Противогазы для Саддама Прашкевич Геннадий

Встреча

Выезжая на Новую площадь, они увидели Лео.

Медный король стоял с незнакомым Сергею высоким пожилым человеком в темных очках и в длинном светлом плаще с погончиками. Заметив знакомую машину, он снял шляпу и вежливо помахал ею.

Валентин усмехнулся:

– Пронзительный человек. Спорим, он догадывается, куда мы едем.

Сергей промолчал.

Ему почему-то не понравилась уверенность Валентина.

Не понравилась ему и подчеркнутая вежливость медного короля. В конце концов, если Лео впрямь догадывается… Ну, хотя бы выразил… Ну, скажем так, озабоченность…

А почему, собственно? – спросил себя Сергей.

В сущности, кто мы для Лео? Всего лишь незнакомые люди, приехавшие от его московского приятеля. Всего лишь люди, работающие на его давнего, но все равно лишь приятеля и, наверное, партнера по каким-то неизвестным нам делам. Кто знает, что это за дела? После истории с наездом на господина Тоома, услышанной от Леши, Карпицкий несколько поблек в глазах Сергея. Может и правда, что наш бизнес пока только выживание, подумал он. Может и правда, что в нашем тесном муравейнике надо ходить лишь по заранее оговоренным тропам. Но тогда чем мы отличаемся от господина Тоома? Только тем, что представляем другую сторону? Монета-то одна. Реверс, аверс… Выбор небогат…

Чистенькие домики Выру убегали назад. Леша деловито крутил баранку. Если он и беспокоился, это никак не отражалось на его слегка опухшем лице. Плевал он на все эти дела. У него были свои представления о жизни. Он просто честно выполнял работу. У него не дрогнул ни один мускул, хотя слышал он каждое слово, произнесенное в машине.

Валентин ухмыльнулся.

– Ну, чего уставился? Шею свернешь, – не выдержал Сергей. – И похлопал себя по колену, обтянутому легкой черной тканью. – Я просто не успел переодеться. Ты сам нас подгонял. Да в машине в спортивном костюме и удобнее.

– В этом спортивном костюме, Сергей, ты смахиваешь на киллера.

– У них теперь униформа?

– Нет, конечно, – без улыбки ответил Валентин, но глаза его загорелись. – Послушай… Это ведь хорошо… Это ведь здорово, что ты действительно смахиваешь на киллера… А ну-ка, растрепли свои рыжие волосы… Вот так, вот так, еще энергичней… Поплюй на ладонь и пригладь… Ага, вот так, челку направо и морду зверем… Чего стесняешься, – ухмыльнулся он, – здесь все свои…

И толкнул локтем Лешу:

– Обернись, водила. Что бы ты сказал, увидев перед собой такого человека?

– Придурок, – буркнул Леша.

– И немедленно получил бы по роже, – мрачно заметил Сергей.

– Отставить! – Валентин внимательно озирал Сергея. – А знаешь, будет совсем неплохо, если при первом взгляде на тебя у нашего большого эстонского перца защемит в желудке…

– Он гомик?

– Не думаю. Но у тебя такой вид. Это хорошо, что ты не успел переодеться.

– Чем хорошо?

– Да тем, что это поможет нам сыграть с господином Тоомом в открытую. У нас с тобой мало шансов прижать господина Тоома на его территории, тут и говорить нечего, но мы можем сбить его с толку. Если он ничего не знает о моем положении в Конторе, то мы ничем не рискуем. Все равно других вариантов нет, – решил он. – Наш шанс как раз в том что господин Тооом пока не пришел к какому-то окончательному выводу…

– Насчет чего?

– Насчет нас.

– А когда он придет к окончательному выводу?

– Тогда, надеюсь, мы успеем смыться.

– Здесь, – негромко произнес Леша.

Не выходя из машины, продолжая двигаться, они видели широкий бетонный съезд с шоссе и металлическую решетку, ограждающую пространство. На этом пространстве одновременно просматривались – плоское круглое озерцо, окруженное кленами, желтая лодка, красиво вытащенная на плоский, поросший травой берег, аккуратно подстриженные кусты вокруг двухэтажного кирпичного особняка, выстроенного без особых архитектурных затей, зато основательно и надежно, нежная сосновая рощица на заднем плане, наконец, кленовая аллея, ведущая от металлических ворот к дому, и от дома к озеру.

И везде – на траве, на еще зеленых кустах, на сером бетоне въездного пути, и на крыше дома, и на тропинках перед домом, буквально везде, как следы фантастических птиц, краснели опавшие кленовые листья.

Металлические ворота были гостеприимно распахнуты.

Не дожидаясь разрешения, Леша въехал в кленовую аллею и притормозил на круглой поляне.

Наверное, хозяин вилы приехал недавно, потому ворота и не были заперты.

Метрах в пяти от Лешиной «семерки» сразу появились двое мужчин. Они были в обыкновенных темных костюмах, даже, видимо, не пошитых, а просто приобретенных в магазине, может, еще московского производства. Два плечистых, неброских человека, без особых примет, оба с непокрытыми головами, причем голову одного уже немножко тронула седина.

Охрана, решил Сергей.

Он не удивился бы, обнаружив в охране господина Тоома арабов или каких-нибудь там латинос, но эти явно были эстонцами. И не седина это была на их головах, а тоже самые обыкновенные светлые волосы. Правда, в группе людей, показавшихся на крыльце, могли находиться и латыши, и русские. Сергей, впрочем, сразу узнал хозяина виллы.

Господин Тоом поднимался на невысокое крыльцо.

Он обернулся, услышав звук автомобильного мотора, и Сергей усмехнулся.

На фотографии, вспомнил он, господин Тоом стоял с арабом на фоне такой же вот стены, аккуратно выложенной из светлого камня. На фотографии он дружески улыбался, приобняв гостя за талию – здоровый долговязый эст в длинном плаще, с непокрытой головой. И так же дружески улыбался смуглый человек в таком же длинном европейском плаще, в коричневом берете, чуть надвинутом на глаза. «А господину Тоому пошли бы армяк и лапти, – усмехнулся Сергей. – Здоров скотина. Всем вышел: и ростом, и плечами, и толстогубой улыбкой. Вот только морда подкачала – слишком широкая. И глаза линялые, будто много пьет. А может и правда пьет, – подумал он. – А главное – крошечный носик, будто специально вдавили между щек…»

Носик, конечно, портил впечатление, но сам господин Тоом не догадывался об этом. Он даже бровью не повел, неторопливо повернувшись к неожиданно выехавшей на поляну машине.

– Ну, иди, – сказал Сергей Валентину. – Отсюда мы все услышим. Каждое ваше слово. Надеюсь, микрофон ты закрепил надежно? – И негромко приказал Леше: – Включи приемник. Совсем на чуть-чуть. Чтобы только мы с тобой слышали все, что они будут говорить.

Уставясь на охрану, твердо замершую метрах в пяти от «семерки», Сергей (как они заранее договорились с Валентином) лениво, даже нагловато развалился на заднем сиденье. Все равно ничего другого не оставалось. «Если нас захотят перестрелять, никакие шокеры не помогут».

Он вдруг разозлился на Валентина.

В конце концов, вместо не сильно-то понадобившейся видеокамеры можно было приобрести Макарова. Будь у нас серьезное оружие, подумал Сергей, к нам и отнеслись бы иначе. Не покуривали бы, держа сигарету в левой руке (правая демонстративно утоплена в кармане). Не поплевывали бы на зеленую траву с таким показным равнодушием…

Тоже мне, никакого оружия!

Эти двое напротив явно не разделяют взглядов Валентина.

То, что они вооружены, не вызывает сомнений. И то, что в любой момент они без всяких колебаний готовы пустить оружие в ход, тоже не вызывает никаких сомнений.

Однако наглость Сергея сработала.

Глядя на плотного рыжего человека, лениво развалившегося на заднем сиденье, охранники господина Тоома невольно подтянулись. Сергей не знал, что именно пришло им в голову, но они подтянулись, что-то их насторожило. Они-то ведь ничего не знали об оружии: есть ли оно в машине? Что-то их здорово насторожило. Наверное, у меня вид непереносимо наглый, решил Сергей, выпячивая для острастки нижнюю губу.

Леша незаметно включил приемник.

Микрофон оказался гораздо чувствительнее, чем предполагал Сергей.

Он сразу услышал противный скрип сухого гравия под ботинками Валентина.

Охранники не оборачивались, объектом их внимания была только машина. За Валентином наверняка смотрел кто-то другой. Или – другие. А до этих двоих дошло вдруг, что позицию они, кажется, выбрали вовсе не самую лучшую: врубив скорость, чужой водила в одно мгновение мог их покалечить. Один из охранников даже отступил на шаг и постарался встать так, чтобы его наполовину прикрывал мощный клен.

Сергей не изменил позу.

Всем своим видом он выказывал наглое тупое равнодушие, хотя но на самом деле страшно злился на Валентина. Выставляя напоказ толстые презрительные губы, он, конечно, чувствовал правоту Валентина, но все равно злился. Черт побери, въехать в логово господина Тоома вообще без оружия!.. Как Валентину пришло такое в голову? Теперь, несомненно, вся надежда на то, что Валентин ни в чем не ошибся, что он абсолютно четко просчитал ситуацию. Ведь господин Тоом действительно не ждал их сегодня. Он назначил им встречу на завтра. Появление нежданных гостей должно было сбить его с толку. В конце концов, он должен хотя бы удивиться…

«Ты хотел нас видеть, Тоом?»

Прислушиваясь к негромким, но внятным голосам, слышимым только в салоне, Сергей нагло уставился не на Валентина и господина Тоома, а на охранников. Это создавало иллюзию чего-то неправильного. Голоса одни, а люди другие.

Очень лаже раздражающее несоответствие.

Однако приходилось терпеть.

«Видишь этого рыжего в машине, Тоом?»

Сейчас долговязый эст поднимет на меня глаза, понял Сергей. Не надо на него смотреть, не надо на него коситься. Надо смотреть только на охранников, иначе кто-нибудь догадается, что я что-то такое слышу.

«Та, – ответил Тоом, подумав. – Я вижу».

«Знаешь, кто он?»

«Нет».

«Буду откровенен с тобой, Тоом. У некоторых серьезных людей в Москве лежат твои долговые расписки. Ты помнишь? Это серьезные расписки и суммы в них указаны серьезные. Ты ведь помнишь? Правда, ты и сам серьезный человек, так ведь? И ты, конечно, понимаешь, что в Москве к тебе относятся как к серьезному человеку. Так вот, Тоом, рыжий, которого ты видишь в машине, приехал сюда не просто так. Он интересуется именно тобой. Не долгами, а именно тобой. Понимаешь?»

«А потшему он не скажет этоко сам?»

«А это вовсе не входит в его обязанности, Тоом…».

Ну теперь-то он должен понять намек, решил Сергей, глядя только на охранников. Но в центре его внимания были только Валентин и господин Тоом. Ишь, тоже мне… Белокурые бестии из Конторы… Кажется, они понимают друг друга с полуслова…

Господин Тоом вдруг понизил голос.

Впрочем, нет. Он просто наклонил к Валентину большое ухо.

При этом они обменялись, видимо, какими-то тайными знаками, по крайней мере, микрофон не донес до Сергея ни единого слова, хотя краем глаза Сергей отчетливо видел, как господин Тоом согласно и быстро кивнул Валентину. Они действительно понимают друг друга даже без слов, с некоторым разочарованием подумал Сергей, но слова тут же пошли.

«…Теперь ты понимаешь, почему я говорю открыто, Тоом. Мы просто обязаны помочь тебе. Мы с тобой за одним забором. Потому мы тебе и помогаем. Но ты должен отчетливо понимать, что Контора не отвечает за твои личные авантюры, за твои личные долги. Твои личные долги это вообще твое частное дело, правда, они не должны мешать твоей основной работе. Мы, Тоом, всячески стараемся помочь тебе, мы стараемся, чтобы ты избежал крупных неприятностей, но погашать твои личные долги не собираемся…»

Валентин помолчал.

«До тебя дошло? Я все объяснил понятно?»

Господин Тоом кивнул.

Кажется, слова Валентина произвели на него впечатление.

«Теперь я ухожу, Тоом».

«Нет, покоти…»

Сергей насторожился.

Руки Леши цепко легли на баранку.

Нагло упершись взглядом в охранников, Сергей самым краем глаза все же видел, что господин Тоом смотрит на Валентина с каким-то новым необычным интересом. Похоже, он действительно был полностью сбит с толку. Наверное, до него только сейчас дошло, что рыжий наглый человек в машине действительно может оказаться киллером. Наверное, господин Тоом хорошо соображал в таких делах и уж наверняка помнил наезд на него московской братвы. Та история, несомненно, многому научила господина Тоома. Говорят, московскую братву трудно обвести вокруг пальца, но почему-то один раз господину Тоому это удалось. Может быть, в принципе, такое можно провернуть и дважды, но господин Тоом явно знал, что опасные ситуации лучше не повторять. Само повторение таких ситуаций опасно.

