Мистическая Москва. Ключ от библиотеки Ивана Грозного Рождественская Ксения
— Фрагмент стены, — уточнил Андрей Сергеевич.
— Откуда он здесь взялся?
— Виталий хранил его дома.
— Зачем?
— Как зачем? Как историческую ценность. У моих товарищей много подобных штучек.
Люда принялась рассматривать часть кладки.
— А почему она такого странного цвета?
— От старости. Если ее почистить, то она будет красного цвета. Но Виталий не хотел заниматься реставрацией. Он считал, что может повредить фрагмент. А вдруг он рассыпался бы от его действий?
Людмила выпрямилась и мрачно оглядела место происшествия.
— Где ваш товарищ хранил этот камень?
— На шкафу, — он показал куда-то вверх, как раз рядом с тем местом, где лежал Мостовой. — Больше негде. Кусок стены довольно большой, абы где его не положишь. Да и Виталий не хотел, чтобы на него глазели случайные гости.
— Значит, на шкафу, — повторила Люда и перевела взгляд на антресоль.
— Похоже, Виталик решил посмотреть на стену, стал ее вытаскивать, но не удержал, — произнес Сомов и почти с ненавистью посмотрел на серо-бурый предмет.
— Думаю, он был бы доволен своей смертью, — тихо сказал Саша.
— Что вы имеете в виду? — Сомов кинул на него рассерженный взгляд.
— Каждый увлекающийся человек был бы рад закончить жизнь в той стихии, которую больше всего любил.
— Сомневаюсь в этом, — проворчал он. — Бедный, бедный Виталик, — он вновь посмотрел на своего товарища и тихонько всхлипнул.
— А между тем это уже второй ваш друг, — задумчиво протянула Людмила. — И над этим нужно подумать.
— А что тут думать? — взорвался Сомов. — Люди уходят, а вы тут со своими мыслями!
— Заметьте, весьма любопытными мыслями, — ответила она и вновь осмотрела место происшествия. — Похоже, кто-то очень постарался, чтобы ваши друзья отправились на тот свет.
— Что вы имеете в виду? — насторожился Сомов.
— Как вы думаете, какова высота этого шкафа?
— Около двух метров, а что?
— Я бы сказала, немного больше.
— К чему вы ведете?
— Как, по-вашему, Виталий мог достать этот фрагмент, если рядом нет ни стула, ни табуретки? Я сомневаюсь, что он мог бы дотянуться до антресоли, просто стоя на полу.
— И правда… — протянул Сомов и погладил подбородок.
— Значит, в его квартире кто-то был. Тот, кто сначала ударил вашего товарища, а потом достал с антресоли кусок стены и представил все дело так, как будто он сам уронил его себе на голову.
— Вот черт! — прошептал Сомов и опустился на диван.
— Кто знал, что на шкафу лежит кусок кладки?
— Только мы. Я имею в виду нашу компанию. Посторонние люди в его квартире почти не бывали. Да им бы он и не стал показывать эту реликвию.
— О чем и разговор, — кивнула Люда. — У него тоже были вещи из подземелий?
— Были.
— Давайте посмотрим, все ли на месте. Где он хранил ценности?
— Под окном есть тайник. Из всей нашей компании о нем знал только я. Виталий оборудовал его не так давно и на всякий случай сообщил мне: вдруг с ним что-нибудь случится, а он бы не хотел, чтобы ценности навсегда упокоились в бетоне.
Сомов подошел к окну, снял защитный экран с батареи, просунул за нее руку и немного поколдовал. Раздался щелчок, и подоконник отскочил вниз, представив их взору небольшую нишу.
— Вот и все его богатства, — Андрей Сергеевич достал шкатулку и, вытерев с нее пыль, открыл.
Вся компания с любопытством уставилась внутрь. В одном из отделений лежал нож, который они видели уже дважды. Если бы не клеймо, Саша решил бы, что это обычная железяка, а не серебряная вещь восемнадцатого века. В соседнем отделении хранилось с десяток монет разного вида и достоинства. Здесь же лежало несколько документов, в том числе и старинная схема. Бумага, на которой она была изображена, уже пожелтела и местами порвалась, но, в целом, документ сохранился неплохо.
— Все на месте, — сообщил Сомов, осмотрев содержимое коробки.
Люда кивнула и попросила его убрать шкатулку на место.
Сомов кивнул и привел подоконник в первоначальный вид. В дверь позвонили. Андрей Сергеевич нервно дернулся, но Люда сообщила, что это приехала следственная группа, и пошла открывать дверь.
Через минуту комната наполнилась народом. Валентин Петрович окинул помещение профессиональным взглядом, задал Люде несколько вопросов и приступил к работе.
— Мы можем идти, — сообщила она Сомову. — Вы понадобитесь позже, когда у следователя появятся вопросы.
Она забрала у него ключ от квартиры и практически вытолкала за дверь. Всю обратную дорогу Андрей Сергеевич был тих и задумчив. Людмиле приходилось по нескольку раз повторять свои вопросы, прежде чем он понимал, о чем она говорит.
— Да что с вами? — не выдержала она. — Думаете о смерти товарища? К сожалению, ему теперь ничем не поможешь. И в этом в какой-то мере виноват он сам. Подобные увлечения до добра не доводят.
— В ваших словах есть некоторый смысл, — медленно кивнул Сомов. — Но как бы то ни было, этого не случилось бы, если один из наших товарищей не оказался бы настолько беспринципным и жадным, что покусился на самое святое — жизнь друга. Вот что… — он судорожно вздохнул. — Я принял решение. Сегодня вечером мы отправляемся в поход.
— Куда? — Люда захлопала глазами.
— Как — куда? В подземелье. Вы же этого хотели?
— Но вы отказались нас вести!
— Сначала отказался, а теперь передумал. Ну, что скажете?
— Мы пойдем, — быстро ответила она и посмотрела на Сашу и Стаса.
Те переглядывались и растерянно молчали.
— Значит, решено. Приезжайте, как стемнеет, к моему дому. Одежду подберите такую, которую не жалко будет выкинуть. И обувь возьмите подходящую. Не помешают и резиновые сапоги. Да! И захватите какую-нибудь провизию. Мы можем задержаться.
Глава 28
— Людмила Аркадьевна?
— Да, я. А кто это?
Голос, звучавший в машине, был Саше незнаком. Людмиле, по-видимому, тоже.
— Это Буркин, Михаил Степанович. Вы оставили мне свой телефон.
— Слушаю вас, Михаил Степанович.
— Я тут подумал на досуге и решил… В общем, неправильно это, скрывать информацию. Даже если речь идет о твоем лучшем друге.
— Вы имеете в виду Краева?
— Его, Ивана. В прошлый раз я не стал говорить, что узнал человека, изображенного на рисунке.
— А сейчас решили поделиться информацией, так? — в голосе Люды послышалась ирония.
— В целом — так.
— А что изменилось? Кстати, мы и так обо всем узнали. Не вы один можете опознать Краева. Так что зря вы выгораживали товарища. Тем самым вы поспособствовали еще одному убийству.
— О чем вы говорите? — заволновался Буркин.
— Мы только что были в квартире Виталия Мостового. Вам интересно, что мы там нашли?
— Кажется, начинаю догадываться, — хмуро ответил он.
— Вашему другу размозжили голову! И сделал это, по всей видимости, Иван Краев.
— А что бы изменилось, если бы я вчера все вам рассказал?
— Мы могли бы предупредить Мостового. И тем самым предотвратили бы еще одно убийство.
Буркин тяжело сопел в трубку и ничего не говорил.
— Что же вы молчите, Михаил Степанович?
— Я не знаю, что сказать. Да, я виноват. Но я же не знал!
— Не знали чего?
— Что Ваня действительно может оказаться убийцей.
— К сожалению, теперь нет смысла об этом говорить. Двое ваших друзей уже мертвы. Сомов предупрежден, а значит, будет вести себя осторожно. Остались только вы. Вам не страшно?
— Так я, собственно, поэтому и звоню, — перешел на шепот Буркин. — Вчера после вашего ухода мне позвонили по телефону. Нужно сказать, что мне редко кто-то звонит. Я даже хотел отказаться от этой услуги, но потом передумал. Я поднял трубку, сказал «Алло», но мне никто не ответил. Это повторилось несколько раз. Я явственно слышал чье-то сопение, поэтому тишину в трубке никак не мог принять за испорченную линию.
— Но никто так и не отозвался. Я верно поняла?
— Верно. Мне стало не по себе. В конце концов, я слышал, что так действуют квартирные воры, прозванивая квартиры и забираясь в те, где никто не отвечает. Но потом я подумал и решил, что на воров это не похоже. Они бы не стали звонить несколько раз. Достаточно и одного, чтобы убедиться, что хозяева дома.
— Это все?
— Нет, не все, — голос Буркина зазвенел от напряжения. — Ночью я никак не мог уснуть. Ворочался с бока на бок и думал о том, правильно ли я поступил, выгораживая Ивана. Мы давно не общаемся, и он вполне мог стать за это время другим человеком. Кроме того, я замечал, что у него нелады с головой. Он стал ревновать нас к нашему делу, убеждал отказаться от поисков, говорил, что библиотека не может даться в руки абы кому. Мол, она ждет самого целеустремленного, самого честолюбивого. В общем, нес всякую чушь. Иногда мы, конечно, пересекались, но специально не встречались.
— Давайте ближе к делу, — перебила его Люда. — Вы долго не могли уснуть, ворочались с боку на бок и…
— И вдруг услышал, как кто-то возится возле моей двери.
— Что значит — возится? — насторожилась Люда.
— Ковыряется в замке, — пояснил Буркин. — Я потихоньку встал, подошел к двери и прислушался. Точно, кто-то пытался открыть замок. Ну, я принялся шуметь, затопал ногами, позвенел ключами, слышу, этот некто оставил мою дверь в покое, а через несколько секунд хлопнула входная дверь.
— У вас на окнах есть решетки?
— Есть, а что?
— Тогда запритесь получше и никуда не выходите. Может, нам сегодня повезет, и вам не нужно будет больше бояться.
— А что сегодня должно случиться?
— Мы идем на поиски Краева. В подземелье.
— Вы с ума сошли? — Буркин аж поперхнулся.
— Почему?
— Да вы заблудитесь через пару метров!
— Так мы не одни идем, а с Андреем Сергеевичем.
— С Андрюшей?!
— А что вас удивляет?
— Так он уже несколько лет не спускался в подземелье. Завязал.
— Мы смогли его уговорить.
— Что ж, тогда я пожелаю вам удачи. И постарайтесь не упустить Краева, если вы его все-таки встретите. Он может быть очень опасен.
— Спасибо, Михаил Степанович. Вы тоже будьте осторожны. Дверь никому не открывайте, на улицу не выходите, а если что — звоните. Мой телефон у вас есть.
— Я буду сидеть дома до последнего, пока вы не сообщите, что все закончено, — пообещал тот.
— Не могу понять, почему Краев так активизировался, — произнес Стас, когда Буркин отсоединился.
— А что здесь непонятного? — пожала плечами Люда. — Он узнал, что мы интересуемся библиотекой, и стал уничтожать свидетелей, которые могут дать нам какие-то зацепки.
— Но если он и его товарищи столько лет искали и ничего не нашли, как можем мы, люди, никогда не имевшие дела с подобными поисками, отыскать библиотеку?
— Ты же слышал: у Ивана проблемы с головой. Вряд ли он мыслит логически. Скорее всего у него появилась навязчивая идея, и именно от нее он и отталкивается.
— Но тогда получается, что Сомов тоже в опасности!
— Конечно! Но подобраться к Сомову не так просто. Он женат и почти все время проводит с супругой. Да и после двух убийств он станет гораздо осторожнее.
— У тебя есть пистолет? — вдруг поинтересовался Саша.
— Пистолет? — удивилась Людмила. — Вообще-то есть. А почему ты спрашиваешь?
— Думаю, тебе не помешает захватить его сегодня ночью.
— Наверное, ты прав, — кивнула она. — Заскочу в отдел, заберу пистолет из сейфа и заодно предупрежу Валентина Петровича о нашем походе. Чем черт не шутит! А вдруг это мероприятие гораздо опаснее, чем я думаю?! На метро доедете?
— Конечно, доедем, — кивнул Стас.
— Тогда до вечера. Я за вами заеду.
— Как ты? — поинтересовался Стас, заваривая чай.
— Так себе, — вяло ответил Саша.
— Сегодня ты держался неплохо.
— Если бы ты знал, чего мне это стоило!
— Ничего! Скоро все закончится, и ты больше не будешь пересекаться с Людмилой Аркадьевной.
— Что ты сказал? — Саша резко выпрямился и уставился на товарища.
— Я сказал, что скоро все закончится и… — растерянно повторил тот.
— Черт! — Саша застонал и схватился за голову.
— Что случилось?!
— А ведь скоро и правда все закончится. И я больше никогда ее не увижу!
— А разве ты не этого хотел?
Саша окинул Стаса долгим взглядом и медленно покачал головой.
— Я и сам не знаю, чего хочу, — сказал он. — Мне проще владеть собой, когда ее нет рядом, но когда она так близко, что можно достать до нее рукой, я счастлив. Счастлив, понимаешь? Я не могу представить себе, как я буду жить, зная, что больше никогда ее не увижу.
— Это любовь, друг мой, — глубокомысленно произнес Стас и потрепал его по голове. — Тут ничего не поделаешь. Терпи, иначе нельзя.
— Я терплю, — кивнул Саша. — Правда, не знаю, насколько меня хватит.
В квартире раздался звонок, и он вздрогнул.
— Кто это может быть?
Стас пожал плечами.
— Пойду, открою, — сообщил он.
— Только будь осторожен. Вдруг это псих Краев?
— Откуда бы он узнал, где мы живем?
— Мало ли откуда…
Стас направился в прихожую, и через минуту Саша услышал Людин голос.
— Почему не открываете? Я уж думала, что вас нет.
Голос приближался, и через несколько секунд в кухню вошла его обладательница.
Саша замер с открытым ртом. На сей раз Людмила оделась так, как надо. То есть в джинсы и кофту с длинным рукавом.
— Похоже, мне здесь не рады, — усмехнулась она, глядя на изумленную Сашину физиономию.
— Нет, что ты, — с трудом пролепетал он. — Просто мы не ожидали…
— Знаешь, как говорил Карлсон, который живет на крыше, когда точно так же Малыш ответил ему по поводу не испеченного в его честь торта?
Саша покачал головой.
— «Вы должны были надеяться», — ответила Люда и засмеялась.
«Хорошо ей, — уныло подумал Саша. — И на душе, и на сердце. Ей ли не смеяться?»
— Чая нальете? — уже другим тоном спросила она и плюхнулась на стул.
Стас кивнул и включил чайник.
— Я, собственно, почему так рано, — начала она. — Валентин Петрович все еще возится с делом Мостового и в отдел вернется поздно. Мне его ждать не с руки. Да и смысла нет. Дома мне тоже не сидится. Я все время думаю о Краеве и жутко хочу обсудить эту ситуацию. А обсудить не с кем. В общем, я решила приехать к вам, пока у нас есть время. Надеюсь, вы не против?
Саша энергично покачал головой. Стас усмехнулся.
— Вот и замечательно! — обрадовалась Люда и отхлебнула горячий чай. — Какой крепкий! — восхитилась она. — Ненавижу помои.
— Так о чем будем говорить? — поинтересовался Стас.
— Я тут покопалась в архивах, думая отыскать что-нибудь интересное по поводу нашего дела. Но ничего нового не нашла. По Краеву тоже пусто. Зато есть отзывы о Валере и Никите от «благодарных» путешественников.
— И что пишут? — заинтересовался Саша.
— Оказывается, недовольных походами по подземельям гораздо больше, чем тех, кому все понравилось. Один особо недовольный пользователь даже написал про обглоданного крысами мертвеца.
— Только один?
— Похоже, остальные побоялись обнародовать сей факт, чтобы потом не было вопросов, почему они не сообщили в полицию.
— Послушай, а что, если в квартиру Буркина лез вовсе не Краев, а наши парни? Наверняка они знали, что у него хранятся исторические реликвии. Вон, у Мостового даже набор монет оказался.
— И зачем бы им это делать? — хмыкнула Люда.
— Как — зачем? Допустим, они оказались на мели, а желающие спуститься в подземелья попадаются не часто. Вот они и решили подзаработать.
— Это вряд ли, — покачала головой Люда.
— Почему?
— В отзывах есть информация о вчерашней ночи. Судя по ней, Валера и Никита были очень заняты, развлекая многолюдную компанию.
— Жаль, — протянул Саша. — Мне бы не хотелось верить, что Иван Краев покушался на своего товарища.
— Не забывай, что это покушение у него не первое. Двоих своих друзей он уже отправил на тот свет.
— А я знаете, о чем подумал? — вдруг произнес Стас.
— О чем? — Люда с любопытством посмотрела на парня.
— А так ли безобиден на самом деле Андрей Сомов?
— Что ты имеешь в виду?
— Рисунок опознал Сомов, так?
— Ну, так.
— Ключи от квартиры Мостового у него были. А что, если именно он является тем самым злоумышленником?
— Интересно, зачем ему это?
— А вдруг в тайнике Виталия были ценные вещи? Помимо тех, что мы увидели?
— Ему было бы проще вообще не показывать нам этот тайник, — хмыкнула Люда.
— И все же?
— Время покажет.
— Может, поужинаем? — предложил Саша. — Неизвестно, сколько времени займет наш поход. Неплохо было бы подкрепиться.
— Я — за! — тут же подняла руку Людмила. — А что у вас есть?
— Макароны с сосисками, — ответил Стас, заглянув в холодильник.
— Ничуть в этом не сомневалась. Обычно мужчины именно этим и ограничиваются. Ну да ладно. Макароны так макароны. Вы не знаете, почему мне так хорошо? — поинтересовалась она полчаса спустя.
Люда съела все до последней макаронинки и теперь сидела, откинувшись на спинку стула.
— Я как будто дома, у мамы. Хотя мама давно живет за границей, — пояснила она. — Вышла второй раз замуж и укатила.
— Интересное состояние, — хохотнул Стас.
— Слушайте, а может, вы мои братья? Незаконнорожденные. А что? Такое часто случается. Иногда отцы и сами не знают, сколько у них детей.
— Это вряд ли, — покачал головой он.
Саша насупился и исподлобья посмотрел на Людмилу. Братья, как же… Меньше всего ему хотелось бы быть ее родственником!
Глава 29
— Можно вас на минутку? — Любовь Михайловна поманила Люду пальцем.
— Слушаю.
Саша мялся у порога и почему-то очень переживал из-за предстоящего похода. Сомов собирал рюкзак.
— Я хочу попросить вас… — Любовь Михайловна замялась и с тоской посмотрела на мужа. — Андрей Сергеевич вам не сказал, потому что постеснялся, а я волнуюсь за его здоровье…
— О чем не сказал? — удивилась Людмила.
— У супруга уже было два инфаркта. Последний случился всего полгода назад. Собственно, это тоже сыграло роль в том, что он бросил поиски библиотеки. И сейчас я очень переживаю, как он перенесет этот поход, — Сомова перевела дыхание. — Я не стала его останавливать, потому что всегда уважала его решения и его выбор. Но у меня будет к вам просьба — проследите, чтобы он не напрягался. Помогите ему, если в дороге возникнут трудности.
— Конечно, мы обязательно во всем поможем Андрею Сергеевичу. Не волнуйтесь, — Люда взяла ее за руки и тепло улыбнулась.
— Спасибо. И не говорите, что я вас об этом попросила. Андрюша терпеть не может, когда я вмешиваюсь в его дела.
— Ну, я готов, — сообщил Сомов, накидывая ветровку. — К обеду не жди, — улыбнулся он и чмокнул супругу в щеку.
Однако она осталась серьезной. У лифта Саша оглянулся. Любовь Михайловна по-прежнему смотрела им вслед. В ее глазах застыли слезы. Ощущение чего-то нехорошего с новой силой засвербило в его сердце. Но назад дороги нет. Теперь только вперед. А вернее — вниз.
— Езжайте не спеша, — произнес Сомов, когда пол-Москвы осталось позади. — Это где-то здесь. Из-за темноты я плохо вижу местность.
— Вы не боитесь? — почему-то шепотом спросил Саша.
Читать бесплатно другие книги:
