Выживальщики 1. Охота Денисов Константин

– Плюс имеет яркую окраску, так что её трудно не заметить. Единственный способ её спровоцировать, это причинить ей боль. Что ты и сделал, когда наступил на хвост. А она не стала разбираться, кого кусать, и досталось тому, на кого ей было удобнее броситься.

– Извини…

– Ничего. Теперь ничего! Ты реабилитирован. Я сама вышла из себя, а лес и наша работа этого не прощают. Всегда нужно быть начеку. А у меня в последние дни то взлёты, то падения. Теряю хватку. Меня тут без сознания уже тащили через лес. Только ты хотел спасти, а они хотели убить.

– И что с ними стало?

– Ну как ты думаешь, если я здесь сижу? Хотя один жив, в клетке сидит.

– Зачем?

– Должен мне кое-что рассказать. Пускай сидит. Чем дольше просидит, тем проще будет договориться.

– У тебя здесь жизнь бурлит, как я посмотрю.

– Да, событийный ряд уплотнился, и ситуация периодически начинает уходить из-под контроля. Когда такое происходит, всё может плохо закончиться. Лучше всего выйти из игры на какое-то время. Но я помню, что ты сказал, перед тем как я отключилась.

– Да, прости, это было совершенно неуместно, получилось как шантаж, я очень жалею, что такое ляпнул. Забираю свои слова назад.

– Ты можешь забирать, если хочешь, но я-то их помню. Ситуация такая: на вас напали вчера вечером, это произошло потому, что они перепились сдуру. Это стоило им корабля. Если другие группы охотников не сделали того же, а я думаю, не сделали, то они ещё не напали на твоих друзей. Обычно нападают через пару дней, не раньше, и то, сначала стараются напугать, а не устраивать бойню как эти. Делают так, чтоб народ разбежался, и вот тогда только начинают охотиться. Так что время у твоих друзей пока есть. Хотя и не много.

– Ты всё-таки решила мне помочь?

– Пока не знаю, ещё думаю, но советы и инструкции точно дам, даже если сама не пойду. Учти, всё осложняется тем, что мы угнали корабль. Это может изменить весь алгоритм их действий. Сейчас вечер, скоро стемнеет. Тебе нужно полежать в регенераторе и выспаться потом. Выходить лучше всего на рассвете.

– Хорошо. Я сделаю, как ты скажешь.

– Тогда забирайся в эту чудо-машинку, я её запрограммирую, а сама займусь снаряжением.

Семён, превозмогая боль во всём теле, поплёлся к чуду медицинской техники.

– А откуда он здесь?

– Вылезешь, я тебе, так и быть, расскажу. Но обещай мне, что ты никогда и никому не скажешь про это место. Про него ни один человек не знает. Вообще, мне следовала бы тебя убить, чтобы сохранить тайну, но ты спас мне жизнь, и это было бы очень некрасиво с моей стороны. – Она широко улыбнулась.

– Обещаю, потому что злить тебя мне совершенно не хочется. Не стоит иметь тебя среди своих врагов.

– Вот-вот, постарайся об этом не забывать!

– Будь уверена! – сказал Сёма и забрался внутрь аппарата, тут же сверху наехала крышка, и внутри что-то загудело.

Он почувствовал лёгкий укол в руку, это манипулятор сделал ему инъекцию, скорее всего, снотворного, потому что он тут же начал проваливаться в сон. Мелькнула мысль: «А проснусь ли я? Или это деликатный способ убрать свидетеля? Да нет, она не такая…»

Она и вправду оказалась не такая, понял Сёма, когда начал приходить в себя. Чувствовал он себя отлично. В голове была полная ясность, и чувствовалось, что можно свернуть горы. Крышка отъехала, и он стал выбираться. Лианы нигде не было видно. Выбравшись, он попробовал подвигаться. Тело отозвалось с радостью. В мышцах ощущалась приятная упругость и пружинистость. Послышались шаги, вошла Лиана, держа в руках два небольших рюкзака.

– Ты всё же решила пойти со мной?

– Как видишь.

– Я, кажется, знаю почему.

– Да? И почему же?

