Клятва крысиного короля Кудрявцев Леонид

— До той норы, через которую ты в него проникла, добраться было невозможно. Иначе тебе незачем было бы карабкаться на штабель ящиков.

— Верно. Гидры не такие глупые, какими кажутся. Одна из них сейчас же протянула свои щупальца так, чтобы блокировать эту нору, и убирать их ни в коем случае не собиралась. Могу добавить, что дверь склада, естественно, была закрыта снаружи.

— И как же ты тогда из него выбралась?

— Там в потолке был люк. Он вел в расположенные над складом жилые помещения. Не знаю, зачем этот люк был нужен. Может быть, для того, чтобы кормить гидр в те дни, когда склад закрыт. Понятное дело, под люком было свободное пространство. Мне нужно было добраться до него, успеть его открыть и выбраться из склада, прежде чем гидры меня схватят.

— Тяжелая задача, — покачал головой крысиный король.

Тропинка вывела их к поросшему беленикой, а также желтыми, похожими на маленькие графинчики цветами скомырры болотцу и раздвоилась. Марша уверенно свернула налево. Поскольку тропинка теперь вела их краем болотца, крысиный король, слушая свою спутницу, время от времени нет-нет да бросал на нее любопытные взгляды.

В его мире болот не было. Откуда возьмутся болота посреди пустыни?

— Я решила эту задачу очень просто, — сообщила крыска. — Стала один за другим бросать ящики из штабеля, на котором сидела, стараясь кинуть их так, чтобы они падали под люком.

— Неплохая идея, — промолвил крысиный король, любуясь снующими по болоту зверьками.

Они были небольшие, зеленого цвета и передвигались на коротких, резко утолщавшихся к концу лапах. Подошвы их лап напоминали широкие плоские подушки. Весело попискивая, зверьки охотились на какую-то мелкую болотную живность.

Марша резко остановилась и саданула его локтем в живот:

— Перестань пялиться на этих тварей, а не то в конце концов наступишь мне на хвост. Я очень не люблю, когда мне наступают на хвост.

— А я не люблю, когда меня бьют локтем в живот, — мрачно пробормотал крысиный король.

— Вот именно поэтому я так и сделала, — назидательно промолвила Марша. — Не забывай, в данный момент на меня объявлена охота, а на тебя её объявят в ближайшие полчаса-час. Если ты решил отвлекаться на разглядывание всяких пустяковых зверюшек — дело твоё, но тогда нам не по пути. Поскольку я рассказываю, ты должен прислушиваться, принюхиваться и пытаться определить, нет ли впереди засады. Дошло?

«Иногда самки бывают просто непереносимы, — подумал крысиный король. — Если бы в другие моменты они не были так жутко привлекательны, всех их стоило бы собрать в один мешок и утопить. Чтобы не мучились сами и не мучили других».

— Дошло, — сказал он вслух.

Некоторое время они шли молча. Крысиный король пытался решить, стоит ли ему обижаться, а Марша собиралась с мыслями, чтобы продолжить рассказ.

— Ну и вот, — наконец промолвила она. — Я накидала ящиков. Причем тот штабель, на котором я сидела, соответственно стал ниже. Одна из гидр даже чуть было не дотянулась до меня своими щупальцами. Но я увернулась и отбежала к самой стене, туда, где ящиков осталось побольше. Теперь нужно было воспользоваться лесенкой, которую я соорудила. Надо сказать, что к этому моменту гидры несколько подуспокоились. Видимо, они решили, что поймали меня окончательно.

— Итак, ты разбежалась и перескочила на те ящики, которые накидала под люком, — подсказал крысиный король.

Болотце кончилось, и теперь они шли через редкий лесок. Он состоял в основном из молодых барабанниц, гибкие ветки которых при малейшем ветерке начинали постукивать по полым стволам, выбивая незатейливый барабанный ритм. Кроме деревьев-барабанниц, то и дело попадались заросли малины.

А Марша рассказывала дальше:

— Да, я, конечно же, перескочила на ящики и, прежде чем гидры осознали, что именно произошло, ударила лапами в люк. На счастье, задвижка оказалась хлипкой. Понятное дело, хозяин склада рассчитывал, что гидры до этого люка вовек не доберутся. Когда люк распахнулся, я подпрыгнула вверх и оказалась в доме того, кому принадлежал склад. Через мгновение по ящику, на котором я только что стояла, уже шарили щупальца гидр.

Она бросила на крысиного короля, как ему показалось, жутко самодовольный взгляд.

— Вот так, значит, ты и сбежала из этого склада, — сказал он.

— Ага, вот так я из него и выбралась.

— А за что тогда на тебя открыли охоту? Насколько я понимаю, ты не успела ничего с этого склада украсть. За что же тебя преследуют генеды и еще эти, кобруны?

— На этом история не кончилась, — ухмыльнулась Марша. — Я же высадила люк. Бесшумно это сделать не удалось. Понимаешь, очень трудно открыть люк абсолютно бесшумно, когда тобой мечтают подзакусить две свирепого вида гидры. Короче, проснулись стражники, и наступил второй этап гонки с препятствиями. Стражники, конечно, не гидры, но их было штук десять. Я хорошо понимала, что они меня в конце концов загонят, и не захлопнула люк, через который вылезла из склада.

— Ты хочешь сказать... — начал крысиный король.

— Ну конечно, — перебила его Марша. — Гидры вскарабкались по ящикам и через люк просочились в дом. Стражники гонялись за мной до тех пор, пока не столкнулись с ними вплотную. Тут им стало не до меня. Ты представляешь, что могут натворить в жилом доме две разъяренные гидры?

Крысиный король представил и содрогнулся.

— Под шумок я выскользнула из дома, но дело уже было сделано. Меня видели и, конечно же, опознали.

— А те, кто остались в доме?

— К тому моменту, когда им на помощь подоспел хозяин гидр, тот самый, который сдал их владельцу склада для охраны, количество обитателей дома несколько уменьшилось. Кстати, сам хозяин склада погиб. На его беду, он отличался очень крепким сном.

— Все равно тут что-то не сходится, — сказал крысиный король. — Я не поверю, что из-за гибели какого-то купца на тебя устроили такую охоту, что ты аж решилась удрать в другой мир.

— Он был не простой купец, — неохотно признала Марша. — Он был главным поставщиком двора Ахумурадзы. И что-то там должен был для нашего правителя раздобыть, что никто другой уже раздобыть не сможет. — Он взмахнула лапкой и добавила: — Короче, наш добрый правитель сильно огорчился и приказал наказать виновных. Как ты думаешь, кого признали виновным и на кого объявили грандиозную охоту аж по всему двадцать шестому миру?

— Понятно, — промолвил крысиный король. — И ты решила отсидеться в другом мире?

— Ну да.

Лесок кончился. Теперь перед ними была высокая каменная стена. Очевидно, за ней был город. Марша и крысиный король прошли вдоль стены еще метров пятьдесят. Раздвинув заросли каких-то увенчанных ярко-красными ягодами кустов, крыска показала ему лаз:

— Сюда.

Крысиный король удовлетворенно кивнул.

Мир совсем другой, а пути, которыми крысы пробираются туда, куда им нужно, — все те же.

К его удивлению, лаз был не просто подкопом под городскую стену. Вместо того чтобы через несколько метров вывести их на поверхность, он под довольно крутым углом уходил все ниже и ниже. Зацепившись кончиком меча генеда за какой-то выступ, крысиный король едва не поранился. Чертыхнувшись, он опустился на четвереньки и попробовал взять меч в зубы. Тот оказался слишком тяжелым.

— Да брось ты его, — посоветовала крыска. — Здесь он не нужен. А в городе с ним лучше не появляться. Такие мечи носят только генеды.

Оружие крысиный король выбрасывать не привык. Но все же, аккуратно положив меч на пол, он побежал вслед за Маршей.

Наконец подземный ход кончился, и они ввалились в довольно уютную пещерку.

Собственно, это была даже и не пещера. Видимо, кто-то, когда-то очень давно, построил под Городом подземный храм. Конечно, он был не очень большой, поскольку под землей сильно-то не развернешься, но впечатление все же производил. Потолок был настолько высоким, что крысиный король вполне свободно встал с четверенек и даже не стукнулся об него макушкой.

По углам помещения, в котором они оказались, стояли уродливые идолы, пучеглазые, со множеством конечностей и щупалец. Стены были расписаны фресками, на которых эти чудища занимались охотой и рыбной ловлей, если, конечно, тех тварей, которых они промышляли, можно было назвать зверьем и рыбой.

«Похоже, это храм древний-древний, — подумал крысиный король. — Что-то я раньше подобных созданий не видел».

А Марша уже манила его дальше, в следующее помещение. Оно оказалось еще

больше. Принюхавшись, крысиный король определил, что в нем совсем недавно жили

крысы. Однако сейчас оно было пустым.

— Тут вы жили? — спросил он.

— Угу.

— А где же тогда все остальные?

— Ушли глубже под землю, — ответила крыска. — Ты просто не совсем понимаешь, на что способны генеды и кобруны. Они вполне могли, для того чтобы схватить меня, устроить облаву и здесь. Поэтому мы решили, что на время мои родные уйдут в глубь подземелий, туда, где никто до них не доберется.

— Разумно, — согласился крысиный король. — А мы, куда мы направимся теперь?

— Как — куда? — удивилась Марша. — Конечно, в двадцать седьмой мир. Насколько я помню, дворец Ахумурадзы находится именно там. У тебя там — одно небольшое дело.

— А у тебя?

— У меня? — Марша слегка задумалась. — у меня? Гм... у меня... Ну, для начала я хотела бы просто удрать из этого мира. Если я не смогла смыться в двадцать пятый, то почему бы мне не попытаться пробраться в двадцать седьмой? А поскольку домой я некоторое время вернуться не смогу, то почему бы мне не заняться каким-нибудь делом? Единственное дело, которое в данный момент у меня есть на примете, — это попробовать помочь тебе.

— Помочь мне? — удивился крысиный король.

— Конечно. А ты разве возражаешь?

— Нет, но все же... — Он замолчал. Что-то тут было не так. — Очень, очень осторожно крысиный король спросил: — Задаром?

Марша усмехнулась:

— Нет.

— Ага! И что же я должен буду взамен сделать? Во что мне это обойдется?

— Да ни во что. Ты просто возьмешь меня с собой. А поскольку, чтобы провернуть свое дельце, ты будешь вынужден посетить дворец Ахумурадзы, я иду с тобой. Мне всегда хотелось поближе познакомиться с его сокровищницей. Говорят, Ахумурадза — очень богатый правитель.

Крысиный король осторожно спросил:

— Но не помешает ли твой интерес к сокровищам Ахумурадзы успеху моего дела?

— Ни в коем случае, — уверенно заявила крыска. — Кроме того, без моей помощи ты вообще вряд ли попадешь во дворец. Тебе не приходило в голову, что он может усиленно охраняться?

— Приходило, — буркнул крысиный король.

Он чувствовал некоторое облегчение. Если бы крыска сказала, что собирается помочь ему просто так, не из корыстных побуждений, это могло только насторожить. Крысиный король хорошо знал поговорку про бесплатный сыр и крысоловку. Но все же...

Он вдруг понял, какая мысль его теперь беспокоит, и поразился этому. Собственно говоря, мысль была очень простая: неужели она идет с тобой только для того, чтобы запустить лапы в сокровища Ахумурадзы?

«Это ты брось, — сказал сам себе крысиный король. — Этого тебе только еще не хватало. Сошел с ума. Сначала дело. От его результата зависит, будут ли крысы в ближайшие сто лет жить в подземном городе или же им придется из него уйти».

— Значит, компаньонство? — спросил он у Марши.

— Компаньонство, — весело оскалив клыки, сказала она.

— Вот и хорошо. Тогда что ты как местный житель предлагаешь сделать именно сейчас?

— Сейчас? Как можно скорее удрать отсюда.

— Принято. С чего начнем?

Марша задумчиво покрутила носом и честно призналась:

— Пока не знаю. Давай сначала доберемся до ворот в двадцать седьмой мир. Там что-нибудь подвернется.

— Согласен.

— В таком случае, нам туда. — И она указала лапкой на узкую дверцу в самом конце помещения.

— Туда, так туда, — промолвил крысиный король. — Ты мой проводник. Я тебе подчиняюсь.

— И правильно делаешь, — промолвила Марша.

За дверцей оказался новый ход. Они почти бесшумно, как это могут крысы, бежали по нему.

Ход был сырой и холодный. С потолка капало, где-то неподалеку журчала вода. Однажды в одном из ответвлений на секунду мелькнула огромная серая туша. Она мелькнула и исчезла, но крысиный король, повинуясь знаку, который ему подала крыска, замер.

Минут десять они стояли почти неподвижно, лишь время от времени оглядываясь. Но все было тихо. И тогда они побежали дальше.

— Кто это был? — вполголоса спросил на бегу крысиный король.

— Эти подземелья очень старые, — ответила Марша. — Они уходят глубоко под землю. Мне иногда кажется, что они выходят на другую сторону нашего мира. Как бы то ни было, но иногда в них появляются всякие невиданные животные. Мы стараемся с ними близко не встречаться.

— И все же, — сказал крысиный король. — Я бы на вашем месте все же попытался узнать, что они собой представляют.

— И пропал бы, исчез, как несколько моих слишком уж любопытных собратьев.

— Конечно, это опасно, — согласился крысиный король. — Но всё-таки, кто не рискует, тот чаще всего ложится спать голодным.

— Ничего, — промолвила Марша. — Думаю, в ближайшее время тебе и без этого представится слишком много случаев рискнуть головой.

Наконец начался подъем. Ход стал суше. Судя по всему, подземное путешествие вскоре должно было закончиться. Теперь две королевские крысы бежали уже не так быстро. Необходима была осторожность. Вполне возможно, у выхода на поверхность их могла ожидать засада генедов.

Когда впереди забрезжил тусклый свет, они и вовсе остановились. Понюхав воздух, Марша удовлетворенно фыркнула, но все же бросила на крысиного короля вопросительный взгляд:

— А ты как думаешь?

Тот принюхался, потом покачал головой:

— Думаю, пока что-нибудь определенное говорить еще рано. Давай подойдем поближе к выходу.

Они осторожно двинулись дальше. Свет постепенно становился более ярким. Вот уже стал виден выход. Тут крысиный король и Марша остановились снова и долго принюхивались и прислушивались.

Выход был совсем рядом, на расстоянии нескольких метров, но они прекрасно понимали, что, проявив неосторожность, могут попасть в засаду. А уж в том, что генеды и кобруны с ними церемониться не будут, можно было не сомневаться.

Наконец крысиный король спросил:

— Где мы окажемся, когда выйдем на поверхность?

— Один очень старый, заброшенный храм, — ответила Марша. — В него никто не ходит. Говорят, что в нем водятся злые духи.

— Конечно, этот слух возник не без помощи твоих соплеменников?

— Слухи сами по себе никогда не возникают, — тонко улыбнулась Марша. — Всегда есть кто-то, кому они выгодны.

Они осторожно двинулись дальше. Выбравшись из подземелья, они оказались в небольшой комнатке без окон. Свет проникал в нее через несколько круглых отверстий в крыше.

— А где дверь? — спросил крысиный король.

— Сейчас увидишь, — сказала крыска. — Только сначала надень-ка вот это.

В одну из стен были вбиты колышки, на которых висело несколько плащей с капюшонами.

В отличие от черных плащей кобрунов, эти были зелеными.

— Ты думаешь, это нас замаскирует? — спросил крысиный король. Мне кажется — наоборот. Если кто-то прячется под плащом, значит у него есть причина скрываться.

— Но только не под зеленым, — ответила Марша. — Их у нас носят люди, представители секты букруду. Согласно законам этой секты, никто не должен видеть их лиц. Тот, кто это сделает, пусть и без злого умысла, должен быть немедленно убит, любой ценой. Конечно, зелеными плащами частенько пользуются всякие проходимцы вроде нас, но все равно жители города, в том числе генеды и кобруны, стараются не заглядывать под зеленые капюшоны. Вдруг хозяин плаща окажется настоящим букрудистом?

— Почему же тогда ты не попыталась пройти в таком плаще через ворота в двадцать пятый мир?

— Букрудисты живут только в этом мире. Кроме всего прочего их религия запрещает им проходить в ворота миров. Это знают все. Увидеть букрудиста, пытающегося пройти из одного мира в другой через ворота, все равно что углядеть самого Ахумурадзу, который пытается стянуть на базаре парочку яблок.

— Жаль, — проговорил крысиный король, надевая плащ и опуская на голову капюшон. — А то у меня в голове уже начал было созревать просто прелестный план, с помощью которого мы могли перебраться в двадцать седьмой мир.

Марша тоже надела плащ и, опустив капюшон, подошла к стоявшей в центре комнаты статуе кентавра с задумчивым, удивительно интеллигентным лицом. На носу у кентавра были старомодные очки, в правой руке он сжимал палку с закругленной ручкой.

Марша нажала одну из плиток в основании постамента скульптуры.. Тотчас же послышался скрежет и в стене комнаты открылась потайная дверь.

— Конечно, любой кобрун со своим сверхъестественным чутьем такой тайник обнаружит сразу, — промолвила крыска, проходя в открывшуюся дверь. — Но простой горожанин может и не заметить. Кстати, эта потайная дверь и комната остались от прежних обитателей храма. Нам пришлось здорово потрудиться, пока мы восстановили этот старинный механизм.

Крысиный король прошел вслед за ней и сказал:

— Если бы ты только видела подземный город, в котором живет мой народ, то поняла бы, что есть места и получше старых катакомб. Самое главное, к нам, без нашего согласия, не может проникнуть никто.

— И даже Ангро-майнью? — поддела его крыска.

— Ангро-майнью очень сильный волшебник, — промолвил, останавливаясь, крысиный король. — Вашему Ахумурадзе до него, как пешком до сотого мира.

— Если бы Ангро-майнью был сильнее Ахумурадзы, то давным-давно уничтожил бы его, а не подсылал всяких там лазутчиков, — парировала Марша.

— Да ему просто неохота связываться, — разозлился крысиный король. — Если он победит вашего паршивого Ахумурадзу, то ему придется присоединить к своим владениям его пятнадцать миров. А это дополнительные хлопоты. Кому они нужны?

Он так разозлился, что остановился возле двери храма, не желая выходить на улицу, пока спор не будет закончен.

— Если наш Ахумурадза паршивый, — останавливаясь рядом с ним, проговорила Марша, — то твой Ангро-майнью — просто жалкий червяк, И наш Ахумурадза тоже, может быть, навешал бы ему по первое число, если бы захотел. Но зачем ему какие-то занюханные двадцать пять миров, в которых живут всякие идиотские крысы, неспособные увильнуть даже от совершенно кретинской клятвы.

— Стало быть, я идиот? — холодно поинтересовался крысиный король.

— А кто же еще, кто же еще?

— Ну, в таком случае, ты самая обыкновенная задавака, не способная даже ограбить какой-то пустяковый склад.

— Ах так?

— Да, так!

— Ах так!!!

Крысиный король вдруг очнулся. «Великий Крыс, — подумал он. — Чем это мы занимаемся? Вместо того чтобы опрометью бежать из этого мира, затеяли глупейшую ссору».

— Значит, ты считаешь меня задавакой и дурой? — От голоса Марши веяло арктическим холодом.

И тут крысиный король к собственному удивлению сказал:

— Нет.

— Что — нет? — удивилась Марша.

— Не считаю. Я думаю, что ты очень умная и невероятно красивая крыска, — совершенно серьезно проговорил предводитель крыс. — Единственное, о чем я мечтаю, это при первой же возможности потереться с тобой носами.

Марша потрясение молчала. Наконец она осторожно спросила:

— У тебя с головой все в порядке?

— Абсолютно, — ответил крысиный король.

— Точно?

— Клянусь хвостом Великого Крыса.

— Тогда какого же черта ты болтаешь всякую чепуху! — рявкнула Марша.

— А такого черта, — ответил крысиный король, — что если бы я это не сказал, то мы бы с тобой вконец рассорились, расстались и тогда нас легко по одиночке переловили бы генеды. Очнись, ругаться будем потом и в другом месте. А сейчас нужно удирать.

Марше понадобилось несколько секунд, чтобы переварить его слова. Наконец она решительно тряхнула головой, да так, что с нее чуть не упал капюшон.

— Ты абсолютно прав. И ссориться сейчас совсем не время. Только учти, когда мы окажемся в безопасности, наш спор продолжится.

— С превеликим удовольствием.

— И кстати, — сказала Марша, когда они уже вышли из храма. — Ты, кажется, упомянул что-то о желании потереться носами. Я обдумаю это.

При этих словах в голове крысиного короля на мгновение мелькнул образ ухмыляющейся мордочки королевы-матери.

— О Великий Крыс, — пробормотал он. — Если бы только эти самки...

* * *

Две завернутые в зеленые плащи фигуры шли узкой извилистой улицей, неторопливо огибая расположившихся прямо на мостовой чистильщиков зубов и торговцев жареными фруктами. В одном месте им попался чистильщик за работой. Усевшись на корточки, тот самозабвенно орудовал жесткой щеткой, начищая зубы броненосцу, запряженному в покрытую позолотой, украшенную рубиновыми цветами тележку. Ее хозяин стоял рядом, меланхолично поедая купленные неподалеку жареные бананы.

Обходя тележку и броненосца, почти перегородивших собой улицу, две фигуры в зеленых плащах неожиданно едва не налетели на фонарщика. Надо сказать, что сам фонарщик испугался возможного столкновения значительно больше, чем обладатели зеленых плащей. Выронив решетчатую коробочку с каменными светлячками и лестницу, сделанную из кости гигантской морской рыбы, он как ошпаренный метнулся в сторону.

Когда фонарщик, у которого все еще испуганно подрагивали боковые щупальца, остался далеко позади, одно из существ, прятавшихся под зеленым плащом, сказало другому:

— Вот видишь. Наша одежда действует на жителей этого города словно яркая раскраска ядовитой змеи.

В ответ послышалось:

— Да, ты права. Однако, может быть, мы все же попытаемся придумать, как пройдем через ворота двадцать седьмого мира?

— Всякому овощу свое время. Кстати, что ты скажешь насчет того, чтобы подкрепиться?

— А у тебя есть деньги?

— Это не так уж и трудно, — засмеялась, скрывавшаяся под одним из двух плащей Mapша. — Особенно в этом виде. Постой здесь.

Крысиный король присел на каменную скамейку, стоящую возле одного из маленьких, торгующих всякой всячиной магазинчиков, и стал наблюдать за действиями своей напарницы.

Та неторопливо двинулась к собравшейся неподалеку толпе, с увлечением наблюдавшей за представлением, которое давала труппа бродячих артистов, состоявшая из двух ящериц-хамелеонов и молоденькой девчушки, одетой в серебристое трико,

«Ну-ну, — подумал крысиный король. — Посмотрим, на что способна моя напарница».

И он увидел.

Марша приблизилась к толпе так, что стоявшие в ней зеваки заметили ее в самый последний момент, когда она была совсем уже рядом. Поскольку Марша продолжала продвигаться к артистам, по толпе прокатилась волна паники. Те, кто оказались с ней рядом, попытались отскочить в сторону и натолкнулись на своих соседей. Некоторые из них упали. Через пару мгновений паника переросла в свалку. Кто-то, не разобравшись в ситуации, съездил своему соседу по физиономии, тот ответил тем же... Какой-то морской монах попытался врезать своему соседу, здоровенному волосатому мальбу, по голове дорожным посохом. Толстый посох разлетелся на куски, а мальб, взревев, стал молотить кулаками направо, и налево. Это оказалось последней каплей. Началась всеобщая драка. Увидев это, артисты быстренько попрятались в свой раскрашенный разноцветными полосами фургон. А Марша...

Она к этому времени уже выбралась из толпы и теперь возвращалась к крысиному королю. Походя мимо него, она сказала:

— Чего расселся? Давай быстренько уносить ноги. Сейчас здесь появятся генеды, чтобы разогнать толпу. Конечно, наши плащи до какой-то степени послужат защитой, но все же... пора, пора делать ноги.

— Пора, так пора, — промолвил крысиный король.

Встав со скамейки, он пошел вслед за напарницей. То, что она устроила возле фургончика артистов, впечатляло, но все же он никак не мог понять, как этот переполох связан с деньгами.

Когда они оказались на другой улице, он об этом у крыски и спросил.

— Темнота, — ответила та. — И нос у тебя холодный. Неужели ты не понимаешь, что в такой неразберихе легче всего разжиться деньгами?

В доказательство она вынула откуда-то из складок плаща толстый, битком набитый деньгами кошелек.

— Ого! — только и смог сказать крысиный король.

— Держись меня, — самодовольно заявила крыска. — И удача тебя никогда не покинет.

— Я это уже понял, — пробормотал крысиный король. — Вот некоторые считают удачей умереть молодыми. Дескать, незачем мучиться всю оставшуюся жизнь.

— Я не сторонница этого метода облегчать себе жизнь, — промолвила крыска.

— Я — тоже, — вздохнул крысиный король.

— Ты, кажется, хотел набить свой живот? — решила сменить тему Марша.

— Точно.

— Так в чем же дело? Сейчас, когда мы разжились деньгами, это не так уж и трудно. Вперед, в ближайшую харчевню. Если тебе не понравится наша местная кухня, я откушу тебе левое ухо.

— А если понравится, то откусишь правое? — спросил крысиный король, направляясь вслед за ней к ближайшей харчевне.

— Не знаю. Но если ты сейчас же не заткнешься, я откушу тебе оба.

Крысиный король заткнулся. Вполне возможно, он поступил совершенно правильно.

Итак, два компаньона вошли в харчевню, уселись за самый дальний стол и заказали себе столько еды, что ею можно было бы накормить по крайней мере пятерых человек.

Трактирщик, моментально почуявший выгодных клиентов, мгновенно уставил стол перед ними тарелками с самыми разнообразными кушаньями и пивными кружками.

Через полчаса крысиный король сыто рыгнул и, отхлебнув пива, проговорил:

— Неплохо.

— А ты что думал? — сказала Марша. — Вообще, мне кажется, ты приобрел очень ценного компаньона. Я тебя кормлю, пою и вдобавок снабжаю ценными сведениями. А что взамен? Ты дашь мне возможность украсть какую-нибудь безделушку из сокровищницы Ахумурадзы?

— Судя по слухам, — промолвил предводитель крыс, — его сокровищница буквально ломится от всяких дорогих и очень полезных предметов.

— И все же... — не унималась Марша.

— Т-с-с... — прервал ее крысиный король. — Смотри.

В харчевню вошли четыре генеда и один кобрун.

— Они что, всегда ходят таким составом? — шепотом спросил крысиный король.

— Угу, — едва слышно ответила Марша, непринужденным жестом проводя лапой по капюшону, для того чтобы проверить, хорошо ли он закрывает ее мордочку. — По крайней мере, чаще всего.

«Все правильно, — подумал крысиный король. — Четыре тупицы генеда и один довольно умный кобрун, который, судя по всему, обладает даже какой-то магией. Неплохо придумано. Интересно, удастся нам обмануть их на этот раз или нет?»

Между тем стражи порядка уселись за столом в центре харчевни. Хозяин заведения подлетел к ним пулей и моментально принял заказ. Генеды решили заморить червячка посредством огромного количества сырого мяса. А вот кобрун питался другим. Когда он вполголоса сделал заказ, лицо хозяина харчевни отразило крайнюю степень отвращения, но только на секунду, не больше, да и то когда он уже отошел от стола и направился в сторону кухни.

«Чем же все-таки они питаются? — подумал крысиный король. — Может быть, увидев, что будет лопать этот кобрун, я смогу определить, кем он является?»

— Пошли отсюда, — вполголоса сказала Марша. — Самое время уходить. Попили, поели, и нечего рассиживаться. Особенно с такими соседями».

— Да, ты права, — неохотно согласился крысиный король.

Все-таки уж больно ему хотелось посмотреть, что будет есть кобрун.