Все о жизни Веллер Михаил

Все мы родом из детства. Все мы из греческой философии. Не надо отрываться от корней. То, что первыми поняли и сформулировали они, не принимается во внимание сегодня удивительно часто. А наша задача – поставить свое философское видение мира на прочное основание. Ab ovi.

Последним (да-да – но не последних) из греков мы обязаны назвать Сократа. Если Протагор со своим «Человек есть мера всех вещей» вполне может быть назван отцом не антропоцентризма, как некоторые полуобразованцы всерьез полагают, а сенсуализма, что ценно и необходимо, – то Сократ впервые развернул философию к живому человеку лицом к лицу, так сказать, он связывал мироздание с личностью. По чести и совести Сократ – родоначальник социальной психологии с его фразочкой: «Я намерен посвятить остаток своих дней постижению только одного вопроса – почему человек, зная, как следует поступать добродетельно и себе во благо, поступает нехорошо и себе же во зло, причем добровольно и по собственной склонности». 5-й век до нашей эры. По предначертанному им пути мы до сих пор и идем, спотыкаясь на колдобинах.

И вот этого спотыкающегося человека Аристотель позиционировал как «животное политическое». По Аристотелю, государство предшествует человеку, существовать в составе государства свойственно для человека. То есть государство и человек выступают друг по отношению к другу как общее к частному, и более того можно рискнуть – как первичное к вторичному. Скорее человек есть порождение государства, нежели наоборот.

И семисот лет не прошло – появился Плотин. Редкого была качества голова; как, впрочем, и все нами упомянутые. Философию Плотина можно назвать антично-синтетической. Главное – он полагал, что всему есть Единое первооснование. Что все ноги растут из одного куста. Все сущее – это нисходящая иерархия Единого, каковое Единое выше даже Космоса в неизреченной сущности своей (слово «сущность» мы употребляем сейчас не в философском смысле, а в библейском обороте). И материя – это низший уровень единой иерархии. Единое не то чтобы даже правит всем – оно проявляет и реализует себя во всем. То есть все что есть – это агрегатные состояния Единого. Это даже круче, чем у Пифагора или Платона.

Вот Пифагор считал, что Бог есть число. Не лишено! Информация – она вроде и есть, а вроде в материальном смысле ее и нет. Есть число «четыре» – и его не убьешь, не пощупаешь, им не завладеешь, оно пребудет вечно. А мир существует по законам чисел, подчинен соотношениям чисел. Все математические обсчеты, все формулы и уравнения с графиками, которыми современная физика выражает устройство нашего Универсума – все это идет от Пифагора!

Плотин недаром же называется неоплатоником – он обобщил всех, кого мог, но суть философии Платона и Пифагора прежде всего, что мы должны запомнить. Единое есть источник и суть всего, и это Единое в современном лексиконе может быть определено как информационно-энергетическое Единое. Оно нематериально, над-материально, над-бытийно, но есть тот источник и тот закон, из которого все и происходит. Во.

Потом наступил длинный и дурной период пустоболтства о божественном и греховном. Рухнула культура, ну и философия рухнула. Каких-то полторы тысячи лет – и сэр Фрэнсис Бэкон пишет «Новый Органон». И связывает философию с жизнью человека как переделкой природы. Философия – чтоб помогать брать блага у суровой природы. Вот кто реальный прародитель инструментализма! «Знание – сила!» – сообщил философ. Информация о мире неотделима от переделки мира. Развитие знаний и науки – есть средство для преобразования природы по разумению человека и в нуждах человека. То есть: информация, человек и природопреобразование сведены воедино.

И вот уже Новое Время, век просвещения, и один из четырех величайших мудрецов всех времен и народов (по европейской табели о рангах), Гегель, оформляет диалектику в канон, и все образованные люди пытаются освоиться с той мыслью, что одно переходит в другое, все течет и изменяется (ау Гераклиту), любое явление имеет как минимум две стороны и т. д.

А чуть перед Гегелем Кант, другой из той же мудрой суперчетверки, произнес свое знаменитое, что лишь две вещи непостижимы уму – звездное небо надо мной и категорический императив внутри меня. Устройство Космоса и человеческая психология связаны здесь единой постановкой проблемы.

И наступает великий XIX век! И Ламарк создает свою теорию эволюции. А Дарвин создает более детализованную, добросовестнее продуманную эволюцию, и все в толпе забывают, что основу всю заложил Ламарк, что идею ту же оформил Уоллес, их отлично знает наука, но место на знамени только для одного имени: Дарвин! Наука объявляет, что человек есть плод и продукт эволюции природы.

И вот тут, вот тут, вот тут начинают проявляться контуры энергоэволюционизма, хотя слова такого еще долго не будет!

Во-первых, великий систематик Спенсер продлит принцип эволюции в обе стороны от живой природы, от биологии. И объявит, что эволюционирующая материя существует в трех формах: во первых, материя косная, мертвая, неорганическая; во вторых, материя живая, органическая; и в третьих, высшая форма материи – это материя социальная, а она включает все социальные институты в их функциях и отношениях. Спенсер провозгласил единство эволюционирующей материи Вселенной.

Не только эволюция организмов есть развитие от простого к сложному. Но и вся материальная Вселенная подчинена этому закону, развивается от простого к сложному по этому закону, и самое простое – это мельчайшие неделимые частицы материи, атомы, – а самое сложное это государства с их культурой, их институтами, их законами и моралью.

М-да, но встает философский вопрос: пусть это все так, но куда оно развивается, и зачем оно развивается, и с чего это началось, а главное – чем это, черт возьми, кончится? И тут наука не в курсе дела. Современная, XIX века наука, полагала Вселенную вечной. Без конца и без начала во времени и пространстве. И это слегка огорчало и озадачивало горячие умы.

И тут появляется Шопенгауэр с толстым томом «Мир как Воля и представление». Заметим, на этот труд не обращали внимания, пока развитие науки и осмысление ее результатов не встроило теорию Шопенгауэра в общий научный и осмыслительный контекст середины XIX века. «Мировая Воля» Шопенгауэра – это синоним и Бога, и Высшего Мирового Закона, и Энергии, – чего хотите. Главное: движение мировой истории иррационально, не имеет начала и конца, бессмысленно. Его нельзя отменить, оно не сводимо ни к каким задачам. Мировая Воля являет себя во всех формах материи и движения. И человека она заставляет действовать, чувствовать, добиваться и страдать, и все движения нашей психики и тела – это движения Мировой Воли, здесь и сейчас локально персонифицировавшейся в нас. Суть для нас в чем? В основе всех действий, всего Бытия – лежит первичный волевой посыл, он же энергетический посыл: мир движется, потому что такова его сущность, потому что иначе невозможно, и жизнь наша происходит не потому, что мы добиваемся конкретных и осмысленных целей, но наоборот: мировая воля внутри нас требует выхода, требует действий, и эту бессознательную потребность мы оформляем в действия, стараясь придать им какой-то смысл. Короче: действие – первично и безусловно, цель – вторична и условна.

И вот следующий и очень важный акт нашей философской драмы: австрийский врач Роберт Майер открывает закон сохранения энергии. Это величайшее открытие! Незадолго до этого Карно открывает закон, как бы в общей форме сказать, обмена теплом между телами. Машины он тепловые изучал, паровые машины. Этот закон после корректировок и уточнений, сделанных другими, стал великим Вторым законом термодинамики. Однако еще до этой формулировки Клаузиуса, Кельвина и компании, хотя и после Карно, Майер открыл и сформулировал закон сохранения энергии, ставший Первым законом термодинамики. Сначала Второй – о рассеянии энергии и возрастании энтропии, открытый Карно, – потом Первый о сохранении энергии, открытый Майером. В середине XIX века возникла термодинамика.

И тут же и Клаузиус, и Томпсон лорд Кельвин выдвинули теорию тепловой смерти Вселенной. Как замкнутой системы, не получающей притока энергии извне, но совершающей работу внутри себя. И по сегодня эта теория не подтверждена и не опровергнута. Величие момента в том, что конец всего впервые заявлен на уровне не религиозном, не философском, а научном.

И век подходит к концу, и тут великий немецкий химик Вильгельм Оствальд, кстати российский гражданин родом из Риги, потом в Лейпциге работал, будущий нобелевский лауреат, апологет термодинамики, начинает читать курс по натурфилософии и представляет миру свою теорию мироздания, строит свою философию – энергетизм. Это принципиально важно, на энергетизме надо остановиться подробнее.

По некоей установившейся традиции, которая может сбить с толку слушателя, говоря об энергетизме упоминают две фамилии – Майер как родоначальник и Оствальд как создатель. Хотя Майер был в науке чистый термодинамик и ничего больше. И поскольку научной основой оствальдского энергетизма является термодинамика, то вместе с Майером следует упоминать и Карно, и Клаузиуса, и Кельвина, и Джоуля, и Гельмгольца, – это создатели той самой термодинамики, открыватели и исследователи и формулировщики тех самых двух законов термодинамики и их следствий.

Основным принципом Вселенной Оствальд считал Второй закон термодинамики, и сам так и говорил, и писал: основа существования Вселенной, основа Бытия – это рассеяние энергии. Рассеяние энергии создает все – всю материю во всех ее проявлениях и действиях. Энергия, рассеиваясь во Вселенной, и есть все сущее в своей самой глубинной, базовой основе.

Существование материи Оствальд отрицал. Он полагал, что есть лишь энергетические линии, поля, сгущения и тому подобное. Он отрицал существование атомов – а экспериментальным путем атомная теория тогда, по его мнению, не подтверждалась. Это все просто виды энергии, утверждал Оствальд, вот так она проявляется. Более того – дуалистичность энергии-материи он тоже категорически отрицал, к этой дуплексной теории относился негативно и даже враждебно, как к примиренческой, ренегатской, подхалимской по отношению к господствовавшему в науке материализму. Одна его лекция и брошюра так и называется: «Несостоятельность научного материализма».

Идея приложения Второго начала термодинамики ко всему на свете настолько увлекла Оствальда, что он стал прикладывать ее к эстетике, духовной жизни, нервной деятельности человека – вот напрямую: все есть лишь взаимодействие энергий в основе своей, и все тут, и все подчинено закону рассеяния энергии.

Этот механистический редукционизм, этот, простите за вольность, линейный энергодетерминизм философии Оствальда ведут к многочисленным ошибкам и упрощениям. Мономан, как многие открыватели, Оствальд провозгласил свой «энергетический императив»: «Не растрачивай энергию попусту, используй ее». На что используй? На полезное дело. А что полезно? Все, что позволяет лучше жить и размножаться. А культура человеческая, искусство? Оствальд строит конструкции полезности искусства для энергетического аспекта жизни.

Энергетический утилитаризм – вот что печально в его теории. Это не работает.

Эволюцию Оствальд хочет свести к повышению кпд организмов как энергетических машин. Но рептилии гораздо экономичнее теплокровных, их кпд гораздо выше, пищи им хватает на больший период существования, и мощность в броске у них больше!

Суть эволюции – усложнение материальных структур. Оствальд хочет свести ее к повышению энергетического кпд. Раз мировая энергия рассеивается, и в процессе рассеивания создает все, и при этом убывает невозвратимо, и Вселенная перестанет когда-нибудь жить, – значит, главное в природе – это использовать рассеивающуюся энергию с максимальным для себя эффектом, пускать максимальную ее долю на нужное тебе дело! – вот суть энергетизма. Однако на деле чем проще животное, тем его энергетический кпд выше. Оствальд утверждает обратное, сводя едва ли не любые формы деятельности и движения высших животных к необходимо полезным – а игры? а обгрызание деревьев, которые гибнут?

Понижения энергетического кпд организмов по мере эволюции Оствальд объяснить не может, а потому не хочет, а потому обходит неудобные примеры стороной. А потому его философия принята не была, забылась сразу, вспомнили о ней лишь полвека спустя и то узко. Опять же: раз не материалист – значит идеалист, а идеалистам в науке жилось плохо, били много, что ж такое, в самом деле, материю отрицает.

Мы должны отметить главное: Оствальд первый сказал – Бытие, Вселенная, все сущее – имеет базовым уровнем одну и ту же основу: энергия. Законы термодинамики в основе всего. Жизнь есть обмен свободной энергией, учил Оствальд.

А ведь в это самое время Ницше писал о воле к власти. А волю к власти можно перевести как то, что все в природе стремится оказывать максимальное воздействие на все окружающее. Максимально на окружающее влиять, быть максимально значимым, действенным, влиятельным, главным в сфере своего досягания. Что в переводе на энергетический уровень означает: стремление к максимальным действиям, то бишь к максимальному уровню обмена энергией, движет существами.

Философия и наука стали решительно смыкаться (как, впрочем, и положено быть, и чего не было бесконечные полторы тысячи лет серости и религиозности). В Америке Чарлз Пирс основал прагматизм: призвание философии давать какой-то толк в жизни, а не заниматься схоластикой. Позднее Дьюи разработает инструментализм, что можно коротко считать философией «человека действующего»: знание рассматривается как неотъемлемая часть действия человека, из каковых действий и складывается его взаимодействие с природой, им переделываемой по своей нужде, в чем и суть жизни по большому счету.

А Зигмунд Фрейд создает свою теорию психоанализа. Человек не властен над собой. Подсознание диктует сознанию. Наши поступки и чувства разумом не руководствуются. Мы повинуемся бессознательным влечениям. Не разум диктует нам жизненный путь и образ действий, не разум ставит цели, – но внутреннее влечение ведет нас и задает судьбу и поступки, Разум – лишь верхушка айсберга, влекомого подводными течениями, хотя ветер над водой может парусить в эту верхушку.

Этот переворот в науке о человеке был лишь эхом одновременного великого переворота в науке. Тому масса имен, и Эйнштейн первое из них. Великая формула Е = мс² связала массу и материю. Масса имеет энергетический эквивалент. И никто уже не смел отрицать атомов, и возникла квантовая физика, и атомная физика делала гигантские шаги. Атом стал просто фактом жизни.

И Фридман зарылся в теорию Эйнштейна, и сел за расчеты, и вывел уравнения. И, можно сказать, возникла Теория Большого Взрыва. Теория сингулярности. Начала Вселенной, родившейся взрывом из одной точки. И разлетающейся в разные стороны до сих пор.

Еще год-другой – и Хаббл открыл красное смещение, и подтвердил разлет Вселенной, и даже подсчитал его скорость, скорость разлета галактик.

А вот теперь давайте подбирать хвосты и подбивать бабки. Потому что в 20-е годы XX века у философии было уже все, вроде бы, чтобы понять устройство Мира.

С одной стороны, есть диалектика, то есть понимание того, что все изменяется, все перетекает одно в другое, все имеет как минимум две стороны, единство и борьба противоречий есть источник развития и так далее.

С другой стороны, есть теория эволюции, охватывающей, вроде бы, все виды материи, все сущее. Повторим несколько фамилий. Лайел – это геология, косная материя; Дарвин – это биология, живая материя; Конт, Дюркгейм – это социология, социальная материя. То есть – и материя косная, и материя живая, и материя социальная развиваются по одному и тому же закону – усложняется от простых форм ко все более сложным.

С третьей стороны, создана термодинамика. Есть понимание того, что все на свете энергетически связано. Что эволюция имеет энергетическую подоплеку. И была уже сделана попытка увязать эволюцию с энергией всесторонне, и жизнь свести к обмену энергией, но на базе Второго начала термодинамики как основы всего на свете это не сработало. Оствальд. Но энергия с материей – связана воедино: Эйнштейн, Е = мс².

С четвертой стороны, утверждена объективность социальных законов (на этом остановимся чуть подробнее). То есть – общество развивается независимо от воль и разумений отдельных людей. Это Адам Смит с «невидимой рукой рынка», это Маркс со своей панэкономической теорией истории, это Дюркгейм с объективностью социальных институтов. Люди хотят и добиваются собственных, личных целей, а совместно это превращается в ход объективных законов истории.

И с пятой стороны – Фрейд, а за ним и чуть о другом Юнг поведали насчет психологии отдельного человека, поведения самочинного человеческого – что поступает человек не так, как разум ему велит, как он сам для себя рационально считает наилучшим и выгодным, – а повинуясь бессознательным стремлениям, внутренним влечениям.

И вот если увязать, соединить, психологию начала XX века с социологией того же периода, то получится суперважнейшая наука – социальная психология, без которой философии нет. И назовем имена ле Бона и Троттера. То есть: человек делает не то, что сам себе думает и хочет, но является орудием социального прогресса.

