12 историй о любви Коллектив авторов
- Все то, что мы велели приготовить
- Для празднества, послужит погребенью.
- Пусть музыку заменит грустный звон
- Колоколов; пусть брачное веселье
- В печальные поминки превратится;
- Торжественные гимны перейдут
- В унылые напевы панихиды;
- Венчальные цветы покроют труп, —
- И все, что здесь, пусть примет вид обратный.
Капулетти, синьора Капулетти, Парис и Лоренцо уходят.
1-й музыкант
- Приходится нам спрятать наши трубы
- И уходить.
Кормилица
- Да спрячьте, спрячьте! Ах!
- Вы видите, какой печальный случай.
(Уходит.)
1-й музыкант
Да, подлинно, и дела не поправишь.
Входит Пьетро.
Пьетро
Музыканты, а музыканты! «Усладу сердца!», «Усладу сердца!» Если вы хотите меня оживить, сыграйте мне «Усладу сердца»!
1-й музыкант
Почему «Усладу сердца»?
Пьетро
Ах, музыканты! потому, что мое сердце играет арию: «Мое сердце исполнено горя». О, сыграйте мне какую-нибудь веселую жалобу, чтобы меня утешить.
2-й музыкант
Никакой тебе жалобы не будет: теперь не до игры.
Пьетро
Так вы не хотите?
Музыканты
Нет.
Пьетро
Ну, так я вам здорово отплачу.
1-й музыкант
А чем ты отплатишь?
Пьетро
Разумеется, не деньгами, а я назову вас сопелками и скоморохами.
1-й музыкант
А я тебя назову холопским отродьем.
Пьетро
Ну, так я стукну тебя холопским кинжалом по башке. Я не буду шутить, задам вам и re и fa, на все лады! Замечаете?
1-й музыкант
Если ты хочешь re и fa задать нам на все лады, то значит, пожалуй, что твои дела пойдут на лад.
2-й музыкант
Пожалуйста, спрячь свой кинжал и яви свое остроумие.
Пьетро
Ну, так берегитесь! Я явлю вам такое остроумие, что зарежу без ножа! Ну-те-ка, отвечайте мне:
- Если сердце страдает от мук,
- Если душу печаль подавляет,
- То серебряный музыки звук…
Почему «серебряный звук»? Почему музыка имеет серебряный звук? Что скажешь ты на это, Симон Струна?
1-й музыкант
Да просто потому, что серебро обладает приятным звуком.
Пьетро
Очень мило. – Ну, а что скажешь ты, Гуго Скрыпица?
2-й музыкант
Я скажу «серебряный звук» потому, что музыканты играют за серебро.
Пьетро
Тоже очень хорошо сказано. Ну, а ты что скажешь, Джокобо Дудка?
3-й музыкант
Право не знаю, что сказать.
Пьетро
Ах, извини меня: ведь ты певец. Я отвечу вместо тебя: «Музыка имеет серебряный звук», потому что музыканты никогда не получают за нее золота:
- То серебряный музыки звук
- Скоро эту печаль прогоняет.
(Уходит.)
1-й музыкант
Что это за ядовитая каналья!
2-й музыкант
Черт с ним, с этим шутом! Пойдем-ка в дом. Подождем возвращения провожающих гроб и останемся обедать. (Уходят.)
Действие пятое
Сцена I
Улица в Мантуе.
Входит Ромео.
Ромео
- Когда могу я верить лести сна,
- То грезы мне предсказывают радость.
- Весельем полна моя душа,
- Какой-то дух, на крыльях светлых дум,
- Весь этот день меня высоко носит.
- Приснилась мне Джульетта; здесь она
- Нашла меня умершим… (странный сон,
- Где мертвецу приписано сознанье!)
- Она в меня лобзанием вдохнула
- Такую жизнь, что я воскрес и стал
- Властителем венчанным. О, как сладко
- Любовию самою обладать,
- Когда лишь тень любви, мечта о ней
- Вливает нам такую радость в душу!
