Женщина с Планеты Любви. Теплые сказки о любви, цветах и кошках Семина Ирина
– Да? – несколько приободрилась я. – Ну, тогда ладно. Тогда вот почему мои часы взбесились? Если они на меня работают?
– Чтобы вы, наконец-то, начали планировать свое время, – тут же живо отозвался мастер. – Время очень любит, когда им занимаются. Почти как женщина!
– А если женщиной не заниматься, она обидится и даже будет немножко вредить, – радостно добавила Женька.
– Вот так же и Время! – кивнул мастер Цейтнот. – Оно может быть капризным, если вы к нему относитесь наплевательски. А если с уважением – и оно пойдет вам навстречу! Оно будет служить вам верой и правдой, сжиматься, растягиваться, даже ненадолго останавливаться – как пожелаете! Но только при условии, что вы используете его на благие цели! Нереализованные мечты, рыдания в подушку и просмотр всех сериалов подряд благими целями не считаются! Перестаньте убивать время на пустопорожние разговоры, на необязательные отношения, на ненужные действия, и оно признает вас! Вы станете хозяйкой своего времени!
Наверное, «здесь и сейчас» я была счастлива. Потому что дальше «часов не наблюдала». Я задавала еще какие-то вопросы, мастер с готовностью отвечал. Мне было безумно интересно, и я вовсе не смотрела на часы. Да и куда смотреть – они же все показывали разное время?! Но, наконец, я выдохлась, да и мастер выглядел слегка утомленным.
– Сейчас наступают новые времена, – сказал напоследок мастер. – Время становится материальным. Оно становится инструментом, который можно использовать! А те, кто до сих пор не научился это делать, испытывают временные трудности. Но они правда – временные! Ведь в вашем Настоящем вы создаете свое Будущее. Всегда помните об этом, каждую секунду – и все! Все у вас получится!
– Жень, а нам не пора? – спохватилась я. – А то мы уже сколько сидим!
Мы засобирались. Мастер Цейтнот проводил нас до двери и на прощание вручил мне в подарок будильник.
– На память о времени, проведенном столь плодотворно! – торжественно сказал он. – Женечка, а как ваши часики?
– Замечательно! Я теперь в сто раз больше успеваю! – похвасталась Женька. – Спасибо!
– А он что, тебе тоже часы подарил? – спросила я, когда мы вышли на улицу.
– Ну да, – скромно призналась Женька. – Специальные, чтобы временем управлять. У меня теперь с ним полная дружба!
– А чего молчала? – упрекнула я.
– А ты бы поверила? – развеселилась Женька. – Тут уж лучше своими глазами…
– Слушай, Жень! – вдруг озаботилась я. – Наверное, такси надо было вызвать? А то ведь ночь на дворе!
– Какая ночь? – удивилась Женька, глянув на часы. – Вечер только начинается! Мы всего час в гостях просидели.
– Не может быть! – ахнула я. Но по часам точно выходило – всего час!
– Давай, подруга, пешочком пройдемся, а? – предложила Женька. – Вечер-то какой!
– Ты чего? Это мы сколько времени на дорогу угрохаем? – забеспокоилась я.
– Что значит «угрохаем»? – обиделась Женька. – Помнишь, что мастер Цейтнот сказал? На красоту времени жалеть не надо – окупится! А что может быть красивее двух молодых девушек среди вечерних огней?
– Кстати, а что у него за фамилия странная такая? Где-то я это слово слышала, только не помню, где…
– Это из шахмат. Означает «время вышло», – объяснила умная Женька. – Правда, забавно? Хозяин времени – и с такой фамилией!
– Жень… А мы теперь тоже можем стать хозяйками своего времени? – вдруг задумалась я.
– Почему «можем»? Станем! – уверенно сказала Женька. – Теперь все пойдет по плану! Ведь время работает на нас!
И словно в подтверждение ее слов в моей сумочке мелодично бренькнул будильник, подаренный мастером Цейтнотом – как напоминание о том, что Время – живое, и его надо любить и беречь, как самое дорогое существо.
***
– Если у тебя нет времени на себя, значит, ты себя просто не любишь, – категорично заявила Кошка.
– Если ты не любишь себя, как ты можешь любить кого-то другого? – спросила Сирень.
– А уж заполнять отпущенное тебе Время всевозможным мусором, тратить его на страдания и переживания – вообще себя не уважать, – сказала Кошка.
– Может быть, пришло время для того, чтобы подняться над обыденностью и познать высокую и светлую, вдохновляющую и окрыляющую Божественную Любовь?
– Кажется, вы правы, Время пришло! И теперь я, пожалуй, готова поговорить о счастливой Любви, – удивленно прислушиваясь к себе, сообщила Женщина. – Сколько можно говорить о ржавых гвоздях, о треснувших льдинах, о старых, потертых отношениях? Ведь есть же на свете счастливые гармоничные отношения! Есть они, есть, я чувствую!
– Разумеется, они есть, – подтвердила Звезда. – Помнишь, мы говорили про совмещение пространств? Так вот: это уже происходит! Ты возвращаешься на Планету Любви.
– Куда-куда?
– Туда, откуда ты родом. Расслабься, закрой глаза и лови каждое слово.
Планета Любви
В бескрайних просторах Космоса, в одной из обширных Галактик, возле яркой Звезды существовала Планета. Она была еще довольно молодая – всего несколько миллиардов лет, и на ней было все, что полагается порядочной планете: почва, вода, рельеф, разные микроорганизмы, растительность, какие-то животные… В общем, планета как планета – таких в Космосе великое множество. Правда, на Планете пока не наблюдалось разумной жизни – но какие ее годы? Ведь она была, по космическим меркам, еще совсем юной.
Впрочем, сама Планета так не считала. Она казалась себе изрядно пожившей и даже слегка припорошенной пылью веков. В самом деле, трудно было даже представить, сколько витков она исправно совершила вокруг своей Звезды, ни разу не сошла с орбиты, старалась сдерживать эмоции (ведь от них на поверхности планет бывают такие катаклизмы!), и ее было трудно упрекнуть в пренебрежении своими вселенскими обязанностями. Да, Планета была очень уважаемым и симпатичным космическим телом!
Но иногда Планете становилось грустно. Дело в том, что у нее не было Спутника. А ей очень хотелось! Она видела, что у других планет спутники имеются, а у некоторых и не один. Спутники вращались вокруг планет, то приближались, то удалялись, но тем не менее придерживались заданных траекторий, при этом освещая свою планету и делая ее еще ярче и интереснее. Иногда спутники срывались со своих орбит и улетали в открытый космос, порою слишком приближались к планете, падали и сгорали в плотных слоях атмосферы, а были случаи, когда спутники взрывались и разлетались на множество мелких астероидов, но это редко, когда отношения Планеты и Спутника входили в опасный резонанс.
В общем, у всех Спутники были, а у Планеты не было. Ну ладно, пусть не у всех – но у большинства-то были!!! И ей хотелось, чтобы у нее тоже завелся Спутник. По этому вопросу она обратилась к своей Звезде:
– Слушай, ну почему так? Разве не каждая Планета достойна Спутника?
– Каждая, – кратко ответила Звезда.
– Тогда почему у меня нет?
– Не созрела, – полыхнула протуберанцем Звезда.
– Но вот те Планеты, что расположены в соседней Звездной Системе, – каждая имеет по три Спутника!
– Не завидуй, – посоветовала Звезда. – Каждому – свое.
– И в нашей семье… Нас тут семь планет, и только две со Спутниками. Ну как так?
– А вот так, – ответила Звезда. – Не доросли. Молодые еще, глупые. Ты что думаешь, Спутники из космического вакуума берутся? Их надо привлечь, и тогда они у тебя будут!
– А как, как привлечь? – заинтересовалась Планета.
– Ну, это ты уж сама думай, как! Придумаешь – значит, созрела! А я а тебя ничего делать не собираюсь, достаточно того, что я тебе энергию даю. И советы.
– Понятно, – судорожно вздохнула Планета, и где-то на ней произошло землетрясение со смещением пластов.
После этого разговора Планета задумалась. Она совершенно не представляла, как привлекаются Спутники. Она попыталась спросить у другой Планеты их Звездной Системы, у которой Спутник уже имелся, но та посмеялась:
– Малышка, мой опыт тебе не пригодится! Каждая Планета решает этот вопрос по-своему, поэтому и Спутники все разные по размеру, составу и силе притяжения. Так что сама, сама, сама! Мне вот никто не помогал!
Планета расстроилась и даже немного поплакала, вследствие чего на ней произошло небольшое наводнение.
– Нет, нет, нет, так нельзя! – испугалась Планета. – Эдак я все живое на себе погублю, а оно-то чем виновато?
А потом она увидела, что к ней приближается Шальной Метеорит.
– Привет, Планетка! Какая ты симпатичная! – издали закричал он.
– Привет, – заулыбалась Планета. – Ну у тебя и скорости! Я так не умею…
Слово за слово, они разговорились, и Планета, набравшись храбрости, предложила:
– Слушай, Метеорчик, а ты не хотел бы стать моим Спутником? Постоянным…
– Я? – удивился Метеорит. – Знаешь, конечно, ты мне нравишься, и я мог бы сразу воспользоваться твоей доверчивостью и жаждой Спутника. Но именно потому, что хорошо к тебе отношусь, скажу «нет».
– Почему? – огорчилась Планета.
– Я ж Шальной! – объяснил Метеорит. – Туда лечу, сюда лечу… Не могу я долго на одной орбите быть. В конце концов, мне станет скучно, рухну я на тебя и что-нибудь испорчу. Будет на тебе какая-нибудь гигантская впадина, а то, еще хуже, вообще снесу – с орбиты сойдешь, придется потом привыкать, восстанавливаться…
– Спасибо за честность, – подумав, ответила Планета. – И что, все Метеориты такие… непостоянные?
– Все! – не задумываясь, сказал ей Шальной Метеорит. – Мы так устроены. Только не все вот такие честные. От нас многие Планеты страдают. Так что имей в виду: Метеориты на роль Спутников не годятся. Так, если только на короткое время…
И Шальной Метеорит полетел дальше, в глубины Космоса, а Планета осталась ждать других Спутников. Ожидание оказалось недолгим: вскоре у нее на примете оказался солидный Астероид.
– Простите, я вижу, вы в свободном полете? – обратилась к нему Планета.
– Да, так и есть, – подтвердил Астероид. – Ищу, где найдется местечко для одинокого путника…
Разумеется, у Планеты такое местечко нашлось, и Астероид прочно утвердился на орбите. Планета так воодушевилась, что и у нее теперь имеется Спутник, что на ней сменилась эпоха и произошел эволюционный скачок.
Впрочем, радость ее оказалась недолгой, каких-нибудь пара миллионов лет. Дело в том, что Астероид был совершенно каменный, весь в острых выступах и очень, очень холодный. И он никак ее не освещал и не согревал. То есть Планете от такого Спутника было ни горячо, ни холодно.
– Астероид, ну почему ты всегда сам в себе? – упрекнула его Планета. – Ни поговорить, ни посмеяться… Неуютно с тобой, одиноко. Летишь, молчишь, словно спишь все время.
– Я и сплю, – объяснил Астероид. – Просыпаться – оно себе дороже получается. Если хочешь знать, я таким не сразу стал, я другой был, веселый и живой, и по размеру во много раз больше. Настоящий Спутник! Но потом… не сложились у меня отношения с одной Планетой. Она меня все воспитывала, пилила, пыталась преобразовать и сделать разумным – на свой лад, разумеется! Я ее любил, поэтому терпел, молчал и держал все в себе. Но я уже просто не мог выносить такой жизни!!! И однажды случилась страшная катастрофа. Я взорвался! Порвало меня на тысячи мелких осколков, и теперь я несусь прочь от нее, одинокий странник в космической черноте, и все чувства во мне умерли. Вот так!
– Может, пора уже оттаять? – робко спросила Планета. – Я же тебя не пилю и не переделываю?
– Именно это ты сейчас и пытаешься делать, – холодно заметил Астероид. – Я такой, какой есть. Поздно мне меняться. Признаю, нет во мне целостности! И заметь: я к тебе в Спутники не набивался. Сама позвала.
– Ну ты и тип! – ужасно рассердилась Планета, и на ней разом проснулись и стали плеваться раскаленной лавой десятка полтора вулканов. – Надо было сразу говорить, что никакой ты и не Спутник! А то еще и виновата осталась!
Но делать было нечего. Планета плюнула на Астероид – просто сдвинула его орбиту подальше, чтобы на глаза не попадался, и пригорюнилась. Ей было одиноко как никогда, на душе – холод и мрак, и настроение было стабильно кислое. На ней даже случился застойный период – наступило сильное похолодание, стали закисляться и заболачиваться почвы, вымерло десятка полтора видов крупных млекопитающих, а на полюсах образовались вечные льды.
– Планета! Слышишь, посмотри сюда, – услышала она вкрадчивый шепот из глубин Пространства. – Я тут… Я жду тебя… Ты прекрасна и удивительна… Я всегда хотел такую, как ты…
Планета очнулась от своего горестного забыть, посмотрела туда, откуда доносился этот бархатный голос, – и никого не увидела.
– Ищи самое темное место, – посоветовали ей. – Приглядись, я тут!
Она всмотрелась – и вдруг увидела нечто огромное, восхитительно-темное, невероятно притягательное… От него исходил Зов, и Планете захотелось немедленно на него отозваться.
– Кто вы? – замирая, спросила Планета.
– Разрешите представиться, я – из соседней Галактики, мое имя – мистер Черная Дыра, – представился незнакомец. – А вы… За вами я давно наблюдаю. И прямо скажу – никого прекраснее за всю свою долгую жизнь я еще не встречал!
– Правда? – расцвела Планета. – А вы… очень старый?
– Старше, чем ты можешь себе представить, крошка, – усмехнулся мистер Черная Дыра. – Но душою я молод, и хотел бы быть твоим Спутником во веки веков, аминь…
– О господи, кажется, я нашла себе Спутника, – не веря себе, прошептала Планета. – Ну так летите же скорее сюда, давайте познакомимся поближе!
– Не могу, я же иностранец, – возразил мистер ЧД. – Это тебе придется сойти с орбиты и подлететь ко мне. Давай, малышка, не бойся! Нам будет хорошо вместе, обещаю.
Его голос был так сладок, а речи так заманчивы, что Планета, не долго думая, стала потихоньку сползать со своей орбиты и двигаться туда, на чарующий звук.
– Скорее, скорее, я весь в нетерпении! Стань моей! Я хочу слиться с тобой, вобрать тебя всю, обнять со всех сторон, познать тебя до последней молекулы!
– Да, да, я сейчас! – заторопилась Планета. – Я лечу к тебе, милый!
И вполне возможно, что на этом и закончилась бы ее жизнь молодая, погибла бы Планета во цвете лет, но тут подал голос забытый ею Астероид.
– Стой, дурочка! Куда ты??? Это же верная смерть!
– А тебе чего надо? – нетерпеливо подпрыгнула Планета, и по ней прошлось мощное цунами, обогнув экватор аж два раза. – Ты там спишь – ну и спи себе!
– Ты не знаешь, куда собираешься встряпаться, – еще пуще встревожился Астероид. – Это же Черная Дыра!
– Ну да, я знаю, он представился, – отмахнулась Планета. – И ничего, что он иностранец! Теперь он будет моим Спутником, а ты – отдыхай!
– Да погоди ты! – возопил Астероид. – Ты хоть знаешь, каковы обычаи у этих самых иностранцев??? По каким законам они живут? Может, тебе это вовсе не подойдет!
– Потерплю, изучу и привыкну, – с достоинством отозвалась Планета. – Зато у меня будет Спутник!
– Глупая!!! Спутник – это тот, кто рядом с тобой, на стабильной орбите! – рассердился Астероид. С него вдруг слетела вся холодность, и он стал накаляться. – А Черные Дыры занимаются поглощением! Он заполучит тебя, сожрет, а потом распылит на атомы! Знаешь, сколько космического вещества уже пропало в Черных Дырах бесследно? В том числе и глупых, неопытных, доверчивых планеток – таких, как ты! Это ловушка!
– Обманываешь, – не поверила Планета. – Мстишь.
– Ах, так? Не веришь? Тогда смотри! Только, пожалуйста, ничего не говори и не двигайся, так наблюдай, с места!
И Астероид, поднатужившись, соскочил с орбиты Планеты и направился к Черной Дыре.
– Эй, красавчик! – крикнул Астероид. – Посмотри на меня! Я тебе нравлюсь? Как ты относишься к опытным, повидавшим мир космическим бродягам? Нет желания сойтись поближе? Поговорить по душам? Проникнуть друг в друга?
– Ты прекрасен, – зазвучал выразительный голос, и Планета с изумлением узнала в нем мистера ЧД. – Ты такой сильный, и это мне нравится. Я никогда не видел никого брутальнее тебя. Подлети поближе, мой мальчик… Скорее, скорее, я весь в нетерпении! Стань моим! Я хочу слиться с тобой, вобрать тебя всего, обнять со всех сторон, познать тебя до последней молекулы!
– Не может быть, – пропищала Планета, застыв недоумении, – и на ней случились безумные и нелогичные приливы и отливы. – Он же это мне только что говорил??? Я не верю!
– Не веришь? – крикнул ей Астероид. – Сейчас поверишь!
И он вновь двинулся по направлению к Черной Дыре.
– Я иду к тебе! Но путь так долог, а время бесконечно… Я жду-не дождусь момента, когда мы сольемся, – говорил Астероид. – Ты так могуч, ты такой огромный… Помоги же мне преодолеть этот путь!
– Иди сюда! – загромыхал голос, и Планета в ужасе содрогнулась, нечаянно утопив полконтинента и десяток островов, зато подняв из глубин четыре новых горных хребта.
Она увидела, как мистер ЧД вдруг выпустил черные щупальца, они метнулись к Астероиду, который к тому времени уже весь налился багровым светом, и Астероид неудержимо, все быстрее и быстрее, заскользил туда, в центр Тьмы.
– Смотри, Планета! Вот так Черные Дыры заманивают, высасывают тебя до дна – и прощаааай…
Это были последние слова Астероида. Дальше он просто исчез там, в Черной Дыре. Планете даже показалось, что она успела разглядеть, как в последний момент он рассыпался искрами, превратился в пыль. Но может, конечно, просто привиделось…
– Кошмар, – выдохнула она. – Куда я чуть не вляпалась??? И что теперь делать?
– Думаю, для начала вернуться на орбиту, – раздался спокойный голос Звезды. – И хорошенько подумать, почему это все с тобой произошло.
– Звезда, милая Звезда! – жалобно пролепетала Планета. – Я так испугалась… Ведь я могла погибнуть! Почему ты меня не остановила?
– А смысл? – Звезда, как всегда, была лаконична.
– Я чуть не погибла! А ведь мне всего лишь хотелось любить!!!
– Ну так и любила бы, – ответила Звезда. – Знаешь, прежде, чем любить то, чего у тебя нет, имеет смысл научиться любить то, что уже есть.
– О чем ты? Я опять ничего не поняла! Почему мне никто не объяснит толком?
– Ты же никого не слушаешь. Ты слишком озабочена поиском Спутника, только об этом и думаешь. А о чем должна думать?
– О чем?
– О себе. Ты должна прежде всего озаботиться тем, кто есть ТЫ, а не кто есть рядом с тобой. Посмотри, во что ты себя превратила?
– Во что? – Планета глянула на себя и ужаснулась: ее переживания так неузнаваемо изменили ее облик, что оставалось только охнуть: вся ее поверхность была в ранах, впадинах и морщинах.
– И скажи спасибо, что у тебя оказался друг, который вовремя вмешался, – заметила Звезда.
– Ты об Астероиде? Но он же погиб, упал в Черную Дыру, превратился в ничто! – вспомнила Планета. – Или мне показалось?
– Нет, не показалось. Его засосала Черная Дыра. Черные Дыры живут за счет других космических тел. Они забирают чужую энергию. Так что на месте Астероида могла бы оказаться и ты, но он пожертвовал собой, чтобы спасти тебя, глупую.
– Он погиб вместо меня? – никак не могла поверить Планета.
– Он прожил долгую, нелегкую жизнь и умер красиво, – сказала Звезда. – Перед смертью он вновь испытал Высокие Чувства – сострадание, благородство, сочувствие и любовь. Ты же видела, как ярко он вспыхнул?
– Я буду помнить его всегда, – тихо сказала Планета. – И знаешь, сейчас я хотела бы отдохнуть. Мне надо о многом подумать.
…В следующие несколько миллионов лет Планета была очень занята. Она совершенно оставила мысль о каких бы то ни было Спутниках и занялась собой. После всех своих душевных и физических катаклизмов она была совершенно опустошена, но это было и хорошо: всегда легче построить на пустыре новое, нежели переделывать старое. И Планета старалась!
Она придумывала конфигурации водоемов старательно совмещала их с линиями берегов, выводила новые и новые сорта плодов, рассаживала повсюду цветы, изобретала экзотических птиц, с любовью раскидывала по поверхности цепочки гор и ожерелья озер. Немного отдохнув и полюбовавшись содеянным, она сочиняла мифы и легенды, которые тут же запускала в атмосферу, устраивала муравейники и термитники, продумывала взаимосвязи между разными видами организмов. Это было увлекательное занятие, которое требовало внимания, терпения и усидчивости, и Планета старалась не отвлекаться. Поэтому она не сразу заметила Пришельца – космическое тело, которое оказалось в непосредственной близости от нее.
– Ух ты! – восхитилось тело. – Как у тебя тут здорово! Прямо райская планетка!
– Ну, тут еще далеко не все обустроено, – деловито отозвалась Планета, формируя цепочку гряды островов в океане. – Работы еще много. Хотя и сейчас мне уже нравится, что получилось.
– Много работы? Помощь нужна? – воодушевился Пришелец. – Я в математике и геометрии хорошо понимаю, в физике твердых тел, и еще много чего могу!
– Ну, если у тебя есть время и желание… Не мог бы ты помочь мне разобраться с цикличностью приливов и отливов? А то у меня это пока слабое звено. А я тем временем сотворю побольше песка и насыплю вон там пустыньку, давно собиралась, да все руки не доходят.
– Отлично! Приливы-отливы за мной. Начал думать.
Вместе дело пошло веселее. Пришелец оказался толковым, работящим и с хорошим чувством юмора. Они все чаще вместе планировали какие-то нововведения, советовались и даже порою спорили, но так получалось еще веселее.
– Эй, Планета! Как дела? – крикнула как-то сверху Звезда.
– Работаю над собой, – отозвалась Планета. – Вздохнуть некогда.
– Я вижу, ты стала куда более стабильной и выдержанной, – похвалила Звезда.
– Да? А я и не заметила. Ну, раз ты говоришь, то наверное…
– Ты не возражаешь, если я слегка подвину орбиту твоего Спутника? А то тут спонтанные возмущения возникают, – попросила Звезда.
– Спутника? Какого Спутника? – удивилась Планета.
– Ну вот этого, который сейчас заканчивает перешеек между материками.
– А, Пришельца? Но он вовсе не Спутник! – ответила Планета. – Мы просто вместе занимаемся обустройством мира.
– Занимайтесь на здоровье. Только знаешь, если космическое тело длительное время находится на устойчивой орбите вокруг другого тела, то это и есть Спутник, между прочим.
– Дааа???? – поразилась Планета. – Надо же! А я и не заметила!
– Разумеется. Тебе же не до этого было – ты свою жизнь устраивала.
– Ну да. Я и не думала даже про Спутников, и не вспоминала. Откуда же он взялся?
– Так давай его и спросим. Спутник, а ты откуда взялся? – спросила Звезда.
– Летел мимо. Смотрю – Планета неземной красоты, причем в стадии развития. Вся такая увлеченная, вдохновенная! Жизнь так и кипит, кругом сплошная эволюция. И главное – простора много, есть где силы приложить. Мне сразу интересно стало, думаю, вдруг и я полезен буду? Ну, вот, с тех пор и участвую в преобразованиях планетарного масштаба. Мне нравится!
– Поздравляю, дитя мое! Вот видишь, созрела – и все само собой устроилось. Теперь у тебя имеется постоянный Спутник, и я за тебя спокойна, – сказала Звезда. – Какие планы?
– Скажем? – обратилась Планета к Спутнику.
– Ну, Звезде-то отчего не сказать?
– Тогда ты и говори!
– Мы тут о зарождении разумной жизни подумали, – сообщил Спутник. – Пора, самое время. И у нас уже по этому поводу куча идей.
– Молодцы! – одобрила Звезда. – Удачи вам, у вас получится. И еще. Красавица моя, ты не могла бы проконсультировать тут одну молодую? А то я ей говорю, а она мне не верит…
– Да пожалуйста, – удивилась Планета.
– Спрашивай, – посторонилась Звезда, и Планета увидела другую планетку, совсем молодую – видать, только-только сформировалась, не остыла еще от тепла Звезды.
– Скажите, пожалуйста, как привлечь в свою жизнь Спутника? – робко спросила она, с восхищением глядя на красавицу Планету.
Планета задумалась. Ей хотелось предостеречь малышку от ошибок, которые стоили ей нескольких миллионов лет жизни, – от непостоянных Шальных Метеоритов, от засасывающих Черных Дыр, от всяких катаклизмов, которые так уродуют твой мир… Но ничего этого она говорить не стала. Она вдруг поняла, что от всего на свете не убережешь, и нельзя запретить кому-то совершить собственные ошибки, но есть нечто, что должна знать любая уважающая себя Планета. Поэтому она и сказала вот что:
– Люби не то, чего пока нет, а то, что уже есть. Занимайся собой, девочка. Совершенствуй себя, ухаживай за собой, будь изменчивой и жизнерадостной, благоустраивай свой мир. Стань интересной сама для себя – и тогда Спутник тобой заинтересуется без твоего вмешательства!
– Так и есть, – подтвердил Спутник. – Именно этим она меня и притянула.
– Спасибо, – проговорила юная планетка, скромно отступая в тень Звезды. – Я запомню!
– И хватит болтать, давай делом заниматься! – ворчливо сказал Спутник. – Кажется, мы говорили о зарождении разумной жизни?
– Угу, – улыбнулась цветущая Планета. – Говорили.
– Тогда от слов – к делу! – решительно объявил Спутник. – На нашей чудесной Планете начинается новая эра!
…Они так и кружатся до сих пор в бескрайней Вселенной – Планета Любви и ее верный Спутник. А на Планете живут, рождаются и умирают, встречаются и расстаются, влюбляются и творят чудеса их дети – целое человечество, рожденное на Планете Любви.
***
– Да! Это то, что мне было надо, – с чувством сказала Женщина. – Не тосковать по Спутнику, а строить свой мир.
– Правильный вывод, – подмигнула Звезда.
– Да-да-да! Все правильно. Теперь я понимаю. Я выросла из старых отношений, а до новых еще не доросла. Вот и застряла в безвременье на много лет. Метеориты и Астероиды меня уже не устраивали, а для более высоких отношений я была слишком незрелой Планеткой.
– Уже созрела! – с любовью сказала Сирень.
– Приятно посмотреть, – охотно согласилась Кошка.
– Дело за малым – построить свой новый мир. Как вы думаете, что для этого надо?
– Нужно вымечтать его, – посоветовала Звезда. – Нет ничего более легкого и пьянящего, ничего более действенного и приятного, чем хорошо выдержанная Мечта.
– Выдержанная? Это как?
– Как старое доброе вино. Мечте нужно дать время, чтобы она выросла и обрела силу.
– Позвольте мне рассказать вам историю одного моего знакомого, который, как мне кажется, знал толк в мечтах, – попросила Кошка.
– Опять кошачьи истории? О боже, как я их полюбила! Рассказывай же поскорее! – оживилась Женщина.
Рыжее счастье
Эх, как же хорошо, когда солнышко пригревает, птички поют, а в желудке переваривается изрядный кусок свежей говядинки, а помимо того, имеется уверенность в завтрашнем дне! Жизнь, можно сказать, удалась! Мнннняяяяяу!
О, какая кошечка пошла! Не идет, а пишет! Правда, неухоженная – видать, из уличных. Да и не видел я ее в нашем дворе, наверное, транзитом… Эх, сколько лет на свете живу, а интерес к кошечкам не пропадает. И ведь все почему? Да потому что понять этот женский пол, хоть убей, невозможно. Я, например, до сих пор не смог, хотя, по человеческим меркам, уже почти старик. Но вы не думайте, я еще ого-го, ни одной весенней спевки на крыше пока не пропустил! И ни одной симпатичной кошечки – тоже… А вот понять их – не могу!
Да, зовут меня Василий, по происхождению я – кот, по складу характера – философ. Очень люблю порассуждать о разных разностях. О кошках – так особенно! Хоть я академиев кошачьих не кончал, и вообще из деревни привезен, но опыт житейский у меня имеется. Всегда есть пара слов для занимательной беседы.
Вот я и говорю – кошки… У меня вообще есть догадка, что коты и кошки – это вовсе разные виды. Потому как понять нам друг друга – ну ооочень трудно! Вроде, и там, и там – четыре лапы, хвост, усы, а этот… как его… мен-та-ли-тет – ну разный, разный!
Вот я за свою долгую жизнь столько раз с кошками общался – и не упомнишь! И близко в том числе… Но никак не могу вывести закономерность! Вот у нас, котов, все понятно: хотим есть – едим, хотим спать – спим, хотим любить – кошку ищем. А у них?
Я вот давно наблюдаю за тремя подружками из соседнего двора, они все время на подоконнике сидят и беседы беседуют. Я иногда даже подслушиваю из кустов, когда ветер в другую сторону. А то не дай бог учуют – расцарапают, мало не покажется! Так вот, я половины из того, что они там мурлыкают, вообще не понимаю! Как будто на другом языке разговаривают.
Вот мы, коты, всегда по делу говорим. Об охоте, например. О пропитании. О последней драке за мусорными баками. Или о кошках. А они? О всякой ерунде! Как правильно когти точить, чем куриная печенка лучше говяжьей, что современнее – «Вискас» или «Кити-Кэт», и какая гламурная эта кошечка Зизи из сериала «Сердце красавицы». Мммняяя… Или еще своим хозяевам кости перемывают. Или, того хлеще, нам, котам… И ведь не устанут! Когда они только жить успевают?
Ой, ой, ой, какая краля на балкон вышла! Просто балерина. Стоит, жмурится, хвостиком поводит. Мррррр, мяаааау! Ни разу ее на улице не видел – наверное, не выпускают. Вот бы с ней поближе познакомиться! Надо подумать, как к их балкону подобраться… Так, запомним адресок – третий балкон справа на четвертом этаже!
Вы не думайте, я от одиночества не страдаю, я в наших краях самец популярный! От меня за тринадцать лет котят по свету разбрелось – немерено! Ну и что, что ухо драное? Говорят же, мужчину шрамы украшают! Ну а кота – тем более. Ухо мне когда-то собаки порвали, но ничего, отбился, тоже им хорошую трепку задал. А что на морде шрамы – так это отдельная песня. Может, потом расскажу…
Так вот, говорю: нет, не понимаю я кошек! Мы, коты, народ простой: если нам чего-то хочется, так мы это просто делаем, и все! И смотрим при этом прямо, в глаза, без этих их дамских штучек! А они же… Она на тебя так глянет через плечо, да еще так глазами поведет, и непонятно, что это вообще было – «да», «нет», «не знаю» или «может быть»? И вид у них при этом такой, словно они про тебя чего-то знают…
И ведь, что характерно, все они помешались на независимости! Идет мимо тебя – задом виляет, хвостик туда-сюда, туда-сюда, и поглядывает искоса – в общем, явно завлекает! А попробуй сунься поближе познакомиться – или убежит, или скандал закатит. Спрашивается, чего вилять было? Чего хотела-то??? Мнеэээээ, вот и пойми их! Но заводит это, я вам скажу – мать моя кошка!!!
Однажды, помню, идет такая беленькая, и ошейничек на ней, с колокольчиком… Я как этот ошейничек увидел – обезумел вообще. Я за ней, и слева, и справа, а она так ушками поводит, вроде и не замечает меня. Долго она меня не подпускала! Я ей и под окном пел так, что пару раз меня сверху водой обливали, и мышей ей ловил, лично преподносил. В общем, полгода я ее обихаживал. Как увижу ошейничек – все, пропал котяра! Ну, в общем, добился своего, поладили мы с ней – пятеро котят у нас получилось, все в люди вышли, в смысле, всех в хорошие руки пристроили. До сих пор помню, как этот колокольчик звякал, когда она через двор шла! Ах, какие полгода были! Драйв, адреналин!
О, сиамка на форточку вылезла… Тоже очень ничего кошечка. Тело худое, гибкое, кремовое, а ножки в черных чулочках, и хвостик черный. И мордочка – ну просто отпад, в черной маске… Хороша, ничего не скажешь! Но мне, простому коту, даже думать о ней нечего. К ней раз в год жених приезжает, на машине. Такой же, сиамский. Видать, важный кот – его в квартиру в специальной корзиночке заносят. Конечно, куда там ей с высоты ее форточки простых котов замечать! Но вот когда вижу – у меня прямо хвост трубой, так хочется к ней на форточку запрыгнуть и показать ей, на что способен вольный зверь! Мнеээээ, мечты, мечты… Я давно заметил, чем недоступнее кошка, тем больше ее хочетя! Почему-то так…
О, голубой из второго подъезда на прогулку вышел. Фердинандом звать. Британских кровей! Он не в том смысле голубой, как у людей, а в смысле порода такая, «британская голубая». Хотя этот самый Фердинанд особым успехом у наших кошек не пользуется: уж слишком воспитанный. Или порода роль играет? Кошки при всей своей дамской вредности любят, как говорится, штурм унд дранг, напор и натиск, а он какой-то вялый, нет в нем азарта… Одно слово – лорд. Недаром они, эти особы голубых кровей, говорят, вырождаются… Ну и пусть себе, нам больше достанется…
Кстати, я ведь что заметил? У людей все точно так же: чем дольше она самца мурыжит, тем больше он заводится! Прямо как у нас, котов! Думаете, одни мы серенады по ночам поем? Как бы не так! И эти тоже, с гитарами и без, под балконами вздыхают… Ждут, не мелькнет ли в окошке лапка… То есть у них, конечно, ручка. Но взгляд у женщин и у кошек – одинаковый. Влекущий, загадочный. Я давно это понял! Пока замуж не выйдут – кошачий взгляд! Потом, правда, у большинства меняется почему-то, какой-то озабоченный становится. Ну, это их, человеческие заморочки…
О, ребята, все! Кончаю философию! Дождался… Вышла она… Наконец-то! Моя лапа, моя киса… Это я ее здесь высматривал. Каждый день жду! Аж трепещу весь. Мать моя кошка, словно десять лет долой! Какая же она… На первый взгляд вроде ничего в ней особенного нет – круглая, рыжая… Но глаза! У нее такие глаза! Зеленые и мерцают. Самые колдовские глаза. Вы думаете, только черные кошки колдовскими бывают? Не верьте! Рыжие и зеленоглазые. Я, когда ее впервые увидел, сразу понял: хана тебе, котяра! Эта киска должна быть твоей.
Но не понимаю я этих кошек, нет! В прошлом году подкатил я к ней. Вроде ведь она и не против была? И позы принимала… И глазами мерцала… И хвостик у нее эдак зазывно подрагивал. И мурлыкала очень сексуально… Ну, я выждал время, когда у нее зов природы проснется, и к ней! Прими, мол, таким как есть… И что вы думаете? Такое мне устроила! Не хочу, мол, не буду, не о тебе я мечтала на теплой батарее долгими зимними вечерами… Ну, думаю, кокетничает, цену себе набивает! Опять же, «штурм унд дранг»… Применил я свой любимый прием – и что? Она мне так морду исцарапала, что думал – без глаза останусь! Так ни с чем и уплелся. Вот такая рыжая фурия…
Мнэээээ, как хороша-то… Разлеглась на подоконнике, хвост чуть не до земли… А брюшко у нее такое нежное, светлое… Мнээээээ! Не могу… Год уже прошел, а я все о ней думаю. Странное дело: почему ж мы, коты, так недотрог любим? Наверное, потому и любим, что кровь будоражат… Пока ты свою мечту не достиг, она ж манит!
Думаете, я сдался? Да нипочем! Вот еще немного подожду и опять к ней пойду. И пусть она мне еще раз морду исцарапает! Все равно не отступлюсь. Я ж кот бывалый, боевой… Тут главное не сдаваться, долговременную осаду организовать. Знаки внимания оказывать, на глаза попадаться, время от времени подарки делать. Глядишь, и сменит гнев на милость. А даже если и не сменит – все равно, пусть просто будет. Я согласен даже вот так, из дома напротив, лежать и смотреть туда – где разлеглась эта роскошная фурия… Мое рыжее счастье… Мнннняяяяяу!
***
– Нет, определенно, ваш Василий – это что-то! – смеясь, сказала Женщина. – Просто кладезь мудрости! За ним просто записывать надо!
– Старый кот бороды не испортит, – переиначила известную пословицу Кошка. – Замурчательный кот! Мой очень близкий друг. Неоднократно.
Читать бесплатно другие книги:
