Полоса везения, или Все мужики козлы Вильмонт Екатерина

– То есть? – насторожилась я. Танька способна на самые неожиданные поступки.

– Понимаешь, Машуня, я когда поняла, что ты надолго выбыла из строя, я ему все же позвонила, и он сначала расстроился и сказал, что придется искать другого переводчика. Ну я тут развопилась, что такого переводчика ему днем с огнем не сыскать и все такое прочее, а он говорит, мол, это еще неизвестно, в конце концов, я непрофессионал и твоя подруга, поэтому не могу судить объективно… Тогда я предложила…

– Что ты предложила?

– Ничего особенного! Я сказала, что возьму у тебя уже сделанный кусок и покажу ему. Ну и показала! А он просто в восторг пришел! И обещал ждать!

– Постой, я что-то ничего не пойму. Ты что, была здесь с ним?

– Боже упаси, я что, псих? Я взяла с твоего стола несколько первых страниц, отксерила их и отдала Вере. А она показала их ему. Вот и все.

– И сколько страниц ты взяла?

– Пять. А что?

– Ну если пять, то ничего, – с облегчением вздохнула я. – Тань, а что со мной было-то?

– Ты была в полной отключке! Я к тебе врача вызывала.

– Послушай, а сколько же я так провалялась?

– Трое суток.

– Ничего себе! Тань, а эту рубашку ты на меня напялила?

– Нет.

– Точно?

– Ну я ж не сумасшедшая!

– И цветы, конечно, не от тебя?

– Еще чего! Своих дел невпроворот, и ты тут с гриппом валяешься… Да и с какой стати я буду тебе такие букеты покупать?

– И белье ты не меняла?

– Нет, я, Машка, честно скажу, очень боялась заразиться, – потупилась Татьяна. – Я тебе только мандарины на столике оставляла и чай в термосе. Ну и лекарства, конечно. Но в квартире явно кто-то еще побывал.

– То-то и оно! Я сперва решила, что вернулась Инга, но оказалось, что она еще в Праге. Ничего не понимаю! Здесь кто-то убирал, стирал, делал покупки, а кто это мог быть?

– У кого еще есть твои ключи?

– Ни у кого. Только у тебя и у Инги.

– А Ингина мама не могла?

– Ингина мама? Не смеши меня! Она к родной дочери не подойдет во время гриппа, с чего бы ей разыгрывать тут добрую фею?

– Ой, Машка, как интересно! – Она вскочила и пошла по квартире. А вернувшись, заявила: – Машка, это был мужик!

– С чего ты взяла?

– Чувствую! Причем мужик небедный и нежадный! Колись, подруга, кого ты завела?

– Тань, сама подумай, когда я могла успеть? – улыбнулась я. – И потом, небедный, нежадный, да еще с ключом от моей квартиры? Ох, не нравится мне это! Татьяна, я боюсь!

– Боишься? – задумчиво переспросила она. – А вообще-то и вправду все очень странно. Ой, Машка, надо проверить, у тебя ничего не пропало?

Мы вместе все обследовали, но на первый взгляд никаких пропаж не обнаружили. Даже двести пятьдесят долларов, оставшиеся от аванса, все так же лежали в сумочке.

– Машка, а у твоих бывших мужей остались ключи?

– Да нет, я после развода всякий раз меняла замки. Да и потом, на такие жесты способен только Козлов, а он давно уже живет в Австралии.

– Но Австралия все-таки на этом свете, а не на том. Он вполне мог приехать…

– И первым делом кинулся изображать из себя волшебника? Не смеши меня! Особенно если учесть, как мы с ним расстались…

– Но тогда… Тогда выходит… что это мог сделать только Федор. – В глазах моей подружки отразился неподдельный ужас. – Только он мог взять ключи!

– Татьяна, ты спятила? Ты ничего более идиотского не придумала?

– А вдруг ты – его тайная страсть? Хотя я, наверное, заметила бы… Но Федор ни за что не купил бы хризантемы, он покупает всегда только красные розы. Нет, слава Богу, это не он. И что получается? Машка, это Вырвизуб. Он в тебя влюблен, он небедный и нежадный. Точно, это он!

– Ты сошла с ума!

При одной только мысли, что Вырвизуб хозяйничал у меня в квартире и, более того, переодевал меня, я передернулась от омерзения.

– Но больше просто некому!

– А откуда у него ключи? Получается, что ему их дала ты! – накинулась я на Татьяну.

– Я что, больная? На всю голову?

– Значит, ты ему ключей точно не давала?

– Клянусь богом!

– Нет, поклянись Федором! – потребовала я.

– Да пожалуйста! Клянусь Федором, что не давала никому твои ключи! Ни одной живой душе!

– А Федор? Он не мог дать их…

– Вырвизубу? Он с ним даже не знаком.

– А Вере?

– Вере? – задумалась Танька. – Нет, во-первых, он не знает, где у меня твои ключи лежат, а во-вторых, Веру он терпеть не может… Нет, это исключено. Очень странная история, прямо как в кино.

– Мне лично такое кино не нравится. Кто-то беспрепятственно входит в мою квартиру… Ужас какой-то.

– Да никакого ужаса! Ты что? Это так романтично!

– Ты дура, Танька! Какая романтика? Таинственный незнакомец роется в моих вещах, вот даже рубашку достал, которую я сроду не носила, и, значит, он меня переодевал… И еще белье в машине стирал… Хорошая романтика! Скорее всего, это какой-то маньяк!

– Машка, ты права, это маньяк! Точно, маньяк! Он запросто мог раздобыть ключи, или подобрать, или ловко взломать замок… Надо немедленно звонить в милицию! Немедленно!

– Погоди, Тань, у меня голова раскалывается, – взмолилась я.

– При чем тут твоя голова? А что, если он опять явится?

– Но вообще-то он мне никакого вреда не причинил, скорее, наоборот!

– А если он не причиняет вреда только когда жертва без сознания? Может, ему нужно сопротивление, тогда он ее и убивает. Может, для него самый кайф возиться с бесчувственным телом? Тогда как?

– А зачем цветы и конфеты?

– Вот именно, чтобы ты ничего не подумала… Ой, Машка, а вдруг он тебя трахнул, пока ты без сознания валялась?

– Танька!

– Что – Танька? Что – Танька? Я вот в одном романе читала, как маньяк усыплял женщин, потом их трахал, и они оказывались беременными, и некоторые даже считали, что у них непорочное зачатие… Так что надо заявить в милицию!

– Глупости. Надо просто поменять замки, и чем скорее, тем лучше. Прошу тебя, позвони дяде Грише, пусть купит замки и…

Но тут силы совсем оставили меня. Все-таки я была еще очень слаба. Татьяна, однако, свое дело знала. И через два часа у меня уже были новые замки. Благо дядя Гриша, симпатичный пенсионер и мастер на все руки, жил в соседнем доме и всегда был готов прийти на помощь за весьма скромную плату. Пока он возился с замками, я спала крепким сном, а проснувшись, почувствовала себя куда лучше.

– Машка, ты правда не хочешь в милицию обратиться? – снова завела Танька.

– Да меня же там на смех поднимут. И вообще… Я думаю, не сегодня завтра все прояснится. Уверена, это Ингины штучки…

– Но она же в Праге!

– Ну и что? Поручила кому-нибудь… Она может…

– Раз так, то и замки менять не стоило!

– А если не так?

– Ну все, Мария, мне пора!

– Что это ты вдруг меня Марией зовешь? В предвкушении непорочного зачатия, что ли?

– Дошутишься, дура! – И с этим подруга удалилась.

Думать обо всем происшедшем не хотелось. Хотелось только спать.

…Утром я проснулась и сразу все вспомнила. Но опять ничего не поняла. Поднявшись с кровати, я обошла квартиру и не обнаружила ровным счетом никаких перемен. Так же стояли в вазе хризантемы, и вообще все было так же. Ощутив даже некоторое разочарование, я поставила чайник и прислушалась к себе. Мне явно стало лучше, хотя еще пошатывало и голова кружилась. Ничего, сегодня отлежусь, а завтра с утра сяду за перевод. Я с удовольствием позавтракала деликатесами, которые оставил таинственный незнакомец, улеглась на диван в большой комнате и включила телевизор. Хорошо иногда поболеть в свое удовольствие!

И все же мысли мои то и дело возвращались к загадочной истории. Танька предполагает всякие ужасы, а я теперь уверена, что ничего страшного в этом нет. Наоборот. Просто со мной случилось чудо. Я всю жизнь подсознательно ждала его, и вот оно произошло. Идиотка, одернула я сама себя. Такие чудеса в сорок лет не случаются. К сорокалетним, трижды разведенным дамам обычно принцы не являются, и уж во всяком случае не столь таинственно. Скорее всего, это просто недоразумение.

А вдруг это был кто-то из прошлой жизни, кого я попросту забыла, какой-нибудь бедолага, когда-то в меня влюбленный? Допустим, но как он мог сюда попасть? Чушь какая-то!

Нет, это судьба хочет разубедить меня в том, что все мужики – форменные козлы. А как, спрашивается, у меня могло бы сложиться иное мнение о них, если мой первый муж носил фамилию Козельков, второй был Козлитин, а третий попросту Козлов? Я уж не говорю об их поведении и привычках! И не то чтобы я была мужененавистницей, отнюдь, но уже никакие кретинские поступки представителей сильного пола удивить меня не могут. Поэтому, когда кто-то из подруг начинает жаловаться на мужа или любовника, я всегда отвечаю им так: «Что ты хочешь от мужиков, они все до одного козлы, в большей или меньшей степени».

Из задумчивости меня вывел телефонный звонок.

– Машка, как твое здоровье? – осведомилась Татьяна.

– Лучше.

– Машка, я все поняла!

– Что ты поняла?

– Ну, про таинственного незнакомца! Это Костя!

– Костя? – поразилась я.

– Больше просто некому. А он такой, он вполне способен!

Костя – мой старший брат, правда, он живет в Петербурге, но не так уж редко бывает в Москве. И он, действительно, способен на красивые поступки. Да, похоже, больше некому!

– Татьяна, ты гений! В мою больную голову это не пришло.

– У него есть твои ключи?

– Конечно, есть!

– Вот видишь, как все просто! Хорошо, что ты не дала мне обратиться в милицию. Но вообще-то немножко жалко…

– Тебе жалко, что это Костя, а не таинственный незнакомец? – засмеялась я.

– Именно! А тебе, что ли, не жалко?

– Жалко, Татьяна, еще как жалко! Но приятно, что это не маньяк и мне не грозит сумасшествие из-за непорочного зачатия.

– Ну, судя по шуточкам, тебе явно лучше. В таком случае садись за работу, не стоит злоупотреблять добрым отношением Вырвизуба. Он тебе еще пригодится.

– Танька, по-моему, ты от этой истории все-таки немножко сдурела. Я когда-нибудь нуждалась в твоих нотациях, чтобы сесть за работу?

– Ладно, не злись. У тебя там еще есть еда?

– До фига и больше.

– Тогда все. Только не забывай хотя бы два раза в день пить растворимую аскорбинку!

– Слушаюсь!

– Ну пока!.. Маш!

– Какие еще распоряжения будут?

– Маш, ты все же позвони Косте, – посоветовала подруга. – А то мало ли… Сообщи ему, что у тебя новые замки…

Я хотела сразу позвонить в Питер, но сообразила, что брат уже на работе, а беседовать с его супружницей мне вовсе не хотелось. К тому же он вряд ли посвятил ее в эту историю. Ничего страшного, позвоню вечером. И села за работу. Голова еще плохо соображала, но я пересилила себя и все-таки продвинулась вперед. Через два часа меня неудержимо повлекло в постель, и я сразу уснула. Проснулась от телефонного звонка.

– Маша, детка, куда ты пропала? – услышала я нежный голос своей тетушки Елизаветы Михайловны.

– Ох, Лиза, у меня грипп!

– Но почему же ты не сообщила? Я бы к тебе приехала, помогла… Как ты там одна?

– Да ничего, уже лучше, Татьяна меня опекает, и Костя заезжал…

– Костя? – в голосе ее прозвучало крайнее недоумение. – Когда?

– Ну, я точно числа не помню…

– Но Костя уже больше двух недель в Америке! Это более чем странно.

– В Америке? – упавшим голосом переспросила я. – Ты уверена?

– Еще бы! Маша, в чем дело?

– Если бы я знала!

– Когда у тебя был Костя?

– По-видимому, это был не Костя…

– Что за чушь? Ты что, родного брата не узнала? Маша…

– Я его не видела, но я предположила…

– Ну, вот что, Маша, я ровным счетом ничего не понимаю, кроме одного. Ты нуждаешься в помощи. Я скоро буду! – решительно заявила тетушка и бросила трубку.

Честно говоря, я страшно обрадовалась. Мне ведь предстояло снова мучиться догадками, а вдвоем с тетушкой это куда приятнее, тем более что она даже лучше, чем я, помнит мои любовные истории.

Не прошло и часа, как в дверь позвонили.

– Машенька, что за вид! Ты отощала! Вот тут грейпфруты, они тебе сейчас необходимы! Витамин С прежде всего! Я тебя не целую, ты еще можешь быть заразной. Ты сегодня хоть что-нибудь ела? О, да у тебя в квартире порядок! Господи, какие хризантемы! Откуда, Маша? – она многозначительно улыбнулась мне.

– Я думала, что от Кости.

– Позволь, что значит ты думала?

– Это значит, что я понятия не имею, кто принес эти цветы, эти конфеты, кто тут хозяйничал и наводил порядок. Если не Костя, то я уже не знаю, что и думать!

Она в ужасе уставилась на меня:

– Ты хочешь сказать, что ничего не помнишь?

– Абсолютно! Начисто!

– Это Инга!

– Инги нет в Москве!

– У кого есть ключи от твоей квартиры?

– Теперь уже ни у кого, кроме Таньки. Я поменяла замки.

– Слава богу! Хоть один разумный поступок! Вот что, детка, расскажи мне все с самого начала. Попробуем разобраться вместе.

– Что ж, попробуем, – согласилась я и поведала любимой тетушке все, что знала сама.

– Но это же страшно романтично! – всплеснула руками она. – Просто невероятно! Неужели ты настолько приземленный человек, что не ощущаешь всей прелести?

– Всей прелести не ощущаю, – призналась я. – Меня слишком смущает выстиранное белье и вообще… Меня кто-то переодевал, я ничего не помню. И это мне совсем не нравится. Если бы все ограничилось цветами и конфетами, дело другое, а так…

– Да, может, ты и права, – задумчиво покачала головой тетушка. – А что, если их было двое?

– То есть? – насторожилась я.

– Ну, предположим, здесь были мужчина и женщина. Она занималась тобой, стирала-убирала, а его послала в магазин за продуктами и цветами. Может такое быть?

– В принципе может быть все… Но кто эти мужчина и женщина?

– Какие-нибудь твои друзья.

– Но как они сюда попали?

– Ты же сама их и впустила, только не помнишь этого.

– Амнезия, что ли? – фыркнула я.

– Никакая не амнезия, просто ты была с очень высокой температурой и совершенно ничего не помнишь. Ты открыла дверь, они увидели тебя в таком состоянии и решили помочь.

– Тогда почему они не оставили никаких следов? Могли хотя бы записку написать, мол, мы, такие-то, были тут…

– Может, они заторопились или решили таким странным образом подшутить над тобой. Мало ли что бывает. Возможно, это добрые, но не слишком умные люди.

– Да уж… Сроду не оказывалась в более идиотском положении.

– И у тебя нет даже никаких версий, кто бы это мог быть?

– Ни малейших. Все мои знакомые либо слишком умны, либо слишком бедны для подобных выходок. Сказать по правде, Лиза, мне это совсем не нравится. К тому же теперь еще Татьяна в курсе, а у нее никакие секреты не задерживаются. Так что в результате еще начнут говорить, что это я сама себе все устроила, чтобы напустить таинственности. Что я, наших баб не знаю?

– Ну, это не беда, тут есть простейший выход.

– Какой?

– Татьяна предположила, что это дело рук Кости?

– Ну да.

– Вот и отлично. Скажешь ей, что все выяснилось и это действительно был Костя. По дороге в Америку. Тогда обсуждать это станет неинтересно и вскоре все обо всем забудут.