Наследие звездного дракона. Отбор Черникова Любовь

Глава 8

Как я и думала, в холле нас поджидала деора Агенси. Придирчиво осмотрев нас сквозь лорнет, она принялась щедро раздавать штрафы:

— Диали Сан-Дор, штрафной балл за прическу.

В глазах дочери гроз сверкнули холодные огни, искорки пробежали и по распущенным сиреневым волосам, но она тут же взяла себя в руки и сделала книксен.

— Диали Фротт, неподобающая длина юбки.

Демонесса… Тьфу ты! Суккуб скрежетнула зубами, хотя и потупилась для вида. И правда, пышный подол ее платья больше напоминал балетную пачку, едва прикрывая зад. О чем она думала?

— Диали Гюльнефли, не подходящий времени суток цвет одежды. Штрафной балл.

Напоминающая экзотическую птицу в своей ало-оранжевой форме, Гюльнефли выделялась ярким пятном среди прочих. Она расстроенно тряхнула тугими локонами, и с ее головы вспорхнула стайка мелких разноцветных бабочек. Да уж, необычное украшение, ничего не скажешь! И почему мне представляется, как по утрам она вычесывает трупики насекомых из спутанных кудряшек?

Всего порицанию подверглись девять девушек, их отослали исправляться, остальных пригласили в класс. Я специально замешкалась, пытаясь заставить лист с распорядком показать дорогу. Ко мне повернулась Орана:

— Все хорошо?

Оставив в покое «пель», ответила:

— Все нормально. Идем.

В классе, больше похожем на бальный зал, были расставлены парты со скошенными крышками столешниц, навеявшие воспоминания о безоблачном детстве. Только не исписанные нерадивыми учениками, а новенькие, блестящие лакированной древесиной, а вовсе не неровной с потеками краски. Изящные завитки, мерцающие волшебной зеленью прожилки — тонкая работа. На каждой лежал комплект тетрадей и письменных принадлежностей, среди которых обнаружилось и самопишущее перо. Ручек совсем не наблюдалось, и это меня взволновало. Что, если не управлюсь с письменностью?

Появление преподавателя заставило вздрогнуть. Некоторое время я ждала, когда уже почти привычно материализовавшаяся у кафедры фигура приобретет четкие очертания, но так и не дождалась. Пожилой мужчина, внешне напомнивший французского патологоанатома семнадцатого века Леона Крювелье, по-прежнему просвечивал насквозь. Ладони разом вспотели. Призрак?!

— Я Нелдон Кадж, преподаватель истории из академии Стеллариона, — представилось привидение шелестящим потусторонним голосом, от которого дыбом встали волоски на теле. — Прибыл во владения драона Абданкена по приглашению его высочества, чтобы познакомить вас, диали, с историей Флигенерде, мироустройством, а также со сложившейся ныне обстановкой и сформированной несколько веков назад практикой отбора невест.

Нет, они это серьезно? Препод-призрак?!

Быстро привыкнув к интонации преподавателя, я с удовольствием слушала, стараясь не упустить ни словечка и очень надеясь узнать больше о морфах, ведь он был свидетелем многих исторических событий. Но мои надежды не оправдались, Кадж будто специально обходил эту тему стороной, а спрашивать самой было не с руки. Зато я узнала, что мир и острова полностью зависят от Р’рах Атмин — дыхания звездного дракона. Именно артефакт обеспечивает круговорот магической энергии в мире. Ей здесь пропитано все, чего ни коснись. Благодаря ей же существуют парящие острова, а драконы способны летать.

Еще одна интересная и важная местная особенность — возможность с относительно небольшими магическими затратами открывать проходы в другие миры — порталы, но здесь их называют «окнами». Иногда переместиться из мира в мир напрямую сложно или вовсе невозможно, Флигенерде играет роль транзитного мира. Оказывается, тут есть целые инсали с постоянно работающими «окнами», время и место открытия которых регламентировано, и ведется строгий учет путешественников. Аэропорт, да и только!

Практика отбора невест возникла тоже не на пустом месте. При открытии «окна» во Флигенерде попадает толика чуждой магии. Со временем баланс магических энергий изменяется, Р’рах Атмин перерабатывает иную магию в родную этому миру, а императорская чета вроде предохранителя при нем. Я сделала такой вывод: артефакту необходим местный правитель из династии Рейгель. Тому, в свою очередь, — жена, способная помочь совладать с инородной магией. Как только баланс энергий меняется и тройка «артефакт-Рейгель-жена» перестает справляться, требуется смена состава команды. Как раз сейчас это и происходит, но есть одна особенность: магической энергии в этом мире становится меньше. Первый признак — магические цепи, удерживающие острова инсалей вместе. В удаленных от артефакта уголках они стали рваться, а инсали — терять острова.

Как оказалось, это не единственная проблема Флигенерде. Будто узнав об этой напасти, поднял голову извечный враг — демоны мира Бьосангриф. К слову, демонических миров существует множество, но с бьосами еще никому не удалось наладить отношений. Они признают лишь одно: порабощение или уничтожение тех, кто не желает покориться. По местной легенде, на заре времен создатели миров объединились и заключили Бьосангриф в защитную сферу, с тех пор покинуть этот мир весьма сложно.

Я подняла руку.

— Да, юная диали.

Призрак прямо оживился, увидев хоть у кого-то искренний интерес к предмету, даже стал ярче. Остальные невесты беззастенчиво скучали, лишь некоторые старались сохранить вежливое выражение на лицах.

— Сложно, но ведь возможно?

Профессор развел руками:

— К сожалению, так.

— Спасибо.

Брр! Стоило представить, как полчища злобных монстров вываливаются из «окошка», и живот подозрительно скрутило. Не позавидуешь династии Рейгелей. Интересно, у меня одной возник логичный вопрос: чего тогда так рваться в невесты? Впрочем, ответ прост: возможность путешествовать по мирам. Налицо экономическая и политическая выгоды для всех невест, кроме меня. Представила нашего президента за столом переговоров с орочьим вождем, получилось на удивление гармонично. Верю!

Некоторые диали настороженно переглянулись. Тревожное внимание Миттернат я отметила боковым зрением. Сидящая за первой партой Перфекта обернулась и, не скрываясь, окинула меня взглядом, лихо заломив бровь. Вид у нее сейчас был отнюдь не невинный, а очень даже стервозный, из разряда: «Надо же, мебель разговаривает!»

Упс! Девочка из высшей лиги меня только что заметила? Ничего, мы тоже могём! Я отзеркалила ее выражение лица. Красотка часто заморгала, ответив недоумевающей улыбкой, и отвернулась.

С затаенным вздохом посмотрела на чистый лист перед собой, с магическим пером я так и не сумела совладать, а вручную не вышло, строки постепенно истаивали, будто и не было. Вдруг замерцал спрятанный под тетрадку распорядок. С началом урока на нем расцвел новый рисованный подсолнух, и теперь его лепестки закончились, как и первое занятие.

Следующий урок — «Этикет и политес» — вела сама придворная сваха деора Агенси, и делала она это с особым фанатизмом, хорошо хоть переодеваться снова не заставила, зато не жалея раздавала штрафные баллы особо заскучавшим ученицам. От ее едких замечаний не убереглась ни одна из нас. Намекнув, на что именно стоит потратить то самое свободное послеобеденное время, нам вручили по талмуду с правилами поведения.

Следующим уроком шли танцы, для которых предписывалось переодеться и сменить прическу. Без Карли я бы точно не справилась. Лисичка убрала мои волосы в аккуратный узел на затылке и приготовила вишневого цвета платье с облегающим верхом, открытой спиной и пышными шлейфами, прикрепленными к рукавам. К нему прилагались довольно удобные туфельки на пятисантиметровом каблуке.

Преподавателя танцев я с ходу окрестила Французом. Вытянутое лицо, тоненькие усики, трепетные пальцы рук и чрезмерно вывернутые в стороны стопы. Он даже грассировал во время речи, а двигался мягко и грациозно. Все девушки, так или иначе, умели танцевать, я тоже не испытывала затруднений. Еще в школьные годы успела позаниматься классическим танцем. Это помимо стрельбы, фехтования, плавания и конкура. Да, в десять папа отдал меня на пятиборье, но многое изменилось с его гибелью.

После танцев снова шел получасовой перерыв — время, чтобы переодеться. Только сначала нужно определиться с предметом, который стану изучать дополнительно. Из полутора десятков предложенных я скромно выбрала «Основы магического искусства». «Искусство полетов» с сожалением отвергла, как бы ни хотелось снова испытать тот головокружительный восторг, что подарил вчера Дрейк.

Пока определялась, яростно вчитываясь в список, рядом нетерпеливо пританцовывала Карли, рыжий хвост которой ходил из стороны в сторону, выдавая волнение. Я уже выяснила, что она своего рода практикант или стажер, и от того, останусь ли я довольна, зависит ее карьера в качестве придворной камеристки.

— Какой? — не выдержала она.

— Этот! — Я ткнула пальцем в выбранный предмет.

— Угу.

