Трилогия алой зимы Мари Аннетт

– Нет, не знаешь.

– Я видел, как они это делают.

– Просто скажи человеку нас научить!

Ёкай заворчал и направил прутик на Эми.

– Человек! В наказание за свое преступление ты научишь нас человеческому.

– Человеческому?..

– Да. – Ёкай стукнул прутиком по ладошке, как бейсбольной битой. – Мы видели, как человеки катаются по горам на палках, и хотим этому тоже научиться.

Эми не сразу поняла слова ёкая. На палках?..

– Вы про… лыжи?

– Ой. А-а… – Существо глянуло на товарища. – Да! Лыжи! Научи нас!

Ишида упоминал, что где-то здесь были лыжные курорты. Неужели ёкаи увидели, как люди катаются на лыжах, и тоже захотели попробовать? Ситуация казалась столь абсурдной, что Эми оторопело задумалась – а не снится ли ей это?

– Откажешься – и мы тебя накажем! – пискляво пригрозило существо.

Она вздохнула, желая, чтобы Широ поскорее вернулся. Он точно знал, как поступить с этими ёкаями.

– Без лыж кататься не получится.

– У нас есть палки. – Ёкай поднял прутик.

– Лыжи – это плоские палки с гладкой нижней стороной. Поэтому они скользят по снегу.

– Ты отказываешься нас учить! Мы заставим тебя пожалеть!

Поморщившись, Эми посмотрела на склон долины, а потом снова на маленького ёкая, который яростно размахивал прутиком. Кажется, крошечное существо постепенно набиралось уверенности. Может, стоит их отпугнуть? Хотя, с другой стороны, она быстро влипнет по уши, если эти ёкаи обладают какой-нибудь магией.

– Я не могу научить вас кататься на лыжах, – произнесла Эми, – но могу научить кататься на салазках. Так гораздо веселее.

– Са… лаз… ках? Это что?

– Еще одна игра, в которой катаются с горы, – со всей серьезностью пояснила она.

Ёкаи склонили головы и пошептались. Тот, что с прутиком, выпрямился.

– Мы согласны! Учи нас игре на са-лаз-ках.

– Сперва вам нужен большой и плоский кусок дерева, – Эми развела ладони, показывая размер.

– Хм-м. – Ёкай задумчиво постучал прутиком по подбородку. – А, знаю!

Он спрыгнул с валуна и метнулся к ближайшему дереву, а затем влетел головой в ствол… и пропал.

– А-а… Эм-м… – Оставшийся ёкай беспокойно заломил ручки, разглядывая Эми.

Из-за камня выглянули еще две рыжеволосые головы. Эми едва не вздрогнула. Значит, их не двое, а четверо. Прекрасно.

Ёкай резво выпрыгнул обратно из дерева – с огромным куском коры, по сравнению с которым сам он казался совсем уж миниатюрным. Вскочив на валун, ёкай бросил свою ношу на снег у ног Эми.

– Этого хватит, человек?

Она подняла кору, поражаясь, как такая кроха сумела принести столь внушительный кусок – размером два на три фута.

– Думаю, да.

Присев, Эми принялась счищать самые грубые участки коры. Ёкай подобрался поближе, следом подкрались и трое остальных.

– Что ты делаешь?

– Чтобы скользить, нужна гладкая поверхность, – объяснила Эми, отдирая еще кусочек.

– Гладкая? – Ёкай потянулся и прижал ручку к коре. Дерево вдруг потеплело на ощупь и, как будто размывшись, прямо на глазах у Эми превратилось в тонкую гладкую доску. – Вот так?

– Д-да, – запнулась Эми и пораженно провела по доске ладонью. Точно чары. Хорошо, что она все-таки не настроила этих существ против себя. – Э-э… прежде чем мы начнем, могу я спросить, как далеко простираются ваши земли? Чтобы я снова случайно не нарушила их границы?

– Везде, где пускают корни деревья, земля принадлежит нам! – воскликнул ёкай. – Все это знают.

– О, понятно, – пробормотала Эми. Юмэй бы явно не согласился с таким присвоением всех лесов мира.

