Мое проклятие. Право на выбор Ардова Алиса

– Здравствуй, Кателлина.

Ну наконец-то. Теперь можно поднять глаза и осмотреться.

Огромный обеденный зал. Стены, свод потолка, мебель – все покрыто тонким слоем позолоты. Вычурный камин, декорированный рельефными цветными изразцами. Наборный паркет. Изящные яшмовые колонны, придающие помещению особо торжественный вид. Очередная помпезная гробница. И посреди всего этого великолепия, у длинного прямоугольного стола – высокий стройный мужчина.

Белоснежные волосы. Жесткий изгиб губ. Насмешливый взгляд прозрачно-янтарных глаз.

– Повелитель.

– Саэр Айар, – тут же поправили меня. – Наставник и старший родственник твоего господина. Проходи, Катэль.

Раиэсс указал на одно из кресел, дождался, пока сяду, а потом занял место на противоположной стороне. Ели мы долго, молча. Каждое новое блюдо, подаваемое неслышно скользящими за нашими спинами слугами, каждый кусок, который накалывала на вилку под испытующим взглядом императора, становились для меня пыткой.

Я все ждала, ждала, ждала…

И дождалась.

– Ну что, поговорим, девочка?

Надо же было выбрать момент, когда я, решив попробовать незнакомый темно-вишневый пенный напиток, сделала первый осторожный глоток. Чудом не поперхнулась. Или Айар специально так подстроил?

Нарочито медленно отставила бокал в сторону, аккуратно промокнула губы тонкой белоснежной салфеткой и только после этого посмотрела на мужчину. Он уже поднялся из-за стола и теперь стоял, небрежно уронив руку на спинку кресла. Наблюдая. Оценивая. Встретившись со мной глазами, едва заметно усмехнулся, отступил и, не проронив ни слова, направился куда-то в глубь необъятной комнаты.

Император явно умел держать паузу, а я… Мне оставалось только последовать за ним.

В полном молчании мы добрались до противоположного выхода из столовой, миновали короткую галерею и спустились в большой внутренний сад. Тенистый, благоухающий тонкими цветочными ароматами, но при этом казавшийся каким-то заброшенным, неухоженным. Раиэсс чуть помедлил на пороге, а потом, даже не бросив взгляда в мою сторону, быстро пошел вперед по одной из дорожек.

– Кателлина Эктар, единственная дочь Брунора и Адельвен Эктар, после смерти родителей взята под опеку главой рода и отправлена на воспитание в обитель, – услышала я наконец голос императора. Тихий, спокойный. Казалось, мужчина разговаривает сам с собой. – Характер мягкий, покладистый. Осторожна, уступчива, полностью зависит от мнения окружающих. Легко внушаема. Уроки и поручения наставниц выполняет охотно и старательно. Искренне радуется поощрениям, ждет их. С другими воспитанницами старается поддерживать ровные отношения. Любимые занятия – рукоделие и чтение одобренных к изучению книг.

Слушала и вспоминала Фису, Ритана, Мори, Циольфа. Их взгляды, намеки, отношение ко мне. Бедняжка Кэти. Тихая, боязливая мышка. Покорная, неконфликтная, безынициативная. Я не знала прежнюю хозяйку тела, но, судя по тому, что успела о ней выведать, именно такой она и была.

– Характеристика из обители, – пояснил не догадывающийся о моих мыслях император. Ну это я и сама уже поняла. – На протяжении всех лет обучения наставницы внимательно следят за будущими наидами. Подмечают малейшие мелочи. Составляют собственное мнение. Не было ни одного случая, чтобы в итоге они ошиблись.

Раиэсс внезапно остановился и стремительно развернулся, так что я буквально врезалась в широкую мужскую грудь. Твердые пальцы схватили подбородок, поднимая его вверх, и чужие глаза – искрящиеся, блестящие подобно белому золоту, вдруг оказались близко-близко.

– А теперь скажи, куда исчезла девочка, о которой писали воспитательницы обители? Где она?

Сердце замерло, пропустило удар, а потом заколотилось с удвоенной силой, громко, гулко, тупой болью отдаваясь в висках. Раиэсс будто почувствовал это.

– Боишься, – усмехнулся удовлетворенно. – Правильно делаешь.

– Не понимаю, о чем вы, По… саэр Айар.

– Значит, не понимаешь… – Император отпустил мой подбородок, но отстраняться не спешил. – Дело в том, что та Кателлина, расставшись с чистотой и невинностью в постели незнакомого мужчины, вела бы себя совершенно иначе. Помню, помню, – отмахнулся он, видя, что я собираюсь ответить, – домогательства опекуна, последний шанс, отчаяние, подкрепленное отваром корня линиха. Мне известно все: и что ты говорила на ритуале взыскания истины, и о чем на дознании поведал целитель Эктара. Но после отлучения от рода прежняя Катэль просто легла бы, сложила руки и в тоске ждала конца, рыдая, жалея себя, но ничего не предпринимая для собственного спасения. Вместо этого ты, встретившись с Савардом, почти уговорила его выбрать именно тебя. Потребовала проверки своей невиновности на родовом артефакте. Приняла участие в церемонии вручения даров. Выдержала формирование новой родовой связи – полной. А затем прошла ритуал взыскания истины. Все это само по себе невероятно. Может, наставницы ошиблись? Первый раз за всю историю обители не разглядели истинной сути воспитанницы? Ее воли, решительности, настойчивости… Что скажешь?

Не ошиблись эти почтенные дамы. Не ошиблись. Характер у меня, конечно, не нордический и даже не приближающийся к нему, но и размазней в отличие от настоящей Катэль я никогда не была. Да и любимые занятия явно другие. Рукоделием не увлекалась, а от чтения «рекомендованных» для наид брошюр меня откровенно воротит. Но вот императору об этом точно знать не стоит.

– Не знаю, саэр Айар, – отвела глаза в сторону.

– А я знаю.

Раиэсс наконец-то отошел. Сделал несколько шагов и остановился на краю крошечной полянки, усеянной голубоватыми валунами и мелкими душистыми цветами.

– Учителя внимательны к будущим наидам, но особенно пристально они наблюдают за теми, кого называют между собой «особенными». За такими, как ты, Кателлина. За девочками, в чьих жилах течет отравленная кровь жриц Проклятой.

Ощущение ужаса, безысходности накрыло темной удушливой волной. Во рту мгновенно пересохло, перед глазами поплыли разноцветные круги, голова стала тяжелой, словно чугунной. На дне сознания ядовитой змеей забилась-закружилась навязчивая мысль: «Он знает! Знает!!!» Усилием воли заставила себя сосредоточиться на дыхании, погасить панику, успокоиться.

Вовремя.

Император – когда только успел вернуться? – вновь стоял рядом, цепко вглядываясь мне в лицо, и острые осколки солнца в его глазах обжигали ледяным мертвенным светом. Создавалось впечатление, что он затеял какую-то одному ему понятную жутковатую игру. Отвернуться, дать собеседнику расслабиться, бросить многозначительную фразу, шокировать, а потом, внезапно приблизившись, ловить первую непроизвольную реакцию на свои слова.

– Не удивлена, – констатировал Айар. – Я так и думал. Когда Кариффа сообщила о вашем родстве и открыла грязные семейные секреты? В первый же день? – Твердые губы дернулись в брезгливой пренебрежительной усмешке.

Надо же, и о старухе ему известно. Впрочем, на то он и самодержец, чтобы первым узнавать обо всем, что творится в государстве. Тем более если это связано с жизнью советника и друга. Да… Маленькая теплая компания приобщенных к «великой тайне» растет на глазах. Интересно, кто следующий?

Раиэсс ждал. Отрицать очевидное было глупо, впрочем, как и молчать дальше. Постаралась отделаться кратким вежливым ответом:

– Позже, Повелитель.

– Тварь, – зло выдохнул мужчина. – С каким удовольствием придушил бы эту гадину. Жаль, клятва не дает.

Исправлять мое «Повелитель» на этот раз он не стал. Роль «доброго родственника» владыку Эргора больше не устраивала, начался серьезный разговор.

– Когда ушел из жизни император Орнорд, мне не исполнилось и двадцати. – Айар быстро взял себя в руки, спрятался за маской отстраненного спокойствия. Лишь чуть заметная отрывистость речи выдавала истинные чувства. – Игерд к тому времени уже около пяти лет возглавлял род. Был удачно женат, имел маленького сына и красавицу-наиду. Он заменил мне отца, стал опекуном, наставником, помог подготовиться к инициации и успешно пройти ее. В двадцать лет! Обретение силы, государственные дела, требующие немедленного решения, поиски подходящей невесты, женитьба… В победной эйфории и круговерти повседневных забот я не сразу заметил странное отношение Крэаза к его наиде. А когда разглядел, было уже поздно. Кариффа прочно привязала к себе советника, сковала незримыми крепчайшими узами.

«Сковала», – передразнила мысленно. Что плохого может сделать господину полностью зависящая от его воли женщина?

Раиэсс точно услышал мой вопрос.

– Игерд не мог долго находиться вдали от нее, заниматься делами, сыном. Это даже не страсть. Разрушительная, мучительная зависимость, которая разъедает душу. Недаром предки безжалостно уничтожали подобных вам. – Быстрый яростный взгляд в мою сторону. – Вы как опасная ядовитая зараза. Неизлечимая болезнь, лекарство от которой одно – смерть.

Понятно. Если женщина начинает для тебя слишком много значить, убей ее и живи спокойно. Вот девиз всех высокородных Эргора. Агент Смит с его знаменитой речью «Люди – вирусы» рукоплескал бы стоя.

– Помочь опекуну и другу я был уже не в силах. Он никогда не отдал бы наиду, не позволил причинить ей вред. А вот что касается других… Игерд сам подсказал идею. Когда он осознал, кем является Кариффа, понял, что не все потомки жриц уничтожены, разыскал в имперском архиве старые записи. В них и прочитал о том, как распознать проклятую кровь. Старый надежный способ, забытый за ненадобностью. Как оказалось, зря. Разумеется, мы не проверяем всех сирр Эргора, ненужная огласка, разговоры, волнения ни к чему. Имперские маги, связанные личной клятвой, и так наблюдают за семьями саэров и немедленно докладывают обо всех странностях. А вот поступающих в обитель девочек настоятельница сразу же проводит через особый ритуал. Я давно знаю, что тебе достался семейный дар, Кателлина. Как и твоей матери, судя по поведению Эктара. Ваша гнилая кровь виновата в его одержимости, в том, как упорно этот саэр преследовал чужую жену и мстил ей, не остановившись даже перед убийством.

– Сирра… мама покончила с собой на следующий день после казни отца. – Голос плохо слушался, пришлось откашляться.

– Ты в это веришь? – Мужчина даже не пытался скрыть едкую насмешку в голосе.

– Таков был вердикт имперского дознавателя. – У меня хватило сил поднять глаза от яркого цветочного ковра и прямо встретить надменный колючий взгляд.

– Таков был мой приказ дознавателю, – парировал Раиэсс. – Подлинный отчет о происшествии видел лишь я. Глава одного из самых сильных родов империи и женщина, в чьих жилах течет кровь жриц Проклятой. Выбор очевиден. Так что дело замяли, и подозрения против твоего бывшего опекуна остались лишь на бумаге.

Угу, а бумага эта, оформленная по всем правилам и подписанная дознавателем, отправилась в досье, заведенное на Ритана Эктара. Откуда при необходимости ее в любой момент можно извлечь и обнародовать. Хороший способ держать могущественного высокородного за горло.

Несколько минут мы молча смотрели друг на друга.

– Как думаешь, девочка, для чего я все это тебе рассказал?

– Самой интересно, – вырвалось неожиданно.

– Дерзишь? – Айар нахмурился. Впрочем, гнева в его голосе я не услышала. Лишь холодное любопытство.

– Как можно, Повелитель.

Мужчина недоверчиво хмыкнул.

– Ты слишком спокойна. Где слезы? Мольбы о пощаде? Заверения в благонадежности? Не боишься, что я прикажу тебя убить, наида с порченой кровью? Или, – властное жесткое лицо вмиг потемнело, – надеешься на помощь Саварда?

Напряженное, пристальное внимание императора тяготило. Буквально придавливало к земле. Было неуютно и зябко, хотелось немедленно уйти, сбежать не оглядываясь. Жаль, что это невозможно.

– Боюсь. И знаю, осужденного вами ничто и никто не спасет. Но если бы вы приняли решение просто от меня избавиться, вряд ли удостоили разговора. Зачем тратить время на ту, которой через мгновение уже не будет? Что-то объяснять ей?

– Умная малышка. – Золотистые глаза остро блеснули. – Красивая, умная, желанная отрава. Слишком много «достоинств», – в последнее слово собеседник вложил, наверное, весь доступный ему сарказм, – для того чтобы уцелеть. Впрочем, тебе и тут повезло. Высокородных слишком мало. Никто не станет уничтожать сирр без веского на то основания. Даже меченых Проклятой.

«И тут?» А когда мне еще везло? Хотя… Меня отлучали, испытывали ритуалами, травили, а я все еще цела. Что и говорить, действительно повезло.

Раиэсс развернулся и направился дальше по дорожке. Поспешила следом, не желая упустить ни единого слова.

– Девочек с кровью жриц в обители проверяют постоянно. Если уровень дара едва заметен и не увеличивается с годами, воспитанницы спокойно живут дальше. Растут, учатся, обретают господина. Становятся превосходными наидами. Лучшими. Они могут вобрать в себя больше силы, чем простые сирры, и идеально подходят для самых могущественных из дваждырожденных. Понимаешь?

Еще бы не понять.

– А другие… Что с ними происходит?

– Такие женщины – самое сильное искушение для саэра, но несут ему лишь гибель и безумие. Они подлежат немедленному уничтожению. – Суровые, резкие слова падали тяжелыми камнями. – Не скажу, что мне будет легко, но если нужно, я поступлю так, как того требуют интересы государства. – Мужчина продолжал сосредоточенно смотреть прямо перед собой, лишь желваки, что играли на лице и, казалось, вот-вот прорвут кожу, выдавали его волнение. – Хвала Горту, до сих пор подобных мы не находили. Все воспитанницы с кровью жриц имеют слабые способности и не представляют угрозы, их очень легко контролировать. В отличие от той же Кариффы. Уверен, она всегда была одареннее остальных. А вот от тебя, Кателлина, я не ждал сюрпризов. Ты прошла проверки и ничем особенным не выделялась. Так я считал раньше. Теперь же…

– Что теперь? – Сердце на миг замерло, а потом стремительно рухнуло вниз.

– Мне доложили, что Эктар забрал тебя из обители и собирается представить на Дне выбора как одну из кандидаток. Я думал, Савард не заметит скромную пугливую малышку, обратит внимание на более привлекательных девушек. Но даже если бы ты его и заинтересовала, ничего страшного. Женщина для утех с искоркой жреческого дара – неплохой вариант для советника императора. При условии, конечно, что это крохотная, едва заметная искорка. Твое последующее поведение насторожило. А то, что я увидел в глазах воспитанника, когда он смотрел на собственную наиду в разрушенном храме Проклятой, заставило подозревать худшее. Твои способности выросли, Кателлина Крэаз. Ты стала опасна.

– Это приговор? Или еще есть шанс?

Меня охватило странное спокойствие. Неестественное и обманчивое – мозг продолжал лихорадочно работать, перебирая варианты. Сдаваться я не собиралась.

– Если бы мог, отобрал бы тебя немедленно и дал советнику другую наиду. – Как все просто. Игрушка оказалась бракованной? Не беда! Поменяем ее на новую, и никаких проблем. Послушный мальчик будет только рад подарку. – Но, к сожалению, он успел слишком сильно привязаться к тебе, так просто уже не отдаст. А я не хочу ссориться с Савардом без серьезных оснований. – Айар остановился, сказал, чеканя каждое слово: – Ты еще раз пройдешь проверку. – Опять ритуал. Да сколько можно! – Если уровень дара остался прежним, я позволю тебе остаться наидой главы рода Крэаз. Только в этом случае.

– Хорошо, Повелитель.

Он что, надеялся, я стану сопротивляться и меня можно будет с чистой совестью удавить на месте?

– Завтра утром за тобой придут. До встречи, Кателлина. Мирол, проводи сирру в ее покои. – Раиэсс махнул рукой, подзывая стоявшего поодаль слугу, того самого, что привел меня в столовую, и, отвернувшись, быстро пошел вперед.

Смотрела вслед стремительно удалявшемуся императору, пока он не скрылся за поворотом, а в голове крутился не переставая невесть откуда взявшийся стишок:

  • Маленький мальчик наиду нашел,
  • К дяде с вопросом он подошел.
  • «Брось эту гадость!» – дядя сказал.
  • Долго потом он лицо вытирал.

Да… Кто как реагирует на неприятности, а я предпочитаю над ними смеяться. Хотя бы про себя. Тогда они не такими страшными выглядят.

Глава 3

Великолепный белоснежный храм, сияющий яркими красками витражей, полный света, воздуха и тайн, ждал.

Мраморные колонны, увенчанные капителями-коронами, драгоценные фрески на стенах, золотые статуи в нишах – все вокруг, казалось, замерло в предвкушении чуда. Ликующие чистые голоса, перекликаясь, взлетали к высокому сводчатому потолку и, ударившись об него, звонким эхом осыпались вниз. Сегодня здесь не было паломников – только свои. Сестры. Радостные, возбужденные, легкими тенями скользили они мимо меня и растворялись впереди.

Охваченная общим волнением и нетерпением, я спешила туда, где исчезали до боли знакомые силуэты. К древней арке перехода, ведущего к средоточию нашей силы – сердцу храма. Затейливая каменная резьба высокой арки. Тонкая прозрачная ниточка Моста Слез. Шаги гулко разбивались о блестящую поверхность малахитового пола. Вперед, вперед…

Вбежала в святилище богини и остановилась за спинами сестер, почтительно склонив голову. Потом не выдержала и, оглянувшись – не видит ли кто, обежала глазами небольшое помещение. Женские лики, взирающие со стен, ласково и приветливо улыбались. Удивительное зрелище! Такое возможно в один-единственный день – знаменательный, торжественный, исключительный – день Наречения. Если Верховной будет угодно, когда-нибудь я тоже присоединюсь к избранным, и часть меня навечно сохранится здесь тонким ликом на стене хрустального святилища. Но это случится еще нескоро. Пока я всего-навсего Младшая и призвана сюда, чтобы наблюдать, свидетельствовать и славить счастливиц, которых удостоит своим выбором богиня.

Тонкий переливчатый звук пронесся по залу, и сразу же, заполняя все пространство, вспыхнул свет. Жалящий, беспощадный, он резко ударил по глазам, на мгновение ослепив присутствующих, а потом, словно огромное черное покрывало, на святилище упала тьма.

Началось.

Теперь я, как и каждая из нас, останусь в этой темноте до конца церемонии. Ослепшая, оглохшая, терпеливо ожидающая результатов. Лишь двоим из сестер – Нареченной Дня и Нареченной Ночи – выпадет честь заглянуть в бездонные очи Великой, услышать ее голос. Я же имею право только ждать и мечтать.

Вязкая мгла вокруг вдруг всколыхнулась сизым туманом, раздалась в стороны, и к моим ногам легла узкая, искрящаяся всеми цветами радуги дорожка.

– Подойди, дитя! – властно позвал красивый глубокий голос.

Обмирая от восторга, медленно двинулась вперед. Неужели богиня предпочла меня? Меня?! Младшую! Один шаг, второй, третий… И дорожка разделилась. Одна тропинка стремилась к Сердцу Ночи, другая уводила к Сердцу Дня. Какую из них предназначила мне богиня?

Тихий смех серебристыми колокольчиками зазвенел по залу.

– Выбирай, дитя. И если выбор окажется верным, в конце пути ты обретешь то, что так жаждет твоя душа. Амулет Нареченной…

Резко подскочила на кровати, пытаясь сообразить, где я, что происходит? Ночная греза не хотела отпускать. Строгий, исполненный силы голос все еще манил, призывал принять решение, предлагал достойную награду.

Амулет!

По-прежнему пребывая в полусне, не думая, не удивляясь, встала и по какому-то наитию пошла к шкатулке наиды. Открыла, достала маленький золотой медальон. И лишь только холодная цепочка коснулась шеи, отчетливо поняла: поступаю верно. Когда через несколько часов за мной пришли, я была собрана, сосредоточена и уверена в себе как никогда.

Вчера, после возвращения с ужина, я не стала ничего рассказывать Кариффе, следуя нашему негласному правилу не обсуждать в Закатном ничего серьезного, касаться в разговорах только бытовых или разрешенных для обучения тем – так сказать, «во избежание». Да старуха и не расспрашивала. Все по той же причине. Вечер прошел как обычно. Только перед самым сном удалось ввернуть:

– Завтра по распоряжению Повелителя я уйду на некоторое время. Когда, не знаю, поэтому хочу встать раньше. На всякий случай. Юнна, Ида, приготовьте все необходимое.

Служанки согнулись в поклонах. А наставница полоснула взглядом и тут же отвела глаза. Заговорила о чем-то отвлеченном, нейтральном, в сущности, ни мне, ни ей не интересном. Но я понимала, она услышала, что нужно, сделала выводы и, если это будет в ее силах, постарается «подстелить соломку». Может, я слишком многого ждала от этой женщины, но когда утром увидела в дверях гостиной Гарарда, стоящего рядом с двумя мужчинами в сером, показалось, что появление здесь целителя Саварда – заслуга именно Кариффы.

– Доброе утро, сирра Кателлина. – Старик как всегда лучился бодростью и оптимизмом. – Уже собрались? Похвальная пунктуальность.

– Здравствуйте, мэтр Гарард, – улыбнулась приветливо.

Я действительно была очень рада его видеть.

– Позвольте представить вам моих коллег.

От этой фразы «коллеги» в сером еле заметно скривились. Видимо, по отношению к целителю они себя таковыми не считали. Впрочем, Гарарда неприязнь магов совершенно не смутила.

– Мэтр Иллат и мэтр Неор! – торжественно провозгласил он.

Мужчины одновременно коротко кивнули. Ну и кто из них кто?

Старик заметил мою растерянность.

– Иллат, – громким шепотом поведал он и указал на правого, с тонким шрамом на верхней губе. – Неор. – Теперь указующим перстом ткнули в левого. У этого шрамов не наблюдалось, зато имелся просто-таки выдающийся орлиный нос. Так что запомнить мэтров не составило труда.

Гарард закончил своеобразную церемонию представления, отступил на шаг и вдруг подмигнул мне. «Коллег» опять мгновенно перекосило. Судя по всему, у этой троицы имелись свои личные счеты. Чем-то иным своеобразное поведение целителя объяснить было трудно.

– Сирра Кателлина, – сухо начал горбоносый Неор, – согласно приказу императора мы с мэтром Иллатом проведем проверку и…

– В присутствии мэтра Гарарда, разумеется, – вмешался неугомонный старик, – личного целителя сиятельного саэра Саварда Крэаза, чьей наидой является означенная сирра. Как и положено в соответствии с законом.

Губы Неора дернулись, но он сдержался и мрачно подтвердил:

– Разумеется.

А Иллат нетерпеливо поторопил:

– Пора, сирра.

Портальный зал на первом этаже Закатного. Пентаграмма ждущего нас перехода. Снова коридоры, повороты, совершенно пустые, безлюдные, и, наконец, просторная круглая комната, в которой не было ни окон, ни мебели, лишь невысокий мраморный постамент в центре.

Маги сделали несколько шагов и остановились. Я застыла рядом с ними.

– Ну же, сирра, – через несколько секунд томительного молчания не выдержал Иллат. – Чего вы ждете?

Бросила удивленный взгляд на хмурое лицо с белой ниточкой шрама и вдруг поняла: Катэль уже не раз проходила подобный ритуал вместе с другими воспитанницами обители и знала процедуру проверки. А вот я не имела ни малейшего представления о том, как вести себя дальше.

– Вижу, вы от волнения обо всем забыли, сирра Кателлина. – Слава всем богам, Гарард решил помочь. – Не тревожьтесь, – целитель мягко придержал меня за плечи, – идите.

Прикосновение руки к спине указало направление, и я пошла. К постаменту и к тому, что на нем лежало. Что сейчас произойдет? Чего от меня хотят? Я должна что-то сказать? Сделать? Возложить руки? Сплясать ритуальный танец? Медленно, очень медленно, двигалась к цели, оттягивая неизбежное и на ходу соображая, как поступить.

Шаг… Другой…

Маленькая искорка на поверхности пьедестала разгоралась все ярче, и через несколько секунд я уже не могла оторвать глаз от того, что видела. На мраморном возвышении покоился самоцвет, крупный, темно-фиолетовый, завораживающе прекрасный. В его таинственной живой глубине вспыхивали и тут же гасли крохотные серебристые звездочки, рождались и умирали целые галактики.

Невольно потянулась рукой к груди. Точно такой же камень украшал медальон, висевший у меня на шее. Два артефакта, почти неотличимые друг от друга. Но если мой казался удивительно родным, дарил тепло, успокаивал, забирал тревоги и сомнения, то этот неуловимо настораживал, невольно заставлял собраться и словно бы отталкивал.

Шаг… Еще один…

Постамент приближался. Серебряные отблески в бесконечной фиолетовой бездне загадочно мерцали, плясали, расцвечивая все вокруг. Звали в нетерпении. И амулет на моей груди откликнулся. Завибрировал, моментально нагрелся, обжигая кожу, – казалось, он впитывает в себя мощный поток энергии, – а затем так же быстро остыл. В то же мгновение камень на возвышении успокоился. Потух, застыл безжизненно, будто заснул.

Остановилась в замешательстве, и тут же сзади раздалось резкое:

– Ждите на месте, сирра.

Иллат торопливо проскользнул мимо, даже не удостоив взглядом, и склонился над артефактом. Несколько минут он внимательно рассматривал самоцвет, что-то тихо нашептывал, а потом развернулся ко мне.

– Ну что там? – Неор, как видно, не отличался большим терпением.

– Она не дошла пятнадцати альнов.

– Уверен? – В голосе горбоносого звучало неподдельное удивление.

Иллат оскорбленно фыркнул, демонстрируя свое отношение к возгласу сослуживца.

– Сомневаетесь в моих словах, мэтр?

– Нисколько, – торопливо перебил явно не желавший ссориться Неор, – но в досье указана другая цифра. За время обучения в обители сирра Кателлина прошла восемь проверок. И во всех протоколах десять альнов. А теперь… Как такое возможно?

Иллат равнодушно пожал плечами, давая понять, что делать дальнейшие выводы – не в его компетенции.

– Это вполне объяснимо, коллеги. – А вот и Гарард подключился. – Уровень дара сирры понизился. Ее энергия сегодня иссякла быстрее и перестала подпитывать артефакт раньше, чем обычно.

– Но такого никогда не было! – Неор не успокаивался. – Мы подробно изучили хроники эпохи Великих войн. Нигде не упоминалось о том, что жрицы теряют свою силу.

– Вы же маг, дорогой мой, – снисходительно пожурил старик. Горбоносый скрипнул зубами, но промолчал, – и не хуже меня знаете, что случается всякое. Одаренный способен как увеличить свой резерв, так и осушить его полностью. Он может, в конце концов, выгореть и никогда уже не восстановиться. Не думаю, что адепты Проклятой богини чем-то отличались от нас. Кателлина стала наидой сильнейшего из дваждырожденных. Похоже, в результате… гм… взаимодействия с ним ее внутренний энергетический баланс пострадал. Это единственное разумное объяснение. Другого я не нахожу.

– Пожалуй, вы правы, – задумчиво пробормотал Неор и взглянул на Иллата.

Тот молча прикрыл глаза в знак согласия.

– Ну вот и чудненько, – деловито резюмировал целитель. – Составляйте протокол. Я доставлю свою подопечную в ее покои, вернусь и подпишу. Идемте, сирра Кателлина.

Не давая «коллегам» опомниться, Гарард подхватил меня под руку и бодро повлек к выходу.

Не знаю, о чем думали Неор, Иллат и мой неутомимый сопровождающий. Что касается меня, то я всю обратную дорогу пыталась понять, почему ни один из магов так и не обратил внимания на амулет, висевший на шее у наиды сиятельного саэра Саварда Крэаза.

В гостиной Гарард передал меня в заботливые руки служанок, обменялся долгим взглядом с Кариффой и отбыл. Дальше были обязательные ежедневные уроки и обед, после которого наставница потащила меня на прогулку. Некоторое время мы чинно прохаживались по дорожкам, обсуждая что-то пристойно-скучное, а потом одновременно тихо выдохнули:

– Где ты была, Кателлина?..

– Император знает о вашей семейной тайне…

Старуха мгновенно подобралась, лицо стало серьезным и строгим.

– Рассказывай, – потребовала она коротко.

– Раиэссу обо всем рассказал Игерд. Теперь будущих наид регулярно проводят через ритуал. Определяют наличие крови жриц, уровень силы. Где это происходит, не знаю, возможно, в самой обители. Большой зал. Постамент с артефактом-самоцветом, к которому нужно подойти. – О том, что догадываюсь о происхождении камня, говорить не стала. Не готова была пока делиться с Кариффой своими снами. Умолчала и о медальоне. Если наставница его не видит, значит, не надо упоминать. – Самоцвет начинает светиться сразу же, как носительница крови попадает в комнату. Наверное, поглощает ее энергию. Чем дольше одаренная подпитывает артефакт и ближе успевает подойти, пока он не погаснет, тем она сильнее. Мне оставалось пятнадцать альнов.

– Это много или мало?

Резонный вопрос.

– Не имею представления. Мне ничего не объяснили. Может, Гарард вам скажет? Но Катэль раньше удавалось подойти ближе, поэтому маги решили, что я стала слабее.

Желтые птичьи глаза Кариффы остро блеснули.

– Тебе помогла Великая, Кэти.

Не стала спорить.

– За все время, с начала проверок и до сегодняшнего дня, они не обнаружили ни одной девочки с сильной кровью. Но если бы нашли – уничтожили, – поделилась я самой неприятной новостью. И зачем-то добавила: – Император ненавидит вас, наставница.

– Раиэсс уважал и почитал Игерда. Замечал лишь то, что советник хотел показать. Верил безоговорочно. – Старуха грустно усмехнулась. – Отношение Айара ко мне уже не изменить. А вот у тебя есть шанс. Не упусти его, девочка.

– Думаете, Повелитель придет еще раз?

– Или он придет, или ты отсюда выйдешь. Император не любит оставлять вопросы без ответов. А ты одна большая тайна, Кэти. Интригующая, запутанная, странная. Раиэссу не удалось раскрыть ее сразу, от этого интерес только вырос. Он будет ждать, наблюдать, общаться. В любом случае жизнь твоя после проверки станет другой. Уверена.

В том, что Кариффа права, я убедилась уже на следующий день, когда появившаяся на пороге гостиной Юнна торжественно возвестила:

– Госпожа, к вам сирра Наланта.

– Проси.

Оторвалась от уже порядком наскучившей сферы и поспешила навстречу девушке.

Сестра Саварда впорхнула в комнату, и я залюбовалась ее летящей походкой, радостной улыбкой, ласковым светом выразительных теплых глаз.

– Наланта, – протянула гостье руки, – рада тебя видеть.

– Я тоже, Кэти. – Приветствуя, девушка на мгновение коснулась моих пальцев. – Хотела прийти еще в первый день, но сирра Борг сказала, что тебе нездоровится и ты никого не принимаешь. Надеюсь, теперь все в порядке?

Забавная версия. Повелитель придумал? Вряд ли это личная инициатива любезной дуэньи.

– Да, – перевела взгляд на застывшую в дверях церемонно-кислую Энальду, – сейчас я абсолютно здорова. Здравствуйте, сирра Борг.

Женщина кивнула, поджала губы и отвернулась.

– Замечательно, – просияла Ланти, – тогда приглашаю тебя на прогулку. На цветочной горке Нижнего парка расцвели ритисы. Это так красиво! Ты ведь пойдешь со мной, Кэти?

В нежном голосе скользнули просительные нотки, и я вдруг отчетливо поняла, насколько одинока эта высокородная, всем обеспеченная девочка.

– Конечно пойду.

Причем не только из-за Ланти и необыкновенно чудесных ритисов. Вырваться бы, хоть на время, из печального золотого склепа императорской наиды, а там посмотрим.

Парки Соот Мирна произвели на меня впечатление сразу, как только я увидела посвященную им сферу. Большой императорский, Женский, Верхний, Нижний, Водный и Лесной – каждый из них поражал воображение, изумлял, очаровывал. Тенистые аллеи и просеки, цветочные поляны, оранжереи, роскошные клумбы. Причудливые парковые сооружения. Несколько озер, небольших речек, прудов и искусственно созданных каналов, пейзажные лабиринты. Здесь можно было найти все.

Нижний, или Внутренний, парк, отделенный от остальной территории ажурной кованой оградой, предназначался исключительно для членов императорской семьи и ближайших родственников. Сирра Паальда, по словам Наланты, редко сюда заглядывала. Повелитель и его наследники тем более. Наша четверка – мы с девушкой оживленно болтали впереди, Кариффа и Энальда напряженно молчали сзади – спокойно, так никого и не встретив, дошла до высокой земляной горки и замерла, любуясь.

Цветочные террасы, сбегающие по уступам вниз, прозрачные говорливые ручейки, увитые зеленью пологие лесенки – безупречная, совершенная красота.

– Нам туда. – Наланта ухватила меня за руку и потащила к одной из лестниц.

Маленькая полянка наверху, окутанная еле уловимым упоительно-нежным ароматом. Длинные узкие листья неизвестного растения. А среди них на тоненьких веточках – подрагивающие радужными крыльями изящные птички. Присмотрелась. Нет, не птицы – цветы, удивительно похожие на крохотных колибри. Их шелковистые полупрозрачные лепестки чуть заметно трепетали, непрерывно меняя окраску. Казалось, разноцветная стайка вот-вот вспорхнет и унесется прочь, подхваченная легким попутным ветром.

Завораживающее зрелище!

– В детстве Вионна каждый год приводила меня сюда, смотреть, как цветут ритисы. Она их очень любит. – Девушка запнулась и тихо исправилась: – Любила.

– А теперь?

– Последнее время она почти не покидает Закатный и ничему не радуется. Даже в гости перестала приглашать. Однажды я сама зашла, но долго не выдержала. Сказала, что у меня занятия, а она и останавливать не стала. Ты не думай, Кэти, я понимаю… – Ланти печально вздохнула, – знаю, что наиды постепенно теряют силы. Говорят, этого нельзя избежать. Но с Вионной все произошло слишком быстро. Кариффа тоже менялась, но по-другому.

– Ты была совсем маленькой, когда погиб саэр Игерд, могла забыть, – напомнила мягко.

– Нет, я помню, – насупилась девушка, – в то время…

Наланта не договорила и застыла, прислушиваясь.

Приглушенные голоса, торопливые шаги… Кто-то поднимался по лестнице. Еще одни любители ритисов? Повелитель? Вряд ли. Паальда? Дети?

Несколько секунд ожидания, и на площадку, непринужденно переговариваясь, ступили два молодых человека. Светлые, почти белые волосы. Золотисто-янтарные глаза, правда, не такие яркие, как у Раиэсса. Твердые линии губ. Упрямо выпяченные подбородки. Семейное сходство очевидно – Айары. Первый – скорее всего, одного возраста с сестрой Крэаза. А тот, что повыше, – мой ровесник.

Усмехнулась про себя: назвала мужчину ровесником, сравнивая его не с Екатериной Уваровой, а с настоящей Катэль. Неужели так привыкла к этому телу, что уже начала отождествлять себя с ним, считать своим?

– Ланти! – радостно воскликнул младший, делая несколько шагов вперед. И добавил с юношеской непосредственностью: – А это кто с тобой?

– Аллард, Линсар, – послушно откликнулась моя спутница, – разрешите вам представить сирру Кателлину, наиду Саварда. Кэти, перед тобой Аллард Айар, старший сын и наследник рода, и Линсар Айар – его брат.

Речь девушки звучала вежливо и спокойно, вела она себя в полном соответствии с придворным этикетом. Но то, как зарумянились щеки, затрепетали ресницы, дрогнул голос, когда Наланта произнесла «Аллард», наводило на определенные размышления.

– А, та самая сирра, которая однажды ночью решила стать наидой нашего советника? – весело хмыкнул Линсар. – Наслышан.

– Линс, – строго одернул наследник, – это не твое дело.

– Простите, сирра, – немедленно покаялся младшенький, – не хотел вас обидеть, – и он ослепительно улыбнулся.

– Все в порядке, саэр.

– Просто Линсар. Саэром я еще успею стать.

– Это недопустимо, – проскрипела откуда-то сбоку вездесущая Энальда.

– О, сирра Борг, и вы здесь. Как я сразу не заметил? – поприветствовал мальчишка дуэнью. – Отдавая должное вашему знанию этикета, позволю себе все-таки не согласиться. Сирра – наида моего родственника, пусть и дальнего. Мы вполне можем обращаться друг к другу по имени. С разрешения советника, разумеется. Я обязательно спрошу Саварда, когда он вернется. Ну так как, Кателлина, согласна?

– Хорошо, Линсар, – рассмеялась я.

Трудно было сопротивляться этому морю обаяния. Да и не хотелось, честно говоря.

– У тебя красивый смех, Кэти, – тут же поведал юный обольститель.

– Линс!

Недовольный окрик Алларда сбил все настроение. Мы с Линсаром замолчали.

– А что вы здесь делаете? – Казалось, Наланта видит только старшего брата. По крайней мере спрашивала она именно у него.

Но ответил опять младший:

Страницы: «« 1234 »»

Читать бесплатно другие книги:

Одна из тех редких книг, в которых блистательно сочетаются научная строгость и популярность изложени...
Двадцать лет назад грозная военачальница и Пятерка Негодяев, ее капитаны, повели войско наемников ср...
1914 год. Доктор Джон Ватсон отправляется на фронт служить в медицинских войсках. Он думает, что рас...
Учебник состоит из двух частей – общей и специальной. Общая часть включает основные сведения об инфе...
Сказка для детей младшего возраста о приключениях кота Труфеля....
Сказка «Бессмертник» повествует о борьбе добра и зла в мире людей. Предназначена для детей старшего ...