Будуар мадам Холмс Хрусталева Ирина
– Ну, может, он говорил в каком месте дом стоит? Что-то рядом было? Строение какое-нибудь или еще что-нибудь приметное? – спросил Владимир.
– Точно, – оживился Анатолий. – Гришка говорил, что из окна его комнаты магазин виден огромный, прямо через дорогу.
– Как называется магазин?
– Не помню.
– Супермаркет?
– Не.
– Гипермаркет?
– Да нет, – сморщился Анатолий. – Чудное такое название. О, вспомнил: «Ушан», – радостно сообщил он.
– «Ашан», – поправила его Настя.
– Да какая разница? – отмахнулся сибиряк. – А что, правда, есть такой магазин?
– И не один, – вздохнул Трофимов. – Таких магазинов – целая сеть по Москве, нужно по карте посмотреть, сколько именно. И около каждого жилых домов немерено. Поди найди, в котором из них твой брат жил. Чтобы все обойти… да-а, брат, задачка, – пробормотал он, задумчиво потирая подбородок.
– А что же мне теперь делать? Вся надежда у меня на Валерию, да вот, может, и вы поможете – милиция. Я без брата отсюда не уеду, меня мать на порог без Гришки не пустит. Скажет – какой же ты глава семьи, если ничего не можешь? У нас отец-то погиб пять лет тому назад, в тайге сгинул. Может, медведь его поломал, может, волки загрызли, только мы его так и не нашли. Так что я теперь в доме за старшего и без брата вернуться не могу, позора тогда не оберусь.
– Ладно, приедет Валерия, мы этот вопрос вместе с ней обговорим, – пообещал капитан. – Сделаем что сможем. «Ашан»… негусто, но хоть что-то, все не чистое поле.
– Анатолий, мы на месте, – проговорила Татьяна, подъехав к дому Насти. Та вытащила ключи из кармана и подала их сибиряку.
– Квартира тридцать четыре, на пятом этаже. Располагайся и чувствуй себя как дома. Чистое постельное белье и полотенца найдешь в шкафу, в холодильнике продукты, в общем, разберешься. Вот здесь я написала тебе номер своего мобильного, если что-то будет непонятно, звони, – подала она ему листок из записной книжки, на котором быстро начеркала набор цифр.
– Спасибо тебе, птаха, век не забуду, – добродушно пробасил Анатолий.
– Вот прицепился со своей птахой! Ну, какая я тебе птаха, Анатолий? – Настя погрозила ему пальцем.
– Птаха и есть. Я, как к себе в поселок вернусь, сразу посылку соберу. А песцов я для тебя специально настреляю, а еще лучше – соболя. И тогда будешь в соболиной шубе щеголять.
– Спасибо, – засмеялась Настя. – Иди, Толя, отдыхай, если что, звони.
– Да, счас искупаюсь и спать завалюсь, устал я в вашей Москве, – вздохнул тот. – Суета такая, аж голова кругом, непривычные мы к такому гомону да беготне. Спасибо еще раз, пошел я.
– Завтра Валерия с тобой созвонится, и вы обсудите твою проблему, – напомнила Настя.
– Пошел я, – повторил сибиряк. – До свиданьица, Таня, всего доброго, товарищ капитан, – попрощался он, вылез из машины и пошел к подъезду, переваливаясь, как медведь.
– До чего же он большой, – засмеялась Татьяна. – Настоящий сибирский мишка!
Она завела мотор, вырулила на проезжую часть дороги и направилась в сторону дома Протасовых-старших. Через пятнадцать минут они уже въезжали во двор.
– Вот и сюда доехали, – весело проговорила Татьяна. – Вылезаем.
Компания из трех человек вышла из машины и гуськом прошествовала к подъезду дома.
– Ой, а вон Катя с собакой гуляет, – заметила Настя. – Катюша, привет, – махнула она девушке рукой.
– Привет! – отозвалась Катя. – А Ирина Михайловна вас ждет, блинчики с мясом приготовила. Мы тоже с Графом домой идем, нагулялись. Целый час уже на улице морозимся.
Все вместе они поднялись в квартиру. Дверь открыл Алексей Дмитриевич, отец Леры.
– Милости просим к нашему шалашу, – гостеприимно пригласил он. – Мы вас уже ждем, Валерия позвонила, предупредила, что вы приедете. Настя, ты к нам с ночевкой?
– Ага, – кивнула та и начала снимать сапоги.
– Володя, ты тоже у нас останешься? – спросил у капитана отец Леры.
– Нет, я только Леру дождусь, кое-какие вопросы с ней перетру и поеду домой.
– Танюша, а ты?
– Я тоже домой, только немного посижу, – ответила та, стягивая куртку. – Не могу сразу уехать, не попробовав ваших знаменитых блинчиков, Катюшка сказала, что они уже готовы. Ой, у меня уже слюнки потекли!
В это время щенок, на чью шерсть налипли большие комья снега, начал интенсивно встряхиваться, и мокрый снег ошметками полетел именно в Татьяну. Та от неожиданности завизжала как ужаленная и, посмотрев на пса уничтожающим взглядом, закричала:
– Ну, мать твою, охламон ушастый, сейчас я из тебя бутерброд сделаю!
Граф сообразил, что на него готовится покушение, опрометью бросился в комнату и залез под диван. Татьяна кинулась его ловить и, поскользнувшись на растаявшем снегу, растянулась на полу во весь рост.
– Ну, ё-мое! – взвыла она. – Этот ушастый изверг решил доконать меня окончательно! Берегись, шельма, попробуй только высунуть нос из-под этого дивана, и я тебя сразу четвертую… а нос откушу!
Графинчик выглядывал из-под дивана, и его лапа лежала на носу, прикрывая его. Настя, наблюдавшая эту картину, расхохоталась:
– Таня, ты только посмотри, он нос лапой прикрывает! Ой, не могу, вот умора! – она сложилась пополам. – Представляешь, он понимает, что ты говоришь!
– Он бы еще понимал, как нужно себя вести в приличном обществе, – проворчала Таня, тоже невольно улыбаясь. – Вот и сиди там, а вылезешь, я приведу приговор в исполнение.
В это время в комнату вошла Катя и, увидев щенка под диваном, усмехнулась:
– Опять вы ссоритесь? Таня, попробуй его приласкать – хоть разок, он тогда не будет тебя донимать, вот увидишь. Он же очень добрый и умный, просто ты всегда ругаешься на него, вот он и злится в ответ.
– Скажите, пожалуйста, какие мы злопамятные, – хмыкнула Таня. – Я ведь только угрожаю, а сама ни разу даже пальцем его не тронула.
– Ага, забыла, как полотенцем его огрела, когда он у тебя из рук бутерброд с колбасой вырвал? – напомнила Катя.
– Нечего воровством заниматься, если ему это позволять, он совсем распояшется.
– Но он же ни с кем больше так себя не ведет, только с тобой.
– Ну ладно, попробую пойти на мировую, а то он действительно когда-нибудь меня угробит. Граф, иди сюда, – Таня позвала щенка, присев перед диваном на корточки. Тот недоверчиво смотрел на нее, сверкая черными глазками.
– Ну, иди, иди, не трону, честное слово, – ласково проговорила Татьяна.
Щенок начал потихоньку выползать из своего убежища, но делал он это очень осторожно, оставляя себе путь к отступлению. Таня протянула руку и погладила по голове.
– Давай мириться, Графинчик, я совсем не злая тетка, честное слово.
Щенок вскочил и, подпрыгнув, лизнул девушку в лицо.
– Ну, вот и хорошо, – облегченно вздохнула Катя. – А то ваши баталии мне уже порядком надоели. Граф, ты у меня просто молодец и поступил сейчас как настоящий представитель мужского сословия. Пошли кушать.
Тот со всех ног бросился в кухню, Катя поспешила за ним.
– Ну, вот и помирились, – хмыкнула Таня. – Только надолго ли?
* * *
– Дед, а у меня для тебя сюрприз, – прокричал Илья, входя в комнату и ведя за руку Валерию. – Как ты посмотришь на то, что эта красавица на время заменит твою любимую Маргариту?
– Где моя пицца? – вместо ответа ворчливо спросил тот.
– Ой, дед, прости, дорогой, я заболтался и забыл. Вот голова садовая! Я прямо сейчас поеду и привезу ее. Валерия, ты не хочешь со мной прокатиться до пиццерии? – спросил он. – Здесь недалеко, на машине за пятнадцать минут обернемся.
– Ну, что ж, поехали прокатимся, – согласилась та.
