любовь?

– Да, папа, любовь.

– Так быстро?

– А чего тянуть?

Отец рассмеялся и ушел в кабинет пить кофе. Он и меня звал с собой, но я отказалась.

Накинув легкую курточку, я вышла из дома. У ворот возился со своим «Фольксвагеном» Толик.

– Ты сейчас куда? – спросила я.

– Поеду домой.

– А где ты живешь?

– Квартиру снимаю в Парголово. А ты чего вышла?

– Перепила. Хочется свежего воздуха глотнуть.

– Ну и как, глотнула?

– Глотнула.

– Послушай, а что ты к этому фрукту прицепилась?

– А тебе какая разница?

– Я видел, как вы поднимались в спальню.

– Тебе за окнами велели следить, а не за внутренней лестницей. Кого ты охраняешь? Отца? Вот и охраняй.

– Настоящий телохранитель должен все успевать.

– И за мной подглядывать?

– И за тобой подглядывать, – покраснел Толик.

Я улыбнулась и решила немного поддразнить этого дундука.

– Знаешь, а Макс оказался темпераментным мужчиной. Мне было с ним хорошо.

– А мы с ним знакомы.

– Вот как?

– Да, мы когда-то встречались в Москве. Макс тоже меня узнал. Я это сразу понял.

– Надо же!

– Никогда бы не подумал, что он сын состоятельных родителей. В Москве он бегал с голой задницей за проститутками. Кажется, у него были проблемы с деньгами.

– Очень многие уходят от родителей и ведут неправедный образ жизни.

– Хочу тебе дать совет. Маша, ты бы не связывалась с ним.

– Я уже взрослая девочка и сама могу разобраться, с кем мне связываться, а с кем нет. Ты ведь, наверное, хочешь, чтобы я связалась с тобой?

– А почему бы и нет?

– Тебя тоже интересуют деньги моего отца?

– Деньги твоего отца меня не интересуют. Меня интересуешь ты.

– А ты меня нет. Меня интересует Макс. Знаешь почему? Потому что я его люблю. Завтра мы поедем с ним в охотничий домик. Кроме нас, там никого не будет. Можешь себе представить, какая сумасшедшая ночь нам предстоит!

Утром, покрутившись у зеркала, я натянула обтягивающие джинсы и полупрозрачную блузку с глубоким вырезом. Макс заехал к десяти. Родители еще раз проинструктировали его насчет моей безопасности. Мама, правда, на сей раз была почти спокойна. Макса она знала очень хорошо и была искренне рада моему выбору.

В дороге я закинула ноги на переднюю панель, чтобы Макс смог по достоинству оценить их длину и стройность, и стала тихонечко напевать себе под нос.

– Я сегодня ночью почти не спал. Ты мне столько всего наговорила, – сказал он.

– Я не сплю уже в течение трех лет, дорогой. Вернее, сплю, но постоянно вижу один и тот же сон. Ты – мужчина из моего сна. Хочешь, я тебе о нем расскажу? Он такой красивый. Макс, он идет мне навстречу, но... ничего не получается. В последнюю минуту он исчезает. Я не хочу, чтобы ты исчез из моей жизни, как он.

– Одна девушка говорила мне точно так же...

– А ты любил эту девушку?

– Любил.

– Любил?

– Да, Маша, я ее очень любил.

От восторга я бросилась к Максу на шею, позабыв о том, что мы находимся в машине. К счастью, дорога в этот момент была свободной.

– Что это на тебя нашло? – испуганно спросил Макс, крепко вцепившись в руль.

– Макс, я всегда знала, что ты меня любишь!

Я это чувствовала!

Макс посмотрел на меня как на умалишенную и после небольшой паузы спросил:

– Маша, а правда, что у тебя совсем недавно убили жениха?

– Правда.

– А ты его любила?

– Я... привязалась к нему.

– Маш, рядом с твоим отцом весь вечер околачивался какой-то тип. Ну, блондинчик мордатый. Кто это?

– Это Толик, папин телохранитель.

– Твой отец ему доверяет?

– Доверяет.

– Зря... Впрочем, тебя это не касается.

Не успели мы зайти в охотничий домик, как я стала срывать с Макса одежду.

– Машка, ты сумасшедшая. Дай я хоть камин разожгу.

– Зачем? Тут и так жарко.

– Мне нравится смотреть на огонь.

– Зачем тебе смотреть на огонь? Лучше смотри на меня.

Макс подхватил меня на руки и понес в спальню... Мы потеряли счет времени, а когда наконец очнулись, я, вздохнув, произнесла:

– Жаль, Макс, что ты так и не смог меня простить...

– Простить? За что? – Макс приподнялся на локте и поцеловал меня в лоб.

– За то, что до встречи с тобой я занималась... Ладно, теперь это не так важно. Кстати, а как твои долги? С такими-то родителями рассчитаться несложно.

– Маш, о чем ты говоришь? – насторожился Макс.

– А помнишь, как ты заскочил ко мне в машину? – смахнув слезы, продолжила я. – Помнишь, как вы с Толиком увозили труп Драного? Потом ты ранил Толика, и он рассказал тебе про Лену.

– Ты знаешь о Лене? Откуда? – Макс вскочил и потянулся за сигаретами.

– А где сейчас твоя Лена? – спросила я.

– Лены больше нет. Она погибла. По-моему, в Греции. Я заезжал к ней домой, там теперь живут совсем другие люди.

– А зачем ты к ней заезжал?

– Мне хотелось ее увидеть.

– Увидеть? И только?

– Нет, Маша. Мне хотелось сказать ей, что я ее люблю. Когда мы поссорились, я был не в лучшем положении. Один мой товарищ подставил меня по-крупному, возникли финансовые проблемы. Все так навалилось... Я виноват перед ней.

– Тогда почему ты вернул Толику двадцать пять штук баксов?

– Что?! Маша, ты не в себе! Что ты такое говоришь?!

Глядя в одну точку, я рассказала Максу обо всем, что произошло со мной за последние три года. Зак, тюрьма, пожар, гибель настоящей Маши, трогательная забота со стороны родителей...

– Но ведь этого не может быть! – сказал Макс, выслушав меня.

– Может, Макс, может. Единственное, о чем я хочу тебя попросить, не говори ничего Виталию Ивановичу и маме. Я не имею морального права причинить им новую боль. Не имею, и все.

Макс бережно прижал меня к себе и стал баюкать, как маленькую.

– Ленка ты моя, Ленка, если бы ты только знала, как долго я ждал этой встречи. Никуда теперь тебя не отпущу!

– Макс, называй меня, пожалуйста, Машей.

Я – Маша.

– Да ты ни на одну, ни на другую не похожа, – засмеялся Макс.

– Неважно. Главное, что это я.

Чуть позже мы распили бутылку шампанского.

Как выяснилось, день только начался. Макс взял ружье и пошел поохотиться на уток.