Большой Сочи: история Кавказа Андреев Александр

В возвышенной части Побережья встречаются широкие котловины, так называемые «поляны», замечательный по красоте местоположения и отличающиеся превосходным климатом, как Красная Поляна (Романовск), Аибгинская по р. Псоу, поляна в ущелье р. Мзымты возле гор Ачишхо, Медовьевская и т. д.

II.

Черноморское Побережье но климату распадается на две части: северо-западную до реки Аше – более холодную и сухую, и юго-восточную – более теплую и влажную. Резкой границы между этими частями нет, переход происходит постепенно.

Северо-западная часть Побережья, слабо защищенная с севера горным хребтом, находится в климатическом отношении под влиянием норд-оста – сухого, в зимнее время холодного северо-восточного ветра из-за гор, норд-ост (бора) дует довольно часто во все времена года, но весьма значительной силы он достигает лишь в холодный сезон, преимущественно в начале зимы и иногда весной. При этом он свирепствует с наибольшей силой и иногда производит опустошения в районе Новороссийской бухты, по мере же удаления от нее на юго-восток он постепенно ослабевает, а южнее р. Аше характер ветров, дующих из-за гор, совершенно меняется.

В юго-восточной части Побережья ветры из-за гор, являются в зимнее время теплыми и весьма сухими, в особенности у подножия гор, например в Гаграх, где температура при таких ветрах в декабре, январе и феврале иногда поднимается до + 25 °C и даже выше. Тогда как при ветрах с моря зимой на всем Побережье от Новороссийска до Батума температура бывает почти одинаковая, при ветрах из-за гор в Новороссийске бывает значительно холоднее чем в юго-восточной части Побережья.

Отрицательные стороны норд-оста в северо-западной части Побережья проявляются почти исключительно в холодный сезон, в остальное же время перевешивает его большое значение как отличного дезинфектора. Он быстро просушивает почву, проветривает леса и вентилирует, застойный воздух в низких и густых зарослях.

По средней годовой температуре юго-восточная часть Черноморского Побережья приближается к климату Побережья Средиземного моря, отличаясь от него несколько более холодной зимой.

На Черноморском Побережье по средней годовой температуре первое место занимают Гагры с такой же теплой зимой, как и Батум с его окрестностями.

В Гаграх средняя температура выше чем в Сочи и Сухуми не только в холодный сезон, но и летом, причем в тоже время в Гаграх воздух бывает несколько менее насыщен водяным паром, чем к северу и к югу от них.

Средние температуры августа (по новому стилю) на Побережье (23–24,5 °C) вообще весьма мало отличаются от средних температур июля (23–24°), тогда как средние температуры июня градуса на 3 ниже июльских; с другой же стороны средние температуры за каждый из месяцев июнь, июль и август мало разнятся на всем Побережье.

Напротив, в декабре, январе и феврале разница между средними температурами для северо-западной и юго-восточной частей Побережья довольно значительна, она достигает 5–6 °C.

Период морозов даже в северо-западной части Побережья непродолжителен, в юго-восточной же части случаются зимы без мороза, в особенности в Гаграх, Батуме и Сочи.

В Батуме ни разу не наблюдали температуры ниже -8 °C, в Сухуме ниже -14 °C, в Сочи ниже -16 °C, в Новороссийске ниже -27 °C.

Суточные колебания температуры на Побережье, в особенности в юго-восточной его части, незначительны, меньше чем в Крыму и на Французской Ривьере. Морские бризы умеряют летнюю жару.

Влажность воздуха и количество осадков возрастают по направлению с северо-запада на юго-восток, достигая максимума в Батуме и его окрестностях, где выпадает около 2500 миллиметров осадков. Ни в других местностях России, ни по берегам Средиземного моря нигде не выпадает столько осадков. В Европе лишь в нескольких пунктах осадков выпадает больше указанного количества. На северо-западе Черноморского Побережья, в Анапе, годовое количество осадков около 425 мм.

Количество осадков возрастает не только с северо-запада на юго-восток, но и по склонам гор до некоторой высоты (около 2000 метров над уровнем океана).

Дожди выпадают нередко очень обильные, напоминающее тропические ливни, а после них сразу наступает ясная солнечная погода.

В среднем за год наименьшая облачность наблюдается в районе от Туапсе до Сочи (около 50 %); она увеличивается как к северо-западу, так и к юго-востоку отсюда, но в Анапе она меньше чем в Новороссийске и Туапсе. Подобное же соотношение наблюдается и в отдельные месяцы, причем однако в летние месяцы разница незначительна от Анапы до Сухума и почти вдвое больше облачность в Поти (в июле в Туапсе и Сочи 33 %, в Поти 62 %).

В соответствии с облачностью в зимние месяцы почти одинаково мало бывает солнечных часов по всему Побережью; летом в Туапсе и Сочи значительно больше солнечных часов, чем в Батуме и больше чем в Сухуме.

Особенно выделяются по числу солнечных часов на большей части Побережья август месяц нов. стиля (Туапсе 84 %, Сочи 79 %, Сухум 80 %) и вообще вторая половина лета; осенью солнце светит значительно больше чем весной.

Соответственно с температурой воздуха, на Побережье не наблюдается значительных и быстрых колебаний температуры морской воды, как это бывает в Крыму и в окрестностях Одессы. Вообще купальный сезон здесь устойчивее и продолжительнее, захватывает почти весь ноябрь месяц, начинаясь в некоторых местах с апреля.

В общем Черноморское Побережье по климату следует отнести к теплым приморским местностям, как Французская Ривьера, восточный берег Адриатического моря, юго-восточный Китай и др. Средняя и южная части Побережья должны быть отнесены к субтропическим местностям, в которых сохранились, благодаря не слишком жаркому лету и теплой зиме, представители растительности третичной эпохи.

Южная часть Кавказского Побережья имеет все данные для возникновения здесь хороших зимних климатических станций, главным образом для туберкулезных. Зима этой части побережья теплая и мягкая; осень и весна прекрасны.

Средина Черноморского Побережья Кавказа – от Туапсе до Гагр, – не имея такой теплой зимы, как в Сухуме и Батуме, обладает, однако, дивной осенью и потому считается пригодной для осенних и осенне-зимних лечебниц. В летние же месяцы климат северного Черноморского побережья лучше южного, и здесь – место для прекрасных летних климатических станций.

Столь благоприятные климатические данные, в сочетании с могучей природой южного моря, девственных лесов и причудливо раскинувшихся гор, создают из Черноморского Побережья Кавказа один из самых привлекательных уголков России и во многом поспорят с заграницей. Несомненно, в короне России – это прекраснейшая жемчужина и одна из самых драгоценных, так как этот край не имеет себе равного по роскоши природы и теплому влажному климату.

Еще с древних времен роскошный «золотой» берег Кавказа, омываемый теплой лазурной волной, раскинувшийся под горячим южным солнцем, привлекал к себе восхищенные взоры народов, а в настоящее время на этот благодатный берег «пламенной Колхиды», по выражение поэта, стремятся многие и многие, чтобы найти отдых, успокоение или исцеление, или прикоснуться к торжественной, вечно радостной, вечно зеленой природе.

III.

В ботаническом отношении Черноморское Побережье Кавказа представляет одну из замечательных областей нашего отечества по богатству и разнообразию растительности, что обусловливается климатическою особенностью, условиями рельефа и почвенного покрова. По естественному своему характеру эта часть Кавказа может быть отнесена к двум ботаническим областям: к так называемой Крымско-Новороссийской и Понтической.

Действительно, северная часть Побережья представляет вообще по своей природе много сходства с флорой горной лесной части Крыма.

Полуостров Абрау, лежаний у северной окраины Черноморской губернии, представляете начало тёх обширных лесов, которыми одето наше Черноморское Побережье до своего крайнего юга, лесов, поражающих яркостью своей листвы и разнообразием тонов зелени.

Леса между Абрау-Дюрсо (знаменитым удельным имением, славящимся своими виноградниками и выделкой шампанского) и Новороссийском одевают яркой каймой зелени все склоны гор. В долинах раскинулись возделанные поля, виноградники, а выше лесов, на вершинах гор – пышная степная растительность крымского типа.

Окрестности Новороссийска, кажущиеся на первый взгляд столь бедными растительностью, в сущности замечательны разнообразием растений и древесных пород, родственных флор Крыма. Особенно обращают внимание в этом районе леса древовидных можжевельников, которыми покрыты склоны гор, обращенных на юго-запад. Большое количество ярких крымских горных трав одевают склоны высоких хребтов (до 500 саж. высотой), тянущихся от Новороссийска к Геленджику в некотором расстоянии от моря.

Ближе к морю, уже к западу Кабардинки, горные склоны, обращенные к морю, одеты лесом из приморской сосны, весьма близкой той сосне, которая встречается на Французской Ривьере и в Италии и всюду на берегах Средиземного моря. Если мы удалимся от моря по направлению к горам, ограничивающим с востока Черноморское Побережье, то увидим, что вся местность покрыта лиственными лесами, местами сильно истребленными человеком; тут весьма обычный пушистый дуб, ясень, грабовник, скумпия и держи-дерево. В тенистых долинах и оврагах встречаются еще граб, липа, ольха, кизил, клен, дикий жасмин и множество вьющихся трав вроде хмеля, ломоноса, смилекса, переплоки и вьюнков, заплетающих деревья и образующих трудно проходимые дебри. Склоны гор одеты бедным черноземом, который на ровных местах образует небольшие степные участки. Местами на той степи встречаются (как например, у Геленджикской бухты) небольшие дубовые или ясеневые дубравы; иногда местность сплошь покрыта зарослями держи-дерева, дикого жасмина и бирючины.

Из числа ценных пород встречается здесь дико-грецкий орех, часто разводимый в местных садах; одно из замечательных по размерам деревьев ореха, имеющее возраст в несколько сот лет, растет в саду лечебницы Сине-море, что у Фальшивого Геленджика.

У Джанхота чудные сосновые боры от моря уходят вглубь гор. Южнее к ним примешивается крымская горная сосна, очень распространенная в горах около Архипо-Осиповки и немного южнее до Джубги. Это служит также одним из доказательств сродства этой флоры с флорой Крыма.

Ближе к водоразделу между Кубанской областью и Черноморским побережьем встречается наша северная сосна. Вдоль этого водораздела во многих местах вершины гор безлесны и покрыты богатыми степными пастбищами. Местами здесь травы достигают пояса человека. В области этих вершин появляется бук, который, постепенно спускаясь с гор, примешивается к широколиственному лесу и уже южнее Джубги около Ново-Михайловского спускается вниз в береговые леса.

В этом районе проходит граница между Новороссийско-Крымской флорой и Понтической. Отсюда появляется в лесах уже клен-явор, каштан, а в береговых ущельях – фиговое дерево.

Мощные буковые и каштановые леса встречаются в истоках реки Псебе, Небуга и Агой. Местное население Туапсинского района имеет доходный промысел сбора каштана осенью, а летом дикой черешни – одной из красивейших древесных пород широколиственного леса.

В районе Туапсе в горах появляется нордманова пихта и кавказская ель, образующие мощные леса в вершинах гор, на высоте 4000 футов. К долине Псезуапсе пихты достигают иногда двух-аршинного диаметра при соответствующей высоте. В тени лесов обитают вечнозеленые плющи и некоторые другие не сбрасывающие листья травы и кустарники.

В береговой полосе Сочинского района встречается вечнозеленый лавр, местами образующий значительные заросли и немного южнее становится обычной другая вечнозеленая порода – самшит (кавказская пальма), одна из весьма ценных древесных пород, ныне сильно истребленная хищнической вырубкой.

Реки сочинского района Мзымта и Псоу берут начало в альпийской области гор на высотах около 8 тыс. футов, среди богатейших альпийских лугов. Если проехать от Побережья 56 верст по шоссе (из Адлера), легко попасть в область гор, одетых такими лугами. Уже около местечка Красной Поляны (Романовск) горы Ачишхо и Аибга в вершинах своих покрыты пышной альпийской флорой, замечательной по яркости цветов и изобилию крупных растений. Эти альпийские луга располагаются выше полосы хвойного леса из пихты и ели на высоте около 8000 футов. На лугах встречаются заросли рябины, горной смородины и рододендрона.

Такая же растительность господствует и на горах около истоков Мзымты и на вершинах гор в бассейне р. Бзыби, где замечательные хвойные леса окружают горные озера Большая и Малая Рица.

Флора Побережья от Гагр до Сухума принадлежит к типичной флоре Колхиды. Тут сохранилось множество растений травянистых и кустарных, весьма древнего типа, сохранившихся со времени третичной эпохи. Обилие известковых почв создает условия для существования в этой части Побережья совершенно другой растительности. Тут можно встретить ряд растений, ближайшие родичи которых встречаются в Индии, субтропическом Китае и Японии. Батумское побережье, обильное влагой, представляет наиболее теплую область Российской Империи.

В то время, когда на севере Побережья бывают в некоторые годы снега, иногда значительные морозы, вся средняя и южная часть Побережья является областью вечнозеленых пород. В Батуме зимой масса всевозможных цветов, розы на Сочинском, Сухумском и Батумском побережьях цветут круглый год.

Все Побережье разделяется на ряд сельскохозяйственных районов. Северная часть Побережья область культуры винограда, миндаля, туапсинский район область культуры абрикосов, груш, яблок и сочинский – слив, весь район от Гагр на юг область культуры мандарина, апельсина и отчасти лимона и хурмы. Тут превосходно растут крупные пальмы, магнолии, эвкалипты и многие другие растения субтропической флоры. В районе Сухума особенно хороши мандарины, а в Батумской области замечательны чайные плантации, мандарин, апельсин, лимон и древовидных бамбуков, достигающих огромных размеров.

Культуры полезных растений Черноморского Побережья имеют блестящее будущее; виноградники Новороссийского района дадут нам превосходные вина, средний район – богатые урожаи фруктов, а южный район с его культурами померанцевых растений, обогатит нас превосходными сортами табака, чая и тропических фруктов. Трудно даже сказать, насколько велики здесь перспективы на будущее, в смысле возможности введения в этом крае полезных растений из всех стран света, за исключением растений чисто тропических.

IV.

Животный мир Побережья до настоящего времени мало изучен.

Из млекопитающих, которых в списке К. А. Сатунина отмечено 64 вида, встречаются медведи, олени, кабаны, куницы, лисицы, шакалы, пены, дитя кошки, зайцы, белки, ежи, мыши и проч., а из морских – три вида дельфинов, которых турки поздней осенью бьют из ружей для вытапливания жира. Чрезвычайно редко сюда заходит случайно с северного склона Кавказского хребта зубры, но видеть их здесь удается лишь немногим счастливцам.

Пернатое население Побережья составляют около 300 видов птиц. Из крупных хищных птиц здесь водятся несколько видов орлов, большое количество ястребов, приносящих большой вред занимающимся птицеводством, филины, совы и проч. Из певчих: кавказский соловей, дрозд, щегол, жаворонок и др. Из птиц, интересующих, охотников: гуси, утки, вальдшнепы, бекасы, перепела, которые в северной части Побережья (Анапа, Геленджик) и на Пицундском мысу скопляются иногда в колоссальном количестве, горный индейки. Раньше в значительном количестве встречались фазаны, особенно в северной части Побережья (Анапа-Джубга), но они были истреблены охотниками и в настоящее время встречаются как редкость, главным образом в долине реки Риона. Затем на Побережье встречаются ласточки, воробьи, вороны, удоды, щуры, кукушки, пеликаны, гагара; из водяных – чайки, мартышки, бакланы и проч.

Рыбы Черноморского Побережья заслуживают особенного внимания и особенной заботы, так как с развитием Побережья в лечебном отношении рыбные богатства края будут иметь важное значение в вопросе питания как местного населения, так приезжих больных и туристов. К сожалению, в настоящее время рыболовство на Побережье не регулируется, лов производится беспорядочно и потребление рыбы идет очень быстро; многие виды рыбы исчезают на наших глазах. Из пресноводных рыб на Побережье имеются: форель, чрезвычайно вкусная и дорогая рыба, карась, сазан и др.; из водящихся в устьях рек: осетр, севрюга, белуга; из морских особенно замечательны, имеющие промышленное значение: кефаль, барабулька, камбала, бычки, сельдь и другие. Около Гудаут производится ловля устриц, отличающихся хорошим вкусом и величиной. При некотором заботливом отношении устричный промысел мог бы развиться, и устриц можно было бы поставить в большом количестве на рынки Петрограда, Москвы и других больших городов.

Из пресмыкающихся встречаются два вида черепах (речная и сухопутная), свыше десяти видов ящериц, из которых некоторые отличаются чудной окраской (Lacerta viridis Laur.), и свыше 10 видов змей, большею частью, к счастью, не ядовитых. Земноводных до 10 видов – лягушки, жабы, тритоны.

Насекомые Побережья оставались совсем неизученными и лишь в самое последнее время появились работы, которые дают возможность характеризовать фауну по некоторым отрядам насекомых. Ядовитых насекомых на Побережье встречается не много – в северной части приезжие боятся сколопендр, на юге скорпионов, но первые не так вредны, как имеют неприятный вид, укусы же скорпионов Побережья не особенно опасны и случаются редко. Гораздо большее значение имеют комары onofeles, которые являются носителями малярии, прививаемой людям посредством укусов. Многие насекомые Черноморского Побережья встречаются только здесь особенно много эндемичных видов среди жужелиц.

Моллюски Побережья представляют одну из самых интересных частей палеарктической фауны, так как изобилуют красивыми и интересными видами, при чем 5/6 их эндемичны. Это настоящее царство наземных моллюсков, особенно же слизней. До настоящего времени известно до 180 видов моллюсков (каталог Сатунина), но, несомненно, их гораздо больше.

V.

Ископаемые богатства Черноморского Побережья мало исследованы, но, по-видимому, представляют неисчерпаемые богатства. В настоящее время известны залежи цемента (в окрестностях Новороссийска, Геленджика и Туапсе). Каменный уголь встречается в большом количестве и прекрасного качества на юге Побережья, начиная от Гагр. Особенно же богаты месторождения тквибульские, ткварчельские и в котловине горы Дзышра-Абаху, медных руд в виде колчедана, иногда куприта, красной медной руды и серного колчедана имеется много в Батумской области. По анализам руды эти заключают в себе от 8 до 20 % меди и до пяти граммов золота на тонну руды. Затем имеются месторождения серебросвинцовых и цинковых руд. Особенным богатством отличаются месторождения горы Дзышры-Абаху, принадлежащий П. А. Синельникову. Колоссальной мощности пласты отличаются большим процентом, содержащегося в породе металла: свинец от 75 до 89 % и цинк от 75 до 89 %, гемотид 91,1 %. Далее следуют железо, сера, мрамор, графит и другие менее ценные минералы.

На Побережье имеется громадное количество минеральных источников, частью исследованных, а в значительной части еще ждущих своего исследователя. Более известны источники серных вод в долинах реки Мацесты и Агуры, к югу от Сочи, по течении р. Мзымты, около Батума и в Сухумском, округе, углекислые, а также, железистые – на Красной Поляне, соляный – близ Михайловского перевала в 20 в. от Геленджика. Близ Анапы в Семигорье имеется семь выдающихся йодисто-щелочных источников, являющихся единственными по чистоте минерализации, щелочности и количеству йода.

История

Черноморское Побережье Кавказа было известно историкам-летописцам в глубокой древности. Так еще в мифологии говорится о путешествии аргонавтов с Язоном во главе в Колхиду в поисках за Золотым Руном.

Чудесная страна колхов, согласно этому мифу, лежала при устье р. Фазиса (Рион).

Сношения исторических народов с Черноморским Побережьем Кавказа существовали задолго до христианской эры. Еще до путешествия аргонавтов и похищении Язоном Золотого Руна и Медеи, а также ранее времен Ассирийской империи и Семирамиды, египетский царь Сезострис покорил страну колхов и оставил в ней на жительство часть своего войска, потомки которого и составляли в дальнейшем население Колхиды и назывались лазами.

За несколько веков до Р. X. страна Колхов или Лазов неоднократно упоминается в преданиях и летописях, главным образом, у греков и римлян. В Библи повествуется о том, что родоначальник чанов (лазов) Тубам – Каин впервые добыл медь в Мургульском ущелье (Зачорохский край). Действительно, в Мургульском ущелье были найдены бронзовые рабочие и боевые топоры. Таким образом Лазика явилась колыбелью горно-заводской деятельности древности.

Колхида упоминается, как известно, в самом начале Эсхиловского «Освобожденного Прометея». К границам колхиды подходили войска Александра Македонского. Одна из городских общин древней Греции – Милет, выделившая из своего состава до 300 общин и колонизовавшая почти все берега Черного моря, имела многочисленные колонии и на Кавказском Побережье. Город Бата (Батум) был известен древним грекам и, по преданию, из Батума происходил, родом знаменитый оратор Демосфен.

С образованием Римской империи граница ее простиралась до Лазики или Колхиды, которая, по описание византийских авторов, была расположена на р. Боас, берущей свое начало в Армении и при вступлении в пределы Иберии, принимающей название Фазиса и под этим названием втекающей в правый угол Понта Эвксинского.

Во время Митридатских войн, в 65 г. до Р. X., Помпей Великий вторгся в Лазику, разорил страну и увел население в плен. В 59 г. при возвращении в Рим Помпея Великого за его триумфальной колесницей, вместе с Фарнаком, сыном Митридата, Аристовулом, царем иудейским, и 20 иберскими князьями, шли также и цари лазов или колхов.

В дальнейшем судьба Колхиды тесно связана со всеми перипетиями ожесточенной борьбы между персами и римлянами а впоследствии византийцами. Неоднократно страна становится ареной губительнейших войн и подпадает под жестокое иго то персов, то римлян, а затем византийцев. При Юстиниане I, императоре византийском для борьбы с персами в углу Понта Эвксинского основывается город и крепость Петра. Город Петра подвергается жестоким осадам, долго переходит из рук в руки и, наконец, разрушается противниками до основания.

К этому же времени относится прочное утверждение христианства на Побережье. По преданию, первыми провозвестниками христианства на Черноморском Побережье Кавказа были апостолы Андрей Первозванный и Симон Каннонит, он же Зилот, погребенный после, мученической кончины в пещере, на берегу р. Псырть-цхи (где Ново-Афонский монастырь).

По прошествии двух столетий, когда христианство становится на Побережье господствующей религией, Юстинианом I был воздвигнут в резиденции католикоса абхазско-имеретинской епархии в Пицунде, древнем Питиусе, великолепный храм, подобный св. Софии в Византии. В это время все Побережье покрывается множеством церквей и монастырей, развалины которых во многих местах, сохранились доныне. В 959 г. в городе Фазис (устье Риона) проживал самостоятельный митрополит Лазской епархии. В XI и XII столетиях, когда имеретинские цари были в то же время царями Абхазии и Грузии, наступил расцвет христианства на Побережье. К этому времени также относятся постройки многих христианских храмов, развалины которых находятся в Сухуми, Драндах, Илори, Гаграх, Лыхнах и многих других местах.

Во времена Византийской империи Побережье Кавказа, на котором кроме Лазики в то время числится самостоятельное Абхазское царство, претерпевает неоднократные и опустошительные нашествия со стороны сарацинов (в VI в.). арабов (в 695 г. во время восстания лазов), татар (хазаров или скифов, в XII в.).

В XIII столетии при Михаиле Палеологе сношения с Византией становятся настолько частыми и тесными, что Михаил Палеолог счел нужным породниться с правителем Лазики Иоанном, выдав за него замуж свою дочь Валериану (в 1281 году).

В это время и до XV столетия Побережье Кавказа было густо населенной страной с высокой по тому времени культурой. Многочисленные греческие колонии были расселены по цветущему берегу моря у красивейших бухт, в которые заходили корабли из всех стран. Особенно частыми гостями, а иногда и колонизаторами Побережья, были генуэзцы (в XIV в.), эти неутомимые пленители моря, сменившие древних финикиян. Черноморское Побережье лежало на пути в Персию и Индию, и, вполне естественно, являлось одним из важнейших пунктов мировой торговли.

В Диоскурии (Сухуми) кипела торговля. Привозили свои товары жители Абхазии, Самурзакани, Мингрелии, Джигетии, убыхи и, главным образом, северо-кавказцы, куда от Сухума пролегал путь по течению верхних притоков Кубани.

В южной части сохранились до сих пор мощеные громадными плитами караванные дороги от Макриальской бухты внутрь Колхиды, и много полуциркульных каменных мостов чудной работы греков и генуэзцев.

Но, с падением Византийской империи, вновь наступила тяжелая пора для Побережья Кавказа. В XV веке Колхида, Абхазия и все Побережье были покорены мусульманскими полчищами Магомета II. С турецким, владычеством постепенно ислам стал заменять христианство, колонии и монастыри начали приходить запустение и разрушаться, торговля надолго заглохла и спустя столетие от прежней культуры края остались одни развалины.

Прошли еще столетия, прежде чем возникла и более или менее окрепла новая культура, носителями которой явились местные горские племена, принявшие мусульманство. Постепенно в крае, получила широкое применение интенсивная садовая культура, возникли новые или были восстановлены старые прибрежные города и народилась торговля, впрочем, не достигшая большого развития.

К концу XV и началу XVI столетия относятся первые сношения русских с горцами-мусульманами, впоследствии перешедшие в правильные торговые сношения, особенно участившиеся в царствование Иоанна Грозного. Известно, что одной из жен Иоанна Грозного была кабардинская княжна и что в списки бояр того времени были нанесены некоторые кавказские горцы. Впрочем, еще в 1153 г. князь Изяслав II посылал на Кавказ послов просить руки дочери абхазского царя, которая и прибыла в следующем году в Киев.

Природные богатства Кавказа, по мере ознакомления с ними, все сильнее стали привлекать к себе русских, многие из которых отправлялись на северный Кавказ сначала с завоевательными целями, а затем, и с желанием найти себе оседлость. На этой почве, с давних пор возникает целый ряд столкновений русских с горцами. В связи с общим тогда стремлением русской внешней политики к прочному утверждению на берегах Азовского и Черного морей, столкновения с горцами с каждым годом все учащаются, и к концу XVIII в. выливаются в открытую, продолжительную и ожесточенную войну, закончившуюся победой России над непокорными горцами. Эта война, то потухавшая, то вновь возгоравшаяся, продолжалась 60 лет.

После занятия степей Северного Кавказа на берегах р. Кубани были поселены запорожские казаки, переименованные в черноморцев, а затем в кубанцев. Специальной целью этих военно-хозяйственных поселений была постоянная борьба с горцами, как передовыми отрядами Турции. Отсюда и совершается постепенное продвижение русских к Черному морю и завоевание его Побережья.

Хотя черкесские племена, населявшие Побережье, считались свободными, однако в действительности они находились в зависимости от Турции, которой временами платили даже дань.

На Побережье имелись турецкие крепости Анапа, Суджук-Кале (Новороссийск), Сухум-кале, Редут-Кале, Поти и др. Анапа являлась, кроме того, умственным центром мусульманства для горцев Северного Кавказа, важнейшим пунктом всей торговли края и, главным образом, торговли кавказскими невольниками.

Борьба за обладание Анапой, первоклассной по тому времени крепостью, построенной французскими инженерами, началась еще в царствование Екатерины II. Крепость дважды переходила из рук в руки. Под ее стенами нашел себе гибель отряд генерала Текелли и здесь же закончился неудачный поход генерала Бибикова. И только во время первой Николаевской Турецкой войны крепость была взята ген. Гудовичем и разрушена до основания. По адрианопольскому трактату 1829 года Анапа вместе со всем Побережьем Кавказа присоединена к России.

Столь же превратна была судьба и Суджук-Кале (Новороссийска). В 1808 г. она была взята русскими войсками и в ней помещен русский гарнизон. В 1812 г. гарнизон был выведен и крепость взорвана.

Однако, горцы продолжали тайный сношения с Турцией, получая от нее поддержку в виде оружия и припасов. С целью помешать этим сношениям, в 1833—39 гг., от Анапы до Геленджика, а затем и южнее по берегу моря был возведен ряд укреплений, так называемая Черноморская береговая линия. В числе их были укрепления Цемесское (Новороссийское), Михайловское, Кабардинское, Геленджикское, Троицкое на Пшаде, Тенгинское на р. Шапсухо, Вельяминовское на Туапсе, Лазаревское, Головинское на Шахе и др.

Эти укрепления-поселки дорого стоили русским: кубанцы гибли, как от непрестанных нападений горцев, так и от неприспособленности к местным условиям жизни. Поселки были устроены в нездоровых местностях, губительные лихорадки выводили из строя сотни и тысячи людей; гарнизоны по целым месяцам были отрезаны от всего мира; часто не хватало провизии, провоз зимой морем был невозможен и от недостатка припасов жители укреплений болели цингой.

Горцы много раз пытались прорвать кордон и иногда овладевали тем или иным укреплением. Особенно яростные нападения они произвели в 1840 г., когда был взят ими ряд укреплений (Михайловское, Вельяминовское, Абинское), причем погибло несколько гарнизонов.

В 1838 г. снаряжаются экспедиции для оккупации береговых пунктов на юг Побережья. В числе других был занят Сочинский мыс, где выстроено Навагинское укрепление. При высадке десанта погибла часть Навагинского полка, благодаря тому, что разыгравшийся шторм принудил прекратить дальнейшую высадку, и высадившиеся 300 человек, оставленные на произвол судьбы, были перебиты горцами. В 1840 г. Навагинское укрепление подверглось жесточайшей осаде со стороны убыхов, но гарнизон отстоял крепость.

В долине р. Туапсе в мае 1838 г. высадился отряд ген. Раевского, заложивший здесь после кровопролитного сражения Вельяминовский форт. В 1840 г. укрепление было взято горцами после жестокого сражения и весь гарнизон вырезан. Форт был возобновлен в том же году и просуществовал до 1854 года.

С началом Севастопольской кампании русским, в виду опасности блокады со стороны врага, пришлось оставить всё укрепления на Черноморском Побережье. При уходе гарнизонов форты были взорваны.

Во время Севастопольской кампании турецкая эскадра бомбардировкой совершенно разрушила г. Новороссийск, на Месте которого лишь в 1860 г. было возведено Константиновское укрепление. Сухумская гавань была занята некоторое время высадившимся турецким корпусом Омер-паши.

Только по окончании Крымской кампании русские начали вновь продвигаться на Черноморское Побережье. Завоевание края совершалось весьма, медленно и с невероятными трудностями, какие ставили на пути русских свободолюбивые горцы.

Более успешно завоевание Побережья пошло со времени плена Шамиля в 1859 г.

В 1864 г. началась последняя кампания на Черноморском Побережье. На помощь войскам, действовавшим на Побережье и опирающимся на укрепленные приморские поселения, был сформирован в ст. Даховской, Кубанской области, так называемый Даховский отряд ген. Геймана, переваливший через Гойтский перевал и направившийся от Туапсе на юг к р. Сочи и Шахе. Шапсуги, населявшие Побережье до р. Шахе, а также горцы Северного Кавказа, не пожелавшие переселиться за Кубань, оказывали последнее отчаянное сопротивление у р. Годлик, но были разбиты в количестве 5000 человек и в беспорядке отступили. Навагинское укрепление (Сочи) было взято без боя на следующий день после сражения у р. Годлик.

Горцы собрались на совет в долине р. Сочи у «Первых Ворот», образуемых скалами. Это был последний совет свободных горцев, состоявшийся под священным деревом белолистки. На совете было решено послать парламентеров с согласием на выдачу оружия и присягу на подданство России, но под условием оставления горцев на прежних местах. Предложение это не было принято и неравная борьба продолжалась, закончившись к маю 1861 г. 21 мая этого года Наместник на Кавказе Великий Князь Михаил Николаевич после торжественного молебствия провозгласил в Красной Поляне (Кбааде) окончательное покорение горцев.

Побежденные горцы, не пожелав остаться в подданстве России, покинули родные очаги и переселились в Турцию. Это одна из самых печальных страниц истории Черноморского Побережья, имевшая весьма отрицательное влияние на последующий ход развитая Побережья.

Край, достаточно населенный и имевший приспособленную к местным условиям культуру, сразу обезлюдел. Когда-то по всем склонам гор лепились домики горцев, окруженные прекрасными садами и полями кукурузы. После ухода горцев стало безлюдно и пустынно. Поля заросли лесом, а сады одичали. До сих пор еще, спустя 50 лет после ухода горцев, можно встретить среди лесов и на склонах гор эти запущенные, заросшие сады, горестно свидетельствующее о жившем когда-то здесь трудолюбивом племени.

Ушли в Турцию целый племена, как: натухайцы, убыхи и др., всего, как говорят, до 500 тысяч человек. Поистине потрясающую картину представляло их переселение. Свое скудное имущество горцы перед уходом частью зарыли в землю, частью предали огню и оставили не тронутыми только сады.

Тысячи разоренных семейств покинули родные горы и направились к морю, терпя лишения от голода и холода, умирая от болезней. На поджидавших их турецких кочермах, горцы отплывали в Малую Азию, надеясь найти там приют и новое счастье, но встретили лишь бедствия, нищету и массовую смерть. Так, закончилась долголетняя героическая борьба сынов гордого Кавказа с пришельцами сурового Севера.

Опустевший край долгое время оставался не заселенным. В первое время заселение производилось принудительным порядком: на Побережье выселяли «порочные» элементы из кубанских полков, образовавшие так называемый Шапсугский батальон, просуществовавший лишь до 1871 года. Плохой выбор местоположения для новых поселков, лихорадки, полная неприспособленность поселенцев к местным условиям – все это принесло столь печальные результаты, что заставило отказаться от дальнейшей колонизации края принудительным порядком. Жители широких степей оказались совершенно не пригодными колонизаторами для края интенсивной садовой культуры. До 1888 г., т. е. более чем за 20 лет колонизаторской деятельности, было образовано всего только 56 поселений с 10 тысячами жителей обоего пола.

Равным образом оказалась неудачной попытка колонизовать Побережье при посредстве турецких армян и греков, а также немцев чехов и эстонцев. Новые поселенцы повели хищническое хозяйство и весьма мало способствовали насаждению культуры в крае.

Еще более неудачной мерой пришлось признать бесплатную или на весьма льготных условиях, раздачу земли крупными участками в одни руки, главным образом, потомкам завоевателей края. Мера эта привела к быстрому истощению земельных запасов, концентрации земель в немногих руках и развитию земельной спекуляции, но нисколько не содействовала заселенно края, так как громадные участки земли единоличных владельцев оставались, а местами и до сих пор остаются, по-прежнему не заселенными и не обработанными.

Только в средине 90-х годов началась более или менее правильная колонизация Побережья, далеко не завершившаяся, еще и по сие время, основанная главным образом на продаже и аренде так называемых культурных участков и на водворении в крае русских поселенцев, для которых переезжают преимущественно в подгорной полосе так называемые переселенческие участки. С этого же времени привлекают к себе особенное внимание лечебный места Побережья, довольно быстро застраивающиеся и превращающиеся в города.

Черноморское Побережье вступает в новый период своей истории – усиленного экономического и сельскохозяйственного развития и эксплуатации естественных богатств и климатических особенностей. Можно смело утверждать, что на этом пути Черноморское Побережье Кавказа ожидается редкая, блестящая будущность.

В настоящее время в состав территории Черноморского Побережья входят: небольшая часть Кубанской области (гор. Анапа с окрестностями), вся Черноморская губерния, часть Кутаисской губ. и Батумской области.

Памятниками седой старины на Побережье остались так называемые дольмены – один из видов металитических памятников. Они походят на каменные столы, почему и носят кельтское название – dolmen (в Бретани). Раньше археологи считали их алтарями или жертвенниками друидов; в действительности же точно до сих пор не определено, какое значение имели дольмены.

В Европе дольмены распространены лишь на Западе, именно: в Дании, С.-З. Германии, Голландии, Бельгии, Шотландии, Франции, Испании, Португалии; в Италии, за немногими исключениями в области Этрурии, их нет; в Австрии, Средней Германии, Пруссии, на Балканском полуострове тоже; но они были найдены в небольшом количестве в Крыму.

В Индии, в настоящее время – подобные памятники воздвигаются еще местами над умершими. На Кавказе (Абхазия) в дольменах находили человеческие кости, погребенных в сидячем положении и отличавшихся высоким ростом, крепким сложением и бархицефальной формой черепа. При костях были найдены черепки глиняной посуды, с прямолинейным, или волнистым узором, кремневые скребки, каменные бруски, бронзовые кольца, серьги, стрелы, булавки, зеркальца, стеклянные бусы и проч. В одном из дольменов найдена Босфорская монета Рискупориса IV (215 г. по Р. Хр.). Несомненно, что находки эти более поздних времен, а не доисторической эпохи. В дольменах Крыма найдены более поздние памятники и, кроме того, есть указания на трупосожжение.

О дольменах существует несколько легенд.

У русских поселян дольмены носят название «дидовых хат», «богатырских хат» и даже «чертовых хат». У хакуч (шапсуги, убыхи и проч.) дольмены назывались «ссуупней». Ссупунь – дом карликов. Хакучи так рассказывают о дольменах:

«Давно, очень давно – жили маленькие люди Сипы, величиною не больше пальца. Сипы были очень сильны; свои дома, – Сипы (дом Сипа) строили сами, отделяя руками глыбы от скал, обтесывая и скобля их, своими ножами. Были у Сипов и лошади под названием куян. Сипы ездили на зайцах».

Вот вторая легенда.

«Давно, давно, во времена, о которых знает и помнить один всемогущий Аллах, в этом богатом крае, тогда покрытом непроходимыми лесами, жило только два племени людей. Племя больших как дуб, страшных на вид великанов, и племя маленьких, отвратительных карликов. Страшные великаны жили в долинах и промышляли охотой, а карлики обитали на высоких горах у снегов, в темных, холодных, пещерах и занимались колдовством. Великаны, хотя и обладали страшной силой, но все были глупы как стадо баранов, тогда как карлики, силы совсем не имея, были очень хитры. Долго жили два племени, не видя и не зная друг друга. Но вот однажды карлики спустились, наконец, в долины и увидели великанов, когда те занимались играми, бросали друг в друга скалами и для потехи вырывали деревья с корнями.

Крошки-карлики хитростью и колдовством скоро сумели покорить глупых великанов и заставили их служить себе. Приказали карлики великанам построить им удобные маленькие жилища. Великаны живо взялись за дело, понаворотили скал и везде, по горам и долинам, настроили карликам каменных хат с маленькими круглыми отверстиями, через которые только одни карлики могли пробраться во внутрь.

Много лет прошло с того времени, нет уже великанов на земле, нет и карликов, а их прочные каменные хаты стоят и сейчас еще».

Известный археолог гр. П. С. Уварова, производившая раскопки и исследования дольменов Черноморского Побережья, делает следующее заключение: «местные черкесы сохранили те же предания насчет богатырских хат, как те, которые слышали мы в Осетии на северном склоне Кавказского хребта: и тут те же отверстия, необходимые для проезда в хату Сипуна верхом на зайце».

Дольмены во множестве разной величины и типа встречаются по одному и по нескольку экземпляров вместе по долинам и склонам покрытых лесом гор Черноморского Побережья. Разноплеменные горцы с благоговением, смешанным с суеверием, относятся к дольменам. Не было случая, чтобы горцы сознательно их разрушали, тогда как русские поселенцы делают это на каждом шагу.

Так, в селении Береговом местный храм целиком построен из камня разрушенных дольменов. В селении Пшада – мельница. Десятки разрушенных, изуродованных дольменов встречаются на каждом шагу, около поселенческих селений, шоссейных дорог и дач, и красноречиво говорят, как мы поступаем с этими редкими свидетелями седой древности.

Печатается по изданию:

Ф. П. Доброхотов. Черноморское побережье Кавказа. СПб, 1916.

Общество изучения Черноморского побережья Кавказа было основано в Петербурге в 1911 году М.М. Рейнеке, А.А. Старком, И.П. Толмачевым, Н.И. Воробьевым с главной задачей «всестороннего изучения восточного побережья Черного моря в отношении историческом, географическом, экономическом, этнографическом и культурно-правовом».

Общество много сделало для изучения побережья и его популяризации среди всех слоев российского населения, обратившего пристальное внимание на малоизвестную до той поры окраину, ставшую наряду с Крымом, лучший жемчужиной в Русской короне.

В 1913–1944 году в Петербурге прошла выставка «Русская Ривьера», ознакомившая широкие круги российского общества с естественными богатствами черноморского побережья Кавказа, представившая черноморские летние и зимние лечебные места. Об объеме материалов, представленных на выставке, говорят награды ее участникам-экспонентам: «больших золотых – 17, малых золотых – 14, больших серебряных – 56, малых серебряных – 46, бронзовых – 53, похвальных дипломов – 85».

Выставку посетило более 100000 человек.

Результатом выставки «Русская Ривьера» стало небывалое оживление интереса к Черноморскому побережью Кавказа.

Развитие курортного края остановила Первая мировая война, революция и гражданская война в России. В 20-30-е годы курорты побережья активно развивались.

Разрушенное немцами в августе 1942 – сентябре 1943 года Черноморское побережье было восстановлено и к концу XX века привлекало ежегодно миллионы курортников, посещающие морские пляжи, Кавказский заповедник, Пицунда – Мюссерский заповедник, многочисленные литературно – мемуарные и историко-культурные места и музеи Анапы, Новороссийска, Геленджика, Туапсе, Сочи, всего чудесного берега Эвксинского Понта.

Память седой старины Черноморского побережья Кавказа хранят и дольмены. Памятники похожи на каменные столы, почему и носят кельтское название dolmen – из Бретани. Их считали алтарями и жертвенниками друидов, гробницами, но до сих пор их точное назначение не определено.

Дольмены были найдены в небольшом количестве и в Крыму. В Европе они распространены лишь в западной ее части. Найдены они и в Азии. На Кавказе о дольменах сложены легенды.

«Давно, давно, в этом богатом краю, тогда покрытом непроходимыми лесами, жило только два племени людей. Племя больших как дуб, страшных на вид великанов и племя маленьких, отвратительных карликов. Страшные великаны жили в долинах и промышляли охотой, а карлики обитали на высоких горах у снегов, в темных холодных пещерах и занимались колдовством. Великаны, хотя и обладали силой, но все были глупы как стадо баранов, тогда как карлики, силы совсем не имея, были очень хитры. Долго жили две племени, не видя и не зная друг друга. Но вот однажды карлики спустились, наконец, в долины и увидели великанов, когда те занимались играми, бросали друг в друга скалами и для утехи вырывали деревья с корнями.

Крошки-карлики хитростью и колдовством скоро сумели покорить глупых великанов и заставили их служить себе. Приказали карлики великанам построить им удобные маленькие жилища. Великаны живо взялись за дело, понаворотили скал и везде, по горам и долинам, настроили карликам каменных хат с маленькими круглыми отверстиями, через которые только одни карлики могли пробраться внутрь.

Много лет прошло с того времени, нет уже великанов на земле, нет и карликов, а их прочные каменные хаты стоят и сейчас».

Анапа

Синдика – так назывался древний античный город, в котором находилось поселение древних синдов, располагавшийся на месте Анапы, в северо-восточном углу Черного моря. Первое поселение на анапской земле было основано именно племенем синдов 2500 лет назад, в VI веке до нашей эры. Гавань поселения стала одним из крупных торговых центров Причерноморья. Через некоторое время в Синдике торговали греки – выходцы из Малой Азии. В 1895 году при археологических раскопках в Анапе была найдена белая мраморная плита с надписью на греческом языке со списком победителей в спортивных соревнованиях. Надпись относится к III веку до н. э. и говорит о том, что в поселении было много греков – ионийцев и дарийцев, а также синдов и скифов.

В V веке до н. э. греческие колонии-полисы Боспора Киммерейского, будущего Керченского пролива – фанагория, Кепы, Патус и другие объединились вокруг Пантикапея в сильное Боспорское царство. В период правления Левкона I в состав Боспорского государства вошла и Синдика, получившая новое название – Горгиппия, по имени наместника царя Горгиппа. Это город просуществовал с IV века до н. э. до III века н. э. Порт оставался процветающим торговым центром. Горгиппию упоминает знаменитый Страбон в своей «Географии», вышедшей в 18 году нашей эры. Горгиппией заканчивалось Боспорское царство; южнее ее жили воинственные племена, занимавшиеся морским разбоем. Из Горгиппии, как и из других городов Боспорского царства вывозились хлеб, лес, меха, кожи, шерсть.

В первой половине I века до н. э. прекратилось правление династии Спартокидов, правившей на Боспоре. Царство было покорено понтийским царем Митридатом и вошло в состав его владений. Город процветал и после завоевания владений Митридата римлянами. Под началом Рима Боспорское царство управлялось родственниками Митридата, ставшими династией Тивериев Юлиев.

Так продолжалось до III века н. э., когда Горгиппия была полностью разрушена. Кто это сделал – достоверно не известно. Это был период вторжения в Северное Причерноморье племен готов, захвативших у дряхлеющего Рима вассальные Боспорское царство. Через 100 лет, в IV веке н. э., по этим землям прокатилась волна гуннских племен. Жители не стали восстанавливать Горгиппию и очевидно переселились подальше от моря.

Сведений о средневековом городе на месте Анапы нет. Этими территориями правила Византийская империя, Хазарский каганат. В X веке киевский князь Святослав создал на Таманском полуострове Тмутараканское княжество, южная граница которого прошла по будущим анапским землям. По надписи на камне, найденном близ Анапы, мы знаем, что тмутараканский князь Глеб измерял саженями по льду расстояние от Тамани до Корчевой-Керчи. В 1169 году Тмутаракань завоевала Византия, назвав провинцию Таматархой.

Некоторые исследователи говорят, что в этот период у удобной гавани существовало поселение одного из адыгейских племен – натухаевцев.

К середине XIV века в Северном Причерноморье утверждались генуэздцы, договорившиеся со слабеющей Византией. На средневековых картах появилось название «Мапа» – генуэзцы, адаптировавшие по своему усмотрению местное название поселения, построили там свою торговую факторию.

Местное название поселения было «Анапэ». По горским наречиям «ане» – «стол», «пэ» – «край», «край стола», мыс. Академик-филолог Н.Я. Марр в 1914 году в Петербурге выпустил специальную работу «О происхождении имени Анапа», где выдвинул свою гипотезу названия города:

«Связь черкесского или адыгейского племени с абхазским, помимо лингвистических данных, ярче всего доказывается средством, а иногда и тождеством черкесских и абхазских имен и названий. Особенно поучительно в этом смысле географические названия, свидетельствующие о более обширной площади распространения абахзского племени, притом в северном направлении. Постепенно абхазы оттеснялись не только с севера на юг, но и от моря в горы. Чем севернее, тем более оторвано от абхазского населения лежат те приморские пункту, местные названия которых, будучи исконного происхождения, находят свое объяснение в абхазском лингвистическом материале. К таким названиям относится термин «Анапа» с его характерным абхазским префиксом «а-». В указанном названии мы имеем, почти без изменения, абхазское слово «анапэ» – «рука». Приморский пункт, расположенный у устья реки, по всей видимости, получил такое название в связи с местоположением у рукава реки, или, что вероятнее, у гавани. Не мешает заметить, что слово «анапэ» представляет plural tantum, т. е. первоначально означало «руки» – у города Анапа находятся две бухты, называемые в настоящее время Большой и Малой».

Генуэзцев выгнали из Причерноморья турки-османы. После взятия в 1475 году Константинополя турки захватили и генуэзские владения на Черном море. Анапа перешла во власть турок во время похода на кафу 1475 года, когда командующий этой экспедицией Кедук Ахмед-паша попутно взял Анапский замок и оставил там турецкий гарнизон. Пятиугольный замок Мапа был разобран только в конце XVIII века при строительстве турками своей крепости.

Анапа расположена на северо-восточном берегу Черного моря близ впадающей в море небольшой речки Бугур на мысу, омываемом с трех сторон морем и имеющем в западной части крутые обрывистые берега до 15 метров высоты. Турецкий писатель-путешественник Эвлия Челеби, побывавшей в 1641 году в Анапе в свите турецкого аги, шедшего на осаду Азова, описал крепость:

«Замок лежит при оконечности мыса, отделяющего область абхазов от Черкессии на глинистой скале. Анапский замок хорошо построен и так хорошо сохранился, как будто постройка только что была окончена. Замок имеет большую гавань, в которой 1000 судов, связанных вместе канатом, могут стоять в безопасности. Гавань эта защищена против ветров, дующих с какой бы то ни было стороны Подобного порт более нет на черном мере. Замок не имеет гарнизона. Если бы он был приведен в хорошее состояние и снабжен достаточным гарнизоном, то было бы нетрудно удержать всех абхазов и черкесов в совершенном повиновении».

Анапа стала турецким портовым городом, крупным рынком рабов, вывозимых в Турцию с Кавказа. Весь хлеб из региона также вывозился через Анапу. Так продолжалось более трех веков.

Местоположение Анапы было очень удобным – турки в любое время могли оказать ей любую поддержку морем – продовольствием, гарнизоном, оружием. Местное горское население не покорилось туркам, но все же поддавалось их пропаганде, входило в сферу их влияния.

Когда русские войска завоевали Крым, турки решили укрепить Анапу, создав оплот против русских на Кавказском берегу Черного моря и оставить центр своего влияния на побережье, откуда на Кавказ долгие годы шли запасы оружия, военного снаряжения, продовольствия, отправлялись эмиссары и инструкторы для организации борьбы горцев против России, шла религиозная пропаганда.

В 1781–1784 годах по указу турецкого султана Абаул-Гамида I французские военные инженеры построили первоклассную крепость, имевшую 7 бастионов, соединенных высоким земляным валом с палисадом и рвом с водой шириной 15 метров и глубиной до 10 метров.

Н.И. Веселовский писал в «Военно-историческом очерке города Анапы», вышедшем в 1914 году в Петербурге:

«Далеко не первоклассная, но крайне зловредная в политическом отношении турецкая крепость Анапа потребовала от Российского государства такого числа военных походов как армии, так и флота, какого не вызвала никакая другая неприятельская крепость и более сильного сооружения».

В новой крепости был поставлен большой гарнизон во главе с двухбунчужным пашой.

В период русско-турецких войн конца XVIII – первой трети XIX века русские войска 8 раз штурмовали Анапу трижды захватывая крепость – в 1791, 1809, 828 годах.

В 1788 году Г.А. Потемкин, опасаясь попыток Турции к возвращению Крыма и желая отвлечь внимание турок в другую сторону приказал генерал-аншефу П.А. Текелли, командовавшему русскими войсками, расположенными между Азовским и Каспийским морями, взять Анапу или крепость Суджук-Кале, выстроенную на месте будущего Новороссийска.

Войска Текелли вышли из Георгиевска в сентябре. В середине октября русские встали под Анапой – Текелли с войсками Кавказского корпуса, атаман Иловыйский с донскими казаками, генерал Розен с кубанским корпусом. В Анапе находилось много турок, был и предшественник знаменитого Шамиля – шейх Мансур, популярный на Северном Кавказе.

Штурм крепости шел весь день, но даже подойти к самим стенам не удалось. Текелли несколько дней простоял у Анапы и потом увел войска на зимние квартиры. Весь поход продолжался два месяца.

Весной 1790 года поход на Анапу совершил отряд генерал – поручика Ю.А. Бибикова. В марте 8000-й русский отряд с боями подошел к Анапе. После двух неудачных штурмов начавшейся 25 марта снежной бури войска отступили и вернулись на линию, потеряв половину своего состава.

29 мая у Анапы, после разгрома турецкой эскадры в Синопской бухте, остановилась эскадра контр-адмирала Ф. Ушакова. Отрезать турецкие суда из-под крепостных стен было невозможно, турки от боя уклонились из Ф. Ушаков вернулся в Севастополь.

Н.И. Веселовский писал:

«Неудачи двух военных предприятий против Анапы создала этой крепости славу неприступной; а вместе с тем должна была усилиться дерзость горцев и турок против России. Требовалось восстановить наш престиж в Прикубанском крае, для чего и был назначен новый поход к Анапе, по счету третий, оказавшийся самым кровопролитным, но еще не окончательным».

Новым командующим войсками кавказского и кубанского корпусов был назначен генерал-аншеф И.В. Гудович.

В мае войска Гудовича подошли к Анапе. Русских было 10000, столько же и турок, которых поддерживали 15000 горцев. Турки имели более 10 крепостных пушек, русские только полевую артиллерию.

Весь июнь шла осада Анапы. В крепости начались пожары, произошли взрывы, турецкие батареи перестали отвечать. Гудович послал парламентеров с предложением сдать крепость; паша ответил отказом. 22 июня Анапа была взята штурмом. Турки потеряли много солдат убитыми, по некоторым данным до 8000 человек. В плен попал шейх Мансур, который был отправлен в Петербург и посажен в Шлиссельбургскую крепость, где и умер через 3 года. Потери Гуровича тоже были очень значительны, по некоторым данным – до половины отряда. Русским досталось около 100 пушек, 100 знамен, значительные боевые и продовольственные запасы.

Гудович рапортовал Потемкину 22 июня из Анапы:

«Повеление вашей Светлости исполнено, сего дня в 7 часов Анапа взята. Штурм был жестокий и кровопролитный, неприятель оборонялся отчаянно 5 часов. Ров глубокий и широкий, четыре раза победа была сомнительна, наконец, благословением Всевышнего совершена благополучно. Во время самого жестокого штурма я был атакован сзади несколькими тысячами черкес с турками и пушками, но оные были прогнаны с большим уроном. Побитых и потопившихся в море неприятелей число велико».

После взятия Анапы турки ушли из Суджук-Кале. Через 10 дней к черноморскому побережью Кавказа подошел сильный турецкий флот. Взятие Анапы ускорило подписание мирного договора в Яссах 29 декабря. Анапу вернули туркам, восстановившим крепость:

«Прибыв сюда по воле Всемилостивейшего моего Монарха и повелению высшего начальства, я желаю чтобы крепость Анапа без всякого сопротивления сдалась победоносной эскадре, посланной под моим начальством с десантным в большом числе войском для взятия и занятия оной.

Надеюсь, что все находящиеся в городе последуют миролюбивому и покорному поступку взятых нами крепостей – Аккерману, Хотину, Бендерами и Кимли и согласятся лучше добровольно покориться флагу Его Императорского Величества, нежели приступать к действиям неприязненным, которые послужат к совершенному истреблению города как с моря, так и с сухого пути, откуда также сильные войска идут к нему – тогда все без изъятия преданы будут смерти без пощады».

Русская эскадра начала высадку морской пехоты на берег к северу от Анапы. Турки на ультиматум а сдаче не ответили. Эскадра подошла к Анапе, была обстреляна из крепости, ответила стрельбой по крепости брандскуилями, и город загорелся.

В 1851 году П. Саввантов писал в работе «Взятие Анапы эскадрой Черноморского флота под командой контр-адмирала С.А. Пустошкина в 1807 году»:

«Едва фрегат «Воин» приблизился на расстояние ближнего пушечного выстрела, турки открыли по нему самый жестокий огонь. Фрегат отвечал залпом из всех пушек правого борта, и – началось дело.

По сигналу с флагманского корабля, вслед за фрегатом «Воин», 66-пушечный корабль «Варахаил» вступил под паруса, подошел к крепости на самое ближнее расстояние, лег на якорь и гипринг и начал сильную канонаду. Заметив выгоду занятого им положения, С.А. Пустошкин сигналом приказал ему бросать брандскугели, от чего через несколько минут загорелись форштат и крепостные строения. Между тем и вся эскадра приближалась к крепости.

Устрашенные разрушительным действием нашей артиллерии и опасаясь огня всей эскадры, турецкие артиллеристы бросили орудия и побежали из Анапы. За ними последовали паша, янычар-ага и жители. Гренадерский батальон, высаженный на берег в трех верстах от крепости, поспешил было воспрепятствовать бегству их, но принужден был обратить все свое внимание на хищных черкесов, которые бросились в город для разграбления.

В это время посланный с фрегата «Воин» для занятия двух турецких судов, стоявших под берегом, храбрый мичман Неверский, заметив, что неприятель удалился от прилегающей к морю стороны крепости, поспешил к берегу, взошел на бастион с шестью бывшими при нем матросами и поднял на нем наш кайзер-флаг. Радостное «ура!» всей эскадры огласило черноморские воды и приветствовало победоносного орла русского, а флагман отдал приказ усилить десант свежими войсками. Оставшиеся в крепости черкесы кинулись на Неверского и покушались сорвать наш флаг, но были опрокинуты подоспевшими матросами под командой флаг-офицера Юрьева 3-го.

В час пополудни гренадерский батальон 4-го морского полка вступил в крепость и занял оную. В руки победителей досталось: медных пушек 86, чугунных 12, ядер чугунных 3985, мраморных 410, бомб 1091, картечи 302, двухпудовых бочонков пороху 224, свинцовых листов с мечетей 562. Убитых найдено более 100 человек. С нашей стороны убит 1 офицер, 6 рядовых.

К вечеру 5 мая все производившиеся в крепости работы кончены: городские строения обращены в пепел; колодцы в числе 80-ти, завалены землей с порохом и солью и с опущением в них чугунных пушек, ядер, бомб, негодный картечи; все укрепления взорваны на воздух и Анапа представляла одни развалины. Медные же пушки, годные снаряды и вещи, ставшие доставления в наши порты, нагружены на корабли и фрегаты.

Таким образом кончилась Анапская экспедиция 1807 года. Взятие и разорение Анапы было для нас весьма важно и тем более приятно, что обошлось нам очень дешево. Но для Порты потеря этой крепости была чрезвычайно чувствительна, потому что она разрывала главную связь между Константинополем и племенами Кавказа, большей частью с ними единоверными и до того времени постоянно нам враждебными; а таким образом Порта лишилась возможности во всякое время наносить вред России».

По уходу эскадры турки вновь заняли Анапу и начали ее восстановление. Через год вернувшихся турок вновь без особого труда выбили русские войска.

В крепости был оставлен полутора тысячный гарнизон.

Горцы постоянно тревожили русские отряды, и крепость восстановили.

В 1811 году герцог де-Ришелье из Анапы взял крепость Суджук-Кале. Тогда же был заложен город Новороссийск.

По указу 1811 года Анапа была причислена к разряду второстепенных крепостей; в крепости был поставлен Анапский полк.

Турки особенно упорно настаивали на возвращении им Анапы и Поти. Приближавшаяся война с Наполеоном вынудила Россию уступить. 16 мая 1812 года по Бухарестскому миру Анапу вернули туркам, вновь разрушив.

После очередного разрыва России и Турции началась очередная военная кампания. Военную группировку, созданную для взятия Анапы возглавил вице-адмирал А.С. Грейг. Сухопутным Таманским отрядом командовал генерал-адъютант А.С. Меньшиков. 2 мая эскадра из 20 судов встала на Анапском мысу. Парламентеры предложили туркам сдать крепость, последовал отказ. 3 мая к Анапе подошел Таманский отряд, состоявший из четырех батальонов, егерей и артиллерии. Гарнизон Анапы насчитывал около 6000 человек, у крепости собралось 8000 горцев, 5000 воинов было в Таманском отряде.

Началась перестрелка русского отряда с гарнизоном. 6 мая морская пехота с эскадры А.С. Грейга высадилась на берег. 7 мая началась бомбардировка крепости, по которой было произведено 8000 выстрелов. Анапа отвечала огнем; потом на эскадре насчитали 250 повреждений, было убито 6 матросов. В крепости было разрушено много зданий, но бастионы стояли. Началась осада Анапы.

Корабли постоянно бомбардировали крепость, мешая обороняющимся, перехватывали суда, идущие из Турции с помощью гарнизону; были уничтожены несколько турецких кораблей с войсками, взято в плен более тысячи турок.

Осадный отряд готовился к штурму, установил батареи и сделал редут. Русским постоянно мешали горцы, из крепости несколько раз выходили янычары. Таманский отряд вынужден был построить укрепленную линию, обеспечивавшую тыл осаждающих от нападений горцев. Часть корабельных пушек свезли на берег и поставили новую мощную батарею, также ставшую обстреливать крепость.

28 мая в 4 часа утра большой турецкий отряд вышел из крепости и напал на русские полки. С тыла бросились черкесы. Русские встали в несколько каре, отбились, отбросили горцев и отрезали турок от крепости. Из полутора тысяч турок осталось в живых меньше пятисот человек. Турки больше не выходили из крепости, а русские войска поставили третью батарею из 8 корабельных пушек 3 июня.

10 июля все было готов к штурму. А.С. Грейг вновь послал парламентера с предложением о сдаче Анапы. 12 июля комендант Сефир-бей сдал крепость на следующих условиях:

«Гарнизон крепости сдается военнопленным и будет отправлен в Россию.

Паше и чиновникам дозволяется сохранить оружие, прочее же оружие должно быть сложено в том месте, где будет назначено.

Частная собственность, исключая оружие, остается неприкосновенной, но все казенное имущество должно быть выдано.

Жителям, которые пожелают остаться в крепости будет оказано всякое покровительство».

В полдень 12 июня на стенах был водружен русский флаг. В крепости были взяты трофеи: 66 медных пушек, 11 чугунных пушек, 3 единорога, 3 фальконета, 17000 ядер, 3000 гранат, 3200 ружей, 163 пистолета, 2000 сабель, ятаганов и кинжалов, 114000 патронов, 1890 пудов пороха, большие запасы продовольствия. В плен взято 120 офицеров и 4000 солдат, знамена.

После окончания военных действий Анапа по Адрианопольскому миру вошла в состав Российской империи.

Часть горских племен ушла в Турцию. Турецкая летопись фиксировала:

«Свыше трех тысяч местных жителей, отрекшихся от ислама, во время дружбы с гяурами, пали под ятаганами янычаров у дворца анапского паши. Остальных погрузили на турецкие корабли. Люди в трюмах стояли так тесно, что никто из них не мог даже сесть. Перед уходом из Анапы воины ислама истребили все сады и виноградники, и колодцы забили тюками овечьей шерсти и засыпали землей, чтобы русским не досталось ни домов, ни плодов земли, ни чистой воды, которой славилась Анапа.

Когда турецкие суда ушли далеко в море, за их кормой еще долго багровело огненное зарево – это горела Анапа».

Город Анапа был восстановлен и заселен семьями военных, переселенцами – колонистами.

В 1830 году была построена Черноморская береговая линия укрепления заняли все устья речек и рек, для того, чтобы не давать пристанища турецким судам, привозившим горцам оружие и порох.

В 1836 году Анапу описал участник поездки Кавказского наместника графа М.С. Воронцова из восточных берегов Черного моря на корвете «Ифигения».

«Анапа имеет вид большой малороссийской деревни. Дома большею частью мазанки, покрыты камышом; улиц почти нет и жилье разбросано по азиатскому образцу, там и сям. Для турецкого коменданта сильно пострадал от нашего флота во время осады и теперь пуст. Жители отправляются с конвоем брать воду в речке Анапе, в расстоянии двух верст от крепости. Крепостные лошади пасутся за крепостью под прикрытием пушки».

В сентябре 1837 года во время путешествия по Кавказу Анапу посетил император Николай I. В июле этого года М.Ю. Лермонтов, переведенный в Нижегородский драгунский полк, писал своей бабушке Е.А. Арсеньевой: «Эскадрон нашего полка, к которому барон Розен велел меня причислить, будет находиться в Анапе на берегу Черного моря при встрече государя, тут же, где отряд Вельяминова. Пришлите мне денег, милая бабушка, на прожитье здесь мне достанет, а если вы пришлете поздно, та в Анапу трудно доставить».

В августе 1843 года об Анапе писал побывавший там барон А. фон Гакстгаузен: «Местечко это жалко, не обстроено, и только новые дома русских чиновников и офицеров напоминают некоторый европейский комфорт. Здешний комендант поручик фон Рот развел себе красивый садик. Между его гарнизонной командой находилось также около 100 черкесов, составляющих отряд, который он приучил к порядку своего рода. Это были частью волонтеры, частью пленные, определившиеся на службу. Они были люди красивые, невысокого роста, немногие из них выше среднего; стройные нежные, но нервные. Господин фон-Рот приказал показать нам несколько упражнений в их конских ристалищах. Удивительная легкость лошадей, необыкновенной проворство всадников, рыцарское вооружение и одежда представляли оригинальное и прекрасное зрелище».

В 1846 году Анапа стала городом.

Во время Крымской войны 1853–1856 годов, когда Черноморская береговая линия была снята из-за блокады, Анапа ненадолго оставлялась русскими войсками. Крепость взорвали 25 мая 1854 года, войска ушли на Кубанскую линию. Развалины Анапы стали турецким военным лагерем. Туда приезжали французские, английские и турецкие офицеры, призывая горцев к борьбе против русской армии. 10 июля 1856 году Анапу вновь заняли русские войска.

В марте 1860 года города Анапа и Новороссийск были упразднены. Анапа стала поселком, но ненадолго – с 1866 года Анапа – город-курорт.

Страницы: «« « 12345678 » »»