Как я провел в Перу. Мачу-Пикчу, Куско, Лима, Куэлап, Гокта, Чиклайо, Трухильо, Наска, Арекипа, Колка, Пуно, Титикака, острова Солнца и Луны и многое другое… Кош Б.

28 Соляные делянки в Марасе

Марас – соляные копи инков

Так как скакали мы галопом по Европам, то Уго Кошу не рекомендовал спускаться вниз, на дно воронки, не было времени для этого25. Вместо этого мы поехали к нему домой за батарейкой, и оттуда сразу в Марас26. В Марас приехали, когда начинало смеркаться. Кош не учел, что снимать Марас лучше всего в солнечных лучах. Уго остался на площадке, а Кош быстро-быстро помчался с камерой на соляные поля.

Туристов, кроме него не было27. Только виднелась внизу пара человек, собирающих соль, и какая-то девочка пробежала, тоже видимо осмотрела, не насушилось ли соли – а так не было ни-ко-го28. Только белая соляная пустыня, нарезанная на квадратики делянок. Ограниченных соляными бортиками. Сверху стекал соляной ручей, выбивавшийся из-под горы, и индейцы построили на его пути сеть полей испарения. Открывалась заслонка, вода затекала на делянку, опускали заслонку, и вода высыхала на солнце, оставляя соль, которую собирали и продавали. Тем и жили. И сейчас тем живут.

Вода образует наслоения. Самый нижний слой, почти розовой соли, считается призовым и идет на столовую соль. Следующий слой – белый, а верхний – обычно коричневый и его пускают на промышленную соль. У входа на делянки стоит кооперативный магазинчик, и там можно купить эту соль и прочие сувениры (что автор и сделал, возвращаясь с делянок). Но не так, чтобы дешево.

Всего делянок порядка пяти тысяч! Каждая – примерно четыре на четыре метра, глубиной примерно тридцать сантиметров. Раньше каждое поле кому-то принадлежало, а теперь, сказал Уго, это кооператив. Колхоз. Но, все равно, у каждой делянки есть свой как бы хозяин. Он просто должен быть членом общины. Полно свободных делянок, нет достаточно хозяев.

Кош пробежался по верхней кромке поля и поснимал29. Солнце уже садилось, и с кошевой мыльницевой оптикой все это было не оптимально, но зрелище и вообще атмосферность потрясающие. Весьма. Вид полей, сияющих на солнце на склоне горы – фантастический, нереальный пейзаж.

Вечер в Ойянте

Последний пункт повестки дня – Ольянтайтамбо, или, как она реально произносится, Ойянтатамбо. Проще – Ойянта. Из Мораса мы выехали еще засветло, но по дороге на долину пала тропическая ночь. Казалось, по карте, там всего ничего – но карты коварны. Дороги в Долине узкие и скорости малы. В Ойянту мы приехали уже в темноте.

Долго пришлось плутать по брусчатым улочкам, так как Уго не знал, где забронированный хостел. Хостелов тут миллион, (на трипадвизоре показали только 20—30 и все дорогие). Вокруг брусчатки – каменные стены. Уго сказал, что и брусчатка, и стены все еще инкские – какие были, такие и осталось. Сохранившийся образецм оригинальной городской застройки инков. С трудом поверилось, но так и было. Кажется невероятным, чтобы это сохранилось в течение пятисот лет (не растащили на кирпичи).

Хозяйкой хостела оказалась приятная француженка, сразу выдала комнату (фото 30). В таких хостелах, уже заметил автор, владельцы и операторы, как правило, были иностранцами. Даже спросил француженку,

– Похоже, самим перуанцам этот бизнес не особенно интересен?

– Так и есть, – сказала француженка, – не идет он у них почему-то.

Похоже, такая же несервисная (как говорят америкосы) нация, как русские и кубинцы30. Зато готовят они хорошо.

Кош, собственно, за весь день ничего не ел, и к тому же обещал Агнес, что накормит Уго в Ойянте. Пока Кош раскладывался, Уго выяснил у француженки, какой тут ресторан получше, и мы двинулись на центральную площадь – она была совсем рядом. Маленькая площадь. И заведений открытых в это время – а было часов всего девять вечера – на ней было немного. В ресторане мы оказались фактически тоже одни. Рестораном рулили какие-то два местных парня, один видно шеф, второй менеджер. Такая парочка.

Интерьер был с претензией – дубовые столы, скатерти. Заказали чего-то поесть, даже не помню, чего-то местного. Но не куя (фото 29). И пива местного. Прямо скажем, хоть и неплохо, но на этот раз еда особо не впечатлила. ИМХО, есть надо скорее в забегаловках и у народа, пусть там на вид антисанитария.

29 Ужин в Ойянте

30 Комната в хостеле в Ойянте

Содрали баксов по 25 с носа – детские цены, но тут это вроде был самый продвинутый ресторан. Зато расплатиться удалось кредиткой, чудеса – у них работала машинка. Не мудрено, при таких-то ценах. Вернулись к хостелу. Уго предстояло вернуться в Куско, и мы встречались через день, после Мачу-Пикчу. Пожали друг другу руки.

Только тут, оставшись в одиночестве, взглянул вверх, на небо. Фантастическое зрелище! Кош не помнит, видел ли он когда-либо такое небо? Может быть, в пионерском детстве? Небо вспухло звездами – огромные звездные грозди нависли над Ойянтой. Пытался это снять на мыльницу, но куда там.

Жалко, что не посмотрел подольше. Но это была всего лишь вторая ночь в Перу, думал, тут везде так. Оказалось, что на равнине – на побережье – неба не видно. А в горах, в Чачапойас, висела какая-то пыль, никакого неба. Это было единственное впечатление от настоящего горного неба в Южной Америке. Вставляет.

30а Карта маршрута Куско – Ойянта – Мачу-Пикчу (гугломап)

Бывают дни и бывают дни. Дни текут рекой, а дней всего несколько в жизни, и они остаются навсегда. Этот первый день в Перу был именно такой день. По насыщенности впечатлениями с ним сравнится разве что первый день, проведенный в Гаване в далеком 2007-м году31. А завтра предстоял Мачу-Пикчу! (См. карту30а с расположением Куско, Морай, Марас, Ойянты и Мачу-Пикчу.)

Мачу-Пикчу

Вокзал в Ойянте

Утром разбудила француженка – пти-дежене! Но завтракать не хотелось. Вышел в садик хостела и только тут увидел, что было упущено вчера – грандиозные инкские укрепления на другом берегу (фото 31). Увы. Времени на них не было. Не судьба.

31 Вид на развалины Ойянтатамбо

32 Сохранившиеся стены домов инков в Ойянте

Расположение хостела – в садовой зоне у реки с видом на развалины – было донельзя романтическое. Но это что! Тут были хостелы прямо в зданиях, частично построенных еще инками. Собрал вещички и двинулся к станции по узкой улочке, огороженной каменной стеной, тоже инкской.

Ойянту построили как «станцию» (тамбо) на одной из инкских королевских дорог. Как почтовые станции в Российской империи. Только тут не было лошадей. Вместо этого, здесь отдыхали и отъедались пешие государевы гонцы – часки. Отсюда и Ойянта-тамбо. Но здесь возник целый город, а не просто станция.

В начале XVI века, испанцы, казнив верховного Инку в Кахамарке, назначили вместо него править родственника, Манко Капака. Тот для виду поправил, а потом поднял восстание против испанцев, и больше года штурмовал их в Куско. Испанцам удалось удержаться, а индейцам надоела осада и они ее сняли. Армия Манко Капака отступила в Ойянту, и здесь дала последний бой преследующим их испанцам. После этого, инки отошли в секретный город Вилькабамбу, где и жили суверенно еще полвека, до Тупака Амару.

Ойянта сохранилась как оригинальный инкский город больше, чем все, что удалось видеть после и до (фото 32). На нее, в самом деле, нужно потратить как минимум день, а то и два, чтобы проникнуться. Возможно, организовать это не так просто. Массовый турист использует Ойянту просто как удобный пункт по пути в Мачу-Пикчу. Ну, еще осмотреть крепость. Про экскурсии по самому городу, с точки зрения его инкской урбанистики, слышать не приходилось. Но, возможно, они есть!

До станции было минут двадцать пешком. То и дело проносились мимо автобусы и такси с туристами. Дорога шла вдоль реки (на берегу которой и стояла крепость инков), и нескончаемо тянулись хостелы и отели. Когда Кош искал хостел в Ойянте по интернету, их было в трипадвизере – штук двадцать, и цены были не то что заоблачные, но повыше средних. Тут же, «на земле», их были десятки, и явно можно было легко договорится баксов за 20—30, а то и меньше.

Были и какие-то совсем роскошные, чуть не пятизвездочные, с территорией, окруженной стеной, как санаторий ЦК. Возникло сомнение в бизнес-модели этих роскошных оазисов в этой бедной стране. Но, учитывая, что сюда приезжает как минимум, миллион иностранцев в год, и среди них много всяких селебритис, наверно, им же тоже надо где-то жить. Не в хостелах же им жить, селебритисам. Народу утром, кроме сновавших такси, не было никого – только речка, да горы, да хостелы.

При станции оказался стандартный базар (так напоминающий московские базары 90-х годов!) Настойчиво продавали жидкость от комаров, и Кош даже ее купил, так как забыл свою в вещах, оставленных в Куско. (В тот раз совершенно не пригодилась – хотя раз на раз не приходится32.) Станция была огорожена, везде была полиция с автоматами, а вход был по паспортам – не хухры-мухры. Во всех странах транспортные узлы – зона особого режима, но в Перу (в отличие даже от Кубы) с секьюрити везде серьезно. И немудрено, учитывая проблемы – преступность, картели, Сендеро Люминозо.

Впрочем, на паспорта всяких экстранхеросов, так же как на Кубе, даже не смотрели. Видимо, с экстранхеросами особых проблем пока не было (в аэропортах смотрят строго, там ловят курьеров и мулов).

Станция была маленькая, провинциальная, и вся как бы вся вышедшая из фильмов тридцатых годов. Наверняка она еще помнила фон Хагена! На путях уже стоял поезд, экстранхеросов загоняли в вагоны – опять же по развернутым билетам и паспортам, как в самолет. Один чиновник проверял билет, другой паспорт, и запускали экстранхероса внутрь.

Это был предыдущий поезд. Кош решил выпить чашечку американо – о, да, тут был американо, и что же еще пить, будучи экстранхеросом – в пристанционном буфете. Тогда Кош не понимал, что настоящая эспрессо-машина в Перу – редкость. И она тут исключительно из-за экстранхеросов. Сами перуанцы такое практически не пьют. Продавали и коньячок, а также и чай из тех листиков! Так что Кош решил, перед восхождением, хлопнуть еще и знаменитого листового чая (стоил порядка бакса, кажется, фото 33).

33 Кофе американо и листовой чай на вокзале Ойянты

34 Поезд в Мачу-Пикчу на платформе в Ойянте

35 Внутри поезда «Панорама»

Тут подали наш поезд, «с панорамой». Поезд был голубой – да-да! тот самый голубой вагон! – с «фонарями» в потолке – потому и панорама. Самые лучшие места были впереди в первом вагоне, там был полный обзор. Но их, наверно, надо покупать как-то специально. Очень похож на электричку с кожаными самолетными сиденьями (фото 34—35). Поехали!

Вокруг расстилалась горная панорама. Виды, как и везде в долине, замечательные. Поезд был забит33. Именно билет на поезд – самое сложное в организации экспедиции на Мачу Пикчу. Больше никак туда не попадешь (если не брать экстрим). Пассажиры были всех видов и возрастов, довольно много семей с детьми. Хиппи, бизнесмены и панки. Кто был одет по-походному, как Кош, а были и фифочки в кокетливых шляпках, шортиках на каблуках (фото 35). Это контрастировало с рабочей одеждой перуанцев на станциях, одетых примерно, как и в России одевались деревенские.

Сначала поезд шел по долине мимо индейских деревень с каменными домами вполне инкского вида. Каменная кладка, без штукатурки34. Потом въехали в ущелье и поселки кончились. Где-то посередине остановились в лесу и выгрузили народ на инка-трейл. Эти пойдут пешком три дня (тоже надо заказывать месяца за три-четыре).

Еще встретилась настоящая электричка с местными жителями – та, что в десять раз дешевле, чем для туристов. Эта была обшарпанная, и народ в ней был битком, как-то мрачно смотревший на довольных жизнью экстранхеросов. Это была реальная жизнь, в отличие от нашего аттракциона35. Но продают ли на нее билеты для иностранцев? Да и идет ли она до самого Агуа Калиенте? Это осталось загадкой.

Агуас Калиентес – туристская ловушка

Часа через два прибыли на станцию Мачу-Пикчу, она же Агуа Калиенте («Горячий Источник», формально – во множественном числе, «Горячие Источники», Агуас Калиентес, но последние «с» в разговорной речи не слышны). Станция цивильная, европейского типа (см. карту 36а). Входы и выходы контролируются полицией, вооруженной калашниковыми. Вокруг вздымались горы.

Сразу за станцией был огромный, в это время еще пустой, рынок типа Битцы. Он был стратегически расположен между станцией и городом – его нельзя обойти. Дальше мост через речку а (приток Урубамбы) а за мостом через нее – центр городка Агуа Калиенте. Привокзальная улица с рядом автобусов типа Мерседес, поджидавших туристов (18 баксов туда-обратно) (фото 36).

Особо шустрые могли сэкономить эти деньги и идти к Мачу-Пикчу пешком – это не возбранялось. Для них есть специальная тропа, идущая прямо вверх, пересекая перпендкулярно автобусный серпантин (см. карту). Говорят, это три часа в одну сторону, хотя всего восемь километров. Но в горку.

А мы – по серпантину на автобусе. Виды замечательные. Есть, конечно, смысл идти пешком, если есть время.

На Трипадвизере есть дискуссия – где ночевать, в Ойянте или же в Агуа Калиенте, считавшейся многими «туристской ловушкой»? Кош решил в пользу Ойянты, но теперь считает, что на самом деле надо было ночевать в Агуа, наплевав на туристическое сусло, и идти на гору утром пешком. Или на первом автобусе, чтобы встречать там рассвет (теперь для этого надо брать утренний билет… а по-хорошему – оба, то есть, просто цена возросла в два раза). Да и подъем сам по себе интересен.

Не исключено, что уж если досюда добрался, то надо еще раз ночевать в Агуа и еще раз подниматься на МП. Это будет полный комплект. Но кто же знал! Для такого маршрута, надо приезжать в Долину на неделю, а не скакать по верхам. Но Долина этого заслуживает.

36 Остановка автобуса идущего в Мачу-Пикчу

Наверху, автобусы останавливаются на площадке, где расположены единственный отель для ВИПов (по штуке, что ли, самая дешевая комната… но, если подумать, в этом есть некий смысл, см. отель Белмонд на карте 36а), ресторан и камера хранения. Сдал вещички, захватив только воду, камеры и альпеншток с резиновым набалдашником. Купил перед отлетом два складных альпенштока за двадцать баксов – и это было одно из самых правильных инвестиций в эту поездку и по жизни вообще. Двинулся к проходной.

36а Карта региона Агуа Калиенте и Мачу-Пикчу (гугломап)

Сбыча, так сказать, детских мечт. Вот она, мечта, рядом!

Проходная была с турникетами и свайпами карточек, как в метро, но дублировалась кучей служителей и полицией, с все теми же автоматами. Мало ли что.

Вверх, по склону Вайаны Пикчу

И вот мы внутри. Узкая тропинка вдоль скалы выводит в город – и там все, как на картинках (фото 37). Везде бродят ламы, туристы, гиды… Однако, не было времени рассиживаться – было уже начало десятого, а в десять запускали его (вторую и последнюю) группу на Вайану Пикчу (Уайну Пикчу36). Нужно было еще вход найти.

Кош помчался по указателям, щелкая на ходу камерой (фото 37—38).

37 Вид на Вайана-Пикчу

38 Стены в Мачу-Пикчу

39 Очередь на пропускной пункт трека на Вайана-пикчу

Мачу-Пикчу – небольшой поселок неясного назначения. Самое расхожее представление – это была летняя дача для королевской семьи Инки. Здесь были, впрочем, алтари и обсерватория. Виллы, склады продовольствия, жилище для персонала, террасы для выращивания овощей и бобов. Поселок был практически независим от внешнего мира.

Быстро пробежал через центр города, игнорируя все ловушки, по указателям двигаясь к Вайане. Вход оказался неподалеку, за ритуальной площадкой с каменной стелой (алтарем). Там уже скапливался народ. Была прилично пиплов и постарше Коша. Стало легче на душе (фото 39). В ту первую поездку в Перу Кош ужасно мандражировал – что тут, или там, не сдюжит, сойдет с дистанции. Все это оказалось ерундой.

На Вайане есть три маршрута – короткий, стандартный, и длинный, с обходом всей горы по периметру (см. карту 36а). Длинный занимал примерно четыре часа, и Кош сначала подумал, что успеет пройти по нему. В десять ровно открыли окошко в пропускной будке, и стали записывать фамилии по паспортам, требуя расписываться в прохождении на территорию. Что на свою ответственность и никто ни за что не отвечает. После этого туристов запускали на тропу – и иди себе.

Поколебавшись у очередной развилки, решил идти по второму, стандартному маршруту. Навстречу то и дело попадался народ из ранней партии, запущенной в восемь утра, кажется (вот с ней и надо было идти!)

Скоро основная масса группы ушла вперед, и Кош остался один на тропке, ведущей вверх. Между самим городом и началом подъема на гору – довольно приличное расстояние.

Иногда обгоняли молодые шустрые туристы, но большого попутного движения не было, скорее встречное. Напрягаться и спешить уже некуда. Впереди – целый день. Сороче-пилюли приняты, чай из листьев на станции выпит, в пакете с листьями оставалось еще кое-что пожевать. Бодро двинулись вперед и скоро попали на тропу инков!

Действительно, тропа, и, действительно, выложенная еще инками. Тропа то поднималась вверх, то ныряла вдоль склона. Она шла не вокруг горы, спиралью, а зигзагом (его видно и на гугломапе), как автобусный серпантин. Время от времени, внизу появлялась панорама Мачу-Пикчу, становившемся все меньше и меньше (фото 40).

40 Вид на Мачу-Пикчу с Вайаны-Пикчу

41 Лестница на Вайану-Пикчу

Влево-вправо, влево-вправо. Не сказать, что тропа была крута, всего пара мест потребовали альпенштока. Весьма комфортная тропа для любого вида туриста. Никакие специальные ботинки для нее не нужны. Мимо скользили девушки во вьетнамках (фото 41). Однако, она утомляла. Кош не смотрел на альтиметр навигатора, но было известно, что высота подъема порядка 400 метров. Фигня для молодого организма. Что такое четыреста метров? Ну, примерно то же, что и телебашня, на которую Кош, по лестнице пожарного выхода, взбирался за 40 минут. Но это – на уровне моря, а тут почти 3000 метров…

Но неприятных ощущений, коварной горняшки Кош так и не чувствовал. Только нетренированная одышка. Не только сам не чувствовал горняшки, но и по дороге не видел каких-либо туристов (из 400), страдавших от нее. Частенько присаживался на холмик и наслаждался видом городища внизу. Пробегавшие мимо девушки в йога-пантсах и шлепанцах время от времени участливо спрашивали, в порядке ли сеньор? А то, – отвечал Кош, – Все ОК. Наслаждаюсь пейзажем.

Вот так и двигались вверх и вверх. Как писали известные советские писатели, «тихо-тихо ползи улитка, вверх, по склону Фудзи…». А Фудзи-то, чуть не четырехтысячник… вот каково там туристам?

Наконец, улитка приползла… Показалась основательная лестница, ведущая на площадку, на которой скопилось прилично испаноязычных хипстеров. Отсюда открывался замечательный вид на Мачу-Пикчу (особенно для социальных сетей). Но это было не все! Вверху виднелись еще постройки. Там была резиденция главного жреца и обсерватория (это точно, тут такое небо, что его только и наблюдать!), храм Луны!

Добираться туда, впрочем, нужно было по узким крутым ступенькам вдоль террас. По ним спускался уже посетивший достопримечательность народ – кто на четвереньках, кто съезжая, повизгивая от страха, на заднице (фото 42). И то сказать – никаких перил не было, никаких ограждений, а если покатишься – то прямо вниз на 400 метров, вряд ли за что-то удастся ухватиться. И никаких тебе предупреждений и прочего. Расписался в бумажке – значит, под свою ответственность…

42 Спуск по лестнице на вершине Вайана-Пикчу

43 Полка лестницы на вершине Вайаны-Пикчу

44 Вид на Мачу-Пикчу с Вайана-Пикчу

45 Туристы возвращаются с вершины Вайана-Пикчу

По правой лестнице уже спускалась большая группа, и Кош пошел на левую – по ней никто не спускался, так как до нее нужно было добираться по открытой террасе без ограждения, люди осторожничали. Поднялся по ней (фото 43—44).

Тут совершил ошибку – правильный обход был как раз справа, и там нужно было пройти через храм Луны! А Кош пошел слева, где уже выход. Так что пришлось двигаться в противотоке (фото 45). Но в итоге, вышел к вершине, так что не так уж важно.

Вверху был небольшой комплекс зданий. Прекрасная, конечно, кладка. Но нужно было двигаться еще выше – по такой же отвесной лестнице – на самую вершину горы. На нее не было, собственно, лестницы, а вела узкая тропка вдоль пропасти. Надо было еще пройти вдоль наклонной скалы по едва видной тропке, скорее расщелине в наклонной 45 градусов гладкой поверхности. И никаких перил или веревок (фото 46—47).

46 Наклонная тропинка ведущая к вершине Вайана-Пикчу. Фото ориентровано горизонтально, так что ясен уклон. Перил нет.

47 Отвесная стена под тропинкой к вершине Вайана-Пикчу – снято сверху, с расселины на фото 46, вертикально вниз. Туда придется катиться, если что. А за большим обломком скалы – пропасть до самой Урубамбы.

Если скатишься вниз, то уж до самого дна Урубамбы, если не разобьешься о камни на карнизе. Карниз-то узкий, там не задержишься. Не мудрено, что знакомая сказала, что кое-кого, с кем они поднимались на Вайану, после подножия храма они уже не видели. Наверх они уже не пошли.

Лично Кош нисколько не страдает головокружением, но, реально, трудно представить, чтобы все 400 человек ежедневно вот так тут по этой тропке и проходили, и без инцидентов. Не самые гуманные условия. Но… стоит ли пугать читателя? Ведь основная масса из этих 400 избранных эту тропку прошла и никто не упал в тот день. Вот и ладушки!

Поднялся на вершину – почти 3000 метров по навигатору. Наверху сидели две азиатского вида девицы и перуанец-смотритель. Индеец сидел горным орлом на отвесном камне и смотрел вниз в бинокль (фото 48). Время от времени он докладывал кому-то по рации, что делает тот или иной турист. Ты думаешь, что наслаждаешься интимностью с природой, а на самом деле за тобой наблюдает куча народа (и, как выяснилось, не только смотрители – об этом ниже).

48 Рейнджер парка Мачу-Пикчу, наблюдающий за порядком с вершины Вайана-Пикчу

49 Вид на Мачу-Пикчу с самой вершины Вайана-Пикчу

Не успел Кош пофотографировать Мачу Пикчу с самого верха (фото 49), как смотритель получил звонок и объявил:

– Так! Давайте-ка все вниз, закругляемся, лавочка закрывается!

Опа! Кош посмотрел на часы – было почти час. Рано же они закрываются! Что делать. Пришлось спускаться.

Тут-то в полной мере пригодился альпеншток. Вверх он тоже был полезен, но вниз… без него было бы совсем плохо. Он сэкономил Кошу огромное количество крови. По узкой лестнице Кош бодро соскочил передом. Туристы делились на несколько категорий – тех, кто спускался передом (почему-то в основном это были женщины), и тех, кто спускался спиной, и тех, кто полз вниз на карачках (большинство, и их можно понять). Без альпенштока пришлось бы спускаться спиной.

Спускаться по тропе оказалось ненамного легче подъема! Снова пришлось отдыхать каждые 10—15 минут. Кош, наверно, был в тот день последним гринго, выгнанным смотрителями из заповедника Вайаны. Было уже почти три часа дня. Вся процедура заняла почти пять часов! А вовсе не два, как они типа писали (но столько она и заняла у тренированных трекеров, как та приятельница Коша с мужем).

И все ради того, чтобы десять минут посидеть на горе.

Мачу-Пикчу

Теперь – за два часа до закрытия! – можно было осмотреть само городище. Собственно, что тут описывать, Мачу-Пикчу и так везде описан. Пара личных наблюдений: трудно сказать, что сохранилось, что восстановлено, но выглядит все замечательно. Кладка великолепная. Виды потрясающие (фото 50—53). Не только сам город и пики гор, но и террасированные склоны – город был самодостаточным, он мог себя прокормить. Вода поступала с горного пика.

50 Террасы на одном из склонов Мачу-Пикчу

51 Площадка в городе Мачу-Пикчу

Туристов было не так уж и много. Летом тут, наверно, толпы (и да, летом туда лучше не соваться, по опыту 2017 года. Май был выбран правильно!) Кош пересек город и поднялся на холм, противоположный Вайане. Отсюда тоже открывались замечательные виды. Обнаружилась терраса, на которой собралось порядка тридцати полупрофессиональных и профессиональных фотографов с тяжелой фототехникой с огромными объективами на штативах (фото 55). Они целились объективами на город и, видимо, отлавливали наиболее интересные эпизоды из жизни туристов. Например, кто-то целуется на фоне зайца-вискачи или просто ковыряет пальцем в носу у алтаря. Были ведь люди, что ради инстраграммных фоток представали перед алтарем Солнца в чем мать родила (на то тут и дежурила полиция рейнджеров, не только фотографы).

Место кишело не только туристами, но и наблюдателями за туристами. Бедные туристы, воображавшие себя первооткрывателями и индиана-джонсами, были как рыбки в аквариуме. Наверно, фотоги зарабатывают, размещая это в социальных сетях. Теперь и на тиктоке. По виду их было ясно, у них это не раз-в-жизни путешествие, они не осматривали город, они живут где-нибудь в Агуа Калиенте и ходят сюда, как на работу.

52 Городские постройки в Мачу-Пикчу

53 Общий вид Мачу-Пикчу

Ты их не видишь, они сидят высоко, а они тебя – как на ладони. Вот откуда эта масса снимков Мачу-Пикчу с этого ракурса. Вот тебе и интимность единения с памятником. Это не Пикиякта какая-нибудь.

Солнце начало опускаться за Вайану, и это был тот момент, которого фотографы и поджидали – они лихорадочно принялись щелкать заходящее солнце. Отсняв закат, они тут же стали сворачиваться. Наверняка есть какой-то ежегодный конкурс лучшего снимка заката на Мачу-Пикчу.

Аттракцион закрывался, и, хотя не удалось обойти несколько кварталов города, Кош двинулся на выход, обнаружив на одной из террас целое лежбище каких-то полупанков-полухиппи (один из них был полурусским, ругался по телефону с жутким акцентом). Учитывая стоимость билетов на аттракцион, они не могли быть бездомными бродягами, какими притворялись. И такие тут были. И да, были выпущенные для туристов ламы. Это тут везде. Заодно, они и травку подстригают.

Удалось увидеть перуанского хвостатого зайца вискачи (пишут, что это родственник шиншилл, на самом деле). Он сидел на крыше одного из домов и усом не вел (фото 54).

54 Хвостатый заяц вискачи позирует туристам на стене в Мачу-Пикчу

55 Профессиональные фотографы снимают сцены из жизни туристов в Мачу-Пикчу

В целом, Мачу-Пикчу любопытен, как целиком сохранившийся, неперестроенный памятник архитектуры позднего имперского периода. Только его построили, как империя инков рухнула. Перестраивать его было уже некому. Мачу-Пикчу повезло, что даже перуанским крестьянам в Агуа Калиенте было лень разбирать этот поселок на кирпичи и тащить их 400 метров вниз. Но… уж слишком он зализан, реконструирован и заполнен туристами. Особой аутентичности у него нет. Он камерный, тут нет значительных сооружений, кроме алтаря и жертвенника Солнцу.

В чего его фишка – панорамные виды. Он вписан в окружающий пейзаж магически. Куда ни глянь, с какого ракурса не посмотри, все смотрится как волшебная открытка. О, эта бархатистая поверхность гор! (Совершенно, кстати, перуанским горам несвойственная – на них есть растительность только на восточной стороне Анд.) Более притягательного для глаз места Кош никогда не видел. Отсюда действительно не хотелось уходить.

Желательно все это иметь в солнечный день. И да, надо тут провести как минимум два дня. Приезжать в Агуа, там ночевать, с утра идти сначала в обход Вайаны, а во второй день – сам город и окрестности. А можно даже и по инкской тропе три дня! Тем, кто не боится всяких подвесных мостов. Потому что с перилами там, наверно, не очень. И записываться надо за полгода.

56 Городская лестница в Мачу-Пикчу с расположившимися на ней панками

В этом беда с Мачу-Пикчу – не только он дорогой, но, если что обломится с логистикой (оползень, ливень или забастовка), то уже не поправишь, надо ждать как минимум несколько дней. Если не повезет, никакой гибкости в расписании нет, все места в поездах, как правило, уже заняты, даже вот в несезон. А больше туда нечем добраться, если не переться по шпалам (это особая тема, автор ее не касется). И даже если доберешься в Агуа, то может не быть собственно билетов – 2500 в день (это они слегка поправили, за счет туристов, конечно). У турагентств может быть бронь для местных. Но лучше не рассчитывать на такое, если ты не совсем дауншифтер.

Вниз спустились без проблем, на мерседесе. Мечты сбылись. До поезда оставалось еще больше часа, и Кош отправился погулять по Агуа Калиенте.

57 Центральная площадь в Агуа Калиенте

58 Ужин в ресторане в Агуа Калиенте

Прогулка по Агуа Калиенте

Городок состоит практически одних из ресторанов и отелей. Это какой-то лабиринт из отелей и ресторанов, слепленных вместе и наслаивающихся друг на друга. По крайней мере, первые три улицы, параллельные притоку Урубамбы, отделяющему собственно город от вокзала. На вокзальной стороне, похоже, есть только несколько отелей и огромный рынок.

Тут нет автотранспорта (кроме туристских автобусов), все грузы перетаскивают на тачках. Не замечено было даже велосипедов. И зачем? Тут всюду можно дойти пешком. В городе есть центральная площадь с церковью и инскими статуями для фотографирования (57). Отсюда отходят главные улицы. Дальше от реки, вероятно, находятся жилые кварталы, где живут работники всех этих заведений (если их не привозят сюда на электричках). Но так далеко автор не заходил.

По центральной пешеходной улице, типа местного Арбата, невозможно пройти из-за зазывал ресторанов (58). Конкуренция велика. В дальнем ее конце есть горячие источники, и там много всяких спа. Для забывших купальники и простыни, масса лавок, предлагающих все это купить или напрокат. Неплохая вещь после горных походов. Горячие источники – одна из причин, почему инки создавали тут поселения. Инки знали толк в спа. Но закрываются они довольно рано.

Выбрал ресторан попроще и заказал комплексный обед с ламой за пять баксов. Лама как лама, обычное мясо. До дегустации куя автор тогда еще не дорос. Уж больно противно выглядит эта крыса, распятая на блюде, как цыпленок табака. С лапами и когтями. Но местным нравится!

Потом – рывок на поезд, сквозь вовсю работающий сувенирный рынок, и на поезд – в Ойянту.

Маршрутка в Куско

Ночевать надо было в Куско, там вещички. Но как добраться от Ойянты в Куско? Говорят, есть такси, долларов за двадцать. Еще утром спросил об этом у француженки-хостельерши, и она сказала,

– Ты, как приедешь назад в Ойянту, сразу за воротами станции увидишь толпы водителей маршруток, они довезут задешево.

Так и вышло. Чуть дальше перрона на площадке скопились большие «маршрутки» – пассажирские вэны на десять-пятнадцать человек, типа «газелей». Правильно они называются «мини-бус». «Коллективо» – это обычное такси, как убер-пул. Они брали пассажиров до Куско всего за пять-шесть баксов – смешные деньги, учитывая, что там больше 50 километров. Этой информации на трипадвизоре почему-то не было. Или не нашел. Есть всякие местные хитрости, в итоге которых такие поездки оказываются на самом деле вполне дешевыми.

Залез в почти забитый вэн. Было темно, и кто там был, было неясно, пока в процессе сидения народ не разговорился. Оказалось, что внутри экстранхеросы, всех мастей (не было как раз вроде латиносов).

Только тронулись, водитель останавливается у дома, заглушает мотор, и уходит в дом. Кош сразу понял, что это, скорее всего, его дом, и заехал мужик по своим делам перед дальней поездкой в Куско. Минуты через три экстранхеросы начали роптать.

– Да как же это он ушел, и ничего нам не сказал? Нет, ну он мог бы нас предупредить сколько нам ждать!

Кош думал объяснить им, что если у перуанцев такая же психология, как в России, то шофер тут – хозяин, а они – пассажиры, бабки плотят. Посидят-подождут, никуда не денутся, доставят их в итоге. Надо им сказать, подумал Кош, что он щас придет, сядет за руль и поедет, ничего не говоря. Но не сказал. Но так и вышло! Шофер пришел минут через двадцать – даже Кош забеспокоился – сел за руль, и ничего не говоря, поехал. Может, просто перекусил перед поездкой. Экстранхеросы были фшоке. Молчание длилось минут десять. Шофер же даже ничего и не заметил.

По дороге народ разговорился на разные темы. За Кошем сидела пара молодых, как можно было понять, ребят. Хипстеры-миллениалы. Они стали сравнивать путевые впечатления, и выяснилось, что оба бывали и в Боливии, и в Чили, и в Аргентине, почти в тех же популярных местах. Вот так странствуют по Латинской Америке почти год. Один из них был с партнером, другой один. Договорились до финансовой подоплеки. Оказалось, что оба имеют дипломы по финансовой части (о как! вот это совпадение…). Один, кажется, накопил и теперь ездит, а другой время от времени подрабатывает финансовым консультантом, а потом ездит (тогда еще не было ремоута, 2013-й год). В конце концов, один осторожно спросил другого – а тебе не кажется, что еще год, и это затянет окончательно, и невозможно будет вернуться к оседлой жизни в Америке? Понимают. Рефлексируют! Забавные ребята. Сейчас-то это норм, а тогда удивило.

Это верно. Странствия меняют сознание. И Кош вскоре почувствовал это на собственной шкуре. Дорога затягивает, как наркотик. Через десять дней кажется странным прибытие «домой» – как домой? Разве завтра никуда не надо ехать? Это же скучно? Ведь уже так привычно строить маршрут, искать транспорт и отель, думать о новых монументах…

В Куско нас выгрузили на одной из центральных площадей, быстро нашел по навигатору37 отель «Детский приют» (он так назывался, «Ниньос», потому что они были благотворительной организацией для детских домов). В Перу даже большие отели (не то, что этот отельчик) закрывают двери решетками на ночь, так что надо долго стучать, если пропустишь комендантский час.

Достучался, вещички отдали, дали комнату. Она оказалась огромная, только без ванной и туалета, они были в коридоре (фото 59). Нам, русским, не привыкать. Внутренний дворик зато оказался очень кульным (фото 60).

59 Номер в отеле Ниньос в Куско

60 Внутренний дворик в отеле Ниньос в Куско

Эпопея с Мачу-Пикчу закончилась. Хорошо бы вернуться в следующем году и досмотреть Ойянту и Долину.

Куско и его окрестности

Подъем в семь утра. За все Перу Кош ни разу не поспал хотя бы до девяти. В путешествиях устаешь не столько от передвижений, сколько от недосыпа. Часть экспириенса, как говорится. Собрал вещички и вниз, где уже поджидал Уго.

60а Карта основных мест, посещенных в Куско (гугломап)

Двинулись к главному аттракциону – Саксайуаману38, или Сексивумэн, как называют его экстранхеросы. Четыре километра на север от Куско, можно пешком дойти.

Саксайуаман нависает над Куско, как корона (см. 60а). Или шлем. Назначение его науке неизвестно, но обычно он считается крепостью. По крайней мере, испанцы ее осаждали неоднократно, а индейцы оборонялись. После победы испанцев главные постройки были снесены, остались одни фундаменты. Монумент знаменит плотно пригнанными камнями огромных размеров, которые неизвестно как сюда доставляли и, тем более, как подгоняли. Ни колеса, ни железа, ни сильных вьючных животных, тут, как известно, не было. Не говоря о письменности.

Крепость Саксайуаман

61 Стены Саксайуамана

62 Саксайуаман

Вдоль дороги к Саксайуману – немало сохранившихся с инкских времен стен и домов. Определенно, к нему лучше подниматься пешком и осматривать эти здания по дороге. Сущестствуют карты с обозначениями древних дворцов инкской знати, и чем они являются сейчас, но тогда Кош ничего этого не знал.

К крепости мы подъехали с заднего входа, а не с главного, для туристов. Билет-то был. Запустили на территорию памятника. Так и не понял – был там билетный контроль, или нет. Просто Уго сказал – «ну, ты, типа, иди». На территории памятника не было ни-ко-го. Территория благоустроена дорожками и указателями. Уго остался внизу, а Кош ринулся скакать по крепости.

Крепость впечатляет. Вид нереальный.

Сейчас существуют исследования, объясняющие, каким образом эти глыбы могли быть перемещены на многие километры без современной техники. Инки не уникальны в такого рода предприятии. Подобного рода подвиги совершали строители Стоунхеджа, Гобекли Тепе или ольмеки. Но все это никак не может погасить изумление охватывающее всякого, кто окажется рядом с этой стеной.

Потом уже узнал, что примерно в то же время, перуанцы наняли русских провести геофизические исследования, чтобы объяснить, почему на монументе происходят явления, угрожающие его устойчивости. Им вызвался помогать некий русский авантюрист, даже без среднего образования, но выдававший себя за специалиста-геофизика. Потом везед были статьи, что он нашел причину неустойчивости монумента. Так вот, он пустил в ход гипотезу, что на самом деле, валуны Саксайуамана – не настоящие скалы, а искусственные образования, может быть, даже пустые внутри.

63 Вид на Куско с Саксайуамана

64 Площадь перед Саксайуаманом

На одной из сторон крепости разбито нечто вроде парка, и оттуда открывается знаменитый вид на Куско под горой (фото 61—64).

Тут стоит большой крест и у его подножия приношения вина и денег. Так тут устроено. Такие приношения, они везде в Латинской Америке. С туристской точки зрения смотрится аляповато. Для чего это они тут устроили? На самом деле, все эти «туристские памятники» для значительной части местного населения как имели, так и имеют религиозное значение, с корнями, гораздо более глубокими, чем христианство.

Туристы почти не воспринимают Нотр-Дам как религиозное учреждение. Для них это как бы музей. А для кого-то он – приходская церковь. Наверно, прихожане воспринимают туристов как надоедливую серую массу. Они, скорее всего, научились когнитивно игнорировать нас, туристов. Мы существуем в параллельных мирах. Так и с перуанцами. Крепость разрушена, но место-то – святое. Полная магической энергии хуака, место силы. Для них главное – не парк, по которому шляются экстранхеросы, а место и камни.

Помимо главной крепости, есть и много сопутствующих построек. Когда-то это было целое поселение. Пока Кош осматривал вторую крепость (напротив первой), подогнали туристов – первый завоз. Перед ними гнали стадо лам (они там отчасти для туристов, отчасти как живые газонокосилки). А нам с Уго нужно было двигаться к следующему памятнику – Кенко (см. 60а).

Мистический Кенко

65 Храм Кенко

66 Алтарь в подземелье храма Кенко

Кенко – небольшой по величине памятник. В Кенко никого не было, кроме пары экскурсоводов, и двух парочек. Кенко – нечто вроде храма. Странного храма. Он, конечно же, был храмом, но странным. Кенко не строили. Кенко – огромная скала в которой выдолблены подземные помещения. Вроде скальных храмов раннего христианства или буддизма.

Кенко впечатлил больше, чем величественный Саксайуаман. Саксайуаман велик, но в нем теряешься – эти камни не складываются во что-то значимое. Возможно, потому, что стоявшие на них постройки снесены. Поражаешься величине этих мегалитов, но… это все. Ничего особенного там не чувствуешь.

Инки поклонялись камням (фото 65). И в Кенко Кош почувствовал, что, возможно, инки были правы. Что-то в этом есть. Есть какая-то душа в этих камнях. Присутствие духа в мертвом камне.

Магическое место. Особенно алтарь под землей (фото 66). И как его католики не уничтожили? Что-то в этих инкских камнях… может, вставило даже католиков. Жаль, что они вокруг все окультурили и поставили всякие кассы и прочее. Если бы Кенко так и стоял в зарослях, производил бы гораздо большее впечатление. Во всех этих местах, конечно, надо провести по несколько часов, и, вообще, как бы там вжиться, чтобы полностью проникнуться. В долине надо жить, неделю, две, месяц… Но у Коша, увы не было столько времени.

Зотелось еще попасть к храму Луны, в паре километров от Кенко. Уго сказал – могут быть проблемы. Доехали до какого-то места, и там он ушел в кусты посмотреть. Вернулся, сказал, что подъезд нехороший, залило водой. Здесь, несмотря на высоту, много заболоченных мест.

Поехали назад в Куско. В Куско было намечено два места – посмотреть главное кладбище, чтобы найти могилу одного английского успенскианца, Коллина, который тут в Куско свалился с колокольни центрального собора – то ли случайно, то ли нарочно. Вроде, похоронен тут, и кто-то даже видел его могилу. А потом, конечно, осмотреть центральную площадь и вообще все места. И успеть на самолет в Чиклайо.

Кладбище Альмудена

В наше время Куско – не пуп земли, а небольшой чистенький провинциальный городок. Впрочем, для горной части Перу это – по-прежнему пуп земли. Центр – весь каменный, в штукатурке, и не такой пестрый, как обычные латиноамериканские города – разве что двери и окна бывали яркими. В горах все же редко встретишь яркие краски, как в тропиках. Оно и понятно вроде, горы.

Сначала поехали на городское кладбище «Альмудена»39 (см. карту на 60а). На центральной площади перед кладбищем было не протолкнуться – рынок. Уго сказал, что сегодня какой-то праздник (фото 67). Типа родительской субботы. Народ приносит веночки на могилки, а заодно – ярмарка. Цветы и венки продают прямо тут, при входе. Очень пестрое местное событие, но для экстранхероса ничего интересного в смысле сувениров. Едва удалось запарковаться.

67 Праздник на площади у кладбища Альмудена в Куско

68 Старинный компьютер для поиска могил в Альмудене

69 Колонна-колумбарий в Альмудене

70 Типичная «улица» на кладбище Альмудена, Куско

Рванул на центральный вход. Беда в том, что Кош не знал, где же могилка-то, в каком секторе. Наверняка кладбище большое, а могилка старая. Но у входа на кладбище стоял… компьютер! Древний компьютер, с трубочным монитором 14 дюймов (фото 68), как в начале 90-х. Он был вделан в какой-то комод. Табличка с инструкцией сообщала, что можно по фамилии покойного найти место упокоения – «consulto de estado de defuntos»! Попробовал это сделать, но ничего на старом мониторе не реагировало на клавиши.

Кладбище поразило. Совершенно не был готов к тому зрелищу, что предстало перед глазами. До этого, автор посетил только одно кладбище в Латинской Америке – кладбище «Колон» (Колумб) в Гаване. Но то, что лежало за воротами, не имело ничего общего с Колоном. Это, собственно, было не кладбище, а огромный колумбарий. В Латинской Америке почти везде практикуют «двойное погребение» – сначала хоронят «просто», ждут, когда тело истлеет, выкапывают кости, и хоронят уже их. Или сжигают.

Попадаешь в «город», где за «дувалами» располагаются районы (они тоже называются «городами»), в центре которых – семейные склепы, а в стенах вокруг – ниши со стеклянными дверцами, в несколько этажей (фото 69—70). В эти ниши и кладут прах40, размер уже позволяет. А вокруг – фотографии и цветы.

В эту родительскую субботу (не знаю уж, что там реально было) принято приходить, мыть стекла, поливать цветы и вообще, наводить порядок. Везде суетился народ, мыл и поливал. Если ниша на шестом этаже – то приходилось это делать, взобравшись на специально принесенную лестницу. И каких там ниш нет! Народ оттянулся в дизайнерской фантазии.

Походил по отсекам кладбища и пофотографировал. Умеют, конечно, латиносы устроить вот такую как бы восточную пышность. Не совсем восточную, как те же грузины, а со своим латинским вывертом, отчего и воспринимаются как экзотика. Особенно интересны были типажи людей, но это показалось неудобным снимать.

«Альмудена», как говорилось ранее, совсем не такое, как например, кладбище Колон в Гаване. В Гаване хоронят в земле, по кладбищу можно гулять – это как парк, навевающий на философские размышлизмы. Тут – лабиринт, хитросплетение стен. Хотя можно, конечно, рассматривать композиции за стеклом ниш, читать эпитафии.

Как потом выяснилось, есть специальные экскурсии по кладбищу. Там много оригинальных композиций. Вернулся к центральному входу, и усек сеньору служительницу. Поинтересовался, а как же с компьютером? Пытался найти человека и не работает.

– А, – махнула сеньора рукой, – этот компьютер старый, не работает, он тут как реликвия стоит, пошли, я тебе поищу.

И мы пошли в офис кладбища. Рядом с кладбищем – собор, и при нем что-то видимо типа монастыря или приюта (для душевнобольных). И вот там-то у них офис (собственно, это была дама из причта), прямо в колониальной архитектуре (фото 71). Там-то другая сеньора поискала бедного «М» по нормальному ноутбуку. Но не нашла, увы. Может, за него перестали платить?

71 Монастырь и приют рядом с кладбищем Альмудена

72 Уличная торговка у центрального рынка в Куско

73 Крестьянки продают овощи у центрального рынка в Куско

74 Торговля картошкой у центрального рынка в Куско

Побродил еще по монастырю (или школе), и вернулся к Уго. Поехали на заключительный этап этого отрезка – центральную площадь. Проехались мимо воскресного базара – рынка Сан-Педро (см. 60а), который был совсем рядом с отелем Ниньос, но тогда автор не мог оценить эти расстояния.

Вот, действительно, этнографическая бонанза. Все эти индеанки, которых Кош наблюдал по дороге в Долине, привезли сюда свой нехитрый товар – картошку разных видов, лук и чеснок, что-то еще. Их были десятки, рынок казался нескончаемым. Уго объяснил, что на улице сидят те, кто не может заплатить за место внутри, а внутри их еще больше. Картошки в Долине десятки, если не сотни, видов, ведь это ее родина. Тут же они на нехитрых приспособлениях жарили ее и куев, и поглощали по ходу процесса. Жалко не было времени выйти и побродить. Ну, может в будущем году.

В центре Куско

Но до самой площади не доехали. Проезд был закрыт, по поводу «мероприятия», объяснил Уго. Последнюю пару улиц прошел пешком (разреженность воздуха уже давала о себе знать). Улочки вокруг площади были пустынные, и мало отличались от улочек такого же городка где-нибудь в Европе. Прилизанные, не как Кош привык видеть на Кубе. Открывшаяся площадь была типична для Латинской Америки – большой квадрат с парком в центре и соборами в одном конце.

В центре парка – фонтан. В таких местах в Перу часто бывает фонтан. Даже в пустынных городах. В чем-то похоже на советские площади, разве что там Ленин стоял. Или Дзержинский (но тот, кстати, именно что, на месте фонтана!) Вокруг фонтана бродили полицейские, а на лавочках сидели местные жители.

Площадь, как площадь… не подумаешь, что это было главное символически-ритуальное место инкского Куско, «Пупа Земли». Тут инки носили по периметру мумии Инков, тут конкистадоры казнили инков, а потом рубили головы своим же приятелям-конкистадорам. Чего только это место не повидало… но не впечатляло как то. Уж очень буднично (фото 75—77). Нет, ничего такого в этом месте не торкнуло. (Но надо заметить, что современная площадь намного меньше оригинальной.)

75 Центральная площадь Куско

76 Один из соборов Куско

77 Перуанские гвардейцы в почетном карауле в Куско

Теперь можно было посетить главный собор. Не тут-то было! Собор был окружен полицией, и на его ступеньках выстроилась, похоже, вся местная верхушка. Это и было «мероприятие». Верхушка говорила речи (Кош как раз попал на остатки), а потом грянул военный оркестр. Рота почетного караула поднесла венки к флагштоку, расположенному прямо напротив собора, и какой-то видный чин важно поднял флаг.

Кош подумал, что, наверно, попал на какой-то важный юбилей. Потом Уго объяснил – никакого юбилея нет, у нас тут всегда так по воскресеньям, торжественное поднятие флага с речами. И точно, Кош потом убедился в Лиме. Как воскресенье, так латиносы не теряют времени даром – сначала церковь, а потом парад или еще какое шествие на центральной площади. Повод всегда найдется. Главное, чтобы было красиво, с оркестром и гусиным шагом (фото 77)! А то воскресенье и не воскресенье.

Так как подобраться к собору возможности не представлялось, Кош решил пойти сначала «в город» посмотреть на другой собор, поставленный на основании главного инкского храма, а заодно снять денег – деньги-то, изначально захваченные в наличке, кончались, осталось всего долларов тридцать. В таких путешествиях выработалась привычка не возить с собой много налички, а снимать ее по мере надобности в банкоматах.