Одержимость. Рыжая для Воина Шерр Анастасия
Маленькой ручкой она держала ложечку, а Артём без зазрений совести, трескал предложенную сладость.
Материнское сердце снова уколола ревность. Мороженное — это единственное, чем Маша никогда ни с кем не делилась, даже с мамой…
— Да хрен его знает. Надеюсь, что в Москву свалил, хотя, зная этого идиота, не особо верю, — Кира подцепила ломтик ананаса и задумчиво отправила его в рот. — Слушай, может поговоришь со своим Воином? Пусть уберёт от меня этого своего дружка придурковатого?
— Кир, я тебя не узнаю. Куда подевалась та уверенная в себе девчонка, что могла покрыть трёхэтажным матом целую шайку гопников и разобрать автомат Калашникова? — засмеялась Лена. — Ты думаешь, если я даже надавлю на Воеводина, а он, в свою очередь, на этого Кирилла, что-то изменится? Мы же не в детском саду. К тому же, мне почему-то кажется, что он бы так нагло не пёр напролом, если бы видел, что ты равнодушна к нему.
— Ага! Ты ещё скажи, что я сама ему повод дала. Знаешь ли, подруга, я уже повзрослела немного и смотрю на мужчин с опаской. Не стоит ожидать от этих двоих ничего хорошего. Ни от Славки, ни от Серебрянцева. Один кулачищами машет направо и налево, а второй весь из себя непобедимый альфа-самец. И ни один из них так ни разу и не поинтересовался, чего хочу я. Их интересы для них прежде всего. А я не этого жду от мужчины моей мечты. Совсем не этого.
— Ой, Кира, да не относись ты так к ним предвзято. Присмотрись хорошенько, реши для себя сначала, чего ты хочешь. А потом уже требуй что-то от… Ну, того, кого ты там выберешь.
— И это мне говорит сейчас наша мисс Неопределённость, — не удержалась от колкого комментария Шереметьева. — Ты сама то чего своего Воина столько мурыжишь? Не потому ли, что не уверенна в нём и своих чувствах?
— Я то уверена в своих чувствах, подруга, — Лена вздохнула и опустила глаза в тарелку с салатом. — Я не уверена в том, что не пожалею, если дам ему шанс. И дело даже не во мне. Не хочу, чтобы наши непонятные отношения как-то отразились на Маше, — тут же снизила голос, поймав на себе заинтересованный взгляд Артёма.
— Непонятные они только для тебя, Ленка. Воеводин-то твой для себя уже всё решил. И ты себя сожрёшь заживо, если не попытаешься. Вижу же, любишь его. Тем более, у вас ребёнок общий. Ради дочери ты должна наступить на горло себе и своей гордыне. Обиды в прошлом пора уже оставить. Ох, да мне надо было на мозгоправа идти. В чужом глазу соринку вижу, а в своём бревна не замечаю, — Кира свела их серьёзный разговор к шутке, вот только ни одной из девушек сейчас смешно не было.
Жизнь бьёт ключом. Иногда по голове, а иногда, просто нужно принять правильное решение и счастье пойдёт тебе навстречу. Только какое оно, это правильное решение? И как не ошибиться?
— Ну вы долго там ещё? — Воеводин требовательно скрестил руки на груди, а его жест тут же отзеркалила Маша. — Нам в магазин ещё надо.
— Смотри какая, вся в папку, — хихикнула Шереметьева, умиляясь этой парочке. — Ладно, Ленок, я побегу номер сдам и вещи соберу, а вечером как договорились — у вас буду.
Подруги решили, что во избежание очередных разборок между «самцами», Кире лучше всего пожить пока у Лены. Правда, одного они не учли… Для заинтересованных мужчин нет преград и стены какого-то дома ими точно не станут.
* * *
Лена наблюдала за Артёмом, что усадил дочурку себе на шею и, как покорный слуга своей принцессы, носил её от кроватки к кроватке в поисках той, которая понравится маленькой привереде.