– Тогда вперед! Дедуля, жди, мы скоро вернемся. Кстати, я не спросил, тебе какую пиццу взять?
– «Американку».
– О’кей, будет тебе «Американка», мы пошли.
Илья взял Валерию за руку и повел к лестнице. Та осторожно высвободила руку и засмеялась:
– Илья, что ты меня, как ребенка, за руку водишь?
– Боюсь даже на минуту отпустить, вдруг сбежишь, – ответил тот. – Где я тогда буду тебя искать? Разве можно упускать свое счастье, когда оно само на голову свалилось?
– Мне интересно: ты всегда такой или только со мной? – спросила Лера, внимательно вглядываясь в лицо молодого человека.
– Какой это такой?
– Балагур, балабол и весельчак.
– А разве плохо быть весельчаком?
– Все хорошо в меру, – неопределенно ответила Лера.
– Если тебе не нравится, я могу вообще не улыбаться, а ходить вот так, – он скорчил страшно сердитую физиономию.
– Нет, с тобой и правда невозможно говорить серьезно, – махнула Валерия рукой. – Пошли, Илья Викторович пиццу ждет.
Они вышли из дома, сели в машину Ильи, которая стояла во дворе, и охранник тут же услужливо открыл ворота.
Когда они выехали на проезжую часть, Валерия посмотрела на свой автомобиль, который оставила у обочины.
– У вас здесь машины не угоняют? – спросила она.
– Кто же на такое осмелится в таком поселке, как наш? – усмехнулся Илья. – Здесь на каждый дом по несколько охранников, и гаражи у всех имеются. А почему ты вдруг об этом спросила?
– За свою машину волнуюсь, она уже несколько часов на улице стоит, как сирота казанская, – пояснила Валерия. – Разве ты ее не видел?
– Это твоя машина? Извини, не знал, а то бы позаботился о ней. Я с утра по делам уезжал, нужно было кое-какие проблемы решить. К сожалению, не получилось, поэтому, когда возвращался, по сторонам не смотрел. Ничего, когда мы вернемся, во двор ее загоним, – пообещал Илья.
– Теперь уже не стоит этого делать, я скоро домой поеду, – возразила Валерия.
– А ты разве не останешься? Вроде мы уже договорились?
– Это мы с тобой договорились, а Илья Викторович пока своего согласия не давал, – заметила Лера. – И потом, не могу же я без вещей, без средств личной гигиены здесь оставаться. Нет, мне нужно домой, а завтра с утра я приеду. Ты, кстати, в котором часу должен уехать?
– Мой рейс в одиннадцать тридцать, значит, из дома я должен выйти в районе семи тридцати.
– В семь утра я приеду, – пообещала Лера.
– Может, все же останешься на ночь? Представляешь, в какую рань тебе нужно будет вставать, чтобы вернуться к семи утра?
– Ничего страшного, я привычная. Мне не впервой вставать так рано.
До пиццерии они действительно доехали очень быстро, минут за семь-восемь, но там пришлось немного задержаться – подождать, пока приготовят заказ. Но уже через полчаса они входили в комнату старика с горячей пиццей в руках.
– Вот твоя «Американка», дед, горяченькая, – улыбнулся Илья. – Я положу тебе на тарелку пару кусков и чайник поставлю. И мы с Валерией заодно по кусочку съедим с тобой за компанию.
– Ой, я не буду, – отказалась та. – У меня еще обед не переварился.
– Ну, тогда и я не буду. Дед, ты рассмотрел мое рационализаторское предложение? – обратился он к старику.
– По поводу? – спросил тот, с удовольствием откусывая кусок пиццы.
– По поводу того, что, пока меня не будет эти три дня, с тобой посидит Валерия вместо Риты.
– А она согласна?
– Главное, чтобы ты был согласен, а с ней я уже договорился.
– У меня, между прочим, тоже язык имеется, – вклинилась в разговор Лера. – Разговариваете так, словно меня здесь и нет вовсе.
– Извините, Валерия Алексеевна, это я виноват, – проговорил старик. – Свой вопрос я должен был адресовать вам лично, а не спрашивать у внука. Почему вы вдруг согласились остаться со мной? Вроде мы с вами не очень-то поладили с самого начала. Или мне показалось? – спросил он, глядя на девушку хитроватым взглядом.
– Вам показалось, Илья Викторович, – кивнула Лера.
– Хорошо, коли так. Ваша комната будет напротив моей, рядом с той, которую занимает Маргарита. Бедная девочка, как она там? – тяжело вздохнул старик, вспомнив о своей подружке. – В вашей комнате имеется все необходимое, отдельная ванная комната, персональный туалет. Илья, перенеси туда телефонный аппарат из комнаты Риты, – обратился он к внуку. – Это внутренний телефон, по которому я могу вас побеспокоить в любое время дня и ночи, – объяснил он. – Я весьма капризный старик, а иногда и грубый. Очень не люблю, когда со мной спорят, прошу это учесть.
– Хорошо, я учту, Илья Викторович, – Лера потерла нос, чтобы старик не заметил ее улыбку.
– Сегодня в той комнате переночую я, а завтра в семь утра приедет Валерия, – сказал Илья. – А сейчас мы тебя оставим, дед, если ты не возражаешь.
Молодые люди вышли из комнаты старика и вернулись к Илье.
– Ну что, гулять пойдем или здесь останемся? – спросил он.
– А как же уши? – засмеялась Валерия.
– Да бог с ними, с ушами, – отмахнулся молодой человек.
– Как скажешь, мне без разницы.
– Ну что ж, тогда остаемся, на улице все же холодновато, – он передернул плечами. – А здесь, посмотри – как уютно трещит огонь в камине. Я очень люблю сидеть в кресле и смотреть на огонь, это здорово успокаивает. А ты?
– В моей двухкомнатной квартире камин не предусмотрен, – засмеялась девушка. – А в загородном доме я побоялась его делать.
– Почему?
– Я там редко бываю, особенно зимой.
– И что?
– Соседи рассказывали, что зимой в дома часто залезают бездомные… бомжи, одним словом. Они люди пьющие, разжигают огонь, а потом возникает пожар, так уже два дома сгорело. Я по случаю там участок купила, поселок уже был заселен. Когда строила свой дом, услышала эти рассказы и отказалась от камина, – объяснила Лера.
– Понятно. Итак, Валерия Алексеевна, расскажите мне о себе, – вернулся Илья к прерванной теме.
– Мне кажется, мы договорились с тобой, что сначала ты мне все расскажешь? – напомнила та.
– А почему не ты? Разве тебе нечего мне рассказать? Мне все интересно о тебе знать.
– Будем спорить?
– Нет, кинем жребий, – предложил Илья и уже полез в карман за монеткой, как зазвонил его мобильный телефон. Посмотрев на дисплей, он извинился перед Лерой и вышел из комнаты. Пока его не было, она подошла к камину и вгляделась в портрет женщины, которая так странно была похожа на нее.
– Бывает же такое, – прошептала девушка. – Много раз слышала о двойниках, но столкнуться пришлось впервые.
– Извини, ради бога, но, похоже, что поговорить нам с тобой сегодня не судьба, мне срочно нужно уехать, – взволнованно произнес Илья, возвращаясь в комнату. – Давай я отвезу тебя домой, а завтра, как мы договорились, ты вернешься. А может, все же останешься? Мы бы тогда смогли с тобой возобновить интересную беседу ночью.
– Ночью нужно спать, – заметила Лера. – Отвозить меня не надо, я на машине.
– А, ну да, я забыл. Тогда пошли провожу тебя до машины. Прости, мне, честное слово, очень быстро нужно попасть в одно место, как говорится, время – деньги, – развел он руками.
– Пошли, только сначала я зайду к Илье Викторовичу, попрощаюсь.
Когда Лера садилась в машину, она обратила внимание на окно второго этажа: там стоял мужчина и курил у раскрытой форточки. Она невольно посмотрела на большую голубую ель, в ветвях которой Настя устраивала свою засаду.
«Похоже, это то самое окно, и мужчина наверняка тот же, – подумала она. – Интересно, кто это? Дядя Коля или еще кто-то? Жаль, что я не обладаю зрением орла, а то бы разглядела. А так далековато будет, без бинокля не обойтись».
Валерия нажала на педаль газа, и машина мягко тронулась с места.
«Как странно все получилось, – подумала она. – Ехала сегодня на удачу, а вышло… И это совпадение с Ильей! Ведь только сегодня утром я обнаружила его записку, о которой и думать забыла, и вдруг… как снег на голову. Прямо мистика какая-то, – тряхнула Лера головой. – А может, это знак? И само провидение позаботилось о том, чтобы я смогла разоблачить преступников? Только мне почему-то страшно не хочется, чтобы этим преступником оказался Илья», – тяжело вздохнула она.
Глава 10
– Ну, наконец-то появилась! – всплеснула Настя руками, увидев Валерию в дверях кухни. – Таня уже домой уезжать собралась, Володька тебя ждет.
– Я вижу, как он меня ждет, аж за ушами трещит, – Лера с юмором взглянула на жующего капитана.
– И не говори, такого прокормить – легче повеситься, – подхватила Настя. – Два часа назад поужинали, а он опять блинчики уничтожает, не мужик, а мясорубка. Ирина Михайловна его чай пригласила пить, а он… ни стыда ни совести.
– Хватит издеваться, – прикрикнула на девушек Ирина Михайловна. – Что привязались к человеку? Я сама ему еще блинчиков предложила. Вон сколько наделала, кто их будет есть? Завтра это будут уже не блинчики, а так, видимость одна. Я не люблю разогретую пищу, все должно быть свеженьким, только что приготовленным.
– Я тоже, пожалуй, еще один съем, – сказала Таня. – И правда, чего вы к Володе пристали? Он мужчина, ему надо есть много и, желательно, – калорийно, а то сил не будет… Мужских, я имею в виду, – хихикнула она.
– У меня сил на пятерых хватит, не переживай, – проворчал тот сквозь блинчик. – Да, люблю я поесть. Ну и что?
– Ешь-ешь, Володя, не обращай на этих сорок внимания, – поддержала капитана Ирина Михайловна. – Им бы только язычки почесать. Сами клюют, как птички, чтобы фигуры не испортить, и думают, что и другим так же надо. Валерия, мой руки и садись за стол, – переключилась она на дочь. – И тебя покормлю.
– Мам, я не голодна, – отказалась Лера. – И потом, ты же прекрасно знаешь, что после шести вечера я не ем.
– Вот видишь, Володя? Что я тебе говорила? Не ест она после шести. А до шести ты чем питалась, интересно знать?
– Я сегодня была на обеде в одном доме, сидела за столом… э-э, в светском обществе, – объяснила Валерия. – Накормили до отвала. Не поверите, но я там ела сегодня шендерлу… или шендерну… а может, шендерму… в общем, что-то в этом роде, я не помню название, – махнула она рукой.
– А что это такое? – вытаращила глаза Татьяна, перестав жевать.
– Понятия не имею, – захохотала Лера. – А спросить было неудобно. Что бы обо мне подумали?
– Шаурму, наверное? – попыталась подсказать Анастасия.
– Я что, не знаю, что такое шаурма? – усмехнулась Лера. – Нет, это было нечто экзотическое. Похоже на нашу курицу, если ее вывалять в сладком сиропе, потом окунуть в уксус, а затем нашпиговать скользкими пиявками.
– И ты это ела? – ахнула Татьяна, с отвращением проглотив последний кусок блинчика.
– Ну, нужно же было попробовать для приличия? Иначе как бы я вам растолковала, на что это похоже? А в остальном я обошлась обыкновенной уткой с яблоками и парой салатов. Вот это было действительно вкусно. Я чуть добавки не попросила, да вовремя остановилась, – засмеялась Лера. – Потом мне предложили пиццу, «Американку», но от нее я культурно отказалась.
– И что же это за светское общество, где пиццу едят? – прищурился Владимир. – Для них пицца – это моветон, – он комично скривил лицо.
– А правда, Лера, где ты была? – спросила Татьяна.
– Клиент бывший на обед пригласил, – беспечно отмахнулась Валерия. – Безумно богатый человек, просто до неприличия. Неудобно было отказаться, вот я и поехала. А пицца? Пиццу мне совсем в другом месте предлагали.
Настя удивленно смотрела на подругу, пытаясь понять: врет она или говорит правду? Ей же прекрасно было известно, куда и зачем Лера поехала, и сейчас Настя мучительно соображала – действительно ли Валерию пригласили в том доме на обед или она все придумала.
– Валера, там Евгения Николаевна пришла, говорит, ты ей еще вчера обещала уделить внимание, – сказал Лерин отец, входя в кухню. – Я мусор выносил, вижу, она к нам идет, я ее в гостиную проводил.
– Папа, ну сколько можно говорить, чтобы ты не выносил мусор вечером? – возмутилась та.
– Можно подумать, если б я его не выносил, она не пришла бы, – усмехнулся тот. – Она уже раз десять сегодня звонила.
– Черт, я совсем о ней забыла, – скорчила Лера гримасу. – Извините, гости дорогие, мне придется вас оставить, побеседую с нашей соседкой.
– Зачем ты ей понадобилась? – усмехнулась Татьяна.
– Да, ерунда.
– У тебя от нас секреты?
– Какие секреты, просто от нее любовник сбежал и обчистил ее напоследок, чтобы долго его помнила. Она сначала меня просила, чтобы я помогла его разыскать, а когда я это сделала, она, вместо того чтобы отдать его под суд, снова его к себе приволокла. Ну а в результате через месяц он опять от нее сбежал. Когда она узнала, что я еду в Китай, начала умолять меня, чтобы я ей оттуда приворотное зелье привезла, – засмеялась Лера. – Да уж, женская логика – непредсказуемая вещь, наверное, мужчины правы.
– Я не поняла, какое зелье? – удивленно переспросила Таня.
– Приворотное. Это я его так назвала. Она прочитала в журнале о каком-то эликсире, который якобы основан на женских ферментах или гормонах, и мужчины, как только чувствуют его запах, с ума начинают сходить. Этот ее молодой любовник, прохвост, уже два раза от нее сбегал, да еще обокрал при этом, а она все равно по нему сохнет. В общем, тетенька верит, что, если она будет пользоваться этим эликсиром, он обязательно вернется к ней и полюбит до смерти. И будут они жить долго и счастливо и умрут в один день. Вот она и пришла за этим эликсиром.
– Ха-ха-ха! Ты что же, действительно его привезла? – расхохоталась Таня.
– Привезла. Иначе она от меня вообще никогда не отвяжется.
– Ты серьезно, что ли? – не поверила Настя. – Действительно существует такой эликсир?
– Ты-то хоть дурой не будь, – покрутила пальцем у виска Лера. – Реклама – двигатель торговли, и этим все сказано. Я крем омолаживающий из монастыря привезла, а ей скажу, что это в сто раз лучше, чем эликсир. Впрочем, может, так и есть.
– Да этой зрелой мадам «на выданье» ни одно зелье не поможет, ей только на свои деньги вся надежда и на пластическую хирургию, – проговорила Таня. – Ты на нее взгляни повнимательнее, это же телепузик с похмелья!
– Да ладно, женщина как женщина, – возразила Лера. – Согласна, она полновата, конечно, немного. Но мне, если честно, жалко ее. Любовь ведь такая штука… сами понимаете. От этой напасти никто не застрахован. Вспомни слова из песни: «Любовь нечаянно нагрянет, когда ее совсем не ждешь».
– Да уж, любовь зла, полюбишь и козла, – подтвердила Настя.
– Ты ей к этому крему слабительное дай, пусть недельку на унитазе посидит, похудеет, глядишь, и вправду судьбу свою устроит, – подсказала Татьяна.
– Слушай, а ведь ты неплохую идею мне подала! – воскликнула Валерия. – Ладно, пойду к ней, неудобно заставлять человека ждать.
Она прошла в гостиную, где сидела Евгения Николаевна и с нетерпением ждала ее. Женщина радушно заулыбалась, увидев девушку.
– Лерочка, как вы хорошо выглядите, я никогда не дала бы вам больше двадцати, – льстиво залепетала она. – Как прошла ваша поездка?
– Добрый вечер, Евгения Николаевна. Поездка прошла замечательно, я очень довольна, – ответила та. – Извините, что заставила вас ждать, у меня гости. Подождите еще минуточку, я принесу ваш заказ.
Валерия быстро прошла в спальню, раскрыла чемодан, достала одну баночку крема, покопалась в сумке и нашла траву для похудения.
– Вот, это то, что вам нужно, – вернувшись в гостиную, сказала Лера и протянула женщине баночку с кремом.
Та сразу же открыла крышечку и понюхала содержимое.
– Ой, какой чудесный запах! Что это и как этим пользоваться?
– Вы должны будете наносить его на ночь, предварительно очистив лицо от косметики. В общем, как обычный ночной крем.
– И что это даст?
– Это даст устойчивый поток ваших флюидов на мужчин, и они все будут поражены вашей красотой и обаянием. Правда, есть одно условие и, только выполнив его, вы можете рассчитывать на эффективное воздействие этого крема.
– Какое условие, Лерочка? Я готова на любое!
– Вы должны похудеть не меньше, чем на десять килограммов. Этот крем проникает в кровь, только когда нет избытков жира. Вот травяной сбор, он поможет справиться с этой задачей. До тех пор, пока не похудеете, не пользуйтесь кремом, не расходуйте его напрасно. Я разрешаю вам сделать это только один раз, сегодня на ночь. И то лишь для того, чтобы вы оценили эффект. Ваша кожа будет идеально выглядеть даже после одного применения. Ну вот, пока это все, Евгения Николаевна.
– Спасибо огромное, я вам так благодарна, так благодарна, вы не представляете! Лерочка, скажите, сколько я вам должна?
– Да вы что? Ничего мне не нужно, я же по-соседски, – Лера замахала руками.
– Нет, я так не могу, – возразила женщина. – Неудобно. Что я, нищая?
– Пусть это будет моим подарком вам, Евгения Николаевна, – улыбнулась Валерия. – Я искренне желаю, чтобы у вас все получилось.
– Спасибо, моя милая, спасибо, дорогая, – зачастила та, прижимая драгоценную баночку к груди. – Лерочка, я сумею вас отблагодарить, у меня большие возможности и связи! Ой, я так вам благодарна! Я ведь четыре года тому назад прошла в очень дорогой клинике курс похудения. Эффект был замечательный, я сбросила двенадцать килограммов и выглядела неплохо. Но нервная работа моего ныне покойного мужа заставляла меня очень переживать, а я, когда нервничаю, ем чрезвычайно много. Ну и набрала, конечно, свой вес достаточно быстро, только деньги зря выбросила. Теперь, с вашей помощью, я уверена, что все пройдет замечательно, я очень доверяю вам и этому средству, – показала она на подарки.
– Всего доброго, Евгения Николаевна, – поспешила Лера выпроводить соседку. – Извините, что не могу уделить вам побольше времени, но у меня гости.
– Да-да, конечно, гости – это святое, – закивала та головой. – До свидания, Лерочка, я еще загляну к вашей маме на чашечку чая, может быть, завтра.
– Непременно заглядывайте, мама будет рада.
Лера проводила женщину до дверей и вернулась к друзьям. Там шел оживленный разговор и слышался смех.
– Что за шум, а драки нет? – поинтересовалась она, входя в кухню.
– Да вот, капитан Трофимов нас анекдотами развлекает, – сквозь смех ответила Настя. – Ну что, выпроводила «невесту»?
– Да, проводила.
– Мне тоже пора, девочки, засиделась я у вас, – начала собираться Татьяна. – В гостях хорошо, а дома лучше. Володя, ты домой пока не собираешься? – спросила она у капитана. – А то я подбросить могу.
– Спасибо, Танюша, за предложение, но я задержусь еще немного, – ответил тот. – Поезжай без меня.
– Как хочешь, было бы предложено, – пожала та плечами. – Лера, Настя, я побежала, целую, – она послала подругам воздушный поцелуй. Девушка побежала в прихожую, натянула сапоги, куртку и, открыв дверь, нос к носу столкнулась с молодым человеком.
– О, привет, – опешила Татьяна. – Каким это ураганом тебя занесло в наши края, Олежек?
– Попутным, Танюша, каким же еще? Проезжал мимо, смотрю – Леркина машина стоит, значит, она у родителей, – ответил Олег. – Дай, думаю, зайду, тыщу лет ее не видел.
– Она мне говорила, что тебя поздравить можно, папаша, – хихикнула Таня. – Твоя Наталья родила?
– Да, родила, – тяжело вздохнул Олег.
– А почему ты таким недовольным тоном об этом говоришь?
– Так двойню же, Таня! – воскликнул молодой папаша. – Попробуй в наше время прокорми такую ораву! Их же на ноги нужно поднять, одевать, обувать, учить. Ох, лучше не думать об этом, а то мне сразу на необитаемый остров хочется сбежать, – махнул он рукой.
– Ничего, ты парень головастый, прокормишь, – успокоила его Таня. – Ладно, проходи, Лерка в кухне чай пьет с Настей и Володькой Трофимовым, а я побежала.
– Пока!