– Но, Маи, – шепнул один из тех, кто держался позади, – ты забыл туманную долину!

Предводитель четверки немного стушевался.

– А, да, туманная долина. Она не наша. Но тебе туда ходить не стоит!

– Не стоит?

– Да. Точно-точно. – Ёкай окинул Эми взглядом. – Ты слишком слабая. Умрешь.

Другой наклонился к нему и что-то прошептал.

– О! О да. – Существо выпрямилось во весь свой малюсенький рост. – Человек! Если ты научишь нас своей игре на салазках, мы позволим тебе оставаться на нашей земле сколько угодно, чтобы тебе не пришлось идти в туманную долину.

– Очень великодушно с вашей стороны, – осторожно проговорила Эми. – А что не так с этой долиной?

– Оттуда никто не возвращается. – Ёкай уверенно кивнул. – Тем более человеки. Ты не плохой человек, поэтому мы позволим тебе остаться здесь – если ты обещаешь нам подчиняться.

Долина, где навсегда пропадают люди? Эми сжала губы.

– А где эта долина? Не хочу забрести туда случайно.

Все четверо ёкаев одновременно указали на север.

– Там. Там всегда туман. Не заходи в него, и все будет хорошо. – Существо выпятило грудь. – Мы тебя защитим.

– Благодарю.

Ёкаи заулыбались, невероятно гордые собой.

– Покажи игру! – потребовал их предводитель.

С трудом отогнав мысли о зловещей долине, Эми отнесла доску к краю холма и опустила на снег. Она никогда не каталась сама, но видела, как это делают другие дети. Взявшись за переднюю часть доски, Эми с удивительной легкостью ее загнула – дерево было гибким, как тонкая кора, пусть уже и выглядело совсем иначе.

– Садитесь на доску, – сказал Эми ёкаям, – и оттолкнитесь. Тогда вы покатитесь вниз, как люди.

Ёкаи с готовностью запрыгнули на самодельные санки, и Эми уверенно их подтолкнула. Гладкое дерево поехало вниз, повинуясь силе притяжения. Ёкаи радостно запищали, набирая немного скорости, однако через несколько ярдов инерция сошла на нет, и санки остановились.

– Мы не скатились с горы! – возмутился предводитель ёкаев. – Ты нас обмануло!

– Нет-нет, – поспешно отозвалась Эми, пробираясь к ним по колено в снегу. – Просто вы весите куда меньше людей.

Она хмуро окинула взглядом санки и небольшой склон, а затем залитую солнцем долину внизу – ровную, за исключением какого-то длинного холмика в середине. Может, стоило спуститься и попробовать покатать малышей там, где склон более крутой?

– Ты тяжелое, – вдруг заявил ёкай. – Ты можешь помочь.

– Что?

– Залезай!

– Я… нет, я же не могу…

– Залезай, или мы тебя накажем за непослушание!

Эми едва сдержала желание закатить глаза. Для своего роста эти мальцы были ужасно наглыми. Впрочем, раз уж склон совсем маленький, а холм впереди не даст им укатиться слишком уж далеко, то, наверное, ничего страшного не случится. Ну и, наверное, это ее единственный шанс покататься на санках, прежде чем она навсегда утратит возможность испытать нечто новое.

От этой мысли накатила печаль, однако Эми быстро ее прогнала и подошла к санкам. Ёкаи спрыгнули, и она села, оставив одну ногу в снегу, чтобы санки не двигались с места. Рыжеволосые создания залезли следом – двое бесстрашно устроились у нее на коленях, а еще двое повисли сзади на ее кимоно. Эми оторопело уставилась на всклокоченные макушки, потрясенная тем, что на ней сидят странные дикие ёкаи.

– Готовы? – спросила она, собираясь с мыслями.

– Давай, давай!

С трудом сглотнув, она оттолкнулась ногой. Сани плавно скользнули вперед. Эми наклонилась, вцепившись в доску, и они полетели быстрее. Ветер засвистел, играя с ее волосами, ледяной воздух обжег щеки.

А когда загнутый нос санок ухнул вниз, она вдруг поняла, что яркое солнце и ровное, лишенное теней полотно снега скрыли истинную высоту склона.