Странно, Лена всегда думала, что походы по магазинам мужчин повергают в уныние и депрессию. Взять того же Юру. Стоило девушке заикнуться о совместной «вылазке» за продуктами, как у мужа случался нервный тик. По этой причине Лена всегда ходила в магазин с Машей, со временем приняв тот факт, что это женская привилегия.
А вот Воеводин, кажется, наслаждался этим процессом. Он не просто терпеливо ждал, пока кроха выберет ложе, достойное принцессы, а еще и активно участвовал в обсуждении по этому поводу.
Неожиданно стало до жути интересно, чем же такой любящий папашка занимался те пять лет, что она мечтала о настоящей любящей семье и лелеяла в своём сердце надежду никогда больше не познать предательства.
Известно чем… Жил в своё удовольствие, не задумываясь о том, что где-то эта самая малютка растёт без отца.
Правда, эти мысли начали посещать её только сейчас, когда он, этот мерзавец, прожигатель жизни, полный кретин, показал ей насколько это прекрасно… Вот так вот просто пойти погулять и поесть в парке аттракционов мороженое.
Побаловать дочурку не какими-то бессмысленными игрушками для маленьких гениев, вроде магнитной доски с разноцветными буковками, которую Юра подарил Маше в день её рождения год назад.
Тогда Лене показалось это милым. Сейчас же она понимала, насколько мужу было наплевать на её дочь. И дело даже не в том, что он не разбирался в игрушках для детей и по ошибке притащил эту проклятую доску для дошколят, которая Маше стала неинтересна уже через полчаса.
Вся соль в том, что ему было просто всё равно.
Теперь многие поступки Юрия, что ранее казались просто странными, Лена видела совершенно в другом свете. Это равнодушие.
Воеводин, отдать ему должное, не пытался купить расположение Маши дорогими подарками, более того, Лена понимала, что он будет серьёзным и даже, возможно, строгим отцом.
Но его глаза… Они не врут. То, как они светятся радостью при виде малышки говорит о любви.
— Лен? — он позвал её, видимо, уже не в первый раз.
— А? Что? — встрепенулась и смутилась от его улыбки.
— Может поможешь нам? Смотри, мы вот не можем выбрать одну из этих двух кроваток. Обе классные.
Девушка не выдержала и захохотала, поймав на себе два умоляющих взгляда одинаковых серых глаз.
— Ну вы даёте! Синяя кроватка для мальчика, а розовая с цветами — для девочки!
— Ну вот. А раньше не могла объяснить, сколько уже тут торчим, а там в кафе на втором этаже, между прочим, сейчас все чизкейки сожрут, — наигранно и совсем неправдоподобно заворчал Артём, опуская Машутку на пол. — Так, принцесса, а теперь нам надо найти ту тётку, что заведует этим барахлом.
— Подожди, — Лена подошла к ним. — Я тут подумала…
— Что, не нравится? — Воеводин непонимающе вздёрнул брови. — Не вопрос, поедем в другой магазин.
— Да нет… Не в этом дело, — сердце в груди стучало так быстро, что Лене захотелось заклеить себе рот скотчем и, схватив дочь на руки, убежать куда глаза глядят. — Просто… Может не будем торопиться и посмотрим кроватку в уже в Москве?
Если бы Артём начать бить в бубен и носиться по мебельному магазину с громким улюлюканьем, даже тогда он не смог бы в полной мере выразить свои эмоции, что на данный момент раздирали его изнутри в клочья.
Неужели крепость пала? Да он же теперь самый счастливый мужик в мире!
— Но я хочу прояснить некоторые моменты… В общем, у меня есть условия, — как обухом по больной башке.
Отлично, что сказать…
— Слушаю вас, партнёр, — попытался пошутить, но вышло, честно сказать, не очень. Да и выражение его лица как-то не располагало к веселью.
А счастье было так близко.
