Ген Атлантиды Риддл А. Дж.

Глава 44

Где-то в районе Яванского моря

Пробудившись во второй раз, Кейт почувствовала себя намного-намного лучше. Голова уже не так разламывалась, тело почти не болело, а главное – она была в состоянии мыслить.

Оглядела комнату. Почти сумерки. Сколько же она проспала? Солнце за окнами уже опускалось в море. Этот прекрасный вид на минутку целиком поглотил ее внимание. Теплое дыхание бриза доносило ароматы соленой воды. На террасе потрепанный веревочный гамак покачивался на ветру, поскрипывая ржавыми цепями. Ощущение полнейшего запустения.

Встав, Кейт вышла из спальни в просторную гостиную с дверями, ведущими в кухню и на террасу. Неужели она тут одна? Нет, был еще мужчина, но…

– Спящая Красавица проснулась, – мужчина появился будто из-под земли. Как там его зовут? Дэвид.

Кейт мгновение поколебалась, не зная, что сказать.

– Вы меня опоили.

– Да, но в свою защиту могу сказать, что не для того, чтобы донимать вас вопросами или вытворять всякие ужасы с вашими ребятишками.

И тут воспоминания разом нахлынули на нее – Мартин, наркотик, допрос. Но что случилось после? Как она попала сюда? Впрочем, неважно.

– Мы должны найти этих детей.

– Мы никому ничего не должны. А вот что мы действительно должны: вы – отдохнуть, а я – сделать дело.

– Послушайте…

– И прежде вам надо поесть. – Дэвид продемонстрировал что-то вроде концентратов для похудения, только более невзыскательное – наподобие солдатского пайка.

Кейт склонилась поближе. Овощное рагу с говядиной и крекерами. Или что-то, претендующее на роль овощного рагу с говядиной. Она хотела отвернуться, но от вида и аромата горячей пищи в желудке заурчало – Кейт проголодалась как волк. Не ела вчера весь день. Взяв судок, она села и сняла пластик с тонкой упаковки. От нее вознеслось облачко пара. Откусив кусок говядины, Кейт едва не выплюнула ее.

– Боже, это ужасно!

– Ага, насчет этого прошу простить; срок хранения малость истек, а вкус с самого начала был аховый. И ничего другого у меня нету. Уж извините.

Кейт откусила еще кусочек и проглотила, почти не жуя.

– Где мы?

Дэвид уселся за стол напротив нее.

– На брошенном участке застройки неподалеку от побережья Джакарты. Я купил здесь площадку, когда застройщик разорился; решил, что получится хорошая нигде не числящаяся конспиративная квартира на случай, если придется покинуть Джакарту впопыхах.

– Этого я почти не помню, – Кейт попробовала овощи. От них не так тошнило – то ли они получше на вкус, чем говядина, то ли она уже привыкла к омерзительности блюда в целом. – Надо обратиться к властям.

– Хотелось бы мне иметь такую возможность. – Дэвид подвинул Кейт распечатку бюллетеня «Аль-Джазиры», описывающего облаву на них.

Чуть не подавившись овощами, женщина воскликнула почти в полный голос:

– Это абсурд! Это…

Дэвид забрал страницу.

– Скоро это не будет играть никакой роли. Что бы они там ни планировали, это уже происходит. Они ищут нас и располагают связями в правительстве. Здесь наши возможности крайне ограничены. У меня есть ниточка, и ее надо проверить. Вы здесь будете в безопасности. Мне нужно, чтобы вы мне сказали…

– Тут я не останусь ни в коем случае, – тряхнула головой Кейт. – Ни за что.

– Я знаю, что вы этого не помните, но вытащить вас из лап «Иммари» было не так-то просто. Очень скверная публика. Это совсем не так, как в кино, где герой с девушкой очертя голову бросаются в грандиозное приключение ради красивого сюжета. Вот что мы сделаем: вы поведаете мне все, что знаете, и я дам вам слово сделать все, что в моих силах, ради спасения этих двоих детей. А вы останетесь здесь и будете следить за веб-сайтом, не появятся ли новые сообщения.

– Не пойдет.

– Послушайте, я вовсе не предлагаю вам сделку, я вам говорю…

– Я на это не пойду. Я вам нужна. И я здесь не останусь. – Проглотив последний кусок блюда, она бросила пластиковую вилку в пустой лоток. – И потом, по-моему, безопаснее всего мне рядом с вами.

– Мило. Очень милый заход – польстить моему эго, но увы, у меня на капельку, на капелюшечку многовато ума, чтобы попасться на крючок.

– Вы бросаете меня здесь, потому что думаете, что я буду путаться у вас под ногами.

– Я лишь забочусь о вашей безопасности.

– Она меня сейчас заботит отнюдь не в первую очередь.

Дэвид открыл было рот, чтобы ответить, потом осекся, резко повернув голову в сторону.

– Что…

– Тихо! – поднял он ладонь.

Кейт заерзала. И тут увидела причину его тревоги – прожектор, обшаривающий пляж. И различила чуть слышный стрекот вертолета. Как он это услышал?

Подскочив, Дэвид схватил Кейт за руку и чуть не волоком потащил к платяному шкафу возле входа в дом. Крепко толкнул заднюю стенку, и та повернулась внутрь, открыв взгляду бетонную лестницу.

– Что это… – воззрилась на него Кейт.

– Быстро вниз! Я – следом.

– Куда вы? – спросила Кейт, но его уже и след простыл.

Кейт бросилась обратно в дом. Дэвид собирал их вещи – остатки трапезы и свою куртку. Вбежав в спальню, Кейт расправила покрывала, потом быстренько протерла ванную. Вертолет тарахтел все еще где-то вдалеке, но явно приближался. Уже совсем стемнело, и Кейт почти ничего не видела. Слабенький свет едва-едва озарял пляж.

Заглянув в комнату, Дэвид поднял глаза на Кейт.

– Отличная работа, а теперь пошли!

Они бегом устремились обратно к платяному шкафу, по лесенке и в крохотную комнатушку, смахивающую на бомбоубежище. Там был стол с компьютером, одинокая лампочка, свисающая с потолка, и узкая койка – явно рассчитанная на одного.

Чуть ли не силком усадив Кейт на единственную кровать, Дэвид поднес указательный палец к губам. Потом дернул за шнурок выключателя лампочки, погрузив их в полную темноту.

И через какое-то время Кейт услышала шаги по полу над головой.

Глава 45

База «Иммари Рисеч», остров Снежный

96 миль от побережья Антарктиды

Мартин Грей смотрел, как роботы поворачивают штурвал люка субмарины. Он едва мог пошевелиться в скафандре – настоящем космическом скафандре, неделю назад впопыхах купленном у Китайского национального космического управления. Это единственное облачение, способное выдержать антарктические температуры, защитить их от возможной радиации и в достатке обеспечить кислородом в случае, если их шланги окажутся перерезаны. Несмотря на защиту скафандра, вход в нацистскую подлодку по-прежнему пугал Мартина до смерти. А стоящий рядом другой человек в скафандре – Дориан Слоун – только усугублял тревоги Мартина. Слоун взрывается и без запала, а уж от того, что им предстоит найти, определенно сдетонирует. А в подлодке малейший взрыв равнозначен гибели.

Люк испустил громкий стон, скрежет металла о металл. Но все равно не стронулся ни на волосок. Манипуляторы робота разжались, переместились, ухватились вновь, снова повернули, а затем – ТАРАРАХ! – люк откинулся, будто крышка табакерки с чертиком. Робота грохнуло о подлодку, разметав по снегу обломки металла и пластика, а изнутри с шипением вырвался воздух.

В наушниках шлема Мартин услышал бесплотный голос Дориана Слоуна. Гулкий механический отзвук радио придал ему даже более угрожающие интонации, чем обычно.

– Только после тебя, Мартин.

Поглядев в его холодные глаза, Грей снова повернулся к люку.

– Ой, а видео у тебя есть?

– Вас понял, доктор Грей, у нас видео в обоих скафандрах.

– Ладно. Тогда входим.

Мартин заковылял к трехфутовому круглому входу на вершине ледяной горки. Добравшись до люка, развернулся, присел на корточки и поставил ногу на первую перекладину лесенки. Снял висящую на боку светодиодную осветительную палочку и бросил ее в шахту. Она пролетела футов пятнадцать-двадцать, а потом по ледяной гробнице эхом раскатился удар пластика о металл, и свет озарил пространство внизу, показав коридор справа.

Мартин сделал еще шаг. Металлические ступеньки обледенели. Еще шаг; теперь он держался за лестницу обеими руками, но почувствовал, что одна подошва съезжает. Попытался ухватиться покрепче – и нога соскользнула с перекладины. Ударившись о внутреннюю часть люка, он полетел вниз – его охватил свет, потом тьма – и приземлился, подняв тучу пыли. Изоляция скафандра спасла его. Но… если скафандр порвался, мороз ворвется внутрь и заморозит его насмерть за считаные секунды. Мартин вскинул руки к шлему, лихорадочно ощупывая его. Потом сквозь шахту лениво пролетела новая световая палочка, приземлившись Мартину на живот и озарив все вокруг. Он оглядел скафандр. С виду тот не пострадал.

Над ним показался Слоун, заслонив солнечный свет.

– Похоже, засиделся ты на кабинетной работе, старина.

– Я же говорил, что мне нечего здесь делать.

– Просто уберись с дороги.

Перекатившись на живот, Мартин отполз из-под лестницы в тот самый миг, когда Слоун съехал по ней, держась руками и ногами за боковины и даже не касаясь перекладин.

– Я изучил чертежи, Мартин. Мостик прямо впереди.

Включив фонари на шлемах, они заковыляли по коридору.

Подлодка, а если точнее, подводный крейсер, сохранилась в идеальном состоянии – она была загерметизирована и заморожена и сейчас выглядела точно так же, как восемьдесят лет назад, покидая родной порт в Северной Германии. Или как музейный экспонат.

Проход был тесноват, особенно для неуклюжих скафандров, да вдобавок обоим приходилось периодически подтягивать воздушные шланги по мере углубления в недра реликта. Коридор вывел их в более просторное помещение. Остановившись, Слоун и Мартин начали поворачивать шлемы с фонарями влево-вправо, выхватывая интерьер вспышками, будто маяк, прорезающий ночную тьму лучами света. Помещение явно было мостиком или каким-то командным центром. Каждые две-три секунды Мартину бросалось в глаза что-нибудь ужасное: распростершийся в кресле изувеченный человек с кожей, сползшей с лица; другой, в залитой кровью одежде, привалился к переборке; целая группа лежащих ничком в глыбе смерзшейся крови. Их словно сунули в гигантскую микроволновку, а потом тут же подвергли мгновенной заморозке.

Мартин услышал щелчок включившегося радио.

– Похоже это на радиацию Колокола?

– Трудно сказать, но да, довольно похоже, – откликнулся Мартин.

Несколько минут оба трудились в молчании, обшаривая мостик и осматривая каждый труп.

– Нам надо разделиться, – заметил Мартин.

– Я знаю, где его каюта, – бросил Слоун, поворачиваясь и направляясь к заднему коридору, ведущему прочь от мостика.

Мартин побрел за ним. Он-то надеялся отвлечь внимание, добраться до жилых помещений прежде Слоуна.

Теперь передвигаться в скафандре стало почти невозможно, но Слоун, похоже, справлялся с этой задачей куда лучше Мартина.

Наконец, старик нагнал Дориана, когда тот протискивался через люк в каюту. Слоун швырнул внутрь несколько ламп, залив помещение светом.

Озирая комнату, Мартин затаил дыхание. Пусто. Выпустил воздух из легких. Был бы он счастливее, если бы увидел труп? Возможно.

Пройдя к столу, Слоун пролистал бумаги, открыл пару подпружиненных выдвижных ящиков. Свет его фонаря озарил черно-белую фотографию человека в немецком мундире – не нацистском, а более древнем, эпохи даже до Первой мировой войны. По правую руку от него стояла женщина – жена, а по левую – двое сыновей, оба очень похожие на отца. Слоун смотрел на фото добрую минуту, а потом сунул его в карман скафандра.

В этот момент Мартин ощутил чуть ли не жалость к нему.

– Дориан, он не мог выжить…

– Что ты рассчитывал тут найти, Мартин?

– Я мог бы задать тебе тот же вопрос.

– Я спросил первым. – Слоун продолжил обыскивать стол.

– Карты. А если повезет, и гобелен.

– Гобелен? – Слоун повернул голову в шлеме, ослепив Мартина налобным фонарем.

Грей вскинул ладонь, чтобы загородиться от света.

– Да, большой ковер со сценой…

– Мартин, я знаю, что такое гобелен, – Слоун снова обратил взгляд к столу, копаясь в книгах. – Знаешь, может, я и заблуждался на твой счет. Ты не угроза, ты просто выживший из ума старикан. Ты слишком долго варился в собственном соку. Нет, вы только полюбуйтесь на него – гоняется за гобеленами и суеверными легендами! – Слоун швырнул на промороженный стол стопку бумаг и книг. – Тут ничего, только какие-то дневники.

Дневники! Это может быть и дневником.

– Я их возьму, – старательно разыгрывая невозмутимость, заявил Мартин. – Там может найтись что-нибудь полезное для нас.

Выпрямившись, Слоун встретился с Мартином взглядом, потом снова поглядел на стопку тонких книжечек.

– Нет, пожалуй, сперва погляжу я. И передам тебе, если попадется что-нибудь… научное.

Дориана уже тошнило от скафандра. Он провел в нем добрых шесть часов – три в подлодке и три в санобработке. Мартин и его яйцеголовые ученые дотошны. Осторожничают. Перестраховщики. Канительщики.

Теперь он сидел напротив Мартина в чистой комнате, дожидаясь результатов анализа крови, когда дадут отмашку – дескать, «все чисто». Чего они так долго возятся?

Время от времени Мартин бросал взгляд на дневники. В них явно что-то есть. Что-то такое, что он хочет увидеть сам, а Слоуну не показывать. Дориан подвинул стопку книжек поближе к себе.

Подлодка обернулась самым большим разочарованием в жизни Слоуна. Сейчас ему сорок два, а с тех пор, как ему исполнилось лет семь, и дня не проходило, чтобы он не мечтал отыскать эту подлодку. Но теперь день настал, – а он ничего нашел. Или почти ничего: шесть поджаренных трупов и субмарину, будто только-только сошедшую со стапелей.

– И что теперь, Мартин? – поинтересовался Дориан.

– То же, что всегда. Продолжим раскопки.

– Мне бы поконкретнее. Я знаю, что вы ведете раскопки под субмариной, рядом с сооружением.

– Которое мы считаем другим кораблем, – быстро вставил Мартин.

– Согласен не соглашаться. Что вы нашли?

– Кости.

– Сколько? – Дориан прислонился спиной к стене. Под ложечкой у него мучительно засосало, будто в предчувствии момента, когда тележка на американских горках вот-вот обрушится вниз. Ответ его страшил.

– Пока что наберется на дюжину человек. Но мы считаем, что будет больше, – устало проронил Мартин. Пребывание в скафандре явно далось ему дорогой ценой.

– Там внизу есть Колокол, не так ли?

– Я предполагаю, что да. Район вокруг подлодки обрушился, когда двое исследователей приблизились к ней. Одного испепелило – на манер того, что мы видели в подлодке. Второй погиб, когда лед провалился. Предполагаю найти остатки экипажа там.

Дориан слишком устал, чтобы спорить, но эта мысль пугала его до чертиков. Ее окончательность и бесповоротность.

– Что вам известно о сооружении?

– На данный момент немного. Оно древнее. По меньшей мере, не моложе руин в Гибралтаре. Сто тысяч лет, может, больше.

С самого прибытия Дориану не давало покоя отсутствие прогресса с раскопками. Хоть люди Мартина и нашли участок всего двенадцать дней назад, со своими ресурсами они уже должны были нашинковать этот айсберг, как рождественскую индейку. Здесь же штат почти минимальный, словно главное действие разыгрывается где-то в другом месте.

– Это ведь не главный участок, а?

– У нас есть ресурсы… занятые кое-где еще…

Занятые кое-где еще. Дориан вертел эту мысль в голове так и эдак. Что же может быть крупнее этого? Сооружения, на поиски которого они потратили тысячи лет. Столько жертв. Что же крупнее?

Крупнее. Более крупное сооружение. Или… главное сооружение.

– Это лишь фрагмент, не так ли? – подался вперед Дориан. – Вы ищете более крупное сооружение. Эта часть просто отломилась от некоего основного сооружения. – Дориан все еще не был уверен, что это правда, но если вдруг…

Грей кивнул – медленно, избегая встречаться со Слоуном взглядом.

– Боже мой, Мартин… – Встав, Дориан заходил по комнате. – Это может случиться с минуты на минуту. На нас могут обрушиться через считаные дни, а то и часы. А ты ставишь все под угрозу. И ведь ты знал об этом уже двенадцать дней! Ты что, из ума выжил?

– Мы думали, это первостепенная…

– Думали, хотели, надеялись – забудь об этом. Действовать надо! Как только нас выпустят из этой пластиковой клетки, я возвращаюсь, чтобы закрыть китайский проект и стартовать «Протокол Тоба»… не трудись протестовать, ты же знаешь, что час пробил. Я хочу, чтобы ты связался со мной, когда вы найдете большое сооружение. И еще, Мартин, я отрядил сюда несколько подразделений агентов. Они помогут, если тебе будет затруднительно воспользоваться спутниковым телефоном.

Уперев локти в колени, Мартин уставился в пол.

Дверь комнаты временного содержания с шипением отъехала, и волна свежего воздуха ворвалась перед женщиной лет двадцати с небольшим, вооруженной планшетом. Наряд на ней был почти в обтяжку – должно быть, выбрала одежду размера на три меньше своего.

– Джентльмены, вам обоим дано добро на выполнение своих обязанностей, – женщина повернулась к Дориану. – Ну, я могу еще чем-нибудь вам помочь? – Опустив планшет к поясу, она сцепила руки сзади, чуть выгнув спину.

– Как тебя зовут? – спросил Дориан.

– Наоми. Но вы можете звать меня, как захочется.

Глава 46

Где-то в районе Яванского моря

Кейт не могла понять, бодрствует она или спит. На какое-то время женщина просто зависла в непроглядной тьме и мертвой тишине. Единственным ощущением было что-то мягкое под спиной. Повернувшись на бок, она услышала скрип дешевого матраса. Должно быть, уснула на узкой койке в бомбоубежище. Она потеряла счет времени, пока они с Дэвидом сидели в ожидании, а преследователи расхаживали взад-вперед у них над головами, обыскивая коттедж. Казалось прошел не один час.

Безопасно ли вставать?

Теперь у Кейт возникло новое ощущение – голод. Сколько она проспала?

Спустив ноги с узкой кровати, она поставила их на…

– О-о-о, Господи! – Голос Дэвида зазвенел в тесном пространстве, когда он, подскочив, толкнул ее ноги, затем скорчился и заворочался на полу.

Кейт переместила вес обратно на койку, нащупывая пальцами ног пол для твердой опоры, чтобы снова не наступить на Дэвида. Наконец нашла куда встать, выпрямилась и замахала руками в воздухе в поисках шнурка, включающего единственную лампочку под потолком. Найдя, ухватилась за него и дернула, озарив тесное пространство желтым светом. Прищурившись, замерла на одной ноге. Когда глаза наконец привыкли к свету, Кейт пробралась в угол комнатки, подальше от Дэвида, продолжавшего лежать посреди пола, свернувшись калачиком.

Она попала ему прямо туда. Боже! Почему он на полу?

– Мы же уже не школьники, знаете ли. Вы могли лечь в кровать вместе со мной.

Дэвид с кряхтеньем наконец перекатился на четвереньки.

– Очевидно, рыцарство уже не в цене.

– Я не…

– Ерунда, выбросьте из головы. Надо выбираться отсюда, – сказал Дэвид, садясь.

– А люди?..

– Нет, они ушли девяносто минут назад, но могут поджидать снаружи.

– Здесь небезопасно. Я собираюсь…

– Да знаю, знаю, – поднял ладонь Дэвид, переводя дух. – Но при одном условии, и торг здесь неуместен.

Кейт уставилась на него.

– Вы делаете, что я скажу и когда я скажу. Никаких вопросов, никаких дискуссий.

– Я умею выполнять приказы, – выпрямилась Кейт.

– Ага, поверю, когда увижу. Когда мы выйдем туда, счет может идти на секунды. Если я велю бросить меня или бежать, так и делайте. Вы можете быть напуганы и дезориентированы, но должны будете сосредоточиться на том, что я велю делать.

– Я не напугана, – соврала Кейт.

– Что ж, значит, боюсь только я, – Дэвид открыл двустворчатые стальные двери в бетонной стене. – И еще одно.

– Слушаю, – настороженно отозвалась Кейт.

Дэвид оглядел ее с головы до ног.

– В таком виде вам ходить нельзя. Вид у вас почти как у бездомной. – Дэвид бросил ей какие-то вещи. – Могут быть чуть великоваты.

Кейт осмотрела новый наряд: старые синие джинсы и футболка с треугольным вырезом.

Дэвид бросил ей серый свитер.

– Он вам тоже понадобится. Там, куда мы направляемся, будет холодновато.

– А именно?

– Объясню по пути.

Кейт начала было стаскивать блузку, но остановилась.

– Не могли бы вы, гм…

– Мы же не школьники, – улыбнулся Дэвид.

Кейт повернула голову, пытаясь сообразить, что сказать.

Дэвид вроде бы что-то вспомнил.

– Ах да, шрам! – Развернувшись, он присел на корточки и принялся разбирать какие-то коробки на дне шкафа.

– Как вы?..

Дэвид вытащил пистолет и пару коробок патронов.

– Наркотики.

Кейт зарделась. Что она наговорила? Или натворила? Почему-то эта мысль ее ужаснула, и доктор отчаянно пожалела, что ничего не помнит.

– А я или мы?..

– Расслабьтесь. Помимо вашей неспровоцированной агрессии, вечер выдался вполне на «двенадцать плюс». Это как, детишкам можно?

Кейт натянула футболку.

– Ох уж эти мне инфантильные военные!

Дэвид пропустил укол мимо ушей. Встав, протянул ей коробку – очередной полуфабрикат. Кейт прочла надпись. ИРП: индивидуальный рацион питания.

– Проголодались?

Кейт осмотрела коробку: жареная курица с черной фасолью и картофелем.

– Ну, не настолько.

– Как вам угодно. – Сорвав тонкую пластиковую пленку, Дэвид плюхнул лоток на металлический стол и начал поглощать его холодным с помощью прилагающейся вилки. Должно быть, вчера он разогрел блюдо только ради нее.

Усевшись на койку напротив него, Кейт принялась натягивать кроссовки, которые он для нее приготовил.

– Эй, не знаю, говорила ли я это прежде, но я хотела… сказать вам спасибо за…

Дэвид прекратил листать бумаги и с натугой проглотил кусок, который пережевывал.

– Не стоит благодарности. Просто делал свое дело. – На Кейт он даже не оглянулся.

Она завязала шнурки. Просто делал свое дело. Почему же его ответ показался таким… неудовлетворительным?

Сунув последние листы в папку, Дэвид передал ее Кейт.

– Это все, что у меня есть на людей, захвативших ваших детей. Почитать успеете по пути.

Открыв папку, Кейт начала читать бумаги. Страниц пятьдесят.

– По пути куда?

Дэвид жадно проглотил еще пару кусков.

– Посмотрите на верхней странице. Это последнее шифрованное послание от инсайдерского источника из «Иммари». Человека, с которым я обмениваюсь сведениями уже почти две недели.

30,88. 81,86.

03–12 – 2013. 10:45:00

№ 44. 33–23 – 15

Вырубить питание. Ради спасения детей.

Кейт убрала листок в папку.

– Не понимаю.

– Первая часть – набор GPS-координат; с виду это брошенный железнодорожный вокзал в Западном Китае. Вторая часть – очевидно, время; возможно, время отправления поезда. Насчет средней части не уверен, но предполагаю, что это ячейка на вокзале и комбинация. Подразумеваю, что контакт что-то оставил в ячейке для нас – что-то необходимое нам, возможно, очередное сообщение. Непонятно, то ли дети будут на этом железнодорожном вокзале, то ли это очередная зацепка. А может, я все неправильно истолковал. Может, это другой шифр, или цифры означают вообще что-то иное. У меня был напарник, расшифровавший предыдущие послания.

– А вы не можете с ним проконсультироваться?

Подобрав последние кусочки пищи, Дэвид швырнул вилку в лоток и собрал вещи, вытащенные из шкафа.

– Увы, не могу.