Нам осталось увязать: диалектику, эволюцию, термодинамику, социологию и психологию. То есть. Нам осталось увязать устройство Космоса с психической деятельностью человека на основе Закона Вселенной, под действие какового закона подпадает все сущее. Увязать все со всем. О. Вот это и есть философия.

Бэкон, Пирс и Дьюи хорошо поняли, что сущность человека и его мысль неразрывно связаны с его же деятельностью в мире, в природе, в переделывании окружающей среды под себя, то есть соответственно своим желаниям и разумениям.

Тут так и влезает маленький исторический экскурс: советский коммунизм, немецкий национал-социализм, общая разочарованность в результате I Мировой войны и угрожающее приближение 2-й Мировой войны – сильно действовали на мозги философов и явно мешали думать во вселенском направлении. Релятивизм закрыл собою эволюционизм; экзистенциализм и модернизмы всех мастей рыдали о бессмысленности страшного мира, людском ничтожестве и относительности любых истин. Философы требовали счастья и свободы, уповая на стоицизм.

А наука делала свое. И расщепила атом. И выделила атомную энергию. И сделала Бомбу. Вот это переделка природы! Вот это обмен энергией!

Нам осталось припомнить всего ничего. Что на заре все того же XX века Чижевский чертил и сводил свои таблицы, и получалось, что пики социальной активности, социальных катаклизмов, войн и революций, – точно приходились на пики солнечной активности; и это с неукоснительной, очевидной периодичностью, регулярностью. И что Вернадский сказал, что по мере эволюции миграция атомов в биосфере увеличивается; а человек с его деятельностью становится преобразующей силой геологического масштаба.

Терпение: уже скоро все сойдется!

В 1949 году отец культурологии Лесли Уайт публикует статью: «Энергия и эволюция культуры». Где пишет, что чем более развита цивилизация – тем больше энергии она потребляет. По мере развития цивилизации – энергии потребляется все больше. Вполне прочная, постоянная, неразрывная связь.

Лесли Уайт занимает такое важное место в наших подготовительных выкладках, что мы и на нем должны остановиться дольше. Уайт – прямой последователь Оствальда в рамках культурологии. Он ставит эпиграф из Оствальда. Он полагает Второе начало термодинамики основным законом Вселенной: ее материя идет к распаду, ее энергия уменьшается. Жизнь – это захват свободной энергии и использование ее для своего существования. А вся жизнь на Земле – это термодинамический процесс, идущий в крошечном уголке Вселенной в противоположном направлении, направлении понижения энтропии. Идет этот процесс за счет захвата и использования солнечной энергии. А философия, социология, – это лишь эпифеномены сего термодинамического процесса.

В замечательнейшей культурологической теории Уайта нам представляется лишь пара-тройка недоработочек.

Во-первых Уайт, будучи не антропоцентристом, материалистом, объективным ученым, полагает, что деятельность человечества и вообще жизнь на Земле никакого вселенского значения не имеет. Так, незначащая случайность. И кончится человечество, да и вся жизнь на Земле раньше или позже, и никак на Вселенной это не отразится. (Гм, ну и вся наука так полагала.)

Во-вторых, энергию на Земле человек добывает и использует во все больших размерах себе на пользу, для своей растущей культуры. И человечество все растет численно и все богаче материально. Вот такой объективный процесс.

В-третьих, в разных типах цивилизаций – как первого типа, Земледельческого, так и второго, более высокого, Топливного, – бывают кризисы перепроизводства. Это от несовпадения технологической и социальной систем данного государства, хоть начиная от Древнего Египта. То есть для господствующего класса вещи бывают в излишке, но на всех поровну их бы все равно не хватило для хорошей жизни.

То есть. Вся деятельность человеческая есть закон природы. И вся эта деятельность нужна только человечеству, чтоб жить, причем жить по возможности все лучше: все больше детей вырастает, все многочисленнее люди, все в большем комфорте живут и безопасности, все разнообразнее жизнь.

И вся деятельность человечества не выходит за рамки использования энергии всемерного и возрастающего для своих потребностей. Это и есть история, можно сказать.

Если некогда религиозные философы полагали, что человек – для Бога и вечной жизни, для проведения политики Бога на Земле, – то философы-материалисты стали полагать, что человек – только для себя самого, и никакого такого смысла в его существовании нет. А цель его – покорять Природу для своего блага. То есть: деятельность человечества хотя и эволюционно детерминирована, но замкнутана самообслуживание, как и у всех живых существ.

Антропозацикленность. Антропозамкнутость. Так бы я назвал этот взгляд, чрезвычайно укоренившийся за века господства мысли и науки. Господства материализма.

Но мы знаем людей, о которых не знал Лесли Уайт. И их взгляды, пусть наивные, пусть совершенно несистематизированные, оторванные от ткани общего научного, мыслительного, философского процесса, – эти взгляды сочетаются с положениями Уайта интереснейшим образом.

Первый из них, городской сумасшедший, глухой школьный учитель из захолустной Калуги, имел фамилию Циолковский. Нет, писатели и сказители всегда летали на Луну и вообще на небо. И думки гадали. Но Циолковский этой мечте обычной попытался придать научные черты, формулу вывел для ракеты (хоть она в Кембридже и до него была, да знаменит-то стал и мировое внимание привлек Константин Эдуардович!). Человечество должно выйти в Космос, покорить Вселенную! О це да! И Советская Власть, нацеленная на бескрайнюю мечту переоборудования всего мира для счастья нового человечества, по достоинству оценила безудержную научную отвагу Циолковского и прославила его на весь мир.

А в пятидесятые годы XX же века советский доктор философии Ильенков написал эссе «Космология духа», как оно определено им в подзаголовке – «Философская фантасмагория, опирающаяся на принципы диалектического материализма», где предположил, что человечество, овладевая энергией во все больших объемах, в конце концов на вершине своего развития пожертвует собой и запустит цепную реакцию взрыва Вселенной, и тем самым спасет ее от тепловой смерти, и тем самым произведет огненный вихрь, который и даст зарождение новой Вселенной в бесконечном цикле ее существования. И это и есть роль и назначение мыслящей материи, духа, во вселенском существовании. Как принято в России, эссе было не издано, осталось неизвестным, опубликовано только в конце XX века.

Тогда же и независимо от того американский социопсихолог советского же происхождения, основатель теории рефлексии Владимир Лефевр, выразился, что «Если допустить, что мы являемся инструментом Вселенной, то наше предназначение – это борьба с тепловой смертью».

Мы обязаны с вами коснуться широко принятой сейчас теории глобального эволюционизма. О глобальном эволюционизме достаточно слышать, что он есть. Ибо сводится он к тому эволюционизму, о котором мы уже говорили, и которого придерживались еще в XIX веке Спенсер, Оствальд, Дюркгейм и еще масса серьезных людей. То есть косная материя получила разделение на космическую и химическую формы эволюции, а дальше как раньше – биологическая и социальная. Преемственность в развитии от простого к сложному от субэлементарных частиц до государства и цивилизации, и единство этих форм материи, – вот к чему и сводится глобальный эволюционизм, мимо которого, однако, пройти будет некорректно.

Теперь и под конец нашего безразмерного обзора мы переходим к великой вещи под названием «Синергетика». Слово это ввел в 1974 году немец Герман Хакен, он же синергетику и заложил. Хотя другой ее создатель, Илья Пригожин, русский еврейский бельгиец, говорил исключительно о неравновесной термодинамике. В синергетике за прошедшие треть века много уже великих имен, всех мы перечислять не будем. Тоффлер сказал, что синергетика – это величайшее течение, система взглядов, парадигма, как сказать, во всей нынешней научной революции. Но для нас это не важно.

Важно для нас что. Что синергетика занимается самопроизвольным усложнением систем. Возникновением порядка из хаоса, как и называется в русском переводе одна из книг Пригожина и Стенгерса. В развитии и усложнении систем с точки зрения синергетики определяющим является не материальная структурная сложность, а повышение внутренней способности системы к дальнейшему упорядочиванию, повышение потенциала самоорганизации. Говоря грубо и по простому: структура становится не только более упорядоченной, но и более энергосодержащей, более потентной. То есть: при таком самообразовании энтропия не растет при переходе на более равновесный уровень, но понижается. Равновесие происходит на все более высоком уровне. Насчет «странного аттрактора» я вас грузить не буду, и так информации неподъемно.

Ну, типа: альпинист плохо держится на скале. Он упал к подножию и лежит на равнине мешком. Система пришла в устойчивое равновесие. Энергия ее снизилась, энтропия выросла. Другой вариант: альпинист забрался на вершину, и там разлегся на плоском большом плато. Тоже равновесие. На более высоком энергетическом уровне. Энтропия только уменьшилась.

«Капо ди тутти капи» в науках, крыша и объединение наук, синергетика стремится свести все в мире воедино, и это у нее получается с нарастающим успехом. Для нас главное следующее.

В основе своей синергетика имеет термодинамику. То есть это учение энергетическое, и рассматривает оно мир на базе энергии.

Второе. В нормальной, классической термодинамике любая система стремится к равновесию, для чего и путем чего и вследствие чего она, неравновесная система, сбрасывает максимум энергии, выделяет максимум энергии, энтропия ее возрастает, и она приходит к такому устойчивому, сильному, прочному состоянию, когда уже может жить спокойно, не стремиться разрушиться, успешно противостоять силам, стремящимся ее разрушить как изнутри, так и снаружи, нарушить то есть ее равновесие, существование ее в нынешней форме. И согласно Второму началу термодинамики часть ее энергии безвозвратно рассеивается.

Ну так синергетика обратила внимание на системы и занялась ими, которые из неустойчивого состояния переходят не на более низкий энергетический уровень, а на более высокий. Что, собственно, и лежит в основе вселенской эволюции. Эволюция не только как структурное усложнение. Эволюция как переход динамических систем на все более высокий уровень. Устойчивость систем все дальше от нижнего уровня равновесия – если считать равновесием мыслимо нижний уровень, например, человек превратится в набор элементарных частиц.

Вселенская эволюция как удаление устойчивости от равновесия все дальше. И еще – рассмотрение общности науки, культуры, человека и природы, человека внутри природы. (А флуктуации, значение случайности, отрицание линейного детерменизма, – это для нас сейчас не важно, всего в свою сумку не запихнешь.)

Если кто помнит, как был основан Карфаген, так условились с аборигенами, что возьмут столько земли, сколько покроет воловья шкура, – после чего шкуру нарезали на тончайшие ремешки, связали их в единый шнур и обнесли тем шнуром территорию будущего города. Вот так мы сейчас штрихами очертили огромный контур научной и философской базы нашего учения, которое включает в себя ряд принципиальных выводов из вышеупомянутых теорий, компонуя эти выводы в несколько новую, как представляется, комбинацию и дополняя их рядом соображений собственных.

Итак. Переведите дух и давайте легче, по-простому.

Дорогие мои. Энергоэволюционизм подобен тоннелю, который рылся с двух концов. И с какой бы стороны вы ни поехали – вы обязательно и неуклонно доедете до выхода с другой стороны. Дедуктивный метод рассуждения и познания и встречный ему индуктивный срастаются воедино. Общее и частное связаны двухсторонней связью.

Суть энергоэволюционизма заключается в том, что человек, являясь частью Вселенной, ее порождением и одновременно орудием, в своих действиях движим инстинктом жизни, то есть имманентным стремлением что-то делать, то есть изменять окружающую действительность, то есть обмениваться с ней свободной энергией. Обладая нервной системой, психикой и сознанием, человек руководствуется в жизни не умственными выкладками, а стремлением к максимальным ощущениям. Ибо через это и воспринимается жизнь, ибо сумма и сила ощущений и дают человеку представление о жизни: субъективно жизнь сводится к сумме ощущений. Но – большинство ощущений сводится к действиям и есть следствия действий или побуждения к действиям. Таким образом, человек, стремясь к максимальным ощущениям, стремится объективно к максимальным действиям.

История и прогресс – это совершение человечеством все более грандиозных действий. Это обмен с кружающей средой все большим количеством свободной энергии.

На этом пути люди объединяются в системы – социумы, социальные системы. И рациональность этих систем такова, что суммарно они производят больше действий, преобразуют окружающий мир больше, чем то же количество людей могло бы сделать порознь, неорганизованно. В социальных системах люди получают больше разнообразных ощущений – и совершают совместно большие действия (разделение и рационализация труда, техника и наука, погоня за производством и потреблением как повышением своего статуса в социальной иерархии и т. д.).

Люди ввергают себя в страдания, добиваются излишних вещей и почестей, воюют и завидуют, гонятся за счастьем и пропускают его меж пальцев, – в потребности как можно больше всего перечувствовать, и хорошего и плохого, и максимально много сделать – как созидать, так и разрушить уже созданное: лишь бы переделать!

Предела максимальности действий, которые может произвести человечество, в принципе нет. Термоядерный способ выделения энергии – это уже звездный уровень. Если экстраполировать эволюцию на Земле, и эволюцию человека в частности, в неизмеримую даль времени и пространства, в уровни выделения энергии из косной материи все более глубокие, вплоть до превращения всей материи в энергию по эйнштейновской формуле, – то человечество или его потомки максимум что могут сделать, Идеальный максимум, – это взорвать нашу Вселенную, превратив всю ее материю в энергию, и тем самым совершить Максимальное Действие из всех возможных. И одновременно произойдет тот самый Большой Взрыв, с которого начнется существование Новой Вселенной.

И вот на этом пути к Большому Взрыву Единой Новой Сверхзвезды – человечество перелопачивает материю и энергию окружающего пространства все активнее, все быстрее, во все больших объемах. Поэтому оно никогда не останавливается на достигнутом, не превращает свою жизнь в обустраивание необходимых и достаточных удобств, вредит своему здоровью и существованию народов и цивилизаций, гробит экологию и производит горы ненужных вещей. Инстинкт! Назначение! Делать все больше всего! Пока не воссоздадим Вселенную по-новой!

Институты власти и религии, наука и техника, – все подчинено этой объективной задаче. Культуру в узком смысле слова и искусство можно считать побочными явлениями, без которых человечество не может обойтись, обладая рефлексирующим сознанием и потребностью перелопачивать не только объективно существующий внешний мир, но и переструктурировать мир внутренний, мир сугубо своих представлений.

Индуктивный путь здесь – от психологии человека, объясняя ее в полном объеме парадоксальных феноменов, и до Вселенной, до Большого Взрыва.

Здесь что принципиально? Что человек и человечество в своих действиях и в Истории – не руководствуются разумом, или стремлением к выгоде, или к удобствам, или добру, или тем более злу. Но подсознательно, инстинктивно, через тягу к максимальным ощущениям, движется по пути максимально возможных действий. И действия эти все более максимальны и грандиозны.

Разум лишь обслуживает желание, желание же формируется инстинктом. И этот инстинкт жизни варьируется и изощряется формально по мере эволюции человеческой, принимая формы социального инстинкта, инстинкта познания, наконец, – кроме самосохранения, жажды голода, размножения, и т. д.

Да, кстати, человеку что строить что ломать, один черт, абы переделать иначе, чем было, – но поскольку ломать можно только то, что уже есть, – то созидание в деятельности человеческой превалирует над разрушением.

А теперь обратимся к дедуктивному методу – от общего к частному, от Вселенной к человеку. Вот полтораста лет склонялись к мысли, что Второе начало термодинамики – суть жизни Вселенной: энергия рассеивается, энтропия нарастает. Но. Если под энтропией понимать безвозвратную потерю энергии при любом действии – это одно значение. Если под энтропией понимать степень равновесности системы, когда ее элементы стремятся уровняться потенциалами, чтобы прийти в устойчивое состояние и больше энергия от одного элемента другому уже не передавалась – типа карточный домик стоит – неустойчивое состояние, потенциальная энергия верхних карт высока, а карточный домик рассыпался – устойчивое состояние: ничего больше не упадет, потенциальная энергия всех карт равна на уровне стола: энтропия системы достигла (условно) ста процентов.

Ну так по мере эволюции Вселенной одновременно с ростом энтропии как аспектом рассеяния энергии – происходит уменьшение энтропии как аспект все большего упорядочивание системы, как уход все дальше от хаоса. Вот как свет отделился от тьмы – так началось упорядочение системы! Материя отделилась от вакуума – упорядочение продолжается. Субэлементарные частицы, элементарные, атомы все сложнее, поля, излучения, молекулы, ботаника, животные, государства, – рост упорядоченности.

Эволюция сводится к: а) рассеянию энергии. Было. б) Созданию все более сложных материальных структур. Было. в) Созданию структур со все большим потенциалом к дальнейшему саморазвитию. Тоже уже было – так подошла к делу синергетика. г) И последнее – эволюция Вселенной есть преобразование энергии (первичной и общей во Вселенной) во все больших объемах и со все большей скоростью. Вот этого еще не говорилось. Это и есть энергоэволюционизм. Преобразование энергии с положительным и возрастающим балансом.

Эволюция есть рассеяние энергии, эволюция есть возрастание сложности материальных структур, эволюция есть самозарождение структур, устойчивых на все более высоком уровне неравновесности со все большим потенциалом к развитию. Это до нас. Эволюция есть проявление свойства и закона первоэнергии Вселенной преобразовываться из одних форм в другие со все большим усложнением и все большей скоростью. Это уже – мы. (Первые миги жизни Мира, расчеты Планка и последователей, доли секунды в десять в минус двадцатых и минус тридцатых степенях мы сейчас не берем, то модель чисто математическая.)

И вот когда энергоэволюция доходит до человека, и он начинает перелопачивать Землю в миллион раз быстрее, чем шло бы геологическим порядком, и вышибает из атома энергию, которая вообще бы никогда не выделилась, очень возможно, – человек на острие этой энергоэволюции выводит ее на следующий уровень скорости.

То есть. Энергоэволюция Вселенной, идущая с нарастающим балансом, проходит через создание и деятельность человека – и дальше по нарастающей до Нового Взрыва.

В биологической же эволюции на Земле все организмы от простейших до самых сложных потребляли для своей жизнедеятельности все больше энергии на единицу массы – и все больше энергии в единицу времени выделяли в окружающую среду, все меньшую ее часть расходуя на собственно поддержание функционирования организма. То есть – кпд организма как энергетической машины падал, – но оборот энергии рос. Это тоже мы – энергоэволюционизм.

И вот человек: потребляет для функционирования собственно организма в пять раз больше энергии, чем ближайшие животные. Качественный скачок энергопотребления! И этим пятикратным подъемом потребления – природа достигла миллионократных увеличений энергии, которая посредством человека выделяется на Земле.

Дорогие коллеги и собравшиеся дети. Еще пара таких скачков в создании энергопреобразующих систем, как сделала природа с человеком, – и можно уже говорить о взрывах галактик по своему усмотрению.

Итак.

Энергоэволюционизм – это философская система, рассматривающая единую эволюцию всех форм материи во Вселенной от простых к сложным как преобразование форм единой энергии Вселенной, идущее со все большей скоростью потребления и выделения все больших объемов энергии.

Человек есть неотъемлемое и принципиальное звено этой энергоэволюции, высшее на настоящий момент из нам известных; хотя принципиально допустимы звенья и последующие, более совершенные и эффективные.

Энергоэволюционизм можно считать натурфилософией, а можно и философией позитивистской. Он исходит из природных фактов и научных анализов, рассматривая их как бзу для постижения всех проявлений Универсума.

Энергоэволюционизм рассматривает энергоматерию дуалистически, не являясь таким образом ни классическим материализмом, ни тем более идеализмом. Энергия не рассматривается как атрибут материи, а материя – как атрибут энергии, – но материя есть агрегатное состояние энергии. Цикл существования Вселенной замыкается через исчезающе малый, математически условный миг, когда вся материя переходит в энергию, а время и пространство исчезают и схлопываются.

Для понимания культурной деятельности человека необходимо иметь в виду следующее. Картина цели и целесообразности зависит от степени приближения общего к частному, от увеличения изображения рассматриваемого предмета и рамок, границ, отделяющих рассматриваемую картину от общей картины мироздания. Ни один человек не способен соотносить свои действия сознательно с общей целесообразностью мироздания. Напротив. Чем совершеннее, сложнее энергоматериальная система, тем она автономнее. Чем она автономнее, тем больше действий она необходимо совершает для собственного, индивидуального обеспечения. Тем больший объем ее психической деятельности направлен на самообеспечение.

Энергоизбыточный человек имеет психическим, нервным оформлением избытка своей энергии большой мозг с мощной деятельностью. Она несравненно мощнее, чем было необходимо для выживания первобытного человека!

Этот избыток психической мощности направляется на все, что можно увидеть вокруг и что можно придумать. Ощущения испытываются от всего, максимальные действия совершаются во всех областях. Необходимые элементы социального слоя коэволюции – религия, власть, закон, трудолюбие, изобретательство и наука, и т. д., двигающие вперед именно энергоэволюцию через деятельность, – заслоняются часто всеми формами искусства, всеми проявлениями эстетики, массой бытовых традиций и т. д. – что для субъективного сознания человеческого не менее важно! не менее значимо! Живущий представлениями о мире человек в душе своей ценит труд поэта выше труда шахтера: ибо его избыточно мощная психика хочет структурировать все достижимые информационные поля, независимо от того, базируются они на реальных объектах или идеальных представлениях.

Повторим:

Сущность человеческой психики – в переструктуризации информационных полей, независимо от реальности или идеальности стоящих за ними объектов!

В результате каких действий постлюдей, мегалюдей (или все-таки людей?) произойдет «перезагрузка» Вселенной? Или это будут биороботы, или чисто кибернетическая цивилизация? С учетом роли случая в эволюции – мы сегодня этого знать не можем. Факт один – эти условные потомки, эти создания Будущего – будут преобразовывать энергию в чудовищных объемах, продолжая энергоэволюцию Мира, что есть этого Мира суть.

Необходимо напомнить, что жизнь многогранна и противоречива. Наука умеет много гитик, а Бытие в целом есть все уровни существования, все аспекты сущего. И при рассмотрении вопросов чаще всего бывает так, что верное на уровне физики плохо согласуется с моралью, биология не стыкуется с человеческой историей, а психология противоречит арифметике. То есть. Философия должна быть непротиворечива. Она должна рассматривать мир и целиком, и в частностях, и все эти частности должны быть учтены и согласовываться друг с другом.

Энергоэволюционизм можно, оглядываясь на Спенсера, считать «синтетической философией». Он дает непротиворечивую картину мира, рассматривая его во всех основных аспектах: энергетическом, космологическом и физическом, биологическом, историческом и социальном, психологическом, и наконец философском.

Энергетический уровень рассматривается как общий для всего в основе, и естественным порядком воедино с космологическим и физическим, что есть аспекты единого. Биологический уровень рассмотрения, как на примерах индивидуумов, особей, так и на примере видов, так и в биосфере в целом, рассматриваются как производная от предыдущих уровней, вышеназванных. История может быть постигнута в единстве своего движения только под нашим углом зрения – как совершение все больших действий, преобразование все большей энергии. Социология дает картину структуризации людских масс в системы, эти системы координируют человеческие действия, поднимают производительность труда, все увеличивают преобразование людьми окружающей среды, и существуют эти социальные системы объективно, вне желаний личностей. Психологический уровень – это человек устроен так, что хочет, желает, счастья, но подсознательно стремится не только к положительным ощущениям, но и к отрицательным, и в поисках ощущений совершает поступки, чтоб овладеть каким-то предметом, достичь статуса, совершить дело, и в результате соединяется в системы с другими людьми и преобразует энергии окружающего пространства все больше и больше. А философия постигает это все как аспекты единого целого, анализируя и понимая суть оказывающихся противоречий, каковые противоречия при углубленном рассмотрении оказываются лишь деятельностью монад в рамках собственной целесообразности. (А чем автономнее монада, тем она сложнее, тем большая часть ее действий совершается «для себя», и меньшая «для системы», и за лесом «своего» часто не видно скальной основы «системного».)

(Здесь такой момент, что совершенство системы коррелирует с совершенством подсистем, и подсистемы должны координировать действия собственных под-подсистем, а те своих под-под-подсистем, и возникает своего рода бюрократический эффект, когда система все больше работает в интересах своих подсистем, и все меньше в интересах надсистемы. Но этот бюрократический эффект носит обратную направленность. Подсистема больше «смотрит» вниз, чем вверх, и работает на самоудовлетворение, таким образом. Но поскольку она все мощнее и совершеннее – то хотя ее кпд падает, но выдача абсолютной работы наверх все-таки увеличивается. Так психология личности соединена с энергоэволюцией Вселенной.)

Говорить об этом можно бесконечно, что уж может быть бесконечнее познания Бытия. Лишь повторим коротко в заключение:

Энергоэволюционизм базируется на таких философиях, течениях, дисциплинах, как – диалектика от Гераклита и Гегеля; единство всего сущего и связь человека с природой от Плотина и Фрэнсиса Бэкона; эволюционизм от Дарвина; глобальный эволюционизм от Спенсера; иррационализм Мировой Воли Шопенгауэра; энергетизм Оствальда; воля к власти Ницше; социология Конта и Дюркгейма; психоанализ Фрейда и коллективное бессознательное Юнга; теория относительности Эйнштейна и формула перехода энергии и материи; Большой Взрыв Фридмана и Хаббла; элементы истории по Тойнби и Гумилеву; взгляды Чижевского и Вернадского на связь энергии, атомов, человека и биологии; культурология Уайта; догадка Ильенкова и выкладки Лефевра о роли человека во Вселенной; синергетика Хакена и Пригожина; и современный глобальный эволюционизм, представляющийся развитием эволюционизма рубежа XX века. Гм. Много всего, да. Да! Теория стрессов Ганса Селье и этология Конрада Лоренца.

Энергоэволюционизм сводит все упомянутое как коррелирующие части единой системы мироустройства, имеющего базовым уровнем энергопреобразование Вселенной с положительным балансом, то есть с увеличивающейся скоростью. Эволюция форм энергии через материальные структуры, все более сложные и все скорее переструктурирующиеся, содержащие все больше энергии и выделяющие все больше энергии при преобразованиях – вот суть дела.

Энергоэволюционизм показывает, какими связями связаны разные аспекты мироустройства, и как работают эти связи, их логику и закономерности. И человек в этой системе, разумеется, почему он так живет, почему так развивается история, в чем глубинная причина.

Спасибо, у меня все. А то, что у меня в голове выстроились основы энергоэволюционизма раньше, чем я прочитал все вышеперечисленное, это мои трудности. Это никого не должно интересовать. Это был рубеж восьмидесятых годов XX века в СССР, марксизм, цензура, информация и инакомыслие под запретом. У меня был учебник физики, перепечатанный Шопенгауэр, представление о Спенсере по «Мартину Идену» Лондона, рассказ Лема «Голем XIV» и застрявшие в памяти аметки из журналов «Наука и жизнь» и «Химия и жизнь». Все. И то, что пространство энергоэволюционизма включает в себя столько перечисленных авторов и учений, пожалуй, лишний раз подтверждает, что энергоэволюционизм верен. Что? Да где мне было в те года эти книги взять!

Уже в двухтысячные годы – чем больше я читал, тем больше удивлялся, что все это составными частями отлично укладывается в энергоэволюционизм. Вероятно, это признак того, что энергоэволюционизм как идея созрел для появления на свет. Раз идеи одного рода приходят в разные головы. Если в мою голову пришла организующая идея – возможно, это закон вероятности. Хотя я старался.