Голубая бусинка Крюгер Мария
— А я бы прошёл, я его совсем не боюсь!
— Хвастунишка ты! Ты бы тоже не прошёл.
— Это я хвастунишка? Это я бы не прошёл? — кипятился Петрик. — Подожди, сейчас сама увидишь! — И смело двинулся вперёд. Но стражник его тут же задержал.
— Эй, малыш, а ты куда? Ну-ка, сматывайся отсюда, пока у меня хорошее настроение.
— Я иду к пану Президенту Города по очень важному делу, — заявил Петрик, задирая повыше голову, чтобы прибавить себе роста и солидности.
На стражника это, однако, не подействовало. Он грозно пошевелил усищами и зарычал на всю площадь:
— Ну-ка, проваливай отсюда, сопляк, пока цел! Глядите на него! У него дела с Президентом Города!
— А вот есть дело! — топнул ногой Петрик. Для большей уверенности он держался теперь подальше от стражника, но всё ещё не сдавался.
— Ха, ха, ха, ха, ха! — расхохотался стражник. — У него дела с Президентом! Ну и насмешил!
— Смешно это или нет, но у меня есть дело!
— О-оо! Слушайте, люди добрые! — продолжал издеваться стражник. — Смотреть не на что, а уж у него дела! Однако довольно шуток! Не зли меня, не то всыплю!
— Прошу вас немедленно меня пропустить, — Петрик произнёс это как можно настойчивее, — мне необходимо пройти по чрезвычайно важному делу.
— А я тебе говорю, что никуда ты не пойдёшь! — заорал стражник и парадной алебардой, которую он держал в руке, замахнулся на Петрика.
— А я говорю, что пройду, — повторил Петрик. — А уж когда я пройду и добьюсь своего, вам стыдно будет, что вы не хотели меня пускать.
— Довольно этой болтовни и убирайся отсюда, бездельник!
— Никакой я не бездельник, — возмутился Петрик. Каролинка тоже была возмущена и закричала изо всех сил:
— Неправда, неправда! Петрик вовсе не бездельник! Пустите нас, пожалуйста, у нас очень важное дело!
— Если вы сейчас же не уберётесь отсюда, я велю посадить вас в холодную! — рявкнул в ответ стражник.
Да, было совершенно ясно, что стражник ни за что не пропустит их к Президенту Города. А что же тогда говорить о ста семнадцати чиновниках? А тут ещё и заявление! Конечно, придётся прибегнуть к помощи бусинки.
— Мы сделали всё, что только было возможно, чтобы обойтись без неё, — сказал Петрик, — но ничего не получается, придётся её кое о чём попросить.
— Ты хочешь, чтобы мы опять стали невидимыми?! — спросила Каролинка.
— Гм, я уже говорил тебе, что я не знаю, будет ли это хорошо. А как мы сможем уговорить Президента, если мы сами будем невидимыми?!
— Но мы можем сделаться невидимыми только для того, чтобы войти к нему…
— Я боюсь, что он тогда не поверит, что мы настоящие, — Петрик раздумывал, нахмурив брови, — однако другого выхода я не вижу.
Итак, Каролинка быстро вынула из кармана коробочку с бусинкой. Та на своей ватной постельке голубела, как незабудка.
— Милая бусиночка, — прошептала Каролинка, — ты понимаешь, что дело необычайно важное. И прошу тебя — не бледней ты так быстро!
Когда, минуту спустя, они, уже совершенно невидимые, проходили мимо стражника, им с трудом приходилось удерживаться от хохота, потому что Петрик никак не мог стерпеть, чтобы не дёрнуть его за полу парадного мундира.
— Боже мой! Да что это? — испугался стражник. — Мне почудилось, что кто-то меня зацепил! — И он принялся беспокойно оглядываться. А Петрик — цап! — и хватил стражника за алебарду, да вдруг нечаянно вырвал у него из рук. Конечно, вовсе не потому, что он был таким страшно сильным, а потому, что стражник ни капельки не ожидал этого! Но это были бы пустяки, если бы он просто вырвал алебарду, — самое страшное заключалось в том, что получилось так, будто алебарда самостоятельно двинулась на стражника. Вот тут-то тот перепугался уже не на шутку. Глаза у него выкатились, рот раскрылся, и он с минуту не мог произнести ни слова. Всё это было очень смешно, и у Петрика была охота нагнать на него ещё больше страху, но он тут же опомнился: им ведь ещё предстоит повидаться по чрезвычайно важному делу с самим Президентом Города! Пришлось им идти дальше через огромный двор, в котором рядами стояли великолепные автомобили.
— А кто ездит на этих автомобилях? — спросила Каролинка.
— Наверное Президент.
— Но он же не может ездить на всех.
— Так он, наверное, в разное время дня ездит на разных, — пытался угадать Петрик, — или, может, это к нему гости понаехали. Знаешь, такие важные, например, из других городов. Но автомобили хороши! Подожди, давай немного посмотрим на них. Я тебе сейчас скажу, какие это марки.
Да, в этом Петрик разбирался великолепно. Тут уж ничего не скажешь! А больше всех им понравился один очень большой и длинный автомобиль, выкрашенный в красный и чёрный цвета.
— А кроме того, его очень легко вести. Понимаешь, Каролинка? Вот здесь включается скорость, здесь нажимают стартер. Погоди! Сейчас попробуем! Садись!
Автомобиль стоял пустой, а искушение было слишком велико. Дверцы хлопнули, и Каролинка уже сидит на кожаных красных подушках, а Петрик возится у золотисто-красного руля.
— Интересно… интересно… — раздумывает Петрик, — а зачем же здесь этот ключик? Сейчас поглядим…
И вдруг машина рванулась, и мотор угрожающе заворчал. К счастью Петрик быстро ухватился за руль и повернул машину в сторону, иначе они наехали бы на стену.
— Ax! Ax! — воскликнула перепуганная Каролинка.
— Ничего не бойся, — успокоил её Петрик. — Я немного разбираюсь в этом! Ничего страшного! — Но, говоря по правде, он сам был перепуган и не знал, что делать дальше.
— Я уже хочу выйти, — сказала Каролинка, — на самом деле, я лучше выйду!
— Подожди, только бы мне удалось его остановить. Дьявольская машина! Никак не пойму, что это творится с мотором.
Тем временем, во двор выбежал вконец обозлившийся шофёр красной машины.
— Кто посмел трогать машину пана Президента? — завопил он. Но тут же окаменел от изумления. Красный автомобиль был пуст. Совершенно пуст. Мотор ворчал, а машина вся как-то странно подпрыгивала. Шофёр протёр глаза и поглядел ещё раз. Нет, зрение его не обманывало — в автомобиле никого не было.
— Да что же это? — пробормотал он.
— Вы лучше скажите, как его останавливают, — спросил вдруг неизвестно откуда чей-то голос. Голос звучал немного по-детски, но шофёру некогда было над этим раздумывать, и он быстро ответил:
— Господи, нужно выключить мотор!
— Это там, где ключик? — опять спросил голос.
— Ну конечно там. Боже мой, снится мне всё это, что ли? С кем это я разговариваю? — бедный шофёр уже совершенно не мог понять, что с ним творится.
Внезапно машина остановилась. Дверца распахнулась и снова с треском захлопнулась. Это невидимые Петрик и Каролинка скорее выбрались из автомобиля.
— Не иначе, как я с ума сошёл, — пробормотал шофёр. — Мотор работает, дверцы отпираются и захлопываются — что всё это может значить?
Но Петрик и Каролинка не слушали его дальнейших рассуждении — ведь им необходимо было срочно попасть к самому Президенту Города. Петрик к тому же чувствовал немалые угрызения совести из-за того, что они по его вине потеряли столько времени. Он даже принялся оправдываться перед Каролинкой.
— Понимаешь, я ведь не мог предвидеть, что в этих новых моделях всё устроено немного иначе.
КАМЕННЫЕ ЛЬВЫ
Успев немного поостыть после приключения с автомобилем, Петрик с сокрушением заметил:
— Напрасно мы потеряли здесь столько времени: пойдём, главный вход с другой стороны.
— А ты откуда знаешь? — удивилась Каролинка.
— А вот здесь надпись и стрелка, — показал Петрик, — идём скорее.
Они совершенно позабыли о том, что всё ещё остаются невидимыми, и, бросившись бежать, то и дело натыкались на прохожих. Стрелки часов на ратуше медленно двигались вперёд.
Наконец дети остановились перед главным входом. У огромных железных ворот на страже стояли два совсем небольших каменных льва, а в глубине виднелись мраморные ступеньки и деревца в деревянных кадках. И именно в тот момент, когда Петрик и Каролинка, ещё не отдышавшись после быстрого бега, собрались нажать большую, выкованную в виде листьев ручку, усатый привратник со скрежетом повернул в замке огромный ключ. Ворота были заперты.
— Всё потеряно! Нам теперь не пройти! — Каролинка в отчаянии всплеснула руками.
— Может, всё-таки проскочим как-нибудь? — старался утешить её Петрик, одновременно пытаясь пролезть между железными прутьями ограды. Но несмотря на то, что он был такой щупленький, пространство между прутьями оказалось слишком узким. Даже Каролинке там не удалось бы протиснуться.
— Здесь нам не пройти! Но мы попробуем ещё один путь, — и Петрик, наперекор всему, попытался теперь взобраться по скользким, гладким прутьям железной ограды. Но и это ему не удалось.
— Не получится у тебя! Ой, не справишься! — всхлипывала Каролинка. Она не только была огорчена, но и порядочно устала от всех этих переживаний. Вытирая слёзы, стекающие по её невидимому лицу, она оперлась на одного из каменных львов, стоящих на страже у ворот.
Вдруг девочка почувствовала, что к руке её прикоснулось что-то тёплое, немного шершавое и влажное. Открыв заплаканные глаза, она с неописуемым изумлением увидела, что каменный лев перестал быть каменным и что он лизнул ей руку. Каролинка ничуть его не испугалась. Лев был небольшой и выглядел добродушно и дружелюбно.
Пока он приветливо вилял хвостом в точности, как собака в знак приветствия, второй лев, что стоял на страже по другой стороне ворот, с наслаждением потянулся и промурлыкал:
— Ох! И затекли же у меня лапы!
— Ещё бы, — отозвался первый лев, — столько времени пролежать неподвижно!
— А вы… вы тоже заколдованные? — спросил с восхищением Петрик.
— Конечно заколдованные, — в один голос ответили львы. — Мы самые что ни на есть заколдованные, и поэтому вы можете на нас рассчитывать. Мы знаем о вас всё, и знаем, что у вас есть голубая бусинка.
— А поможете вы нам попасть к самому Президенту Города?
— Именно это мы и имеем в виду в первую очередь, — любезно ответил лев, который только что жаловался на то, что у него затекли лапы.
— Пожалуй, лучше всего будет, если вы, не теряя зря времени, усядетесь к нам на спины и поедете к Президенту.
— Ты это всерьёз? — Петрика всё ещё одолевали сомнения.
— Я страшно не люблю дважды повторять то, что я уже сказал, — проворчал лев. — Только до этого разреши мне почесать ухо. Я так давно не почёсывался!
— Ну, пожалуйста, если у тебя есть охота.
— Спасибо, — лев поклонился, а потом, старательно почесав левое ухо, ещё разок потянулся и пригласил Петрика.
— Ну, садись на меня. Не бойся — не свалишься. А ты, малышка, садись на моего брата. Для большей уверенности можете держаться за гривы. Ну, как — готовы?
— Готовы! — ответили разом Петрик и Каролинка.
— Тогда — гоп.
И оба льва тут же легко и ловко перепрыгнули через ограду. Потом они присели на стриженом газоне и огляделись. Неподалёку была прибита белая табличка с надписью: «По газонам не ходить».
— Не ходить, так не ходить, — проворчали львы немного огорчённо, — а нам так хотелось хоть минутку побегать по настоящей траве. Но что тут поделаешь!
И они побежали по широкой, усыпанной песком аллее к мраморной лестнице, ведущей к ратуше.
— А как же мы попадём внутрь, если хрустальные двери заперты! Я сама слышала, как их запирали, — неожиданно спохватилась Каролинка. Но львов это нисколько не огорчило. Просто один из них преспокойно легонько тронул дверь лапой, и дверь тут же сама широко распахнулась, только чуть-чуть скрипнула при этом.
— А вы знаете, куда теперь следует идти, чтоб отыскать Президента? — заволновался Петрик. — Здесь ведь уйма коридоров и комнат!
— Да ведь уже сказано вам, что мы заколдованные и всё знаем, — теряя терпение рявкнул первый лев (это был тот, который лизнул Каролинкину руку). — Мы всё знаем.
— А о голубой бусинке вы тоже знаете?
— Что за глупый вопрос! — фыркнул теперь второй лев, тот, у которого затерпли лапы, — я уже говорил тебе об этом; ведь если бы вы не были владельцами голубой бусинки, мы не смогли бы и с места тронуться. Однако, тише! Кажется, кто-то идёт! Нам нужно снова сделать вид, что мы — каменные.
— А мы? — испугались Каролинка и Петрик.
— Так вы ведь невидимые!
— Правда! А вы никак не можете сделаться невидимыми?
— В том-то и дело, что нет, — проворчали львы, но уже совсем тихонько, потому что к ним уже подходил швейцар с подносом, на котором стояло множество стаканов с чаем. Поэтому львам пришлось присесть на красном ковре под какой-то пальмой и окаменеть.
Тем временем швейцар приостановился и с минуту глядел на съёжившихся каменных животных. Его до того поразил их вид, что он даже поставил поднос на круглый стол, стоявший поблизости, и свободной рукой почесал лысину. Потом, подбоченившись, он принялся рассуждать вслух:
— Да что же это! Мерещится мне, или не мерещится? Насколько мне помнится, в этом зале каменных львов никогда и в помине не было. А может, мне это только привиделось? Или, может, это мне снится?
Сначала он ущипнул себя за руку, а потом, чтобы окончательно убедиться, что это не сон, прикоснулся к одному из каменных львов. После этого он схватил поднос и бегом помчался в обратную сторону, видимо, собираясь привести кого-нибудь. Конечно, нужно было воспользоваться случаем и как можно скорее покинуть зал. Поэтому-то, минуту спустя, в длинном коридоре, устланном красной ковровой дорожкой, послышались мягкие шаги львиных лап. И по-видимому ничего необычайного не произошло бы по дороге, если бы не то, что именно в это мгновение отворилась дверь одной из комнат, и в коридор вышла какая-то секретарша. Это была полная женщина в очках.
— Помогите! — вдруг завопила она. — Помогите! Какие-то звери бегают по коридору!
— Какие такие звери? — принялись допытываться её сотрудники, выскочившие из соседних комнат.
— Я точно не знаю. Может быть, собаки! А может — огромные кошки, — испуганно твердила секретарша. — Нужно проверить!
И она бросилась в погоню, а за нею — все служащие из остальных комнат.
Так они промчались по всем этажам и по всем коридорам.
Коридоры были очень длинные, и все уже порядком запыхались, но так и не обнаружили никаких животных, кроме двух каменных львов, которые спокойно лежали у каких-то дверей.
— Вам померещилось всё это! — подсмеивались теперь все над толстой секретаршей в очках.
— Я готова поклясться чем угодно, что не померещилось, — оправдывалась их смущённая сотрудница.
— По-видимому, это каменные львы бегали, — сострил кто-то, и тут же все расхохотались, потому что никому и в голову не могло придти, что каменные львы способны бегать по коридорам ратуши.
Наконец все разошлись по своим комнатам, и снова воцарилась тишина.
— Теперь мы, пожалуй, сможем спокойно дойти до Президента, — вздохнули львы, вставая и потягиваясь. — Только туда ли мы идём, куда надо?
— По-видимому — да. Здесь прибиты стрелки, которые наверняка указывают дорогу к самому Президенту, — Петрик был страшно горд своим открытием.
— Действительно, стрелки, — обрадовались львы, — нам безусловно следует идти в этом направлении.
И они с достоинством тронулись в путь. И вскоре, благодаря стрелкам, они оказались перед большими двустворчатыми дверьми, которые распахнулись при лёгком прикосновении львиной лапы. За дверьми виднелся огромный зал, увешанный картинами и уставленный застеклёнными шкафами. Петрик и Каролинка огляделись, но нигде и намёка не было на человека, который мог бы сойти за Президента Города. Наконец, в углу зала они заметили какую-то высокую фигуру в железных доспехах.
— Может быть, это и есть Президент Города? — шепнула Каролинка.
— Что ты? — рассердился Петрик. — Ведь это же просто пустые рыцарские доспехи. Правда, ты ещё слишком маленькая, чтобы знать о таких вещах. Я-то в этом прекрасно разбираюсь.
— Ну, так где же, в таком случае, сам Президент?
— Сейчас, дай только оглядеться. Боже мой! Да ведь это же никакой не кабинет Президента, а музей. Глянь-ка!
Каролинка посмотрела, куда указывал ей Петрик, и прочитала табличку:
Городской музей.
Открыт ежедневно с 10 часов утра
— Неужели мы не туда попали? — допытывался тем временем один из львов, почёсывая левой лапой за ухом. — Видимо стрелки указывали дорогу к музею. — Но прежде чем Петрик успел что-либо ответить, за дверьми послышался говор.
— Придётся нам опять окаменеть! — в отчаянии простонал второй лев, — и перестань ты, наконец, почёсываться!
Но, к сожалению, было уже поздно. И один из львов так и остался с поднятой к уху лапой, а в зал городского музея вошли целой группой дети в сопровождении какой-то женщины. Это была школьная экскурсия.
— Посмотрите, дети, — мы находимся в рыцарском зале, — начала было объяснять учительница, но тут же остановилась. Можно сказать, что она просто онемела от изумления.
— О-о-о, глядите, — этот лев чешется, он чешется! — воскликнул кто-то из детей. А ещё кто-то спросил:
— Скажите, пожалуйста, а у львов бывают блохи?
Что именно ответила на этот вопрос учительница и что происходило потом в музее — неизвестно. Ни Петрик, ни Каролинка не услышали этого. Не услышали этого и львы, которые с ребятами на спинах, сделав пару великолепных прыжков, пронеслись по всему залу и очутились в том самом коридоре, который был устлан красивой ковровой дорожкой. Потом они мчались дальше, уже куда глаза глядят, мчались изо всех сил, не обращая внимания на вопли встречаемых по дороге людей. Кто-то звал на помощь. Кто-то кричал:
— Где здесь телефон?
Ещё кто-то предлагал вызвать пожарную команду или скорую помощь, а какой-то гражданин пытался даже с зонтиком в руках догнать убегающих львов. Но, конечно, у него ничего не получилось.
Наконец, сбив окончательно с толку преследователей, львы попали в ещё один коридор и остановились перед дверью с красными портьерами. Двери эти находились в самом конце коридора, дальше бежать было уже некуда. Поэтому один из львов нажал на ручку, и двери широко и гостеприимно распахнулись.
— Войдите! — сказал кто-то, сидящий за большим блестящим столом.
ПРЕЗИДЕНТ ГОРОДА
Этот кто-то, сидевший за письменным столом, был совершенно закрыт газетой, которую он читал, и совершенно невозможно было разобрать, кто это.
— Может быть — это сам Президент Города? Как ты думаешь? — шёпотом спросила Каролинка.
— Не знаю. Может быть.
В ту же секунду фигура за письменным столом пошевелилась и отложила в сторону газету.
— Мы пропали! Это Филомена! — ужаснулся шёпотом Петрик. — Бежим!
Но было уже поздно. Филомена заметила львов, которые немедленно же притворились каменными, и, конечно, догадалась, что Петрик и Каролинка обязательно должны быть где-то поблизости. Ведь только с помощью голубой бусинки могли ожить эти каменные львы. А если где-то поблизости есть Каролинка, значит и голубая бусинка где-то рядом! Филомена одним прыжком перемахнула через письменный стол и бросилась к львам. Её острый нос вытянулся и покраснел, как клюв аиста.
— Ха! — завопила она. — Где голубая бусинка? Отвечайте сию же минуту!
— Ничего не знаем о голубой бусинке, — разом заявили оба льва.
Честно говоря, это было ложью, но ложью благородной, имеющей целью спасти Каролинку и бусинку. А в результате — ничего хорошего всё равно не получилось, потому что Филомена львам не поверила и ни на секунду не усомнилась в том, что где-то поблизости должна находиться невидимая Каролинка. Она пристально оглядывалась, не удастся ли ей заметить голубую бусинку, как в тот раз в универмаге, когда та свешивалась на шёлковой ниточке с Каролинкиной шеи. Филомена вытянула свой длинный острый нос, обнюхивая всю комнату, а также искоса поглядывая при этом по сторонам.
Да, вот беда! Бусинка, несмотря на то, что была упрятана в коробочку, а вместе с коробочкой — в кармашек Каролинкиного платья, была видна! Она светилась слабеньким голубым светом и безошибочно указывала, где находится сама Каролинка.
— Ха! — взвизгнула при виде её Филомена. — Вот ты где!
— Бежим! — шепнула перепуганная Каролинка. — Бежим!
Легко было сказать: бежим! — Но куда бежать? — Ведь за дверью они наверняка встретятся с людьми, которые минуту назад преследовали их. О бегстве не могло быть и речи. А Филомена непонятно откуда раздобыла зонтик и с зонтиком в руке наступала теперь на бедных львов. Они, правда, зарычали как можно грознее, чтобы напугать её, но это нелегко было сделать. Филомена с яростью накинулась на них и, улучив момент, так сильно стукнула зонтиком одного из львов по морде, что даже раскровавила ему нос.
— Ха! — кричала она. — Вам не уйти от меня! Я отберу голубую бусинку!
— Ни за что на свете не отберёшь ты голубую бусинку, — героически ответили львы. — Не боимся мы твоего зонтика!
— Посмотрим! — грозилась Филомена. — Как только я заполучу голубую бусинку, вы окаменеете навечно! И никогда уже не сможете бегать!
Теперь она гонялась за львами вокруг письменного стола. Львы мчались во всю прыть, Петрик и Каролинка держались за их косматые гривы, а Филомена гналась за ними запыхавшаяся, с зонтиком в руке, не в силах оторвать взгляда от голубой бусинки.
Вдруг в комнату вошёл какой-то пожилой и очень приятного вида человек.
К счастью, львы прежде Филомены заметили, что он входит, и тут же окаменели.
— Что здесь происходит? — с удивлением спросил пожилой мужчина. — Что это с вами, Филомена? Почему это вы бегаете вокруг моего стола? Разве пристало моему секретарю так себя вести?
Филомена, остановившаяся на всём бегу, тут же сделалась вежливой и обходительной. Нос у неё был теперь уже не такой длинный и острый, а в руке вместо зонтика оказался карандаш. Они сладко заговорила:
— Слушаюсь, пан Президент. Я как раз хотела…
— Благодарю вас, вы мне сейчас не нужны и можете быть свободны, — прервал её пожилой господин. Значит это именно он и был Президентом Города! — И я попрошу вас не мешать мне, потому что мне нужно подумать об очень важных делах.
— Хорошо, пан Президент, — ответила Филомена и поклонилась так низко, что чуть не коснулась носом красного ковра. Она ещё раз злобно глянула в ту сторону, где в полумраке кабинета мигала голубая бусинка, и погрозила кулаком каменным львам. Наконец, с большой неохотой она вышла, прихлопнув за собой дверь.
Президент Города повернулся к своему письменному столу и вдруг, к своему величайшему изумлению, заметил присевших у стены двух каменных львов.
— А это ещё что? — удивлённо произнёс он. — Насколько мне помнится, раньше здесь никогда никаких львов не было!!!
— Это естественно, что раньше их не было, — очень вежливо пояснил ему чей-то тоненький голосок, — потому что это наши львы, пан Президент Города. Они неопасные и, как вы видите, небольшие.
— Чьи львы?
— Наши, — повторил голосок.
— Что значит «наши»? — рассердился Президент Города, — и вообще — кто это посмел сюда войти? Кто здесь?
— Мы…
— Что это ещё за «мы»?
— Это мы! Каролинка и Петрик! С Цветочной улицы!
Пан Президент огляделся немного растерянно.
— Вы нас не видите, потому что мы невидимые, — продолжал свои пояснения голосок.
— Невидимые?! — поразился Президент. — Невидимые? — повторил он ещё раз недоверчиво, но уже с некоторым оттенком восхищения.
— Да, мы самым настоящим образом невидимые. Да вы и сами можете в этом убедиться. Желаете?
— С удовольствием, — согласился на этот раз очень любезно Президент.
— Внимание! Раз! Два! Три! — скомандовал голос.
И в ту же минуту, к величайшему изумлению самого Президента Города, который как раз собрался было закурить папиросу, коробок спичек поднялся со стола вверх, потом одна из спичек сама выскочила из коробка и потёрлась о него, а когда зажглась, то двинулась по воздуху в сторону папиросы.
И тут же Президент услышал шёпот:
— Петрик! Ты ведь сам знаешь, что нельзя играть со спичками!
— Не веди себя, как маленькая, — прозвучал такой же тихий ответ. — Ты ведь сама знаешь, что здесь решается необычайно важная вещь.
— Ничего не понимаю… — Пан Президент Города выпустил носом дым и видно было, что он и сам не знает, что ему обо всём этом думать. — Не понимаю, что это за фокусы…
— Это вовсе не фокусы, — заверил его тот же тоненький голосок. — Это всё на самом деле, пан Президент Города.
— Что: «на самом деле?»
— Мы на самом деле невидимые.
— Не переношу, когда мне снятся такие удивительные вещи, а я никак не могу проснуться, — проворчал Президент.
— Извините, но это вам вовсе не снится!
— А могли бы вы меня ущипнуть, чтобы я уверился, что это не сон?
— Н-н-н-ет… То есть мы не знаем, можно ли щипать самого Президента Города, — произнёс голос с сомнением.
— Можно! — самоотверженно заявил Президент и протянул руку, причём решительным движением завернул рукав пиджака и рубашки. Но едва успел он это сделать, как тут же испуганно крикнул:
— Ай! Ай! Больно!
— Ох! Извините пожалуйста, пан Президент, — сказали всё ещё невидимые Петрик и Каролинка, — но, но вы ведь сами нам велели!..
— Да, да. Я действительно сам просил вас об этом, — должен был признать Президент, — да! Кажется, мне всё-таки придётся вам поверить. Но, послушайте! Неужели вам всё время приходится быть невидимыми? А я, я не мог бы вас увидать? Ну, хотя бы на минутку? Сказать по правде, я не люблю разговаривать с теми, кого я не вижу! Очень не люблю!
Не успел ещё Президент договорить, как прямо перед собой увидел Петрика и Каролинку.
— Так, так это, следовательно, вы были невидимыми минуту назад? — поразился он окончательно.
— Да, пан Президент, — кивнула Каролинка и поклонилась как можно вежливее, а Петрик почтительно шаркнул ногой.
— Так как же вас зовут?
— Петрик и Каролинка.
— Ага! Петрик и Каролинка. Ну, хорошо, но почему вы были невидимыми?
— Да потому, что иначе мы бы не смогли попасть к вам по чрезвычайно важному делу, — объяснил Петрик.
— И очень срочному! — добавила Каролинка.
— А кроме того, если бы мы были видимыми, то нас поймала бы Филомена.
— А что вы имеете, против Филомены? Филомена, правда, не слишком симпатичная, но зато хороший секретарь.
— Она колдунья, — объявил Петрик.
— Что ты говоришь? — опять удивился пан Президент Города. — Возможно, возможно. Кажется меня кто-то уже предупреждал об этом. Ну, а что, собственно, вам от меня нужно? И зачем вы пришли сюда?
— Правду сказать, мы приехали на львах! — честно признался Петрик. — А ехать на львах нам пришлось потому, что ворота были заперты.
— Ничего не понимаю! На каменных львах?
— Конечно, они ведь не всегда такие каменные! Вы только не бойтесь их, они ничего не сделают, — успокаивал Президента Петрик, тем временем, как Каролинка попросила львов, чтобы они перестали быть каменными. Львы охотно воспользовались этим предлогом и принялись потягиваться и расправлять одеревеневшие лапы.
— Видите, они очень милые.
— Да, да, действительно, — не вполне уверенно согласился Президент.
— Это на самом деле исключительно милые львы, — горячо уверяла Каролинка. — И несмотря на то, что они совсем не такие большие, как настоящие, они всё-таки очень храбрые. Уж вы поверьте…
Читать бесплатно другие книги:
