НЛП. Полный курс освоения базовых приемов Боденхамер Боб

Бэндлер и Гриндер (Bandler & Grinder, 1979) в книге «Из лягушек – в принцы» (под редакцией Стива Андреаса) написали следующее:

«Не заблуждайтесь относительно слов “сознательно” и “неосознанно”. Они нереальны. Они – просто способ описания событий, полезный в контексте, называемом психотерапевтическим изменением. “Сознательным” называется все, о чем вы осведомлены в конкретный момент времени. “Неосознанным” – все остальное».

Если говорить об этих терминах и их использовании для передвижения по территории человеческой осведомленности, «сознательно» является более сфокусированным определением, в то время как «неосознанно» охватывает очень многое. В данном случае оно означает «все остальное»! Соответственно, мы должны различать разнообразные виды неосознанной осведомленности. Таким образом, мы имеем, по крайней мере, следующие аспекты подсознания.

1. Сознательное, которое стало неосознанным.

2. Автономная нервная система, остающаяся «вне сознательной осведомленности».

3. Подсознательная информация, не достигающая порогового уровня осознания.

4. Забытая информация.

5. Вытесненная информация.

6. Метауровни осведомленности.

1. Когда сознательное становится неосознанным

Джордж Миллер (Miller, 1956) написал свою классическую работу «Магическое число 7±2» в начале развития когнитивной психологии. Эта отличительная особенность позволяет нам понять нашу когнитивную обработку информации в терминах «чанкинга».

Итак, мы говорим, что упорядочиваем и структурируем информацию объемом от 5 до 9 «чанков»[15] информации за раз. Все мы делали это, когда впервые изучали алфавит. Мы пришли в школу и увидели «А а» на доске как «чанк» информации; учитель хотел, чтобы мы изучили его. Когда мы осваивали данный «чанк» в терминах визуального и аудиального распознавания и кинестетического воспроизведения (фактического написания этой буквы) – серьезное задание в те дни! – мы переходили к «Б б». Вконечном счете, мы репрезентировали и сохраняли многие «чанки»… и когда это становилось привычным, мы делали это все менее осознанно.

Продолжая изучать алфавит, мы осваивали все большее количество «чанков». В конце концов, мы достигли предела «от 5 до 9 чанков» информации за раз (от А/а до З/з). Но тогда вмешался другой процесс. Когда наши «чанки» становились привычными, они начинали «группироваться» вместе, так что одним «чанком» становились «А/а Б/б В/в». Затем чанком становились «Г/г Д/д Е/е» и т. д. В конечном счете все 33 буквы стали одним чанком. Затем все эти знания сами по себе (группировка, «чанкинг» и то, как осуществлять «чанкинг»!) стали одним неосознанным чанком.

Иначе говоря, «чанки» укрупняются. Они группируются вместе для формирования все больших и больших изолированных последовательностей заякоренных, или связанных, вместе элементов информации, которые затем функционируют как отдельные единицы. Мы передвигаемся по сознательным/неосознанным уровням обучения следующим образом:

1. Неосознанная некомпетентность – мы некомпетентны и не знаем об этом!

2. Осознанная некомпетентность – мы достаточно умны, чтобы осознать свою некомпетентность!

3. Осознанная компетентность – обучение приводит к все лучшему и лучшему владению навыками и пониманию.

4. Неосознанная компетентность – знания группируются вместе и затем «выходят» из сознательной осведомленности.

5. Осознанная компетентность в неосознанной компетентности – состояние разума тренера (или эксперта), которое позволяет ему учить и тренировать других людей навыку посредством сознательного доступа к неосознанным данным (рис. 9.1).

Рис. 9.1. Уровни обучения

Этот процесс развития от неосознанности к осознанию описывает стадии процесса обучения. Он указывает на то, что, когда мы учимся чему-либо сознательно и заучиваем это так, что оно становится в нашей нервной системе привычным, это знание «встраивается» в то, что мы называем «подсознанием». При этом мы по-настоящему и глубоко «знаем» материал! Когда наши знания достигают этой стадии, они составляют нашу интуицию. Этот термин описывает наши «внутренние знания». Мы обладаем интуитивным знанием о предмете. Например, мы интуитивно знаем, как водить автомобиль, кататься на коньках, читать, решать математические задачи, играть на гитаре и т. д. В качестве отступления скажем, что Дэниел Деннетт (Dennett, 1991) считает, что феномен «неосознанного вождения автомобиля» лучше описывать как «пример свертывания сознания в результате быстрой потери памяти».

Это также иллюстрирует один из «самых легких путей» к подсознанию – осознанное обучение. Мы можем поместить информацию в свое подсознание посредством обучения и избыточного обучения.

2. «Неосознанный разум» автономной нервной системы

Еще одним аспектом «подсознания» является «разум» (интеллект) нашей автономной нервной системы. Этот «разум» поддерживает наши сердечные сокращения, регулирует концентрацию нейротрансмиттеров, гормонов, биохимические процессы в нервной системе, управляет дыханием, внутренними органами пищеварения, эндокринной и иммунной системами и т. д. Этот «разум», очевидно, получает из внешней среды входную информацию, описывающую температуру, давление, концентрацию кислорода, запахи, гравитацию, равновесие (вестибулярная система) и т. д. Отвечая на такие «сообщения», он обрабатывает эту информацию в терминах своих внутренних потребностей и желаний. Затем он действует в соответствии с этой информацией, проявляясь в нейрофизиологических реакциях и поведении. Он делает это, не используя какую-либо символическую систему человека (язык, музыку, математику и т. д.).

Однако когда мы начинаем изучать механизмы, позволяющие нам войти в эту более «жестко смонтированную» часть нервной системы и опыта человека, мы понимаем, что этот мир работает преимущественно неосознанным образом. Или можно сказать, что им управляет наше «подсознание».

Теперь мы знаем, что стимулируя и активируя правое полушарие мозга для более яркого переживания и ощущения образов, сценариев и метафор, мы «гипнотически» создаем такую внутренне сфокусированную концентрацию, что она активирует процессы автономной нервной системы. Так мы можем управлять артериальным давлением, частотой сердечных сокращений, интенсивностью боли и т. д.

Как указывал Ноам Хомский в своем классическом лингвистическом исследовании, разгромившем бихевиористскую модель Скиннера, мы также обладаем «генетическим разумом». Мы не учим язык и не можем изучить его при помощи простых ассоциаций типа «стимул – реакция». Вместо этого мы имеем внутри себя некоторый генератор языка и некоторый механизм овладения языком, которые являются частью нашего видового наследия. Это позволяет нам неосознанно создавать и понимать слова – даже те, которые мы никогда прежде не слышали.

3. Подсознание

Другой аспект неосознанной осведомленности касается той информации, которая не достигает порогового уровня и, следовательно, предшествует осознанию. Сигнальное значение этой информации находится ниже уровня, который мы «ощущаем» осознанно. Роберт Дилтс описал эти аспекты в книге «Истоки НЛП» (Dilts, 1983). Здесь речь идет о таких подсознательных элементах, как свет вне пределов видимого диапазона, звуки/вибрация вне слышимого диапазона и т. д.

Существование еще одного «разума» внутри нашего разума, который может подслушивать (если можно так выразиться) информацию из внешней среды и который не появляется в осознании, позволяет найти второй «самый легкий путь» к неосознаваемой части психики, а именно обучение без участия сознания. По-видимому, многое оказывается в неосознаваемой части «разума», минуя осознание. Мы собираем лакомые кусочки информации и небольшие побочные сведения. Такая информация поступает «неосознанно». Мы учимся, но не знаем, что учимся – если не говорить о том, чему мы учимся.

Какой именно вид информации поступает к нам таким образом? Мы полагаем, что такая информация структурирована как встроенные команды, сдвиги тональности, коннотации, внушения, предположения, метауровневый фрейминг и т. д.

Такое «обучение», по-видимому, функционирует как побочный эффект того, что мы просто живем. То есть мы постоянно чему-то учимся, но не «знаем» (осознанно) об этом. Мы особенно ощущаем это в наших снах. Часто мы включаем в них звук текущей воды, будильника, человеческую речь, лай собаки и т. д. из внешнего мира, но продолжаем спать, сделав этот стимул частью сна. Однажды я (М. Х.) бродил мыслями где-то далеко, раскачиваясь при этом в кресле, а когда внезапно «очнулся» от задумчивости, заметил, что неосознанно синхронизировал свои раскачивания с какой-то фоновой музыкой.

Идея перегрузки осознания подробно описана в литературе, посвященной НЛП. Некоторые люди приняли эту идею и использовали ее в своих тренингах. Они так рекламировали свой подход: «Мы перегружаем осознание, чтобы в перегруженном состоянии все просто проскальзывало прямо в подсознание, немедленно давая вам неосознанную компетентность».

Как нам кажется, в этой связи возникают некоторые проблемы. Если перегрузка работает таким образом и так хорошо, то почему мы не организуем начальную, среднюю и высшую школы так, чтобы дети учились по 12 часов? Почему преподаватели не читают им лекции по четыре часа без перерыва, перегружая их, чтобы все «просто проскальзывало» и они «получали это»? Почему мы этого не делаем? Работает ли перегрузка в вашем случае – становитесь ли вы вдруг «превосходной энергичной обучающейся машиной?»

Такого просто не бывает, не так ли? Допущение, лежащее в основе этой идеи, при внимательном исследовании не подтверждается. Обычно большая часть обучения происходит с участием сознания, которое усваивает информацию, принимает ее к исполнению, применяет ее, связывает с имеющимися знаниями и т. д. В данном случае мы имеем недобросовестную рекламу, которая не очень хорошо служит НЛП.

Очевидно, что в результате «побочного эффекта» человек не получает большого количества данных, а также, что эти данные даже не являются наилучшими. Как много этих данных? И как мы затем обрабатываем их полезным для себя способом?

4. Забытая информация

Мы называем подсознанием тот «разум» внутри нас, в котором мы храним все наши воспоминания и весь опыт. В 1950-х годах Пенфилд и другие исследователи обнаружили, что электрическая стимуляция различных областей мозга вызывает автоматическое припоминание давно забытых переживаний. Эти «воспоминания» не просто содержат «данные» в чистой или абстрагированной форме, но, по-видимому, являются повторным переживанием информации. Тогда ученые сделали вывод, что все когда-либо пережитое нами где-то записывается и хранится.

Однако более поздние исследования поставили под сомнение этот квантор общности. Теоретики, в конечном счете, пришли к выводу, что записывается многое из пережитого, но не все. Мы не записываем в «памяти» то, на что мы не обратили внимание. Наше «незнание» такой информации не означает, что «она неосознанна». Это может означать, что мы не закодировали ее как важную для нас. Таким образом, если кто-то имеет «белое пятно» на своей линии времени, это не обязательно означает, что он перенес какую-то травму. Он мог просто не закодировать ничего значимого в этот период. Или он мог потерять интерес к информации, и она ускользнула.

Кроме того, мы можем забыть информацию, и это происходит на самом деле. Мы можем забыть предшествующие знания, переживания, разговоры и т. д. Просто просмотрите старые доклады и конспекты, которые вы написали, когда учились в школе 20 или 30 лет назад. Или прочитайте журнальные статьи о повседневных разговорах, переживаниях и событиях пятилетней давности, и вы удивитесь, что многое даже не узнаете. Это стало не просто неосознанным, но неосознанным и недоступным.

Недавно я (М. Х.) убедился в этом на собственном опыте, когда столкнулся со старыми записями, которые сделал во время занятий по тригонометрии при углубленном изучении математики. Я не просто забыл, что делал такие записи, – я даже не смог вспомнить их смысл. «Что же означает эта формула? Я не могу поверить, что когда-то знал это!»

5. Вытесненная информация

Хотя не Зигмунд Фрейд ввел понятие «подсознание», он, определенно, популяризировал его. При этом он сделал его частью культуры XX века. Соответственно, он говорил о предсознании, сознании и подсознании. Под последним он понимал ту часть «психики», которую мы подавляем и вытесняем. Он утверждал, что при использовании различных защитных механизмов мы создаем барьеры против осознания. Мы не хотим знать, что находится в нашем подсознании. Мы боимся знания (эта структура функционирует как метасостояние). Так как наше «эго» (он называл это «принципом реальности») не может иметь дело с определенной информацией, оно сдерживает, вытесняет, отвергает, отбрасывает ее и т. д. Оно вырабатывает установку (программирует себя) против знания.

Фрейд смотрел на этот нездоровый аспект подсознания как на место вытесненных отрицательных эмоций, необузданных и запретных сексуальных фантазий и глубоких генетически обусловленных побуждений или «инстинктов», вроде предположенного им «инстинкта смерти».

Талант Фрейда позволил ему разработать многочисленные методы восстановления вытесненной неосознаваемой информации.

1. Свободные ассоциации: лежите спокойно и просто обращайте внимание на то, что вторгается в ваше сознание, позвольте этому случиться, не выталкивайте и не подавляйте это.

2. Запись и анализ снов: обратите внимание на образы и представления, которые ваше подсознание предлагает вам в снах. Записывайте свои сны, затем отделите явное содержание снов от их скрытого содержания.

3. Обратите внимание на «оговорки по Фрейду». Улавливайте неосознанные ошибочные высказывания, которые часто указывают на неосознаваемые мысли и осведомленность. Затем выясните, указывает ли это на какую-либо «программу» против определенного знания.

Относительно этого аспекта подсознания Милтон Эриксон (Erickson, 1976) говорил: «Ваши пациенты являются таковыми из-за того, что они потеряли раппорт со своим подсознанием». Это наводит на мысль, что истинное психическое здоровье подразумевает хороший баланс и раппорт между сознательной и неосознаваемой «частями» разума. То, что мы называем «неосознаваемыми частями», развивается из-за нарушения гармонии между определенными частями разума. Разум больше не функционирует как единое целое.

6. Метауровни осведомленности

Другой аспект разума, который становится неосознаваемым и затем показывает силу и природу подсознания, связан с метауровнями осознания. Это относится к тем системам отсчета, которые мы конструируем по ходу жизни – тем фреймам, которые мы затем используем в качестве нашей метауровневой системы отсчета. Это включает такие субъективные интеллектуально-эмоциональные явления, как убеждения, ценности, критерии, «правила», области знания, концепции и т. д.

Когда мы что-то изучаем, это не только становится неосознаваемым, но часто начинает функционировать на метауровне по отношению к повседневному осознанию исходного уровня. Такая информация становится нашими метапрограммами, нашими метасостояниями, нашими метауровневыми областями знания. Мы определенно можем перенести эти структуры значений (семантических) в сознание, но обычно они функционируют просто как системы отсчета, в которых мы живем и действуем, – как наша предполагаемая реальность.

Таким образом, осознанная мысль включает не только осведомленность о чем-либо, но и осведомленность более высокого уровня: осведомленность об осведомленности о чем-либо. Я могу управлять автомобилем с осведомленностью об улицах, людях, дорожных знаках и т. д., но пока я не буду иметь осведомленность об этой осведомленности, мне будет казаться, что я управляю автомобилем неосознанно. Розенталь (Rosenthal, 1990) в своей книге «Почему вербально выраженные мысли осознанны?» пишет, что осознанное состояние от неосознанного отличает простое свойство обладания «мыслью более высокого порядка о данном состоянии».

Расширенный шестишаговый

1. Установите раппорт. Первый шаг касается установления раппорта с неосознаваемой частью разума. Когда человек объясняет проблему, присоединитесь к нему, отзеркальте его и подстройтесь к нему. Это позволяет нам установить раппорт с неосознаваемой частью. Мы можем начать установление коммуникации с этой частью с использования таких неспецифических глаголов, как «общаться» и «подтверждать». Такие слова побудят неосознаваемую часть говорить, используя свою собственную репрезентативную систему. Когда эта часть начнет говорить, мы можем присоединиться к ее предикатам. Кроме того, важно помнить, что подсознание часто использует репрезентативную систему, отличающуюся от репрезентативной системы, используемой сознанием. Когда клиент получает доступ к неосознаваемой части, обратите внимание на языковые признаки использования им другой репрезентативной системы. Если это так, присоединитесь к репрезентативной системе неосознаваемой части.

2. Определите коммуникативные сигналы. Затем, если проблема лежит вне сознательного контроля, нам нужно помочь клиенту установить осознанную коммуникацию со своей неосознаваемой частью. Если клиент мог или может сознательно контролировать поведение, позвольте ему сделать это. Однако в большинстве случаев люди обращаются за помощью именно потому, что у них имеется внутренний конфликт между осознанными желаниями и неосознаваемыми формами поведения, которые они не могут контролировать. Часто подсознание знает намного больше о потребностях человека, чем сознание. Подсознание также часто знает о потребностях клиента больше, чем мы. Поэтому мудрый психотерапевт будет интересоваться подсознанием.

Когда человек говорит: «Я хочу перестать набирать вес», – он дает знать, что пытался сознательно перестать переедать, но у него это не получилось. Сознательно он не использовал возможность выбора. Что мы должны сделать? Перейти сразу к источнику проблемы – к тому, как он составил свою карту реальности и сохранил ее в своем подсознании. Чтобы обнаружить в неосознаваемой части позитивное намерение, являющееся причиной проблемы, мы должны поговорить с ней. Таким образом, коммуникация с этой частью позволяет нам обнаружить ее позитивное намерение для человека. Когда мы обнаружим его, мы можем помочь клиенту найти альтернативные формы поведения, которые будут намного эффективнее.

3. Получите доступ к неосознаваемой части при помощи вопросов/высказываний. Теперь мы можем формально установить коммуникацию с неосознаваемой частью. Исходя из предположения, что в определенном контексте все формы поведения ценны и полезны, мы допускаем, что эта часть пытается сделать нечто важное. Это помогает нам установить с ней коммуникацию.

«Я признаю, что у вас есть часть, вызывающая такое поведение, которое вам не нравится и которое вы больше не находите полезным» (так мы вводим человека в метасостояние). «Это поведение имеет определенную ценность или значимость для вас; вы долгое время поступали таким образом. Вы также можете начать верить в то, что оно делает нечто полезное для вас, даже если вы не знаете, в чем именно заключается эта польза… Также вы осознаете, что вам уже не нравятся получаемые результаты, и вы желаете, чтобы это поведение прекратило создавать вам проблемы. Сейчас я не знаю позитивных намерений неосознаваемой части… Судя по вашим ответам, вы, вероятно, тоже. Но разве вы не хотели бы знать их? Поэтому давайте затронем эту вашу могущественную часть и посмотрим, расскажет ли она нам, что полезное она хотела сделать для вас. Когда мы установим с ней коммуникацию, мы должны обнаружить, что на протяжении, возможно, многих лет эта часть хотела сообщить вам. Мне интересно, что вы об этом думаете? Итак, сейчас мы можем предоставить ей такой шанс».

4. Сделайте клиента чувствительным к сигналам от его подсознания. Когда вы уходите внутрь себя и задаете вопрос неосознаваемой части себя, вы можете обратить более пристальное внимание на внутренние ощущения, образы или звуки, которые будут присутствовать в ответе. Вы не должны никак влиять на ответы. Ваша неосознаваемая часть, генерирующая поведение, будет осуществлять коммуникацию так, как пожелает, а вы можете просто наблюдать… за тем, как она отвечает. Просто спросите эту часть: «Не захочет ли моя часть, ответственная за это поведение, пообщаться со мной и рассказать мне о своих позитивных намерениях?»

Мы можем держать эту часть отдельно от поведения, если будем говорить о «части, которая генерирует данную форму поведения», а не о «(название формы поведения) части». При рефрейминге мы должны быть особенно внимательными, чтобы получить информацию о позитивных намерениях неосознаваемой части. Эти намерения будут отличаться от поведения, как «критика» (поведение) отличается от попыток «исправить положение», «подкорректировать что-то, что я считаю проблемой» (намерение). Следовательно, когда мы формулируем высказывания и вопросы, мы должны позаботиться о том, чтобы говорить о неосознаваемой части и о поведении как о разных вещах.

Когда человек слышит наши слова и повторяет их внутри себя, мы должны очень внимательно следить за сдвигами или изменениями его физиологии. При этом мы осуществляем калибровку для того, чтобы видеть, можем ли мы обнаружить неосознаваемые реакции его автономной нервной системы. Мы часто будем наблюдать у человека изменения при задавании вопроса! Мы получим реакции и невербальные сигналы человека даже до того, как он осознает их. При этом мы наблюдаем за изменениями дыхания, подергиваниями пальцев, пожиманием плеч, изменением цвета лица и т. д. Все это является возможными сигналами от подсознания – внешними сигналами.

Иногда клиент будет отмечать ощущение, голос или картину внути себя, – рассматривайте это как сигнал от подсознания. Он отличается только тем, что является внутренним.

5. Определите сигналы «да/нет». Когда мы получим сигналы от подсознания, мы можем использовать их, чтобы задавать конкретные вопросы, на которые можно ответить «да» или «нет». Если у вас есть внутренний сигнал, скажите: «Только для того, чтобы я ясно понимал тебя и мог лучше оценить твою цель, если это на самом деле означает “да”, пожалуйста, сделай этот сигнал сильнее… а если это на самом деле означает “нет”, пожалуйста, ослабь его». Повторяйте это, пока не почувствуете, что вы уверены в этих сигналах. «Не усилит ли эта часть или внутреннее состояние, генерирующее данное поведение, этот сигнал “да”, чтобы я знал, что ты на самом деле имеешь в виду “да”». «А яркость этого сигнала “нет”, связанного с уменьшением яркости, ослабь еще сильнее, если я правильно понял это как твой сигнал “нет”».

Мы задаем вопросы «да/нет» в указанном порядке и обычно можем получить «ощущение “да”» или «ощущение “нет”». Наша внутренняя картина в случае «да» может стать ярче, ближе, насыщенней и т. д. Наш внутренний голос в случае «нет» может звучать громче, быстрее или может иметь другой тон. Наши внутренние кинестетические ощущения могут в случае «да» стать более теплыми или прохладными, а в случае «нет» – более напряженными.

Внешне мы можем заметить кивание головой в случае «да» или прекращение кивания в случае «нет». Иногда неосознаваемые ответы будут проявляться таким очевидным образом. Мы также можем заметить большее напряжение лицевых мышц в случае «нет» и их расслабление в случае «да».

6. Извинитесь перед неосознаваемой частью. Если ни вы, ни другой человек, по-видимому, не смогли обнаружить неосознаваемую реакцию, считайте, что эта часть не будет говорить с вами. Она отказывается. Что это значит? Наверное, она чувствует себя оскорбленной и недооцененной.

«При погружении вглубь себя вы, возможно, начнете осознавать, что тот способ, при помощи которого вы годами разговаривали с этой частью себя, оскорблял ее, так что она не чувствовала себя правой или оцененной, и это было вызвано тем, что вы просто не знали, что она пыталась сделать тем или иным образом что-то ценное для вас… но теперь, когда вы начали понимать это… вы можете извиниться перед ней так, чтобы она узнала, что теперь вы хотите помириться и подружиться с ней, потому что, если вы и она необъективно относитесь друг к другу, это только удерживает вас в состоянии тупика…».

Сделав это, вернитесь назад к определению сигналов «да/нет».

7. Обнаружьте ее позитивные намерения. Определив сигналы «да/нет», пусть человек погрузится внутрь себя и задаст такой вопрос: «Позволишь ли ты мне сознательно знать, что ты пытаешься сделать для меня, что я смогу оценить как имеющее положительное значение?» Если ответом будет «да», пуcть неосознаваемая часть проинформирует человека о своих позитивных намерениях. Если «нет», спросите человека: «Можете ли вы прямо сейчас продолжить и поверить в то, что ваша неосознаваемая часть имеет некоторое позитивное намерение, даже если она сейчас не расскажет вам о нем?»

8. Получите доступ к креативной части. Получите доступ к той части, которая творит, обновляет, придумывает новые фантастические идеи, и осуществите ее якорение. Теперь попросите часть, управляющую нежелательным поведением, сообщить свои позитивные намерения этой креативной части, и каждый раз, когда креативная часть будет создавать новое поведение, которое будет работать хорошо или лучше, чем старое, пусть она передает вам сигнал «да».

9. Осуществите подстройку изменений к будущему. Когда человек погрузится в себя, пусть он спросит свою неосознаваемую часть: «Не примешь ли ты на себя ответственность за использование одной из этих трех новых форм поведения в соответствующих контекстах?» Позвольте вашему подсознанию определить сигналы, которые будут запускать новые варианты выбора, и полностью ощутить простое и автоматическое обладание одним из этих новых вариантов, доступных в данном контексте.

10. Проведите экологическую проверку. Снова погрузитесь внутрь себя и спросите: «Возражает ли какая-нибудь моя часть против обладания одним из трех этих новых вариантов вместо старого поведения?»

Милтон-модель

После разработки метамодели Бэндлер и Гриндер познакомились с Милтоном Эриксоном, всемирно известным гипнотерапевтом и основателем Американского общества клинического гипноза. Гриндер отмечает, что модель Эриксона является наилучшей моделью из тех, которые он когда-либо использовал (O’Connor & Seymour, 1990). Эриксон разработал абсолютно новый подход к психотерапии и коммуникации. Вскоре после изучения работы Эриксона Бэндлер и Гриндер опубликовали книгу «Паттерны гипнотических техник Милтона Эриксона. Том I» (Bandler & Grinder, 1975). Позднее, в соавторстве с Джудит Делозье, они опубликовали второй том этой книги (Bandler, Grinder, & DeLozier, 1977). Бэндлер и Гриндер узнали от Эриксона о значении транса и измененных состояний сознания для психотерапии.

Многие базовые пресуппозиции НЛП основаны на изучении работы Эриксона. Он уважал подсознание клиента и считал, что все поведение имеет в своей основе позитивные намерения, что люди совершают наилучший выбор из доступных им вариантов и обладают ресурсами для того, чтобы осуществлять желаемые изменения и т. д. Мастерство Эриксона лежит в основе многих техник НЛП установления и поддержания раппорта (подстройки и ведения).

Используя метамодель, мы обращаемся к специфическим деталям для восстановления искаженной, обобщенной и опущенной информации, поэтому применение метамодели выводит нас из транса. При использовании Милтон-модели мы, наоборот, осуществляем укрупнение для создания новых обобщений, опущений и искажений. Вместо получения конкретной информации при использовании Милтон-модели мы поднимаемся к общей информации – к более общей картине. Милтон-модель – зеркальное отражение метамодели (рис. 10.1).

Рис. 10.1. Укрупнение/разукрупнение

В этой модели вы найдете множество искажений, обобщений и опущений. В ней мы намеренно используем язык так, чтобы дать клиенту возможность восполнить недостающие детали. Мы предоставляем клиенту открытый фрейм и небольшой контекст, чтобы его подсознание активировало внутренний поиск. Общие фразы побуждают человека во время этого поиска входить в транс. Поэтому языковые паттерны Милтон-модели способствуют этому процессу.

Милтон-модель – это зеркальное отражение метамодели, поэтому мы вводим человека в транс, используя нарушения метамодели. Мы не задаем вопросы – вопросы побуждают сознание подниматься (в состояние «аптайм»). Ниже приведен пример творческого использования нарушений метамодели для введения человека в состояние транса.

Милтон-модель – это зеркальное отражение метамодели, поэтому мы вводим человека в транс, используя нарушения метамодели.

«Я знаю (чтение мыслей), что вы начали получать новые знания (номинализация) об огромном количестве важных для вас вопросов (неспецифическое существительное). Учиться, по-настоящему учиться хорошо (утраченный перформатив)… Приобретая новые знания (пресуппозиция), вы уже начали изменяться (причинно-следственные отношения), и я не знаю, какие чувства у вас это вызывает… но вы можете изменяться. Тот факт, что вы уже начали изменяться таким изящным способом, означает, что лечение (комплексный эквивалент) началось. Вы, возможно, переживаете эти изменения (пресуппозиция) в том, как вы себя чувствуете или просто в том, как вы говорите с самими собой. Так как изменения (номинализация) начались, это означает, что все (квантор общности) другие требующие лечения области также могут начать изменяться (все предложение – комплексный эквивалент). Вы можете измениться (модальный оператор возможности и неспецифический глагол) так, как требуется (модальный оператор необходимости). Изменяться – более или менее правильное решение (утраченный перформатив, неполное сравнение)».

Рис. 10.2. Укрупнение – другой формат (Источник: Young, 1999)

В дополнение к этим категориям метамодели Милтон-модель предлагает и другие категории, список которых приводится ниже.

3. Двойные связи

«Вы можете войти в транс сейчас или десять минут спустя; я не знаю, как вы поступите…» Если ваше подсознание приняло предположение, заключенное в этом высказывании, вы или уже вошли в транс, или сделаете это в ближайшее время. При двойных связях в фразе содержится невысказанное предположение. Родители, по-видимому, обладают естественным талантом использования двойных связей. «Джон, когда ты будешь делать домашнюю работу? До начала этой телевизионной передачи или сразу после ее окончания?» «Теперь, когда вы вошли в транс, какую руку вы хотите поднять? Вы хотите, чтобы поднялась правая рука или левая?» Вопрос о том, какой руке будет соответствовать определенный образ (при визуальном сдавливании), является примером двойной связи.

Рис. 10.3. Двойная связь

Примеры:

Вы хотите начать сейчас или позднее?

Когда вы спите или при пробуждении…

До того, как вы покинете эту комнату, или после…

Когда вы ляжете спать, вы или будете видеть сны, или нет.

Вы начнете изменяться сейчас или после этой сессии?

Вы хотели бы бросить курить сегодня или завтра?

Вы хотите купить этот автомобиль сейчас или сначала хотите проехать на нем?

Вы либо будете, либо не будете (после чего следует неспецифический глагол).

Используйте столько времени, сколько вам нужно, чтобы завершить это за следующие пять минут.

Вы можете изменяться так быстро или так медленно, как хотите.

Если вы не записали хотя бы одну двойную связь, вы или очень скоро автоматически подумаете об одной, или удивитесь, когда вам в голову придет другая двойная связь, чтобы вы смогли ее записать.