— Мы будем жить отдельно. Я с Машей поживу у Киры, а ты…
— А я, как чухан последний, буду приходить к Кириному балкону, чтобы поглядеть на вас, да? — Воеводин начал заводиться, что не удивительно. Он-то, идиот, уже представил, как будет обустраивать своё семейное гнёздышко, мать его, а тут такой финт Рыжая выкидывает.
— Папа, а что такое «чухан»? — особо внятно произнесла кроха, снизу вверх глядя на родителей.
— Это плохое слово, Маша, помнишь, я тебе говорила, что не стоит запоминать некоторые…
— Это твой папа, принцесса, — снова перебил Лену Артём, не сводя гневного взгляда с девушки.
— Ула! Мой папа — чухан!!! — на весь магазин завопила малышка, чем вызвала на своих родителей целый шквал осуждающих взглядов.
— Маша! — Лена ахнула и впервые в жизни покраснела за собственного ребёнка. А всему виной блатной папаша, что не умеет общаться человеческим языком.
— Ладно, поехали домой, там всё и обсудим! — почти рявкнул на девушку и, подхватив Машу на руки, двинулся к выходу.
Всю дорогу до дома Воин молчал, лишь изредка улыбаясь в ответ на Машину болтовню.
По приезду Лена решила не будить лихо, пока оно тихо и ушла на кухню готовить ужин. Готовка всегда успокаивала её и помогала мыслям встать на место, но не сегодня. То и дело она нервно оглядывалась на дверь, ожидая, что ворвётся Воеводин и начнёт скандалить.
И если уж совсем честно, то Лена прекрасно понимала его возмущение.
Но что делать ей? Как довериться тому, кого толком и не знает? А с другой стороны… Машутка. Имеет ли право она, как любящая мать, отнимать у своей дочери отца? Понятно же, что «приходящий» папа это совсем не то, что нужно маленькому ребёнку.
Артём угрюмо наблюдал за крохой, что, закусив язычок, пыхтя и что-то бормоча себе под нос, напяливала на куклу платьице.
И что ему делать?
Попробовав этот рай земной, он уже не сможет спать по ночам в своей пустой холостяцкой квартире.
Если уступит сейчас Рыжей, сам с ума сойдёт.
Если начнёт ей диктовать свои условия, она заерепенится ещё сильнее и тогда ни о каком возвращении в Москву речи быть не может. И это лишь самая малость из того, что свалится на его голову.
После приезда Киры они сели за стол. За ужином Маша что-то беспрестанно рассказывала Кире. В отличии от последней малютка не обратила внимания на напряжённость, что повисла между родителями.
Лена и Артёмом же, как два напыщенных индюка пялились в свои тарелки, лишь иногда бросая друг на друга недовольные взгляды.
После ужина Лена хотела было уложить спать Машу, но та заявила, что хочет спать с папой и мамой, на что Воеводин лишь коварно подмигнул Рыжей и, взяв зевающую крошку на руки, гордо прошествовал мимо ошарашенной девушки.
— Пошли, мама! — крикнул ей уже из спальни и Лене больше ничего не оставалось, кроме как последовать за ними.
— Иди, я уберу со стола, — подбодрила её подруга, что сейчас чувствовала себя лишней в этом доме.
Разумеется, Лена никогда не сказала бы ей этого и даже не подумала, но Кира сама не глупая. Сейчас подруге не до неё.
Помыв посуду, Шереметьева быстренько зашла в выделенную ей комнату и залезла в кровать.
— И пускай весь мир подождёт, — с этими словами она отключила звук на мобильнике и укрывшись одеялом, тут же провалилась в сон.
ГЛАВА 32
Святослав припарковался у отеля, уже не надеясь встретить там Киру. Ещё днём ему доложили, что девушка сдала номер и уехала с вещами.
Сначала хотелось догнать и убить предательницу, но вскоре выяснилось, что она уехала к подруге. Уже легче. Зная, что его девушка — да, всё еще его! — сейчас в объятиях другого, он бы не смог уснуть. Да даже дышать не смог бы.
Полностью погружённый в свои тяжкие думы, мужчина потерял всякую осторожность и был застигнут врасплох мощным ударом в челюсть. От неожиданности Слава упал на асфальт, но тут же, собравшись, поднялся, приготовившись отразить атаку.
— До меня тут слухи дошли, что ты обо мне справки наводил, — Кирилл смерил своего соперника надменным взглядом. — Что ж, чисто по-мужски я понимаю и даже одобряю твои попытки, пусть и не совсем удачные, защитить свою территорию. Но неужели ты думаешь, что я не подготовился? — он подошёл вплотную к напряжённому Святославу. — Я тебе не пацан прыщавый, прокуроришка.
— А чего ж ты тогда прибежал ко мне, раз не боишься?
— Чтобы предупредить тебя. Я забираю Киру. И лучше тебе не стоять у меня на пути, а то, неровен час, под горячую руку попадёшь, пришибу.
— Посмотрим ещё, кто и кого заберет. Я тебе организую такой срок, что запаришься ждать амнистии.
— Надо же. Я испугаться должен какого-то мента? Не чуди. Ручки коротки у тебя и кишка тонка, чтобы на меня пасть разевать. Предупреждаю в последний раз, она со мной будет. Если не свалишь, мне придётся тебя убрать. В прямом смысле этого слова. Можешь воспринимать как угрозу.
— Я сгною тебя на «киче», где таким отбросам как ты и место! — Святослав достал из кобуры табельное оружие и направил его на Серебрянцева. — Хотя, в принципе, могу и грохнуть в целях самозащиты!
— Ну так давай, парень! — к огромному удивлению Святослава, Кирилл не испугался и даже не попытался уклониться от пушки. — Вот он я! — раскинул руки в стороны, приглашая отомстить за поруганную честь. — Вали. Чего ж ты мнёшься, как баба?
Святослав прищурился. Что-то не то. Бандюки, конечно, народ безбашенный, но не настолько же, чтобы на копьё голой грудью…
Вскоре мужчина понял, в чём дело. Когда в его висок упёрлось дуло ствола.
— Не успеешь и чихнуть, сука ментовская! — прохрипел не особо дружелюбный голос владельца пистолета.
Надо заметить, очень знакомый голос. В последний раз он слышал его, когда отец накрыл крупную преступную группировку и прижал к стенке их главаря — Андрея Ворохова. Тогда-то Славу, еще сопливого пацана, и похитил прямо у дома брат Андрея — Илья.
Шума тогда было много, но за считанные дни отец Святослава, не без помощи, конечно, влиятельных друзей, закрыл уголовное дело на старшего Ворохова. Да так, что не осталось никаких следов. Подчистили даже базы данных. Всё-таки сын для прокурора был важнее шайки рэкетиров.
— Какие люди. Да ты, Серебрянцев, и дружков своих старых приволок, как я погляжу? — он медленно повернулся лицом к неожиданному гостю, так, что теперь ствол упирался ему в лоб. — Илья? Ты то тут что забыл? Не сидится в депутатском кресле? Волка в лес тянет?
— Ответ неверный, — ухмыльнулся Ворохов.
— Змей? — тут уже Святослав не мог не удивиться. — Ты же сдох!
— Помечтай, падаль, — Андрей скривился, словно сам вид прокурорского сынка был ему омерзителен.
— Вот, видишь, какой вы, менты, поганый народец. Я ведь пришёл без оружия, — Кирилл сложил руки на груди. — А ты, как крыса, решил меня укокошить. Нехорошо.
— Ладно. Понял, — Слава опустил табельное. — Какие будут предложения?
— Мы с тобой возвращаемся в столицу, — Змей убрал свой пистолет и парня тут же скрутили два здоровенных амбала. — У меня с твоим папашей ещё одно дельце незаконченное имеется, — повернулся к Серебрянцеву. — С меня причитается, Крест.
Кирилл молча кивнул, а Святослава потащили к внедорожнику Ворохова.
Серебрянцев не чувствовал себя сволочью. Совершенно. Не начни этот доморощенный Отелло размахивать пушкой, дал бы ему уйти от Змея, по крайней мере сейчас. Но, как говорится, поднял оружие — нажми на курок.
Настойчиво звонил Кире весь вечер, но она так и не ответила ни на один из семнадцати звонков.
Вот же… Колючка! Но ничего. Теперь не отвертится.
* * *
— Ну всё, кажется уснула, — Лена поднялась с кровати и, больше не сказав ни слова, отправилась в свою спальню.
Хотя бы сегодня ей хотелось избежать того разговора, что предстоит им с Артёмом. Но не тут-то было. Позади послышались шаги Воеводина и, повернувшись к нему, чтобы отправить спать на диван, Лена была бесцеремонно затолкана в комнату.
— В кровать, быстро, — скомандовал ей, словно она маленькая девочка.
— Артём, давай не сейчас! — зашикала на мужчину, пытаясь вытолкнуть того из спальни.
— Сейчас. Снимай этот грёбаный халат. Я от стояка скоро загнусь, — сгрёб Рыжую в охапку и очень настоятельно «помог» ей снять единственный предмет одежды.
В полутьме сверкнуло обнаженное тело девушки и она инстинктивно попыталась прикрыть грудь руками.
— Моя девочка, да ты без белья! Даже без трусиков! Бля… — Воин подхватил её на руки и за считанные секунды Лены обнаружила себя лежащей на кровати вниз лицом.
Отчего-то перечить сейчас перевозбуждённому Воеводину совершенно не хотелось, но встать всё же попыталась, за что была наказана вполне ощутимым таким шлепком по ягодице.
— А ну, лежи! — от его приказного тона между ног стало влажно, а дыхание сбилось.
Казалось бы, она должна послать его сейчас куда подальше, да только не возникло такого желания.
Мужчина быстро избавился от мешающей одежды и, разведя ноги Рыжей в стороны, вклинился между них.
Член налился кровью, а перед глазами лишь её умопомрачительная попка.
По телу разливается жар, а сердцебиение сбивается с ритма.
Он рычит, хватает её за талию и, немного приподняв, резко входит сразу на всю длину. Даже не подумав подождать, пока она привыкнет, начинает яростно трахать девушку, доводя её до исступления.
Сладкая боль, испытываемая ею, ничто по сравнению с наслаждением, которое заполняет низ живота от его яростных толчков.
Артём налегает на неё всем своим телом, ещё сильнее вдавливая в кровать и, прикусив мочку уха Лены, горячо шепчет:
— Сейчас я тебя хорошенько выебу, моя красавица, а потом ты попробуешь еще раз сказать, что не хочешь со мной жить!
Лена отвечает ему лишь слабым писком, уже плохо соображая, что он там говорит.
— Будешь. Со мной. Жить. Будешь. Моя, — каждое его слово сопровождается сильным толчком, а руки Воина до боли сжимают талию. — Ты. Моя.
Её мышцы сокращаются вокруг возбуждённой до предела мужской плоти и слабый вскрик в подушку говорит о наступившем оргазме.
Артём останавливается, сильно шлёпает девушку по ягодице и снова толкается внутрь. Глубже. Сильнее. Ещё раз. И ещё…
Лену снова накрывает оргазм. Очередной. И сдерживать крик удовольствия она уже не в силах. Воин затыкает ей рот своей ладонью и за пару движений доводит до пика наслаждения и себя.
Спустя несколько минут они, наконец, смогли восстановить дыхание и обессиленные упали на подушки.
— Хорошо, Воеводин. Ты победил, — шепчет Лена прежде чем провалиться в глубокий сон.
— Вот так-то, — это не победный клич, нет. Это облегчение. Это чистый кайф.
Ни свет, ни заря, Артём поднял на ноги девушку и заверив её что смысла затягивать с отъездом нет, начал помогать собирать чемоданы. А Лена больше не спорила. Надоело. Сейчас ей хотелось лишь одного — побыть слабой беззащитной женщиной, о которой есть кому позаботиться.