Входит Бальтазар.
- Вот вести из Вероны. – Бальтазар,
- Что нового? Привез ли от монаха
- Ты мне письмо? Ну, что моя жена?
- Здоров ли мой отец? Ну, как Джульетта?
- Вторично я спросил тебя о ней,
- Так как ничто не может быть дурным,
- Когда она счастлива.
Бальтазар
- Так дурного
- Нет ничего; она счастлива: тело
- Ее лежит в гробнице Капулетти,
- А часть ее бессмертная живет
- Средь ангелов на небесах. Я видел —
- Как прах ее снесли в семейный склеп
- И поспешил вас известить об этом.
- Простите мне мою дурную весть:
- Я поступил по вашему приказу.
Ромео
- Возможно ли! – Проклятие вам, звезды! —
- Ты знаешь – где живу я: принеси
- Бумаги и чернил мне, и найми
- Почтовых лошадей, – я ночью еду.
Бальтазар
- Синьор, молю вас, будьте терпеливы;
- Вы бледны, взгляд ваш дик – и я боюсь
- Несчастия.
Ромео
- Не бойся, ты ошибся.
- Оставь меня и делай, что тебе
- Я приказал. – А от Лоренцо писем
- Нет у тебя?
Бальтазар
- Нет, добрый мой синьор.
Ромео
- Ну, все равно. Найми же лошадей.
- Ступай; и я приду сейчас.
Бальтазар уходит.
- Джульетта,
- Я в эту ночь с тобою лягу в склепе;
- Подумаю – как это совершить.
- Злой замысел, как быстро ты приходишь
- На ум людей в отчаяньи! Я вспомнил
- Аптекаря, – он где-то здесь живет,
- Недавно я его еще тут видел.
- Оборванный, с нахмуренным челом,
- Он разбирал лекарственные травы.
- Голодный вид имел он; нищета
- Жестокая беднягу иссушила.
- В его лавчонке жалкой, по стенам
- Висели алигатор, черепаха
- Да кожи рыб каких-то безобразных;
- На полках же – пустых коробок ряд,
- Зеленые горшки и пузыри,
- И семена негодные, остатки
- От нитяных клубков, шнурки, лепешки
- Засохшие – убогий, жалкий хлам,
- Разложенный единственно для вида.
- Заметив эту скудость, я подумал,
- Что если бы кому был нужен яд,
- Которого продажа смертной казнью
- Карается здесь в Мантуе, то вот
- Бедняк тот жалкий, что его бы продал.
- И эта мысль пришла мне прежде, чем
- Нуждаться стал я в яде… Этот
- Измученный нуждою человек
- Продаст его… Мне помнится, аптекарь
- Живет вот здесь. Но лавка заперта, —
- Сегодня праздник. – Эй, аптекарь! Эй!
Входит аптекарь.
Аптекарь
- Кто там зовет так громко?
Ромео
- Выдь сюда.
- Ты беден… вот тут сорок золотых:
- Возьми их и продай мне драхму яду, —
- Такого, чтоб все жилы отравлял;
- Чтоб человек, уставший жить на свете,
- Приняв его, тотчас же мертвым пал;
- Чтоб дух его из тела отлетел
- Мгновенно, как из дула пушки порох.
Аптекарь
- Есть у меня такие яды; но
- Их продавать закон наш запрещает
- Под страхом смерти.
Ромео
- Неужели ты,
- Такой бедняк, измученный несчастьем,
- Боишься умереть? Вот – щеки у тебя
- Ввалилися от голода; унынье,
- Подавленность видны в твоих глазах,
- И жалкими лохмотьями покрыта
- Твоя спина; мир и его закон —
- Тебе враги; мир не создал закона,
- Который бы тебя обогатил.
- Нарушь закон – и перестань быть бедным,
- Взяв эти деньги.
Аптекарь
- Нищета моя,
- А не мое желанье принимает.
Ромео
- И я даю их нищете твоей.
Аптекарь
- Вот этот яд вы в жидкость опустите
- И выпейте. Хотя бы ваших сил
- Для двадцати людей довольно было,
- Но этот яд тотчас бы вас убил.
Ромео
- Вот золото… Оно для душ людей
- Сильнейший яд и в этом гнусном мире,
- Убийств гораздо больше совершает,
- Чем эти все убогие отравы,
- Которых ты не смеешь продавать.
- Я продал яд тебе; ты никакого
- Не продал мне. – Прощай; на эти деньги
- Купи себе ты пищи и толстей. —
- Идем со мной, крепительный состав,
- А не отрава, в склеп к моей Джульетте:
- Лишь там тобой воспользуюся я.
(Уходят.)
Сцена II
Келья монаха Лоренцо.
Входит монах Джиованни.
Джиованни
- Святой монах Франциско, брат мой, эй!
Входит Лоренцо.
Лоренцо
- По голосу – Джиованни это. – Здравствуй.
- Что говорит Ромео? Или он
- Прислал письмо? Так дай его сюда.
Джиованни
- Отправился я спутника искать,
- Из нашего же ордена, монаха
- Босого, но его я не застал:
- Он навещал какого-то больного.
- Когда же я нашел его, то нас
- Блюстители обоих задержали,
- Вообразив, что в зачумленный дом
- Входили мы. Печати приложили
- Они к дверям, не выпуская нас,
- Так что не мог я в Мантую уехать.
Лоренцо
- Но кто ж отвез письмо мое к Ромео?
Джиованни
- Письма послать не мог я; вот оно.
- И не нашел я никого, чтобы
- Письмо вернуть тебе: так все боятся
- Заразы.
Лоренцо
- Злополучная судьба!
- Клянусь, письмо-то очень, очень важно,
- И велика опасность от того,
- Что не дошло оно по назначенью.
- Найди мне лом железный, брат Джиованни,
- И тотчас же мне в келью принеси.
Джиованни
- Иду сейчас.
(Уходит.)
Лоренцо
- В склеп должен я один
- Отправиться; там через три часа
- Пробудится прекрасная Джульетта.
- Как будет клясть она меня за то,
- Что не успел я известить Ромео!
- Но в Мантую я снова напишу,
- Ее ж держать в своей я буду келье,
- До той поры, как явится и он.
- О, бедное живое существо,
- Сокрытое в гробнице с мертвецами!
(Уходит.)
Сцена III
Кладбище со склепом фамилии Капулетти.
Входит Парис с пажом, который несет цветы и факел.
Парис
- Дай факел мне и отойди подальше;
- Иль нет, задуй его: я б не желал,
- Чтобы меня кто-либо здесь увидел.
- Приляг вон там, под тисами и, ухом
- Припав к земле, прислушивайся к шуму.
- На кладбище, могилами изрытом,
- Ты каждый шаг услышишь. Свистни мне;
- То будет знак, что кто-то к нам подходит.
- Дай мне цветы и сделай, что тебе
- Я приказал.
Паж
(про себя)
- Мне, правда, страшновато
- На кладбище остаться одному;
- Но, так и быть, рискну.
(Уходит.)
Парис
- Цветок мой нежный!
- Твой брачный одр, где, вместо балдахина —
- Увы! – лишь прах и мрачных камней свод,
- Осыплю я вот этими цветами,
- И по ночам их буду поливать
- Душистою водою и слезами,
- И долг тебе последний отдавать
- Ночь каждую, сюда, к гробнице милой,
- Нося цветы и плача над могилой.
Паж свищет.
- Паж подает сигнал мне. Чья нога
- Проклятая здесь этой ночью бродит,
- Мешая мне обряд мой совершать?
- И с факелом! – Ночь, скрой меня покуда.
(Уходит.)
Входят Ромео и Бальтазар, с ломом и другими орудиями.
Ромео
- Дай мне кирку и лом. Вот это
- Письмо возьми и моему отцу
- Вручи его пораньше завтра утром.
- Дай факел мне, и что б ты ни услышал
- Иль увидал – не подходи ко мне.
- Стой вдалеке, иль жизнью мне ответишь,
- Коль вздумаешь мне в чем-нибудь мешать.
- Я в этот склеп спускаюсь с тем отчасти,
- Чтоб на лицо жены моей взглянуть,
- Но, главное, затем, чтоб дорогое
- Кольцо там снять с ее руки, на память.
- Итак, уйди. Но если ты вернешься
- Подсматривать – что буду делать я, —
- Клянусь, тебя в куски я растерзаю,
- И члены я твои здесь разбросаю
- По кладбищу голодному. Теперь
- Взволнован я, неукротим и дик,
- Свирепей и лютей, чем тигр холодный
- Иль океан ревущий.
Бальтазар
- Я уйду,
- И вас, синьор, не буду беспокоить.
Ромео
- И дружбу мне покажешь этим. Вот,
- Возьми себе. (Дает ему деньги.)
- Затем, прощай, мой милый,
- Будь счастлив и живи.
Бальтазар
(про себя)
- А все же я
- Поблизости тут где-нибудь укроюсь:
- Страшит меня его ужасный взгляд,
- В намереньях его я сомневаюсь.
(Уходит.)
Ромео
- Ты, гнусный зев, утроба жадной смерти,
- Пожравшая бесценный прах, твои
- Я челюсти гнилые отворяю…
- (Разламывает дверь склепа.)
- И новый корм вбиваю я в тебя.
Парис
- А! изгнанный заносчивый Монтекки,
- Тот, кто убил двоюродного брата
- Возлюбленной моей, – и это горе,
- Как думают, и в гроб ее свело. —
- И он пришел – покойников позорить!
- Схвачу его. Остановись, Монтекки!
- Брось подлое орудие свое.
- Возможно ль мстить умершим и по смерти?
- Тебя я арестую. Повинуйся,
- Иди со мной, преступный негодяй;
- Ты должен умереть!
Ромео
- Да, правда, должен;
- Для этого я и пришел сюда.
- Но, юноша мой добрый, человека
- Безумного в отчаяньи своем
- Не искушай; беги, беги отсюда!
- Оставь меня, подумай об умерших;
- Пусть мысль о них тебя отгонит прочь.
- О, юноша, тебя я умоляю:
- Не прибавляй мне на душу греха,
- Безумный гнев напрасно вызывая.
- Уйди, уйди, клянусь я небесами, —
- Люблю тебя я больше, чем себя:
- Ведь я пришел сюда вооруженный
- Против себя же самого. Живи,
- Чтоб говорить впоследствии, что милость
- Безумного заставила тебя
- Бежать отсель.
Парис
- Заклятия твои
- Не страшны мне. Тебя я арестую.
Ромео
- А, если так, то берегись же, мальчик!
(Сражаются.)
Паж
- Дерутся! – Я за стражей побегу.
Парис
- О, я убит! (Падает.) Когда ты милосерд,
- Ты положи меня с Джульеттой вместе.
(Умирает.)
Ромео
- Я положу, честное слово. – Дай,
- Взгляну ему в лицо… А! граф Парис,
- Меркуцио родня. – Что же поведал мне
- Мой человек, когда я ехал с ним
- Из Мантуи? Я слишком был расстроен,
- И слушать я внимательно не мог.
- Мне кажется, сказал он, что Парис
- С Джульеттою был должен повенчаться…
- Он говорил мне это, или нет?
- Иль это мне приснилось? Или я
- Сошел с ума, при имени Джульетты,
- И это мне почудилось? Дай руку
- Ты, кто со мной записан в мрачной книге
- Несчастия! Я схороню тебя
- В торжественной могиле… Как? в могиле?
- О, нет: ведь здесь покоится Джульетта —
- И красота ее угрюмый склеп
- В сияющий чертог преобразила.
- Спи ж здесь мертвец, похороненный мертвым!
(Кладет тело Париса в склеп.)
- Не часто ли пред самой смертью люди
- Веселыми становятся? Сиделки
- То «молнией предсмертною» зовут.
- Могу ль назвать я молниею это?
- О, милая жена, любовь моя!
- Смерть выпила дыхание твое,
- Но красотой твоей не овладела
- До сей поры, – и знамя красоты
- Еще вот здесь в румянце щек и губок;
- Не подошел к ним смерти мрачный флаг.
- Не ты ли там покоишься, Тибальдо,
- Завернутый в кровавый саван свой?
- Что для тебя могу я больше сделать,
- Как то, чтобы та самая рука,
- Что жизнь твою пресекла молодую,
- Пресекла жизнь убийцы твоего?
- Прости меня, кузен! О, дорогая
- Джульетта, отчего ты так прекрасна
- До сей поры? Не должен ли я думать,
- Что смерть, бесплотный призрак, влюблена;
- Что гнусное чудовище тебя
- Здесь в этой тьме могильной заключила,
- Чтоб ты была любовницей ее?
- Но я с тобой останусь здесь, – не выйду
- Из этого чертога мрачной ночи
- Я никогда; здесь, здесь останусь я
- С могильными червями; здесь найду
- Я вечное себе успокоенье,
- И сброшу гнет моих зловещих звезд
- С измученной и истомленной плоти.
- Смотрите же в последний раз глаза;
- Раскройтесь рук последние объятья;
- Вы, губы, дверь дыханья моего,
- Запечатлейте честным поцелуем
- Со смертью мой бессрочный договор.
(Вынимает склянку.)
- Сюда, сюда, мой горький проводник,
- Противный мой руководитель, кормчий
- Отчаянный; об острую скалу
- Разбей ладью, поломанную бурей!
- Вот это в честь моей любви я пью.
(Выпивает яд.)
- Да, скор твой яд, о честный мой Аптекарь.
(Умирает.)
С другого конца кладбища показывается монах Лоренцо, с фонарем, ломом, и проч.
Лоренцо
- Святой Франциск, споспешествуй мне ныне!
- Уж много раз я старыми ногами
- Споткнулся о могилы в эту ночь. —
- Кто там?
Бальтазар
- Ваш друг, что хорошо вас знает.
Лоренцо
- Благослови тебя Господь! Скажи мне,
- Мой добрый друг, что это там за факел,
- Который свет напрасно проливает
- На червяков и черепа без глаз?
- Мне кажется, что в склепе Капулетти
- Он светится?
Бальтазар
- Да, там, святой отец,
- И господин мой там же, человек,
- Которого вы любите.
Лоренцо
- Кто это?
Бальтазар
- Ромео.
Лоренцо
- А давно он там?
Бальтазар
- Не меньше
- Чем полчаса.
Лoренцо
- Иди со мною в склеп.
Бальтазар
- Не смею я: мой господин уверен,
- Что я ушел; под страхом смерти он
- Мне запретил у склепа оставаться,
- Следить за ним.
Лоренцо
- Так оставайся здесь,
- А я пойду один; мне стало страшно:
- Не вышло бы какой-нибудь беды!
Бальтазар
- Когда я спал под этим тисом здесь,
- Приснилось мне, что господин мой с кем-то
- Сражался и противника убил.
Лоренцо
(подходя к склепу)
- Ромео! ах, что это тут за кровь,
- Которою покрыты камни входа?
- Зачем лежат здесь два меча в крови,
- Здесь, у дверей обители покоя?
(Входит в склеп.)
- Ромео! – Как он бледен! – Кто ж другой?
- А, и Парис! и весь облитый кровью!
- О, Господи, что за недобрый час
- Причиной был такого злополучья?
Джульетта шевелится.
Джульетта просыпается.
Джульетта
- А, монах,
- Мой утешитель! где мой муж? Я помню,
- Где очутиться я должна была:
- Я там теперь. – Но где же мой Ромео?
(Шум за сценой.)
Лоренцо
- Я слышу шум. – Синьора, уходите
- Из этого гнезда заразы, смерти,
- Оцепененья. Власть, которой мы
- Противиться не можем, наши планы
- Расстроила. Иди же, дочь моя,
- Твой муж лежит здесь мертвый так же, как
- И граф Парис. Идем скорей, тебя
- Я помещу к монахиням в обитель.
- Не спрашивай: подходит стража к нам.
- Идем, идем же, добрая Джульетта —
(Шум снова.)
- Нельзя мне дольше оставаться здесь.
Джульетта
- Уйди, уйди; я – не пойду.
(Лоренцо уходит.)
- Что это
- У милого в руке? А! склянка с ядом!
- Вот как с собой покончил он… О, жадный!
- Ты выпил все, ни капли не оставил,
- Что помогла б мне за тобою вслед
- Отправиться. – Прильну к твоим губам:
- Быть может, есть на них довольно яда,
- Чтобы меня убить. – Они теплы!
1-й сторож
(за сценой)
- Веди нас, мальчик. Где? Куда идти?
Джульетта
- Шум! Ну, так я потороплюсь. О, счастье:
- При нем кинжал!
(Выхватывает кинжал Ромео из ножен.)
- Вот, где твои ножны,
- Заржавей там, а мне – дай умереть.
Входит стража с пажом Париса.
Паж
- Вон это место, – там, где факел светит.
1-й сторож
- Земля в крови… Ищите по кладбищу;
- Хватайте всех, кого найдете там.
(Несколько человек из стражи уходят.)
- Плачевный вид! вот граф Парис убитый,
- Джульетта, вся в крови, – она тепла:
- Покойница, которая лежала
- Здесь уж два дня, теперь лишь умерла.
- Бегите за Монтекки, Капулетти,
- Да герцога уведомьте; другие
- Пусть кладбище осмотрят.
(Еще несколько человек из стражи уходят.)
- Видим мы
- Лишь место происшествия, – причину ж
- Всех этих бед понять нам невозможно,
- Пока мы не расследуем всего,
- В подробности.
Стража приводит Бальтазара.
- Слугу Ромео мы
- На кладбище нашли.
1-й страж
- Не выпускать,
- Пока сюда не явится сам герцог.
Входит Лоренцо, под стражей.
3-й страж
- Схватили мы монаха; он дрожит,
- Вздыхает, плачет; эту вот лопату
- И этот лом нашли мы у него;
- Шел с кладбища он.
1-й страж
- Важная улика,
- Не выпускать!
Входит герцог со свитой.
Герцог
- Какой несчастный случай
- Нас разбудил так рано?
Входят Капулетти, синьора Капулетти и другие.
Капулетти
- Что за крики
- Там слышатся? Что за причина их?
Синьора Капулетти
- На улице кричат: «Парис!» – «Ромео!» —
- «Джульетта!» – Все на кладбище бегут,
- К гробнице нашей, с воплями и шумом.
Герцог
- Из-за чего тревога?
1-й страж
- Государь!
- Вот здесь лежат: убитый граф Парис,
- Ромео мертвый и Джульетта тоже;
- Она была уже мертва, теперь же
- Убита вновь: она еще тепла.
Герцог
- Расследовать – как это избиенье
- Ужасное случилось!
1-й страж
- Вот монах
- И с ним слуга умершего Ромео;
- Орудия при них мы захватили,
- Пригодные для вскрытия гробниц.
Капулетти
- О, Господи! – жена, взгляни сюда:
- Как льется кровь из раны у Джульетты!
- Кинжал ошибся: вот его футляр
- Висит пустой на поясе Монтекки,
- А он в груди у дочери моей!
Синьора Капулетти
- О, страшный вид! Как похоронный звон,
- О смерти он меня предупреждает.
Входит Монтекки.
Герцог
- Поди сюда, Монтекки; встал ты рано,
- Чтоб увидать, что сын твой раньше встал.
Монтекки
- О, государь, от горести по сыне
- Жена моя скончалась в эту ночь.
- Какое же несчастие еще,
- На старости моей, мне угрожает?
Герцог
- Взгляни – и ты увидишь.
Монтекки
- О, негодный!
- В могилу лечь до своего отца!
Герцог
- Оставь свои ты жалобы на время,
- Покамест мы всего не разъясним,
- Покуда мы причины не узнаем,
- Источника, начала этих бед.
- Тогда вождем я вашей скорби буду,
- Я первый в ней участие приму.
- А до тех пор пусть горе покорится
- Терпению. – Пусть подойдут сюда
- Те, на кого упало подозренье.
Лоренцо
- Из лиц таких я главный. Меньше всех
- Способен я убийство совершить,
- Но больше всех меня подозревают.
- Улики все против меня; и вот
- Стою я здесь, готовый оправдаться,
- Иль обвинить себя же самого.
Герцог
- Так расскажи сейчас – что знаешь ты.
Лоренцо
- Я передам все вкратце, – для рассказа
- Подробного не хватит сил моих.
- Ромео, что лежит здесь мертвый, мужем был
- Джульетты, а она была женою.
- Я их венчал; день тайной свадьбы их
- Был роковым для юного Тибальда,
- Которого безвременная смерть
- К изгнанию Ромео присудила.
- И вот о нем-то, а не о Тибальде
- Так плакала Джульетта. Чтоб унять
- Ее печаль, вы дочь свою решили
- Насильно выдать замуж за Париса.
- Тогда она, в отчаяньи, пришла
- Ко мне, прося придумать средство —
- Как устранить вторичный этот брак;
- Не то – она грозила тут же, в келье,
- Убить себя. И я, руководясь
- Познаньями моими, предложил ей
- Напиток усыпляющий, который
- Подействовал, как я того желал:
- Он дал ей вид умершей. Между тем,
- Я написал к Ромео, чтоб он прибыл
- В ночь эту злополучную сюда
- И мне помог освободить Джульетту
- Из временной могилы: в эту ночь
- Как раз она должна была проснуться.
- Но человек, с которым я послал
- Мое письмо к нему, монах Джиованни,
- Случайно был задержан, и вчера
- Мне, под вечер, письмо обратно отдал.
- Тогда один отправился я в склеп,
- Чтоб выручить ее, когда проснется,
- И скрыть ее на время у себя,
- Пока за ней не явится Ромео,
- Которого я думал известить.
- Когда ж сюда, пред самым пробужденьем
- Джульетты, я пришел, то увидал
- Я мертвыми Париса и Ромео.
- Она проснулась. Я молил ее —
- Уйти со мной, перенести с терпеньем,
- С покорностью решение Небес,
- Но, услыхав какой-то шум, был должен
- Уйти; она ж, в отчаяньи своем,
- Идти со мной отсюда не хотела,
- И умерла от собственной руки,
- Как видно. Вот все то, что мне известно;
- А что до брака этого – о нем
- Кормилица Джульетты тоже знает.
- Когда в таком несчастьи чем-либо
- Я виноват, пусть жертвою закона
- Строжайшего погибнет жизнь моя
- За несколько часов до срока.
Герцог
- Мы
- Тебя всегда святым считали. – Где
- Слуга Ромео? Что сказать он может?
Бальтазар
- Я господину моему привез
- Известье, что жена его скончалась.
- Он поспешил из Мантуи сюда,
- На кладбище, к гробнице Капулетти.
- Здесь это вот письмо он мне велел
- Отдать его отцу пораньше утром;
- И, в склеп идя, он смертью мне грозил,
- В том случае, когда я не уйду
- И одного его там не оставлю.
Герцог
- Дай мне письмо, я на него взгляну.
- Где графа паж, сюда призвавший стражу?
- Что делал здесь твой господин?
Паж
- Пришел он
- Цветы на гроб невесты положить,
- А мне велел он отойти подальше
- От склепа; я исполнил приказанье.
- Вдруг с факелом какой-то человек
- Пришел сюда, стал отпирать гробницу;
- И на него тотчас мой господин
- Напал; тогда я бросился за стражей.
Герцог
- Письмо слова монаха подтверждает.
- Ромео в нем историю любви
- И смерть жены описывает; тут же
- Он говорит, что яду он купил
- У бедного аптекаря, чтоб в склепе
- Здесь умереть и лечь с Джульеттой вместе.
- Но где они, заклятые враги?
- Монтекки, Капулетти, посмотрите,
- Как Небо вас карает за вражду:
- В самой любви оно находит средство —
- Все радости безумцев умертвить.
- А я за то, что на раздоры ваши
- Смотрел сквозь пальцы, потерял двух близких.
- Наказаны мы все.
Капулетти
- О, брат Монтекки!
- Дай руку мне, – то вдовья часть Джульетты,
- А большего я не могу просить.
Монтекки
- Но я могу дать больше: я воздвигну
- Ей статую из золота. Покуда
- Вероною наш город будут звать,
- Не будет в нем другого изваянья,
- Которое, по ценности своей,
- Сравнилось бы со статуей Джульетты.
Капулетти
- Не менее богатый и Ромео
- Покоится с супругой будет… О,
- Несчастные две жертвы нашей злобы!
Герцог
- Пришел рассвет, и мир печальный с ним.
- От горести и солнце не явилось;
- Пойдем отсель, еще поговорим
- О бедствии, что в эту ночь случилось.
- Джульетта и Ромео юный с ней…
- Что может быть их участи грустней?
(Уходит.)
Александр Дюма. Графиня де Монсоро
Часть первая
Глава I
Свадьба Сен-Люка
В последнее воскресенье Масленицы 1578 года, после народного гулянья, когда на парижских улицах затихало шумное дневное веселье, в роскошном дворце, только что возведенном на берегу Сены, почти напротив Лувра, для прославленного семейства Монморанси,[457] которое, породнившись с королевским домом, по образу жизни не уступало принцам, начиналось пышное празднество. Сие семейное торжество, последовавшее за общественными увеселениями, было устроено по случаю бракосочетания Франсуа д’Эпине де Сен-Люка, наперсника и любимца короля Генриха III, с Жанной де Коссе-Бриссак, дочерью маршала де Коссе-Бриссака.
Свадебный обед был дан в Лувре, и король, который с величайшей неохотой согласился на этот брак, явился к столу с мрачным выражением лица, совершенно неподобающим для такого случая. Да и наряд короля находился в полном соответствии с его лицом: Генрих был облачен в темно-коричневый костюм, тот самый, в котором его написал Клуэ[458] на картине, изображающей свадьбу Жуаеза. При виде этого угрюмого величия, этого короля, похожего на свой собственный призрак, гости цепенели от страха, и особенно сильно сжималось сердце у юной новобрачной, на которую король всякий раз, когда он удостаивал ее взгляда, взирал с явным неодобрением.
Однако насупленные в разгаре брачного пира брови короля, казалось, ни у кого не вызывали удивления; все знали, что причина кроется в одной из тех дворцовых тайн, что лучше обходить стороной, как подводные рифы, столкновение с которыми грозит неминуемым кораблекрушением.
Едва дождавшись окончания обеда, король порывисто вскочил, и всем гостям волей-неволей пришлось последовать его примеру; поднялись даже те, кто шепотом высказывал желание еще побыть за пиршественным столом.
Тогда Сен-Люк, долгим взглядом посмотрев в глаза жены, словно желая почерпнуть в них мужество, приблизился к своему господину.
– Государь, – сказал он, – не соблаговолит ли ваше величество послушать нынче вечером скрипки и украсить своим присутствием бал, который я хочу дать в вашу честь во дворце Монморанси?
Генрих III повернулся к новобрачному со смешанным чувством гнева и досады, но Сен-Люк склонился перед ним так низко, на лице его было написано такое смирение, а в голосе звучала такая мольба, что король смягчился.
Читать бесплатно другие книги:
