Радуга завтрашнего дня Смолл Бертрис
— Энгус — человек добрый. И как все преданные псы, рычит, видя угрозу хозяйке. Но обещаю, тебе он ничего не сделает, поскольку именно ты меня оберегаешь. Разве не я сама выбрала тебя своим защитником? — Она ободряюще улыбнулась.
Ехавший впереди Фингал молча трясся от смеха. Он знал Фланну всю свою жизнь, и разве его мать не твердила, что хитрее пройдохи она еще не видела, особенно когда та старалась добиться своего?
Мальчик довольно хмыкнул. Он боялся, что герцог обвинит его в заговоре, но, если Фланна способна отстоять простаков вроде Йена Мора от таких, как Энгус, Фингалу Броуди нечего бояться герцога Гленкирка. Он последует примеру тетки и изобразит невинность. А если воспользуется свалившейся с неба возможностью, когда-нибудь достигнет высокого положения.
Йен не одобрил замыслов хозяйки, но и не осмелился обличить ее. Бедняга не был вполне уверен, что она поступает правильно, но остановить Фланну не смог. Настроена она решительно, и если прогневать ее, он может потерять свое место в замке. Но если он последует за ней, она его защитит, в этом нет ни малейшего сомнения. Он уже успел увидеть, что герцогиня — куда более грозный противник, чем герцог.
Уж лучше он останется с ней и поможет справиться с любой опасностью, которая встретится у них на пути.
День был холодным, но сухим и безветренным, поэтому пока путешествие казалось не слишком трудным. Они пробирались сквозь лес и поля, не выпуская герцога Ланди и его людей из виду. Дело шло к вечеру. Небо быстро темнело, и Фланна спохватилась, что им негде ночевать. Неужели придется проводить ночь на открытом месте? Они останавливались всего один раз, да и то ненадолго, и лошади устали. К тому же отряд Чарли скрылся за холмом. Фланна послала племянника на разведку. Вернувшись, он сообщил:
— Ниже по дороге есть постоялый двор. Но он слишком маленький и не вместит всех, да и рано еще показываться на глаза твоему деверю. Не знаю, что и делать, Фланна.
Лошадям нужно дать отдых и покормить.
Фланна повернулась к Йену:
— Герцог Ланди знает тебя в лицо?
Парень покачал головой.
— В таком случае поезжай на постоялый двор и попроси приютить на конюшне нас и лошадей. На мне мужской костюм, так что никто не распознает во мне женщину. Я не буду заходить в дом. Скажи хозяину, что ты с братьями едешь на юг и нуждаешься в убежище на ночь. Дай ему эти монеты. Он сразу же согласится. Да, и сходи за ужином. Фингал поможет мне с лошадьми.
Они въехали во двор убогой гостиницы и спешились.
Фланна повела коней в стойла, а Йен направился в дом.
Конюшня оказалась чистой и теплой. Стойла были выметены и устланы свежим сеном. Лошади Чарли Стюарта мирно жевали корм. Фланна развела своих животных по пустым стойлам и оставила одно для ночевки. Они с Фингалом расседлали коней и дали им немного воды. Если напоить их до отвала, у бедняг вспучит животы, но несколько глотков жидкости не повредят. Потом она наполнила кормушки овсом.
Фингал деловито орудовал скребницей и проверял, не попали ли в копыта камешки. К тому времени, когда все было закончено, вернулся Йен с ужином.
— Хозяин очень обрадовался, узнав, что мы остановились в конюшне. В самом доме яблоку негде упасть. Женщины по уши заняты готовкой. Зато я утащил свежий каравай, кролика, сыр и кувшин сидра.
Он поставил свою добычу на узкую скамью.
Они быстро поели, боясь, что кролик остынет, и договорились, кому когда дежурить. Фланне выпало бодрствовать первой, за ней шел Фингал и, наконец. Йен, которому предстояло разбудить их, когда люди герцога придут за конями. Мальчики завернулись в плащи и тут же захрапели.
Фланна сидела, прислонившись к перегородке стойла. Первый день прошел как нельзя лучше. Патрик считает, что она уже добралась до Килликерна. Йен не выдал ее, а Чарли ни о чем не догадался.
В окно заглядывала луна. Странно, Фланна ничуть не боится, хотя впервые пускается в подобное приключение. Скорее, возбуждена и взволнована мыслью о встрече с королем.
Посчитает ли он ее глупой? Усомнится, что женщина способна на такой подвиг? Сумеет ли она помочь низвергнутому монарху взойти на трон? Но кто знает, вдруг он поймет ее и согласится! Хорошо бы… Страшно подумать, как рассердится на нее Патрик, но если и король посмеется, это будет ужасно!
Она насторожилась при звуке открывающейся двери.
Оказалось, однако, что это люди Чарлза, пришедшие проверить лошадей. Они даже не позаботились пройти в глубь конюшни, где разместились Фланна и ее спутники. Правда, они вряд ли знали, что на постоялом дворе остановился еще кто-то, и Фланна облегченно вздохнула. Судя по пледам, оба были из Гленкирка. Из их разговора она узнала, что сейчас только перевалило за полночь. После их ухода Фланна разбудила Фингала:
— Твоя очередь. Когда луна покажется во втором окне, поднимешь Йена.
— Ладно, — пробормотал мальчик, зевая во весь рот.
Фланна поплотнее закуталась в плащ, устроилась на охапке сладко пахнущего сена, закрыла глаза и вроде бы не успела заснуть, как Фингал уже тряс ее за плечо. Темно было хоть глаз выколи, и луна даже не успела зайти. Она вопросительно уставилась на племянника.
— Йен говорит, что в доме уже все встали. Пошел за едой. Говорит, что отряд герцога вот-вот отправится в путь.
Фланна потянулась и со вздохом села.
— Постой у двери. Мне нужно облегчиться.
Фингал побежал к выходу. Фланна сняла штаны и помочилась на солому в углу стойла. Она как раз успела привести себя в порядок, когда вернулся Йен.
— У меня овсянка, — объявил он вместо приветствия, вручая ей небольшую корку каравая, полную каши, и деревянную ложку. — Еще сыр и сидр.
— Герцог уже встал и готовится к отъезду? — спросила она.
— Да, госпожа, они сейчас завтракают.
— Тогда нам лучше тоже поспешить. Если они придут в конюшню за лошадьми, держись к ним спиной и побольше молчи, иначе тебя узнают. Я спрячусь в пустое стойло, чтобы меня не увидели.
— Те, что пришли из Гленкирка вместе с герцогом, никогда меня не видели, — заверил Йен.
Они поели. Пришедшие солдаты равнодушно кивнули Йену и Фингалу, оседлали коней и вывели во двор. Едва за ними закрылась дверь, беглая троица спешно занялась своими конями и, проводив взглядом удалявшийся отряд, последовала за ним на некотором расстоянии.
Так прошло четыре дня. К счастью, погода держалась ясная: ни снега, ни дождя. По мере приближения к Перту гостиницы становились больше и богаче, а безлюдные прежде дороги ожили. Похоже, немало шотландцев жаждали увидеть коронацию. Наконец в середине пятого дня они достигли ворот прекрасного города Перта.
С вершины холма Кинноул Фланна с изумлением разглядывала первый в своей жизни город. Спутники ее потрясенно разинули рты. Внизу, в долине, на берегах реки Тей раскинулся Перт, с его многолюдными улицами, домами и церквами. Река серебристой лентой вилась под каменными мостами, через заснеженные поля и исчезала в густом лесу.
Солнечные лучи весело играли в гладкой воде. Повсюду виднелись окутанные морозной дымкой холмы и горы. Ледяное дыхание северного ветра нежно касалось лиц вновь прибывших.
— Нельзя медлить, госпожа, — предостерег Йен. — Мы потеряем герцога в толпе, а ведь вам нужно знать, где он собирается остановиться, верно?
Он дернул за узду и пришпорил коня.
— Верно, — согласилась Фланна. — Не хотела бы я здесь заблудиться. Как же потом найти Чарли?
Они последовали за герцогом Ланди и его спутниками по узким извилистым улицам, пока не набрели на большую гостиницу с красочной вывеской, на которой был изображен лиловый чертополох, увенчанный короной. По-видимому, это означало, что гостиница называется «Корона и чертополох». Фланна увидела, как спешился деверь, и, остановив свою лошадь рядом, тихо сказала:
— Добрый тебе день, Чарли Стюарт-с-другой-стороны-одеяла.
Голос подозрительно знакомый, но этого, конечно, быть не может!
Чарли поднял глаза, попытался что-то сказать, но не смог.
— Иисусе, Фланна! — выговорил он наконец. — Какого черта ты здесь делаешь и где твой муж?!
Глава 9
Фланна нервно улыбнулась деверю.
— В Гленкирке, я полагаю, — пробормотала она, соскользнув с седла. — Я приехала без него, со своим племянником Фингалом и солдатом Йеном Мором.
— Но как ты сюда добралась? — недоумевал он. Что же стряслось?! Патрик будет вне себя!
— Мы ехали по твоим следам. С той самой минуты, как ты покинул Гленкирк, — пояснила Фланна с таким видом, словно считала свой поступок вполне естественным.
— Но зачем? — недоумевал Чарли, чувствуя, как стучит в висках кровь. Что ей взбрело в голову? Можно подумать, все так просто: взяла и поехала следом!
— Хочу помочь королю, — серьезно ответила Фланна. — Ты сам сказал, что ему нужны солдаты. Я хочу набрать рекрутов для твоего кузена. Если мой муж не желает покрыть славой имя Лесли из Гленкирка, это сделаю я!
И тут Чарли понял, что срочно нуждается в выпивке. Лучше всего виски. Крепкое виски. По возможности — бочонок.
Черт, да брат попросту убьет его, узнав, что верность Чарли династии Стюартов побудила милую и наивную невестку в патриотическом порыве броситься на подмогу королю!
— Нам лучше зайти в дом, Фланна, — решил он. — Твои спутники могут остаться с моим отрядом. Тут много людей из Гленкирка. Они смогут проводить тебя домой, когда соберутся обратно.
И с этими словами он крепко взял ее за руку и повел к крыльцу. Владелец, низко кланяясь, рассыпался в приветствиях.
— Ваши покои приготовлены, милорд, — объявил он.
— Вашу гостиницу соизволила почтить своим присутствием моя невестка, герцогиня Гленкирк, — объяснил ему Чарли. — Вы можете дать ей комнату?
— О-о, милорд, покорнейше прошу прощения, но на коронацию съехалось слишком много народа, и все занято, вплоть до конюшни. В ваших покоях есть маленькая каморка для слуги, рядом с гостиной. Боюсь, ее светлости придется поселиться там.
Чарли согласно кивнул.
— Я понимаю. Ничего не поделать. Несите поскорее ужин. Ее светлость ничего не ела с самого утра, — сухо заметил он.
— Но больше всего, — вмешалась Фланна, — мне хотелось бы искупаться. Я промерзла до костей.
— Разумеется, миледи, — кивнул хозяин. — Сейчас велю принести чан и горячей воды. Энни! Немедленно отведи герцога и ее светлость наверх.
Дочь хозяина почтительно присела и, спеша выполнить приказ, повела гостей по узкому коридору, в конце которого виднелась тяжелая дубовая дверь.
— Это гостиная, откуда можно пройти в спальню, и маленькая комната для служанки ее светлости.
Она снова присела и, направившись к камину, принялась разводить огонь.
Чарли заглянул в крохотное помещение, где не было ничего, кроме покрытого простыней соломенного тюфяка.
Он поморщился, но, не видя выхода, тяжело вздохнул.
— Я буду спать здесь, — предложила Фланна.
Чарли снова вздохнул:
— Так и слышу голос матушки, упрекающий меня за недостойное поведение, вздумай я принять твое предложение! Страшно подумать, что бы она сказала! Нет уж, сестрица, оставляю тебе спальню до твоего возвращения к мужу.
— О, Чарли, — взмолилась Фланна, — не сердись на меня и не заставляй вернуться, пока я не встречусь с королем. Кто знает, когда мне удастся увидеться с ним.
— Патрик будет рвать и метать, — начал он.
— Он скорее всего еще меня не хватился, — усмехнулась Фланна. — И прежде чем хватится, я уже буду на полпути в Гленкирк. О, Чарли, ты видел портреты в замке?
Герцогини Жасмин и остальных? Кто я рядом с ними? У них было высокое происхождение и богатство. Я тоже хочу, чтобы потомки меня помнили.
— Сядь у огня, — пригласил он. — Ты все еще дрожишь.
— Не думала, что будет так холодно, — призналась она.
— Потому что никогда не проводила пять дней в пути, да еще в такую погоду. Слава Богу, что все это время не было ни дождя, ни снега, — хмыкнул Чарли. — Но, Фланна, объясни, при чем тут моя матушка и те женщины, что правили в Гленкирке до тебя?
— Все они были богаты, — начала Фланна. — Наследницы огромных состояний. И отпрыски знатных семейств.
Именно они придали блеск имени Лесли.
— Когда-нибудь и ты тоже прославишься, как и они, — заверил Чарли.
— Но я небогата.
— Зато у тебя был Брей, и Патрик хотел его получить.
Это была честная сделка. Многие браки заключались по менее веским причинам, — возразил Чарли.
— Но мой род незнатен. Твоя мама была принцессой.
— А моя прабабка — Грей из Грейхевна. Простая небогатая семья. Совсем как Броуди из Килликерна. И помни: твоя мать была дочерью графа. Ни в твоем происхождении, ни в приданом нет ничего плохого.
— Не позволю, чтобы меня считали никчемной герцогиней! — вспылила Фланна.
Чарли рассмеялся:
— Но ты замужем всего несколько месяцев! Неужели не можешь немного подождать, прежде чем отправиться покорять мир ради Гленкирка!
— Как ты не понимаешь! — с отчаянием выпалила она. — Правда, ты незаконный сын, но в твоих жилах течет королевская кровь. А твоя мать — дочь императора! Ты в отличие от меня с детства был окружен богатством, властью и почетом. То, что кажется тебе самым обычным, для меня — нечто невиданное. Прежние хозяйки Гленкирка принесли в дом не только золото, но и блеск и славу. Как я могу состязаться с ними, особенно в теперешние времена? Если буду сидеть сложа руки, так вся жизнь пройдет. Я вернусь в Гленкирк, с благословения Божьего произведу на свет новое поколение Лесли, но и только?!
— Неужели этого недостаточно? — удивился Чарли, сжав ее руку.
Фланна грустно покачала головой:
— Нет, Чарли. Не для меня. Любая сука может ощениться. Но я способна на большее!
— Не думаю, что мой брат позволит тебе вербовать добровольцев в армию короля, — покачал головой Чарли, целуя ей руку. — Но мой кузен наверняка оценит твой порыв, — Я могу добиться цели! Могу! — воскликнула Фланна. Только не отсылай меня до того, как я встречусь с королем.
— Но мне придется, Фланна. Я люблю брата и не хотел бы с ним рассориться. Так что мне придется немедленно вернуть тебя брату, хотя сегодня уже слишком поздно. Завтра состоится коронация, и у меня не будет времени проводить тебя. Поэтому, сестричка, у тебя есть немного времени, чтобы поприсутствовать на празднике в честь коронации. Будет что порассказать детям, когда немного подрастут, верно? — Он улыбнулся и отнял руку.
— Но я хочу поговорить с королем, — настаивала Фланна. — И не поеду домой, пока не добьюсь своего. Если попытаешься принудить меня, я попросту убегу, и тогда что ты скажешь Патрику?
— Фланна, пойми, те, кто считаются опекунами короля здесь, в Шотландии, сделали все возможное, чтобы удалить его друзей и сторонников — англичан. Эти шотландцы узколобые ханжи, чья жажда власти так же велика, как у английских союзников Карла. Даже я, кто всю жизнь избегал вмешиваться в политику, кажусь им подозрительным.
— Но почему? — вырвалось у нее.
— Было время, когда здесь, в Шотландии, быть королевским бастардом не считалось позорным.
Многие женщины почли бы за честь родить ребенка от мужчины королевской крови. Теперь все изменилось. Я бастард принца Генриха Стюарта; мало того, моя мать иностранка, чужачка сомнительного происхождения. Никто не желает принимать во внимание то, что я, герцог Ланди, вдовец с тремя детьми, никогда не заседал в правительстве и всегда занимался собственными делами. Это в расчет не принимается. Я бастард, англичанин и, следовательно, дурно влияю на короля.
— Но ты же можешь к нему подойти. Ты его кузен, и он тебя любит.
— Я завтра еду в Скон, займу место в церкви и буду надеяться, подобно многим другим, поймать его взгляд, дабы король знал, что он не один. Что и у него есть друзья. Потом я пойду на банкет и; если повезет, сумею отвлечь внимание его опекунов и несколько минут поговорить с ним, но на большее рассчитывать не приходится.
— Нет, — твердо ответила Фланна. — Такой умный человек, как ты, способен на большее. Отвези меня в Скон и представь королю, с тем чтобы и я смогла принести ему клятву верности. Без этого я домой не уеду.
Кровь Христова! Его невестка — самая упрямая и своевольная особа из всех знакомых ему женщин! Мать — тоже дама решительная, но ее можно урезонить. Не то что Фланну.
Однако прежде чем он успел запротестовать, в дверь постучали и на пороге появилась Энни.
— Вода для леди, милорд, — объявила она, с усилием вкатывая большую деревянную лохань. Следом за ней вошли молодые люди с ведрами дымящейся воды. Девушка поставила лохань у огня и знаком велела слугам вылить туда воду. Вскоре ванна была наполнена.
— Мне остаться и помочь? — спросила Энни.
— Разумеется, — поспешно ответил Чарли. — Фланна, я буду в общем зале. Когда искупаешься, пришли за мной Энни. Поужинаем здесь.
Он почти выбежал из комнаты.
— Трус! — крикнула вслед Фланна.
Чарли рассмеялся.
— Мудрый человек всегда знает, когда отступить, девочка, — бросил он через плечо.
Дверь за ним захлопнулась. Женщины остались одни.
— Значит, он ваш муж? — спросила Энни.
— Деверь, — поправила Фланна.
— Он ваш любовник? — продолжала допытываться дочь хозяина, очевидно, умирая от любопытства.
— Нет! Разве подобные мысли пристали порядочной девушке? — выпалила Фланна с таким неподдельным возмущением, что Энни сразу ей поверила.
— Прошу прощения, миледи, я не думала вас оскорбить, — немедленно извинилась она. — Только не говорите отцу, что я спрашивала о таком.
— Мой муж недавно потерял своего родителя, погибшего за короля. И хотя он уважает его величество, все же не желает ему помогать. Я последовала за деверем в надежде встретить короля и попросить позволения собрать для него войско.
— Да ну? — удивилась Энни, не совсем понимавшая, о чем идет речь. — У вас есть благовония для ванны?
Фланна рассмеялась:
— Со мной всего одна смена одежды и ничего больше.