Санки ринулись вниз, набирая скорость. Собранные в хвост волосы плетью хлестали по спине Эми, широко распахнутые глаза слезились от ветра. Мир проносился мимо размытым пятном.

Рев ветра заглушили ликующие вопли и звонкий, безудержный смех ёкаев. Санки неслись по гладкому снегу, едва его задевая, и страх Эми вдруг рассеялся. Она тоже рассмеялась, охваченная адреналиновым восторгом. Склон кончился, и они помчались по долине. Перед ними вырос холм, однако подъем их уже не остановил. Санки взмыли вверх.

И оказались в воздухе.

Гладкая доска вылетела из-под Эми, и та пронзительно вскрикнула, заметив с другой стороны холма темную вереницу камней, блестящих на солнце.

А затем она с громким плеском рухнула в ручей.

Ее окружила ледяная вода, холод сковал мышцы. Эми ударилась о каменистое дно и, забившись в панике, кое-как умудрилась встать. Неглубоко, всего по пояс. Задыхаясь, она метнулась к берегу. Скорее… скорее выбраться из воды. Эми уже чувствовала, как в ее ноги впиваются острые когти, как наяву слышала крики Ханы.

Ухватившись за камни, Эми вытащила себя на берег и поползла прочь от воды, пока не упала в снег, обессиленная.

– Получилось! – восхищенно пищали четверо ёкаев, перекрикивая друг друга. – Получилось!

– Человек! – счастливо воскликнул их предводитель. – Теперь мы прокатимся еще раз! Человек, ты… ой! – испуганно охнул он.

Эми подняла голову, пытаясь отдышаться, дрожа всем телом и громко стуча зубами.

– Что, во имя Йоми, ты творишь?

Эми медленно моргнула, наконец наткнувшись взглядом на черные хакама в паре шагов от себя, а потом с трудом подняла голову и уставилась в изумленные рубиновые глаза. Широ возвышался над ней, уперев ладони в бедра, и недоверчиво качал головой.

На Эми что-то вспрыгнуло. По ее спине вскарабкались четыре ёкая.

– Это наш человек! – решительно завопил их предводитель, хлопнув по макушке Эми ладошкой. – Найди себе своего.

Изумление Широ исчезло, а его глаза сузились до щелочек.

– Она моя.

– Мы нашли его первыми! Оно принадлежит нам! – Вокруг них забурлила незнакомая ки. – Мы его не отдадим!

– Она принадлежит мне. Тебе нюх отшибло, мелочь?

– Что? Что ты…

Четверка ёкаев шумно засопела, втягивая воздух.

– От человека пахнет кицунэ, – прошептал один из них.

– Человек, должно быть, принадлежит ему.

– Нечестно.

– Но это мы его нашли!

Предводитель громко вздохнул.

– Мы согласны с твоим правом первенства, – раздраженно объявил он.

– Отлично. А теперь – слезли с нее.

Широ шагнул ближе, и маленькие ёкаи поспешно спрыгнули с Эми. Схватив ее за руки, кицунэ поднял ее вверх. Она кое-как встала.

– Ш-ш-ши-р-р-ро, – застучала Эми зубами, сотрясаясь всем телом. – Я н-н-не х-х-хот-те-л-л-ла…

Он подхватил ее на руки, не обращая внимания на вымокшую до нитки одежду. Эми прижалась к нему, дрожа еще сильнее.

– Кодама! – рявкнул Широ. – Вы испортили моего человека. Я требую возмездия.

– Мы его не портили! – проворчал тоненький голосок.

– Из-за вас она промокла на холоде. Люди хрупкие, и чтобы она не зачахла, ей нужно тепло. Вы расплатитесь тем, что принесете весь сухой хворост, какой найдете, в место, где у скалы лежат три камня. Поняли?

– Да, – неохотно пискнул ёкай. – Мы принесем хворост.

– И не медлить. Марш! – снова рявкнул кицунэ, и маленькие ёкаи, испуганно подскочив, бросились прочь.

Крепко прижимая Эми к себе, Широ побежал вверх по склону. Она пыталась стиснуть зубы, но они продолжали неудержимо стучать.

– Глупая мико! – прорычал кицунэ. – Зачем связалась с кодама?! Выглядят они безобидно, но это же мелкие пронырливые дьяволята с опасной магией.

– Я-а-а н-н-н-не…

– Молчи! – рявкнул Широ, добравшись до вершины.

Его тон заставил Эми вздрогнуть, и она уткнулась лицом в его косодэ, теперь такое же мокрое. От каждого движения тяжелые от влаги волосы хлопали ей по спине. Представь Эми подобную ситуацию раньше, она подумала бы, что Широ скорее посмеется над тем, как глупо она упала в ручей. Почему же сейчас он так зол?..

Притормозив лишь на мгновение, чтобы подхватить ее лук и рюкзак, Широ бросился в лес. Перед глазами Эми мелькали деревья, тени сменялись вспышками солнечного света. Вскоре кицунэ вновь остановился. Подняв голову, Эми увидела, что они очутились посреди круглого пространства между скалой с одной стороны и тремя валунами, похожими на стену, с другой. Сверху над этой каменной «чашей» нависали деревья. Ковер из опавшей листвы был покрыт лишь тонким слоем снега.

Рядом уже лежала кучка веточек и прутиков. Кодама уже справились? Так быстро?..

Широ вскинул к хворосту руку. С его ладони сорвалось пламя, и ветки загорелись, мигом превращаясь в весело потрескивающий костер. Эми окутало теплом.

Кицунэ поставил ее на ноги, и она придвинулась ближе к огню, содрогаясь от макушки до пят, и протянула руки к жару. Широ тем временем полез в ее рюкзак. Покопавшись там, кицунэ извлек запасное одеяние мико и плотный плащ из черной шерсти, напоминающий хаори, длиной до колен, который можно было обернуть вокруг себя и застегнуть на пуговицы.

Широ развернул его и протянул ей.

– Раздевайся.

Эми вскинула голову.

– Ч-что?

– Раздевайся, – нетерпеливо повторил кицунэ. – Вылезай из мокрой одежды.

– Н-н-но…

– А ну не спорь со мной. – Широ помрачнел. – Снимай, пока я ее сам с тебя не сорвал.

Эми испуганно отшатнулась и часто заморгала, сдерживая слезы. Широ приподнял плащ выше, закрывая ее от себя. Эми дрожащими руками развязала оби и скривилась, когда хакама сползли по бедрам ниже. Она стянула их до конца, стиснув зубы, затем сбросила кимоно и поспешно натянула на себя сменные вещи, морщась от того, как ткань пропитывается влагой, так и не высохшей на коже.

Одевшись, Эми шагнула к плащу, но просунуть руки в рукава не успела. Широ так ловко ее укутал, что она лишь удивленно пискнула. Кицунэ оторвал Эми от земли и, подоткнув низ плаща, опустил ее прямо у огня. Потом он подхватил мокрую одежду и принялся развешивать ее на ветках деревьев.

Эми съежилась под плащом и немного согрелась. Она не могла отвести взгляда от Широ, от его резких движений и до боли заметной в них злости. Эми вдруг пожалела, что не взяла с собой Катсуо. Она слабыми пальцами сняла с себя вымокшие ботинки и придвинула их к огню.

Разобравшись с одеждой, Широ снова приблизился к Эми. Возвышаясь над ней, хмуро всмотрелся в ее лицо и помрачнел еще больше. Она совсем поникла.

Кицунэ склонился и вновь поднял Эми на руки. А потом уселся сам, скрестив ноги, и устроил ее у себя на коленях, крепко стиснув.

– Широ! – охнула она, пытаясь отстраниться и чувствуя, как к щекам приливает горячая кровь.

– Отпущу, когда у тебя губы перестанут быть синими! – прорычал он, сжимая руки сильнее.

Растерянно моргнув, Эми сдалась и позволила прижать себя к груди. От Широ исходил жар, и она, окутанная теплом со всех сторон, ощутила, как дрожь постепенно отступает. Ноющие мышцы расслабились, и Эми осторожно устроила голову у Широ на плече. Она закрыла глаза, вдыхая его лесной аромат с ноткой дыма, не имеющей ничего общего с костром.

– Кицунэ? – пискнул голосок.

Широ повернулся. Эми выглянула из-за края плаща и увидела на немалом расстоянии от костра четверку рыжих ёкаев. Перед ними лежала еще одна груда хвороста.

– Человеку станет лучше? – неуверенно спросил их предводитель.

– Если не станет, я сожгу ваш лес дотла.

Маленькие ёкаи побелели.

– Широ, они не виноваты, – прошептала Эми. – Я не увидела ручей…

Он пронзил ее взглядом и зарычал. Она захлопнула рот так быстро, что клацнула зубами. Кицунэ снова посмотрел на кодама.

– Прочь!

Те поспешили убраться, обиженно поглядывая на Широ, и скрылись в ближайших деревьях.

– Мелкие вредители, – проворчал кицунэ, стискивая Эми до боли.

– Широ…

– Не начинай! – рявкнул он. – Ты чем думала? Это тебе не безобидные детки, с которыми можно поиграть. Кататься с горы… падать в ручей на таком морозе… – Широ снова зарычал. – Люди хрупкие! Веди себя осторожнее.

Эми заставила себя расслабиться. Он слегка разжал хватку, вновь позволяя ей легче дышать. По сравнению с ёкаями люди действительно более хрупкие, и она наконец поняла, почему Широ так раздражен – не из-за гнева, а из-за страха. Он не знал, насколько люди хрупки, и не представлял, насколько опасно им промокнуть до нитки на холоде без возможности укрыться в тепле.

– Прости, – шепнула Эми, прижавшись к его груди щекой. – Они мне угрожали, так что пришлось им подчиниться.

Она ощутила, как Широ глубоко вздохнул.

– Нельзя было оставлять тебя одну.

Эми хотела возразить, что постоянный надзор ей не нужен, но передумала: когда дело касалось ёкаев, ей и правда была необходима помощь.

Выпростав из-под плаща руку, Эми распустила хвост, чтобы волосы поскорее высохли – и вдруг поймала взгляд Широ. Его лицо было совсем рядом… Она тут же утонула в образах того, что случилось в прошлый раз, когда они были так же близко, и ее взгляд невольно опустился на его губы.

Опомнившись, Эми мигом спрятала руку под плащ и обхватила себя. Ее щеки жарко вспыхнули.

– Выглядишь поживее, – заметил Широ, на удивление не прокомментировав вожделение, с которым она на него уставилась. – Румянец помогает.

Эми раскраснелась еще сильнее и хмуро взглянула на него.

– Помогает чему?

– Из ручья ты выбралась белой как снег. Синие губы, стеклянные глаза. Как будто вот-вот умрешь.

– Холод не убивает людей мгновенно, – сухо сообщила Эми. – Окунешься в такую воду, сам посинеешь.

– Я – нет. Холод меня никогда не волнует.

Она вскинула брови.

– Ну, почти никогда. – Широ криво усмехнулся в ответ на ее скептический взгляд. – В моей крови огонь, малышка-мико.

Эми с облегчением улыбнулась. Ее кицунэ вновь стал собой. Она не знала, как справляться с его плохим настроением и агрессивными попытками ее защитить.

– Почему ты улыбаешься?

– П-просто так.

– Все еще холодно? – Широ снова обнял ее крепче. – Сделать костер больше?

– Нет, я в порядке, – поспешно ответила она, не желая объяснять, что запнулась вовсе не от дрожи, а от страха, что он как-то прочитает ее мысли. – А кто такие эти кодама? – спросила она, чтобы сменить тему.

– Древесные духи. Сами по себе они слабенькие, не о чем тревожиться, но если их много, да еще и в родном лесу, то их силы ужасают. Они, похоже, весьма обрадовались человеческому питомцу.

– Питомцу?!

– Если бы ты попала к ним одна, то наверняка застряла бы в Цучи на пару-тройку десятилетий, прислуживая кодама и развлекая их, пока не наскучила бы этим вредителям.

– Десятилетий?.. – прошептала Эми, снова похолодев, и прижалась к Широ.

– Разве у людей нет сказок о том, как ёкаи похищают детишек или вроде того? Нынче подобное происходит нечасто, но легенды-то правдивы. Некоторые ёкаи предпочитают есть людей. Другие… – Широ пожал плечами. – Впрочем, я удивлен, что они посчитали тебя обычной смертной, а не… хм.

Он вдруг склонил голову и принюхался.

– Собственно говоря, от тебя и в самом деле уже не так сильно разит ками, как несколько дней назад. Я еле различаю запах.

– Гуджи Ишида дал мне новый омамори, чтобы скрыть мою ки, – произнесла Эми, безуспешно стараясь отодвинуться.

– Хм-м. – Кицунэ уткнулся носом в ее волосы и снова втянул воздух. – Понятно, почему кодама ничего не заметили. Теперь, чтобы уловить запах ками, нужно быть очень внимательным.

– Широ! – Эми увернулась от него, снова пылая от стыда.

– Что?

Она стиснула зубы, не желая делать ему замечание, что нюхать ее вообще-то не очень вежливо с его стороны, – и не желая, чтобы он почувствовал, как у нее колотится сердце, – и поспешно попыталась перевести разговор на другую тему.

– А как же легенды про то, как Тэнгу похищает людей и пленяет их в волшебных мирах?

Широ выпрямился и весело фыркнул.

– А вот эти легенды не очень-то правдивы. Цучи разве покажется человеку волшебным миром? И ты можешь представить, как Юмэй похищает людей? Да плевать он на них хотел. Впрочем, среди его карасу есть проказники. Они, сдается мне, могли бы и украсть человека.

– Его вороны, кажется, просто хотели меня съесть.

– Карасу нынче другие. Много столетий назад они были куда могущественнее. – Широ рассеянно уставился на танец огня. – Давным-давно Тэнгу был повелителем не только на словах. Он правил своими землями, а за его спиной стояли военачальники-карасу, и армии зверей беспрекословно повиновались его воле.

Эми сразу же заметила, как переменилась его речь – голос стал ниже, фразы плавнее, изящнее. Его рассеянный взгляд устремился в прошлое, и нечто древнее проснулось в глубинах его глаз.

– Что изменилось? – ровным тоном поинтересовалась она, стараясь оставаться расслабленной, несмотря на сосредоточенность на его воспоминаниях.

– Бремя правления его утомило, – медленно, протяжно ответил Широ, по-прежнему всматриваясь в пламя – или же в мир прошлого, видимый лишь ему. Говоря с Эми, он словно не осознавал ее присутствия. – Его военачальники отправились на поиски собственной славы, а сам он угнездился в горной долине, оставив войны другим, лишь наблюдая, и память о нем по-прежнему жива.

– Каким он был раньше? – тихонько спросила Эми.

– Беспощадным, несомненно. За время в уединении нрав его смягчился, но разум не померк.

– Когда вы впервые встретились?

– Впервые? Я не…

Взгляд кицунэ вдруг сфокусировался. В замешательстве нахмурившись, он посмотрел на нее – и на краткий, ужасный миг в его пустых глазах не отражалось ничего, будто он не узнавал ее.

– Широ? – прошептала Эми.

Он моргнул.

– Эми?

Она судорожно выдохнула.

– Ты в порядке?

– Что?.. – Кицунэ оглядел их укрытие, растерянный и сбитый с толку. – Что я говорил?

– Ты рассказывал, каким был Юмэй. – Не дождавшись реакции, Эми осторожно добавила: – Разве ты не помнишь?

– Помню свои слова… – Широ потер лицо ладонью. – Но воспоминания, о которых я говорил, опять ускользнули. Не могу…

Эми слабо улыбнулась, пытаясь скрыть тревогу.

– Но минуту назад ты помнил. А это еще один шаг к возвращению памяти, верно?

– Верно…

Она снова прижалась к нему, надеясь, что он не заметил ее страха, спрятала голову у него на груди. Его смятение и то, как он посмотрел на нее, словно настолько запутался между своей прошлой жизнью и нынешней, что не мог понять, кто Эми такая… Ее замутило от тревоги.