Коротко кивнув, лисица скрылась среди бесчисленных вешалок гардеробной. Здорово все-таки, что здесь нет понятия размера одежды, любой наряд садится по фигуре при помощи магии. Исключение — вещи бедняков или ношеные. Вишневое платье сменило нечто невообразимое. Глядя на свое отражение в зеркале, я начала истерично хихикать. Изящные танцевальные туфельки уступили место бутсам на мощной подошве и со шнуровкой, отдаленно напоминающие знаменитые «Гринды». Темно-коричневая, почти черная хламида из толстого сукна укрыла тело бесформенным чехлом, к ней присовокупился недлинный, примерно до середины бедра, плащ с глубоким капюшоном. На руки полагались перчатки или, скорее, краги. На голову — остроконечная шляпа. Я с сомнением покосилась на совершенно спокойную лисицу:

— Карли, ты уверена, что следует одеться именно так?

— Да, диали. Это стандартная форма магов-первокурсников академии Стеллариона.

— Хм. Может, мне полагаются метла, котелок и связка лягушек на шею?

Искреннее удивление отразилось на конопатом личике:

— Это еще зачем? В вашем мире так принято?

— Просто предположила, — усмехнувшись, ответила я, но задумалась.

Чем-то ведь обоснована невероятная схожесть? Не иначе наши миры уже имели контакты в прошлом. Решив не сомневаться в прозорливости камеристки — в конце концов, Карли еще ни разу не ошиблась, — поспешила на урок. Идти предстояло самостоятельно, так договорились с Ораной, чтобы друг друга не задерживать. Принцесса орков заранее знала, какой именно предмет выберет. Она ужасно скучала без тренировок, поэтому едва не запрыгала от радости, обнаружив в списке «Искусство владения холодным оружием».

На галерее было пустынно. Убедившись в этом, я извлекла из складок хламиды-мантии лист с распорядком. Ну-ка, попробуем. Сосредоточилась, мысленно приказывая волшебной вещице показать мне путь. Не сразу, но удалось! Очередной лепесток, оторвавшись от подсолнуха, вылетел за грань бумажного листа и, вместо того чтобы истаять, замерцал серебром, сделал круг в воздухе и целенаправленно устремился вперед по галерее к выходу на лестницу. Оторопев от восторга, я не сразу направилась следом. Лепесток замер на расстоянии и не исчез, когда я осторожно спрятала «пель» в карман. Прекрасно!

Стоило сдвинуться с места, и лепесток снова полетел. И чем быстрее шла, тем шустрее он перемещался, держа дистанцию. Из галереи мы вырулили к главной лестнице, а затем и вниз в холл с арками. Там обнаружилось целых двенадцать девушек, которые чего-то или кого-то ждали. Едва я, такая красивая, показалась, в мою сторону повернулись все головы. Послышались тихие и не слишком смешки и перешептывания. Не останавливаясь и не обращая на них внимания, пересекла холл по направлению к арке, которую указал лепесток, услышав презрительное в спину:

— Знахарка, что с нее взять?

Голос принадлежал дриаде. Эх, Эльталло, покажу я тебе знахарку при случае! Но времени осталось не так уж много, а далеко ли идти, не знаю, да и штрафные баллы получать не хочется. Не обращая внимания на язвительные комментарии, шагнула в указанную арку и очутилась в знакомом мрачном коридоре, который освещался настоящими факелами. С одной стороны монотонную каменную кладку нарушали мощные, похожие друг на друга двери. Все это создавало вполне подходящую под мой ведьминский наряд атмосферу Хеллоуина.

— Привидений только не хватает.

Нервный смешок вырвался сам по себе, гулко отразившись от стен. Брр! Как назло, подумала о преподавателе истории, вспомнив, что привидения в этом мире реальность.

Время почти иссякло, когда наконец серебристый лепесток остановился у одной из дверей и закрутился на месте. С облегчением я подскочила к ней и почти вежливо постучала. Да ладно. Панически затарабанила, чувствуя тяжелый взгляд в спину. Дверь открылась наружу. Вовремя вспомнив о собственном казусе «выпаданки» в такую же, успела заранее отодвинуться в сторону. И тут поняла, что стучу не в такую же, а в эту же самую дверь!

Как и в прошлый раз, хозяин кабинета восседал за столом, и его перьевая ручка уверенно и быстро двигалась по бумаге. Дрейк медленно поднял на меня взгляд и, даже не стараясь достоверно сыграть удивление, выдал:

— Хельга? Вот так сюрприз!

Я едва не испустила стон разочарования. Предстать перед Дрейком в костюме ведьмы на Хеллоуин? Глупее не придумаешь! Платье для танцев выглядело куда как эффектнее, да и наряд институтки тоже. Может, не стоило слушать Карли? Ладно, что уж теперь. Лицо — садово-огородный инвентарь, и уверенным шагом потопали-потопали. Бутсы, зараза, тяжеленные, в таких с непривычки от бедра не очень-то и походишь.

Ковры! Эту мысль додумывала уже в полете, не хватает метлы для полноты картины… Как обычно, спас меня Дрейк, отличная у мужика реакция.

— Кхм. Сдается, у этих половиков еще и охранная функция есть. С непривычки не пройдешь незамеченным. — Я потихоньку высвободилась из рук спасителя моего лица и в прямом, и в переносном смыслах.

— Может, кое-кто просто немного неуклюжий?

Нет, это уже оскорбление! Сдержав гневное сопение, сузила глаза, собираясь ответить колкостью, как вдруг поняла по затаившейся в уголках глаз улыбке: да он же просто надо мной подтрунивает! Почему, если кто-то нравится, всегда так сложно нормально реагировать? Стоило посмотреть на так близко находящееся от меня лицо Дрейка, как разом стало трудно дышать. Будто кувалдой в грудь ударили со всей дури и вышибли до капельки воздух, разум и прочие мысли, наполнив голову и сердце только им одним. Я жадно прошлась взглядом по резко очерченным скулам, по линии подбородка, по губам, еле сдержав потребность закусить свою. От неожиданного перебоя в сердце стало страшно. Мо-о-о-о-о-орф!

Клякса никак не отреагировал на мой панический мысленный призыв и не соизволил появиться. Придется, Железнова, тебе как-нибудь самой с этой напастью справляться. Подавив непреодолимое желание вернуться в предыдущую позицию — у драона Абданкена в руках, уставилась на носы собственных ботинок. Незаметный, но глубокий вдох. Так, хорошо. Чуть задержать дыхание, выравнивая биение сердца. Медленный выдох сквозь стиснутые зубы. Теперь требуется экстренная прочистка мозгов. Патанатомия здесь точно не сработает, так что припомним пару моментов из практики по паразитологии.

Филярии, лоа лоа, бычий цепень… Яркие образы из учебников помогли-таки абстрагироваться. Фу! Теперь даже подташнивает немного. Супер! Я наконец пришла в себя настолько, чтобы заговорить.

— Ботинки неудобные, — указала на ни в чем не повинную обувь.

— Стандартные защитные ботинки класса «новичок», — пожал плечами мистер Рок-Звезда и спросил: — А ты, вижу, во всеоружии?

— Скажи честно, я выгляжу глупо? — не стала ходить вокруг да около.

Не люблю, когда льстят по поводу внешнего вида. Лучше знать, что именно не так, чем ходить и думать, почему это за спиной люди мерзко хихикают.

— Ты выглядишь как прилежная ученица академии Стеллариона. Только отчего-то этот образ у меня с тобой никак не вяжется.

Во взгляде Дрейка промелькнуло что-то темное, пробирающее до мурашек. Я даже переступила с ноги на ногу, опасаясь, что снова придется думать про глистов…

— Шутишь?

— Нет, — ответил он на полном серьезе.

Похоже, идиотский наряд ведьмы и правда совершенно не смущал Изгнанника.

«Изгна-а-анник и ве-е-едьма», — затянул в мыслях голос Игоря Николаева, и я тряхнула головой, пытаясь избавиться от странного тумана, разжижающего мозги и неизбежно застящего реальность, когда я рядом с Дрейком.

— Такое принято носить в академии Стеллариона?

— Только в первый год обучения, да и то на практических занятиях, пока у адептов еще нет понимания, как правильно взаимодействовать с магическими энергиями. Это приличная защита, способная уберечь от последствий ошибок.

— И даже шляпа? — недоверчиво поинтересовалась я.

— Конечно! Она отводит избыточные энергии, если заклинание было построено неверно. Каждый элемент формы до мелочей продуман.

Мистер Рок-Звезда замолчал, пристально меня рассматривая, а потом вдруг спросил:

— Только я не понял, как ты планируешь заниматься? Почему вообще выбрала этот предмет?

— Ты…

Горло вдруг перехватило от запоздалой обиды на ту первую нашу встречу.

— Кхм! Ты сказал, что я никчемность в магическом плане, но это не так. Я определенно могу использовать магию, но не знаю толком, что именно и как. В нашем мире магов нет. Те, что так себя называют, большей частью шарлатаны, которые обманом вытягивают деньги из доверчивых людей.

Высказалась, и сразу стало легче. Уже намного спокойнее я добавила, с трудом сдерживаясь, чтобы не заговорить голосом Матроскина:

— А еще я могу зажигать свет в покоях и пользоваться навигатором.

— Чем-чем?

— Эту штуку ваши студенты называют «пель», насколько мне известно.

Выудив из кармана свернутое расписание, продемонстрировала Дрейку.

— У меня получилось найти путь сюда при помощи магии. Да! Еще не стоит забывать, что именно я первой увидела змею на шее мушкетера.

Бровь драона Абданкена вопросительно дернулась.

— Посланца. Ревизора, — пояснила я. — Ну, у того мужика, за которым вы с Бальтазаром потом понеслись как угорелые.

Вот черт! Я снова не сразу заметила скрытое веселье в глазах мистера Рок-Звезды. Он же просто подтрунивает! Подавив желание пихнуть его в грудь, со всей серьезностью выдала:

— Уверена, ты понял, что это такое, как только я сказала.

— Ошейник подчинения, — вдруг пояснил Дрейк уже вполне серьезным тоном. — Жертва выполняет приказ хозяина любой ценой, а после заклятие его убивает — вытягивая все жизненные силы. Постфактум сложно обнаружить настоящую причину смерти. Ты права. Разглядеть его невооруженным глазом почти невозможно. Не понимаю только, как тебе это удалось?

Пожала плечами.

— Посланец был одет весьма специфично, я принялась его рассматривать. Показалось, что-то необычное вижу. Вгляделась, а эта штука будто проявилась, стала ярче.

— Хорошо, что ты тогда сразу сказала нам об этом. Удалось предотвратить беду.

— Дай угадаю, император его не посылал. Бьосангриф?

Дрейк опять удивленно двинул бровями, а я пояснила:

— У меня сегодня был урок истории Флигенерде.

Во время разговора драон успел отойти и присесть на крышку стола, и я дышала и чувствовала себя намного спокойнее, но теперь же он оттолкнулся и двинулся ко мне. Я кожей почувствовала горячую волну, коснувшуюся моего живота намного раньше, чем он приблизился. О нет! Нет-нет-нет! Стой лучше там! Подавив желание отступить, из чувства самосохранения, пригвоздила себя к месту, по чуть-чуть вдыхая воздух.

Он остановился в полушаге, глядя сверху вниз. Задумчиво произнес:

— Я по-прежнему не могу определить наличие у тебя магического потенциала, Хелли, но ты права. Мне определенно стоит извиниться за преждевременное суждение. Может, я ошибся насчет облика прилежной ученицы?

От того, что он извиняется, от его голоса и от ласкового обращения физически ощутила, будто таю. Как… как мороженое, как ириска на языке, как долбаная снегурочка! Против желания зарделась и опустила глаза, не выдержав его взгляда.

— Так, и что бы ты хотела узнать?

Уродцы в формалине! Паразитология, роди-и-има-ая! Вдох-выдох! Вдох-выдох! Сжав руки в кулаки и впившись ногтями в ладони, я не позволила им лечь на грудь мужчины. И что бы я хотела узнать? Блин! Сотню уроков самосохранения… Тьфу! Самообладания в присутствии тебя!

— Основы.

Голос прозвучал поразительно спокойно, лицо — каменное. Надеюсь, с ладошек кровь не капает.

— Что-то, чтобы не выглядеть белой вороной среди прочих. Вокруг множество магических вещей, а я без понятия, как с ними обращаться, даже с простейшими. Я даже лекцию записать не могу…

Вместо ответа Дрейк приобнял меня за плечи, превращая в комок оголенного противоречия и борьбы желания с разумом, и повел прямо к своему столу. Усадил в собственное кресло и осторожно снял с моей головы дурацкую шляпу. Ох! Надеюсь, сердце не слишком громко стучит, а то чувство, что от такого давления скоро кровь прямо сквозь поры брызнет.

Положив передо мной чистый лист, обмакнул в чернильницу и подал самопишущее перо:

— Держи. Попробуй теперь что-нибудь написать.

Склонившись, он обхватил мою руку. Пряди его волос щекотали щеку. Терпкий запах грозы, ледяного ветра над горными вершинами и горькой травы окутал меня, контрастируя с его теплым дыханием. Я просто зависла, точно снова оказалась внутри артефакта. В голове опустело от его нехитрых действий. Внешнее спокойствие давалось ценой неимоверных усилий, но я стиснула зубы до скрипа и сосредоточилась на твердом предмете в руках, а не на теплой мужской ладони, так уютно лежащей поверх моей.

Тш! Нужно постараться узнать как можно больше, ведь у меня есть к Дрейку вопросы, это ли не шанс? Красивым почерком я похвалиться не могу, а тут еще и перо, и рука! Его рука! Старательно, хоть и коряво, я вывела первое, что пришло в голову:

Бальтазар перенес меня сюда незаконно?

Рука Дрейка застыла, а потом и вовсе выпустила мою. Я украдкой выдохнула, одновременно с сожалением и облегчением. Как же сложно, когда он настолько близко.

— Как ты догадалась?

— Говорю же, посетила урок истории Флигенерде, вот и сделала выводы.

— В общем, лучше пока не распространяться, откуда именно ты к нам явилась. Слышал за завтраком, ты назвалась москвичкой, что это значит?

— Город, где я родилась, называется Москва. Ты зачем-то переделал мое имя, и на всякий случай я не стала представляться землянкой.

— Все верно. Знаешь, до этого момента я не считал, что это так важно. Но теперь… Мне необходимо кое-что выяснить, а ты постарайся сохранить свой мир в тайне как можно дольше. Если мои подозрения оправдаются… — не договорив, он наклонился и, подцепив пальцем цепочку, на которой висел защитный амулет, вытащил его наружу. От случайного прикосновения его кожи к моей меня едва наизнанку не вывернуло, а затем завернуло обратно. Я сглотнула ставшую тягучей слюну.

— Я… я не знаю, какие еще есть миры. Что отвечать, если начнут спрашивать?

— Погоди-ка.

Дрейк стиснул в ладони камень и прикрыл глаза, а когда выпустил — тот приобрел густой фиолетовый оттенок. Внутри блеснул и погас росчерк голубой молнии. Я поспешно спрятала амулет под одежду, а он повернулся к книжным полкам и жестом приманил какой-то талмуд. Тот завис перед ним в воздухе и стремительно зашуршал страницами, пока не остановился на одном из разворотов. Драон Абданкен потер покрытый короткой щетиной подбородок.

— В общем, есть захолустный мирок, ничем особо не примечательный, называется Москавиния. Гости оттуда редкость, да и магия развита слабо. В основном знахарское дело, предсказательство невысокого уровня точности…

— Подходит! — уцепилась за удачное совпадение я. — Этим можно объяснять мои скромные способности и отсутствие элементарных знаний.

— Точно. С миром разобрались, продолжим урок. Возьми перо, сожми в пальцах или покатай в ладонях, передавая тепло. Это всего лишь инструмент, которым ты способна управлять, но необходимо настроиться. Подумай, что бы ты хотела, чтобы он сделал? Подними его своей волей.

Дрейк говорил тихо и размеренно, а я точно в трансе пыталась выполнить его рекомендации, чувствуя, как от рокочущего где-то у меня под кожей голоса по телу прокатываются волны мурашек и невероятной энергии. И вдруг на миг ощутила невероятное могущество, после чего сумела отпустить перо, и оно вертикально зависло над листом, едва заметно вибрируя. Я уставилась на сотворенное чудо, дрожа от странной смеси возбуждения и напряжения, не похожего ни на что испытанное мной ранее. Внутри точно ожили и боролись разные личности. Старательно игнорируя озабоченную барышню и внутреннего скептика, я едва сдерживала ликование и пыталась остаться собой — спокойной и твердой Ольгой Железновой.

Сосредоточив все мысли на том, чего хочу от пера, внезапно подумала: несмотря на кандалы, Дрейк мне очень нравится. Дергаными рывками перо сдвинулось-таки с места. Точно калека плюхнулось в чернильницу и, оставив на столе по пути движения две приличные кляксы, вернулось к листу. Где, не менее коряво, чем я сделала бы это сама, вывело фразу:

Ты мне нравишься, несмотря на кандалы.

После чего рухнуло подбитым «Мессершмиттом». Зуб даю, оно прямо излучало облегчение! Я в ужасе уставилась на содеянное. Похоже, так увлеклась процессом, что позабыла о сути написанного.

— Неплохо. Твои способности и остроумие приятно поражают.

Я подскочила, оборачиваясь. Вышло так резко, что снова не справилась с адской обувью, зацепилась за ножку кресла и потеряла равновесие. Дрейк мгновенно подхватил меня за талию, не давая упасть и удариться об стол. Прямо карма какая-то!

Глава 9

Попыталась уличить мистера Рок-Звезду в коварстве:

— Это ты написал? Признайся! — Вместо ответа, он вдруг притянул меня еще ближе и легонько коснулся моих губ, остановившись на мгновение. Словно давал право выбора. Хотя какое там право? Сплошное принуждение! Разве я могу противиться той всеобъемлющей силе желания, что обуревает каждый раз в его присутствии? С болезненным стоном я подалась вперед. Посчитав это сигналом, Дрейк точно сорвался с цепи. Так страстно и уверенно меня еще никто и никогда не целовал. Заявляя права на душу, проникая под кожу и в кровь, огнем прописывая свое имя в моем сердце. Не знаю, что именно заставило нас остановиться. Мы смотрели друг на друга, тяжело дыша, слова не шли.

Драон Абданкен первым обрел самообладание:

— А ведь уже время обеда, тебе не стоит его пропускать. Пожалуй, на сегодня урок окончен, Хельга. Идем, провожу.

Эти слова прозвучали по меньшей мере странно, учитывая, что в следующий миг мы очутились прямо у входа в мои покои. Он все еще держал меня, и я стиснула его ладони.

— Что теперь будет?

Он насторожился, уставившись в сторону галереи. Я как раз любовалась правильной линией мужественного подбородка, покрытого короткой темной щетиной, и не видела, на что именно.

Последовал ответ:

— Мне лучше уйти.

После чего драон Абданкен самым подлым образом исчез, и я осталась одна, все еще сжимая воздух вместо его теплых пальцев. Но ненадолго. В тот же миг в коридорчик вывернула Орана, двигаясь стремительно, едва не бегом. Орчиха в боевом облачении даже без оружия выглядела грозно, и я поспешила отодвинуться с ее пути.

— Что-то случилось? — осторожно спросила уже в спину, удивленная состоянием подруги и тем, что она будто бы меня и не заметила.

Принцесса на миг застыла, потом медленно повернулась и, открыв рот, шевельнула губами, силясь что-то сказать. Ее щеки покоричневели от густого румянца, глаза заблестели, наполняясь влагой, пальцы подрагивали, выдавая крайнее волнение. Крепко зажмурившись, она мотнула головой:

— Прости. Лучше я к себе пойду.

— Обедать идем?

— Я не голодна. — Орана поспешно скрылась в своей арке.

Странное дело. Показалось или она едва не плачет? Пожав плечами, я поплелась к себе в некотором замешательстве. Ладно. Не до Ораны мне пока, позже выясню, что с ней. Сейчас все мысли о другом, да и резко изменившееся поведение Дрейка настораживает, первый же серьезный вопрос он попросту проигнорировал! Неприятно до горечи во рту. Но даже если допустить, что в отношении меня он и не строил никаких планов, то в его влечении-то я не сомневаюсь.

От возникшего предположения даже остановилась на полушаге: я испытываю сильнейшее, прямо ненормальное вожделение в его присутствии, вдруг и он реагирует на меня так же? В нашу первую встречу он прочел мои мысли, но его мне были недоступны. Кто знает, о чем Дрейк тогда подумал на самом деле?

В животе громко заурчало — одними науками сыт не будешь, а я не из тех барышень, которым чувства угнетают аппетит. И правда, необходимо подкрепиться, но стоит ли в таком настроении тащиться в столовую? Решив, что нужна передышка, в том числе и от созерцания прочих невест, вызвала Карли и попросила принести двойную порцию прямо в покои. Что-то подсказывает, придется снова делиться с Ораной, в потерю аппетита у орчихи я не верю. Принцесса, скорее, в смятении. Вдруг случилось что-то такое, из-за чего ее отчислили? Это предположение мне категорически не понравилось. Пока она единственная моя подруга здесь, не считая Карли. Но Карли — все же, скорее, персонал, я не могу с уверенностью определить, где кончается ее расположение и начинается желание хорошо выполнить свои обязанности, а значит, и доверять полностью не могу. Кстати, вот об этом не стоит забывать. Во все времена слуг подкупали, и все такое…

Едва вспомнила о лисичке, как та вернулась и опустила на стол тяжелый поднос, распространяющий умопомрачительный аромат. Среди доставленного ею изобилия обнаружились нежнейшее мясное рагу, салат из местных овощей, напоминающих по вкусу помидоры, маленькие булочки и какие-то мохнатые оранжевые фрукты вроде персиков. Удовлетворенно кивнув, я приступила к еде и одновременно решила кое-что выяснить.

— Карли, что будет, если кто-то захочет без приглашения войти в мои покои?

— Он не сможет этого сделать, диали.

— М-м… И как это будет выглядеть?

— Нежеланный гость просто не преодолеет арку перехода. Упрется в нее, точно в стену.

— Угу. — Я удовлетворенно кивнула. — Тогда еще вопрос: может такое быть, что одна и та же арка ведет в разные места?

— Вполне. Все зависит от настроек.

— Хм. И любой маг может их менять? К примеру, Перфекта Левантер, маг-универсал, — закинула я удочку. — Сумеет она незаметно изменить настройки арки так, чтобы выкинуть конкурентку за крепостную стену, а затем все вернуть как было?

Камеристка, испуганно глянув, нахмурилась, а потом вдруг рассмеялась и протянула:

— Не-ет, диали! Не пугайте меня подобными мыслями. Только инсальер имеет право на вмешательство такого рода. Даже магу-универсалу не под силу перехватить управление инсалем.

Ответ заставил задуматься. По всему выходит, сам Дрейк и направил меня к себе в комнату. Интересно…

— Уже легче. А приворот у вас здесь, случаем, не практикуют? Или, положим, чары какие, чтобы навести сильное влечение?

Лисичка даже отшатнулась, сделав страшные глаза. Сгорбившись, приложила к губам палец:

— Тсс! И думать забудьте о том, чтобы привораживать наследника, диали! Это тяжкое преступление против короны!

— Чего-о?! Да сдался мне ваш наследник!

Наблюдая недоумевающий взгляд камеристки, пояснила на всякий случай:

— Карли, я никого не собираюсь привораживать. Упаси господь! Наоборот, хочу узнать, мог ли потенциальный жених подобным образом повысить собственную привлекательность в глазах невест? — «Чтобы одну конкретную магическую никчемность коротило, как при замыкании, стоит оказаться с ним в одной комнате», — добавила я про себя.

— Зачем ему это?! Лайонел Рейгель и без того неотразим, — удивилась лисичка. — Любая посчитает за счастье его высочайшее внимание.

Прямо так и любая! Ну-ну. Тоже мне высочайшее внимание с нижайшими помыслами. Ага. Но вслух я спросила другое:

— А если, к примеру, речь не о принце, а об обычных жителях? Я же иномирянка и не знаю, какие у вас порядки.

— Все флигенердцы, так или иначе, пользуются магией. Низкоуровневые вмешательства легко определяются амулетами или защитными чарами. Вряд ли кто станет пытаться, это сразу подметят окружающие. Нет. Не верю. В высокоразвитых магических мирах приворотов давно не используют, уже осознали, что против природы не попрешь.

— Ясно, спасибо.

Отпустив камеристку, я покончила с обедом, а после, по традиции поискав морфика и не обнаружив, решила выяснить, что же стряслось у Ораны. Нейтральный повод заявиться к ней в гости имелся, к тому же утром мы договаривались вместе позаниматься магией. Никто ведь не отменял грядущее испытание, а я так и не выяснила, что именно стану демонстрировать. Не корявый же почерк, в конце-то концов?

Спустя несколько минут я соображала, как же войти в покои орчихи? Из объяснений Карли я уже знала, нарушителя не разорвет на клочки, перед ним вместо прохода окажется твердая стена. Стукнув для приличия по косяку пару раз, перенесла вес порядком облегченного подноса на одну руку, а другой осторожно коснулась серого марева арки. Пальцы свободно прошли насквозь, никакой стены не ощущаю, значит, мне сюда можно?

Орана расположилась в гостиной, перед ней на низеньком столике стоял такой же, как у меня, поднос с открытым баранчиком. Внутри лежала свиная голова, с которой в тарелку натекло прилично крови. Орчиха, успевшая сменить воинское облачение на легкое желтое платьице, сидела на диванчике, безучастно глядя на нее.

— Орана? — позвала негромко.

Подруга медленно подняла голову.

— Начинает казаться, что надо мной попросту издеваются, — устало откомментировала она происходящее.

— Ничего. Мы их найдем и отомстим.

Жизнерадостно подмигнув, я водрузила собственный поднос на стол, а прежний, не сомневаясь, вышвырнула в окно. Следом полетел кувшин, наполненный чем-то вонючим.

— Вот.

Принцесса, порядком оживившись, поднялась и заключила меня в короткие, но теплые объятия, снова едва не вмяв лицом в могучий бюст, а затем приступила к трапезе.

— Есть сильно хочется, — пояснила она между делом. — Погорячилась я с отказом. Идти в столовую не было настроения, позвала прислужницу, но она при виде меня дрожит точно ослиный хвост. Стараюсь реже прибегать к ее помощи. Раздражает неимоверно!

Я согласно кивнула и разлила травяной отвар по двум чашкам. Орана довольно потянула носом воздух.

— Попросила обед. Она это притащила!

— Может, стоит объяснить ей, что ты такое не ешь?

— Пыталась. Бестолковая. Бесполезно.

— Может, повар что-то напутал?

Орана сдержанно пожала плечами.

— Голодный орк — злой орк. Тяжко себя контролировать. — Она стыдливо оглянулась, будто здесь нас кто-то мог подслушать. — Я… — принцесса чуть помедлила, точно решаясь, — я — Глас Стихий.