Паж Черной королевы Суслин Дмитрий

Глава двадцать первая

БЕССЛАВНЫЙ КОНЕЦ ЧЕРНОГО ВОИНСТВА И КОРОЛЕВЫ АНКУСТЫ

Дождь прекратился. На землю вылилось столько грязной и дурно пахнущей воды, что под ногами теперь были одни только глубокие лужи. Все, что было заготовлено для Черных рыцарей смерти, промокло насквозь – пакли пропитанные смолой, ямы с греческим огнем, все те хитрые огненные ловушки, что могли бы помочь людям справиться с мертвецами. Да что и говорить, даже порох, для тех нескольких десятков пушек, что они волокли от самой Столицы, и тот промок, и пушки превратились в бесполезную груду железа, которой нельзя было теперь испугать даже воробьев. Альвансор кусал свои усы от досады. Настроение его падало все ниже и ниже.

Но тут начались твориться странные вещи.

Черный принц, который выехал перед своей армией вместо того, чтобы повести своих беспощадных воинов в бой, вдруг громким голосом приказал им стоять на месте и не двигаться.

С удивлением смотрел на странные поступки юного полководца Альвансор. Он не понимал их.

Недоуменно смотрела на принца и его мать, Черная королева Анкуста Первая. Он стояла у своего шатра, что был разбит на пригорке, с которого можно было все хорошо рассмотреть. Но пока она не вмешивалась. Она доверяла человеку, который прочитал книгу, сделавшую его непобедимым и лучшим полководцем в мире. Видимо это хитрый маневр.

Томительно шло время. Армия Черного принца не двигалась с места. Сам командир ее продолжал ездить на лошади и отдавал все тот же приказ.

– Стоять на месте!

И черные солдаты стояли.

Стояли на месте и их противники. Люди, несмотря на всю свою смелость и решительность не спешили скрестить мечи с мертвецами. Альвансор также не давал приказа наступать. Он тоже тянул время. Раз враг не наступает, значит, он хочет, чтобы выступил первым он, Альвансор. Значит, у него есть чем его встретить. Наверно ловушка. А раз так, то спешить не будем.

Так прошел час.

Альвансор послал Орландо с отрядом проверить лес. Нет ли там врагов? Не хотят ли они обойти его?

Альвансор смотрел на мертвых солдат, и даже в его горячей душе от их вида пробегал холодок. Очень не хотелось ему вести против них людей. Так хотелось какого-нибудь чуда.

И чудо произошло. И даже не одно, а сразу несколько.

Все началось с того, что к Альвансору подбежал донельзя взволнованный адъютант и сообщил:

– Прибыли Ее величество, Повелительница Страны Остановленного времени!

Альвансор даже вздрогнул от неожиданности.

– Фея вечной юности?

– Так точно!

– И где она?

– Направляется сюда.

И как только он это сказал, ряды солдат расступились и Фея вечной юности в сопровождении отряда придворных на гнедом скакуне действительно подъехала к Альвансору.

Полководец поклонился государыне и почувствовал, как его переполняет радость и тяжелый камень сваливается с плеч. То же самое чувствовали и все воины его армии. В их рядах появилась великая волшебница, а кому, как не волшебнице сражаться с мертвыми солдатами?

– Здравствуй, Альвансор, – была первая фраза Феи. – Какие у нас дела?

– Все не так уж и плохо, – ответил полководец. – Черный принц не решается на нас нападать.

Фея посмотрела на армию врага, на стройные ряды Черных рыцарей смерти и всадника, что ездил перед ними, и сказала:

– А это и не Черный принц.

– Как это не Черный принц? – удивился Альвансор. – а кто же это?

– Не знаю, – пожала плечами Фея. – Это простой человек. От него ничего не исходит. А Черный принц, как мне известно, сын Анкусты, а значит тоже или колдун или заколдован.

– А где же тогда Черный принц?

– Я бы это тоже хотела узнать.

От правого крыла к Альвансору и Фее мчался всадник. Когда он был уже совсем близко, Альвансор узнал в нем Орландо. Брат великого князя подскакал к командиру и Повелительнице и был так взволнован, что долго не мог говорить. Наконец он собрался духом и произнес:

– Черный принц Лаутар у нас в руках.

– Что ты говоришь? – хором воскликнули полководец и волшебница.

– Да, его взял в плен сын нашего князя. Мы встретили его в лесу, когда были в разведке.

– Ариан? – брови Феи удивленно полезли вверх. – Взял в плен Черного принца?

– Ну не совсем Ариан. Он был не один.

И Орландо в двух словах рассказал про Ариана, его спутников и отряд миранд во главе с королевой Аэстирией.

Фея удивлялась все больше и больше.

– Миранды? Они тоже здесь?

– Да, и королева Аэстирия просит дозволения примкнуть в нашему войску. Миранды наши союзники.

– И где они все?

– В шатре Великого князя.

– Пусть идут сюда, – приказала Фея. – Ариан, кто-нибудь, из тех кто был с ним, и королева Аэстирия. И конечно же принц Лаутар. Мы с Альвансором будем ждать вас в моем шатре.

Тут же был раскинут шатер Феи. Взвились вверх флаги с ее гербами.

Там на холме, где был шатер Анкусты, началось движение.

Черная королева потеряла, наконец, терпение.

– Почему он медлит? Почему он не наступает? – повторяла она. Сомнения начали проникать в ее душу, но она очень долго и упорно гнала их от себя. Наконец она догадалась. – Как я могла забыть? Ведь он ждет жертву! Но ведь я еще вчера послала Вальпериуса за Брусилой и остальными. Где же он?

Она велела разузнать, появился ли герцог Вальпериус. Ей доложили, что он не показывался со вчерашнего утра. Королева взволновалась. Впервые она почувствовала, что творится неладное. Она совершенно забыла про старика. Слишком велико было ее возбуждение накануне битвы. Она ни о чем другом думать не могла. Еще вчера она советовала Лаутару начать сражение, но он не послушал ее, и она не стала настаивать. Непобедимому полководцу виднее. И вот теперь ее сын ждет от нее жертвы, а жертвы нет. Черная королева задрожала от досады и даже почувствовала себя виноватой. Она послала отряд стрелков к Воротам Судьбы, чтобы они нашли герцога Вальпериуса и поторопили его.

Через час посланцы вернулись. У них были такие лица, что королева почернела от гнева. Она поняла, что приказ ее не выполнен.

– Что случилось? – спросила она.

– Ворота Судьбы исчезли, – дрожащим голосом сообщил командир стрелков. – Их нигде нет. И нет отряда, который должен их охранять. Деревья кто-то вырыл. Там остались только ямы.

Анкуста почувствовала, как ее наполняют бешенство и страх. Она уже хотела испепелить взглядом дерзкого командира стрелков, который осмелился сообщить ей такую новость, как взгляд ее упал на новый шатер, который появился в рядах противника. Она задрожала всем телом, потому что узнала герб, что был на этом шатре и знамена, которые его окружали. Это все были знаки ее главного врага – Феи вечной юности.

– Так она здесь? – прошипела в бешенстве Анкуста. – Тогда больше медлить нельзя!

Она посмотрела на командира стрелка, который весь съежился под ее взглядом и приготовился к смерти, и сказала:

– Скачи к Лаутару и вели ему наступать. Скажи, что это мой приказ. Если мальчишка откажется выполнить его, заруби его мечом.

Командир задрожал еще больше, но не осмелился задерживаться ни на секунду и поскакал туда, где стояли черные солдаты и их командир. Он подъехал к Лаутару, поклонился ему и передал приказ королевы. Лаутар дерзко ответил:

– Я сам знаю, когда начинать!

– Тогда я вынужден буду тебя убить, упрямый мальчишка, – прохрипел стрелок и вынул из ножен меч.

Но не успел он поднять руку, как сразу несколько копий брошенных черными солдатами пронзили его и несколько его спутников насквозь. Черные солдаты бдительно охраняли своего командира.

Симон-Пересмешник, а это конечно же был он, облегченно вздохнул.

– Пожалуй, пора отсюда сматываться, – прошептал он сам себе. И не говоря больше ни слова, он погнал своего коня к рядам армии Альвансора. Больше всего он боялся, что его убьют друзья, а не враги. Но ни одна стрела не полетела в его сторону, и Симон благополучно доскакал до нужного ему места. Несколько человек подбежали к нему и помогли слезть с коня. Здесь уже знали, что он свой. Симон увидел, как из красивого шатра, который появился совсем недавно, к нему вышли Ариан, Брусила, королева Аэстирия, невероятной красоты девушка, и высокий крепкий мужчина чуть седоватый и с черными усами. В их глазах Симон увидел полное одобрение. Он снял с головы шлем, устало улыбнулся и сделал глубокий поклон.

Его номер закончился.

Анкуста поняла, что ее планы рушиться. Только сейчас она догадалась, что Лаутар вовсе и не Лаутар. Только сейчас она догадалась посмотреть на сына внимательным взором. Это был не Лаутар. Под шлемом был другой человек. Анкуста сразу его узнала. Конечно же это один из той актерской шайки, что должны были принести сегодня в жертву. Такой гнев овладел Черной королевой, что она громко завыла, как волчица, даже лошади во всей ее армии забили копытами и задрожали от страха.

– Меня обманули! – закричала Анкуста. – Как я была глупа, что доверилась этому мальчишке Лаутару. Конечно же его украли, и я даже знаю, кто это сделал. Недаром утром мне почудился запах миранд. Да, конечно же это они, подлое племя. Ну почему я не истребила вас до конца! Но не все еще кончено. Нет! Все только началось.

Для начала она захотела уничтожить самозванца. Она решила превратить его в камень, но опоздала, тот уже умчался, и стал недосягаем для нее.

Тогда королева завертелась на месте, как юла. Ее стало невозможно рассмотреть. Все, кто ее окружал, шарахнулись в стороны, А на том месте, где она только что стояла, в небо взвился черный смерч. Он полетел над черными солдатами, потом опустился на то место, где только что был Черный принц. Смерч замедлил круги, и вот пред черными солдатами снова стоял принц Лаутар.

– Солдаты, мои доблестные воины! – закричал он. – Ступайте вперед! Перед вами враг. Уничтожьте его!

Солдаты послушно опустили копья и пошли в атаку. Забили барабаны, заржали кони, заскрежетал метал. Это всадники вынимали из ножен мечи.

Все ближе и ближе мертвая армия Черного принца приближалась к армии Феи вечной юности. Рыцари ее ордена тоже опустили копья и ударили лошадей по бокам. Пройдет несколько мгновений и страшная битва разразится. И сколько в ней погибнет людей, известно только смерти, которая уже распластала свои крылья над Журавлиным полем.

Альвансор хотел опустить руку и дать команду своим воинам идти навстречу врагу, но Повелительница удержала его.

– Погоди, – сказала она. – Еще рано.

Фея вечной юности внимательно смотрела на запад. Ее взгляд чего-то искал уже давно, и вот кажется, она вздохнула с облегчением.

– Смотри туда. – Палец Повелительницы указывал в небо. Альвансор посмотрел, но ничего не увидел. Небо было по прежнему черным и непроницаемым. Но прошло несколько секунд, и Глаза Альвансора стали различать маленькую белую точку, которая быстро увеличивалась и приближалась.

Вскоре на эту точку смотрели все. Смотрели и молчали, не в силах понять, что это, беда или подмога. И вдруг над Журавлиным полем раздались ликующие крики. Люди узнали Войдрага, белого дракона Феи вечной юности. Это он летел к ним на помощь.

Черным солдатам оставалось до армии Альвансора всего две сотни шагов, как перед ними опустился на землю Войдраг и выпустил из пасти три мощных струи огня. Первые ряды черных солдат вспыхнули как сухая солома. А Войдраг снова взмыл в воздух и стал летать над рядами непобедимой армии Черного принца и поливал ее огнем. Когда же запас огня у него кончился, он взлетел высоко в небо и стал бешено летать среди черным туч. Сначала он летал беспорядочно, потом кругами, от его крыльев шел такой громкий гул, что заглушал крики Анкусты, которая под видом Лаутара посылала черных солдат в бой и армии Альвансора, которая ликовала и подбадривала белого дракона.

А Войдраг делал все более и более широкие круги, и скорость его становилась все быстрее и быстрее. Вот его уже стало невозможно различить взглядом. Словно бешеный ураган или гигантский белый смерч метался он над землей. Поднялся сильный ветер, который родился от взмахов огромных крыльев Войдрага. А дракон продолжал летать.

Никто не понимал, зачем он это делает. И не сразу все увидели, что небо начинает светлеть. Чернота в нем стала рассеиваться и становилась все менее плотной. Вот в некоторых местах даже появились голубоватые проплешины.

Войдраг разгонял мрак.

– Нет! Не делай этого, подлый летающий червяк! – закричала Анкуста. Она уже потеряла облик Лаутара и снова была Черной королевой.

Но дракон ее естественно слушать не стал, а продолжал свое дело.

И вот на землю упал первый солнечный луч, который вырвался из мрака через голубую небесную дырку в черном одеяле мрака. Он осветил армию черных солдат, и в том месте, куда он упал, черные солдаты зашипели как масло на сковородке и стали таять.

За первым лучом на них упал второй, третий, и вот уже целый дождь солнечных лучей полился на мертвую армию, которая исчезала на глазах.

Видя это, дрогнули ряды мортавийской знати, которая ждала легкой победы. Но теперь им было не до нее. Аристократы забыли про свою королеву и кинулись в бегство.

– Гоните их в болото! – приказал Альвансор коннице. – Им место там, в трясине.

С гиком и криками помчались всадники Аринако и Орландо и летучие гусары Лангреля выполнять столь долгожданный приказ.

Небо расчистилось и стало голубым. Мрак отступал и тоже таял прямо в воздухе. Солнце получило свободу и снова светило, да с такой силой, словно стосковалось за месяц плена и теперь стремилось наверстать упущенное.

Настоящий принц Лаутар стоял у шатра Феи вечной юности, куда его привели со связынными руками, смотрел, как исчезает его армия, и плакал от бессилия и злобы. Никто на него внимания не обращал. Всем было не до него, незадачливого полководца, который хотел завоевать весь мир. Когда Фея уго увидела, она сказала:

– Ты околдован, мальчик, и когда все кончится, я попробую освободить тебя от власти кольца, что у тебя на пальце. Подожди немного, пока мы разберемся с Анкустой.

Но пока принц был еще не свободен, и в глазах у него стояли ненависть и злоба.

Войдраг устал. Он замедлил круги и стал снижаться, затем аккуратно опустился на землю позади армии и сложил за спиной крылья. Он еле дышал, но был доволен. Солдаты повернулись к нему и приветствовали своего спасителя радостными криками. Затем их крики стали еще громче, потому что они увидели, как с шеи дракона спрыгнул розовый шарик. Они узнали Друля, к которому относились с огромной симпатией, и приветствовали также и его.

А Друль побежал, чуть не покатился к Фее. Воины расступились перед ним, и Сладкоежка предстал перед Повелительницей.

– Еле-еле успел! – пропыхтел он.

– Да здравствуют Друль и Войдрак! – тихо сказала Фея.

– Виват! – закричали все.

Глава двадцать вторая

КОНЕЦ ЧЕРНОЙ КОРОЛЕВЫ АНКУСТЫ ПЕРВОЙ

Королева Анкуста огляделась по сторонам и увидела, что вокруг нее никого нет. Вся ее армия оставила ее. Ни один человек не остался защищать свою королеву. Она стояла одна посреди поля перед войском Страны Остановленного времени, которую она несколько часов назад собиралась стереть в пыль и уничтожить всю до единого солдата. И вот теперь эта армия стояла перед ней. Ее армия уничтожена или бежала, а армия противника цела и невредима.

Это было поражение. Еще более сокрушительное, чем то, что она потерпела когда-то от армии Рыцарей Основателей. Ее план покорения великой страны рухнул. Теперь надо было думать о себе. Пора было спасть свою жизнь, потому что к ней уже направились рыцари Ордена Феи, намереваясь ее окружить и поднять на копья.

– Глупцы, – рыцари только рассмешили Анкусту. – Вам ли со мной тягаться, железные болваны!

С этими словами она встала на колени и на глазах у изумленных людей, что спешили к ней стала увеличиваться в размерах и менять свой облик. И скоро уже не красивая черноволосая женщина стояла в центре Журавлиного поля, а огромная исполинская ворона с золотой короной на голове. Она расправила крылья, на которых загремели стальные перья, огромным клювом отогнала несколько рыцарей, которые успели подскакать к ней, и взлетела в воздух. Правда далось ей это нелегко, словно оскорбленная ею земля Страны Остановленного времени не давала ей подняться. И все-таки она полетела, тяжело переваливаясь с боку на бок.

– Она уйдет! воскликнули люди, что стояли у шатра Феи вечной юности. А Ариан даже топнул ногой от негодования.

– Не думаю, – сказала Фея и обернулась к королеве миранд Аэстирии. – Не правда ли, ваше величество?

Аэстирия со звоном обнажила меч. Глаза ее блеснули боевым задором.

– Нет, она не уйдет. Теперь наша очередь скрестить с нею мечи. Мы, миранды очень долго этого ждали.

– Задержите и попытайтесь утомить ее. Лишите колдунью, если это возможно, ее железных крыльев. Это ее самое страшное оружие. И не рискуйте особенно. Одним вам с ней все равно не справиться. А у меня для Черной королевы есть свой сюрприз. Дайте мне только время его приготовить.

Аэстирия гордо поклонилась и пошла к отряду своих воительниц. И скоро миранды взлетели в воздух и устремились в погоню за исполинской вороной.

Орден рыцарей Феи построился клином и поскакал за ними, Альвансор и его армия тоже двинулись в погоню, с ними вместе отправились и Фея со своим окружением и Друль Хоскингс верхом на пони по кличке Лариса и Брусила с разбойниками, почти все комедианты и конечно же Ариан, который счастливый скакал на Пальме рядом со своим отцом князем Аринако, рана которого зажила сразу, как только ее коснулись солнечные лучи. Всем хотелось посмотреть, чем закончится история с Черной королевой. Даже обоз Феи вечной юности по ее приказу последовал за всеми, потому что таков был ее приказ. В нем находилось что-то очень важное, что нужно было для победы, Но что это, никто пока кроме Феи не знал.

Остался только усталый Войдраг, который лежал в отдалении и пыхтел, изрыгая из пасти клубы дыма и струйки огня. Он сделал свое дело. Одиноко стояла повозка комедиантов. В ней теперь были только женщины и дети. Хмурый сидел у ее заднего колеса связанный герцог Вальпериус. Его никто не охранял. Да он и не помышлял о побеге.

Мелица тоже осталась. Ей не было дела до того, как окончится битва. Взгляд ее был устремлен на шатер Феи вечной юности, около которого сидел, склонившись в три погибели, словно глубокий старец принц Лаутар. Его тоже никто не охранял, и он был одинокий и страдал еще больше оттого, что с ним не оставили даже охранников, настолько он теперь не представляет никакой опасности. Это было унизительно. Принц был оскорблен и унижен.

Девушка несмело приблизилась к брату и положила ему на плечо руку. Лаутар грубо столкнул ее с плеча. Мелица не обиделась. Она нагнулась к Лаутару и крепко обняла его со спины. Принц сильно вздрогнул и задрожал, он, словно хотел вырваться из объятий сестры, но почему-то не сделал этого. Не смог.

– И все равно я люблю тебя, – сказала ему Мелица.

Лаутар ничего не ответил. Губы его сжались и превратились в тонкую полоску. Лицо горело.

– Я не отпущу тебя, мой маленький братик, – продолжала Мелица. – Ведь я так долго тебя ждала. Ты единственный родной человек, который у меня есть. И я у тебя тоже одна. Не разговаривай со мной грубо, Лаутар. Ты ведь не такой. На самом деле ты хороший. Очень хороший. Ты только притворяешься плохим. Тебя заколдовали, ведь так?

Лаутар с трудом кивнул. Мелица жутко обрадовалась. Даже засмеялась, хотя на глазах у нее сверкали слезы. Она осторожно, словно боялась, что Лаутар опять оттолкнет ее и куда-нибудь убежит, одной рукой вытащила из-за пазухи стеклянный шарик Кассандры.

– Вот, это ты потерял еще тогда на чердаке, помнишь, когда мы разговаривали? Ты наверно очень расстроился, когда обнаружил его пропажу. Так я его нашла. Возьми его. Нет. Я сама надену его тебе на шею. И не противься мне. Я твоя старшая сестра, и ты должен меня слушаться.

Говоря все это, Мелица надела Лаутару на шею его шарик. И как только это произошло, взгляд Лаутара сразу изменился. Он потеплел и стал ясным и чистым. Он удивленно посмотрел на Мелицу. Затем в его глазах появился страх. Лаутар поднял правую руку и посмотрел на палец, на котором у него было ужасное кольцо. Мелица не заметила перемену в брате и продолжала щебетать:

– А хочешь, я отдам тебе и мой шарик? Мне для тебя ничего не жалко. Это ведь шарики нашей мамы. Наша мама Кассандра повесила их нам, чтобы они берегли нас от беды. И вот мы снова вдвоем. Ты и я. Мы никогда не расстанемся.

И Мелица надела брату на шею и второй шарик. Затем она обратила внимание на руку Лаутара и увидела кольцо, на которое он смотрел.

– А это что у тебя? – опасливо спросила она. – Какое нехорошее кольцо. Почему оно светится? Мне оно не нравится. Оно очень нехорошее. Откуда оно у тебя?

– Мне его надела королева, – пробормотал Лаутар.

– Анкуста? – Мелица даже побледнела от гнева. – Сними его сейчас же.

И девушка, возмущенная до глубины души сама сорвала с пальца мальчика кольцо и выбросила его в траву. Лаутар был потрясен тем, как легко у нее это получилось. И тут он вдруг почувствовал такое облегчение, словно с него свалились сотни тяжелых железных цепей, которые все это время его сковывали и не давали ни двинуться, как хочется, ни думать, ни делать. Теперь он стал принадлежать сам себе.

– Мелица! – воскликнул он. – Моя миленькая сестренка! Какая же ты молодчина! Ты вернула меня к жизни. Я был во сне, и ты меня разбудила. Тот, что был прежде, это не я. Тот Черный принц он был ужасен, и я ненавижу его и то, что он делал. Но это все она, Анкуста. Это она обманула меня. Она всегда меня обманывала, и я не понимал, почему. Но теперь то я знаю. И ты знаешь. Мы оба знаем. Мы должны поймать ее и обезвредить, чтобы она еще кого не погубила. Это страшная женщина. Она хуже чем ее отец Душегуб. Теперь я про них все знаю. Пошли за всеми. Мы должны помочь им убить колдунью. Она опасна!

– Я думаю, что мы не успеем, – с доброй материнской улыбкой сказала Мелица. – Но ты не переживай, там и без нас обойдутся. Там такие герои. Брусила, миранды, Ариан и еще много героев этой страны. Смотри, какая она прекрасная. Анкуста хотела ее погубить и сделать такой же несчастной и убогой, как и наша Мортавия, но ей это не удалось. И теперь ее за это накажут. Она достойна наказания. Ее поймают и одолеют. Одна она не справится со всеми, потому что она слишком злая, и она одна. А добрых куда больше. Мы победим. Мы обязательно победим!

И брат с сестрой крепко обнялись. Их долгая-долгая разлука кончилась.

Мелица оказалась права. Королеве Анкусте не удалось улететь очень далеко. Стремительные миранды очень скоро ее нагнали, и в небе разгорелся ожесточенный бой. Как и говорила Фея вечной юности, Мирандам было тяжело справиться с Анкустой, ворона крутилась и вертелась и отчаянно отбивалась клювом, даже подступиться к ней было нелегко. А ее железные крылья были опасней тысячи острых мечей. Длинные и острые перья могли пробить кольчугу и даже панцирь тяжеловооруженного рыцаря. Мирандам понадобилось все их воинское искусство, чтобы сражаться с Анкустой. Они разделились на две группы. Одна группа летала вокруг колдуньи и осыпала ее стрелами, а другая группа нападала на нее вплотную. И Анкуста и миранды летали и сражались так быстро, что невозможно было понять, что происходит, и кто одерживает вверх.

Долгое время никто не мог добиться успеха. Анкуста не могла пробить окружение, а миранды не могли причинить ей вреда. Их острые мечи звенели, но отскакивали от птицы, даже не поранив ее. Закаленные в горной хрустальной воде стрелы тоже не могли пробить броню из железных перьев. Но самого главного миранды добиться сумели. Они задержали Анкусту и не дали ей уйти. И даже наоборот отогнали ее немного назад. А миранда Изаура даже сумела ловко сбить с нее золотую корону. Корона жалобно зазвенела, когда упала на землю, а затем покатилась в неглубокий круглый овраг, больше похожий на котлован. Дно его поросло высокой травой. В один миг она затерялась среди травы, и лишь по отблеску и отражению солнечных лучей можно было увидеть, где она лежит.

Анкуста злобно закаркала и кинулась в овраг поднимать корону. Она обо всем, кроме того, что потеряла самое драгоценное для себя, корону, символ своего могущества, позабыла. Мощными взмахами крыльев она яростно разметала миранд по сторонам, при этом она забыла об осторожности, и получила несколько ран, но только закричала от боли и полетела к короне.

Миранды только этого и ждали. Когда ворона опустилась на дно оврага, они накинулись на нее все вместе сверху, как коршуны, когда бросаются на добычу, и стали яростно и беспощадно рубить ее мечами. Анкуста отбивалась неумело, потому что одновременно бегала как растерянная курица и искала корону. Наконец она ее нашла, торжествующе каркнула, поддела ее клювом и забросила себе на голову. После этого она попыталась взлететь, но не тут то было.

Ее крылья, ее главная сила уже валялись на земле. Когда миранды рубили ворону, сначала их мечи просто отскакивали от нее, не причиняя вреда, Анкуста со всех сторон была покрыта непробиваемой броней, но потом Аэстирия и Изабелла случайно попали мечами в тело вороны в том месте, из которого росли крылья, и мечи глубоко вошли в плоть. Остальные миранды увидели это и тут же стали бить туда же и били до тех пор, пока полностью не отрубили вороне крылья.

Неуклюже прыгала Анкуста, но взлететь не могла. Ее глаза стали кровавыми от гнева, и она снова стала сражаться с мирандами своим смертельным клювом. Воительницы летали над ней и осыпали ее стрелами. Черная кровь вороны уже залила почти все дно оврага и перепачкала всю траву. Но ворона не сдавалась и продолжала сражаться.

К месту сражения подскакали рыцари и окружили овраг со всех сторон. Анкуста оказалась в окружении. Рыцари стали кидать в нее копья, а самые храбрые кинулись на нее в атаку.

Черная королева поняла, что под видом вороны ей все труднее и тяжелее сражаться одновременно и с конными рыцарями и с крылатыми мирандами. И тогда она снова стала менять облик. Теперь уже бежать ей было невозможно, и надо было сражаться. От вороны повалил дым, посыпались на траву железные перья, а сама она стала еще больше. И вот уже не гигантская птица отмахивалась клювом, а женщина-великан, семи метров ростом, вооруженная круглым щитом, с широким мечом, в шлеме и кольчуге, как сама богиня войны несколькими взмахами отогнала от себя и миранд и рыцарей. Она была прекрасна и страшна в боевом гневе. Бешено крутила вокруг себя мечом и щитом, и подойти к ней стало почти невозможно. Да и что толку, какое копье возьмет такую великаншу?

Несколько растерянные миранды и рыцари отступили, но продолжали осыпать Анкусты копьями и стрелами. И те и другие отскакивали от Черной королевы и падали у ее ног. Она громко и торжествующе засмеялась, подняла над головой обе руки с мечом и с щитом и закричала:

– Жалкие людишки! Никогда вам со мной не справиться! Теперь мой черед испытать, крепкие ли у вас головы и увидеть какого цвета ваша кровь. Гром и молния, мне на помощь!

Сверкнули молнии из ее ладоней и улетели в небо, едва не задев миранд, те успели увернуться, раздался оглушительный грохот, и Анкуста полезла из оврага, намереваясь пойти в атаку.

Много бы она бед натворила и много жизней унесла, если бы не поскользнулась на собственной крови, что пролила в облике вороны, и не упала и не покатилась назад, на дно оврага.

Снова на нее обрушился шквал из стрел копий, камней и даже пушечных ядер. Великанша не выдержала и упала под тяжестью ударов. А на нее продолжали кидать все, что только возможно. Но Анкуста снова поднялась с земли, издала оглушительный вопль, от которого встали на дыбы и заржали лошади, а миранды были унесены мощным порывом ветра на несколько десятков метров. Только королева Аэстирия смогла удержаться на месте. А Анкуста снова стала карабкаться наверх, упала на четвереньки, но не остановилась. С того краю, по которому она карабкалась, в нее полетели копья, но колдунья не обращала на них внимания и продолжала лезть. На то, что понадобилось бы ей в обычных условиях несколько секунд, в этот раз ушла не одна минута. И вот грозно она поднялась над краем оврага и отбросила взмахом меча от себя сразу десяток рыцарей.

Но тут к ней навстречу подскакал на гнедом коне Альвансор Безупречный. Он был в доспехах и с круглым щитом, и этот щит он и показал Анкусте, когда она уже занесла ногу, чтобы окончательно вылезти из оврага. И тут все увидели, что вовсе не щит показал Альвансор великанше, а круглое зеркало.

Анкуста увидела свое отражение и закричала таким страшным голосом, словно в нее попала молния, после чего, кубарем покатилась обратно на дно оврага. Она подняла искаженное от боли лицо и увидела над собой Фею вечной юности, которая как раз в этот момент подъехала на белоснежном и златогривом скакуне, сравнимом по красоте только с единорогом, к краю оврага и посмотрела на своего врага. При виде ее Анкуста съежилась и ее лицо исказилось злобой, и сразу из красавицы она превратилась в дурнушку. Увидели это все, кто мог сравнить ее с Феей вечной юности.

А Повелительница взмахнула рукой, и сразу по ее приказу к краю оврага со всех сторон стали подбегать воины Альвансора и ставить прямо на обрыве вертикально огромные двух и трехметровые щиты, закрытые белой тканью. Когда этих щитов стало так много, что они почти полностью, словно забором отделили колдунью от людей, Фея снова взмахнула рукой, и те, кто держал щиты, сбросили с них ткань.

Под тканью оказались зеркала. Множество зеркал. те самые зеркала, которые еще месяц назад висели в тронном и в других залах Белой башни, и которые по приказу Феи привезли тяжелым обозом сюда.

Анкуста пронзительно заверещала и закружилась как собачонка, которая пытается поймать свой хвост. Затем она стала съеживаться и уменьшаться в размерах. Семиметровая великанша уменьшалась на глазах. Через несколько минут она приняла свой прежний облик и стала кружиться, подняв лицо вверх и смотря в зеркала. Видно было, что ей меньше всего на свете хочется в них смотреть. Но она не могла оторвать от них взгляда и смотрела и смотрела, поворачиваясь вокруг своей оси, словно в надежде найти то зеркало, в которое ей будет легко смотреть, и которое не причинило бы ей такой дикой невыносимой боли.

И все, кто это видел, стояли не в силах вымолвить ни слова. Даже Фея вечной юности ничего не говорила. Люди стояли и тоже смотрели в зеркала, что были напротив. В них они увидели настоящий облик Черной королевы и колдуньи Анкусты. Зеркала не могли врать и показывали правду. Ведь это были настоящие зеркала, а не кривые, каким было зеркало во дворце Анкусты. А настоящее отражение Черной королевы было ужасным.

Вовсе не молодая и черноволосая красавица отражалась в зеркалах. Нет, в них была страшная, мерзкая старуха, которая меньше всего походила на человека, и больше напоминала жабу, крокодила, обезьяну и мохнатого паука одновременно.

И постепенно растрепанная и всклокоченная, но все еще очень красивая Анкуста, тоже стала меняться и превращаться в саму себя, ту, какой ее показывали зеркала. Очень скоро ничего не осталось от прежней красавицы, и на дне оврага сидело огромное размером со слона раздувшееся чудовище и с ненавистью смотрело на окружавших ее людей. Красные глазки ее мигали, а изо рта вываливался длинный распухший язык. Как ни странно, но на голове у чудовища все еще была корона. Только на золотая, а железная, вся ржавая и потрескавшаяся. А на поясе, если это можно назвать поясом, у Анкусты висел маленький кусочек белой ткани. Никто даже не заметил его и не обратил на него внимания. И только Фея вечной юности узнала свой платок сотканный из пряжи золотого паука и подаренный ей давным давно царицей насекомых Янтарной пчелой. Платок этот пропал у нее так давно, что она и думать о нем забыла, и теперь вот увидела его и вспомнила.

– Конечно, теперь я понимаю, почему рыцарь Франсуа не захотел жениться на этой уродине, когда как следует, ее разглядел, – заметил Ариан и прижался к своему отцу.

Князь Аринако крепко его обнял и улыбнулся.

– Не бойся, – сказал стоявший с ними рядом Брусила. – Уж тебя то точно никто не заставит на ней жениться.

Ариан подернулся от омерзения.

– Взять ее? – с сомнением в голосе спросил Альвансор Безупречный Фею вечной юности.

Та отрицательно покачала головой.

– Кое-кому она нужнее, чем нам.

И сразу после ее слов, зеркала, которые с трудом сдерживали солдаты Альвансора, задрожали в их руках и загудели грозно и тревожно, словно где-то работал кузнечный горн. Услышав его, Брусила переложил молот из одной руки в другую.

Поверхность зеркал потемнела, изображение в них пропало, и они наполнились черным светом. Вы скажете, что черного цвета не бывает, и я с вами соглашусь, но в этих зеркалах чернота была такая яркая, что даже светилась. Гул в них становился все больше и больше, затем звук изменился и стал похож на грохот, который бывает, когда по земле скачет огромный табун лошадей или стадо слонов.

Раздался громкий треск, словно невидимый великан раскусил великанский орех, и из зеркал, словно из дверей вдруг стали вырываться и прыгать в овраг мерзкие твари, похожие на змей и крыс одновременно, длинные, извивающиеся и нюхавшие землю. Их становилось все больше и больше, сначала десятки, потом сотни полутораметровых чудовищ заполнили почти весь овраг. Они крутились и принюхивались как собаки, которые ищут след.

– Кто это? – закричал Ариан. Он даже испугался. Впервые по настоящему испугался и еще крепче прижался к отцу, не думая о том, что могут подумать о нем окружающие.

– Это черные крулии, – мрачно произнес Друль. – Они нашли, наконец, свою добычу. Лучше отвернись, Ариан. Сейчас будет зрелище не из приятных.

Но Ариан не в силах был отвести глаза и увидел, как вдруг черные крулии вдруг замерли все одновременно, а потом раздался торжествующий писк, смешанный с шипением, и все они бросились на Анкусту, дочь колдуна Душегуба, из-за которой погубил когда-то свою душу рыцарь Франсуа.

Чудовище, которое совсем недавно было Черной королевой мортавии, в страхе закричало, и тут же было с ног до головы покрыто черными крулиями. Они облепили ее со всех сторон и вгрызлись в нее своими острыми зубами и жалами. Те, кто не успел схватить жертву, впивались в тех, кто присосался к Анкусте. Вскоре огромный клубок катался по дну оврага, и из него фонтанами брызгала черная кровь. Крулии поедали Анкусту и друг друга. Клубок становился меньше и меньше. Земля под ним затрещала, потом стала трескаться, затем ее поверхность окончательно лопнула, раскололась, и образовался бездонный провал. И в этот провал рухнул клубок из тварей и полетел в пропасть, дна которой не было видно, вместо него далеко-далеко внизу полыхало пламя. Через много томительных секунд раздался громкий всплеск, потом хлопок, словно лопнул надувной шар, и клубок исчез из виду. Огонь поглотил его.