– Я, наверное, сейчас на тех же препаратах, что и ты. И я готов на любую авантюру.

– А-а-а, ты об этом… Нет, моё решение осознанное. У тебя просто с непривычки обострённая реакция. Я проходила это много раз и могу отличить, где мои мысли, а где лекарства подсказывают.

– Значит, ты уверена, что хочешь ввязаться в это?

– Не уверена, но ввяжусь.

– Ну, тогда я просто не знаю, как тебя благодарить, проси что хочешь, независимо от исхода нашей миссии.

– У тебя особо нечего просить, но я подумаю, и когда придёт время, надеюсь, ты не откажешься от своих слов.

– Становится страшновато!

– Не бойся, покончить с собой я не буду тебя просить, а всё остальное ты переживёшь.

– Смешно.

– Нам нужно подготовиться. Через часик лекарства перестанут действовать и тебе страшно захочется спать. Организму нужно время на восстановление. Так что за этот час мы должны всё спланировать.

– Хорошо, с чего начнём?

– Ты знаешь номера кораблей, на которых должны были высадиться твои друзья?

– Да, у меня был номер три, у них пять и шесть. Это поможет определить место?

– Конечно, это же не секретный шифр, просто нумерация для удобства. Они там тоже живые люди, им нужно как-то всё планировать, организовывать, проще всего по номерам. Я знаю, куда нам идти. Кого пойдём спасать сначала?

– Лучше, наверное, тех, кто был на шестом корабле.

– Почему?

– Ну, во-первых, там двое, во-вторых, эти двое девушки. Мне, как мужчине, хочется сначала позаботиться о них.

– И поэтому ты, как мужчина, хочешь подвергнуть другую девушку смертельному риску. После того, что мы пережили, я думаю, что мою безопасность тоже не мешало бы обеспечить.

– Извини, но я не всегда понимаю, когда ты шутишь, а когда говоришь серьёзно.

– Считай, что шучу.

– В твоём-то возрасте, какая же ты девушка… это я тоже шучу, ты же не обиделась? – сразу спохватился Сёма, решив, что ляпнул лишнего.

– На что? На то, что я прожила раз в пять дольше тебя, а до сих пор как вишенка? Я горжусь этим!

– Всё равно не могу принять, что человек может столько прожить. По тебе вот совсем не видно. И я не про внешность. Нет в тебе чего-то такого…

– Стариковского?

– Ну я бы сказал: мудрости возрастной какой-то…

– Просто она у тебя с морщинами ассоциируется. Я очень многое знаю и умею. Видел, сколько здесь книг? Практически все я прочла. Я знаю ваш мир лучше тебя и многих, кто сюда прилетает, хотя ни разу не покидала планету.

– Всё хотел спросить, откуда здесь всё это?

– Это место создал мой дед, потом усовершенствовал отец, теперь я занимаюсь. Мой дед, он из первых поселенцев. Он на Земле родился.

– Правда? Сейчас не так-то часто можно встретить выходца с Земли.

– Да. Всё, что вам рассказывали на ваших инструктажах, полная ерунда, кроме дат. Помнишь, когда, по их словам, загадочным образом исчезли все колонисты?

– Кажется, лет четыреста назад…

– Правильно. Тогда и началась война.

– А зачем они придумали эту байку с загадочным исчезновением ста миллионов человек? Мутная история, вызывающая много вопросов. Не проще было придумать какую-нибудь техногенную катастрофу?

– Не знаю, наверное, маркетинговый ход, чтоб придать загадочности и напустить туману.

– И что, правда здесь жило сто миллионов?

– Около того. Когда колонисты отказались уезжать, и стало понятно, что договориться не получится, они перешли к насилию.

– А зачем нужно было освобождать планету? Что им, места бы не хватило? Сто миллионов, это очень низкая плотность населения.

– Да, но это всё обесценивает. Не должны какие-то работяги жить вечно рядом с избранными. Право здесь жить можно было бы продавать за баснословные деньги, а тут какое-то быдло пользуется этим совершенно безвозмездно.

– Но им же всё равно нужны работники, обслуживающий персонал.

– Персонал можно завозить сессионно, чтоб они не очень чувствовали увеличение продолжительности жизни. Так эту ситуацию понимали все, кто здесь жил, да они, в общем-то, особо и не скрывали своих мыслей. Вообще, не церемонились. Но они не ожидали, что колонисты откажутся подчиниться. Мой дед, он был одним из лидеров сопротивления, хотя оно и не было чётко организовано. Все понимали, что открытую войну им не выиграть, поэтому решили раствориться.

– Получилось?

– Разумеется, не у всех. Не все были готовы к столь радикальному изменению жизни. В один момент оказаться вне закона. Кто-то уехал, кто-то остался в городах и решил оказывать пассивное сопротивление – просто не уезжать.

– Сработало?

– Нет, в городах почти всех убили. Возможно, их привело в бешенство, что большая часть населения спряталась, и они отыгрались на оставшихся бедолагах. Мой дед был горным инженером. Оказалось, что очень полезная профессия в такой ситуации. Он организовал много убежищ и поселений, потому что знал подходящие места. Поэтому на нашем континенте выжило больше всего людей. Даже там, куда он не мог дотянуться лично, он пытался помочь. Обучал людей искать пещеры и подходящие укрытия. Он один из старейшин. Был.

– А что с ним случилось?

– Исчез. Уехал в экспедицию на другой континент и не вернулся. Потом отец поехал его искать и тоже пропал. Теперь я собираюсь искать отца. Но это тайна, никому не говори.

– Это что, недавно произошло?

– Дед исчез около пятидесяти лет назад, отец двадцать.

– Не поздновато ли искать, столько времени прошло.

– Нет, здесь время идёт по-другому, нам смерть в затылок не дышит. Биологическая, конечно, от старости. Так-то мы все тут по краю ходим. Велик шанс, что они просто вернуться не могут. Вот поэтому я так и помешана на заработках. Вот зачем мне нужны деньги.

– Ну, теперь можно туда полететь, да?

– Нет. Лететь слишком рискованно. И сверху могут заметить, и на месте прилёта мы не знаем, что нас ждёт. Лучше по-другому.

– Как? На корабле?

– Почти. На лодке. На подводной.

– А они здесь есть?

– Есть, но, как и всё высокотехнологичное, мало и дорого. Так вот, я недоговорила. Дед всем помогал, но и про себя не забыл и обустроил в разных местах укрытия для своей семьи. Это самое тайное и самое упакованное. В городах пришлось многое бросить, но когда первое обострение спало, дед стал вывозить нужное ему оборудование потихоньку. И себе, и в новые поселения. Отсюда здесь и регенератор, и другие чудеса техники. Тут даже портативный ядерный реактор установлен. Его ресурс израсходован на два процента всего. Нас с тобой уже не будет, возможно, всё пойдёт прахом, а в этом месте будет светло, тепло и сухо.

– Всему этому оборудованию уже сотни лет?

– Да, как и мне, – она широко улыбнулась. – Ничего полезного в городах не осталось, всё вывезли под покровом ночи…

– А они что, их не охраняли?

– Зачем, там же никого не было, а то, что мы вывозили, было ценно только для нас. Им это всё было не нужно. Конечно, если бы они знали, как далеко всё зайдёт, они бы просто разбомбили города, чтобы лишить нас доступа к ресурсам. Но тогда было непонятно, чем всё закончится. Никому из них и в голову не приходило, что мы сможем выжить и построить свою подпольную цивилизацию.

– А сколько вас осталось?

– Уехали, были убиты или не пережили начальные тяжёлые времена становления примерно половина. Но это очень грубые прикидки. Точно подсчитать, конечно, невозможно. Была почти полностью нарушена коммуникация между континентами и островами. В каждом регионе развитие пошло по своему сценарию. Информации мало, та, которая есть, очень обрывочная и неточная. Где-то образовалась со временем диктатура, где-то общество социальной справедливости. Дед хотел всё это узнать и установить связи. Отец хотел продолжить его дело. Я тоже хочу работать в этом направлении, долгие годы я собирала средства и готовилась. Возможно, что теперь, если всё закончится удачно с этой заварушкой, если получится хорошо продать корабль, я наконец-то смогу приступить к делу. Сначала, конечно, попытаюсь найти деда с отцом.

– А какая конечная цель? Чего вы хотите добиться?

– В идеале, взорвать к чертям эту станцию на орбите, выйти в открытый эфир, сообщить всему человечеству, что на самом деле здесь творилось все эти годы, и объявить о независимости. Но это практически недостижимо. Слишком силы не равны. Но продолжать борьбу нужно, даже если её и не видно на первый взгляд.

– Но они вас, я так понял, сейчас не особо трогают.

– Я тебе уже говорила, это что-то вроде перемирия. Вялотекущее противостояние. Если никто не выходит за рамки, то на всё закрывают глаза.

– Но мы вышли, правильно?

– Вообще-то, да. Но думаю, это будет локальное обострение.

Лиана сидела в кожаном кресле, подобрав ноги и закутавшись в лёгкую шаль. Свет был приглушён, и их планёрка постепенно превратилась в мирную и уютную беседу. Сёма сидел на диване и, разговаривая, потихоньку разглядывал обстановку, точнее книги.

– Книги тоже вывезли из городов?

– Частично, с тех пор прошло много лет, а если ты посмотришь – здесь есть и довольно свежие издания. У меня есть и электронная библиотека, она гораздо больше бумажной, но мне от отца и деда передалась любовь к настоящим книгам. Странно, что за столько лет они не исчезли, и до сих пор многие любят перелистывать бумажные страницы. Среди туристов периодически попадаются те, кто захватил с собой книжку. Учитывая то, какое огромное количество людей проходит через нашу планету, то книги довольно часто становятся добычей. Правда, кроме меня, они практически никому не нужны, так что все, кому они попались, несут их мне. А знакомые торговцы скупают в других зонах и привозят сюда, зная, что я даю хорошую цену. Так что библиотека всё время растёт. Ты видишь только малую часть. Здесь целый лабиринт, заставленный книгами.

– Здорово! Разве я мог несколько дней назад вообразить, что буду сидеть вот так, в столь необычном месте, в гостях у прекрасной хозяйки…

– Комплимент засчитан!

– Если бы мне показали картинку того, что происходит сейчас, я бы просто не поверил.

– Жизнь, как правило, удивительнее всякого вымысла. Мы увлеклись разговорами. Ты знаешь теперь обо мне больше, чем кто бы то ни было на свете. Но это накладывает на тебя определённые обязательства. Про это место никто не должен узнать. Если ты проболтаешься, я буду расценивать это как предательство, а с предателями я не церемонюсь!

– Я всё понял, это место очень важно для тебя, и я…

– Не так! – перебила она его. – Это убежище я называю сокровенным. Я его храню и оберегаю. Оно важно не для меня. Я верю, что мои родные живы, и у них должно быть место, куда вернуться. Потому что, если это у них получится, они придут сюда. И здесь они должны быть в полной безопасности. Ты бы никогда не узнал про это место, если бы от этого не зависела моя жизнь. Но раз судьба так распорядилась, подчинимся. Но помни про предательство, я его не прощаю.

– Тебе вовсе не обязательно меня запугивать. Я понимаю, что ты можешь лишить меня жизни в любой момент. Я вижу и ощущаю в тебе эту силу. Но я тебя не боюсь. Потому что ты хороший человек. Это я тоже вижу. И я постараюсь тебя не подвести.

Лиана устало улыбнулась.

– Давай ложиться, времени на сон не так уж и много.

– Мы хотели составить план действий.

– Я уже составила. Берём батареи, идём к шагоходу, едем на нём туда, куда нужно, а там по обстоятельствам. Подробности тебе знать не обязательно.

– Слушаю и повинуюсь. Где хозяйка позволит мне кинуть свои кости?

– Ложись прямо здесь, на диване. Предоставить тебе отцовскую или дедовскую спальню я не готова.

– Меня устроит любое место.

– Плед и подушку я принесу, – с этими словами она встала и ушла, куда-то вглубь сплетения галерей. Сёма прошёлся по комнате и подошёл к книжным стеллажам. С корешков на него смотрели названия и впрямь не очень старых произведений. Некоторые авторы были до сих пор живы. Правда, многих он вообще не знал. Пройдя чуть дальше, он натолкнулся на полку с технической литературой. Здесь были справочники по оружию, инструкции по управлению различной техникой и так далее. Он сделал вывод, что в этой комнате, которая, без сомнения, является главной, собраны либо новые приобретения, либо те книги, которые используются наиболее часто. Он увидел справочник по десантным катерам и взял его с полки. Книжка была довольно потрёпанная от частого использования, но обращались с ней бережно. Где надо, она была подклеена, подшита, проглажена. На форзаце стоял штамп: «Только для служебного пользования, секретно». Послышались шаги, и вошла Лиана, неся в охапке подушку, одеяло и ещё какие-то вещи.

– Ты по этой книжке научилась летать? – он показал ей, что держит в руках.

– Нет, конечно же, книжка полезная, но летать по ней не научишься. Инструкции по пилотированию у меня только в электронном виде, плюс ещё есть виртуальный тренажёр. Только так.

– Не перестаю удивляться.

– И не перестанешь. Вот тебе постель, а вот одежда, – она бросила всю охапку на диван и показала на лежащие сверху вещи. Это были холщовые рубашка и штаны. – Это вместо пижамы. А свою одежду давай, я в прачку закину, когда встанем, она будет чистая и сухая. Правда, мятая, но мы ведь не на парад.

– Вот это сервис, – Сёма стал стягивать с себя одежду, но замешкался и посмотрел на Лиану. Она ответила ему скептическим взглядом.

– Я тебя умоляю, ты ещё ладошками прикройся!

Сёма пожал плечами и стал раздеваться, стараясь не подчёркивать неловкость ситуации, как будто это для него обычное дело. Лиана смотрела на него с лёгкой ироничной улыбкой. Он снял всё, до последней вещи, собрал всё в комок, стараясь, чтобы наверху были вещи почище, а нижнее бельё затолкал внутрь и протянул всё это Лиане.

– Молодец, – сказала она, взяла вещи, окинула его с ног до головы взглядом, повернулась и вышла из комнаты.

«Что это было?» – подумал Сёма, потом осознал, что стоит совершенно голый посреди комнаты, и кинулся торопливо одеваться. Лиана закинула вещи стираться, прошла к себе в спальню, раздвинула перегородку, разделяющую зону сна со смежной комнатой, напичканной оборудованием. Она уселась в кресло и посмотрела на один из больших мониторов. На него транслировалось изображение с камер, установленных внутри этого убежища. Множество маленьких квадратиков. Она смотрела на тот, что показывал большую центральную комнату. Там Сёма взбивал подушку и собирался укладываться спать. В её голове вдруг совершенно неожиданно возникла мысль: «А что вообще происходит?»

15

– Подъём! – услышал Сёма сквозь сон. Вставать совершенно не хотелось. Спать было очень уютно и комфортно. Сны снились какие-то очень позитивные, хотя он тут же забыл какие, остался только налёт романтической ностальгии, что бывает, когда снится детство.

С трудом выбравшись из ваты сна, Сёма столкнулся с реальностью, и она его не разочаровала. Он мгновенно вспомнил, где он и что собирается делать. Это стремительно наполнило его энергией, и он сел на диване. Предстоящая благородная миссия, удивительное место, в котором он находился, новая надёжная напарница (что надёжная, он почему-то не сомневался), всё это будоражило и придавало сил. Крикнула Лиана откуда-то издалека, но теперь появилась в комнате, неся аккуратно сложенную стопку его вещей.

– Вот, одевайся! Сейчас быстро завтракаем и выходим.

– Слушаюсь, командир!

– Хорошо, запомни эту фразу и используй почаще, – она улыбнулась.

– Слушаюсь, командир!

– Схватываешь на лету. Но особо тоже не части, а то будет похоже на издевательство. Жду тебя на кухне… – Повернулась и бодрой походкой, слегка покачивая бёдрами (что, в общем-то, ей не свойственно, отметил про себя Сёма), пошла по коридору.

«Какое же хорошее утро, – подумал он, – давно такого не было, вот бы и день прошёл так же».

Он торопливо переоделся, одежда и впрямь была сухой и чистой и, как и обещала Лиана, мятой, но зато очень приятно пахла. Он поспешил на кухню. Лиана уже начала раскладывать по тарелкам кашу, на столе стоял свежий, ароматный, только что испечённый хлеб и большие кружки с кофе.

– Ты уколов боишься? – весело спросила она, двигая к нему тарелку.

– Ну, не то чтобы боюсь, скорее так, недолюбливаю… – Сёма задумался на секунду. – Самое страшное было это тебе колоть, себе, наверное, и то проще.

– Будем делать уколы!

– Зачем?

– Я тут подобрала хорошие стимуляторы. Учитывая, что задачи перед нами стоят нетривиальные, времени для отдыха может не выдаться. Будем себя бодрить при помощи химии. Первый укол нужно будет сделать часов через двенадцать, потом в таком же темпе продолжать, каждые полсуток. Чем точнее, тем лучше. Максимум на этом можно продержаться трое суток. Потом мозг взбунтуется, начнутся галлюцинации, можно либо спятить, либо по глупости погибнуть, либо убить своего с перепугу. Так что нам нужно всё успеть за три дня. Лучше раньше. Но если не успеем, к концу третьих суток нужно будет найти безопасное место и залечь в спячку, на день-полтора. Спать будем крепко, если что случится, ничего сделать не сможем. Поэтому место должно быть действительно безопасным.

– Идея мне нравится. Думаешь, нам понадобится три дня?

– Понятия не имею, как пойдёт. Пока непонятно, что вообще мы сможем сделать. Я взяла максимально возможное время. Так что будем торопиться. Успеем раньше – хорошо, не успеем за трое суток, тут уже ничего не поделаешь, значит, это не в наших силах. Держи, это твой. – Она протянула ему небольшой пистолетик. – Знаешь, что это такое?

– Нет, но догадываюсь.

– Это инъектор, в каждый я зарядила по пять доз. Один тебе, один мне. Вводится внутримышечно, в любое место, лучше в плечо.

– У нас врачи обычно в попу колют.

– Коли куда хочешь, если охота лишний раз штаны снимать, а я буду в плечо.

– Не, я тоже в плечо, это я так, для информации.

– Спасибо, теперь я информирована! – она улыбнулась. Сёма подумал, что она вообще довольно часто улыбается, когда никого не убивает. Это признак хорошего характера. Главное, её не злить. Хотя, когда она злится на врагов, это очень полезное качество…

– Ты что, уснул? – вывел его из задумчивости её голос.

– Нет, задумался просто.

– О чём, если не секрет?

– Да не секрет, о тебе.

– Да?

– Думал, что ты часто шутишь и улыбаешься, несмотря на всё происходящее вокруг. Думал, что это значит, что ты хороший человек. Видишь, я предельно честен с тобой.

– Ну что ж, пойдём покажем ребятам, которые прилетели нас убивать, какие мы хорошие, – она опять широко и обезоруживающе улыбнулась. Сёма даже не сомневался, что всё пройдёт хорошо.

На улице только начало светать. Они двигались обратно по тому маршруту, по которому он нёс Лиану. Те метры, которые преодолевались с таким трудом, теперь незаметно исчезали под ногами. Чёрный камень, арка…

– Вот здесь я тебя уронил, – он показал на развал камней.

– В который раз?

– В первый и последний! Я же говорил.

– Говорил, – она потянулась, как бы превозмогая боль, хотя Сёма сомневался, что от ушибов что-нибудь осталось. Регенератор поработал на славу, он по себе чувствовал, – но я сомневаюсь.

– Ладно, дело твоё, можешь не верить, но я-то знаю, что обращался с тобой очень бережно. Это правда, и твои сомнения её не изменят. Лиана вдруг остановилась и посмотрела на него очень серьёзно.

– Спасибо тебе. Я не раз бывала в очень сложных ситуациях, поэтому реально могу представить, насколько тебе было тяжело, и какие усилия тебе пришлось приложить, чтобы дойти до конца. Не многие бы смогли. Я обязана тебе жизнью, – она опять вдруг озорно улыбнулась и, в очередной раз, широко размахнувшись, шлёпнула его по плечу, – но, не будем забывать и то, кто именно напортачил и чуть меня не убил, – она весело подмигнула ему и, вновь обретя серьёзность, добавила: – Я решила тебе помочь, потому что ты вызвал моё уважение, и сейчас я говорю серьёзно, как никогда. Так что вперёд, напарник! – закончила она вновь весело и бодро зашагала вперёд.

Сёма немного замешкался, пребывая в смешанных чувствах, но опомнился и бросился её догонять. Шла она быстро, он еле поспевал. Невольно залюбовался её грацией. Двигалась она легко, пружинисто, уверенно и очень элегантно в то же время. В общем, красиво шла. Оделась она тоже по-новому. В кожаные обтягивающие штаны зеленовато-коричневого цвета, высокие сапоги на шнурках, плотно облегающую куртку, расстёгнутую сейчас спереди, и обтягивающую майку без рукавов под ней. Под майкой тоже что-то было, что-то, что утянуло грудь. Сёма это заметил раньше, сейчас этого видно, конечно, не было. В общем, логично – подумал он. Утянуть грудь, чтоб не мешала при беге, кожаная обтягивающая одежда, чтоб не цепляться за ветки. Волосы, забранные в хвост, и бандана на голове, того же болотного цвета…

Она вдруг резко остановилась и обернулась.

– Знаешь, что, иди-ка лучше ты впереди, а то я прямо физически ощущаю твой взгляд на своих ягодицах.

– Ты ставишь меня в неловкое положение. Если я признаюсь, что любовался тобой, то это можно расценить как бестактность, если буду отрицать, то это можно расценить как оскорбление, мол, и смотреть то не на что…

– Молодец, за словом в карман не лезешь. Но всё равно, давай, иди вперёд.

Сёма повиновался и обошёл её на всякий случай по большому кругу.

– Ишь, любовался он… – добавила она снисходительно. Видимо, ей всё-таки было приятно.

Путь, который раньше казался таким бесконечным, они прошли минут за сорок, если не меньше. Достали из кустов сумки с оружием и быстрым шагом двинулись к шагоходу. До него тоже оказалось недалеко. Они вытащили его из кустов, Лиана достала одну из запасных батарей, отвинтила крышку на том месте, где у этого несуществующего животного должны были находиться детородные органы, и заменила элемент питания. Она протянула севший аккумулятор Сёме и принялась завинчивать крышку. Батарея была размером с литровую бутылку и довольно увесистая. А их у Лианы было с собой три штуки. Она не попыталась скинуть их на него, даже не намекнула, а он, дурак, не догадался взять их нести, ему это даже в голову не пришло. Сёма почувствовал себя несколько уязвлённым, как будто она по-прежнему сомневается в его силах. Но потом успокоил себя, что, возможно, она просто привыкла всё делать сама и даже не подумала об этом.

Потом они очень долго ехали. Сёма отсидел себе всю пятую точку. Прошло, наверное, не меньше пяти часов, солнце уже стояло высоко в небе, была середина дня. Ехать было скучновато, и весь изначальный запал и бодрость постепенно сошли на нет. Ехали преимущественно молча, потому что Лиана блокировала все попытки завести разговор, мотивируя это тем, что они уже довольно близко от охотников, и лучше звуки не издавать, а, наоборот, внимательно слушать.

Шагоход мерно семенил ножками, они слегка покачивались, сидя на нём, но по-прежнему он довольно плавно преодолевал даже сложные участки. Лиана управляла, сидя впереди, и его взгляд периодически возвращался к её стройной спине, но он старался его тут же перевести на что-то другое, опасаясь, что она опять скажет, что он на неё пялится.

Наконец, она остановила шагоход и подняла правую руку вверх, призывая к тишине. Хотя Сёма и так молчал, он ещё, на всякий случай, замер и старался не шевелиться. Они просидели неподвижно около минуты, наконец она кивнула сама себе, перекинув ногу, ловко соскочила на землю и повернулась к Сёме.

– Приехали, дальше пешком, – говорила она не шёпотом, но довольно тихо, и именно этот её тон вдруг вызвал в Сёме лёгкую дрожь. Он понял, что враг близко, и то, что они хотели сделать, уже не отдалённая перспектива, а вполне скоро случится.

Возможно, все воины испытывают такое чувство перед боем. А то, что бой будет, сомнений не оставалось никаких. Если бы он был один, у него бы была возможность струсить и отказаться от планов. Но он привлёк на свою сторону мощного союзника, который, взявшись за дело, доведёт его до конца. А ему теперь нужно не ударить в грязь лицом и не взваливать на неё всю работу, а быть максимально полезным.

Во рту почему-то начала скапливаться слюна, он её сглатывал, но она мгновенно набиралась снова. Лиана, которая в это время начала копаться в сумках с оружием, заметила его сглатывания и внимательно на него взглянула.

– Волнуешься?

– Вообще-то, если честно, да, – неохотно признался Сёма.

– Это хорошо, если бы не волновался, то значит, дурак и не понимаешь, что мы затеяли. А так, значит, реально оцениваешь ситуацию, что уже немало.

– Хорошо бы, чтобы так оно и было, – Сёма опять сглотнул.

Она опять посмотрела на него.

– Да, хорошо бы. Не волнуйся, у тебя есть секретное оружие.

– Какое, хотелось бы знать?

– Я! – она обезоруживающе улыбнулась. – Смотри, – она достала два пистолета с кобурами, – это оружие с автоприцелом. Наводишь в сторону человека, стреляешь, и даже если выстрел будет не очень точным, пуля скорректирует траекторию и попадёт в цель. Существует круг разброса, в рамках которого попадание возможно, но с этим оружием нужно быть очень осторожным, если рядом окажется союзник, то пуля может выбрать не ту цель, которую ты хочешь. Это я возьму себе, потому что есть опыт стрельбы такими пулями.

– Зачем тогда ты мне это рассказываешь?

– Ты должен знать, вдруг придётся воспользоваться моим оружием.

– А мне что выделишь?

– Ты возьми парализатор. Хорошая штука, эффективная, но ей никого не убьёшь.

– То есть ты считаешь, что настоящее оружие мне доверять не стоит…

– Будет тебе и настоящее, хотя люди без боевого опыта могут повести себя в экстремальной ситуации непредсказуемо. Но выбирать не приходится, – она достала небольшое ружьё с прикладом, похожим на раздутый баллон. – Вот тебе лазерная винтовка с оптическим прицелом. Стреляет пучками лазера, поражение точечное. Между выстрелами пауза три секунды, пока заряд накопится. Работать лучше с дистанции, так как точность хорошая, а скорострельность низкая. Если противников будет несколько, тебя тут же расстреляют.

– Вот это другое дело!

– Ты особо не радуйся, если придётся стрелять кому-то в голову, надеюсь, мораль и человеколюбие не помешают нажать на спуск, потому что это не игра, от тебя может зависеть жизнь других людей. Ты должен быть готов убивать.

– Может, мне только кажется, но думаю, что я готов.

– Главное помни, они не люди, они бешеные звери, выглядящие как люди. Не дай себя обмануть. Возьми ещё это, – она протянула ему пояс, на котором висел тридцати сантиметровый тесак. – Холодное оружие нужно иметь обязательно.

– Ты меня вооружила так, что патроны никогда не кончатся, их просто нет, – Сёма усмехнулся.

– Но батареи могут сесть, что, в общем, то же самое. И на парализаторе, и на лазере есть экранчик, который показывает остаток заряда в процентах.

Сёма нашёл и там и там, оба показывали по сто процентов.

– А на сколько их хватает?

– Лазер – порядка трёхсот выстрелов, парализатор – на много, но не знаю точно, следить надо.

– Такой эксперт, как ты, и не знает?

– Конечно! Я знаю далеко не всё. К тому же многое из этого у нас большая редкость.

Себе Лиана повесила на пояс две кобуры, нож, чуть поменьше, чем у Сёмы, накинула на себя свой колчан и лук.

– То есть это не только элемент шоу? – спросил Сёма, глядя, как она экипируется.