Но вдруг, вспомнив кое-что важное, она присела.
— Как же я забыла, — застонала и закрыла ладошками лицо.
— Что? — Воин тут же насторожился, ожидая очередной закидон Рыжика. Неужели опять заартачится?!
— Юра… Я же не развелась…
— А, ты об этом что ли, — сказал так, словно её брак уже ничего не значит. — Документы на развод он уже подал. Я договорюсь, вас разведут в течении месяца. И кстати, фирма тюфяка теперь твоя. Но у меня есть и плохие новости, Рыжик, — Артём присел рядом. — Твой бывший муженек почти её просрал. Видишь ли, если бы фирма осталась у него ещё хотя бы на полгода, от неё остались лишь ножки да рожки. Он, судя по старой документации, целился на Европу и поторопился со своим куриным мозгом подписать пару договоров, которые по сути оказались ничем иным, как искусно составленной ловушкой для таких лохов, как твой бывший. Затем, когда понял, что облажался, он сам выкачал с фирмы всё, что было возможно на тот момент и денежки уплыли на счёт его тёлки… — осёкся, поймав удивлённый взгляд Лены. — Ну да… Я не хотел тебе говорить, но чего уж там… Баба у него есть. И была давно. Ещё до тебя. Он и женился-то ради бабок твоих… Лен, забей, короче, — притянул её к себе и прижался губами к виску девушки. — В общем, не буду посвящать тебя во все тонкости. Скажу лишь одно. Фирма на грани банкротства. Разумеется, я найду толковых юристов, директора и вложу в неё бабла. Если выгорит — конторка останется в живых.
— Мне это не интересно. Можешь делать с ней, что захочешь, в конце концов, это твои деньги, — на душе было так паршиво, что хоть волком вой.
И не потому, что её облапошил собственный муж. Просто мерзко от ощущения, что в этом мире нельзя верить никому. Даже членам своей семьи.
Одна надежда, что Артём не предаст. Иначе, она не сможет впустить в свою жизнь больше никого.
ЭПИЛОГ
Месяц спустя
— О нет… Нет. Нет! Твою мать! — Лена смотрела на тест и не верила своим глазам. — Воеводин, гад! Да чтоб тебя!
Как такое могло случиться?!
Опять.
Она снова беременна!
Что самое странное, Лена не из тех женщин, что залетают буквально от зубной щётки.
Юра не хотел детей, а она впрочем и не настаивала, но случалось иногда, что о контрацепции они забывали. И ни разу! Ни разу она не забеременела!
А тут… Стоило Воеводину прикоснуться к ней и всё.
Нет, конечно, прикосновением то, что у них было едва ли это назовёшь. Но всё же…
— Папа, мамочка там лугается на кого-то, — из-за двери послышался голосок Маши.
— Я не понял! Ты с кем там, Лен? Ну-ка, открывай!
Не стоит и говорить, каким собственником оказался Воеводин. Дело дошло даже до того, что он, как идиот, начал проверять мобильный Лены на наличие подозрительных телефонных номеров и сообщений.
Вот и сейчас, скорее всего, подумал, что ЕГО женщина с кем-то разговаривает в ванной комнате.
Девушка отворила дверь и сходу сунула мужчине под нос какую-то белую полоску с двумя красными отметинами.
— Вот кто здесь, Воеводин!
— Это что за хрень? — ошарашенно вздёрнул брови.
— Папа, не лугайся! — дочурка стукнула отца кулачком по ноге.
— Прости, принцесса. Лен, это что такое? — спросил уже более мягким тоном.
— Это тест на беременность, — злобно рыкнула Лена.
— И? — было заметно, как он напрягся всем телом.
— Я беременна, Артём, что непонятно тебе?!
Пару долгих минут мужчина просто стоял как вкопанный и молча глазел на тест, а как только пришёл в себя, сгрёб Лену своими ручищами и, уткнувшись носом в огненные локоны, застонал.
— Рыженькая моя. Девочка моя. Спасибо, красавица, спасибо, — шептал ей в волосы, что есть сил прижимая к себе. — Спасибо.
— Я не поняла. Ты рад что ли? — она не без усилий отстранилась. — Куда нам второй? Ты что?
Обычно после такого известия пугаются мужчины. В данном случае, перепуганной выглядела только Лена.
— А что такого-то? Мы нищие что ли? Что за паника, Рыжик? — он нахмурился. — Ты эти глупости мне из головы выкинь! Будем рожать и точка!
— Я просто…
— Никаких «просто», никаких «сложно»! Иди сюда! — потащил её к дивану и повернулся к дочери, что с разинутым ртом наблюдала за сошедшими с ума родителями. — Принцесса, у тебя будет братик… Ну или сестричка, — улыбнулся крохе, но та, похоже, радости папы не разделяла вовсе.
Немного постояв, малышка захныкала и убежала в свою комнату, чтобы вдоволь погоревать об утраченном детстве.
Лене с Артёмом потом пришлось долго объяснять Маше, что папа с мамой не перестанут любить свою принцессу с появлением второго ребёнка. В конце концов, девочка отошла от этой шокирующей новости и, уже через час забыв о неприятном инциденте, играла со своими куклами.
Немного поразмыслив, Лена пришла к выводу, что с идеей об аборте она сильно погорячилась, а через пару часов и вовсе корила себя за подобные мысли.
Воеводин исчез куда-то на целый день и даже ни разу не позвонил, на что девушка обижаться не стала, решив, что для него это тоже сильное потрясение, а потому дала возможность напиться и поплакаться «о жизни» друзьям, ну или чем там обычно занимаются мужики в таких случаях.
Однако, Артём приехал домой абсолютно трезвый, но вёл себя неадекватно. По крайней мере, ей так показалось сначала.
«Сдурел бедняга», — подумалось Лене, когда он напялил на себя смокинг и велел девушке одеться в платье.
А вот когда уже ближе к ночи к ним заявилась Кира, которая в такое время в гости никогда не ходит, девушка задумалась.
Оставив Шереметьеву с Машей, Воеводин увёл Лену из дома и, практически насильно запихав несчастную в машину, молча поехал в неизвестном направлении.
— Так, это уже не смешно. Куда мы едем? — прищурила глаза, словно пытаясь прочесть его мысли.
— Сюрприз, — торжественно изрёк Воин, глядя на дорогу.
— Подожди… Мы не в ресторан едем?
— Ну, да, в него, — самоуверенности у Артёма явно поубавилось.
— И ты хочешь сделать мне предложение? — уже с довольной улыбкой вопрошала Лена.
— Бляяяя… — он плавно свернул на обочину. — Вот всё у тебя не как у людей, Рыжая! — Воеводин заметно расстроился. — Говорила твоя подруга, что догадаешься.
— Так, давай, разворачивайся и домой. Я согласна. Всё, поехали.
Артём прыснул от смеха.
— На тебе твоё кольцо, — он достал красную коробочку в форме сердца и вытащил из неё великолепное колечко с не менее великолепным бриллиантом. — Дай мне свою ручку сюда, — надел кольцо на безымянный палец и прижался горячими губами к тыльной стороне ладошки. — Я люблю тебя, Рыжик. А вот в ресторан нам ехать придётся всё равно. Домой нельзя. Там ещё одна ячейка общества формируется.
Кира уложила уставшую Машу спать и, желая расслабиться, включила телевизор.
— Одни мыльные оперы про властных мужиков, чтоб их… Достали!
От просмотра ненавистного фильма о богатеньком мужике с прибабахом и его покорной пассии девушку спас звонок в дверь
— Сволочи, Машку же разбудите! Неужели ты кольцо забыл, дурень? — в полной уверенности, что это будущий жених-растяпа, Кира открыла дверь.
— Попалась, колючка!
КОНЕЦ
Читать бесплатно другие книги:
