Искатель: Искатель. Потерянный. Бродяга. Возвращение (сборник) Кружевский Дмитрий

– Такой придирчивый? – поинтересовалась Минако.

– Да нет, – кадет пожал плечами, – просто никому послабления не дает, гоняет, дай бог.

– Ну, это не страшно, – Айко махнул рукой, – меня вон отец так дома гоняет, что пятками порой сверкать не успеваю.

Кадеты рассмеялись.

– Ладно, удачи, – они направились к лестнице.

– Ребята, подождите, – Кирилл догнал остановившихся парней. – Один вопрос можно?

– Валяй.

– Учебный год, можно сказать, уже начался, а почему народа так мало?

Один из ребят пожал плечами.

– Да у нас вообще народа не переизбыток. На втором курсе всего человек сто учится.

– Меньше, – покачал головой его товарищ, – группу «дельта» расформировали.

– Ну, значит, меньше, – он сочувственно посмотрел на Кирилла. – Многие, когда получше вникают в специфику нашей профессии, просто уходят, а некоторые нагрузок не выдерживают.

– Понятно, – кивнул Кир. – А зачем тогда такие большие корпуса?

– А это… – парень усмехнулся. – Ну, когда-то «Искатель» был крупной академией и, если мне не изменяет память, то здесь обучалось несколько тысяч человек в год, увы, сейчас не так. В принципе, все это вам на вводной расскажут, вы ведь туда?

– Да.

– Ну, тогда поспешите, а то Дорнер наряды влепит и не посмотрит, что только прибыли.

– Наряды? – Кирилл непонимающе посмотрел на ухмыляющихся ребят.

– Ни че, скоро все узнаешь.

К удивлению парня, аудитория оказалась практически полностью заполненной, и, на первый взгляд, в ней собралось не меньше двух сотен новоприбывших. Едва их группа вошла в аудиторию, как разговоры на мгновение смолкли, чтобы через мгновение возобновиться с новой силой.

Кир, оглядев ряды дугообразных парт (человек на десять каждая), размещенных одна над другой, вздохнул и подумал, что студенческие аудитории никогда, наверное, не изменятся, сколько бы веков не прошло. Те же парты, уходящие вверх, та же доска и кафедра для преподавателя рядом с ней. Всё то же, что и сотни, тысячи лет назад. Ну и пусть нынешние парты – это, по сути, компьютерные терминалы, а доски – это плазмопанели, ну и что, что кафедра преподавателя – это мощный виртсервер, и даже лежащий у доски мел – это сложная электронная штуковина. Какая разница, что студенты теперь сидят не на потертых деревянных скамейках или в вечно драных креслах, а в специальных сиденьях, подстраивающихся под изгибы их тел. И пусть пишут они не в вечно помятых тетрадях чернильными ручками, а ведут конспект специальным электронным пером на листе, что, по сути, экран мини-компа с терабайтами памяти. Все равно суть-то не изменилась.

– О, наши места, – толкнул Айко Кирилла в бок локтем, пальцем другой руки показывая наверх аудитории, где на одной из парт светилось слово «омега».

– «Гамма», «ипсилон», – начал читать Кир надписи на других партах. – Если не ошибаюсь, это буквы какого-то древнего алфавита.

– Ага, – кивнула Минако. – Ой, Кир, смотри, а там названия животных: «барс», «соболь», «лисица».

– Угу, ладно вам, пошли на места, а то наша группа уже расселась. – Айко поправил висевшую через плечо сумку и направился к их парте.

Едва они уселись, как в зал вошла еще одна группа в сопровождении Дорнера. Кирилл уже думал, что их куратор будет проводить вводную лекцию, но тот лишь осмотрел всех сидящих и покинул аудиторию, а через минуту в нее вошел высокий худощавый человек, одетый в строгий костюм. Он молча прошел к доске и, взяв мел, несколько секунд что-то на нем перещелкивал, затем написал на доске крупными красными буквами: «Искатель», что это?

– Итак, господа кадеты, – мужчина положил мел и подошел к кафедре, оглядывая аудиторию. Подождав пока все разговоры смолкнут, он продолжил:

– Разрешите представиться, я командор академии – Арнольд Майер, прошу любить и жаловать, – он улыбнулся. – Теперь о главном. Наверняка за время, прошедшее с момента вашего зачисления, вы много раз задавали себе этот вопрос. К тому же я уверен, что вам довелось услышать некоторые слухи о нашей академии, что ж, спешу вас разочаровать, но многие из этих слухов – правда.

– А почему «Искатель» называют академией мусорщиков, – раздалось с рядов.

Айко обернулся, ища глазами крикнувшего, затем вопросительно посмотрел на Кирилла, но тот лишь неопределенно повел плечами: мол, сам не в курсе.

– Правильно, потому что по своей сути мы и есть мусорщики, – кивнул головой Майер. – А теперь обо всем по порядку. Академия «Искатель» была создана в начале двадцать пятого века, как раз во времена пресловутого «Исхода». Первоначальной задачей «Искателя» был поиск и изучение, различных артефактов, а также обнаружение разумной жизни во вселенной, и изучение возможности контакта с ней. В те годы выпускники «Искателя» находились буквально на переднем крае человеческой экспансии. Но по мере развития человеческого Анклава и образования в нем новых государств, деятельность «Искателя» стала сворачиваться или встречать противодействие со стороны новых властей. Межзвездные государства сами предпочитали вести данные исследования и, если прибегали к вызову специалистов из «Искателя», то только в случае, когда не видели выгоду в исследованиях найденных артефактов. В результате этого, к двадцать восьмому веку деятельность организации практически была свернута, финансирование урезано (одной Земле это стало не под силу, да и не нужно), а сама она из ведомства внешней разведки передана ЦентрСпасу.

В принципе, с тех пор задачи организации не очень изменились, правда, дальние экспедиции мы практически не отправляем, если только по запросам одной из планет Анклава или при финансировании частными лицами, но это уже отдельный разговор. К сожалению, наша работа связана с определенными рисками и поэтому не слишком популярна, к тому же финансирование урезается год от года. К сожалению, старушке Земле больше не интересны тайны космоса. – Майер вздохнул и грустно усмехнулся, на минуту задумавшись о чем-то своем.

– А на Земле-то мы что искать будем? Неужто еще есть тайны?

Вопрос вывел Майера из задумчивости.

– На Земле? Конечно, и не только, но и в системе их достаточно, – он переключил доску в режим экрана, и на ней появились кадры пышущей жаром поверхности Меркурия. – Меркурий – плато Дробышева, вот смотрите…

Камера сделала круг, и Кирилл увидел какую-то спиральную конструкцию, вплавленную в камень.

– По анализам, этой спирали около двух миллионов лет, что это – никто не знает. Есть предположение, что инопланетный корабль. К сожалению, конструкция настолько нестабильна, что любые попытки пробиться внутрь заканчиваются разрушением.

– Сгнила?

– Примерно, – кивнул командор. – Мы были вынуждены ее законсервировать, пока не придумаем, как быть дальше. Кстати, может, это сделает один из вас.

Он обвел взглядом притихшую аудиторию. Многие из сидящих с жадностью и блеском в глазах рассматривали мелькающие на доске кадры.

«Нет, есть еще на нашей Земле искатели и авантюристы, те, что готовы идти в никуда непонятно зачем. Такие же, как и их предки, которые тысячелетия назад шли по непролазным джунглям, плыли через океан на утлых шхунах, штурмовали горы и высаживались на неизвестные планеты, ежеминутно рискуя своей жизнью ради того, чтобы узнать – что там? За той горой, за тем океаном, на той планете. Нет, вопреки всему не вымерло, не исчезло их племя. – Майер улыбнулся. – Их трудно найти, вычленить среди обычных людей, привыкших к комфорту и удобствам, не желающих рисковать ради призрачной цели, но они есть, а значит, до тех пор «Искатель» будет существовать»

– Но почему нас зовут мусорщиками? – снова прозвучал тот же вопрос.

– Мусорщиками… – Командор грустно усмехнулся. – Вторая задача «Искателя», как одного из подразделения ЦентрСпаса, – это ликвидация остатков техники и производств неопределенного назначения.

– Это как?

– Вот-так… – Изображение загадочной спирали исчезло с экрана, зато на нем появилось изображение останков какого-то механизма.

– Боевой плазмотанк «Питон» вооруженных сил ОША найден в Южной Америке на одной из заброшенных баз. Обнаружившие его туристы вытащили из боеукладки два снаряда, к сожалению, магнитные ловушки в боеголовках были дохлыми. К тому времени, когда на место прибыла наша группа, вместо их лагеря мы обнаружили только выжженное пятно. Вот такой у нас мусор.

Аудитория замерла, переваривая услышанное, а затем взорвалась шквалом вопросов. Несколько минут Майер с легкой улыбкой смотрел на студентов, затем поднял руку, призывая к спокойствию.

– Понимаю ваше недоумение и интерес, но все узнаете в свое время. А сейчас всем вам будут розданы бланки тестов, вы должны их заполнить и сдать мне. После чего куратор Дорнер проведет вас к месту вашего проживания. Сегодняшний и завтрашний день вам даются на обживание, а с первого сентября приступите к учебе.

– М-да, – вздохнула Минако, разглядывая свою комнату размером три на четыре метра. – А у вас как?

– Да точно так же, – усмехнулся Кирилл, – хотя хорошо хоть комнаты отдельные.

– А чего ему не быть, – Айко плюхнулся на кровать и несколько раз подпрыгнул, проверяя матрац на пружинистость, затем чертыхнулся и склонился над блоком управления.

– Ну да академию строили из расчета на большее количество студентов, наверняка раньше тут в комнатах жило по нескольку человек.

– Наверное, – раздался приглушенный голос Айко.

Кирилл обернулся и удивленно вскинул брови, увидев торчащие из-под кровати ноги товарища.

– Блин, что за старье.

Айко вынырнул из-под кровати и вновь склонился над пультом. Повинуясь его командам, кровать начала видоизменяться, то удлиняясь, то сжимаясь, меняя высоту и угол наклона.

– Ну вот, – он удовлетворенно отряхнул руки. – Жить будет.

– Ты в электронике разбираешься? – удивилась девушка, развешивающая в стенном шкафу свои наряды и краем глаза наблюдаящая за манипуляциями Айко с ее кроватью.

– Пустяки, – махнул рукой Рен. – У меня дома и хуже барахла хватает, один катер отца чего стоит. А денег у нас в деревне много не заработаешь, вот и покупаем что дешевле, а потом чиним.

– А правительство вам разве не выделяет, – спросила Минако. – У нас же по закону все города снабжаются общественной техникой.

– Выделяет, – отмахнулся Айко. – Только на глайдерах особо не порыбачишь, а новые суда дорого стоят. Особого-то спроса на рыбу нет, сейчас ведь пищекомб тебе что хочешь сварганит.

– Наверное, – девушка пожала плечами, – только я предпочитаю все натуральное. У нас в Японии рыба, наприме, основной продукт.

– У нас тоже, – кивнул головой Рен.

Проболтав еще с полчаса о том о сём, они разошлись по своим комнатам. Казарма была двухэтажной, и комнаты Айко и Минако находились на первом этаже, тогда как комната Кирилла находилась на втором. Поднявшись по лестнице, он нос к носу столкнулся со здоровым двухметровым парнем. Гигант, обладающий статью и внешностью тяжелоатлета, неуверенно топтался у порога своей комнаты под номером шесть. Заметив Кирилла, он широко улыбнулся и буквально затащил того в свою комнату, по ходу излагая возникшую проблему. Звали его Андрей, родом он был из-под небольшого городка Мурманска и, судя по тому, что успел понять Кир, пока его затаскивали в комнату, у него, так же как и у Минако, возникли проблемы с кроватью. Непослушный агрегат под весом гиганта превращался в некое подобие огромного тазика, приведя добродушного великана в состояние полной растерянности. В результате Кирилл, с полчаса провозившись вместе с ним над ее настройкой, вынужден был бежать за Айко, так как после всех их манипуляций на кровать это походило мало – скорей уж на пирамиду Хеопса. Едва закончили с кроватью и дружно присели на нее передохнуть, как истошный девичий крик, раздавшийся из коридора, заставил всех вновь вскочить на ноги.

Источник крика обнаружился в восьмом номере. Точнее, тройке ребят пришлось около пяти минут осматривать практически пустую комнату, прежде чем Айко уверенно указал на блестящую металлическую пластину, занимающую чуть ли не полстены.

– И что? – Кирилл непонимающе посмотрел на друга.

– Там кто-то плачет.

И действительно, стоило припасть к металлу ухом, как Кир явственно услышал судорожные всхлипы, раздававшиеся изнутри.

– Это как так? – Андрей недоуменно почесал в голове, с изумлением рассматривая металлическую поверхность без единого шва.

– Откуда я знаю, – буркнул Кирилл и осторожно постучал по металлу. – Эй, там все в порядке?

– Вытащите меня отсюда, – раздался из-за металлической стены девичий голосок. – Тут темно и кто-то шуршит.

– Сейчас, только как ты туда попала?

– Я в шкаф вещи складывала, – девушка всхлипнула, – а он такой большой, я туда залезла, а дверь исчезла… А-а-а…

Судя по раздавшимся после этих слов звукам, девушка снова залилась слезами.

– Ну, у кого какие мысли?

Кирилл вопросительно посмотрел на своих товарищей, но Айко лишь пожал плечами.

– Не знаю, на мой взгляд так это просто стена из металла, никогда не видел ничего подобного.

– И не мудрено.

Все дружно обернулись. В дверях стоял белобрысый паренек невысокого роста и, засунув руки в карманы куртки, с улыбкой смотрел на озадаченных ребят.

– А ты еще кто?

– Я из десятой комнаты, Георг Раймон, – он демонстративно поклонился, – прошу любить и жаловать.

– Жаловать будем потом, – отрезал Айко, – если знаешь, как помочь – скажи.

Георг улыбнулся и, подойдя к металлической стене, несколько минут просто стоял, рассматривая ее.

– Это мономолекулярная стена, мода на них была распространена в ОША лет триста назад, – наконец сказал он. – Вообще их сперва разрабатывали как переборки для кораблей, но, к сожалению, она оказалась довольно непрочной и нестабильной.

– В смысле?

Кирилл удивленно посмотрел на Раймона. Несмотря на его увлеченность космосом и всем, что с ним связано, о такой разработке он слышал впервые.

– Ну, это была разработка одной небольшой компании, по идее, эта стена по команде должна образовать в себе проход, а после того, как ты пройдешь, зарастить его. Тут где-то должна быть панель, а вот…

– Понятно, – неожиданно сказал Андрей. – Непрочная, значит.

Он шагнул на шаг назад и со всей дури врезался в нее своим плечом. Георг отскочил в сторону и расширенными глазами посмотрел на Андрея, затем на стену, которая вздрогнула и, покрывшись сеточкой из мелких трещин, рухнула вниз, разбившись на тысячи мелких осколочков.

– Вот о чем я и говорил, – сказал он, отряхиваясь. – Хотя можно было просто найти панель.

За стеной обнаружилась просторная ниша, откуда на Андрея, покрытого серебристой пылью от разбившейся стены, испуганно смотрела забившаяся между полок девушка.

– Мадам, – Айко протянул девушке руку, – позвольте вам помочь вылезти из вашей темницы, чтобы вы могли отблагодарить вашего спасителя.

Девушка робко улыбнулась и, шмыгнув носом, вылезла из шкафа, опираясь на протянутую руку парня, и подошла к смутившемуся Андрею.

– Спасибо.

Гигант отвел глаза и лишь неопределенно махнул рукой. Кирилл, глядя на стоявшую рядом с Андреем девушку, улыбнулся. Миниатюрная, с длинными волосами, собранными в хвост, она была ростом лишь чуть выше Ольги, такая же щуплая, и едва доставала Андрею до груди.

– Да, девушка, прибираться вам тут теперь долго, – сказал Георг, разрядив затянувшееся молчание. – И…

Он хотел еще что-то сказать, но неожиданно внутри шкафа что-то заурчало, и из него выскочила небольшая полусфера. Девушка испуганно взвизгнула и одним прыжком спряталась за спину Андрея.

– Тьфу! – Айко опустил стул, который уже занес над головой. – Это же киб-уборщик.

Тем временем сфера, не обращая ни на кого внимания, деловито гудя, начала втягивать в себя пыль и осколки бывшей двери, кружа вокруг наблюдающих за ее работой людей.

– Интересно, что за модель? – Георг наклонился над кибом, пытаясь взять его в руки, но тот ловко увернулся и продолжил свою работу. – Шустрый, – констатировал парень.

– Да что же тут происходит? – Айко скрестил руки на груди и обвел всех взглядом. – У Минако и Андрея кровать, у…

– Тина, – сказала девушка, выглядывая из-за спины Андрея. – Тина Эрих.

– Ага, очень приятно, – кивнул Айко. – Значит, у Тины этот шкаф, а у меня вообще «вирт» был настроен таким образом, что при моем заходе в комнату включил проекцию какого-то чуда-юда из фантастического фильма, я чуть в штаны не наложил.

– То-то, когда я за тобой бегал, ты мне дверь минут пять не открывал, – менял, наверное, – вставил Кирилл, перебивая товарища.

– Не, я просто вещи разбирал, – почему-то начал оправдываться Айко, что неожиданно вызвало взрыв смеха среди окружающих. – Не, ну, правда… Ребята!!!

Бесполезно, все только зашлись в новом приступе хохота, даже спасенная ими девушка, сперва растерянно смотревшая на смеявшихся, уткнулась в спину Андрея и вздрагивала от хохота.

– Хи-хи-хи, – буркнул Айко, надувшись. – Как дети малые, ей-богу.

– Ладно, хватит, – отсмеявшись, Кирилл вытер набежавшие слезы. – А знаете, Рен ведь прав. А как у тебя, Гер?

– Георг, – спокойно поправил Раймон. – Не знаю, вроде все в порядке, хотя кое-что интересное есть, пойдем, покажу.

Все дружно направились за Георгом, причем Тина, вцепившись в руку Андрею, тот, правда, и не протестовал.

– Эх, вот и первая парочка нарисовалась, – прошептал Айко на ухо Киру.

– Завидуешь?

– Не-а, у меня Минако есть.

– Ага, а она об этом знает? – усмехнулся Кирилл.

– Нет, – лицо Рена расплылось в улыбке, – но наверняка догадывается.

Комната Георга была стандартной, те же размеры, примерно три на четыре, кровать у одной стены, небольшой встроенный шкаф в противоположной. Перед шкафом еще две двери, одна в душевую, другая в туалет. За кроватью небольшое углубление в стене, где удобно разместился письменный стол и навешанные над ним книжные полки. На столе к тому же расположилась непонятного назначения конструкция в виде тонкой хромированной трубы с двумя перекладинами.

– Ну и что ты хотел нам показать? – спросил Айко, оглядывая комнату.

– Вот, – Георг ткнул пальцем в сторону непонятной конструкции.

– Это, что ли? – Рен подошел к столу и стал внимательно разглядывать непонятный предмет.

– А что это? – спросил Кир.

– Я сам поначалу не понял, – Георг подошел к склоненному Айко и, похлопав его по спине, попросил отодвинуться, затем что-то нажал на столешнице.

Зашумели невидимые глазу вентиляторы, а сама конструкция стала наливаться огнем, и вдруг над столом развернулся плазмоэкран, на котором побежали непонятные строчки, а затем появилось изображение четырехцветного флага.

– «Вирт».

Кир подошел к столу и протянул руку к экрану, пытаясь активизировать одну из появившихся на нем пиктограмм, однако, на его удивление, не почувствовал под пальцами привычной пружинящей поверхности – рука просто прошла насквозь.

– Нет, так не получится, – Георг открыл один из ящиков и извлек из него громоздкую перчатку, своим видом напоминающую рыцарскую. – Одень.

Кирилл осторожно взял ее и с помощью Раймона надел на руку. Внутри перчатки что-то треснуло, и он почувствовал, как руку легонько сдавило, точно ее зажали невидимые захваты.

– Вот теперь давай, – Раймон кивнул в сторону экрана.

Кирилл протянул руку и с удивлением почувствовал под пальцами знакомую поверхность, правда, ощущение все равно отличалось, к тому же стоило забыться и надавить чуть сильнее, как рука пролетала сквозь экран.

– Непривычно, – Кирилл потянул за перчатку, но та не снималась.

– Сбоку кнопочка, – подсказал Георг и, взяв перчатку, убрал ее в стол, после чего отключил «вирт».

– Какая-то старая модель?

– Еще какая, – кивнул хозяин комнаты. – Я такую только в Берлинском техническом музее видел, ей лет четыреста не меньше. И представьте, до сих пор работает, хотя, когда включил, она в меня разрядом тока так зарядила, до сих пор руки дрожат.

– Действительно странно, – Айко покачал головой, – интересно, откуда этот мусор?

– Мусор, – Кирилл вздрогнул, а затем посмотрел на Рена и на Георга, видя, что в глазах тех зажглись огоньки понимания.

– Мусор, – Георг хохотнул, – мы же по профилю заниматься будем подобным старьем, похоже, все это осталось от предыдущих жильцов.

– Значит, и все наши приключения их рук дела, – пробасил Андрей.

– Понятно, – вздохнул Кир, у которого все кусочки мозаики встали на место, – ну что, ребята, с посвященьицем в курсанты вас.

Откуда-то с первого этажа донесся приглушенный хлопок, затем женский крик. Кирилл оглядел замерших сотоварищей и, разведя руками, первым выбежал из комнаты.

В свою комнату он попал только часа через четыре и, открыв дверь, сперва внимательно оглядел пол, затем, пригибаясь точно под обстрелом, шмыгнул внутрь, думая, что лучше перебдеть. А то Антон из третьей комнаты до сих пор не отмылся от обдавшей его из системы вентиляции люминесцентной краски и, видимо, еще несколько ночей будет светиться разноцветными пятнами. Или Гера из «первой», по пояс влипнувшая в какую-то пену, когда села на стул, и им всей толпой пришлось буквально вырезать ее, хорошо хоть через полчаса эта пена сама неожиданно растворилась, превратившись в мутную жидкость, а то бы мучились до сих пор. Пока легче всего отделалась Минако, она, войдя в комнату, намертво приклеилась своими босоножками к коврику и теперь просто разгуливала босиком.

Кир вздохнул и еще раз осмотрел свою комнату. Вполне стандартная, даже кровать не модифицируемая, а обычная из металлопластика, стол тоже обычный. У широкого, во всю стену, окна знакомое кресло «Вирта», модель несколько отличается от его домашней, но тоже не супернавороченная или не раритет, как у Георга. Системный блок небольшой и аккуратно встроен в спинку кресла, кроме того, у него в комнате был балкон. Обойдя еще раз по периметру свое новое жилище, осторожно все пощупав и подергав, он даже вскрыл сливной бачок унитаза, но и там кроме воды ничего подозрительного не обнаружил. Последним он исследовал балкон, однако тот был абсолютно пустым, лишь сфера кибера уборщика сиротливо торчала в углу, покрытая толстым слоем пыли. Однако в комнате было чисто. Кирилл подошел к сумке и, нащупав на дне завернутые в пленку пироги, сорвал ее, бросив на пол. Тут же из-под стола выскользнула знакомая сфера и, с голодным урчанием поглотив пленку, умчалась обратно.

– Вроде все нормально, – облегченно вздохнул он и, снова выйдя на балкон, осторожно пихнул ногой пыльного кибера, однако тот никак не среагировал.

Решив, что с сюрпризами на сегодня покончено, Кирилл отодвинул дверцу шкафа и разложил свой нехитрый скарб по полкам. Достав из сумки скрученные в пресс-тубы пару новых рубах и брюки, он поискал глазами вешалки и, не найдя их, кинул одежду на полки не распаковывая. Затем разделся сам и, подхватив полотенце, направился в душ. Душевая, конечно, была не такая просторная, как дома, но развернуться места хватало. Кирилл повесил полотенце на вешалку и, зайдя в кабинку, закрыл дверь, после чего привычным движением, практически не глядя, ткнул в сенсорную пластинку, поведя по красной черте вправо, однако ожидаемой воды он не получил. Озадаченно посмотрев вверх на дырочки в потолке кабинки, откуда должна литься влага, он перевел взгляд на сенсор и замер, на нем мигала предупреждающая надпись «закройте, пожалуйста, глаза». Он рванул ручку душевой, но дверь даже не шелохнулась, зато под надписью побежали цифры обратного отсчета. Кирилл обреченно закрыл глаза. В тот же момент стал нарастать вибрирующий гул. Казалось, все тело затрясло мелкой дрожью, причем дрожали даже внутренности, затем гул резко усилился и исчез, зато все тело точно обдало кипятком.

– Инфра-чистка закончена, прошу вынуть свои вещи из очистителя, – раздался женский голос, и на голову Кирилла ударили тугие струи воды.

Он, не открывая на всякий случай глаз, нащупал ручку и вывалился из душевой, ругая шутников последними словами. Все тело было красным, точно его ошпарили с ног до головы. Кирилл, вытирая голову полотенцем, вышел из душевой и краем глаза заметил летящую в него сферу киба-уборщика, но ничего не успел сделать и, получив чувствительный удар в грудь, в одних трусах оказался в коридоре за неожиданно распахнувшейся дверью. Девушка, проходившая мимо его комнаты, только и успела ойкнуть, как он врезался в нее и они вместе растянулись на мозаичном полу коридора.

– Привет, – только и смог сказать Кир лежащей поперек его девушке, одетой в спортивный костюм.

На шум из соседних комнат выскочили Андрей с Тиной и, обнаружив их барахтающимися на полу, помогли подняться.

– Ты что, парился? – спросил Андрей, разглядывая почти голого Кира.

– Ага, практически, – буркнул тот, почесывая место, куда пришелся удар кибера.

– Да что у вас тут происходит?! – незнакомка гневно посмотрела на Кирилла.

– Да как сказать, – Кирилл покосился на Андрея.

– Ты, насколько я понимаю, из «девятого», – выручила его девушка. – Я Тина Эрих из «восьмого», пошли пока ко мне, я все тебе расскажу, а ребята твой номер проверят.

Она подхватила девушку под руку и уволокла ее за собой, напоследок красноречивым жестом ткнув в сторону девятой комнаты.

Через полчаса они ввалились в комнату Тины, причем волосы Андрея из русых стали красно-синими, а у Кирилла к подошвам ног прилипли два пластиковых листа, вырезанных в виде ласт, и он при ходьбе смешно подпрыгивал. Девушки, оглядев самозваных «минеров», дружно прыснули.

– Лучше бы спасибо сказали, – Кирилл устроился на полу и принялся отдирать «ласты», – а то представьте, что бы было.

– Да уж, – девушка из «девятого» улыбнулась. – Красно-синий мне не идет, да и лягушачьи ноги тоже. Ладно, «спасители», за мной должок.

– Вот и хорошо.

Кир отодрал вторую ласту и, кинув взгляд на Андрея, который крутился у зеркала, разглядывая свою прическу, хотел уже было идти к себе, но Тина его остановила, сказав, что пока те не выпьют чаю, то не будут отпущены. Кирилл, у которого из всей одежды были только плавки и полотенце, вовремя вспомнил о материных пирогах и, извинившись, быстро сбегал к себе, заодно одевшись. Сидели допоздна, причем вскоре к ним присоединились Айко с Минако и Георг, а Андрей, сбегав к себе, вернулся с гитарой. У парня оказался неплохой голос, да и песен он знал много, а вскоре, к удивлению всей компании, к его соло подключилась Тина. Пару раз в их дуэт пытался влезть Айко, но быстро был раскритикован остальными девушками и удалился в угол комнаты, где на столе стояла ваза с принесенными Киром пирогами. Эрика Курхин – так звали незнакомку – была родом из Канады и задержалась, разминаясь на спортплощадке, которую обнаружила недалеко от казармы.

– Я с детства занимаюсь гимнастикой, – рассказывала она, поглощая очередной пирог, – в это время у меня обычно тренировка, а тут неплохая спортплощадка, вот я и не удержалась.

Кирилл понимающе улыбнулся, с интересом разглядывая девушку. Высокая, стройная с гибким телом, обводы которого прекрасно подчеркивались облегающим спортивным костюмом. Миловидное лицо, прямой нос, маленькие аккуратные ушки, чуть заостренные сверху, глаза, как у Минако, немного раскосые, но это ее совсем не портило. Волосы не белые, а с каким-то золотистым отливом, доходят до плеч и сейчас собраны в небольшой хвостик.

– Эй, – Айко поводил ладонью руки перед лицом Кирилла, заставив того очнуться. – Челюсть с пола подбери.

Кирилл непонимающе посмотрел на Рена, затем перевел взгляд на улыбающуюся компанию и несколько смутился под их взглядами, тем более что Андрей, усмехнувшись, стал напевать какую-то песню о девушке, что не смотрит на влюбленного в нее парня.

Все рассмеялись, смотря на Кирилла, а ему вдруг стало грустно. В памяти всплыл образ Ольги, и он, извинившись, ушел к себе.

Ночь уже вступила в свои права. Кир стоял на балконе, привычно смотря в небо. Айко потихоньку подошел и встал рядом.

– Красиво, – сказал он через несколько минут.

– Да, – Кирилл оторвал взгляд от мерцающих огней звезд и вопросительно посмотрел на друга.

– Да я просто, – Рен вздохнул. – Ты обиделся?

– Нет, с чего ты взял? – удивился Кир.

– Просто ушел быстро, Эрике аж неудобно стало, хотела сама за тобой идти. Ты ведь так на нее смотрел, вот все и подумали, что она тебе понравилась.

– Симпатичная, – кивнул Кирилл, тяжело вздохнув. – Только знаешь, Рен, там у меня была девушка…

– Где там? – не понял Айко.

– Там, – Кир неопределенно махнул рукой. – Иногда кажется, что почти в другой жизни.

– Вон что, – Айко облокотился о перила. – Рассказывай.

– Да что рассказывать, – отмахнулся Кир. – Мы учились в параллельных классах. Мой друг детства дружил с ее сестрой, а она уже несколько лет бегала за мной, но так сложилось, что дружить мы стали только этим летом…

Он говорил и говорил, слова рвались из него вместе с вновь накатившим отчаяньем и одиночеством. Айко молчал не перебивая, лишь отрешенно смотрел в темноту, давая товарищу выговориться и, когда Кир умолк, выпрямился и, хлопнув его по плечу, неожиданно процитировал:

  • Ты родился, а мир этот был уж седым,
  • Все познал он – страданья, невзгоды.
  • Пройдут лета, и муки растают как дым,
  • Нам оставив лишь мудрости годы.

Затем повернулся и, остановившись в дверном проеме балкона, сказал:

– Пойдем, а то друзья ждут тебя и, поверь мне, волнуются.

Глава 2

Следующий день прошел в суете. Небольшие дворики перед казармами были заполнены галдящей молодежью. Многие со смехом рассказывали о своих злоключениях в их новом жилище, и, судя по внешнему виду некоторых, их группа отделалась еще легким испугом. Второкурсники, проходя мимо, лишь посмеивались и отпускали шутки в адрес особо «пострадавших». Кстати, количество народа в академии значительно увеличилось, а глайдеры привозили все новых абитуриентов. Пару раз Кирилл видел и третьекурсников, которых можно было отличить по нашивкам на рукаве в виде трех небольших красных ромбиков, наложенных друг на друга.

В их дворике было пусто, и они вместе с Айко, уютно устроившись в небольшой беседке, стоявшей как раз посередине двора между двух раскидистых кленов, ждали задерживающуюся Минако. Андрей вместе с Тиной уже отправились осматривать окрестности, Георг копался со старым «виртом», буквально распотрошив его по запчастям, и теперь сидел на полу, завороженно рассматривая каждую деталь, а Эрика убежала опять на спортплощадку, сказав, что будет ждать там.

– Не, ну утро ведь, а комары звереют, – буркнул Айко, хлопая себя по шее. – Почему тут поле нормальное не поставят.

– Откуда я знаю, – пожал плечами Кирилл, его за все утро не укусил ни один гад, а вот в Рена они, похоже, влюбились.

– Ну, мальчики, куда пойдем? – спросила Аира, выпархивая из казармы.

– Сперва на спортплощадку, заберем Эрику, потом хочу дойти до взлетного поля, глянуть поближе, на чем тут летают, а то таких аппаратов я в жизни не видел. А потом еще куда-нибудь, – ответил Кир, разглядывая девушку, одетую в джинсы и обтягивающий топик с рисунком в виде каких-то движущихся в танце аборигенов.

Спортплощадка действительно оказалась практически рядом, стоило лишь немного подняться в горку, миновав шеренги казарм. Точнее это была не просто площадка, а целый спортивный комплекс, построенный в виде огромной ромашки. Центральный круглый зал, где разместились душевые и раздевалки, а от него, точно гигантские лепестки, отходили различные пристройки. Здесь был и бассейн, и теннисный корт, залы для легкой и тяжелой атлетики, волейбольная и баскетбольная площадки и т. д. По периметру этой гигантской «спортивной» ромашки проходила беговая дорожка, а чуть правее возвышались трибуны летнего стадиона. Правда, сегодня здесь было пустынно. Эрика обнаружилась, естественно, в помещении легкоатлетического зала, куда их привели заботливо развешанные на стенах указатели. Девушка висела на кольцах, выполняя какое-то упражнение, но, заметив вошедших, спрыгнула вниз. В гимнастическом костюме она была еще лучше, и теперь уже глазами ее пожирал Айко. Кирилл, заметив это, с удовольствием впечатал другу локоть под ребра, заставив того подпрыгнуть от неожиданности.

– Слюни подбери, а то Минако уже за платочком в сумочку полезла, – усмехнулся он.

Айко опасливо покосился на Аиру и, не обнаружив у девушки сумочки, пихнул Кирилла в ответ.

– Я сейчас быстро в душ и к вам, – сказала Эрика, бросив кокетливый взгляд в сторону Рена и так вильнув, пробегая мимо, полуголыми бедрами, что Кир испугался, как бы у его товарища слюна действительно не закапала. Положение спасла Минако, ну совершенно случайно наступив каблучком своих босоножек на большой палец ноги Айко (благо тот был в сандалиях), что быстро вывело его из состояния «охотничьей собаки, принявшей стойку» и перевело в режим «хромого вопящего кенгуру».

А вот с походом на аэродром им не повезло. Девушки, узнав, что поле находится чуть ли не на другом конце озера, решительно заявили свой протест. Единственно, на что они согласились, это подняться на холм, где расположились коттеджи преподавателей, так как оттуда было лучше видно взлетающие аппараты. Правда, вблизи холма их пыл несколько угас, ибо по сути это был не холм, а небольшая гора. Нужное место для обзора пришлось искать около часа. Холм состоял из трех террас, соединенных широкой лестницей. На первой был разбит прекрасный парк, в котором уже сейчас было множество прогуливающегося народу, на второй – самой широкой – расположились коттеджи преподавателей, а вот на третьей, являющейся вершиной холма, была просто сосновая роща. Правда, о последней они знали только со слов расспрошенных ими встреченных здесь второкурсников, так как выдохлись уже на второй и, приметя стоящую невдалеке скамейку, дружно плюхнулись на нее.

– Я всегда думала, что нахожусь в хорошей форме, – выдохнула через некоторое время Эрика.

– Я тоже, – кивнул Кирилл.

– А нечего было в «кто быстрее» играть, – усмехнулась Минако, зыркая на Айко. – Вы этого остолопа побольше слушайте.

– Зато весело было, – начал оправдываться Рен.

– Ну да, очень, следующий раз давай не по лестнице, а напрямик, – она кивнула в сторону густого кустарника, покрывающего склон террасы. – Ощущений будет масса.

– Ага, особенно после вон того шиповника, – рассмеялась Эрика. – Только пусть Рен проверит, а то вдруг там ощущений маловато.

– Здравствуйте, ребята, – к скамейке подошел невысокий молодой мужчина, одетый в черные брюки и голубую рубашку со значком академии.

– Здравствуйте…

– Павел Николаевич, преподаватель по пилотированию, – кивнул тот, представившись. – Могу полюбопытствовать, что тут делаете?

– А что, запрещено? – спросила Минако.

– В принципе нет.

– Вообще-то ребята хотели посмотреть на аэродром, но до него идти далеко, вот мы и подумали, что отсюда будет видно, – пояснила Эрика.

– Аэродром? – брови Павла Николаевича удивленно взметнулись вверх. – Это кто у нас тут летун такой.

– Вот он, – Айко дружески пихнул Кира в плечо, – все к звездам рвется.

Страницы: «« 12345678 ... »»

Читать бесплатно другие книги:

Беда обрушилась на города Пяти Герцогств…Огненные драконы без всякой видимой причины выжигают их оди...
Митохондрии – маленькие батарейки нашего организма. Каждую секунду они вырабатывают в 10 000 раз бол...
"Когда темно, всегда страшно!"Именно так думает Сашка. Поэтому он боится оставаться один в комнате, ...
© 2007, Институт соитологии...
«Прощание с Ист-Эндом» – заключительная часть трилогии «Вызовите акушерку», ставшей бестселлером и о...
Третий роман нигерийского прозаика Чимаманды Нгози Адичи, уже завоевавшей не одну литературную награ...