Солнце цвета ночи Казаков Дмитрий
– А нам придется, – голос Нерейда прозвучал уныло.
– Что делать? – Ивар встряхнулся, поправляя съехавший на одно плечо мешок. – Пошли, все за мной.
Двигались гуськом по самому краю зарослей. Солнце пробивалось сквозь кроны, его лучи жалили не хуже пчел, так что викинги опасливо почесывались, представляя, как будет печь на открытом месте. Воздух был душный, спертый, крупные бабочки летали тяжело, редко взмахивая крыльями.
– Выходим, – сказал Даг, когда деревня скрылась из виду. – Если я чего-то понимаю, сейчас самое жаркое время, все, кто работал на полях, отправятся по домам…
– В тень, – мечтательно прошептал Нерейд, – пить холодное пиво…
– Удушу! – негромко, но грозно прорычал Ульв, и рыжий викинг поспешно замолчал.
Вышли на открытое место, солнце обрушилось на плечи и спину, нагрело голову. Зашагали через поле к дороге, раздвигаемые стебли негромко зашелестели.
Пахло сушеной травой и землей, солнце жарило так, что казалось – плавится небесная твердь и золотое сияние растекается от горизонта до горизонта. Кари шумно отдувался, Ивар то и дело вытирал пот, но без особого толку – тот тек по лицу, капал с бровей. По спине бежали настоящие ручейки, в сапогах подозрительно хлюпало.
– Я таю, как снежный дед на солнце, – жалобно проговорил Ангус, с ненавистью гладя в небо.
– И останутся от нас только лужи, – нараспев продекламировал Нерейд, – и придут местные обитатели, и увидят их, и станут поклоняться лужам, то есть нам, и приносить кровавые жертвы…
– Поднажми, – велел Ивар. – Раз болтаешь, силы остались.
Неслись почти бегом, с высунутыми на плечо языками, точно бешеные собаки. Запах пота шибал такой, что свалил бы с ног любого зверя, окажись такой поблизости.
Во флягах плескалась вода, но никто не пил – знали, что при такой жаре все тут же выйдет через кожу.
– Дорога! – прохрипел Даг, выскакивая на полосу утоптанной почвы. – А вот и следы!
– Те, что нужно? – уточнил Ивар.
– Те, – уверенно кивнул следопыт. – Я хорошо запомнил.
– А может, устроим привал? – робко спросил кто-то из дружинников.
– Тут? На солнцепеке? На открытом месте? – осведомился Ивар. – А ну добавили ходу!
Викинги застонали, заворчали, но быстрее задвигали ногами. Темнеющий на горизонте лес начал приближаться.
Когда ввалились в тень, дышали тяжело, точно кони, пробежавшие не одну сотню миль. Кари хрипел, а Нерейд ощупывал голову, словно не верил, что она не расплавилась.
– Отдыхаем, – сказал Ивар, облизывая губы, что ссохлись и потрескались, как земля под беспощадным солнцем. – Только отойдем в сторону от дороги. Мало ли что.
Викинги ломанулись сквозь заросли как стадо лосей, попадали наземь. Трава захрустела под могучими телами, на налетевших комаров и слепней никто не обратил внимания.
– Фу, – Ульв жадно глотал из фляжки, под подбородком дергался кадык. – Никогда не думал, что может быть так жарко… Может быть, это Муспелльхейм, Страна Пламени?
– А где тогда огненные великаны? – Нерейд со стоном повернулся набок, стряхнул с предплечья крупного муравья. – Как думаешь, конунг, нам долго еще идти?
– Надеюсь, что нет, – ответил Ивар. – Хотя откуда мне знать? Акатль говорил, что до столицы тотонаков две недели пути, но это если брести медленно. Мы же несемся…
– Тихо! – цыкнул Даг и сел, прислушиваясь.
Викинги замолкли, с северо-востока, оттуда, куда уходила дорога, донеслись приглушенные голоса.
– Этого еще не хватало, – Ивар перевернулся на живот, пополз туда, где заросли были гуще.
Сквозь листья видел дорогу, падающие на нее пятна света, покрытую пылью траву на обочинах.
Из-за поворота вышли два человека в кожаных сандалиях со шнуровкой до колена и белых мантиях. Солнце сверкнуло на обсидиановых лезвиях мечей, на бритых головах.
– Воины, – прошептал Даг. – Если только двое…
За меченосцами показались носилки, снабженные крышей на столбиках и занавесками из ткани.
Их тащили четверо рабов, матово лоснились обнаженные тела. Позади носилок шагали еще пятеро воинов, один был с украшением из перьев и в деревянном шлеме.
– Хёвдинг какой путешествует, – очень тихо предположил Ивар. – А то и ярл…
– Похоже, – согласился Даг.
Один из передних воинов остановился там, где викинги свернули в лес, наклонил голову, лицо его стало озадаченным. Второй замер рядом, вместе уставились в землю.
– Видят боги, они могли уйти без драки… – сказал Ивар и медленно потянул из ножен меч.
Рукоятка на солнце нагрелась, обжигала руку.
Носилки остановились, из них выглянул всклокоченный носатый человечек, спросил что-то.
– Следы, господин, – ответил один из воинов. – Очень странные, будто прошла толпа огромных людей в чудной обуви…
– Таких людей не бывает, – заметил второй, оглядывая заросли.
Ивар прижался к земле, боясь даже дышать.
– Свет Тонатиу защищает нас от демонов, но ночью они сильны! – заявил обладатель деревянного шлема. – Мы должны поскорее покинуть это место и в ближайшем селении принести жертву богам!
– Хорошо сказал, – кивнул всклокоченный человечек. – Пойдем отсюда!
Рабы зашагали дальше, ускорив шаг, воины побежали рядом с ними, испуганно озираясь. Ивар вздохнул, ощущая как сердце, остановившееся было, вновь бьется ровно и уверенно.
– Повезло, – проговорил Даг. – В следующий раз может обернуться по-другому…
– Наши боги нас тоже не забыли, – Ивар поднялся, отряхнул с живота прилипшие травинки. – Сам Владыка Ратей, хоть одним глазком, да присматривает за нами в этой жаркой стране.
Викинги дружно захохотали.
– Прямо жеребцы! – восхитился конунг. – Будете так ржать, вас не то что в соседней деревне, дома услышат…
– Хорошо бы, – вздохнул Харек.
– Отдохнули? – Ивар обвел дружинников взглядом: дышат тяжело, но заморенными не выглядят, если надо, пробегут еще столько же. – Тогда вперед. Надо поспешить, если вы не хотите, чтобы нашего эриля скормили каким-нибудь местным богам…
Нерейд негромко, но очень выразительно застонал.
Шли весь день, обошли еще две деревушки, похожих на первую как две капли воды. Дважды прятались в зарослях, пропуская караваны носильщиков, нагруженных тяжелыми тюками. Те брели медленно, глядя в землю, из-под босых ног поднималась пыль.
Солнце палило неистово, пот на северянах высыхал, не успев выступить, на коже оставалась соленая корка.
Лишь к вечеру, когда раздувшееся и налившееся багрянцем светило опустилось к появившимся на западном горизонте горам, стало немного легче.
– Если я правильно помню, сын Ягуара говорил, что столица тотонаков расположена в предгорьях, – заметил Нерейд. – Выходит, нам недолго осталось?
– Только он не уточнял, в каких именно предгорьях, – покачал головой Ивар. – Так что нам обеспечена пара миль с крюком, а крюк с гаком.
Кусты на обочине зашевелились, из них с треском выбрался мальчишка лет семи, курчавый, точно барашек, с исцарапанными ногами. При виде викингов вытаращил глаза, завопил и ринулся прочь.
– Ничего себе! – воскликнул Ульв.
– Нас обнаружили, – Ивар пожал плечами. – Значит, не судьба нам было пройти незаметно.
Через сотню шагов дорога вывела к полю, за которым виднелась очередная деревня.
Оттуда доносились испуганные вопли, между домами бегали люди.
– Никак встречу готовят, – Нерейд похлопал себя по тощему животу. – А то я проголодался…
– Вряд ли тебя, красноволосый демон, встретят пирогами и пивом, – хмыкнул Ивар. – Скорее вилами и дубьем.
– На самом деле я белый и пушистый, – обидчиво проговорил Нерейд.
Когда подошли к деревне, та словно вымерла. Люди исчезли, из домов доносилось приглушенное бормотание. Прислушавшись, Ивар разобрал обрывок молитвы.
– Боятся, – Харек покосился в сторону загона, где квохтали индейки, и выразительно облизнулся. – Может, прихватим что-нибудь?
– Некогда, – отрезал Ивар.
За деревней вновь свернули в лес, густой и сумрачный. Время приблизилось к закату, из сырых ложбин потянуло прохладой, в кронах жалобно, точно провожая уходящее солнце, закричали птицы.
Викинги брели, спотыкаясь, Кари откровенно зевал, и Ивар время от времени ловил себя на мысли, что не прочь свалиться прямо на обочину, на мягкую травку, и закрыть глаза.
Топот, возбужденные голоса заставили его стряхнуть оцепенение.
– Наконец-то, – сказал Ульв, вытаскивая из ножен меч. – А то я заскучал!
– Эти парни тебя развеселят, – кивнул Ивар, глядя на появляющихся из-за поворота воинов.
– Откуда только взялись? – пробормотал Ангус.
– В той деревне хоть и напугались, но гонца отправили, – объяснил Ивар. – Выходит, город близко…
Шагающий впереди предводитель в плаще из перьев что-то крикнул, взмахнул мечом. Поднялись десятки овальных, обтянутых шкурами щитов, сверкнули наконечники копий.
– А потом говорят, что мы свирепые и кровожадные, – сказал Нерейд, с видимой неохотой вынимая клинок из ножен. – Идем себе мирно по лесу, никого не трогаем, а тут…
Стена щитов приближалась, глаза тотонаков решительно блестели, хотя руки слегка подрагивали.
– Одину слава! – Ивар ударил, срубленный наконечник копья упал наземь.
– Бей демонов! – в крике предводителя тотонаков звучали страх и ярость. – Наши боги с нами!
– На богов надейся, а сам не плошай, – пробормотал Нерейд.
От удара Кари шит хрустнул, державший его воин с воплем отскочил назад, в едином до сего момента строе возникла брешь. Ивар ринулся вперед, треснула распоротая копьем рубаха, что-то холодное коснулось бока, но конунг не обратил на это внимания.
Ткнул в грудь одного из тотонаков, ощутил как лезвие с хрустом рассекло ребра, вонзилось в легкое. Крик боли перешел в захлебывающийся хрип, брызнула кровь.
По животу текло липкое, горячее, но Ивар вертелся вьюном, рубил налево и направо. Ощущал свирепую радость убийства, как мощно бьется сердце, а мускулы наполняет сила. Слышал, как ревет Кари, испуганные вопли тех, кто оказался у него на пути.
– Вот так… – пропыхтел Нерейд, располосовав противнику живот. – Зря вы, ребята, доспехов не носите…
Быстро темнело, но стычка продолжалась и во мраке, почти на ощупь. Слышалось хриплое дыхание, топот и громогласные ругательства. Тотонаки отчаянно сопротивлялись, но падали один за другим. Викинги оскальзывались на мокрой от крови земле, спотыкались о трупы.
Ивар свалил очередного противника, краем глаза заметил движение. Присел, развернулся, выбросил руку с мечом. Лезвие вошло в плоть без сопротивления, предводитель в плаще из перьев захрипел, выронил оружие, упал на колени.
Изо рта его выплеснулась кровь.
– Сотника убили! – испуганные крики донеслись с нескольких сторон. Послышался топот, полные страха вопли начали удаляться.
– Одного живым взять! – рявкнул Ивар, оглядываясь и пытаясь понять, много ли тотонаков уцелело.
– Я тут одного придавил! – отозвался откуда-то справа Ульв. – Вязать?
– Вяжи.
Ивар поморщился от боли в боку, задрал рубаху, чуть ниже ребер нащупал неглубокий шрам, скорее даже царапину – наконечник копья ударил вскользь, взрезал кожу и рассек мышцы.
– Конунг, ты ранен? – спросил подошедший Ангус.
– Ничего, зарастет, – Ивар завертел головой. – Ульв, где там твой пленник?
– Здесь, – Шестирукий подтащил еле держащегося на ногах тотонака со связанными за спиной руками. – А зачем он нужен?
– На ужин пойдет, – выступивший из тьмы Нерейд кровожадно улыбнулся. – Демоны мы или нет?
Глава 10.
Храм черепов
Пленник с судорожным всхлипом упал наземь, глаза его закатились.
– Вот сам и приводи его в чувство, – сказал Ивар. – Как он без памяти будет дорогу показывать?
– Сейчас приведем, – Нерейд наклонился, похлопал тотонака по щекам. – Эй, приятель, вставай! Ужин отменяется!
Из-за деревьев на черное небо вылез месяц, бледный, точно мертвец. Осветил валяющиеся в беспорядке трупы, расхаживающих между ними викингов, кровь на их клинках.
– Чего-то не хочет просыпаться, – озабоченно проговорил Нерейд. – Может, ткнуть его ножом в печень?
– Я встаю, встаю, – поспешно забормотал тотонак. – Вы не будете меня есть?
– Нет, – ответил Ивар, – а если отведешь нас в Семпоалу, то я может быть оставлю тебя в живых.
– В столицу? Зачем? – в черных глазах пленника мелькнуло удивление. – Там сотни воинов, вас схватят и принесут в жертву…
– А тебе что за печаль? – Ивар нахмурился. – Веди!
Тотонак закивал, затрясся, встал довольно резво. Покосился на трупы соратников, прошептал что-то, но уверенно двинулся на север. Викинги зашагали за ним.
Горы поднимались величественные, иззубренные, точно гребень на спине дракона, и их продолжением казались исполинские пирамиды, сложенные из темного камня.
– Ничего себе! – потрясенно сказал Арнвид, когда массивные сооружения выступили из рассветного тумана.
Вчера вечером пленников сняли с жердей, развязали им ноги, и теперь просто вели в окружении вооруженных воинов. Те следили за каждым движением викингов, на лицах читалась готовность убивать.
Раскинувшийся вокруг пирамид город стал виден чуть позже, когда дорога взобралась на гребень холма. Ветер принес запах кукурузных лепешек, дыма, Арнвид ощутил, как забурчало в животе.
– Сколько пирамид, – удивился Ингьяльд. – Зачем так много?
– У каждого бога должно быть место, где ему приносят жертвы, – наставительно изрек один из охранников.
– Вот в этих пирамидах? – заинтересовался Арнвид.
– На их вершинах, – воин посмотрел на чужака с презрением. – Вон те две, что стоят рядом, посвящены Тлалоку, Отцу Дождей и Тонатиу, Солнечному Копьеносцу. Для тебя, старик, будет великой честью пожертвовать кровь одному из этих богов!
– С удовольствием отказался бы от этой чести, – пробурчал Арнвид и кивнул в сторону Гримгельмира. – Вот в его пользу.
Они обогнали едва ползущую колонну носильщиков с большими кипами хлопка на спинах, миновали поставленную у дороги стелу с изображением рогатой, зубастой жабы, и вступили в пределы города.
Дома теснились, точно волны в море, едва не смыкались боками, из дверей выглядывали любопытные лица, на пленников, высоких и светлокожих, смотрели с ужасом и удивлением.
Женщины оборачивались, глядели вслед, бормотали молитвы, дети с воплями бежали следом.
Две главные пирамиды остались позади, но впереди открылась еще одна, в семь ярусов, с ведущей на вершину лестницей. Когда подошли ближе, стало видно, что из стен торчат украшенные перьями змеиные головы, в распахнутых пастях виднеются острые зубы.
– Это храм Кецалькоатля, Пернатого Змея, – сказал тот же охранник, решивший просветить чужаков. – Он первым научил людей ремеслам и придумал календарь.
– Ух ты! – Ингьяльд задрал голову, пытаясь разглядеть вершину пирамиды, споткнулся и едва не упал.
Позади храма Кецалькоатля обнаружился еще один, и при первом же взгляде на него у Арнвида мороз побежал по коже – стены украшали тысячи расположенных гирляндами человеческих черепов.
Одни были огромными, будто принадлежали великанам, другие размерами не превосходили кулак. Ведущие на верхушку пирамиды ступени покрывали темные пятна, в них Арнвид признал засохшую кровь, у подножия лестницы валялись груды человеческих и звериных костей.
Истошный вой, донесшийся сверху, заставил викингов вздрогнуть.
– Дудят, – заметил Арнвид, поднимая взгляд. – Настолько рады нас видеть?
– Не льсти себе, старик, – усмехнулся командир отряда, – служители Миктлантекутли дуют в морские раковины шесть раз в сутки, напоминая живым, что они живы…
Арнвид уловил шаги, повернул голову.
Ковыляя и дергаясь, с пирамиды спускался высокий мужчина. Черная мантия болталась на нем, как сапог на палке, глаза горели, а волосы, слипшиеся от крови, висели до лопаток.
– Господин, – командир отряда поклонился. – Пленники доставлены.
– Вижу, – лохматый жрец оглядел викингов, на его лице промелькнула и погасла улыбка. – Они и в самом деле такие, как болтают люди. Невероятно – шерсть на лице, волосы цвета песка… Боги будут довольны!
– Эй, вы что, собираетесь принести нас в жертву? – Гримгельмир нахмурился.
– Конечно, – жрец кивнул. – Завтра в полдень я лично вырву сердце у каждого из вас. Но не печалься, воин. Радуйся, что твоя душа после смерти попадет в мир изобилия, покоя и счастья…
– Мы бы предпочли Вальхаллу, – заметил Стейн.
– Не знаю, что это такое, – обладатель черного балахона пожал плечами и повернулся к командиру отряда. – Отведите их пока в загон.
– Что за жизнь, – проворчал Арнвид, когда его толкнули в спину. – Вместо благородной темницы, достойной столь славных мужей, нас собираются засадить в какой-то загон!
– Наставник, ты еще можешь шутить? – вздохнул Ингьяльд.
– Всегда могу, – эриль гордо выпрямился и зашипел от боли в пояснице.
Загон оказался обыкновенной тростниковой хижиной без окон. Викингов втолкнули в душную, наполненную кислым запахом нечистот полутьму, с негромким стуком закрыли дверь, под ногами зашуршали высохшие стебли тростника.
– Хоть бы руки развязали, что ли, – сказал Стейн, усаживаясь у стеночки.
– Такую глупость наши хозяева вряд ли совершат, – Арнвид подергал, но кожаные ремни держали крепко. – Они ж понимают, что этот хлипкий домик мы разнесем голыми руками.
– Интересно, а куда попадает человек, принесенный в жертву чужим богам? – спросил Ингьяльд. – Вряд ли в Вальхаллу.
– Завтра узнаешь, – Арнвид ногой сгреб тростник в кучу и опустился на него. – Вы как хотите, а я собираюсь поспать…
Закрыв глаза, слышал, как переговариваются соратники, как гогочут на улице охранники. Тело ныло, ноги болели так, будто кости в них вспомнили молодость и пустились в рост. Ощущал, что проваливается в блаженное забытье, когда слуха достигли далекие крики, какой-то грохот…
– Это еще что? – удивленно спросил Ингьяльд.
– Вот гадство, – пробурчал Арнвид, поднимая тяжелую, словно с похмелья голову. – Перед смертью выспаться не дают!
Крики приближались, в них слышалась ярость, боль и гнев. Викинги вертели головами, прислушивались, Ингьяльд елозил лицом по стенке, пытаясь отыскать дырочку.
Кто-то затопал рядом, что-то тяжелое ударило в стену, та затрещала, а в следующее мгновение дверь распахнулась.
Дождь обрушился с силой горного оползня. В стремительно мчащихся сизых облаках загрохотало, полыхнула белая-белая молния, и на землю пролился настоящий водопад.
После неистовой жары капли казались холодными, точно небо плевалось мелкими кусочками льда. Викинги брели, согнувшись, словно черепахи, вода стекала по волосам, пропитывала одежду.
Мир вокруг будто смыло, через полупрозрачную пелену проглядывала зелень зарослей, под ногами хлюпали стремительно растущие лужи.
– После такого дождя можно полгода не мыться, – сказал Нерейд, встряхиваясь, как искупавшаяся собака.
– Ага, – согласился Ангус, клацая зубами.
– Меня больше другое беспокоит, – Ивар завертел головой, пытаясь хоть что-то разглядеть сквозь дождь. – Сколько мы идем, а никто нас не пытается остановить. Или те, кто выжил в ночной схватке, провалились сквозь землю?
Дождь слабел, тучи уносило на запад, к горам, в вышине появлялись синие просветы, в один из них заглянуло солнце, высветило повисшую над лесом радугу, широкую, как река.
Джунгли поредели, впереди открылись поля.
– Долго еще до города? – Ульв слегка потянул веревку, привязанную к рукам пленника.
Тот споткнулся, ответил злым сорванным голосом:
– Если боги покарали вас слепотой, то я не виноват. Пирамиды Семпоалы перед вами!
– Ого! – только тут Ивар подумал, что два холма впереди имеют слишком правильные очертания.
По сторонам от них виднелись другие пирамиды, меньших размеров, вместе создавали впечатление исполинской, грозной мощи, гордого вызова небесам.
Солнце сияло во всю мощь, от земли и травы поднимался пар. Викинги шагали, ощущая себя в исполинской бане, плечи припекало, а под ногами по-прежнему было сыро.
– Это еще что? – с гребня холма, на который забралась дорога, стали видны струи дыма, ползущие от подножия одной из пирамид. Ивар повернулся к пленнику. – Так должно быть?
– Нет, – лицо тотонака посерело. – О боги… Что случилось?
– Не иначе как Арнвид разозлился, – заметил Нерейд. – Сокрушил половину города. Это он запросто.
– Оружие приготовить, кольчуги надеть, – рана в боку до сих пор ныла, так что ошибок ночного боя Ивар повторять не собирался.
Дружинники, ворча, натянули кольчуги. Обнажив мечи, спустились по склону холма, миновали упавшую и разбитую на куски стелу из белого камня.
За ней лежали двое тотонакских воинов, у одного была разбита голова, у другого в груди виднелось аккуратное отверстие от удара копьем, кровь продолжала сочиться тонкой струйкой.
– Кто-то тут порезвился, – заметил Ивар.
– Хуастеки, – едва слышно сказал пленник, показывая на лежащий посреди громадной лужи труп с разодранным животом.
Если не считать украшений из перьев на голове, он был совершенно голым, а в руках сжимал две дубинки, усаженных зубцами из обсидиана.
– Хуастеки? – уточнил Нерейд. – А кто раздел этого парня?
– Они бросаются в бой голыми, воя от ярости, и никто не способен их остановить, – проговорил тотонак с отвращением.
– Целое племя берсерков? – Ивар покачал головой. – Наверное, это и в самом деле жутко…
Семпоала выглядела брошенной. Поскрипывали на ветру двери уцелевших хижин, дым поднимался над остовами других, от третьих остались груды окровавленных развалин.
Чем ближе викинги подходили к центру города, тем больше встречалось трупов. Тела воинов лежали рядом с женскими и детскими, иногда встречались погибшие захватчики.
Проводник бросал по сторонам полные ужаса взгляды, его трясло, а губы на белом, как снег лице прыгали.
– Где у вас держат пленников? – спросил Ивар, когда они вышли к одной из больших пирамид.
У самого ее подножия лежали тела жрецов. Руки их сжимали оружие, сквозь дыры в черных балахонах виднелись раны, длинные, слипшиеся от крови жертв волосы разметались по грязи.
– У храма черепов, – тотонак поднял руку. – Это вон туда…
– Неужели они перебили всех? – пробормотал Нерейд, оглядываясь. – Что-то не верится.
– На подобное не пойдут даже хуастеки, – с гордостью ответил пленник. – Война есть служение богам, а не бессмысленное кровопролитие. Выжившие прячутся, ожидая, пока все успокоится.
К храму черепов шли кривыми и короткими, как пальцы карлика, улочками. Ивар слышал в домах шорохи, краем глаза замечал движение, но головы не поворачивал.
Миновали пирамиду, украшенную сотнями оперенных змеиных голов. Расположенный за ней храм черепов открылся во всей жуткой красе, оскалились тысячи высеченных из камня черепушек.
– Где? – спросил Ивар, осматривая круглую площадь.
– Вон там, – тотонак указал на просторный сарай, рядом с которым валялись несколько тел.
Ивар подошел, толкнул дверь. Та бесшумно качнулась, открыв темный зев прохода.
– Никого, – Нерейд заглянул внутрь. – Хотя трупов нет, и это радует.
Один из лежащих на земле тотонаков застонал, дернулась сжимающая копье рука. Ивар подошел, сел на корточки, потряс раненого за плечо:
– Эй, очнись. Куда делись наши друзья?
Воин поднял веки, содрогнулся, заглянув в синие, как полуденное небо глаза наклонившегося над ним человека. Зашевелились бледные, бескровные губы, из них вырвался еде слышный хрип.
– Что? – Ивар нагнулся ниже.
– Хуастеки… забрали… – в этот раз удалось различить слова.
– Понятно, – конунг распрямился. – Похоже, что нам придется вновь пускаться в погоню.
– О нет, только не это! – Нерейд обхватил голову руками, другие викинги недовольно заворчали.
– Где обитают эти ваши хуастеки? – спросил Ульв, так всю дорогу и ведший пленника на веревке, точно козу.
– На севере, – ответил тот. – В густых лесах на склонах гор.
– Вот и отлично, – кивнул Ивар. – Раз знаешь, то отведешь нас туда.
Читать бесплатно другие книги:
