Чужая свадьба Тронина Татьяна

Дама помогла Оле влезть в платье. И тут выяснилось, что платье почему-то неумолимо сползает вниз.

– Кажется, великовато оно мне вот здесь, в груди, – сказала Оля.

Хозяйка поморщилась, затем предложила Оле померить еще одно платье.

В следующем платье было невыносимо жарко и душно. Оно облепило Олину фигуру наподобие кокона, нижняя юбка прилипла к ногам, и, к чему бы Оля ни прикасалась, теперь било ее электричеством.

– Пожалуйста, мне бы что-то натуральное.

– Натуральное… – опять скривилась дама, явно недовольная тем, что покупательница «капризничает». – Да где вы найдете сейчас что-то натуральное дешевле ста тысяч? Да и то, на поверку все равно синтетикой окажется. Подмосковье и Турция в основном шьют, а если хотите чего-то особенного, езжайте в Милан, вот там и дешево, и натурально, и не аляписто, как вы просите…

– Мне срочно, – возразила Оля.

– А если срочно, то и не требуйте ничего…

Оля пожала плечами и покинула салон.

В центре, в двух остановках на метро, располагался элитный магазин свадебных платьев. Уж там, наверное, сервис должен быть получше!

Сервис в самом деле оказался на высоте. Зато Оля обнаружила, что суммы, выданной ей на наряд Сергеем, может и не хватить. За сорок-пятьдесят тысяч здесь реально купить только очень простенькое платье, и совсем не того силуэта, которого ждал жених.

Зато Оля прослушала целую лекцию от милой девушки-консультантки, что свадебные платья бывают нескольких основных типов – «Принцесса», «А-силуэт», «Ампир» (нечто в греческом стиле) и «Русалка». А также много чего узнала о подъюбниках, которые могут быть как с кольцами, так и без…

И вот именно тогда, придавленная грузом этих сведений, Оля поняла, с какой проблемой она столкнулась. Невозможно выбрать платье своей мечты за столь короткий срок!

На следующий день (а это, между прочим, наступил уже вторник) Оля отправилась в гигантский свадебный супермаркет, располагавшийся на другом конце Москвы. Отправилась сразу на своей машине, с отчаянным желанием – купить уж что угодно, лишь бы приличное, и не особо придираясь, а потом немедленно выезжать в Ярославль, к жениху.

Ведь там, в городе детства, надо заранее найти хорошую парикмахерскую, выбрать вариант свадебной прически, помочь Сергею с организацией свадьбы… (Сергей как раз звонил Оле накануне вечером. Он, оказывается, успел за понедельник сделать кучу дел и ждал Олю к себе как можно скорее. Оля клятвенно ему обещала, что завтра же купит платье и к вечеру уже прибудет в Ярославль.)

Свадебный гипермаркет очень порадовал Олю. Тут имелись наряды самых разнообразных фасонов и оттенков, на любой вкус и кошелек. И консультанты оказались приветливыми, охотно позволяли мерить все платья подряд.

Единственный минус – соседнюю с Олиной кабинкой занимали мать с дочкой-невестой. Именно мать оказалась весьма шумной особой – затеяла с Олей разговор, затем принялась нахально лезть в Олину примерочную, комментировать ее выбор, привлекать в арбитры свою немногословную и мрачную дочь…

Но навязчивая соседка показалась Оле меньшим из всех зол.

Наконец после нескольких часов примерок, сомнений, нерешительности и споров с дамой из соседней примерочной Оля все-таки выбрала себе платье.

Гладкий, отделанный кружевом верх, пышная юбка с воланами. Открытые плечи. Если платье и сползало вниз, то совсем чуть-чуть. И подшивать его не надо – как раз нужной длины.

Единственное, Оле показалось небольшим недостатком этого платья то, что линия талии оказалась заниженной. И вроде как верхняя половина Олиного туловища выглядела теперь длиннее, а нижняя – короче. Но это можно было исправить, купив туфли на высоком каблуке. И вообще, заниженная талия – это мелочь, напомнила себе Оля, взглянув на часы.

Если она не выедет прямо сейчас из города, то доберется в Ярославль лишь к ночи!

Итак, усталая, ошалевшая от утомительных примерок, но счастливая Оля наконец села в машину.

И… попала в пробку. Поскольку в этот час сотни тысяч людей, покинув свои офисы в Москве, дружно устремились в пригород.

Ярославка почти стояла.

Собственно, именно поэтому Оля почти не ездила на своем авто – из-за вечных пробок. Когда-то она купила подержанный, недорогой автомобиль, чтобы не давиться в переполненном московском метро, добираясь до работы.

Но приобретение оказалось совершенно бесполезным из-за этих самых пробок. До места своей работы Оля, пусть и с комфортом, тащилась теперь в два, а то и в три раза дольше обычного. Объехав окрестности, наконец с трудом парковалась. Но затем парковка стала платной, а Оле, при ее зарплате, совсем стало невыгодно ездить в центр.

Можно было, конечно, ездить на машине в выходные в гиперсупермегамаркет и затариваться там, как многие москвичи делали, на всю неделю недорогими продуктами. Но Оле, одинокой молодой женщине, зачем? Она готовить не особо любила, довольствовалась овсяной кашей на завтрак, на ужин ела салат, который продавался в магазинчике шаговой доступности – в пакетиках, уже готовый, мытый и нарезанный, а обедала молодая женщина в институтской столовке. Поэтому тратить полдня на хождение по гигантскому торговому центру среди толп людей она лично для себя считала бессмысленным занятием.

Словом, машина спустя какое-то время показалась Оле весьма сомнительным приобретением.

А вот сейчас, получается, пригодилась, поскольку Оля взяла с собой в поездку очень много вещей, которые могли ей понадобиться, и, разумеется, в багажнике поверх чемодана (чтобы не помялось) лежало, аккуратно упакованное, ее свадебное платье.

Ну, а пробка на дороге… Ладно, дорога скоро станет свободнее.

Здесь надо заметить, что Оля никогда еще не предпринимала столь длительного автопутешествия.

Но она не считала маршрут сложным, изучив его заранее. Кроме того, у нее имелись карты, навигатор, и, помимо прочего, сама трасса с ее указателями не давала возможности заблудиться. Это же практически прямая дорога, Москва – Ярославль!

В ДТП Оля, как ей казалось, тоже не могла попасть. Она обезопасила себя: пристроилась за каким-то грузовичком и ехала себе спокойно, не думая перестраиваться из ряда в ряд… Конечно, можно попасть в происшествие из-за чужой глупости, но… с Олей – осторожной, рассудительной, достаточно хладнокровной – такое вряд ли могло произойти. То есть вероятность-то всегда есть, но зачем думать об этом, притягивая к себе плохое?

Оля, изучая предварительно трассу, где-то прочитала, что если ехать со скоростью 110 км в час, то можно домчаться от Москвы до Ярославля за два с половиной часа. Если со скоростью 90 км в час, то за три. Если со скоростью 60 км в час, то примерно часов за пять можно будет добраться… Но это все теория. Пока Оля медленно тащилась в пробке.

Час, два… Наконец, молодая женщина смогла преодолеть МКАД.

Хмурое небо. Хорошо хоть дождя нет. Толпы небритых мужчин вдоль дороги. Откуда они? А, это гастарбайтеры, наверное… Готовы взяться за любую работу, за любые деньги.

«А девушки легкого поведения где?» – с любопытством поглядывая в окно, лениво размышляла Оля. Хотя, наверное, девушки выходят на работу позже…

Упс. Опять пробка. Ах да, тут же поворот на Королев, тут, говорят, пост ГАИ и светофор, единственный на трассе.

А скоро, на 42-м километре, сотрудники ДПС будут замерять скорость. Они почему-то любят делать здесь именно это. Хоть Оля и ехала медленно, она на всякий случай (дабы чего не произошло) еще чуть сбросила скорость. Это что за избы и старинная утварь выставлена на продажу? Тут близко Троице-Сергиева лавра!

Ой, надо срочно в туалет. И хорошо бы выпить кофе, что ли… Оля остановилась у дорожной забегаловки, чуть передохнула. Когда вновь села в машину, то обнаружила, что солнце склоняется к горизонту. «Господи, почему же так долго?! Пожалуй, лишь к утру доеду!» – в отчаянии подумала она.

Звонок мобильного.

– Оленька, ты как? Не отвлекаю? – Голос Сергея. Жених словно почувствовал, когда можно звонить… «Удивительный человек!» – с нежностью подумала Оля.

– Я только что из придорожного кафе вышла. Передышку себе устроила в пути. Послушай, не знаю, когда доеду… Я боюсь в темноте ехать! – призналась она. – Ничего, если заночую в каком-нибудь мотеле? То есть я не собираюсь нигде ночевать, но вдруг… Тогда приеду в Ярославль завтра утром.

– Да-да-да, обязательно заночуй, поспи! – всполошился Сергей. – О-бя-за-тель-но! Особенно если ты устала.

– Хорошо. Буду на связи.

Оля тронула машину с места. Вот и граница с Владимирской областью… Очень неприятное место – буквально на себе сумела прочувствовать Оля. Узкая лента с одной полосой в каждую сторону. И бежит эта дорога по крутым холмам, вверх-вниз, вверх-вниз… Всюду знаки – «обгон запрещен».

Оля долго тащилась за очередной фурой. Время клонилось к вечеру, небо все больше хмурилось. Тусклый, желтый, неприятный свет. Может, рискнуть, решиться на обгон? Мимо по встречной словно вихрь пролетела легковушка. Появилась из-за холма внезапно… Если бы Оля решилась сейчас на обгон, то наверняка бы попала в лобовое столкновение. Нет, ни за что не надо никого обгонять…

Наконец неприятный участок трассы позади. Оля почувствовала, насколько устала. Плечи, спина, руки просто ныли.

Вон и Переславль-Залесский! Оля в нем бывала в детстве, на экскурсиях, когда еще жила в Ярославле. Переславль показался ей чуть не родным. Она наизусть знала все его музеи – и ботик Петра I, и музей чайника, и музей утюга, и еще множество уютных и забавных мест…

Рассеянно улыбаясь, Оля покинула пределы города.

И тут ударил дождь. Сначала мелкий, нерешительный, потом полило словно из ведра. Дороги почти не было видно.

«Нет! Так нельзя! – нервно подумала Оля. – Если я хочу попасть на собственную свадьбу, то действительно надо где-то остановиться и передохнуть! Глупо, что я не сделала это раньше, в Переславле…»

Мелькнул сквозь пелену дорожный указатель, рекламировавший мотель, располагавшийся километрах в пяти от этого места. Надо лишь свернуть с главной трассы. Еще налево, потом вроде прямо…

Так, а это что, впереди? «Костров» – написано на указателе перед очередным населенным пунктом.

Да, точно, это крохотный, ничем не примечательный городишко Костров. Оля о нем знала лишь одно – что он существует, и все. Очень маленький городишко… «Вернее, его и городом назвать трудно, – мелькнуло в голове. – Так, поселок городского типа…»

Оля вновь нажала на педаль газа, решительно поехала по узкой разбитой дороге в поисках того самого мотеля. И даже запела любимую песню из фильма «Обыкновенное чудо»:

– Нелепо, смешно, безрассудно… Безумно, волшебно. Ни толку, ни проку… Не в лад, невпопад совершенно!

И тут произошло нечто странное. Руль в Олиных руках вдруг повел себя точно живой. Вырвался, закрутился – и закрутилась на мокрой дороге Олина машина. Самое жуткое – время как будто замедлилось для молодой женщины. Она, испытывая ужас, буквально чувствовала, что каждое из этих страшных мгновений, когда неведомая сила вертела авто, проходит словно сквозь нее.

Полное ощущение безнадежности, обреченности…

Вот так, наверное, замирает время при страшной беде. Время начинает течь медленнее, чтобы человек в полной мере мог почувствовать свою беспомощность. И невозможность изменить что-либо. Человек понимает, что он лишь игрушка в руках судьбы. Что ничего заранее предполагать нельзя. Изменить – тоже нельзя.

И бесполезно хвататься за вышедший из повиновения руль, который теперь подчинялся чужой, возможно, дьявольской силе…

Оля услышала звук удара, машину тряхнуло, что-то снаружи затрещало, с треском повалилось, затем машину вновь крутануло с нездешней силой, и второй удар, и новый треск. Оля на миг потеряла сознание…

Тишина. Или нет, это не тишина, это уши заложило.

Жива или нет?

Оля закашлялась, нащупала замок ремня безопасности, открыла его и вывалилась из машины на мягкую, мокрую землю. Кажется, жива и вроде ничего не сломано, только в голове гудит…

Оля заставила себя подняться на ноги.

И первое, что она увидела, огонь в темноте. Ярко пылает костер. Костер в Кострове? Странная тавтология… Или это пламя преисподней?

На фоне огня – черный силуэт. Человек?

Вот зашевелился, двинулся навстречу. Мужчина, кажется.

– Вы в порядке? – услышала она словно сквозь вату.

Оля огляделась. Постепенно все чувства возвращались к ней, как и возможность соображать, понимать происходящее.

Вот она, Оля. Стоит. На своих двоих, пусть и отчаянно дрожащих, ногах. Вроде жива-здорова, обошлось.

Она на чьем-то дачном участке. Видно поваленный забор – наверное, это она его протаранила своей машиной.

Вот еще какие-то руины из камня, журчание воды.

И все это – в свете костра, вернее пламени, вырывающегося из какой-то железной конструкции неподалеку…

Оля поморгала, потрясла головой. Да, рядом – открытая летняя площадка на забетонированным основании, но с крышей. Кто-то, наверное, жарит шашлык под крышей, искры уходят вверх, в вытяжку. Хотя нет, шашлыком не пахнет, пахнет обычной гарью. Скорее всего, сжигают мусор.

Сжигает вот этот человек, хозяин участка.

«Я-то в порядке, а вдруг еще кто-то пострадал?!» – в ужасе спохватилось Оля. Обежала свою машину, спотыкаясь, с облегчением констатировала – вроде никаких сбитых тел вокруг. Лишь камни под ногами да вода журчит. «Ах, это, наверное, я своей машиной фонтан на участке сбила!» – наконец, догадалась Оля. И ее отпустило. Жива, сама никого из людей не зашибла. Ну, а поваленный забор и разбитый фонтан – это мелочи. Все обошлось.

Оля подняла лицо, на него упало с большим перерывом несколько капель дождя. Вот и дождь затихает, кажется.

– Простите… меня занесло, – вновь выпрямившись, сказала она, обращаясь к хозяину участка. – Потеряла управление. Дождь, дорога мокрая. Я вам порушила тут кое-что… Я заплачу. Я заплачу за все, не беспокойтесь!

И тут щелкнул, открылся сам собой багажник у Олиной машины.

Сверху, вздыбившись в целлофане, лежало свадебное платье. К счастью, целое и невредимое. В этот самый момент Оля вспомнила, что едет на собственную свадьбу. С Сергеем.

– Мое платье… – сбившись, забыв о том, что говорила только что, дрожащим голосом произнесла Оля. От избытка чувств протянула к нему руки, вытащила из багажника, прижала к себе. – О, мое платье… Кажется, не пострадало. Я бы не пережила, если бы с моим платьем что-то случилось…

Она не успела договорить. Мужчина сделал еще шаг вперед. Теперь, при свете пламени, горящего в баке, Оля сумела разглядеть незнакомца.

Мужчина средних лет, чуть выше среднего роста, плотно сбитый, темноволосый. Некрасивый, даже страшный… Или это оттого он показался Оле страшным, что огненные блики искажали все вокруг?

Нет, он и вправду страшный. Злой. Очень злой.

– Ваше платье? – низким, мрачным голосом переспросил мужчина. – Блин… Ваше платье! – повторил он саркастически. И вдруг резким движением вырвал из Олиных рук пакет с платьем. Затем швырнул его в бак, где горел мусор. На миг огонь словно затих, затем – пф-ф-ф! – вспыхнул еще ярче, запахло плавящимся целлофаном, горелой тканью… Искры быстрее полетели вверх, их затянуло в трубу, а дальше они уже растворились в темно-синем ночном небе.

Оля словно оцепенела, глядя на огонь, который пожирал ее платье. Минута – и вот оно уже сгорело. Пламя снова утихло, даже как будто погасло.

Мужчина подошел к баку и захлопнул его крышкой.

Стало еще темнее.

К счастью, в этот момент из-за туч выплыла полная луна, осветила весь участок. И чуть дальше, оказывается, находился кирпичный дом, в одном из окон горел тускло свет.

А сам хозяин, скрестив руки на груди, молча стоял перед Олей, с насмешкой наблюдая за ней.

Оля наконец очнулась от очередного шока. Как?! Ее платье, ее свадебное платье, которое она столь отчаянно искала, сгорело за одну минуту, вот только что. Мерзкий город Костров!

– Мое платье… – пробормотала Оля. – Вы его сожгли… Я же… Я же вам сказала, что заплачу за все… Зачем?

– Засуньте свои деньги… сами знаете куда, – холодно произнес мужчина. – Убирайтесь с моего участка. И чем быстрее, тем лучше. Для вашего же здоровья.

«Негодяй!.. – подумала Оля. – Ничего же страшного не произошло… За что он так со мной?! Мое платье…»

Но вслух молодая женщина ничего не сказала. Какой смысл связываться со злобным идиотом?.. Вероятно, этот тип теперь считает, что они квиты. И ведь еще угрожает.

Оля попыталась еще раз оглядеть свою машину, хотя в лунном свете, пусть и ярком, все мелкие подробности терялись. Тем не менее особых внешних повреждений молодая женщина не обнаружила. Ну да, помято в некоторых местах… И что теперь полагается делать? Вызывать дорожную полицию? Оля, никогда не попадавшая в ДТП, растерялась.

КАСКО у нее отсутствовало. Какой тогда смысл ждать гаишника? Тем более что хозяин участка отказался от возмещения ущерба… Пожалуй, надо действительно побыстрее уезжать.

Оля села за руль.

Нажала на газ – тишина. Еще раз. И еще. Выскочила из машины, опять обежала ее вокруг. Под ногами хлюпала мокрая земля, где-то неподалеку квакнула лягушка. «Словно я в болоте застряла… Хорошо еще, что дождь закончился!» Оля вновь села за руль и попыталась завести машину. И опять без результата. Черная тень надвинулась сбоку, загородив луну. У Оли побежали мурашки по спине, но тем не менее она опустила боковое стекло.

– Чего там? – наклонившись, с отвращением спросил хозяин участка.

– Не заводится! – нервно произнесла Оля.

– Блин… Свалилась на мою голову, – с ненавистью произнес мужчина.

– Я неместная. Я из Москвы еду. И в машинах совершенно не разбираюсь! – нервно продолжила Оля. – Наверное, что-то серьезное с моим авто. Тут есть поблизости мастерская?

– Твою мать!.. Есть. Да спят там все давно! Фиг кого найдешь… Это тебе не Москва…

– Но что я могу сделать? – плачущим голосом произнесла Оля. – Не заводится же!

– Это твои проблемы.

– Нет, ну вы говорите, чтобы я побыстрее уехала, а как я уеду, если не заводится? – закричала она.

– Не знаю. Это твои проблемы, – точно попугай, повторил мужчина.

– И что мне теперь делать?!

– Твои проблемы, ты не поняла?!

– Заладили одно и то же! – опять закричала она. – Помогите же мне! Видите я сама не справляюсь.

– А с какого я тебе помогать должен?! – зарычал мужчина. – Обезьяна с гранатой… за рулем то есть! Свалилась на мою голову, порушила тут все! И я еще ей помогать должен! Фиг тебе. Делай что хочешь, а я спать пошел.

Сказав эти слова, мужчина развернулся и направился в сторону своего дома. Даже не оглядываясь.

– Скотина… – пробормотала Оля, только сейчас обнаружив, что плачет. Потянулась, нашарила свою сумочку. Дрожащими руками достала мобильный. Включила экран и… увидела, который час.

…Ночь. Совсем ночь. Сергей, усталый и измотанный предсвадебными хлопотами, наверное, уже отдыхает… И думает, что она остановилась в каком-нибудь придорожном мотеле, как и собиралась.

Конечно, он сразу приедет сюда, когда узнает, в какую передрягу попала его невеста. Он из тех немногих мужчин, которые, подобно средневековым рыцарям, мчатся на помощь своим дамам.

Но… «Ты первая женщина в моей жизни, которая со мной полностью согласна и всем довольна. Ты первая, кто с меня ничего не требует. Не заставляет меня решать свои проблемы!» Сергей сказал это, делая Оле предложение. Он не имел в виду то, что ему надоело решать женские проблемы. («В жизни каждой дамы – трагедии и драмы!») Наоборот. Он как раз собирался сделать жизнь своей спутницы максимально комфортной.

Сергей имел в виду нечто иное, говоря о проблемах. Он не раз рассказывал о своих бывших женах, которые трясли его из-за каждого пустяка, каждой мелочи, заставляя его бросить все и мчаться им на помощь. Сломался каблук? Нахамила продавщица в универмаге? Поссорилась с лучшей подругой? Сережа, беги, спасай, защищай, мсти обидчикам!

Бывшие жены Сергея, как их там… Наталья и Алиса, да… судя по всему, являлись либо инфантилками, либо им нравилось непрерывно теребить мужчину… Для чего? А для того, чтобы показать свою власть над ним. Они – хозяйки, а он, их муж, раб, который должен исполнить любой каприз.

Собственно, именно поэтому оба предыдущих брака у Сергея оказались неудачными. И он именно потому восхищался Олей. Она не собиралась дрессировать его, словно собачку, чтобы тот мчался «к ноге» по первому свисту!

Хотя, конечно, сейчас был тот самый случай, когда Сергей должен мчаться к Оле и спасать ее. Все серьезно – авария, ночь, полная беспомощность, странный и злой мужик рядом, хозяин того участка, на котором произошла авария.

Но. Но! В принципе, она сама может справиться. Да, сама, не срывая своего жениха среди ночи.

Оля посидела немного, держа телефон в руках, затем решительно вздохнула. Смахнула слезы со щек.

Вышла из машины, побрела к дороге. Заодно сумела со стороны оценить масштабы того ущерба, который нанесла хозяину участка. Разбит фонтан (обычный, небольшой, не эксклюзив какой-то – сделан из бетона и камня) да повалены две секции забора.

Всё.

Сущие пустяки. Смешно даже. Тут ущербу на две копейки. Ну ладно, тысяч на десять, рублей, естественно, прикинула Оля. А этот мужик разозлился так, словно Оля разбомбила его дом! Взял и сжег ее свадебное платье, которое в несколько раз ценнее и дороже его дурацкого забора и примитивного фонтана…

Нет, ну понятно, что Оля виновата, что она нарушила границы чужого участка и произвела некоторые разрушения на нем. Но ничего катастрофичного! Тем более что она и не отказывалась компенсировать ущерб…

Обозвал обезьяной за рулем, сжег платье. Отказался помогать.

Оля, балансируя на досках поваленного забора, выбралась на дорогу.

Ночь. Прохладно… Где-то вдали качается фонарь. Ни машин, ни людей. Другие дома на улице тоже прячутся за высокими заборами. Постучаться, попросить о помощи? А смысл? Не исключено, что в тех домах живут такие же неадекваты, как этот тип, что попался сегодня Оле. Она побрела в одну сторону дороги, затем в другую. Где-то неподалеку залаяла собака, и таким страшным, отрывистым, хриплым басом, что, судя по этим звукам, являлась волкодавом, не меньше.

Оля вздрогнула, рысью побежала обратно, к своей машине. Села в салон, закрылась.

Окна в доме хозяина участка, на котором она сейчас находилась, погасли, наверное, мужчина лег спать.

«В принципе, как я поняла, автомастерская неподалеку. Утром, как только рассветет, попытаюсь ее отыскать. Если мою машину не починят сразу, сяду на автобус до Ярославля или поймаю такси, – размышляла Оля. – Хотя с той кучей вещей, что я везу, лучше взять такси. Сергею заранее ничего сообщать не буду. Вот как приеду, тогда и расскажу. Платье… Господи, даже не знаю, что делать с платьем! – в отчаянии всхлипнула она. – Ладно, время до свадьбы еще есть, куплю платье в Ярославле. Ах, как все это неприятно…»

* * *

Денис на склоне дня всегда старался занять себя каким-нибудь делом. Чтобы ближе к ночи почувствовать себя вымотанным и уснуть без задних ног.

У него имелась проблема со сном – если он проводил вечер, не изнуряя себя тяжелым физическим трудом или не занимаясь спортом (тягал гантели или, например, мчался по проселочным дорогам на велосипеде – на пределе скорости и сил), то потом почти до утра маялся бессонницей.

А бессонница – это такая гадость, это словно летишь в черную пропасть, у которой нет дна…

Таблетки Денис старался лишний раз не принимать. Ну, во-первых, сам врач, знал, какие последствия могут быть, если ими увлечься надолго, во-вторых, его собственный организм таблетки принимал с трудом.

Ведь потом, после искусственного сна, Денис чувствовал себя словно зомби. Вроде ходить мог, но в остальном… живой мертвец, да и только. Без осмысленного желания что-либо делать – только валяться где-нибудь в гамаке или на диване перед телевизором. Соответственно, следующая ночь без сна тоже обеспечена. Значит, снова нужно глотать таблетку. И так до бесконечности, пока не почувствуешь, что становишься психом…

Нет уж, лучше естественным путем, без ущерба для здоровья.

Вот и сегодня мужчина старался загрузить себя по полной программе. Весь день чистил дорожки на заднем дворе, выкопал пень из земли, потом гонял на велосипеде по окрестностям.

А затем, под ночь уже, решил сжечь старые ветки в мусоросжигателе – те, что остались после сегодняшней уборки.

…Накрапывал дождь, но спасала крыша над площадкой для барбекю. Вообще, хорошо бы шашлыки сейчас затеять, для того площадку и строил когда-то, чтобы в любую непогоду здесь можно было огонь развести, но объедаться мясом на ночь? Уж точно не уснешь потом. «И вообще, завтра Таисия прибудет, шашлыки лучше организовать к ее приезду», – напомнил себе мужчина.

Ветки, потрескивая, сгорали, только искры летели вверх. Тишина.

«А ничего нет. Бога нет и нет загробной жизни. И бесполезно думать, что случится потом, после. Ничего не будет, ничего не случится. Но люди трусы, они и смерть хотят переиграть, вот и придумали загробную жизнь…» – мрачно размышлял Денис.

В этот момент он услышал визг тормозов, удар и грохот. Совсем рядом.

Бах! Повалило забор, и в следующее мгновение на участок по доскам влетела машина. Ударилась капотом о фонтан, снесла его в один миг буквально и замерла.

Денис замер от неожиданности. Затем, стряхнув с себя оцепенение, шагнул к автомобилю. Все-таки водитель, пусть и сволочь изрядная, нуждается в помощи. Наверное, пьяный. У соседа вон где дорога поворачивает, постоянно забор сшибают – полно пьяных за рулем да лихачей…

Но в этот момент из машины, точно мешок, вывалилась на землю особа женского пола. Впрочем, тут же вскочила. Принялась оглядываться, растерянно разводить руками… Больше, кажется, в салоне автомобиля никого не находилось.

– Вы в порядке? – на всякий случай спросил Денис. Хотя уже понял – с этой фифой все в порядке.

– Простите… меня занесло, – залепетала фифа. – Потеряла управление. Дождь, дорога мокрая. Я вам порушила тут кое-что… Я заплачу. Я заплачу за все, не беспокойтесь!

Кажется, она не была пьяной. Но тем хуже для нее. Идиотка. Гнала в дождь!

Денис посмотрел на то, что осталось от фонтана. Его не починить. Все, нет фонтана.

И тут эта фифа опять залепетала:

– Мое платье… – Она бросилась к раскрывшемуся от удара багажнку. Схватила раздувшийся, похожий на огромную пуховую подушку пакет, наверное, с этим самым платьем, и прижала его к груди. – О, мое платье… Кажется, не пострадало. Я бы не пережила, если бы с моим платьем что-то случилось…

Денис ненавидел подобных фиф. Есть нормальные женщины, а есть фифы. Отвратительные, глупые создания, помешанные на нарядах, косметике и прочей ерунде… Куклы, искусственные создания. Гламурные дурочки.

Вот как эта, например. Только что попала в аварию, точно танк, своим автомобилем проехала по чужой территории, порушила тут все, сама могла убиться, и… О чем она сейчас думает? О платье. Ах, она не пережила бы, если бы ее любимое платьице пострадало!

– Ваше платье? Блин… Ваше платье! – сдавленным голосом пробормотал Денис. Затем вырвал из рук фифы пакет с нарядом и, ни секунды не сомневаясь, что поступает правильно, кинул его в мусоросжигатель.

Фифа оцепенела. Молча, с широко раскрытыми глазами, смотрела на то, как горит ее платье.

Теперь, в свете яркого пламени, Денис мог как следует разглядеть незваную визитершу. Еще молодая. Похожа даже не на куклу, а на воробья – бессмысленные круглые глазки, остренький носик, светлые волосики живописно встрепаны. Ах, она блондинка! Все понятно.

Пламя погасло. Денис захлопнул мусоросжигатель крышкой. Мужчина не чувствовал ни капли раскаяния.

– Мое платье… – несчастным голосом пропищала фифа. – Вы его сожгли… Я же… Я же вам сказала, что заплачу за все… Зачем?

– Засуньте свои деньги… сами знаете куда, – перебил ее Денис. – Убирайтесь с моего участка. И чем быстрее, тем лучше. Для вашего же здоровья.

Фифа развела руками, затем принялась бегать вокруг своей машины кругами. Точно, идиотка…

Потом остановилась, села наконец в салон, попыталась завести авто. И – тишина.

Денис подошел ближе. Фифа опустила боковое стекло. Ну, разумеется, новая проблема. Да шла бы она подальше со своими проблемами!

Денис развернулся и направился к дому. Его даже потряхивало от ненависти, от раздражения, вызванного этой нахальной, глупой особой. В сущности, он не обязан ей помогать. Пусть разбирается сама.

…Как ни странно, но в эту ночь он заснул сразу, без проблем, едва щекой коснулся подушки.

* * *

Оля, сидя в салоне своего автомобиля, сама не заметила, как задремала.

…Приснился ей Сергей, жених. Причем приснился молодым еще, почти юношей. Сергей – из того периода, когда только зародилась Олина любовь к нему.

Ей исполнилось лет четырнадцать, ему– уже двадцать четыре.

Оле сосед нравился и раньше. Она всегда смущалась при виде Сергея, убегала. Маленькая стеснительная девочка-подросток… Но тогда, именно лет в четырнадцать, ее чувство по отношению к Сергею окончательно оформилось. Раз – и Оля вдруг отчетливо осознала, что молодой человек, живущий рядом, заполнил все пространство внутри нее, вокруг нее.

И она – уже не она, а кто-то другой. Другая девочка. Не Оленька Никифорова, а… любовь. Она есть любовь, да, вот так.

Странно и страшно. Радостно и мучительно. Каждый шаг теперь давался ей с трудом, каждый удар сердца отзывался болью в груди. Нет-нет, физически Оля была абсолютно здорова, просто внезапно обрушившаяся любовь душила девочку, мешала ей дышать и двигаться.

Она еще не умела управлять этой любовью, не знала, что с ней делать, как с ней жить. Словно ураган подхватил и понес куда-то…

Сергей был очень красивым молодым человеком. За ним всегда табуном бегали девушки. Оля не раз наблюдала издалека, как сосед идет по улице, мимо Олиных окон, то с одной, то с другой девицей. Днями и ночами Оля придумывала истории, как она вырастет, тоже превратится в неземную красавицу, и Сергей наконец влюбится в нее.

Потом словно небеса рухнули – до Оли донеслась новость, что Сергей женится. Оля, конечно, теоретически знала, что женитьба не навсегда случается, и даже о статистике разводов в стране слышала, рассказали на уроке по этике и психологии семейной жизни – о том, что распадается каждый второй брак.

Но в глубине души, где-то на уровне генетической (женской!) памяти, что ли, для Оли брак казался чем-то священным и главным. Очень серьезным событием, которое полностью меняло жизнь человека.

Поэтому, когда Сергей женился, Оля плакала о нем ночами, как о мертвом. У нее тогда возникло стойкое ощущение, что она потеряла его навсегда.

Молодая жена Сергея – весьма эффектная девушка. Черноволосая красавица, стройная, с длинными ногами фотомодели. Оля не ненавидела ее, нет, и даже не ревновала. Скорее, глядя на соперницу, даже не подозревавшую о ее, Олином, существовании, чувствовала отчаяние.

Потому что она, испытав первую, безответную любовь, внезапно лишилась и иллюзий.

Можно, конечно, придумывать и дальше истории о том, как она, Оленька Никифорова, из серой мышки превратится в роковую красотку, при виде которой Сергей начнет грызть себе локти – ах, милая, где ты была раньше… Но Оля оказалась на редкость разумной девочкой. Она осознала – никогда Оленька Никифорова не превратится в роковую красотку. Никогда мужчины не будут складываться в штабеля сами собой при ее появлении.

Типаж не тот, физические данные изначально не те, характер даже не тот… Она – симпатичная, хорошенькая даже, тихая, скромная. Она никогда не станет такой, как жена Сергея.

С тех самых пор Оля перестала мечтать о том, что когда-нибудь сразит Сергея своей неземной красотой.

Кстати, позже, уже став взрослой, Оля не раз встречала женщин, которые, будучи даже уже в солидном возрасте, так и не смогли расстаться с мечтами о том, что настанет день и час, когда они наконец при случайной встрече «сразят» своего любимого (реального мужчину или воображаемого «принца»). Причем, что интересно, эти женщины ничего не делали для того, чтобы иметь возможность сразить. Например, не старались похудеть или не стремились научиться одеваться, хорошо выглядеть. Получить хотя бы шанс упасть в объятия своего недосягаемого любимого… Зато упасть ежевечерне в объятия холодильника – завсегда пожалуйста, в этом «мечтательницы» себе не отказывали. Тогда какой смысл в этих мечтах?!

…Итак, Оля, когда Сергей женился, испытала горькое разочарование, поняв, что жизнь – слишком простая, слишком грубая вещь. Чудес не бывает, невозможное никогда не произойдет. Судьба каждого человека изначально запрограммирована и катится по одним и тем же рельсам, Оленька никогда не превратится в красотку, Сергей никогда ее не полюбит.

Тем не менее, Оля, даже полностью осознав свои перспективы, так и не смогла до конца разлюбить Сергея.

Наблюдала за ним издалека (именно что наблюдала, при случае специально за ним не бегала, не следила маниакально), позже, скоро, испытала еще один неприятный удар по самолюбию, когда увидела жену Сергея уже с «животиком»…

Поэтому Оля, разумная девочка, буквально заставила себя уехать из Ярославля после окончания школы. Она честно старалась забыть Сергея. Училась, работала, встречалась со Славиком, с другими… Но никакая сила не могла ее заставить совсем забыть о первой любви.

Девушка приезжала изредка в родной город, к матери (мать была тогда еще жива, отца Оля ни разу не видела, говорили, он умер давно). Узнала, что у Сергея родился второй ребенок. Затем до Оли дошли слухи, что Сергей развелся. И тут сердце, вопреки голосу разума, затрепетало, опять безумные мечты полезли в голову… Но не успела она углубиться в свои мечты, как Сергей женился второй раз, и очень скоро у него родился очередной сын.

Оля принялась повторять себе привычную мантру: «Все бесполезно. Все безнадежно. Выкинуть этого мужчину из головы, надо самой строить свою жизнь…»

Ольга старательно пыталась строить, но по ночам к ней приходил он, ее вечный возлюбленный, единственный. Наваждение! Она просыпалась и понимала – просто так Сергей из ее головы и сердца не исчезнет.

Иногда, как уже упоминалось, Оля делилась своими чувствами с подругами, спрашивала знакомых, живущих до сих пор в Ярославле: а как там Сергей? Как какой Сергей… Сергей Андреевич Зернов – вот какой. Ну, тот, что жил когда-то по соседству с ней, в одом дворе. Да-да, тот самый, у которого теперь аптечная сеть, известный человек…

Жизнь Оли напоминала вечную борьбу. Борьбу с самой собой.

А потом… случилось чудо. То самое, в которое Оля никогда не верила, будучи разумной девочкой, вернее, женщиной уже. Сергей узнал о ней, о ее любви – и сам в Оленьку Никифорову влюбился.

Вот так она, серая мышка, тихоня, «тихий омут», в котором даже черти не водились, вдруг получила от жизни то, о чем всегда мечтала!

Но что самое удивительное, до сих пор ей продолжал сниться Сергей, тот Сергей, что времен ее юности…

…Оля увидела его в очередной раз во сне, протянула руки, обняла. Улыбнулась.

Страницы: «« 123 »»

Читать бесплатно другие книги:

Данное издание создано в помощь студентам вузов, которые хотят быстро подготовиться к экзаменам и сд...
Данное пособие предназначено для помощи студентам в подготовке к экзамену по экономическому анализу....
Детские музыкальные праздники дают возможность не только более глубоко познакомить детей с музыкальн...
Из этой книги вы узнаете:– Где учат на сценариста.– Как сценаристы работают.– Какие инструменты испо...
Один из наиболее емких, пожалуй, романов в истории русской литературы. Кроме внезапно приключенческо...
В сборник включены пьесы-сказки для детей после двенадцати. В пьесе «Ванюшка» обыгрываются волшебные...