Мой муж не знал, что я отправилась в Перт.
— Он наверняка запретил бы вам, — кивнула Энни. — Правильно, что ничего не сказали ему, госпожа. Иногда так всего лучше. Моя ма уж точно не все говорит папаше. Ну вот, сейчас помогу вам снять сапоги.
Она встала на колени, ловко стащила сапоги с Фланны и сокрушенно прищелкнула языком, увидев, в каком состоянии одежда герцогини.
— Пойду отнесу почистить ваши сапоги и велю выстирать остальное. Вы сможете вымыться сами, ваша светлость?
— Только не штаны! — предупредила Фланна. — Пусть из них просто выбьют пыль. В такую погоду они и за неделю не просохнут, а я должна возвращаться домой дня через два. Спасибо тебе. Я справлюсь сама.
Энни присела и, собрав одежду, удалилась.
Фланна вздохнула от удовольствия, когда тепло проникло до самых ее костей. Она уже не надеялась когда-нибудь согреться!
Она расплела толстую косу и заколола волосы на затылке. На краю лохани стоял горшочек с мылом. Фланна отковырнула немного и растерла в ладонях. В ноздри ударил слабый запах вереска, и Фланна улыбнулась, намыливая тряпочку и принимаясь мыться. Как хорошо избавиться от грязи, накопившейся за долгую дорогу! Сначала лицо. Потом шея и уши. Руки, грудь…
Откинувшись, она подняла из воды ногу и принялась водить по ней тряпкой. И тут дверь с шумом распахнулась.
Фланна, ахнув, поспешно опустила ногу, прижала к груди мокрую тряпку и полными ужаса глазами уставилась на высокого темноволосого человека, ответившего ей изумленным взглядом.
— Дьявол! — выругался незнакомец, но тут же улыбнулся. — Клянусь Богом, милая, вы бальзам для моей усталой души!
— Вон отсюда! Вон! — не помня себя завизжала Фланна.
— О, миледи, простите, — всполошилась вбежавшая Энни. — Это все тот болван на кухне! Сэр, прошу вас спуститься в зал. Герцог Ланди сейчас там.
— Но разве это не его покои? — удивился джентльмен.
— Да, сэр. Прошу вас последовать за мной, и я проведу вас к нему.
— А кто вы, красавица моя? — допытывался незваный гость, восхищенно рассматривая все, что не удалось скрыть воде.
— Проваливайте! — настаивала Фланна, хотя уже гораздо тише: ясно, что незнакомец искал Чарли и не собирался врываться к ней. Но вместо этого он вытолкал Энни из комнаты и бесцеремонно шагнул к лохани.
— Вы, очевидно, подружка лорда Стюарта, хотя понять не могу, в каком месте этой благословенной земли произрастают такие прелестницы. Однако я считаю оскорбительным, что он скрывал от меня столь очаровательную даму, особенно зная, какие испытания мне пришлось и еще придется выдержать.
— Ошибаетесь, сэр! — бросила Фланна. — А теперь немедленно оставьте эту комнату! Энни пошла за герцогом.
— Поскольку я пришел к нему, то с удовольствием подожду, — спокойно ответствовал собеседник. — Ну а тем временем не хотите ли подарить мне поцелуй? Вот такой крошечный!
Он победно улыбнулся и попытался наклониться, — Ну и наглец! — негодующе фыркнула Фланна. — Не застань вы меня в таком виде, наверняка получили бы пощечину! Даже не сомневайтесь!
Искренне развеселившийся джентльмен взорвался смехом.
— Ну и горячи же вы, как все рыжие! Могу представить, каковы вы в постели! Настоящая дикая кошка! Завидую вашему любовнику!
Задохнувшись от гнева, Фланна швырнула в него мокрой тряпкой и тут же поняла, что теперь ничто не может помешать этим янтарно-золотистым глазам вволю рассматривать ее пышную грудь.
— Негодяй! — прошипела она сквозь стиснутые зубы. — Только невоспитанный болван может шпионить за дамой в таком положении! Что бы подумала ваша матушка?!
— Что, как она всегда и подозревала, я неисправим, — хмыкнул незнакомец. — Ну же, прелесть моя, встань и дай полюбоваться своими сокровищами. Уверен, что герцог не станет возражать.
Он чарующе улыбнулся, показывая ровные белые зубы.
— Ах, сэр, мой герцог будет вне себя от ярости, отважься я на такое, — возразила Фланна. — Вы и не представляете, как он рассердится, когда я расскажу о вашем вторжении.
А теперь убирайтесь, пока я не подняла на ноги всю гостиницу своими воплями!
Дверь снова открылась, но на этот раз в комнате появился Чарлз Стюарт.
— Ваше величество! — низко поклонился он, узнав гостя.
— Здравствуй, кузен! Сплетники донесли, что ты тут, но я не подозревал о существовании столь милой спутницы! Твоя дама развлекала меня!
— Она не моя, сэр. Это жена моего брата, Фланна Лесли, герцогиня Гленкирк. Итак, Фланна, ты об этой встрече мечтала? Она твердила, сэр, что не уедет, не поговорив с вами.
Фланна перевела взгляд с Чарли на короля. Темноволос, но глаза совсем как у деверя, такие же янтарные. Кожа у Чарли гораздо светлее, и нос не такой большой, но до чего же похожи!
Потрясение оказалось так велико, что Фланна разразилась слезами.
— Как вы могли? — всхлипывала она. — О, как вы могли?!
— С чего это она вдруг завывает, как волчица? — удивился король.
— Понятия не имею, — пожал плечами Чарли. — Предлагаю пойти выпить по кружке эля. Я уже обнаружил, что у здешнего хозяина прекрасные погреба.
— Я ускользнул от своих тюремщиков и не хочу, чтобы меня видели на людях, иначе поднимется суматоха. Мы выйдем за порог, милая, и дадим вам время прийти в себя и одеться. Потом мы вернемся и выпьем чего-нибудь согревающего. Я извинюсь за недостойное поведение, вы простите меня, и мы станем друзьями.
Фланна подняла голову, кивнула и шмыгнула носом.
— Сейчас пришлю служанку, — добродушно добавил король. 1 — С-спасибо, — пробормотала Фланна.
Мужчины вышли, и в комнату тут же ворвалась Энни.
Фланна встала, и девушка принялась растирать ее нагретым полотенцем. Потом вытащила из седельной сумки чистую сорочку и натянула на Фланну.
— А теперь ложитесь, леди, — велела Энни и потащила Фланну в спальню, где ярко горел огонь. В постели уже лежали металлическая грелка с углями внутри и обернутый фланелью горячий кирпич.
— Сейчас скажу джентльменам, что вы готовы их принять, а потом принесу вам подогретого вина с пряностями. Ну и дерзкий же этот джентльмен! Так и распускает руки!
Фланна согласно кивнула и поблагодарила девушку.
Через несколько минут после ее ухода в комнату вернулись Чарли и король.
— Чарли, дай мне щетку, — тихо попросила Фланна. Она в моей сумке, на табурете.
Герцог Ланди исполнил просьбу, но, к его удивлению, король взял у него щетку, сел на край кровати и принялся вытаскивать шпильки из волос Фланны. Рыжие пряди рассыпались по ее плечам. Монарх медленно и тщательно провел щеткой по длинным волосам, раз, другой, третий… Огненно-золотистая грива заблестела в неярком сиянии свечей.
— Я любил причесывать свою сестру Мэри, до того как она вышла замуж и уехала, — пояснил он. — У нее прекрасные волосы, но ваши, милая, превосходят все, виденное мной доселе. Великолепный цвет!
И Фланна, и Чарли лишились дара речи.
— Мой кузен утверждает, что ваш муж не одобряет меня, — спокойно заметил король.
— Нет, сир! Патрик — ваш верный подданный! — бросилась Фланна на защиту мужа. — Просто он говорит, что Стюарты приносят несчастье Лесли из Гленкирка. Его отец погиб при Данбаре. Мать покинула Гленкирк, чтобы вместе с младшей дочерью отправиться во Францию. До этих пор он никогда не оставался один и сейчас горько переживает свое сиротство. Он женился на мне из-за приданого, но я не могу восполнить потерю его семьи, сир, и он во всем винит царственных Стюартов.
— Когда вернетесь домой, прелесть моя можете сказать мужу, что я тоже потерял семью. Мой отец казнен, мать живет во Франции вместе с моей младшей сестрой и терпит холод и голод. Не знаю, где сейчас скитаются мои братья.
Сестра Элизабет умерла в неволе. Вторая сестра, Мэри, чахнет в чужой земле, стараясь помочь мне и моему делу. У меня и вашего мужа куда больше общего, чем он готов признать, включая его единокровного брата, моего любимого кузена, — с улыбкой заметил король. — Однако я рано или поздно одолею своих врагов и не затаю зла против Патрика Лесли за то, что он не пришел мне на помощь в горестную минуту. Я его понимаю. Лесли из Гленкирка всегда были преданы дому Стюартов. Патрик Лесли скорбит по отцу так же глубоко, как я — по своему.
Щетка ритмично скользила по мягким локонам.
— Патрик отказал вам в помощи, но я не такова! — выпалила Фланна. — Я вернусь в горы и соберу войско. С вашего позволения, конечно.
Щетка замерла. Король сжал подбородок Фланны и улыбнулся в серебристые глаза.
— Разумеется, милая, я с радостью соглашаюсь на столь благородное предложение, хотя не желал бы стать причиной охлаждения между вами и вашим мужем.
Он неожиданно подался вперед и поцеловал ее в губы.
Фланна оцепенела словно громом пораженная. Его губы оказались теплыми и, к ее величайшему удивлению, мягкими и зовущими. Она вздохнула, сдаваясь на милость победителя.
Очарование нарушил голос Чарли:
— А вот и Энни с твоим вином, Фланна. Хочешь, я попрошу принести тебе ужин прямо в постель? Думаю, так будет лучше всего.
Фланна не сразу сообразила, о чем он, но все же умудрилась выдавить:
— Да, Чарли. Не хотелось бы вставать. Здесь так тепло.
Я еще не вполне согрелась после долгой дороги.
Король хмыкнул, глядя в ее ошеломленное лицо.
«Что за восхитительная маленькая герцогиня! — подумал он. — И уже созрела для обольщения».
Может, и в Шотландии удастся найти кое-какие развлечения, раз уж он все равно вынужден оставаться здесь.
— Ваше предложение принято с огромной благодарностью, — повторил он, прожигая взглядом тонкую ткань ее сорочки.
До чего же прелестное создание, с этими красно-золотистыми волосами, серебристыми глазами, густыми ресницами и сладостным пухленьким ротиком!
Он поцеловал ее на прощание, отложил щетку, встал и поклонился.
— Ты поужинаешь со мной, кузен? — спокойно спросил Чарли, хотя в душе у него все бурлило. Он уже видывал подобное выражение в глазах кузена. Король задумал соблазнить Фланну, столь же очаровательно земную, как его последняя любовница, Люси Уолтере. Но у Люси, в отличие от Фланы, не было мужа! Страшно подумать, что будет с Патриком, если план короля удастся!
— Во всяком случае, выпью вина, — откликнулся Карл. — Меня наверняка уже разыскивают. И без того каждая моя отлучка стоит мне целого состояния. Приходится подкупать стражников, а это недешево стоит. Они ужасно жадные.
Он повернулся к Фланне и добавил:
Читать бесплатно другие книги:
