Ловушка для мужчин, или Умная, красивая, одинокая Шилова Юлия

– Он сам ее во столько оценил.

– И ты с ним согласилась?! Как ты могла? Тебе что, некуда деньги девать?!  – Светлана была готова разрыдаться, губы ее дрожали. Громко всхлипнув, она ринулась к сидящему Виктору и отвесила ему капитальную пощечину.

– Подонок!!! Куда ты подевал наши деньги?! Ты что, думаешь, нашел хорошую кормушку? Ошибаешься! Для тебя тут больше нет дойной коровы! Мы сами с усами! Сами доить умеем, не переживай!

– Прекрати! – прикрикнула я и села перед Виктором на корточки. – Есть хочешь?

– Хочу.

– Ты еще его кормить собралась?!  – не унималась Светлана. – Да пусть он лучше сдохнет с голоду, гад ползучий! Ишь, нашел куда пристроиться!

Направившись на кухню, я грозно посмотрела на Светлану и пригрозила ей пальцем:

– Только не вздумай его бить. Я сама буду решать, что с ним делать дальше.

– Меня от твоих решений уже всю трясет.

– Тогда прими душ и успокойся. Сварганив легкий завтрак, я поставила его на поднос и понесла Виктору. Светланы в комнате не было.

– Завтрак подан, – тяжело вздохнула я.

– Женя, зачем ты это сделала? – едва слышно спросил Виктор.

– Что именно?

– Я говорю о вчерашней ночи, когда ты с братом?.. Если тебе хотелось сделать мне больно, то у тебя это очень хорошо получилось.

– Я думаю, что от твоего разговора с приятелем на кухне мне было намного больнее. Давай ешь. Нас с тобой ждет серьезный разговор.

– Какой еще разговор?

– Не торопи события, скоро все узнаешь. Начав было есть, он отложил вилку.

– Женя, ты хоть сама понимаешь, что творишь?

– Я все прекрасно понимаю. Можешь не сомневаться.

– Я хочу курить. Мне бы сигарету к кофе…

– Нет проблем!

Я сунула сигарету Виктору в рот и, не дав прикурить, спросила:

– Скажи правду, ты вчера хоть немного возбудился?

Виктор заметно покраснел, и мне показалось, будь я хоть немного ближе, то получила бы хорошую оплеуху.

– Дай мне спокойно поесть! – разозлился он. – Ты портишь мне аппетит.

– Извини. Я вообще не понимаю, откуда он у тебя берется. Я бы на твоем месте не могла и куска проглотить.

Отвернувшись, Виктор принялся уплетать свой завтрак, лишь изредка с опаской поглядывая в мою сторону. В комнату вошли Светлана и Роберт. Увидев меня, Роберт слегка покраснел, взгляд его жадно скользнул по моему телу. Казалось, еще секунда – и он набросится на меня, наплевав на все.

– Зачем ты освободила ему руку? – справившись с собой, глухо спросил он.

– Так ему легче. Руки отекают.

– Жалеешь ты его все-таки.

Я сделала вид, что не слышала его слов.

– Ты только посмотри, Роберт, с каким аппетитом он уплетает завтрак, заботливо приготовленный твоей сестрой! – Светлана не могла скрыть своей ярости. – Ты хоть знаешь, на сколько этот хитрец нагрел твою любимую сестру? На пятьдесят тысяч баксов! Я как услышала, меня чуть инфаркт не хватил. Хороша у тебя сестренка! Раскидывает деньги направо и налево, всех выручает, только не брата. Ей глубоко на тебя наплевать, для тебя у нее нет денег!

Я почувствовала, что могу не справиться с охватившим меня раздражением.

– Роберт, скажи, чтобы она замолчала, – тяжело вздохнула я. – Она уже задолбала меня этими деньгами. Пусть заткнется, и без нее тошно.

– И в самом деле, Светлана, Женя сама во всем разберется, – примирительно сказал он.

Светлана выскочила из комнаты и громко крикнула:

– Да пошли вы ко всем чертям! Вы мне уже все вместе поперек горла стоите! Надоели! Бездонные денежные мешки!

– Роберт, успокой свою женщину, а то она от жадности потеряет рассудок. Не представляю, как ты будешь жить с ней!

– Я не собираюсь с ней жить, – задумчиво сказал Роберт и обнял меня. – Если ей что-то не нравится, пусть собирает свои чемоданы и едет домой. Ее тут никто не держит.

Когда Роберт притянул меня к себе и хотел было поцеловать, я резко его оттолкнула.

– То, что произошло вчера, было всего-на всего моей прихотью и больше никогда не повторится. Не надо к этому относиться столь серьезно. Выйди, пожалуйста, мне необходимо поговорить с Виктором один на один.

– Какая же ты стерва, но ты даже не представляешь, как сильно я тебя люблю, – сквозь зубы процедил Роберт и вышел.

Как только за ним закрылась дверь, я села перед Виктором на корточки и провела пистолетом по его ширинке. Дрожащей рукой он поставил пустую чашку на поднос и тяжело задышал.

– Тебе кто-нибудь говорил, что ты очень развратная?

– Ты первый.

– Странно. А мне кажется, что тебе говорят об этом каждый день.

– Ты ошибаешься. Ты всего лишь второй мужчина в моей жизни.

– А Роберт стал третьим.

– Роберт стал третьим.

Надавив пистолетом посильнее, я поймала испуганный взгляд Виктора и поинтересовалась:

– Тебе страшно?

– Ты уверена, что он не выстрелит?

– Если ты будешь себя хорошо вести, то нет. Мне нужны мои пятьдесят тысяч долларов. Ты слышишь, что я говорю?

– Слышу.

– Как я могу получить их обратно?

– Я думал над этим всю ночь.

– И что же ты придумал?

– Ты знаешь, мне очень тяжело сидеть прикованным к батарее.

– По-другому у нас с тобой не получится. Решай. Ведь я могу заявиться на дом к твоему шефу.

– Как это?!  – испуганно воскликнул Виктор.

– Так это. Может быть, горничной. Может быть, медсестрой. А может быть, сиделкой. И выведаю, где у него хранятся деньги. Ты ему позвонишь, скажешь, что приступ у меня еще не прошел и что я лежу дома. Потом порекомендуешь Игорю Николаевичу ценного работника. Я могу изменить внешность. Немного умелого макияжа, и меня никто не узнает.

– Но ты рискуешь…

– Не больше, чем с тобой, – перебила я.

– Игорь Николаевич живет в таком же громадном доме, у него куча охраны, и, если он хоть что-то заподозрит, тебя пристрелят, как куропатку.

– Будем надеяться, что он ни о чем не догадается. Сейчас ты наберешь его номер телефона и скажешь, что к тебе из Костромы приехала двоюродная сестра. В институт она не поступила, и работы нет. Милая, тихая, скромная девушка. Быть может, у твоего шефа найдется для нее какая-нибудь должность на первое время.

– Я же тебе сказал, что это очень рискованно.

– Не переживай. Я знаю, чем рискую.

– А что, по-твоему, в это время должен буду делать я?

– А ты по-прежнему будешь сидеть у этой батареи. И если ты захочешь сделать хоть один ненужный выпад, то мой брат пристрелит тебя без лишних слов.

– Я не смогу тут сидеть, у меня больше нет сил.

– Ничего, потерпишь.

– Неужели ты никогда не сможешь меня простить?!

– Сомневаюсь, что когда-нибудь смогу ответить на этот вопрос так, как тебе хочется. А теперь к делу. Повторяю еще раз. Мне необходимо пробраться в дом твоего шефа. Пораскинь мозгами и скажи, как это лучше сделать?

Я принесла Виктору телефон и постучала по нему пальцами:

– Ну, давай, дорогой. Немного пофантазируй.

– Ты не ведаешь, что творишь! Я боюсь за тебя, как представлю, что может случиться, сердце останавливается…

– Не умрешь. Такие, как ты, не умирают.

– Ты по-прежнему не хочешь мне верить…

– Звони, – глухо сказала я и придвинула телефон как можно ближе.

Виктор тяжело вздохнул и набрал номер. Тоскливо глядя на меня, он заговорил в трубку:

– Игорь Николаевич, здравствуйте, это Виктор. Женя лежит с температурой. Я думаю, что еще несколько дней – и ей будет лучше. Я нахожусь рядом и строго контролирую ситуацию.

Услышав последнюю фразу, я усмехнулась.

– Игорь Николаевич, я звоню вам по одному очень деликатному делу. У меня к вам небольшая просьба. Дело в том, что ко мне приехала двоюродная сестра. Она родом из Костромы. Очень скромная, приятная, вежливая девушка. В общем, она приехала поступать в институт, но недобрала баллов. Сами знаете, какое сейчас время. Учеба нынче платная, а на бесплатном – настоящее столпотворение. Будет теперь на следующий год поступать. Мне бы не хотелось ее обратно домой отсылать. Пропадет ведь девчонка. Больно красивая. Может, у вас в доме есть местечко для горничной или посудомойки? Она очень трудолюбивая, чистоплотная. Я за нее ручаюсь. Мне бы ее на время пристроить. Я, как немного с делами раскручусь, что-нибудь для нее подыщу.

Он замолчал и нахмурился, внимательно слушая своего босса.

– Даже не знаю, как вас благодарить. Огромное спасибо. Она скоро подъедет.

Сказав это, Виктор положил трубку и, почти задыхаясь, сказал:

– Налей виски.

Сделав несколько глотков, Виктор пристально посмотрел на пистолет, потом перевел взгляд на мои ноги и допил виски.

– Игорь Николаевич ждет тебя в своем загородном доме ровно через три часа. Записывай адрес.

Достав из шкафа листок и карандаш, я записала адрес, сложила листок и сунула себе в карман.

– Вот видишь, все получилось, – потрепала я Виктора по щеке. – В тебе погиб вели кий актер. У тебя сумасшедший талант пудрить мозги. Сначала ты запудрил мозги мне, а теперь Игорю Николаевичу. Тебе было нужно поступать в театральный институт. Уверена, ты получал бы только главные роли.

– Зря ты так… Знаешь, а ты совсем не похожа на молодую девушку, которая не поступила в институт.

– Что ж я, по-твоему, старая, что ли?

– Не старая. Ты вовсе не похожа на забитую скромницу-провинциалку, приехавшую из далекой глубинки.

– Как это «не похожа»?

– Так это. Ты напоминала ее только в тот момент, когда я в первый раз тебя увидел. Такая забитая серенькая мышка… А потом… О вчерашнем я уж не говорю…

– А что было вчера?

– Вчера ты развратничала со своим братцем.

– А тебе тоже хотелось? – скривилась я. Виктор схватил меня свободной рукой и притянул к себе. Я вновь почувствовала тепло и нежность его губ. Неожиданно я резко оттолкнула Виктора. Облокотившись о стену, по правила волосы и попыталась прийти в себя.

– Еще скажи, что тебе со мной было плохо, – усмехнулся Виктор.

– Мне было хорошо, – чуть слышно сказала я и положила пистолет рядом с собой на пол. – Мои пятьдесят тысяч в доме у Игоря Николаевича?

– Думаю, что да. Деньги передали ему. По слушай умного совета. Не надо ничего предпринимать. Ты погибнешь. Бог с ними, с этими деньгами. Я займу у знакомых, наберу нужную сумму и обязательно с тобой рассчитаюсь. Дай мне немного времени.

– Нет уж, дорогой. Твои советы я больше не слушаю. На твоих советах дальше кладбища не уедешь, а в лучшем случае потеряешь то, что имеешь. Теперь я буду принимать решения самостоятельно, а тебе пока придется тут посидеть. За тобой будут приглядывать брат и Светлана. Думаю, вы с ней найдете общий язык. Я должна управиться за пару дней.

Виктор открыл рот и не сводил с меня глаз:

– Женя, а что потом со мной будет?

– Этот вопрос я решу после своего возвращения. Что я должна делать у Игоря Николаевича в доме?

– Мыть посуду.

– Замечательно!

– Не знаю. Думаю, тебе придется не только мыть посуду, но и помогать на кухне. Чистить картошку, резать хлеб и многое другое.

– Это ерунда. Главное – узнать, где эта сволочь хранит денежки.

– Ты ничего не узнаешь.

– Откуда такая уверенность?

– Это очень опасно. Так опасно, что ты себе даже представить не можешь. Давай поедем к нему вместе, я буду тебе помогать.

– Ага! Ищи дуру.

– Женя, но почему ты мне не веришь? Я говорю вполне серьезно.

Вернулись Светлана и Роберт. Я поднялась и попросила Светлану:

– Меня некоторое время не будет дома, пожалуйста, позаботься о Викторе. Его нужно кормить и водить в туалет. Помни, он очень хитрый, может сбежать, все делай вместе с Робертом.

– А куда это ты собралась? – заинтересовалась Светлана.

– Я хочу вернуть свои пятьдесят тысяч долларов.

Мой взгляд упал на стоящий рядом с Виктором телефон, и я быстро отодвинула его.

– Постарайся, чтобы эта игрушка находилась от нашего заключенного как можно дальше. Он может позвонить своему шефу и попросить помощи. Этого нельзя допустить.

– Я что-то не понял, куда ты собралась? – включился в разговор Роберт.

– Я же уже ответила на этот вопрос. В последнее время с твоим слухом творится что-то странное, обратись к специалисту.

– Прекрати! Мне кажется, что к специалисту нужно сходить тебе. Ты, по-моему, уже сама плохо соображаешь, что делаешь. Привела в дом этого курносого как своего жениха, делила с ним постель, не могла им налюбоваться, а вчера привезла сюда под дулом пистолета и приковала к батарее, теперь просишь присмотреть за ним. Ты считаешь, что у тебя с головой все в порядке?

– С моей головой все в порядке, можешь не переживать. Виктор обманным путем выманил у меня пятьдесят тысяч долларов, и я просто обязана их вернуть. Если мы его отпустим, он испортит все дело. Его необходимо держать в доме. Я же не требую чего-то сверхъестественного. Я просто прошу его кормить, поить, водить в туалет, иногда давать сигареты. Можете включить ему телевизор. Чтоб не скучал.

– А может, ему еще и бабу привести?!  – взорвалась Светлана. – Я бы эту сволочь голодом заморила. Это ж надо, украл такие деньги! И куда тебе столько?! Женя, а нам хоть что-нибудь с этих денег перепадет? Мы ведь тоже рискуем. Мне ж надо у плиты пыхтеть, чтобы этого прожорливого гада кормить. Да и Роберту не сахар. Ему, бедненькому, его в туалет водить. А если он ночью не выдержит и под себя сходит? Мне ведь придется за ним убирать. Попробуй такие муки вынеси.

– А ты его поменьше корми, – усмехнулась.

– Вдруг он с голоду помрет? У него же желудок с ведро. Ежели его мало кормить, ноги протянет. А зачем нам еще один труп? У меня больше нет никакого желания ехать ночью на кладбище, избавляться от мертвеца. Хватит, наизбавлялись, сыта по горло. Я, Женя, это к тому, что ты-то уезжаешь, а нам столько хлопот! Я согласна, только материальная компенсация нужна. За спасибо кому это надо?

– Ты хочешь денег?

– Конечно. Ведь ты вернешь пятьдесят тысяч долларов, а это очень большая сумма. Нужно поделиться с ближними.

– Но ведь я еще ничего не вернула.

– Просто я заранее хотела договориться. Главное, чтобы стимул был. А то за бесплатно этого мошенника совсем кормить не хочется.

– Сколько ты хочешь?

Светлана покраснела, ее глаза быстро забегали, она как-то нелепо взмахнула руками.

– Десять тысяч долларов, – задыхаясь, произнесла она, с тревогой следя за моей реакцией.

Я молчала.

– Я думаю, десять тысяч долларов не такая уж и большая сумма. Какая-то пятая часть. Представь, тебе останется ни много ни мало целых сорок тысяч долларов. Это же впечатляет!

– Хрен с тобой, – кивнула я.

– Пятнадцать, – неожиданно сказала Света и покраснела еще больше. Впору прикуривать.

– Десять.

– Ну, хорошо, десять так десять. Мы люди не гордые, – сдалась она. – Для чужих ни когда не жалко, а для родственников…

– Вы что торгуетесь? – рассердился Виктор. – О каких деньгах может идти речь, если Же не грозит опасность! А вдруг она погибнет?! Да хрен с ними, с этими деньгами, человеческая жизнь дороже!

– А вдруг она не погибнет, а привезет деньги… – как-то растерянно сказала Светлана.

– Роберт, ты хочешь жениться на сумасшедшей женщине?!  – вскричал Виктор. – Она же сумасшедшая, разве ты не видишь! Ее ничто не интересует, кроме денег. Она и тебя когда-нибудь за деньги продаст!

– Это не твое дело, на ком я хочу жениться, – проворчал Роберт. – Можно подумать, что ты не сумасшедший. Ты Женьку тоже продал. Так что не надо разыгрывать из себя благородного рыцаря. Ты сам – большое дерьмо. Светлана хоть только языком болтает, а ты свои делишки грязные обделываешь. Женя никуда не поедет. Никто не собирается рисковать ее жизнью. Нет этих денег, и не надо. Пусть они останутся на твоей совести. Правда, жалко, что у тебя ее нет.

– Как это не поеду? – раздраженно вмешалась я. – Я буду делать то, что считаю нужным!

Я направилась в свою комнату.

– Женя, не делай этого! Постой! – донесся до меня голос Виктора, но я знала одно: остановить меня невозможно.

Глава 19

Я натянула самое скромное платье, заплела две косички и надела старенькие, совсем неприметные туфли. Посмотревшись в зеркало, я облегченно вздохнула. От моего вызывающего вида не осталось следа. В зеркальном стекле отражалась вчерашняя школьница, приехавшая из провинциального городка покорять столичный вуз. Собрав небольшую сумку, я взяла пистолет, но тут же решила, что лучше оставить его дома. Если у меня проверят сумку и найдут оружие, то мне вряд ли удастся выбраться из этого дома живой и невредимой. Обмотав пистолет кофтой, я положила его под подушку и, взяв сумку, направилась к выходу. В дверях столкнулась с озверевшим Робертом. Он смотрел на меня так жутко, что мне по-настоящему стало страшно.

– Ты что? – тихо пробурчала я себе под нос.

– Ничего! Разворачивайся на сто восемьдесят градусов, положи сумку на место и садись завтракать. Ты никуда не поедешь!

– Освободи дорогу.

– А я сказал, что ты никуда не поедешь!

– А я сказала, освободи дорогу!

Света из-за спины Роберта заговорщически махнула мне рукой и быстро затараторила:

– Роберт, твоя сестра уже давно не ребенок и умеет принимать самостоятельные решения. Если она собралась куда-то ехать, пусть едет. Тем более что от ее поездки нам может выгореть целых десять тысяч долларов! Мы не так богаты, чтобы разбрасываться такими деньга ми. Выпусти сестру и не валяй дурака. В Же не сейчас особой необходимости нет. Я что, не смогу накормить нашего заключенного? В туалет мы его будем водить вместе. Справимся.

– Уйди с глаз долой, – сквозь зубы процедил Роберт и ожег Светлану таким взглядом, что она решила не испытывать судьбу и моментально ретировалась.

– Не устраивай сцен, – сказала я брату. – Если мне надо уехать, я уеду, и никто не сможет меня остановить. Ты это знаешь.

– Тебе что, не хватает денег? – как-то растерялся брат.

– Дело не только в деньгах. Я хочу расквитаться с одним человеком, который по-свински влез в мою жизнь и наделал целую кучу гадостей. А самое страшное то, что этот человек сыграл на моих чувствах. Он подослал ко мне молодого, симпатичного мужчину, который запросто уложил меня в кровать и сыграл свою роль, как блестящий актер. Меня унизили, меня растоптали, и, в конце концов, меня предали.

– Ты хочешь сказать, что готова убить того, кто подослал к тебе курносого?

– Ну почему же обязательно убивать? Быть может, найду у него какое-нибудь слабое место и сделаю ему точно так же больно, как он сделал мне.

– Не говори ерунды. Ты, такая хрупкая, такая беззащитная, что ты можешь сделать?

– Роберт, давай я разберусь во всем сама. Если со мной что-нибудь случится, вы отпустите Виктора и, надеюсь, найдете применение отцовскому наследству.

У Светы задрожали губы – мысленно она уже представила меня погибшей и побежала в отцовский сейф пересчитывать деньги. Роберт заметно побледнел и слегка вздрогнул.

– Никогда так больше не говори. Мне не нужны ни деньги, ни этот дом. Мне нужна ты. Я хочу тебя видеть живой, здоровой и веселой.

– Спасибо, – со слезами на глазах сказала я и чуть тише произнесла: – Ты можешь отвезти меня на нашей машине?

– А может, ты все-таки останешься дома?

– Ты же знаешь, что меня невозможно удержать. Как только я сделаю все, что задумала, ты за мной приедешь. Я буду звонить.

Роберт тяжело вздохнул и пошел одеваться. Я шутливо пригрозила Светлане пальцем:

– Смотри пленника не обижай.

– Не переживай, не обижу, – она постаралась улыбнуться. – Ты, самое главное, возвращайся. Смотри, чтобы с тобой ничего не случилось. Бог с ним, с этим наследством. Ты же мне десять тысяч долларов пообещала, а наследство переоформлять нужно, возни много.

– Ты неисправима, – усмехнулась я и за глянула в комнату к Виктору. – Ну, будь здоров, не болей. Слушайся Светлану.

– Не надо ничего предпринимать, – в который раз повторил он. – Сними с меня на ручники, давай спокойно все обсудим.

– Думаю, у нас еще будет время именно так и поступить.

– А этот Игорь Николаевич тебя когда-нибудь видел? – поинтересовался Роберт, когда мы сели в машину.

– Надеюсь, что нет.

– Так ты в этом не уверена?

– Он приходил к отцу, когда я была еще совсем маленькая. За эти годы я повзрослела и очень сильно изменилась. Если он и бывал у отца, мы не могли встретиться. Я практически не выходила из комнаты.

Всю дорогу Роберт нервно курил и напряженно думал. Я тупо смотрела в окно и тихо напевала себе под нос какую-то незатейливую мелодию.

– Я люблю тебя, – неожиданно сказал Роберт.

Я сделала вид, что не расслышала, и никак не среагировала на столь высокие слова.

– Я люблю тебя, – вновь сказал Роберт и взял меня за руку.

– Следи за дорогой, – безразлично ответила я и отдернула руку.

– Женя, я не верю, что ты ко мне совсем-совсем ничего не чувствуешь. Я просто напоминаю тебе отца…

– Я ничего не хочу слышать о твоем отце.

– Я боюсь за тебя. Не представляю, как смогу оставить тебя в чужом доме одну, у меня же сердце не на месте будет. Ты обо мне подумай!

– Как я могу думать о тебе, если я о себе-то ни черта не хочу думать. Ты обязательно должен быть дома, со Светланой. Если Виктор сбежит, я буду в опасности.

– Если бы ты только знала, как я ненавижу этого курносого! А ты? Ты его любишь?

– Теперь уже нет.

– Мне кажется, ты говоришь неправду. Ты вчера занималась со мной сексом потому, что хотела заставить его страдать, или потому, что и в самом деле меня хотела?

– Роберт, заканчивай со своими вопросами, у меня от них уже голова болит, – резко сказала я и отвернулась к окну.

Всю оставшуюся дорогу мы ехали молча и делали вид, что не замечаем друг друга.

– Подъезжаем, – нарушил молчание Роберт.

– Прощаться не станем, чтобы ни вызывать подозрений. Будь дома и жди моего звонка. Я позвоню при первой же возможности.

– Женя, я так за тебя боюсь!

– Все будет нормально, прорвемся, – попыталась я успокоить сама себя.

Мы подъехали к самому настоящему дворцу, не уступающему отцовскому замку.

– Приехали, – дрожащим голосом сказал Роберт. В его глазах застыли слезы.

Страницы: «« « ... 678910111213 » »»