«Я так тумаю, что ты праф, наферное, – негромко произнес он. – Я так тумаю, что ты правда есть праф. Но стесь тоже нужно подумать».

«Мне нужен конкретный ответ».

«Он бутет…»

«Когда?»

«Скажем, зафтра… Зафтра к полудню… Тебя такое устроит?.».

«Где и в какое время?»

«Тепе потскажут…»

Наверное, господин Тоом хотел остаться один.

Наверное, происходящее начало его раздражать.

Ну, хотя бы тем, что он потерял инициативу, решил Сергей.

Наверное, господин Тоом хотел остаться один и хорошенько проанализировать только что произошедшее. И понять: действительно его оградили от реальной опасности, как утверждает стоящий перед ним незнакомый человек, или наоборот, он вновь вляпался во что-то неясное, а потому нехорошее? Каким-то шестым или седьмым чувством господин Тоом улавливал непонятную, но явственную угрозу, исходящую от странных гостей, не побоявшихся явиться прямо в его логово. У них бомба, что ли, в машине? С каким-то новым неожиданным интересом господин Тоом обернулся и остановил внимательный взгляд тяжелых линялых глаз на Сергее, лениво и нагло развалившемся в машине. До господина Тоома, наконец, дошло: вот этот нелепый рыжий человек в банальном спортивном адидасовским костюме действительно может быть киллером.

Его киллером.

Возможно, на мгновение господина Тоома охватила паника.

Ведь человек, стоявший перед ним, с которым он только что разговаривал, представлял не что-нибудь, а Контору. Он не мог лгать… По крайней мере, не должен был лгать… Хотя странно, почему человек из Конторы разъезжает в одной тачке с киллером?…

Потом господин Тоом взял себя в руки.

«Тебе потскажут».

Валентин понимающе кивнул.

Не попрощавшись, он повернулся и неторопливо двинулся к машине.

И неторопливо устроился на сиденье.

И дверцу захлопнул нежно.

И так же легко, как захлопнулась дверца машины, Леша тронул «семерку» с места.

Бегство

– Это он! Я его узнал! – взволнованно заявил Леша, как только они оказались на шоссе. – Это его я видел на Сходне!

Он обернулся и посмотрел на Сергея, но Сергей промолчал.

Тогда Леша повернулся к Валентину:

– Вот лось, а? Его должны были там сделать на Сходне, а он жив-здоров, ходит по земле, строит хижины. Вот лось, а?

– Заткнись и рули на выезд из города, – вместо ответа приказал Валентин. – Только покрути немного по улицам. Хорошенечко так покрути, чтобы со стороны было ясно, что мы просто так болтаемся без дела, ну, как бы изучаем город и скоро вернемся к Лео.

– А мы не вернемся?

– Нет.

– А куда мы? В Таллинн?

– В Москву. Только предварительно покрути по городу. За нами наблюдают. Я чувствую. Пусть будет ясно, что мы болтаемся просто так. У нас же завтра вновь встреча, вот мы и убиваем время. Пусть думают, что мы как бы немножко нервничаем.

– Мы что, даже не позвоним Лео?

– Не позвоним.

– Лео обидится.

– Ничего, перетерпит, – усмехнулся Валентин. – Наш перец из МАП его успокоит. Они приятели. А ты, Леша, как только выедем из города, возьми хороший темп. Господин Тоом может одуматься. Я вовсе не уверен, что предстоящую ночь он собирается посвятить именно размышлениям. Может, это и так, но я все равно не уверен. Может, в голове господина Тоома что-то не так сработало, я не хочу зависеть от случайностей. Он знает нашу «семерку», знает ее номер. Он знает теперь, сколько нас. Так что, нет проблем перехватить нашу «семерку». Здесь, в Эстонии. Нас и на дорогах России могут перехватить, какие проблемы? Для господина Тоома последнее даже удобнее.

– Он может, – согласился Леша. – Сразу видно, он лось по жизни. Это вы не сучите ножками и в воздух не стреляете, совсем культурные менты, а господин Тоом может.

– Погоди, – спросил Сергей. – А как же завтрашняя встреча? Ты ведь требовал дать ответ, а сам убегаешь.

– Я что, похож на идиота? – усмехнулся Валентин. – Зачем мне его ответ?

– Ты же обязан отчитаться перед Карпицким.

– Господин Тоом сам позвонит нашему перцу.

– Ты уверен?

– Он не может не позвонить. Теперь уже точно не может, – кивнул Валентин. – Эта встреча, а также история с эшелоном бензина и с попавшими к новгородскому рулю людьми Коблакова должны сильно впечатлить господина Тоома. Он ведь работает с Коблаковым в паре. Это с поверхности как бы не видно, что они в паре, но работают они вместе. Так что господин Тоом должен понять, что наши угрозы не пустой звук. А мы, уже из Москвы, добавим впечатлений. Нам бы только до Москвы добраться. Коблаков и Тоом должны хорошо прочувствовать тот факт, что мы нащупали их деловые каналы и в любой момент можем их перекрыть. А это полный финансовый крах, как для того, так и для другого. Пусть Леша называет нас культурными ментами, мы все равно круче, – удовлетворенно ухмыльнулся Валентин. – Мы можем и ногами сучить, и в воздух стрелять. Но нам этого не надо. Наше главное оружие – такие зануды, как этот господин Пирсман. Он добьет известных нам господ. Он здорово поработал.

– А у него не отнимут наработанные документы?

– Теперь уже нет.

– А что ты скажешь об этом Тооме Карпицкому? – помолчав, спросил Сергей. – Ты скажешь ему, каким способом добился положительного результата?

Валентин усмехнулся:

– А зачем ему это?

– А если он все же спросит?

– Он не спросит, – убежденно ответил Валентин.

– Ну, блин! – выругался Леша. – Вы только посмотрите. Нас снова вынесло на этого козла!

Действительно прямо по курсу, держа в слегка откинутой левой руке круглую металлическую пепельницу с откинутой крышечкой, стоял уже знакомый Леше и Сергею полицейский.

Он тоже узнал машину, лихо вылетевшую из-за поворота.

Взмахнув жезлом, он неторопливо закрыл пепельницу и спрятал ее в карман. Затем так же неторопливо направился к машине. Сергей невольно напрягся. В конце концов, подумал он, полиция в Выру схвачена не только медным королем. Одни и те же полицейские могут работать как на господина Лео Тиилка, так и на господина Тоома. На господина Тоома они могут работать даже охотнее.

– Здрафствуйте, Леша, – наклонился к опущенному стеклу полицейский. – Фы опять нарушили прафила уличного тфишения. Фы двикались по улице с префышением претписанной прафилами твижения скорости. Это есть неправильное решение.

– И что? – нагло спросил Леша.

На этот раз полицейский был неумолим:

– Леша, оттайте мне, пожалуйста, фаши токументы.

Леша улыбнулся еще наглее. Его документы лежали в бардачке машины, он еще вчера забрал их у Лео, но сейчас он ни на секунду не задумался. Не глядя на полицейского, он отрезал:

– Возьми документы у Лео!

– Но штраф, Леша, фы толжны заплатить.

– А кто спорит? – еще более нагло удивился Леша.

– Вы заплатите штраф прямо на месте или мы проетем в участок?

– Ты что такое говоришь? – обиделся Леша, даже не поинтересовавшись размером штрафа. – Как это на месте? Откуда у меня такие теньги? Почему теньги должен платить я?

Полицейский удивился. Он даже не обратил внимания на странный Лешин выговор – теньги. Он только удивленно спросил:

– А кто толжен платить?

– Господин Лео Тиилк, ясно!

Полицейский подумал и махнул жезлом:

– Проесшайте!

Формула успеха

Отчего-то в скачках наших бурных дней… Ставят все не на людей, а на коней…

Машина неслась в сторону границы.

Устроившись на заднем сиденье, Сергей внимательно следил за шоссе. «Чем быстрее мы покинем Эстонию, тем лучше», – подтвердил Валентин его тайные опасения.

– Может, рвануть «козьими тропами»? – покосился Леша.

– Не стоит, – покачал головой Валентин. – Сейчас, конечно, мы можем так проехать, но потом, если понадобится, в Эстонию мы уже никогда не попадем. Закон прост: въехал в страну с отметкой в паспорте, будь добр и выехать с такой же отметкой. Зачем нам нелегальный переход границы?

– Да ладно, – покрутил головой Леша. – Поскольку вы оба водители, а впереди длинная дорога и ночь, то предложение такое. Я еду до упора, а потом заваливаюсь спать. А вы по очереди крутите баранку. Подходит?

– Вполне.

Перед пропускным пунктом выстроилась длинная вереница грузовых и легковых автомобилей.

Ждать пришлось больше часа.

Молчали.