Будуар мадам Холмс Хрусталева Ирина

Глава 17

– Началось все в середине девяносто первого года, – тихо начал рассказывать Илья, отпивая из чашки кофе. – Повальная приватизация всего, что только возможно. Фабрики, заводы, магазины, квартиры – бери, не хочу. Мой дед в то время занимал пост исполнительного директора нефтеперерабатывающего завода, и ему тоже было сделано предложение – приватизировать предприятие. Как ни странно, он отказался от такого выгодного предложения и передал полномочия своему заместителю.

– Почему? – удивилась Валерия.

– Я не знаю, – пожал Илья плечами. – Он человек достаточно дальновидный и умный, и, если так поступил, значит, это было нужно.

– Господи, ведь это такие огромные деньги, – вздохнула Лера. – Вон, посмотри на Абрамовича – самый богатый человек России, миллиарды долларов на нефти заработал.

– Не перебивай, пожалуйста, когда старшие говорят, – остановил ее Илья. – Я еще не сказал ничего, а ты уже выводы делаешь.

– Извини, я слушаю.

– Ну вот, от завода дед отказался, исходя из каких-то своих умозаключений, но… – сделал интригующую паузу Илья. – Но зато он не отказался от одной небольшой вышки, качающей нефть.

– От вышки? Не хило! – восхитилась Валерия. – Маленькая нефтяная вышечка мне бы тоже сейчас не помешала, – засмеялась она. – Молодец, Илья Викторович, умный человек! Целый завод – это ж какая головная боль, а всего одна вышка… Денежки текут, и никаких тебе лишних проблем.

– Это с какой стороны посмотреть, ты дальше послушай. Когда денежки текут, это хорошо, конечно, но лучше бы он этого не делал, наверняка сейчас был бы здоров. Да и сыновья его, может, призадумались бы, как дальше жить. Работать бы начали, семьи-то нужно содержать. А там, глядишь, нормальными людьми стали бы – чем черт не шутит?

– А что случилось?

– В девяносто третьем дед узнал, что под него копают слишком серьезные люди, и начал действовать в авральном режиме. Не знаю, каким образом, но ему удалось переделать все документы задним числом, и в результате все, чем он владел, стало принадлежать его сыновьям. Некоторые ценные бумаги он успел переправить за границу, но это было каплей в море по сравнению с тем, что он мог потерять. Когда к нему пришли, чтобы арестовать, юридически уже не к чему было придраться, и тогда менты пошли путем наименьшего сопротивления: сфабриковали дело, связанное со взятками. Ну, это слишком запутанная, странная и грустная история, чтобы о ней вспоминать. Я не хочу об этом рассказывать, слишком неприятно. Короче говоря, деда осудили, дали три года.

– Так он сидел в тюрьме?

– Да, от звонка до звонка.

– Теперь я понимаю, почему он не хочет, чтобы охранники приходили в ваш дом в форме. Я его недавно спросила об этом, а Илья Викторович ответил, что их форма похожа на ту, в которой ходят надзиратели в тюрьме. Я еще тогда подумала: «Он что, сидел?»

– Да, именно по этой причине он запретил охранникам надевать форму, – согласился Илья. – Дед никогда не рассказывал, как ему там жилось, но, думаю, несладко, судя по результатам. После отбытия тюремного срока дед вернулся инвалидом: ему перебили позвоночник, после чего у него отказали ноги. Сначала вроде бы все было нормально, жизнь текла в спокойном русле. Дед, как только вернулся, сразу же проверил финансовое состояние компании. Он не очень удивился тому, что фактически от нее осталась ровно половина, скандалить не стал – к этому он был готов. Он просто позвонил своему приятелю и поручил найти для него надежного человека, который взял бы руководство в свои руки на правах исполнителя, естественно, за хорошие деньги. После того как в компанию пришел такой человек, дела сразу же пошли в гору, и дед успокоился. А в прошлом году мои дядьки вдруг вспомнили, что существует документ, по которому все движимое и недвижимое имущество переходит ко мне – как только мне исполняется тридцать лет. Тогда, в девяносто третьем, они были согласны подписать любые бумаги, лишь бы дед не передумал все переписать на них. Да и время было неспокойное, никто не знал, что может произойти через четырнадцать лет. Когда дед заявил, что перепишет бумаги на них лишь при одном условии, они тут же согласились. Без всяких вопросов подписали документ, что принимают на себя полномочия только на четырнадцать лет. Возражений и претензий нет и не будет. Я был шестнадцатилетним подростком в то время, и, естественно, у деда не было другого выхода, как записать все на своих сыновей. Мама тогда уже шесть лет как умерла после неизлечимой болезни. Если бы она была жива, сейчас бы не было таких проблем, я в этом уверен, да и дед тоже.

– А что за проблемы? – не понимала Лера.

– Николай с Германом вспомнили о существовании документа и поняли, что времени у них осталось очень мало. Что делать в такой ситуации? Расставаться с деньгами кому же охота? Вот они и решили объявить деда недееспособным, то есть сумасшедшим, а документ просто уничтожить, и все. Думаю, что с такими деньгами купить душеприказчика, у которого находится копия этого документа, не составило бы для них особого труда. В наше время деньги решают практически все… к сожалению. Сыночки, чтобы не лишиться капитала, решили пойти на кардинальные меры: упрятать своего отца в психушку. Хорошо, что я вовремя вмешался, а то неизвестно, чем бы все могло закончиться. Мне позвонила Рита, и я в срочном порядке приехал сюда. Потом мне пришлось снова уехать, у меня же контракт, но Рита вновь позвонила и рассказала, что дед почему-то уверен, что теперь его собираются отравить. Вот и пришлось этот контракт совсем прервать, чтобы ничего не случилось. Я бы потом век себе не простил, если бы… Ладно, я теперь здесь, надеюсь, все будет в полном порядке. Я, конечно, не думаю, что мои дядьки действительно хотели его отравить, но когда на кону стоят такие большие деньги… кто их знает.

– Кто-то недавно мне говорил, что они не способны на убийство, – напомнила Валерия. – А сейчас, как я посмотрю, ты свое мнение изменил?

– Нет, не изменил. Я по-прежнему утверждаю, что мои дядьки не способны на такой серьезный шаг, слишком они трусливые, – не сдался Илья. – Если бы они были способны на убийство, они бы сделали очень простой и фактически беспроигрышный ход.

– Очень интересно, какой же?

– Они бы убили меня: нет наследника – нет и проблем.

– Ты, наверное, прав, – нехотя согласилась Лера. – Слушай, а почему дед решил, что наследство должно перейти к тебе только после тридцати? Разве раньше нельзя было это сделать?

– Понимаешь, Валерия, дед слишком любит меня, чтобы своими собственными руками подвергнуть меня опасности.

– В каком смысле?

– В самом прямом. Что такое восемнадцатилетний юноша? Да, по паспорту он стал совершеннолетним, согласен. А по уму? Деньги в таком возрасте портят человека, а большие – тем более.

– Но не всех же, – возразила Лера.

– Не всех, но таких стойких можно пересчитать по пальцам, а в основном… думаю, ты меня понимаешь. Но не только в этом было дело. Я уже говорил, что мой дед – очень умный и дальновидный человек. Он решил, что к тридцати годам я стану настоящим крепким мужчиной и сумею постоять за себя. Время было беспокойное, богатых людей то и дело заказывали, а уж желторотого юнца шлепнуть… Тогда никто не знал, что будет завтра, и мой дед в том числе. Он рассудил совершенно правильно, что тридцатилетнему мужчине можно спокойно отдать все и не бояться за несформировавшуюся психику.

– Наверное, твой дед был прав, – согласилась Валерия, но вдруг хитро улыбнулась. – Но я на его месте все же не стала бы торопиться и немного продлила бы этот срок… лет эдак до сорока.

– Это почему же? – искренне удивился Илья.

– Потому что, на мой взгляд, твое развитие застряло где-то между восемнадцатью и двадцатью годами. Врун, болтун и хохотун! Ты же совершенно несерьезный человек.

– Где нужно, я умею быть серьезным, в этом можешь не сомневаться, – парировал Илья. – Просто ты меня совсем не знаешь. Но если захочешь узнать…

– Скажи, Илья, а почему твой дед так плохо относится к своим сыновьям? – спросила Лера, перебив молодого человека. Она почему-то очень боялась разговора об их личных отношениях и даже сама себе не могла бы объяснить, почему. – Ну, сейчас – это понятно, после того, что случилось. А раньше? Насколько я могу судить, денег в вашей семье более чем достаточно. Разве на всех не хватит?

– Конечно, хватит. Если честно, я бы вообще плюнул на эти деньги, да боюсь деда обидеть. Я, слава богу, с руками, ногами и с головой, мне кажется, неглупой. Деньги зарабатывать я и сам умею, мне это наследство по барабану. А почему дед так не любит своих сыновей? – задумчиво произнес Илья. – Они ничего не хотят делать, не любят работать, зато очень любят тратить. Как дед их называет, паразиты, присосавшиеся к чужой шее. Тогда, в девяносто третьем, непредвиденные обстоятельства заставили его перевести все документы, а перед этим… Он ведь пробовал приобщить Николая с Германом к своему бизнесу, но, увы, ничего из этого не вышло. Наша семья всегда жила в достатке, поэтому ребята выросли избалованными и неприспособленными. Привыкли, что по первому желанию у них будет все, что возможно и даже невозможно. Моя бабка фанатично любила их, поэтому всегда ругалась с дедом, когда он пытался вмешиваться в их воспитание с применением ремня. Вот они и выросли нахлебниками. Моя мать была совсем другой, она была целеустремленным человеком, вся в отца – в моего деда. Она была его любимицей, – грустно улыбнулся Илья. – Ну а я ее сынок – значит, тоже любимчик. К счастью, я в мать пошел, и дед этому несказанно рад.

– Борьба за наследство, – кивнула Валерия. – Как все примитивно и банально! Значит, мои старания прошли даром. Ты уверен, что твои дядьки не занимаются чем-то противозаконным? – спросила она, с надеждой глядя на молодого человека.

– Я же сказал – кишка тонка. Да и зачем им чем-то заниматься, когда и так всего достаточно? Я уверен, они уже припрятали для себя столько, что… думаю, им хватит, несмотря ни на что.

– Не скажи, – задумчиво возразила Лера. – Денег никогда не бывает много, это утверждение проверено веками. Ты знаешь, мы все же съездим к Рите в больницу, и я поговорю с ней. Кстати, я тебе не сказала сразу. Она тоже есть на той кассете: зашторивает окно, причем с оголенной грудью. А перед этим там стоял какой-то мужчина, курил. Ты не знаешь, кто бы это мог быть?

– Ты серьезно? – удивился Илья. – Нет, я понятия не имею, кто это мог быть. Рита вдвоем с мужчиной – в нашем доме? Это невозможно, она всегда вела себя очень скромно.

– И тем не менее, – развела Лера руками. – Я покажу тебе кассету, сам посмотришь. Правда, она у меня дома.

– Ты меня приглашаешь к себе в гости, Валерия Алексеевна?

– С чего ты взял?

– Ну, ты же сама сказала, что покажешь мне кассету, но она у тебя дома.

– Я тебе сюда привезу. Здесь и посмотришь.

– Жаль, – вздохнул молодой человек. – А я было обрадовался.

– Илья, ты опять за свое?

– Не опять, а снова. Твой кофе давно остыл, между прочим, – заметил он.

– Ой, и правда, – спохватилась Лера. – А я все думаю – почему у меня глаза слипаются? Спать хочу, умираю.

– Ладно, кофе пить уже ни к чему, тем более остывший. Пошли, провожу тебя до твоей комнаты, отдохнешь, часиков в десять я тебя разбужу, поедем в больницу к Рите.

– О’кей, заметано. Завтра мы с тобой все и выясним… надеюсь.

* * *

Валерию не пришлось будить: она проснулась в девять утра.

«Прежде чем мы уедем, нужно успеть приготовить завтрак для Ильи Викторовича, – решила девушка, торопливо направляясь в ванную комнату. – Кто же теперь будет им заниматься, если сегодня я отсюда уеду? – подумала вдруг она. – Наверное, сам Илья, пока Рита лежит в больнице. Что творится в этом доме, уму непостижимо! Деньги, нефть, наследство, неизвестный курильщик у окна, девушка с обнаженной грудью. Ненормальные бабы со спиритическими сеансами, охранники из «Витязя», какие-то документы в сейфе – с ума сойти, сколько накручено. Прямо бразильский сериал какой-то. Запутано все так, что сам черт не разберется. Впрочем, мне-то что? Моя главная задача – выяснить, причастны обитатели этого дома к убийству Игоря или нет. Кашу, которую они заварили, пусть сами и расхлебывают, а мне и своих забот хватает».

Лера быстро приняла душ, причесалась, оделась и пошла в комнату старика.

– Илья Викторович, к вам можно? – спросила она. – Доброе утро, я пришла взять продукты, чтобы приготовить для вас завтрак.

– Доброе утро, Лерочка, Илья уже взял, что нужно, – ответил тот. – Он пять минут тому назад ушел на кухню, если поторопишься, догонишь.

– Ладно, – кивнула девушка и, закрыв дверь, побежала к лестнице.

«Надо же, Илья Викторович – нефтяной магнат! На вид и не скажешь. Впрочем, болезнь кого хочешь согнет, хоть магната, хоть бродягу, перед ней все равны. Интересно, сколько ему лет? Хотя можно посчитать. Если Илье сейчас тридцать, значит, его матери было бы не меньше пятидесяти. Следовательно, Илье Викторовичу не меньше семидесяти. Что это я себе голову математикой забиваю? У Ильи спрошу», – решила Валерия, что и сделала, как только увидела его у плиты.

– Доброе утро, Илья. Как спалось?

– Нормально. А тебе?

– Уснула мгновенно, словно в пропасть провалилась. Слушай, Илья, я хотела у тебя спросить. А сколько лет Илье Викторовичу?

– Шестьдесят семь, он еще не старый.

– Да? – удивилась девушка. – А я считала, больше, судя по твоему возрасту. Или ты меня обманул и тебе совсем не тридцать?

– Ага, угадала, я еще юноша, причем, нецелованный, – засмеялся Илья. – Нет, мне тридцать через два месяца исполнится.

– А как же тогда…

– Не ломай голову, просто меня мама в семнадцать лет родила, вот и вся арифметика.

– Так рано? – изумилась Лера.

– Да, рановато конечно, но так уж случилось. Что ж теперь с этим поделаешь? – развел руки в стороны Илья.

– Хорошо, значит, она умерла в двадцать семь, если тебе всего десять лет было?

– Ну да, именно в двадцать семь, а что это меняет?

– Просто ты обронил одну фразу, когда я на ее портрет смотрела: «Да, она похожа на тебя, только чуть старше». А мне тоже скоро двадцать семь исполнится.

– Радуйся, дурочка, значит, ты хорошо сохранилась, – засмеялся Илья. – Больше двадцати двух тебе никто не даст.

– Сам дурак!

– Но-но, не груби, женщина, – погрозил Илья ложкой. – Я этого не люблю.

– Ты первый меня дурой назвал.

– Не дурой, а дурочкой, это не одно и то же, – заметил Илья. – У тебя проблемы с лингвистикой?

– У меня нет проблем с лингвистикой, потому что я вообще эту науку не изучала. По образованию я юрист, правовед.

– И подалась в криминалистику? – осуждающе покачал головой Илья. – Не женское это дело.

– Где-то я уже это слышала, – протянула Лера. – Будешь меня учить жизни? Читать нотацию, что такое женщина и для чего она рождена на свет?

– Даже и не думал. Просто высказал свою точку зрения, вот и все, – пожал плечами Илья. – О, кажется, готово. Попробуй, пожалуйста, дед не любит пересоленную пищу и ужасно злится, если она оказывается таковой.

– А сам не можешь определить, пересолено или нормально?

– Нет, я сейчас влюбленный человек, поэтому… сама понимаешь.

– Свои шуточки прибереги для кого-нибудь другого, – но ложку из его рук Лера все же взяла.

– С чего ты взяла, что я шучу? – почти натурально удивился Илья.

– Посолено нормально, – сказала Лера, проигнорировав вопрос. – Ты сам отнесешь, или мне к Илье Викторовичу пойти?

– Иди лучше ты, дед любит, чтобы перед его глазами все было красивым. И я совсем не шутил, между прочим! – крикнул он девушке в спину, когда она подходила к двери. Валерия не обернулась, сделав вид, что не слышала произнесенных им слов, но на ее губах расцвела довольная улыбка.

Отнеся завтрак Илье Викторовичу и пожелав ему приятного аппетита, Лера вернулась к себе в комнату, чтобы позвонить Анастасии.

– Алло, привет, это я, – проговорила она.

– Привет, – сонно ответила Настя и зевнула. – А я еще сплю.

– Счастливая, – вздохнула Лера. – А тут никак выспаться не удается, то одно, то другое. Как у тебя дела?

– Сережка сегодня прилетает, – ответила Настя. – Вернее, уже прилетел. Его самолет должен приземлиться в Домодедовском аэропорту в восемь утра, если, конечно, рейс не задержится. Наверное, так и произошло, иначе он бы мне уже позвонил. Обидно до соплей, что встретить его не могу. Ой, слушай, чуть не забыла тебе сказать, – спохватилась девушка. – Вчера мне тот тип опять звонил, правда, я трубку не брала. Лера, мне так страшно, ты даже не представляешь, насколько!

– А почему ты решила, что звонил именно тот тип, если ты ему не отвечала? – спросила сыщица.

– Так номер же не определился, как и прежде. У меня все номера высвечиваются, кроме этого. Наверное, в его телефоне какая-то защита стоит, хитрый, зараза. Валера, что мне делать-то?

– Ничего не делать, сиди и жди меня, я сегодня приеду.

– А у тебя какие-нибудь новости есть? – с надеждой спросила Настя. – Завтра тридцать первое декабря, Новый год, между прочим! Вроде бы кто-то собирался разобраться с этим делом до праздников.

– Человек предполагает, а бог располагает. Сегодня все решится, как только я поговорю с Ритой. Если и она мне ничего не сможет сказать определенного, тогда я – пас.

– Как это – пас? – ахнула Анастасия. – Валерка! А что же мне тогда делать? Бежать в магазин и покупать белые тапочки?! – истерично выкрикнула она.

– Успокойся, Настя, все будет нормально, верь мне, – спокойно проговорила Лера. – Если у меня ничего не получится, обратимся в милицию, к Шарову и Трофимову. Они не подведут, вот увидишь.

– Ага, что мне делать все это время? – всхлипнула Настя. – У меня и так нервы на пределе, кошмары снятся.

– Сегодня Свиридов приедет, успокоит тебя, – попыталась пошутить Валерия. – Ладно, Настя, я не могу больше говорить, мне нужно собираться в больницу. Не паникуй, все будет хорошо. Я тебя целую.

– И я, – буркнула та в ответ и отключилась.

Лера с грустью посмотрела на трубку и вздохнула.

«Не хотелось бы идти на поклон к своему крестному, но другого выхода, похоже, нет. Как ни крути, а Игоря убили, и теперь опасность грозит Насте. Пускать это дело на самотек нельзя, значит, придется все рассказать дяде Ване. Ох, и получу же я от него на орехи! Мало мне не покажется как пить дать. Скрывать от следствия такие сведения… это не шутки».

– Валерия, ты готова? – услышала девушка голос Ильи из-за двери. Это резко оборвало ее размышления.

– Через пять минут буду готова.

– Тогда я жду тебя в машине.

– Хорошо, – крикнула в ответ Лера и начала торопливо собираться.

Глава 18

– Маргарита, здравствуй, – поздоровался Илья, заходя в палату к Рите. – Как ты? Как твоя нога?

– Здравствуй, Илья, рада тебя видеть. Нога в гипсе, как видишь, – пожала она плечами. – Как я? Ничего, терпимо. А как Илья Викторович без меня поживает?

– Скучает Илья Викторович, ворчит на всех. Ой, кстати, познакомься, – спохватился он. – Это Валерия, она сидела с дедом, пока меня не было.

– Здравствуйте, – сдержанно ответила Рита, с интересом рассматривая гостью.

– Добрый день, – сказала Лера. – Много слышала о вас от Ильи Викторовича.

– Правда? – удивилась девушка. – Он обо мне говорил вам?

– Да, говорил, он очень переживает за вас, и, кажется, действительно здорово скучает, – подтвердила Лера слова Ильи.

– Мне очень приятно это слышать, я тоже соскучилась. А вы, вообще-то, кто? Медсестра, наверное, раз вас Илья нанял сидеть с Ильей Викторовичем?

– Нет, я не медсестра. И к медицине не имею никакого отношения. Илья меня не нанимал, он просто попросил меня о небольшой услуге, и я не отказала.

– Вы его знакомая?

– Ну, можно и так сказать, – неопределенно ответила Валерия.

– Понятно, – слегка нахмурилась девушка. – И вы теперь… ну, пока меня не будет, – заговорила она, но Лера ее опередила:

– Вы хотите знать, стану ли я сидеть с Ильей Викторовичем, пока вас не будет? Нет, Рита, уже сегодня я возвращаюсь домой, у меня очень много своих проблем, которые за меня никто не решит. Я согласилась побыть рядом с ним только пару дней.

– Здорово, ой, то есть я хотела сказать, что… извините, – засмущалась девушка, поняв, что не смогла сдержать своих эмоций.

– Маргарита, успокойся, ради бога, никто на твое место не посягает, – Илья вклинился в их разговор. – Мой дед считает дни, часы и минуты до твоего возвращения. Никто не сможет заменить ему тебя. Спи спокойно, поправляйся и ни о чем не думай.

– Да? Я так рада, – откровенно призналась Рита. – Илья, ты же понимаешь, что такую работу я нигде больше не найду, это во-первых, а во-вторых, я действительно привязалась к Илье Викторовичу, как к родному человеку. Да и он ко мне очень хорошо относится. Нам хорошо вместе, интересно, он меня многому учит, а я его держу в курсе всех молодежных примочек. Ему все интересно – что любит молодежь, как танцует, что ребята едят и пьют, как разговаривают. Он такой прикольный, мне с ним весело. А вы кем работаете? – спросила она у Валерии.

– Я частный детектив, – спокойно ответила та.

– Детектив? – удивленно хлопнула глазами Рита.

– Да, у меня собственное детективное агентство, в штате – пятнадцать человек, включая бухгалтера, уборщицу, секретаршу, двух курьеров и всех остальных. Так что я вполне могу сойти за бизнесвумен средней руки, – шутливо заметила она. – А посему ваше место мне занимать совершенно ни к чему и, как только что сказал Илья, вы можете спать абсолютно спокойно.

– Илья, и где же ты откопал женщину-детектива, да еще такую красавицу? – спросила Рита. – Супер, я никогда не видела живьем детектива, только в кино. А вы много преступлений раскрыли?

– Не так уж и много, штук восемь, но достаточно серьезных. И так, по мелочи несколько происшествий.

– Кстати, Маргарита, хочу тебе кое-что сказать, – проговорил Илья. – Валерия приехала сегодня сюда именно к тебе и, представь себе, именно как частный детектив.

– Ко мне? – удивилась та. – А что я такого натворила? – испуганно хлопнула девушка ресницами.

– Да вы не пугайтесь, мне просто нужно задать вам несколько вопросов, только и всего, – успокоила ее Валерия. – Всего несколько вопросов, но… Как бы это поделикатнее сказать? – нахмурилась она.

– Говорите как есть, я девушка простая, пойму. Ну, спрашивайте, спрашивайте, не стесняйтесь.

– Рита, мне хотелось бы у вас спросить, – заговорила Лера, бросив беспокойный взгляд в сторону Ильи. – Вы… вам… Короче, вы живете в доме Кормухиных уже больше года, и мне хотелось бы знать… Вы состоите с кем-нибудь из этой семьи в близких отношениях? Я имею в виду мужчин, естественно.

– Вас интересует, сплю ли я с кем-то из них? – прищурилась девушка.

– Ну, если можно так выразиться, – кивнула Лера.

– Представьте себе, нет, не сплю. Вас это огорчило или наоборот?

– Позвольте вам не поверить. Дело в том, что один человек видел в окне вашей комнаты мужчину. Он стоял у раскрытой форточки и курил. А потом, минут через пять, он видел и вас – как вы задергивали шторы. И, простите меня за столь интимную подробность, вы при этом были практически голой, в одних трусиках.

– Надо же, как детективы работают! От вас не спрячешься, как я погляжу.

– Это вы верно заметили. Итак, я вас слушаю, Маргарита, и советую не врать. Поверьте, мне очень важно знать правду, и я все равно докопаюсь до истины.

– До чего тут докапываться? Я и сама все расскажу, раз такое дело. Помню я этот случай, дня четыре тому назад это было или пять. Той ночью в доме был званый ужин, расходиться все начали уже во втором часу ночи. Я помогла Глаше со столов убрать и пошла к себе. Прежде чем лечь спать, решила душ принять. Выхожу из ванной комнаты – смотрю, Герман у окна стоит. Увидел меня, расцвел, как майская роза, ну, я ему по этой «розе» и заехала, стоило ему руки ко мне протянуть. Он не рассчитывал на отказ, ведь считает себя неотразимым, – девушка скривила рот в усмешке. – Я ему пригрозила, что, если он сию минуту не уберется из моей комнаты, я пожалуюсь на него Илье Викторовичу, он и ушел. После этого я подошла к окну, задернула шторы и легла спать, вот, собственно, и все.

– Герман к тебе приставал? – нахмурился Илья.

– Ага, но, увы, у него ничего не вышло, – показала девушка кукиш.

– Вы говорите правду? – спросила Валерия. – Ведь Герман не стар, он действительно привлекателен и богат, ко всем прочим достоинствам.

– Я сказала вам истинную правду, клянусь. Да, я отшила этого не старого, привлекательного и богатого козла. И пусть вас это не удивляет, я, видите ли, немного не такая, как все, – развела Рита руками.

– В каком смысле? – удивленно вскинула брови Валерия.

– Ориентация у меня не женская, – весело засмеялась девушка, как будто говорила о совершенно обыденных вещах. – Нет, я, наверное, неправильно выразилась. Короче, не тянет меня к мужчинам, хоть застрелись, а вот как только вижу красивую женщину… – интимно промурлыкала она, стрельнув в Валерию многозначительным взглядом. – Так сразу крышу и сносит.

– Ничего себе заявочки! – присвистнул Илья. – Ты меня ошарашила, Маргарита. У меня, если честно, даже и в мыслях такого никогда не было.

– А ни у кого нет такого в мыслях, – пожала та плечами. – С виду я совершенно нормальная, а что там у меня внутри – никому прочитать не дано, если сама не расскажу. У меня, правда, еще не было подружки, но я планирую обязательно ее завести. Здесь одна медсестричка есть, попка – супер, грудь – заглядение!

– Маргарита, как тебе не стыдно! – всплеснул Илья руками. – Держи свои мысли при себе, пожалуйста, иначе я тебя деду заложу.

– А вот этого делать не нужно, – нахмурилась та. – Я же не виновата, что меня так природа создала? Мне даже и поговорить об этом не с кем, а вы молодые, с вами запросто. Валерия, а вы как на это смотрите, положительно или отрицательно? – хитро посмотрела Рита на сыщицу.

– Нейтрально, – сдержанно ответила та.

– Значит, только мужчин любите? – разочарованно произнесла девушка.

– Представьте себе, Маргарита, исключительно мужчин, – поторопилась ответить Лера. – Извините, но поделать с этим я ничего не могу. Я же не виновата, что меня так природа создала? – повторила Лера ее же слова.

– Жаль, – вздохнула девушка. – Вы такая красавица! Илья, смотри, не упусти, срочно женись на ней. Представляешь, в доме будет свой собственный детектив! Скажи, супер?

– Я подумаю над этим вопросом, – скрывая улыбку, ответил он. – Ну что, Валерия, ты получила ответ на свой вопрос?

– Более чем исчерпывающий, – вздохнула та. – И, похоже, мое следствие окончательно зашло в тупик. Ах да, я еще кое-что вспомнила, – спохватилась сыщица. – Почему Илья Викторович говорит, что вы не случайно сломали ногу и это происки его родственников? – спросила она у Маргариты.

– На эти слова не обращайте внимания. Ему в последнее время везде подвохи мерещатся, особенно после того, как у него было пищевое отравление. Он почему-то решил, что его всерьез хотят отравить. Сколько я его ни убеждала в обратном, он стоял на своем. Мне даже пришлось снова побеспокоить Илью. В первый раз я его, конечно, по делу вызвала. Как только узнала, что родственники собираются уложить Илью Викторовича в психиатрическую клинику, сама чуть с ума не сошла, сразу Илье позвонила. Он приехал и быстро всех по углам разогнал.

– А как же вы об этом узнали?

– Разговор один подслушала, очень люблю это дело, – легко призналась девушка. – Может, это и не совсем красиво, зато иногда пользу приносит, как в этот раз, например. А что касается всяких там отравлений, так это все плод воображения Ильи Викторовича. В конечном счете я сдалась, вроде бы согласившись с ним. Поехала в магазин, купила холодильник и поставила в его комнате. Теперь сама закупаю продукты и готовлю для него собственноручно. Иногда еду в ресторан и покупаю там готовые обеды или ужины. Еще он пиццу любит, я ему тоже часто ее покупаю, пиццерия не очень далеко от дома. Хорошо, что он не слишком привередлив в еде, это облегчает задачу. Но для него мне не трудно что-то сделать, даже наоборот. А насчет сломанной ноги, так я сама ее подвернула, когда с лестницы спускалась. Лестница совершенно сухая была, никаких банановых и апельсиновых корок, как специально подложенных. Я сама оступилась, прекрасно помню, – объяснила девушка. – Я на все ваши вопросы ответила или есть что-то еще? – поинтересовалась она. – Не стесняйтесь, спрашивайте.

– Да нет, похоже, это все, – разочарованно ответила Валерия. – Извините за беспокойство.

– Не парься, все в порядке. Даже прикольно. Расскажу, что с детективом разговаривала, – никто не поверит.

– Маргарита, нам пора, не скучай, вот тебе витамины, поправляйся и скорее возвращайся к деду, – проговорил Илья, выкладывая на стол груду разнообразных фруктов и соки. – Ты же знаешь дедов характер, когда он чем-то недоволен, сразу капризничать начинает. А выдержать его капризы не каждому дано, лично я – не в силах. Так что выздоравливай скорее, мне без тебя не справиться.

– Есть выздоравливать быстрее, – Рита вскинула ладонь к виску.

– Ну, пока.

– Пока, пока, – помахала она рукой Илье, а Валерии задорно подмигнула и послала воздушный поцелуй. – Илье Викторовичу передайте от меня пламенный привет.

– Непременно, – пробормотала Лера и поспешно скрылась за дверью. – Ну и дела! – выдохнула она, облокотившись о стену в коридоре. – Вот бы никогда о ней такого не подумала. Такая молоденькая, симпатичная, а вкусы очень странные.

– Акселератка, – хмыкнул Илья. – А скорее всего, она это придумала, фантазий в ее головке хоть отбавляй.

– Почему ты так считаешь?

– Ее мать воспитывала одна и наверняка с детства внушала, что все мужики сволочи и не стоят внимания. Что от них одни неприятности и все в таком же духе. Вот девочка и придумала, что к мужчинам нужно выработать стойкий иммунитет – путем проявления внимания к женскому полу. Литературы на эту тему предостаточно.

– Ты так думаешь?

– Уверен, – кивнул Илья. – Просто она еще не встретила такого мужчину, который был бы с ней ласковым и сумел бы разрушить стереотип, который стойко сидит в ее сознании.

– Может, ты и прав, – согласилась Валерия. – Рита и ее мама живут в одном доме с моей подругой. И Татьяна мне говорила, что там никто не знает, кто был отцом Риты.

– Я знаю, кто был ее отцом.

– Правда? – удивилась Лера. – И кто же?

– Пошли в машину, по дороге расскажу.

– Ты меня здорово заинтриговал. Вот семейка мне попалась, нарочно не придумаешь, не перестаю удивляться.

– Все очень просто, – пожал Илья плечами. – Сейчас расскажу, сама убедишься.

* * *

– Если бы не этот человек, отец Маргариты, то моего деда уже давно не было бы в живых, – начал рассказывать Илья. – Он спас его от смерти ценой собственной жизни.

– Да ты что? Он погиб?

– Убили его в тюрьме, они вместе сидели.

– Как это случилось?

– Когда деда посадили, Виктор уже отсидел пять лет, оставалось еще столько же. Они, оказывается, были знакомы раньше, когда-то Виктор работал у деда на заводе и очень уважал его. Да, деда все уважали, он был хорошим руководителем и всегда старался что-то сделать для своих сотрудников. В свое время он помог Виктору получить квартиру, и тот, как видно, очень хорошо помнил добро. В тюрьме он был не последним человеком, в авторитете. На деда пришел заказ – убрать, и, естественно, Виктор узнал об этом.

– Вот так запросто – убрать?

– Да, вот так запросто, – нахмурился Илья. – В наше время человеческая жизнь практически ничего не стоит, а уж в то время, когда в стране царил настоящий хаос, тем более. А о том, что творилось в тюрьмах, и говорить не стоит. Там всегда были свои законы, что раньше, что сейчас. Им убить человека, как нам с тобой воды напиться. Пришел, значит, на деда заказ, и Виктору об этом стало известно. Естественно, он ему сказал и пообещал, что со своей стороны сделает все, чтобы этого не случилось. А перед этим во время откровенного разговора Виктор рассказал деду, что где-то в Москве у него есть дочь, которую он даже ни разу не видел. Раньше женщина, родившая от него, жила в Ростове, где он с ней и познакомился. А когда его посадили, она уехала в Москву, и никто не знал, куда именно. Виктор собирался найти их, как только отсидит положенный срок. Дед запомнил имя и фамилию женщины, ее возраст и адрес, где она жила раньше в Ростове. Виктор каким-то образом сделал так, что деда перевели – у него кто-то был наверху, я не знаю подробностей. Ну а сам Виктор за это поплатился. Его сдал паханам кто-то из надзирателей, и однажды ночью его зарезали.

– За что же? – удивилась Валерия. – Он что, нарушил какой-то их воровской закон тем, что спас хорошего человека от гибели?

– За всех заказных хорошо платят: либо деньгами, либо ослаблением режима, а некоторым – даже досрочное освобождение устраивают. Виктор сломал чьи-то планы, и этим все сказано.

– Он что же, не знал об этом?

– Наверняка знал, но все равно рискнул. Дед не любит вспоминать об этом, рассказал мне лишь потому, чтобы я знал, почему он просит меня разыскать какую-то женщину с дочкой.

– Это ты нашел их?

– Не сразу, я их очень долго искал, и только спустя много лет мне это удалось. Сведения слишком скудные, а Москва – огромный мегаполис. Но в конечном результате я их все же разыскал, и дед велел сделать так, чтобы Рита жила в нашем доме, но не догадывалась – почему. Я познакомился с одной женщиной из института, где училась Рита, заплатил ей за молчание, и она «сосватала» ее деду. Сказала, что ему нужна сиделка, молодая грамотная девушка, чтобы развлекала его, на ночь книжки читала, на прогулки бы возила. Сначала Рита не хотела идти в сиделки, а когда услышала о сумме, которую ей предложили, сразу же согласилась. Потом даже институт бросила, за что дед ее очень сильно ругал. Но Рита сказала, что пошла в педагогический, потому что там обучение бесплатное. На самом деле она хочет учиться на экономическом, на банковское дело, но на это у нее денег нет. Тогда дед сказал, что сам подготовит ее к экзаменам, и на следующий год она будет поступать в университет, оплату он берет на себя. Они занимаются каждый день по два часа, и дед говорит, что Маргарита очень способная девочка. Радуется любой ее победе, как своей собственной. Полюбил он ее, как родную, и она ему платит тем же, это видно невооруженным глазом. Вот, собственно, и вся история. Девчонка она хорошая, добрая, правда, взбалмошная, впрочем, как и вся современная молодежь. Дед здорово балует ее, как бы в благодарность Виктору за свою жизнь.