Лед и пламень Романовская Ольга

Обхватила голову руками. Как жить в этом мире, если даже лучшие друзья предают!

– Да не убивал он Геральта, – флегматично отозвался на мои мысли Альдейн. Он в который раз разлегся на кровати и наблюдал за переливами цвета в бокале. – Поверьте мне, это сестрички.

– Угу, а до этого вы утверждали, будто именно Филипп вырезал слуг и намеревался убить Геральта, – мстительно напомнила самоуверенному некроманту.

– Как и говорил, что людям свойственно ошибаться, – парировал Альдейн. – Вот я и ошибся, подумал, демон пересилил личность носителя. Теперь же понял: сглупил. Филипп Соурен любит друга, он за ним в огонь и воду. Видимо, поэтому Геральт и пощадил. Маркиз ведь тоже особо заклинаниями не пулялся.

– Друг дороже любимой женщины, – протянула я, размышляя о человеческих ценностях.

Не понимаю мужчин и, видимо, никогда не пойму. Как можно поставить друга выше той, которая столько лет провела рядом, которой ты так отчаянно добивался, той, которая родила желанного сына? То есть и со мной Геральт поступил бы так же.

– Дария, не накручивайте себя! Элиза ну никак не тянет на любимую. На желанную – да, уважаемую – тоже. Хотя в одном вы правы, Геральт Свейн одной ногой в опале. Вряд ли обоим величествам понравится, что тот не покарал преступника. Еще обряд очищения проведет, оправдает, – с презрением добавил Альдейн.

– Зато вы точно никого не любите и с легкостью убили бы собственную мать, – против воли сорвалось с языка.

Некромант напрягся. Воздух сгустился, стало тяжело дышать, будто перед грозой. Я пискнула, поздно сообразив, что сболтнула лишнего. Вот зачем мне такой враг, как Соланж Альдейн? Виновник же моих страхов медленно сел и потянулся. Но меня не обманула ленивость движений: в некроманте бурлило бешенство. Это подтверждал цвет глаз – прозрачный, будто стекло. Я благоразумно попятилась, ища взглядом, где бы укрыться.

По губам Альдейна скользнула усмешка. Один взмах ресниц, и некромант уже стоял рядом. Воистину, он умел ходить по граням пространства: как иначе можно за миг переместиться из одной точки в другую?

– Ты ошибаешься, маленькая наиви, – коснувшись указательным пальцем моих губ, шепнул в самое ухо некромант, щекоча дыханием кожу. По телу пробежали мурашки, ладони предательски вспотели. – Я умею любить и, поверь, в отличие от Геральта Свейна, хранил бы верность супруге. Именно поэтому я не женат. Брак, маленькая наиви, – палец скользнул по щеке к подбородку, – это не сделка и не средство продолжения рода, это добровольное согласие отдать кому-то душу и принять взамен чужую.

Альдейн отстранился, оставив после себя холод студеного морозного утра. Одарил меня еще одним убийственным взглядом и велел духу принести еще бутылку и «конфет для дамы». Неужели некромант действительно вздумал напиться?

Из головы не шли странные слова Альдейна. На время они даже вытеснили думы о Филиппе. Складывалось впечатление, будто я нечаянно надавила на больную мозоль. Уж не поэтому ли некромант так холоден к женщинам, что некогда одна из них отвергла его? Осторожно глянула на Альдейна из-под ресниц. Мрачный, как туча, он замер с бокалом в руках, вперив взгляд в пространство. Может, вспоминал ту самую женщину? Подумать только, некромант – однолюб!

И тут меня будто молнией ударило: носители магии смерти ведь действительно однолюбы! Не помню точно, но это часть платы за дар власти над Сумеречным миром, но в книгах лангов утверждалось, будто им очень тяжело найти пару, оттого некроманты считались отверженными. Правда, Веос убедил: наши манускрипты лгут. Взять, к примеру, отца королевы. Он тоже некромант, однако женился. Да и многие обладатели черных воротничков носили кольцо на безымянном пальце.

Дух молчаливо поставил на столик вино и конфеты, забрал пустую посуду и удалился, серебристым облачком скользнул мимо меня и растворился.

– Так мы будем ссориться или дружить? – не оборачиваясь, поинтересовался Альдейн. – Я слишком устал, чтобы выяснять отношения. Поэтому определись. Если видеть меня не можешь, я сниму чары, и ты банально уйдешь, только перед этим скажешь Геральту о добровольности своего решения. Элиза и Талия с радостью тебя упокоят. Утешься тем, – некромант хмыкнул, – что я их действий не одобряю и казню, когда доберусь. Но вдруг наткнешься на Филиппа? Он может пощадить и оставить для собственных услад.

Не удержавшись, метнула в Альдейна подушку. Тот и не думал уворачиваться, и она угодила ему прямо в лицо.

– Успокоилась? – флегматично поинтересовался некромант и подложил военный трофей под голову. – Бери бутылку, бокал и забирайся сюда. Собственно, вариантов нашего общения два. Первый – ты чуть-чуть мне поможешь, подлечишь, взамен мы с тобой поучаствуем в охоте. Разумеется, я наставлю щитов и ни на шаг не отпущу от себя. Второй – просто поболтаем, пока не засну. А спать мне, чтобы восстановить силы без твоей помощи, нужно много. Чары на комнате крепкие, одержимые не пробьются, а демон мертв.

Некромант выжидающе глянул на меня и улыбнулся.

– Ах да, – якобы спохватился он, – существует третий вариант. Ты сидишь тут одна. Выбирай!

Я задумалась, постукивая пальцами по бедру. Соблазнительно остаться одной, но в то же время страшно.

– А о чем поговорить? – осторожно поинтересовалась я.

– О чем хочешь, – устав ждать, Альдейн откупорил бутылку и налил себе вина. – Кроме моей личной жизни, разумеется. Она тебя не касается. А так… Если не боишься, можно потравить некромантские байки. О духах, оживших мертвецах и прочих прелестях, но лучше о местных обычаях. Хоть что-то узнаешь.

Пропустила колкость мимо ушей и предложила помочь. Суровые некромантские будни, увы, не прельщали.

– Только вам все равно лучше полежать, – поспешила добавить я.

Альдейн не стал возражать, поставил бокал на пол и удобно лег, прикрыв глаза.

– Щита нет, в сознание пущу, – зевнув, пробормотал некромант. Видимо, начинало действовать красное вино. – Полная свобода действий.

Странно, совсем недавно Альдейн категорично запрещал лечить.

– Ауру твою проверил: можно. Только не усердствуй.

С опаской присела возле Альдейна и простерла над ним ладонь. Действительно, щита нет! Я бы на месте некроманта так не доверяла не пойми кому.

– Не пойми кому? – не размыкая век, поднял брови Альдейн. – А ничего, что я делил с тобой тело, дважды общался с душой? По-моему, более, чем достаточно для знакомства.

Глубоко вздохнула и осмотрела ауру.

Да, воистину некроманты – народ особый. Вот печать смерти, а Альдейн жив и относительно здоров.

Признаться, ауру некроманта я рассматривала впервые. Она сохранила следы многочисленных ритуалов. Любил же Альдейн риск! Но зато его регенерации позавидовал бы любой навсей. Сердце билось ровно, ранка практически зажила, да и чернота на ауре рассасывалась. Скоро от печати смерти ничего не останется.

– У меня нет на-ре, не бойтесь, – некромант ободряюще улыбнулся и вновь перешел на «вы». – Поэтому смело садитесь рядом. Руки распускать тоже не стану. Занятно, – Альдейн приоткрыл один глаз и лукаво подмигнул, – вы меня в спальне королевы в сознание не впустили, а я собираюсь. И кто из нас кому больше верит?

Рискнула и с опаской окунулась в чужой мир. Он оказался вязким и прохладным. Я скользила, будто по льду, а потом увидела бьющееся сердце некроманта. Так быстро? Обычно мои пациенты непроизвольно сопротивлялись вторжению.

Поджав невидимые губы, огляделась. Где же тут проблема? Альдейн здоров, не считая рубца от удара и остатков странного вещества в крови. Подумав, решила ее почистить. И верно – кровь тут же быстрее заструилась по жилам. Но вряд ли некромант прибег к моей помощи ради такой малости. Значит, проблема в другом.

– Энерготоки, – подсказал некромант. – Мне нужная магия и побольше. Ну же, поработайте чуткими пальчиками.

Так, на уровень выше, в тонкую материю. Проблему отыскала быстро и буквально через пять минут вернулась в обычный мир. Сердце учащенно билось, щеки горели. Альдейн услужливо протянул бокал, и я одним глотком, чего сама от себя не ожидала, осушила его и попросила еще.

– Перепугалась? – голос некроманта стал бархатистым и ласковым. Вот и кончилось «выканье», впрочем, я для Альдейна уж точно не благородная дама. – Думала, отомщу за острый язычок? Нет, я не обижаюсь на девочек. Ты наиви и прелестна своей непосредственностью. Только осторожнее, – а вот и угроза, – не переусердствуй. А теперь отдыхай. Разговоры и поиски потом. Тебе тоже спокойнее, когда рядом некромант в полной силе.

Альдейн бесстыже обхватил меня одной рукой за талию и, неведомым образом умудрившись не расплескать вино в бокале, уложил рядом. Под головой тут же оказалась подушка, а мой фужер наполнился рубиновой влагой.

– Вино уносит печали и стирает страхи, – задумчиво произнес некромант и неожиданно предложил: – Можешь обнять меня, если привыкла спать с плюшевым мишкой. Геральта рядом нет, заменить его, конечно, не смогу, да и нет желания, а вот погреть – на здоровье.

Разумеется, я и не думала прибегать к подобной подушке. Отодвинувшись, села и приготовилась дать отповедь некроманту, но тот уже спал. Пальцы все еще сжимали бокал, пришлось осторожно высвободить его и поставить на столик. Я же, крестив ноги под юбками, благо никто не видит, сидела и цедила вино. Признаться, сама бы с удовольствием прикорнула, но не рядом же с некромантом! В итоге сон взял свое, и я устроилась на другой стороне кровати. Веки тут же налились свинцом, унося в забытье.

Из объятий сна выдернул тихий разговор. Прислушавшись, поняла, Альдейн беседовал с ее величеством. Странно, оба шептали, будто боялись меня разбудить. Я, к слову, лежала не там, где заснула, а по центру кровати. Некромант даже раздел и заботливо одеяло подоткнул. Испуганно ощупала себя и с облегчением вздохнула: и корсет, и нижняя юбка с панталонами остались на месте.

– Она проснулась, – доложил Альдейн и крикнул в пустоту: – Завтрак леди Дарии!

Некромант успел переодеться, выглядел отдохнувшим и посвежевшим. Даже пах вербеной, а не хвоей. Мокрые волосы заплетены в косу. В первый раз вижу мужчину с такой прической. У ног Альдейна лежал знакомый посох с черепом. Тут уж стало не до шуток, захотелось забиться в уголок и затаиться.

– Как же вы напугали девочку, Соланж? – от королевы, чей объемный образ парил под потолком, не укрылся мой страх. Судя по всему, она сама недавно встала, во всяком случае, не успела сменить пеньюар на платье. – Неужели были грубы ночью?

Взгляд некроманта мгновенно стал холоднее льда.

– Мне это надоело, Евгения, – постукивая пальцами по столу, процедил Альдейн. – Ваши игры затянулись, не заставляйте обрывать их самому. Мы сейчас придем, – уже мягче добавил некромант, искоса взглянув на меня. – Только дадим леди Дарии поесть. Скажем, через полчаса.

Королева кивнула и расплылась в улыбке. Только я-то видела, все фальшь, призванная скрыть недовольство. И каким-то образом оно связано со мной, иначе почему, исчезая, ее величество адресовала прощальный взгляд именно мне?

– Не обращайте внимания, перебесится, – безо всякого почтения отозвался о королеве Альдейн, привычно уменьшив пирамидку до размеров кулона. – Тяжело ей без притока энергии. Донор-то от жены и свояченицы прячется, а с мужем несовместимость. Никто другой же временно в покои не допускается. Кроме, нас, разумеется. Хотел бы я взглянуть на того, кто меня куда-то не пустит, – самодовольно усмехнулся некромант и, спохватившись, поспешил откланяться, чтобы, по его словам, не мешать моим утренним делам.

– Служанку я пришлю, – уже у самой двери пообещал Альдейн и удалился, словно дух, пройдя сквозь стену. Позер!

Интересно, зачем я понадобилась королеве? Не лучше ли запереть меня в этой спальне и спокойно ловить одержимых и Элизу? Странно, что Альдейн со мной возится, а не участвует в карательной операции. Вчера он метался по комнате, когда узнал о побеге графини, сегодня же спокоен, будто идет на светский прием.

И что там с королевой? Слова некроманта окончательно меня напугали. Нет, я видела, она со странностями, знала о вампиризме, но неопасно ли это для окружающих? Меня волновал Геральт. Не желаю, чтобы кто-то пил из него силы. Неужели во всем Веосе у королевы нет подходящего донора, кроме Геральта? И что это вообще такое – совместимость? Может, я сумею вылечить, и супруг будет удовлетворять вторую половину во всех смыслах этого слова. Покраснела, поймав себя на двусмысленности фразы. Сколько же пошлости я набралась у навсеев! Разве может добропорядочная девушка думать о таком? Отвернулась от зеркала, чтобы не видеть собственного лица, и честно призналась: не только может, но и хочет. Я бы не отказалась вновь ощутить в себе горячую мужскую плоть, которая… Дала себе пощечину и поспешила умыться холодной водой. Этого еще не хватало! Мечтать о таком положено мужчинам, женщина же существо возвышенное…

Память настырно воскресила сладостный момент полета до оглушительного фейерверка, пришлось целиком окатить себя водой, чтобы перестать уподобляться навсейкам. А все Альдейн виноват со своей словоохотливостью! И его духи, которые напомнили о Геральте. Не спорю, сам некромант пахнет приятнее, но аромат навсея милее.

Служанка застала меня в ванной. Одежда валялась на полу в большой луже. Девушка промолчала, только удивленно вскинула брови. Она спокойно, будто так и надо, подобрала мокрые вещи и протянула мне теплое полотенце. Я в блаженстве растерла кожу и завернулась в пушистую ткань.

– Вы не позавтракали, – напомнила служанка и услужливо предложила подогреть еду.

Ну да, я ведь не успела, замечталась о Геральте и поспешила убить эти мечты в зародыше.

Пока служанка колдовала над завтраком, влезла в халат и мягкие тапочки. Без Альдейна стало вольготнее, его присутствие смущало. Нет, некромант и не думал приставать, даже от объятий веяло невинностью, но, согласитесь, невозможно ощущать себя в безопасности на жерле вулкана. Никогда не знаешь, когда он рванет и по какой причине.

Ух ты, действительно теплый! Будто только что с кухни.

Я уплетала завтрак за обе щеки, дивясь собственному аппетиту. Видимо, повлиял ритуал. Как вспомню, что фактически умерла, так вздрогну. А если б мою душу утянуло в Судилище?

Все-таки некромант слишком самонадеян. Заколоть самого себя, чтобы вселиться в чужое тело! По телу пробежали мурашки. Я ведь помнила печать смерти, видела рубец. Немудрено, что Альдейн столько проспал.

От мыслей о некроманте отвлек запах кофе. Он щекотал ноздри, непроизвольно вызывая счастливую улыбку. Как же я пристрастилась к этому напитку!

Пока я наслаждалась завтраком, служанка достала перемену одежды и разложила на постели полный комплект. Зеленое, скромное по местным меркам, платье понравилось. Пусть я и кареглазая блондинка, этот цвет мне шел, делал черты лица выразительнее.

Только-только успела завязать кокетливый бантик на лифе, как без предупреждения объявился Альдейн. Он окинул меня придирчивым взглядом и удовлетворенно кивнул.

– Свободна! – махнул рукой некромант, и служанка с поклоном удалилась.

Я с некоторой опаской взирала на Альдейна. Больно странно он улыбался – свысока, чуть презрительно. Когда же некромант галантно подставил локоть, и вовсе опасливо сжалась.

– Дария! – рассмеялся Альдейн, преодолел разделявшее нас расстояние и остановился за спинкой стула. Признаться, это сильно нервировало. Взглянуть бы на выражение лица, но я боялась обернуться, так и сидела, будто кол проглотила. – Неужели я такой страшный? Уж вам-то теперь нечего бояться. Силы у вас нет, личной неприязни между нами тоже. К тому же, Геральт Свейн попросил вас беречь. О, – не видела, но чувствовала, как губы некроманта расплылись в гаденькой улыбке, – я не упущу такого чудного случая! Граф ведь теперь мне должен, а враг в должниках – это самое сладкое блюдо на свете.

Меня передернуло от его слов, повеяло могильным холодом. Ну да, Альдейн никогда не простит Геральту поединка в собственном доме, такие люди крайне болезненно относятся к своему превосходству во всем. А тут такой удар по носу! Какой-то навсей, пусть и маг, Законник, вышел победителем из поединка и похитил жертву чуть ли не с алтаря.

Мое волнение не укрылось от некроманта. Его ладонь легла в опасной близости от шеи. По коже невольно побежали мурашки. Я съежилась еще больше, сгорбилась, борясь с желанием вскочить и броситься вон.

Альдейн недовольно цокнул языком и прижал мою ладонь к коленям. Дрожь от этого только усилилась, теперь меня трясло, будто от лихорадки.

– Я не убиваю просто так, – голос некроманта звучал предельно серьезно. Несмотря на то, что Альдейн говорил тихо, но я слышала каждое слово. Может, потому что некромант склонился надо мной, купая в легком запахе вербены. – Разве мы ссорились, чтобы вы опасались расправы?

Некромант требовал ответа, и я покорно мотнула головой.

– Боитесь за Геральта Свейна? Правильно делаете. У меня долгая память, но пока не отгремит охота, он останется жив. Более того, я стребую с него долг. Когда, не знаю, может, через неделю, может, через десять лет, но до тех пор я не трону Геральта. Потом же… – Альдейн выдержал эффектную паузу. – Это мужское дело. Дело чести, Дария, не вмешивайтесь. А теперь пойдемте. Ее величество и так в дурном расположении духа, не станем его усугублять.

Палец некроманта коснулся моей губы и чуть надавил на нее, чтобы тут же отстраниться. Кожа еще долго горела, украдкой я даже помассировала губу, испугавшись, что там остался ожог. Не знаю, видел ли это Альдейн, но промолчал.

Поспешно допив кофе, встала, показывая, что готова.

Некромант кивнул и вторично протянул руку. Я покорно оперлась на нее и смело шагнула в зев телепорта. Он вывел в будуар королевы. Ее величество уже ждала нас, от нетерпения притопывая ножкой в атласной туфельке. Пеньюар обнажал точеные лодыжки и подчеркивал женственные формы. Альдейн фыркнул и укоризненно покачал головой.

– Сколько можно! Право слово, надоело уж. Энергией могу поделиться, только сомневаюсь, будто она пойдет вам на пользу. В прошлый раз тошнило.

– Не нужно! – по лицу королевы пробежала тень. Резким движением она запахнула пеньюар и знаком велела следовать за собой. – Вам энергия нужнее. Просто выздоровление отнимает силы, – улыбнувшись, объяснила мне королева, надев маску приятной во всех отношениях женщины. – Это пройдет, не переживайте.

Вновь оказавшись в спальне ее величества, сразу поняла, что-то не так. Потом сообразила: мебель расставлена иначе, а в воздухе те же чары, которыми Альдейн опутал мою комнату.

Королева опустилась на кровать, некромант без приглашения опустился в кресло рядом. Мне же ничего не оставалось, как занять последний свободный стул у туалетного столика.

– Начнем с хороших новостей, – Альдейн бросил на меня быстрый хитрый взгляд. – А то леди Дария решит, будто я манкирую своими обязанностями. Талия таки мертва. Лично проверил.

– А Филипп Соурен? – королева повертела кольцо на пальце и устало откинулась на подушки. – Я хочу поговорить с ним, не убивайте.

– Да без проблем. Он в бегах, ваше величество, можете с ним связаться. Может, маркиз захочет дать объяснения хотя бы своей госпоже. Увы, герцог не в курсе планов сына. Они на редкость погано общались.

– Как, вы допросили Родриго? – поза королевы тут же утратила вальяжность. Похоже, откровение некроманта стало для нее сюрпризом.

– Разумеется, – фыркнув, Альдейн глянул на нее, как на неразумного ребенка. Хрустнул пальцами и менторским тоном объяснил: – Первым делом допрашивают родных преступника, чтобы выявить пособника.

Ее величество поморщилась.

– Надеюсь, не с пристрастием.

Некромант промолчал, отчего-то продолжая наблюдать именно за мной. С чего бы?

– Вы еще потанцуете с его светлостью на балу, – спохватившись, все же ответил Альдейн и, нетерпеливо постукивая по крышке карманных часов, протянул: – Однако, пора бы ему уже появиться. Это, по меньшей мере, невежливо.

Кому, спросить не успела: воздух в комнате сгустился, явив Геральта. Но я рано обрадовалась: в комнате материализовался лишь облик навсея. Он грустно глянул на меня, пробормотал: «Прощай и прости» и с легким хлопком исчез.

– Иллюзия, – скривил губы Альдейн и пристально посмотрел на меня: – Надеюсь, вы не поверили? Это штучки Элизы. Наверняка хочет заманить в ловушку.

И, правда, спустя пару минут в дверь постучали. Не вставая, некромант снял охранные чары, и в королевскую опочивальню вошел грязный Геральт. Он почтительно поклонился ее величеству и произнес всего одно предложение: «Мы ее нашли».

Глава 4

Я разом стала никому не нужна. Ну, не считать же собеседником иллюзию Альдейна? Он милостиво оставил ее в комнате, «чтобы не скучала», а на самом деле – чтобы присмотреть. Геральт тоже повесил на шею цепочку с тремя узелками, обронив, что она защитит, случись какая-нибудь гадость. Но все трое, включая королеву, сходились во мнении о безопасности опочивальни.

Ее величество рвалась в бой, но мужчины, сговорившись, подавили это стремление на корню. Геральт и Альдейн обменялись взглядами, кивнули и разыграли подлую сценку. Ради такого случая даже забыли о неприязни друг к другу. Навсей отвлек ее величество разговором, а некромант усыпил. Геральт успел подхватить королеву, не позволив удариться, и бережно переложил на кровать, даже одеялом прикрыл. Подобная забота неприятно резанула. Отвела глаза, делая вид, будто интересуюсь рисунком тканевых обоев, и натолкнулась на изучающий взгляд Альдейна. Вспыхнув, тут же выбрала предметом изучения пол, но противный некромант все же не удержался от ремарки:

– Зачем же так ревновать, да еще к той, с которой ваш любовник не спит?

Странно, Альдейн сказал это довольно громко, но Геральт никак не отреагировал. Неужели не вступится?

– Он не слышит, – лениво объяснил некромант и самым бесстыдным образом потянулся, демонстрируя кошачью гибкость. Тело у него действительно напоминало воду: так же легко перетекало из одного положения в другое. – Более того, я совсем не там, куда вы смотрите. Это галлюцинация. Геральт наверняка рассказывал, я люблю такие штучки. Я вообще много чего люблю и умею, – рассмеялся Альдейн.

Вздрогнула, когда чьи-то пальцы коснулись плеча, и, испуганно обернувшись, увидела некроманта. Он предельно серьезно смотрел на меня, только уголки губ улыбались.

– Не отличить, верно? – шепнул Альдейн, указав на своего двойника. Самое примечательное, тот тоже смотрел на меня. – И какой же истинный, а какой ложный? Можно только почувствовать сердцем.

– То есть? – не поняла я и на всякий случай сделала шажок к Геральту. Тот как раз заканчивал укладывать королеву.

– Магическая интуиция. Теоретически можешь развить, если раскопаешь дар.

– У меня нет дара, – вздохнула я.

Помнится, еще в Мире воды я жутко переживала, что никогда не смогу сотворить ни одного заклинания.

– Ой ли? – вновь издевательски рассмеялся некромант, игнорируя недовольные взгляды Геральта, которые наконец-то заметил неладное. – Был – и весь ушел в любовника? Тогда отчего же ты так хорошо лечишь?

– Это совсем другое, – упрямо возразила я. – Обычные склонности. Кто-то хорошо рисует, я лечу.

– Ну, это как сказать, – улыбка Альдейна перешла все мыслимые границы приличия, а пальцы барабанили по плечу. Показалось, или он выводил ритм какой-то песенки?

– Не показалось, – ответил на мысленный вопрос некромант и с неохотой отступил. Коту нравилось терзать мышь.

Жду не дождусь, пока Геральт починит медальон и сойдут руны! Тогда Альдейн перестанет без спроса копаться в моей голове! Такое ощущение, будто всегда голая.

– Голой я тебя видел, – напомнил некромант, – а мысли читаю не всегда. Обычно ставлю щит. Иначе с ума сойдешь! Представь себе бесконечный гул голосов, где ничего не различить.

Со мной вновь беседовал первый Альдейн, второй же, настоящий, о чем-то шептался с Геральтом.

– Так вы ментал? – запоздало догадалась я.

Некромант закатил глаза.

– Не прошло и года, милочка! Или о гибридных магах в первый раз слышишь?

В первый, до Веоса не попадались.

– Чтобы подсластить пилюлю: тут многие менталы в той или иной степени, поэтому и закрываются. Для мага определенного уровня мысли – не проблема. Что до меня, то это так, баловство. Основная моя профессия – некромантия. Дело жизни, так сказать. Ладно, сейчас Геральт вернет тебя в спальню. Посидишь там, подождешь, пока он не вернется. Чтобы не так тоскливо было, оставлю иллюзию. Она, конечно, неразговорчивая, но попросить что-то можно. Через три часа развеется.

И вот я сидела на кровати с чашкой горячего чая и тарелкой имбирного печенья, которые любезно принес Геральт до того, как «запечатать» комнату, и смотрела на иллюзию Альдейна. Некромант будто дремал в кресле. Со стороны – как живой, вблизи проверить боялась, как и спросить о чем-то. Да и о чем? О погоде?

Тишину нарушало только биение собственного сердца.

Тоскливо покосилась на иллюзию Альдейна и села так, чтобы не чувствовать на себе его взгляда из-под прикрытых век. Не могу поручиться, что мне это не кажется, но лучше не рисковать.

Мысли поневоле возвращались к Геральту. Он ведь толком не поговорил со мной после ритуала, не обнял, не поцеловал, все мысли о деле. Даже обидно. Может, мне страшно, может, я боюсь оставаться одна. Некромант и тот проявил больше внимания.

Хотя, наверное, я не права. До меня ли Геральту, когда лучший друг оказался одержимым, сестричка, она же свояченица, и не думала умирать, а жена сбежала? Вот закончится этот кошмар, и все станет на свои места.

С этими мыслями легла на кровать и уставилась на матовую поверхность зеркала. В ней отражалась настоящая придворная дама в зеленом. Только эта дама совсем не по этикету скинула туфельки. Да, понимаю, непристойно, но я ведь не обнажила ног выше щиколоток.

Чай в чашке и не думал стыть. Значит, на него наложили специальное заклинание. В блаженстве погрела ладони над чашкой и сделала глоток. Пряный напиток растекся по горлу. Какой же вкусный! Не успокоилась, пока не выпила весь.

Странно, присутствие иллюзии Альдейна больше не стесняло, и я развалилась на кровати. О приличиях, прочем, не забыла: юбки не задирала, ногами не болтала.

После переживаний, чая и сытного завтрака клонило в сон.

Я вновь лениво уставилась на зеркало: все равно никаких развлечений. Показалось, или отражение мне подмигнуло? Мотнула головой и вновь уставилась в зеркало. Глупость какая!

Любопытство меня погубит! Сползла с кровати и присела за туалетный столик, даже провела рукой по амальгаме. Показалось, разумеется.

Только хотела вернуться обратно на кровать, как услышала сдавленный шепот. Сон как рукой сняло. Это Геральт! Он хрипло звал меня, просил помочь. Слова вместе с кровью пульсировали в висках.

– Знаю, ты меня не услышишь, – с горечью заключил навсей. – Сам виноват, самому и расплачиваться. И хорошо, что не слышишь: позор – признаваться в слабости.

Сердце на миг перестало биться. Судорожно глотнув ртом воздух, прижалась губами к холодной поверхности, бессильно пытаясь помочь любимому или хотя бы услышать еще хоть слово. Ничего!

По щеке стекла слеза. Поспешила смахнуть ее и обессиленно опустилась на пуфик. Ни на что не надеясь, начертила на зеркальной поверхности сердечко и вскрикнула от неожиданности: твердая амальгама превратилась в вязкую массу. Стоило чуть надавить, как палец целиком ушел в зеркало. Но самое страшное, я не смогла его вытащить. В отчаянье обернулась на иллюзию Альдейна. Та лениво приоткрыла глаз, но ничего не делала. Еще бы, ведь настоящий некромант далеко.

Закусив губу, ухватилась свободной рукой за край стола, и попыталась высвободить конечность. Застряла намертво. Дернула сильнее и с криком улетела внутрь зазеркалья.

Краем глаза заметила движение сзади. Видимо, отреагировала иллюзия Альдейна. Или я выдала желаемое за действительное? Не наделил же, в самом деле, некромант двойника разумом?

Я летела сквозь пространство и время. Крик стыл в горле. Казалось, я открываю рот, а из него не доносится ни звука. Или просто оглохла.

Кости трещали. Казалось, еще немного, и меня сплющит. Но нет, пару томительных мгновений, длиною в вечность, и я приземлилась на землю, едва не вспоров щеку какой-то веткой. Приглядевшись, поняла, что оказалась в лесу.

На затылке – шишка, плечо ноет, вдобавок ко всему тошнит.

Застонав, попыталась пошевелить рукой или ногой. Вроде, цела. Но встать все равно не смогу, нужно отлежаться.

Над головой сомкнулась крона лиственного леса. Она негромко шелестела, настраивая на романтичный ряд.

Где-то неподалеку журчал ручеек. Пели птицы.

Немного придя в себя, со стоном села, потирая голову.

Да, мне определенно повезло: ветка острая, прошила б щеку насквозь.

Все руки в синяках, ссадинах, а пальцы той, которая угодила в зеркало, частично потеряли чувствительность и побагровели.

Платье порвано, один край банта на попе откололся и теперь хлопал по мягкому месту.

Туфли слетели. Вот еще морока! Поползла за ними и застыла с протянутой рукой: взгляд уперся в нетерпеливо постукивающий о корень дерева женский сапожок.

– Вот и снова свиделись! – осклабилась Элиза и поспешила предупредить: – Не спеши бежать, бесполезно. Сестричка у меня нервная, с радостью поквитается за Геральта.

– Но как?.. – слова застревали в горле. – Разве она не мертва?

Графиня расхохоталась и с помощью магии вздернула в воздух. Теперь я хорошо видела и ее, и Талию, прислонившуюся к осине неподалеку. Выглядела навсейка плохо. Знакомство с Геральтом и Филиппом обезобразило ее, подарив пару шрамов, но не лишила живости взгляда. Одержимая смотрела чуть насмешливо, однако от меня не укрылась нервозность магессы.

Талия, как и Элиза, оделись удобно, по-мужски: в охотничьи наряды. На поясе каждой – целый оружейный арсенал. Графиня как раз вытащила один из ножичков и приставила к моему горлу, заставив судорожно сглотнуть вязкую слюну. Рука ловко сорвала с шеи цепочку с узелками и, бросив на землю, испепелила.

Странно, отчего оберег не сработал? Разве сейчас я не подвергалась опасности? Или то зеленое свечение, которым налились узелки, и есть сигнал о помощи? Хорошо бы!

– Ты полная дура, – презрительно протянула Элиза, скользнув лезвием по коже. Я ждала и боялась момента, когда нож вспорет ее, вместе с кровью отнимая жизнь. – Повелась на простую обманку!

– Она же наиви, – устало проронила со своего места Талия и скользнула по мне пустым взглядом человека, которого давно ничего не держит на свете. – Они всем верят, всем помогают. И любят, наверное, так же: чисто, беззаветно. Я, – голос ее окреп, в нем отчетливо звучала злая усмешка, – может, тоже хотела любви, но никто не желал ее предложить. Мать умерла, трусливый отец отрекся и тоже ушел к предкам. Потом маги, Свейны… Есть только ты, Элиза, но ведь этого мало. Очень мало.

Одержимая сокрушенно покачала головой и, встряхнувшись, неожиданно зло прошипела:

– Ты умрешь, но только после Геральта Свейна! Пока сила еще не ушла, я разделаюсь с этим проклятым родом. Забери демоны Альдейна, это он, скотина, лишил нас всех мечты, покровителя. С твоей помощью. Ты пахнешь его душонкой, его духами. Тоже пригрела? Тогда ты не продешевила, наиви, Соланж Альдейн стоит смерти.

Я удивленно глянула на нее, на миг позабыв о лезвии, царапавшем кожу. Показалось, или Талию и некроманта некогда что-то связывало? Возможно, несчастная первая любовь сироты.

Талия сообразила, что слишком разоткровенничалась, и послала ко мне серое облачко. Едва оно коснулась кожи, я вновь провалилась в небытие. Надеюсь, не навсегда.

Кап-кап-кап…

Ай!

Едва не задохнулась, когда на лицо вылили ведро воды, не меньше. Закашлялась и открыла глаза.

Тот же лес, только я лежу на берегу ручья. Руки и ноги стянуты веревкой, горло сжимает ошейником. С ужасом поняла: это тот самый, который надевают на врагов ланги. Он мешал дышать, каждый вздох отдавался болью. Радовало одно: во мне нет магии, поэтому не так больно. Представляю, как приходилось тому же Геральту.