Капкан для крысы Грунюшкин Дмитрий

От этих грустных размышлений Перпла отвлек какой-то посторонний звук. Кажется, в коридоре что-то происходило, и Леша не мог понять, что именно…

…Снова почудилось? ОМОНовец скосил глаза, не поворачивая головы и, кажется, заметил непонятное шевеление в конце коридора. Он опять резко повернулся. Ничего… Или что-то было? Черт те что!

Он перекинул автомат на ремне за спину, достал из кобуры табельный «Макаров», проверил, стоит ли он на предохранителе – не хватало еще случайно бабахнуть в ночной больнице! – поднял его по-ковбойски вверх дулом двумя руками, и осторожно двинулся по коридору туда, где ему почудились непонятные звуки.

Шаг за шагом, потихоньку, чтобы не шуметь. Черт! Новые ботинки с высокими берцами поскрипывают, как старый паркет. Наверное, это просто тени от деревьев. Хотя, какие, к дьяволу, тени от деревьев на четвертом этаже?!

Медленно миновал холл, в котором несчастные больные по вечерам смотрят телевизор, вдрызг ругаясь, что смотреть – очередную серию латиноамериканского «мыла», хоккейный матч или выпуск новостей. Темная тень фикуса в углу стоит кремлевским часовым. Еще два шага. Не расслабляться ни на секунду – учили опытные бойцы, даже на рынке, как на войне. Всегда работать в полную силу…

– Тс-с-с! – сзади раздалось тихое шипение. Одновременно с этим в затылок уперлось что-то твердое и, похоже, железное.

– Ничего не говори и ничего не делай, пока я не скажу, и все кончится быстро и хорошо. Понял? – напряженный шепот сзади был зловещим и парализовывал волю.

Парень судорожно икнул.

– Я спрашиваю – ты меня понял?

ОМОНовец смог только кивнуть головой.

– Вот и ладненько. Теперь медленно возьми пистолет левой рукой за ствол и протяни его мне назад.

Парень выполнил приказание. Пистолет исчез из его руки. Человек сзади три раза негромко щелкнул языком и из-за того угла, где парню мерещились тени, выскользнула фигура в черном одеянии, и, низко пригнувшись, стремительно и совершенно беззвучно, как привидение, пробежала по коридору к ним. Она перемещалась странно, мелкими шажками и так плавно, что казалось, будто она парит над землей, не касаясь ее ногами. Когда человек приблизился, ОМОНовец увидел, что лицо его закрыто черной маской, а в руке пистолет с глушителем.

– К стене! – шепнул сзади незнакомец, подкрепив приказ толчком пистолета в затылок. В том, что это был именно пистолет, а не какая-нибудь монтировка, ОМОНовец не сомневался.

«Вот и встретился ты с настоящими профессионалами!» – подумал парень. Мысль была совершенно отстраненной, будто не касалась его впрямую. – «И похоже, что это последняя встреча. Сейчас ты услышишь негромкий хлопок, и мозги разлетятся по стене. Потом они совершенно свободно пройдут в палату и пристрелят свидетеля, жизнь которого была в твоих руках. Утром найдут твое тело, которое смогут опознать только по форме. Ребята выпьют на поминках, а бандиты будут смеяться и вспоминать, как прикончили ОМОНовца, словно сторожа из ВОХРа. Боже, как бездарно! А ведь считал себя таким крутым!» На глаза даже слезы навернулись, но не от страха, а от обиды и жалости к себе. «Так ничему и не успел научиться».

Убийцы, тем временем, действовали спокойно и сноровисто. Отстегнув ремень, забрали автомат, сняли с пояса наручники и защелкнули их на запястьях, заведя руки за спину.

– Спокойно, парень! Все у нас получится, все будет хорошо. Ты только не нервничай и не делай глупостей, и тогда никто не пострадает. Мы никого не собираемся убивать, – прошептал сзади все тот же голос. – Ты здесь один из охраны?

Парень кивнул.

– Лучше говори правду. Если мы столкнемся с неожиданностью, то будем вынуждены стрелять. Погибнут люди, и виноват будешь ты. Сейчас у тебя выбор есть, ты должен быть не тупым солдатом, а трезвомыслящим человеком. Я тебе обещаю, что мы никого не тронем, если нас не вынудят. У нас другая цель. А теперь подумай хорошенько и ответь еще раз – ты один?

ОМОНовец не поверил ни одному слову диверсанта, но вынужден был кивнуть еще раз, ведь он и на самом деле был один.

– Вот и ладненько. А теперь пойдем в гости к твоему подопечному. Нам нужно с ним просто поговорить. Ваше начальство не разрешает нам сделать это официально, приходится прибегать к таким вот экзотическим способам.

У Леши-Перпла просто отпала челюсть, когда в его палату ввалились два затянутых в черное человека, словно убежавшие из какого-нибудь голливудского кинобоевика. За собой они втащили скованного наручниками ОМОНовца. «Поставили, блин, охрану!» – возмутился про себя Перпл. – «Да к ним самим охрану приставлять нужно!»

Он с интересом наблюдал, как ОМОНовца завели в туалет и пристегнули наручниками к трубе отопления, проходившей почти под потолком. Страха, почему-то, не было совершенно. Несмотря на простреленную спину, он так и не поверил в то, что его могут когда-нибудь убить.

«Черный» шепнул ОМОНовцу:

– Ты, главное, не суетись и ничего не делай. И все скоро кончится. Никто даже и не узнает, что ты лоханулся. Нам минут десять и нужно-то всего. Потерпишь? Вот и умница. И не подслушивай, не нужно тебе это, – «черный» открыл воду в умывальнике и вернулся в палату, плотно прикрыв за собой дверь и включив свет, видимо, чтобы ОМОНовцу не было страшно одному в темноте.

Один из гостей, тот, что поздоровее, подошел поближе и сел на кровать в ногах Перпла.

– Так вот какой ты, северный олень, – задумчиво произнес он, поблескивая глазами из под черной маски. – Признаться, выглядишь ты, Леша, хуже, чем новогоднее утро.

– Это я болею. А, вообще-то, я розовый и пушистый, – попытался пошутить Перпл.

– Хорошо, что ты можешь прикалываться, – похвалил гость. – А то некоторые, нас увидев, дара речи, почему-то, лишаются. Мы что, как-то не так выглядим? А, Леш?

– Да не особенно обычно вы выглядите, – хмыкнул больной.

– Как твое здоровье? Сильно болит?

– Ну ты, прямо, как мама, честное слово. Болит, конечно, все-таки, лишняя дырка в организме ни к чему.

– Ничего, тяжело в болезни – легко в гробу.

– Типун тебе на язык. Говори, зачем пожаловали, мне спать пора.

– Молодец! – восхитился «черный». – Самообладание у тебя отличное. А как насчет догадливости? Сам-то допрешь, что мы хотим знать?

– Про того козла, что нас перестрелял, хотите узнать?

– Верно. И что ты имеешь нам сообщить по этому поводу?

Леша хотел по привычке почесать голову, но наткнулся пальцем на рану и, сморщившись, отдернул руку.

– Да ничего особенного я, наверное, не скажу. Где-то я его раньше видел, но убей не помню где. И как он ко мне попал, тоже не знаю.

– Леш, я что-то не вижу в твоих очах заинтересованности в сотрудничестве. Я не минздрав, я предупреждать не буду. Ты лучше сам проникнись торжественностью момента, и говори со мной, как на исповеди. Будет легче, я тебе точно говорю, – «черный» говорил очень убедительно, а пистолет в его руках, явно не милицейский, добавлял проникновенности речам.

– Ну не знаю я что сказать. Вы лучше спрашивайте, а я, по возможности, буду отвечать.

– Ладно. Когда ты его первый раз увидел?

– На той неделе, день сейчас сразу не упомню. Я в отходняке валялся дома, а он вошел прямо в комнату.

– Как он выглядел?

– Хрен его знает. Молодой, сытый такой, аристократ долбаный. Чтобы доверие вызвать браги хлебнул из банки, так его перекосило, как Пизанскую башню.

– Как себя вел?

– Сначала скромненько. А потом жестко, когда почувствовал, что подсек меня на наживку.

– Что хотел?

– Наркоту. Чистый героин. Башлевый чувак, за бабками не постоял. Ему втюхивали по завышенному прайсу, а он и не поморщился. Либо лох галимый, либо сразу знал, что задарма брать будет. Но башли у него есть. Он Байраму пять штук-то все же дал. И тачила у него клевая.

– Сроки называл, или когда достанешь, тогда и достанешь?

– Нет. Жесткие сроки. Если завтра, говорит, не будет, то и, вообще, на хрен, не нужно.

– Как все произошло? Сразу?

– Как только я товар проверил, так и начал лупить.

– Из чего стрелял?

– А я знаю? Я что, специалист? Я даже в армии не служил. Хотя, стой…Следак, когда меня сразу колоть начали, что, мол, это я все херню затеял, он что-то говорил… Типа, откуда ты взял этот… «браунинг»! Точно, «браунинг»!

«Черный» даже в ладоши хлопнул:

– А откуда он тебя знает, не говорил?

– Нет, я же сказал – не помню. Где-то видел. Но у меня знаешь, сколько знакомых! Всех запомнить – компьютер нужен.

– А как его зовут, не говорил? Вы же должны были как-то общаться?

– Что-то у меня голова заболела, не могу вспомнить, – вдруг наморщился Перпл. – Может, поможете чем?

– Да ты, никак, торговаться затеял?! – поразился «черный». – Ну наглец! Я тебе знаешь чем помогу? Я тебя от айзеров отмажу. Они уже давно по твою душу намыливаются прийти. И не зли меня. Я человек хороший, но только внутри, достанешь – убью, и обломаю айзерам весь кайф. Усек, Лед Зеппелин, или как тебя там?

– Усек, – вздохнул Перпл. – Он сказал, что его зовут Игорем. Правда это или нет, спросите у него самого. А мне это до фени, хоть он Миклуха Маклай.

– Ну и последнее на сегодня. Он здесь есть? – «черный» выудил из кармана групповую цветную фотографию, сделанную то ли на празднике, то ли на какой-то презентации, и сунул ее под нос Перплу. – Только не ошибись.

– Хрен ли тут ошибаться, – усмехнулся Перпл и ткнул пальцем в лицо Игорька. – Вот он, сучара. Ишь ты, с большими людьми якшается, паскудина!

«Черный» забрал фотографию, встал, порылся еще в карманах, и бросил на одеяло стодолларовую бумажку.

– Не знаю, на какую сумму тебя кинул этот парень, но это хоть немного компенсирует твои потери, это ты заслужил. И послушай совета – не бери на эти деньги дурь, лучше маме цветов купи, она дома вся на измене сидит. Выздоравливай, насчет айзеров не беспокойся, я договорюсь.

Уже в дверях пришельцы остановились.

– Черт, про мента забыли.

Один из них прошел в туалет, отстегнул парня от трубы, положил на пол оружие и наручники.

– В общем, ты не переживай и лучше никому ничего не рассказывай. Договорились? Это в твоих интересах. Ну а сейчас извини, я должен подстраховаться.

С этими словами он нанес молниеносный удар ребром ладони чуть повыше уха. ОМОНовец мешком повалился на пол.

– Минут через пять очухается, – констатировал «боец». – А теперь сваливаем…

…Уже забравшись в машину и сбросив маску, Чип потер руки и сказал:

– Теперь неплохо бы еще узнать, где этот хорек надыбал ствол.

– Нечего и искать, – обронил Дейл.

– То есть?

– Ты про «браунинг» слышал?

– Ну?

– А! Так тебя же тогда не было, ты в Ростов уезжал. Заходил к нам один паренек, червяк подземный, называл себя диггером. Просил денег и наваливал всем подряд старый «браунинг» за сто баксов. Мне это дерьмо, которое он в канализации отрыл, и за сто рублей не нужно. А вот Игорек его, наверное, купил. Дешево же! Я даже уверен в этом, потому что Сидор, чтобы отвязаться от этого крота, к Игорьку его и отправил.

– Итак. Какие наши действия, командир?

– Сейчас срочно домой, спим часов до семи…

– О’кей. Это мы за ура.

– Спозасранку делимся, как амебы. Я еду к Доне Анне, а ты к Сидору на хату, выясняешь, кто дежурил в ночь с четверга на пятницу, быстренько их колешь, и не позже десяти встречаемся у офиса. Если не найдешь никого из этих сраных секьюрити, то и хрен с ними, это так, дополнительный штрих, не более.

– Интересно! Ты к девочкам, а я к мальчикам? Ничего себе – разделение труда!

– Я то же самое говорил, когда ты пивко с Витьком посасывал, пока я в машине концы отдавал. Не бузи.

– В десять совет директоров будет?

– Ага. Игоряша будет произносить тронную речь. Он становится главным в фирме. Как он это прокрутил, а? Петр от переживаний башкой двинулся что ли?

– А потом?

– Потом суп с котом. Мы из этого кота такую уху сварганим! Есть у меня одна мыслишка, ему понравится.

В семь часов утра Чип услышал, как в ванной комнате потекла вода. Он с превеликим трудом разлепил веки и сел на кровати, поматывая головой в надежде стряхнуть остатки сна. Наконец, он собрался с силами и прошлепал босыми ногами к ванной. Возле ванны стоял на коленях Дейл, засунув голову под струю холодной воды.

– Топишься? – хмуро поинтересовался Чип. – Смотри, менингит заработаешь.

– Зараза к заразе не пристает, – парировал Дейл, выбираясь «на сушу» и растирая вихры полотенцем. – Зато чувствую себя немного похожим на человека.

Чип подумал немного, вздохнул обреченно, опустился на колени и повторил действие друга. Сначала он вскрикнул, потом заохал и, наконец, зарычал.

– А ничего, помогает! – оценил он, вытираясь. – Только сердечко крепкое нужно, а то инфаркт может хватить. Как выспался?

– Спал, как младенец, – заявил Дейл и, заметив завистливый взгляд напарника, пояснил. – Каждый час просыпался и плакал.

– Ну что, кофейку – и по коням?

– Ага. Ты иди, вари кофе. А я пока звякну пару раз. У тебя телефон с антиопределителем?

– Да.

– Вот и прекрасно. Ты помнишь, что я тебя просил сделать?

– Насчет Витьки и Таранцева? Помню, только позвоню попозже. Не волнуйся, не забуду, византиец чертов. И откуда у тебя взялась эта тяга к интригам? Был, вроде, мужик как мужик, прямой, а тут…

– Зато сколько зайцев одним выстрелом! Иди, кашеварь, не бурчи с утра.

Чип скрылся на кухне, а Дейл плюхнулся в кресло рядом с телефоном и набрал номер. Не отвечали довольно долго, что было не удивительно, принимая во внимание время звонка.

– Алло, Назим? – обрадовался Дейл, когда трубку, наконец, сняли. – Как спал, дорогой?

– …

– Не узнал? Да ты что! Мы вчера к тебе заезжали, масло в машине менять.

– …

– Правильно, это я.

– …

– Да, новости есть. Обнадеживающие. Вчера мы только предполагали, что наши с тобой обидчики – это одно и то же лицо. Сегодня уверенность – на девяносто девять процентов.

– …

– Правильно понял. Мне помощь небольшая требуется. Помнишь, ты собачку обещал? Так вот, она мне сегодня нужна.

– …

– У меня цейтнот…

– …

– Ну, времени, короче, в обрез. Не могу сам заехать. Пошли какого-нибудь орла с собакой. Пусть с десяти до одиннадцати стоит с ней у… Слушай, ты знаешь гостиничный комплекс «Измайлово»?

– …

– В первом корпусе есть казино, рядом с ним автостоянка. Пускай меня там ждет в машине. Кстати, какая машина будет?

– …

– Так…Зеленая «Тойота – Раннер»… Понятно, – Дейл записал номер машины на листочке и сразу же его смял и бросил в пепельницу. – Ты помнишь, я тебе говорил, чтобы группу захвата держал в готовности? Ты ее держишь?

– …

– Да, возможно, сегодня понадобится. Пусть сидят в машине. Только… – Дейл замялся. – Назим, что для тебя важнее – принцип или бойцы?

– …

– Я имею в виду вот что. Дело в том, что мы опережаем ментов буквально на пару шагов. Если твои ребята поедут разбираться с «кидалой», то они очень рискуют или нарваться на милицию, или залететь по горячим следам. Очень большой риск, я должен заранее предупредить. Если жалеешь людей, лучше сразу откажись, я сам все сделаю. Но тогда получится, что за твоего оптовика не отомстили. Выбирай.

– …

– Ну, раз на зоне твоих подогреют, то все нормально. И последнее, Назим. Я говорил с этим посредником, которого подстрелили. Парень не при делах, попал случайно…

– …

– Я понимаю, что дело принципа. Но он и так уже наказан по самое «не могу». И я ему дал слово, что отмажу. Теперь, если хочешь получить «кидалу», дай слово мне, что ты про него забудешь.

– …

– Никаких – «хрен с ним». Я слово дал, я за него отвечаю.

– …

– О’кей, договорились. Часов с десяти – одиннадцати начинай ждать звонка. И не забудь про собачку, а то все обломится.

Положив трубку Дейл зажмурился, вытянулся в кресле и потянулся, как кот на завалинке, но когда он приоткрыл глаза, блеснули они совсем не по-кошачьи, а, скорее, по тигриному.

– Что там с кофе? – гаркнул он в сторону кухни.

– Все нормально, кофе нет, – спокойно ответил Чип, хлопая холодильником.

– Что значит – нет? И при чем тут холодильник?

– Нет – значит нет. Кончился. И заварки нет. Хочешь кока-колы?

– Иди ты в задницу со своей кока-колой! – огрызнулся Дейл, вскакивая с кресла. – Так и придется идти на дело голодным.

Заруливая во двор дома, где жил Сидор, Чип поймал себя на мысли, что двор теперь кажется ему чужим. Вроде, бы ничего не изменилось, да и прошло-то всего два дня, а вот поди ж ты! Чужой и все!

Возле подъезда стоял «тойотовский» микроавтобус идиотского желтого цвета, окошки которого были затянуты занавесками. Чип запер БМВ, прошел мимо микроавтобуса и, оглянувшись, посмотрел, кто за рулем. В кабине сидел тот самый парень, который охранял подъезд в ночь, когда умер Сидор. Чип щелкнул языком, удивляясь совпадению, и поманил парня пальцем. Тот сначала остолбенел, будто увидев привидение, а потом резво выскочил из машины и подбежал к Чипу.

– Как служба, боец? – поинтересовался Чип, глядя в сторону.

– Нормально.

– Ты чего здесь?

– Да вот, людей по постам развожу.

– Шоферишь, значит. Ну-ну. Начальству доложил, о чем я тебе говорил?

– Потому и шоферю, – помрачнел парень.

– Это не страшно, – успокоил его Чип. – Умному наука на пользу, дураку – на беду. Ты, вроде, идиотом не выглядишь. Пусть карьера медленней идет, зато по-настоящему. Жить дольше будешь.

Чип достал пачку сигарет, выщелкнул одну и предложил охраннику. Тот отрицательно покачал головой.

– Не куришь? Правильно. Я тоже давно бросил. Ношу с собой, как средство коммуникации. Давай к делу. Ты не в курсе, кто дежурил в этом подъезде в ночь с четверга на пятницу?

– С четверга на пятницу? – переспросил парень, почесывая затылок. – Да Сашка Рычков! Он сегодня, как раз, опять сюда заступает!

– Где он?

– В подъезде, дежурство принимает.

– Ну, лады. Служи, парень, и не расслабляйся, я тебе как коллега советую.

Чип хлопнул охранника по плечу и пошел в подъезд. Там, в небольшом фойе, большой губастый парень под руководством сухого молодого человека в камуфляже, который на нем сидел, как вторая кожа, под роспись принимал журнал и еще какие-то бумаги.

«Ты посмотри-ка!» – подивился Чип. – «Все у них, как у настоящих! Прямо часовые, а не вахтеры!»

– Чем обязаны? – настороженно спросил «камуфляжный», становясь к Чипу вполоборота левым боком. «Договоримся», – понял Чип.

– Здравствуйте, коллега. Меня интересует ночь с четверга на пятницу. Я знаю, что один из ваших людей дежурил здесь в эту ночь.

– Ну я дежурил, а что? – с вызовом спросил губастый.

– Вы из милиции? – яростно зыркнув на выскочку переспросил «камуфляж». – Документы есть?

– Нет, я не из милиции. Я телохранитель человека, который был отравлен в эту ночь. И сейчас я выясняю подробности происшествия. Мне очень нужно найти того, кто это сделал. Вы меня понимаете?

– Еще бы! – усмехнулся «камуфляж». – Ладно, разговаривайте, но, если вы не возражаете, при моем участии.

– Какие могут быть возражения! – развел руками Чип. – Вопрос один – что было необычного в эту ночь? Время до полуночи сразу можете отбросить.

– Да ничего особенного не было, – пожал плечами губастый. – Все как обычно. Жильцы, гости… Как положено, гостей хозяева провожали до подъездной двери. Ночью, ближе к двум, сработала сигнализация у одной машины. Я выходил – ничего особого, самопроизвольное срабатывание, может, колесо кто пнул. Хозяин сам отключил, с балкона.

– Когда выходил, дверь в подъезд без присмотра оставалась? – заинтересовался Чип.

– Да я в десяти метрах был! Что я – слепой? – возмутился охранник, но под пристальным взглядом двух пар глаз стушевался. —Да никто не мог зайти! – но слова прозвучали не очень уверенно.

– Здравствуй, Геннадий!

Чип даже вздрогнул. Его уже сто лет никто не звал по имени. По лестнице спускался лысоватый мужчина с авторитетным брюшком. Известный кинорежиссер, по совместительству, являлся соседом Сидора по лестничной площадке.

– Здравствуйте! – Чип пожал протянутую руку.

– Слышал про ваше несчастье, – скорбно потупив взор, посочувствовал сосед. – Как это могло случиться? Не представляю. Очень опасно в наше время быть обеспеченным человеком.

– Вы ничего необычного в ночь с четверга на пятницу не заметили? – без особой надежды поинтересовался Чип. Режиссер, снявший несколько неплохих, с точки зрения зрителя, детективов, постоянно терял свои очки, ждать от него помощи было нелепо.

– Да нет, милиция уже спрашивала. Разве что… Знаете, я по ночам плохо сплю, часто выхожу на кухню…

«Рассольчику с бодуна хлебнуть», – добавил про себя Чип.

– И вот как раз в пятницу…Или в четверг? Как это лучше назвать? Ну, не суть. Так вот в пятницу среди ночи вдруг на нашу площадку приехал лифт. Он у нас так гремит! Я решил посмотреть, кто там по ночам раскатывает… А вдруг воры? Алексей же в Штаты уезжал. И, представьте себе, ничего не узнал. Оказалось, что глазок был залеплен банальной жевательной резинкой. Я почему-то только сейчас подумал, что это может оказаться интересным!

Режиссер еще минут десять донимал всех сочувствиями и различными версиями происшедшего, Чипу с трудом удалось напомнить ему, что его кто-то ждет и проводить из подъезда. Когда дверь за соседом закрылась, охранник потер лоб и неуверенно произнес:

– А я видел того мужика, который ночью из дома вышел. Это почти в три часа ночи было.

– Видел? – насторожился Чип.

– Ну да. Лифт поднялся вверх, потом спустился, из него появился мужик и вышел на улицу.

Чип осмотрелся, оценивая обстановку, и разочарованно протянул:

– Ну, если ты сидел за столом, то видел только его спину.

– Ничего подобного, – победоносно улыбнулся охранник, и указал пальцем на стеклянную дверь.

– Не понял, – признался Чип.

– Когда на улице темно, а здесь свет, то в ней все отражается, как в зеркале, – снисходительно пояснил охранник под одобрительные взгляды своего «разводящего».

Чип почувствовал, как застучало сердце, и полез во внутренний карман куртки за фотографией.

– Он тут есть?

Охранник помедлил, вглядываясь в незнакомые лица, а потом показал пальцем на Игорька и уверенно сказал:

– Вот этот.

– Я знала, что вы придете, рано или поздно, – глухо сказала Анечка, когда Дейл уселся на пассажирское сиденье ее красной БМВушки. —Только не думала, что это случится так быстро.

Когда она в восемь утра выезжала со своего двора, дорогу ей преградила видавшая виды «восьмерка» белого цвета с черными передними крыльями. Это была «конспиративная» машина Чипа, которую он доверил своему другу. Из «восьмерки» выбрался Дейл, спокойной походкой подошел к машине Анечки и невозмутимо уселся в нее, выжидающе глядя на хозяйку.

– И откуда такая уверенность, мадам?

– Интуиция, – жестко улыбнулась Анечка. – Только не нужно этого скабрезного тона. Противно.

– Противно? – удивился Дейл.

– Да, противно. Я и сама себе противна, моюсь целыми днями, и, все равно, чувствую себя, как шлюха после тяжелой трудовой ночи.

– А что так?

– Сам знаешь. Иначе не пришел бы. И не рви ты мне душу! Спрашивай, что тебе нужно, и уходи к черту. Пожалуйста!

– Хорошее сочетание – иди к черту, пожалуйста. А с чего ты взяла, что я спрашивать пришел?

– Ну, тогда стреляй скорее.

– Ох, Аня, Аня! – сокрушенно вздохнул Дейл. —Что-то у нас с тобой разговор не клеится. Давай я, все-таки, лучше спрошу чего-нибудь.

– Давай, – безразличным тоном согласилась девушка.

– Например, давала ли ты кокаин Игорьку?

– Давала, – коротко ответила Анечка.

– Зачем?

– Вам уже, наверняка, доложили, что я с ним согрешила. Вот и заправлялись мы с ним в постели порошочком, чтоб стоял крепче и не кончал дольше. Устраивает ответ?