Без правил Мур Лина
– Хм, скажи, что происходит между тобой и папой? – задала я вопрос, чтобы узнать больше правды.
– Ничего, – раздраженно ответил он. – У нас взаимная неприязнь, вот и все. Тебя это не касается.
– Почему? – Все, меня было не остановить, если я решила узнать правду.
– Лив, – резко оборвал он меня, но я насупилась и смотрела на него, прищурившись.
– Слушаю, – произнесла я.
– Блин, да не хочу об этом говорить! Понимаешь? – процедил он и сжал сильнее руль.
– Нет, не понимаю, – уперто гнула свое.
– Я наркоман, купивший дорогой дом. Твоему отцу не нравится жить в нем, но он делает это ради мамы. Также он не переносит меня на дух чисто интуитивно. Довольна? – зло сказал он.
– Не интуитивно, Гранд, у него есть причины на это. Он все знает, – призналась я, и машина резко остановилась.
– Повтори, – попросил он, повернувшись ко мне.
– Папа знает о том вечере и почему я переехала. Тео рассказал, и только поэтому он пришел к Патриции. И твоя мама все знает. – Я потупила взгляд и отвернулась.
– Твою мать! Я убью этого урода! – закричал Гранд, а я зажмурилась.
– Не считаешь, что пора все это прекратить? – собрав всю смелость, чтобы противостоять неуправляемой злости Гранда, спросила я.
– Нет, – фыркнул он.
– Хорошо, тогда будь добр, отвези меня домой, – устало попросила и отвернулась.
– Что? – Он резко развернул меня к себе.
– Что слышал, – спокойно ответила я, смотря в его глаза, блестящие от гнева.
– Почему? Да что с тобой такое? – Он сильнее сжал мои плечи.
– Гранд, не могу так больше! Просто не могу! Вокруг игры, непонятная ненависть, и все возвращается в тот вечер, который я уже давно забыла. Ты сказал, что хочешь жить, так прекрати себя винить. Я трахаюсь с тобой, какое тебе еще доказательство нужно, что я тебя простила?! – уже сама повысила голос и сжала руками его поло.
Мужчина смотрел на меня как на больную. Но сейчас мне было все равно, душа болела и кричала внутри обо всех чувствах.
– Что ты хочешь? – тихо спросила я. – Что ты хочешь от меня?
– Я… я… – Я видела отчетливо страх в этих прекрасных глазах.
– Как решишь, что хочешь, тогда и поговорим. А пока отвези меня обратно. – Я вздохнула и выпустила из рук ткань, но теплые ладони сжали мою талию, и через секунду уже сидела на Гранде.
– Поговорим сейчас, – слабо улыбнулся он и завел за мое ухо прядь волос. – Что я хочу, дай подумать…
Он откинулся и уперся в подголовник, размышляя.
– Первое, хочу тебя трахнуть, и трахать постоянно, потому что мне тебя мало, – выдал он, проводя пальцем по моим губам.
– Кролик, – закатила я глаза.
– Второе, хочу, чтобы ты поехала со мной и купила этот гребаный костюм. – Его палец опустился и провел по подбородку. – Третье, хочу, чтобы я был единственным, с кем ты тут встречаешься…
– А мы встречаемся? – перебила я его.
– Ах, ну да, тебе привычнее слово «трахаться». Поменяем. Я единственный, у кого ты берешь в рот, кто целует тебя и кто трахает. – С каждым словом хотелось зажать уши, и в то же время это так возбуждало, что я придвинулась ближе к нему. – Четвертое, больше ни слова о прошлом, – прошептал он, и я довольно кивнула. – Пятое, зависим от тебя, малышка. – Последняя фраза сняла с меня все оцепенение, и я прижалась к его губам.
«Любит. Он меня любит!» – кричало все внутри.
«Он сказал не это», – усмехнулся внутренний голос, но я только отмахнулась.
Никакой нежности и романтики, страсть, желание и единение. Сейчас, пока его руки обнимают меня так сильно, что это даже приносит боль, я была готова парить, смеяться и плакать одновременно.
– Лив, – сквозь поцелуй рассмеялся Гранд и взял мое лицо в ладони, – шестое, я сейчас кончу в штаны и мы вернемся домой.
– Неплохо, – улыбнулась я.
– Для тебя, но я ощущаю себя подростком рядом с тобой. Откуда ты, Ливи? – прошептал он, оставляя нежные прикосновения его рук на лице.
– С Венеры, Гранд, – рассмеялась я.
Минута, которая позволила ему и мне увидеть настоящее и насладиться им, стала бесценной. Любовь может заставлять делать глупости, а если их не делать, то никогда не узнаешь об этом чувстве.
Мое сердце билось ровно и точно рядом с его. Невидимая нить связала их, и теперь я была уверена в том, что решила отказаться от мести.
– Черт, не хочу тебя отпускать, но сейчас вызовут полицию, – простонал Гранд, оставляя на моих губах быстрый поцелуй.
И только заметила, что мы стоим посреди дороги, а другие машины объезжали нас и возмущенно сигналили. Я скатилась с его колен и села на место, пристегиваясь. Гранд недовольно поерзал на сиденье и завел мотор.
Мы быстро доехали до салона мужской моды, и мой кавалер выскочил из машины и выпустил меня. Молодые и влюбленные, мы вошли, держа друг друга за талию, в магазин. Ничто не могло испортить нашего настроения, даже оценивающий взгляд мужчины, встречавшего нас. Татуировки Гранда всегда привлекали внимание, даже я сделала похожую.
– Мистер Кин, вот три модели, – принес нам мужчина на выбор фраки.
По лицу Гранда я уже поняла, что ему они не нравятся. Да и правда, кому понравится одежда из бабушкиного сундука.
– Не подходят, – ответила за него, сидя в кресле, – у вас есть что-то элегантное и желательно сшитое в наше время?
– Но, мисс…
– Есть или нет? – перебила мужчину, и он недовольно нахмурился.
– Сейчас принесу, – буркнул он и удалился.
– Малышка, это было весело, – усмехнулся Гранд, стягивая с себя поло.
– Мне тоже, – улыбнулась я, смотря, как он медленно подходит ко мне.
Моя рука сама потянулась к его животу, проводя по ней ладонью, наслаждаясь его кожей. Тепло внизу живота уже ожило и теперь заставляло включить другую Лив, страстно желающую Гранда.
Схватив его за ремень джинсов, я потянула к себе, оставив на татуировке с надписью «Might as well…» поцелуй. Ведь и правда все было возможно.
– Ливи, – выдохнул он и сжал руками мои волосы, заставляя посмотреть на него.
– Да, Гранд, – хитро улыбнулась я, обнимая его за талию.
– Иди сюда, – прошептал он и поднял меня к себе за голову.
– И? – улыбнулась я, обнимая его за плечи.
– Я тебя сейчас трахну в примерочной, – прошептал он, оставляя поцелуй на щеке, – мы шокируем этого чопорного англичанина, – быстрыми поцелуями он прошелся по всей скуле и остановился возле губ, – что скажешь?
– Ты извращенец, Гранд, не контролирующий свой член, – протянула я, хотя сама была не лучше.
– Готов поспорить, ты уже вся мокрая, – пропел он, опуская руку по спине и сжимая ягодицу, притягивая к его уже готовому члену.
– Кхм, мистер Кин, вот модели, которые вы просили. – От нового вздоха и желания плюнуть на все меня спас мужчина, принесший несколько костюмов.
– Спасибо. – Гранд продолжал смотреть в мои глаза. – Мы продолжим ночью, после нашего свидания, малышка.
Быстрый поцелуй в нос, и я уже сидела в кресле, а Гранд подхватил костюмы и скрылся в примерочной.
Когда он выходил показаться мне, я с каждой минутой понимала, что никогда не смогу полюбить кого-то другого. И дело было не в восхитительном сексе, а именно в той буре, которую Гранд вызывал во мне. Любила все в нем, как он критически себя осматривал в зеркале, как грубо выражался, чем смущал всех вокруг, как произносил мое имя. Множество маленьких галочек сложились в одно большое сердце, которое билось в моей груди.
Наверно, это и есть настоящая любовь, про которую говорил папа. Такая любовь никуда не денется, не исчезнет и не забудется. Она будет ждать возможности ожить вновь и в этот раз больше никогда не уходить, ставя тебя перед выбором: жизнь в одиночестве или умереть рядом с ним.
– Малышка, ты спишь? – Мягкий шепот на ухо заставил улыбнуться и открыть глаза. Надо мной, опираясь в кресло руками, нависал Гранд.
– Думаю, что сплю, ведь в реальной жизни мы бы вряд ли ладили, – ответила я.
– Тогда, Ливи, пойдем, продолжим наш сон, – подмигнул он и одним движением поднял меня.
– Вот сейчас это реальность, – возмутилась и пихнула его в грудь. – Если был бы сон, то ты бы очень аккуратно меня поднял, даже взял на руки, а потом…
И не успела договорить, как меня оторвало от земли, и я вцепилась в плечи Гранда.
– Все, не нуди, – улыбнулся он и пошел вместе со мной.
– Мы будем рады вас видеть вновь, мистер Кин, – крикнул нам мужчина, а мы уже вышли из магазина.
Люди… мне казалось, что они уже должны привыкнуть к двум подросткам, живущим в нас, которые ведут себя как животные на публике.
А я была довольна, горда и хотелось показать язык каждой девушке, с интересом смотрящей на Гранда. Ведь сейчас он был мой, и мое «я» ликовало.
– Думаю, это все должно окончиться поцелуем? – спросил он, опуская меня в машину. – Или минетом?
– Вот умеешь ты испортить мой сон, Кин, – хлопнула его по груди, но сильные руки притянули к себе, удобно устраиваясь между моих бедер.
– Не могу ничего с собой поделать, малышка. Смотрю на твои губы и хочу поцеловать их, – тихо сказал он, приближая свое лицо к моему.
Я раскрыла губы в ожидании его дыхания внутри, но зазвонил телефон, и Гранд скривился, доставая его из джинсов.
– Да, Коул, – ответил он, продолжая обнимать меня. – Понял, поговорим через час, – быстро произнес он и отключился. – Ливи, я должен поехать в офис по работе, – серьезно сообщил он мне, а я обиженно выпятила губы. – Но… в восемь вечера мы встречаемся в том же самом месте, где я ждал тебя вчера. А потом, малышка, сделаю так, что ты не сможешь ходить сутки, и мы будем просто лежать в твоей постели.
Мне был подарен еще один поцелуй, и сон закончился. Но ведь обещал быть другой, улыбнулась я будущему. Нет, не хотела, чтобы он знал, что и я стала зависима от него.
Быстро доехав до дома, заметила, что Гранда что-то тревожит, но не подала виду, играя роль веселой девочки. Хотя это осталось в моей памяти до самого вечера.
Готовилась к этому свиданию как к собственной свадьбе. Хотела быть идеальной, шикарной и только его. С помощью Дороти я сделала сложную прическу, и она помогла мне остановить свой выбор на платье темно-бордового цвета до колен.
Мое сердце билось как сумасшедшее, пока я ехала к ресторану. Это была мечта, детская фантазия, которая сейчас претворилась в жизнь. И я не могла поверить в это.
– Добрый вечер, мисс, вас ожидают или вы бронировали? – услужливо поинтересовалась женщина.
– Добрый вечер, бронировали, фамилия Кин, – улыбнулась я, осматривая ресторан.
– Да, конечно, пройдемте. Мистер Кин еще не подъехал, но заказал шампанское. – Меня провели к столику.
– Спасибо, – кивнула я и села.
Глубокий вдох и ожидание, я достала из сумочки телефон и положила рядом.
– Мисс, шампанского? – Передо мной уже поставили бокал.
– Спасибо.
Что такое понимать с каждой минутой, какая ты идиотка? Смотреть, как время двигается, а ты сидишь и сохраняешь спокойствие, хотя внутри все уже рвет от обиды? Это больно. Это пираньи, изгрызающие твое сердце. Ты смотришь вокруг себя и замечаешь детали, которые тебя даже не касаются. Мир живет, но не ты. Внутри тебя лед…
Не пришел. Поиграл снова. Но ведь теперь ты умнее, ты старше, но еще глупее, ведь даешь ему шанс, спасительный час… Ничего. Официанты начинают шушукаться, а ты уже выпила вторую бутылку шампанского за три часа, пока ждешь того, кто разрушил тебя полностью, обманул. И тебе больше не страшно. Берешь в руку телефон и набираешь его.
– Мобильный телефон выключен или находится вне зоны… – Ты даже не дослушала это, и набираешь другой, в котором повторяется то же самое.
Ты хочешь дать возможность последнему из доступных тебе телефонов, в силах которого спасти твою душу.
– Дороти, Гранд не звонил? – сглотнув комок в горле, спросила ты.
– Ох, мисс Престон, – тяжело вздохнула домработница, и ты уверена, уже жалеет тебя, но это только злит.
– Звонил? – уже грубее повторяешь вопрос.
– Нет, но звонил мистер Оберон, просил напомнить ему, что, как и договаривались, будет ждать в клубе и… – она запнулась, но набрала побольше кислорода, чтобы добить одной фразой, – обсудить спор на вас, он готов признать поражение, документы на машину он привезет в клуб…
Ты закрыла глаза, когда тебя оставила душа, и ты теперь оболочка. Воздуха не хватило. Телефон проскользил по твоей щеке и упал на колени.
И ты ощутила только разочарование. Не обиду, не унижение, не ревность и даже не ненависть… после них хоть что-то остается внутри. А разочарование приносит только пустоту, и уже не больно.
Глава 37
А было ли предательство? Были ли обещания? Была ли любовь? Нет. И этот ответ тебя возвращает в прошлое, перематывая его до этой минуты и повторяя снова и снова, пока до твоего израненного сердца и затуманенного мозга не дойдет необходимая информация.
Ты слышишь стук внутри, но он больше ничего не означает, ведь чувства неподвластны ничему, ты продолжаешь любить. Ничего это не изменит. Нет никаких шагов до ненависти, это все говорят те, кто не любил. Она живет, продолжает существовать и обрекает тебя на одиночество. И ведь если бы ты любила себя больше, чем его, то сейчас не сидела бы в ресторане одна, не взяла бы телефон в руки и не нашла бы в его недрах номер, совершенно новый, незнакомый, но убийственный.
– Да, – ответил женский голос.
– Деми, это Лив. – Никаких эмоций, только отрешенность в тебе, и это услышала собеседница.
– Знаешь, да? – после минутного молчания спросила она. Боль, ты где? Дай о себе знать, потому что ты необходима мне.
– Расскажи мне все, – попросила ты ее, чтобы хоть что-то еще шевельнулось в организме, кроме жизненных процессов.
– Я немного могу рассказать, – вздохнула обреченно девушка. – Гранд и Нейт поспорили, что ты напишешь письмо… любовное письмо, а Гранд прочтет его на свадьбе, как тогда… Но, Лив, все приняло какой-то дебильный оборот, понимаешь? Я сказала Нейту, что это идиотизм… Ведь Гранд… он… не знаю… я видела, как он смотрит на тебя, и это… больше, чем только секс. Лив, это все было ребячество… ерунда…
Сбивчивые объяснения тебя не трогают, даже уверения, что он, возможно, умеет чувствовать, тоже не приносят ничего нового. Ведь этот мужчина соткан изо лжи, он игрок без правил, доказывающий свое первенство постоянно. А ты? Кто ты? Никто. Потерянная и вновь сломленная им душа. Одна.
Мгновение ты просто не дышишь, желая, чтобы темнота окутала тебя, забрала к себе и пригрела. Но твои глаза смотрят перед собой на пустой стул, и ты должна закричать, должна хоть что-то сказать. Ты просто прерываешь звонок и на автомате набираешь другого абонента.
– Оливия? – встревоженный, но радостный голос заставил тебя вздохнуть.
– Винс, как дела? – отстраненно спросила ты.
– Плохо, без тебя плохо, – честно ответил он, и сейчас ты начинаешь дышать еще глубже, но не потому, что это то самое признание, которое оживило тебя. Ты просто осознаешь всю ситуацию и пытаешься не заплакать.
– Мне тоже плохо, – смочив пересохшие губы языком, подозвала официанта. – Виски, – заказала ты, чтобы алкоголь отравил твое тело, которое начинает отходить от шока.
– Где ты? – ожила трубка.
– Винс, хочу попробовать сначала. Новую жизнь, чистую жизнь без всех, помоги мне. – Слеза скатилась по твоей щеке, ведь сейчас ты приняла верное решение для себя. Но верное ли оно для остальных? Тебе не узнать.
– Господи, Оливия, что случилось? – тихо спросил он.
– Ничего. – Все, ты очнулась от забытья и быстро моргаешь, губы растягиваются в отработанную улыбку, и ты уже мурчишь в трубку: – Приезжай ко мне, я в «Clos Maggiore».
Ты отключаешься раньше, чем абонент отвечает, ведь ты все знаешь наперед. Приносят темную жидкость, и ты выпиваешь залпом. Огонь по венам заглушает чувство одиночества, ты заказываешь следующий. Твои пальцы вырывают шпильки из волос, и они струятся по плечам. Ощущение свободы, только внешне, а внутри ты заложница своих же фантазий.
Ты пытаешься выстроить в голове план своей жизни, но ничего не получается, и только мотаешь головой. Плевать на людей. Ты предана. Брошена. И тебя использовали.
Смешно, правда? Так посмейся! И ты прилетела, чтобы он написал письмо. Видимо, два идиота встретились рогами и решили, что умнее друг друга. Только кто выиграл? Он? Да. Он снова показал тебе, кто такой Гранд Кин.
А в тебе нет сил для борьбы, одна пелена перед глазами.
Ты поднимаешь голову, и твое сердце замирает, ведь между столиками с нервной и извиняющейся улыбкой на губах идет он. Где щелчок? Где истерика? Ничего. Холод. Кожа покрывается мурашками, и тебя передергивает от этого состояния.
– Малышка, я рад, что ты дождалась меня… – Мужчина упал на стул и обратился к тебе. Но до тебя не долетает больше ничего, кроме того, что он ожидал такого стечения обстоятельств. Он был уверен в твоей преданности.
Ты смотришь на него, волосы уже немного отросли, обещая в будущем завиться в кудри, как раньше. Красивое и ангельское лицо с пронзительными глазами. Такого мужчину сложно не заметить. Услышав раз, трудно забыть. А если испробовать его губы и услышать, как он стонет, когда кончает, то ты будешь представлять и искать его в каждом партнере. Любовь… низкий голос уверит тебя в этом чувстве, и ты будешь парить над землей от счастья. Герой фантазий любой женщины. И он об этом прекрасно знает, пользуется без устали и сожаления.
«И как он может быть таким ублюдком?» – спрашиваешь ты себя, всматриваясь в ямочки на щеках, ведь сейчас он улыбается тебе.
– Я ждала не тебя, – услышала свой до боли знакомый голос, только он спокойный и ровный.
– Что? – переспросил он, и лицо разительно поменялось. Губы сжались в тонкую линию, плечи напряглись, и он подался вперед.
– Я уже ухожу, – с улыбкой ответила ты и, взяв в руки бокал виски, залпом выпила напиток. Новый огонь по крови и шум в голове.
Ты открываешь глаза, и теперь все видится четче. Ты краем глаза замечаешь букет цветов, лежащий на стуле, и какой-то пакет рядом, но это уже не имеет значения.
– Оплати, – бросила и поднялась, заметив другого человека.
Ты же знала все, разыграла по нотам, но почему тогда музыка такая скорбящая?
– Ливи? – Он возмущен и в полном непонимании, что сейчас произошло.
Но тебе все равно, ты огибаешь столик и идешь с улыбкой навстречу мужчине, который расцветает при каждом твоем шаге.
– Винс, я рада, что ты приехал. Пойдем? Я тут все закончила, – уверила его тихим голосом и, взяв за руку, повела за собой.
– Оливия, там был Гранд? – Тебя дернули за руку, и ты остановилась, потеряв равновесие, ведь ты надела самые красивые туфли. А они, как правило, неустойчивы.
– Да, он, – положив руки на сильную мужскую грудь, ответила ты. Без стеснения, без стыда. В тебе ничего нет.
– И как это понимать? – недовольно сжал губы Винс.
– Никак, дорогой. Я же сказала – все закончила, – спокойно объяснила, погладив рукой кожу под тонкой рубашкой. – Ты же приехал за мной?
– Я не понимаю… что…
– И не надо, – положив его руки на талию, обняла за шею и притянула к своим губам. – Просто живи, Винсент. Живи со мной, – выдохнула ты в его рот, который раскрылся в полном удивлении.
Осторожное касание губ не отозвалось ни в одном уголке твоего тела. Чужие губы с робостью отвечали, но затем поняли, что им предложили, начав двигаться активней. Чужие руки прижали тебя теснее. А ты? Пуста. Ты кукла, неживая Барби.
– Твою мать! Лив! Какого черта ты творишь! – заорал на всю улицу озлобленный брошенный кавалер и схватил за руку, оторвав от твоего занятия.
Алкоголь еще больше затупил чувства, и даже его прикосновения не могут оживить тебя. Равнодушно посмотрела на него, облизнув губы, потому что знаешь, это ему нравится. Привычка, от нее никуда не деться. Как и от любви. Привычно его любить, ждать и страдать. Но не сейчас.
– Гранд, отпусти ее, – угрожая, Винс подошел с другой стороны.
– Да ни хрена! Пошли домой, быстро. – Гранд дернул за руку и потащил за собой.
– В клуб, – услышала свой голос, и мужчина остановился и обернулся, весь кипя от злости и ревности.
– Что? – выплюнул он слово.
– Поезжай в клуб, Кин. А я поеду туда, куда сочту нужным, – без лишних движений освободила свою руку из его и с гордо поднятым подбородком посмотрела.
– Лив… ты не можешь. – До Гранда наконец-то дошло, что он в проигрыше, но этого мало.
– Чего я не могу? Интересно. Спор окончен, Кин, Нейт ждет тебя в клубе, чтобы передать документы на машину. Поздравляю, – достала из сумочки салфетку, на которой сама написала три слова: «Я тебя люблю». Вложила ему в руки. Строчка больше ничего не значила, она не имела силы и магии, потому что это сказано не от души, не от сердца. – Сойдет за любовное письмо? – с иронией спросила, а его глаза полны ужаса, и он закусил нижнюю губу. Нервничает. – Другого, прости, дать не могу. Вся фантазия иссякла. Можешь подсказать что-то еще, я впишу.
Развернулась, чтобы уйти к спокойно ожидающему Винсу, но расслышала слова позади себя. Правда, больше никогда поверить не удастся:
– Я не хотел, Лив. Я… Прошу, дай все объяснить. Я хочу быть с тобой! Да я ехал… меня… да похрен. Тебе на всех похрен, кроме себя! Да я… я… не могу без тебя, мать твою! Малышка, поехали со мной, я все объясню! Думал, что ты прилетела, чтобы расстроить свадьбу, и решил, что мне это ничего не будет стоить! Но уже на следующий день понял, что сглупил! Я отказался от этого пари, Ливи! Хочу, чтобы ты была со мной, я же вчера говорил тебе… в клубе… сказал… все.
Душа возвращается в тело, и вся палитра боли становится осязаемой. Слова могут убивать? Конечно, если это ложь.
– Постоянные отношения с той, кем ты играл? Смешно. – Комок в груди разрастается с каждой минутой все сильнее, и сделала глубокий вдох.
– Ничего не изменилось. Снова ты и я. Снова письма, правда, Гранд? Снова игры, и снова твой выигрыш. Только есть маленькая неточность. Все лавры принадлежат мне, потому что любить такого, как ты, это сказочно, и я тебе помогла не выставить себя мудаком. Хотя… Посмотри на себя, кто ты? Никто. Да, трахаешься ничего, но не идеально. Но и тебя используют по назначению, чтобы удовлетворить свои потребности. А любят других. Тех, кто сможет стать всем, стать защитником и нежным любовником, рыцарем и бойцом на ринге. Тебе этого не понять, ты не создан для любви. Только для секса, и не более того. К сожалению, судьба хреновая штука, и однажды ты полюбишь, а тебе плюнут в душу. Я куплю на этот спектакль билеты в первый ряд и огромный букет роз с шоколадными конфетами для тебя. Ведь тебя назовут игрушкой, расходным материалом. Но всегда приходит время, когда игрушка может наскучить. Ты это должен знать по собственному огромному опыту. Так вот… надоел, наигралась, хочу свою часть от твоего первенства. Надеюсь, ты не жадина, медвежонок Гранд? – Подарила ему холодную улыбку. А он стоял и смотрел на меня глазами полными печали, лживой печали.
Последний взгляд на того, кого не вырвать из сердца, но возможно заставить страдать так же, как и он тебя. Больше не веришь, не ждешь радуги, только лед заставляет тебя улыбнуться Винсу и разрешить ему увести тебя в свой автомобиль.
– Куда дальше, красавица моя? – Голос, полный победных нот, прозвучал рядом, а ты смотришь в окно, где видишь его фигуру, смотрящую на белую салфетку, а затем поднимающую голову на машину, в которой сидишь ты. Что это блестит на его лице? Всего лишь блики… неудавшейся игры.
Я же говорила, что любовь никуда не уходит. Она продолжает жить, заставляя другие чувства болезненней реагировать на происходящее. Ты продолжаешь страдать из-за ублюдка, разрушившего твою жизнь. Ведь будь это впервые, ты бы наплевала на всю гордость и подошла к нему, обняла и сказала очередную глупость. Но ты знаешь его всю жизнь и наступаешь на те же грабли. Поэтому продолжаешь сидеть с другим мужчиной и смотреть на свою единственную любовь, невозможную, слепую и безответную.
– Все будет, как ты скажешь, – ответила, продолжая стонать внутри, изводить себя и резать вены.
– Тогда прошу милости в мой дом, – улыбнулся Винс. – Донни, домой, – дает указания шоферу, и машина плавно отъезжает от ресторана.
Теплая рука нашла твою, ставшую куском мрамора, и подняла к губам, оставляя поцелуй. И опять ничего. Химии не возникло, и это для тебя самое страшное. Все процессы ты подарила Гранду, не оценившего ни один.
Но роль требует продолжения, и ты, тепло улыбнувшись своему спутнику, позволила ему обнять тебя.
И опять боль затухает, пустота в сердце и неизбежное унижение стали твоими верными друзьями. Но игра не сыграна, есть возможность отплатить той же монетой… Но нужно ли тебе это?
Глава 38
Гранд
– Тебе билеты достались бесплатно, – прошептал я, смотря на клочок бумаги в моих руках.
Поднял лицо к небу, безмолвно моля о прощении кого-то наверху, о благословении и помощи. Из закрытых глаз что-то потекло, и я удивленно открыл их, дотронувшись до щеки. Что за фигня? Слезы. Я стоял посреди улицы, у входа в один из самых элитных ресторанов и ревел. Действительно ревел, потому что боль, которая была внутри, вышла за пределы сосуда, именуемого моим телом.
Каждое слово ловко и точно хлестало меня, но даже не это заставило промолчать, не дать себе упасть еще ниже, не умолять ее быть со мной. Голос и выражение лица, вот что стало главным. Я вглядывался и желал найти хоть одну черту утренней Ливи, но ее не было. Передо мной стояла надменная и холодная принцесса, явно продемонстрировавшая мне, что я моральный урод и никогда не стану достоин такой, как она.
И целовала… целовала Винса у меня на глазах, после всего что между нами было. Гадко, действительно ощущение, что меня использовали, мной играли, а я, как рыбка, попал на крючок.
Помимо боли, в теле поднималась ревность, одновременно любовь, и последнее, и немаловажное, – злость. Откуда она узнала? Какой мудак ей рассказал? Это было не по правилам… Хотя кто их когда-то соблюдал?! Нет, так просто не отпущу, пока не выясню все! Дал слабину, но хватит! Моя! На ней моя печать, и никого иного. И пусть недостоин, но стану таким. Похрен на боль, которая штормит внутри.
Широким шагом прошел до такси и сел в него, назвав адрес клуба. Неужели, это конец? Неужели больше никогда не смогу дышать полной грудью, улыбаться и просто жить? Как раньше… до ее приезда.
Нет. Не смогу. Поэтому должен, должен вернуть.
«Тебе этого не понять, ты не создан для любви. Только для секса, и не более того».
Почему такая сильная боль внутри именно от этих слов?
Я схватился за голову и начал дышать, жмурясь, чтобы не дать этим дебильным слезам выкатиться снова. Это неконтролируемый процесс.
Нежность, которую ощущал утром, сейчас казалась глупостью. Ведь чувствовал, что изменилось что-то в ней. Сожалела обо всем. Но не дал ей уйти, потащил за собой. Не должен был уезжать, если бы не расставался с ней… Нет, хорошо, что расстался, иначе просто поседел бы этим вечером.
«Но, сука, как болит внутри», – услышал свой стон. Мужик не должен реветь, не должен любить… Должен. Все он должен. Это убивает и дает силы. И ведь сам все испортил, надо было сказать. А теперь… опять один. Без надежды, без нее.
Теперь ярость и злость вступили в игру, и я поднял голову, как только машина остановилась. Убить, уничтожить. Халк, блин! Вылетев из такси, я прошел мимо уже заметившего меня охранника и просто разбрасывал людей, ища глазами нужный столик.
Без слов сжал кулак и, подойдя к улыбающемуся Нейту, со всего своего идиотизма врезал, затем еще раз. Перекинул через стол, вокруг люди завизжали, начался переполох. Но не видел ничего. Он был виноват в этом. Глаза залило от несправедливости, от предательства друга.
– Какого черта ты ей сказал? – заорал я, пытаясь накинуться на него, но меня уже за руки держала охрана.
– Охренел совсем? Никому ничего я не говорил, – сплюнул кровь Нейт и поднялся.
– Она мне звонила, Гранд. Я сказала, но Лив уже все знала, – подбежала к своему парню Деми и начала обтирать его мокрым полотенцем.
– Да отпусти меня, – вырвался я из рук. – Все хорошо, – пообещал я и подошел к столику. – Откуда она узнала? В курсе были только ты, я, Лес и твоя шлюшка. – Я получил пощечину, но она не принесла боли, только скривился.
– Мудак, и хорошо, что Лив все узнала. Она клевая, а ты придурок конченый! – ругалась Деми.
– Черт. – Снова эта чертова боль в области груди. Она заставила сесть на пол.
– Гранд, ты чего? – тихо спросила Деми.
– Ничего, – фыркнул я и достал телефон из кармана брюк, набрав номер Леса. Не отвечал. Получается, что остается только он. Больше некому.
– Я ничего не говорил, Гранд, – прохрипел Нейт. – Мне позвонил парень, у него голос был очень похожий на твой, и сказал, что у тебя есть письмо, просил дать согласие на встречу тут. Я оставил сообщение для тебя Дороти…
Без слов встал и вылетел из клуба, садясь в новое такси, теперь до квартиры.
– Лес! – заорал я, войдя в апартаменты.
– Гранд, что орешь, как бешеный? – сонно подал голос парень из гостиной.
– Ты, урод, ей сказал про спор? Ты позвонил Нейту? – продолжал я орать, пока друг приходил в себя.
– Чего?
– Лив все знает, и она бросила меня. Она убила меня, блин! Лес! Как ты мог?! На хрена ты это сделал? Решил мне отомстить? За что, мать твою?! – В моем голосе уже была паника, потому что только сейчас осознал, что потерял ее. Что нет решимости, нет ничего. Пусто и больно.
– Ты же знаешь, что я весь день был дома. Вчера вы подложили мне такую свинью, никому не звонил. Вообще не знаю, где мой мобильный, – зло сказал он и встал.
– Тогда кто мог еще сказать? – нахмурился я. – А, и еще, в меня сегодня стреляли. Надо новую машину купить, хотя заберу у Нейта.
– Что? – повысил голос Лес.
– Да, я ехал на свидание к Лив, и по заднему стеклу выстрелили, не справился с управлением и вошел в столб. Жертв нет, но сам факт. Так кто мог ей сказать? Кто еще знал об этом? Тео? Но ему никто не говорил и его нет в стране! Черт, Винсент! Поэтому прискакал в ресторан! Убью нахрен его! – опять заводился я.
– Черт, Гранд! – получил от друга удар в грудь и, сделав шаг назад, удивленно на него смотрел. – Ты мудак или где? Тебя пытаются убить, а он думает о всякой фигне!
– Мудак, – спокойно ответил я. – С покушением потом разберусь, это неважно. Мне надо найти Лив, все ей объяснить, хотя она уже убила меня. Но я не могу так ее потерять, понимаешь? Все, спор окончен! Ничего больше нет, никаких препятствий, никакого страха. Я смогу…
Читать бесплатно другие книги:
