Наследие звездного дракона. Отбор Черникова Любовь

Видя мое непонимание, она тяжко вздохнула.

— Из какого, говоришь, ты мира?

— Москвиния, — ляпнула, судорожно соображая, рассказывала ли во время вчерашней попойки про Землю.

Если и так, орчиха, пожалуй, была в таком состоянии, что вряд ли хоть что-то запомнила, а судя по тому, что она согласно кивнула и продолжила, я права.

— Если магия выходит из-под контроля, я опасна. Здесь непросто держать себя в руках. Представляешь, сегодня я сорвалась на учителя!

— Ого! И что случилось?

Слабо осознаю, о чем говорит принцесса, но дело явно серьезное.

— Призвала стихии и… — Орана, не договорив, неопределенно взмахнула рукой.

— Ты его убила? Труп куда дела? Помочь спрятать? — попыталась развеселить подругу, но та только удивленно посмотрела. Я сдалась: — Шучу.

Орчиха облегченно выдохнула.

— Думала, ты это всерьез. Такое хладнокровие пугает.

Зашибись! Я настолько сурова, что меня опасаются орки.

Дожилась, Железнова.

— …Тем более что ты недалека от правды.

— Что?! — Я даже отваром подавилась. Откашлявшись, спросила: — Расскажешь, как это случилось?

Орана снова залилась краской. Вид у принцессы был просто непередаваемый и какой-то влюбленный. Такой же, как тогда, когда она описывала мне своего ненаглядного Раг Ши.

— Ну… Эта… Кхм!

— Орана? Тиль Дертан тебе тоже нравится?!

— Нет!

Принцесса покоричневела еще сильней, и я не стала даже в шутку напоминать ей о сыне вождя лишний раз. Из ее сбивчивых рассказов в моем воображении рисовался весьма заносчивый тип.

— Учитель Дертан… Он такой огромный! Ах, как он сражается с двумя краш-панчами в руках! Просто мельница смерти! Я едва успевала отбивать удары, а когда пропускала, бил плашмя по… — она немного стушевалась, но сказала прямо: — по заднице и улыбался! Представляешь? Это выводило из себя! Это и то, что он надо мной подтрунивал! — Она передразнила низким голосом: — Ну же малышка! — и продолжила уже обычным: — Понимаешь, да? Я — и малышка!

— А как тебя называет Раг Ши?

Нет, мне и правда интересно!

— Принцесса лягушек.

Она произнесла это с такой нежностью, что я едва не прыснула.

— Знаешь, я все же за малышку.

— Да?

— Конечно, тут контекст важен. Иногда то, что для одних ласковое прозвище, для других звучит как оскорбление. Кстати, а почему принцесса лягушек?

— В нашем клане у женщин принято удалять лишние волосы на теле. И еще я… — Орана наклонилась ближе и сделала такое лицо, будто собиралась признаться в чем-то весьма постыдном: — Я очень маленькая.

Чего?! При моих честных ста семидесяти шести сантиметрах роста Орана на две головы выше, у нее мощные широкие бедра, просто огромная, на мой взгляд, грудь и при этом тонкая для подобных пропорций талия. Она крепкая и мускулистая, но вместе с тем грациозная. Особенно когда немного привыкнешь. Но вот маленькой я ее никак назвать не в состоянии.

— А этот твой учитель, он кто?

— Местный.

— Но… Он человек?

— Да. И в нем течет благородная кровь младшей ветви Рейгелей, к тому же он истинный рейтар и может объединяться со своим драконом. Наверное, поэтому такой огромный. Просто великан для вашей расы.

— Ты хочешь сказать, что он…

— Он выше, крепче и с легкостью поднимает меня на руки.

Орана снова засмущалась, и я хохотнула:

— Неплохо вы там потренировались…

— Это уже потом, когда я сорвалась и случайно призвала молнию… Разряд вышел такой мощный, что прожег воронку на плацу в три моих роста глубиной.

— Ого! Страшно представить, что от покойничка осталось! — искренне посочувствовала мужику я.

— Почему сразу покойничка? Живой он. Вылез. Одежда прожжена до дыр, местами дымится. Сам черный от копоти. Где были волосы — сплавились. Пообещал догнать и дать по заднице…

— Ну и? — в нетерпении поторопила я ее.

— Догнал и дал.

Принцесса понурилась и, отвернувшись в сторону, посетовала:

— Как я теперь на следующее занятие пойду? Так стыдно!

В общем, потратилась Орана магически и научить меня хотя бы какой-то магии была не в состоянии. Я отправилась к себе. Потренируюсь писать без рук на худой конец. Входя в свою спальню, размышляла, не вызвать ли Карли? Может, лисичка сумеет помочь? Вдруг взметнулись занавески на одном из окон в спальне, и внутрь влетел маленький, переливающийся на солнце дракончик, который с размаху упал мне в ладони, превратившись в бесформенную кляксу. Невооруженным взглядом было видно — морф смертельно устал или что-то вроде того.

Я поднесла ладони с амебкой к лицу.

— Клякса? Выглядишь неважно.

— Урр…

Морф издал тихий звук, и по его тельцу пробежала рябь. На короткий миг он снова принял форму дракончика, но будто не смог в ней удержаться.

— Как же ты долетел, маленький?

Сердце тревожно заколотилось, я неосознанно заметалась по комнате, не зная, что делать. Я не могу даже пульс у него проверить, не знаю признаков, по которым можно определить состояние морфа. Одно вижу — ему плохо.

— Эх! Был бы ты человеком, а так…

Я погладила неожиданно дрогнувшими пальцами существо, внезапно ставшее дорогим сердцу. Что же делать? Может, рискнуть и отнести его к Дрейку?

Мелодичный перезвон раздался неожиданно, вынудив вздрогнуть и заозираться. Пока силилась понять, что происходит, звук повторился. Наконец, сообразив, что пришли нежданные гости, я громко спросила:

— Кто там?

Стоило только захотеть узнать, кто же «давит на кнопку звонка», как сразу куда-то провалилась и, чувствуя себя бесплотным духом, со стороны увидела короткий коридор, ведущий к нашим с Ораной покоям. У моей арки, хмурясь, нетерпеливо притопывал ногой Бальтазар.

— А этому-то что здесь надо? — досадливо проговорила я вслух и тут же снова оказалась в собственной спальне, только теперь отчего-то сидела на полу. — Прости!

Я поспешно разжала пальцы. Стиснутый мной морф выглядел слегка дохлым, и я принялась испуганно дуть на него. Надеюсь, не добила беднягу.

— Прости, Клякса! Прости! Может, водички?

Дотянулась до графина и щедро плеснула прямо на него.

— Ты вообще что пьешь? Пьешь ли вообще? Покажи, чего хочешь? Как тебе помочь?

Переливчатый звук уже превратился в оглушительный набат. Похоже, гость выходит из себя, и его нужно срочно отвадить. Сунув зашевелившегося морфа под покрывало, так, чтобы прикрытые глазки оставались над его краем, бросилась в гостиную, а оттуда в прихожую с фонтаном и остановилась у арки.

— Как дверка-то открывается?

Вроде демон говорил, да уже не припомню. Проще всего оказалось выйти наружу самой, что я и сделала.

— Неужели спала? — ехидно осведомился демонюка вместо приветствия.

— Угу, задремала.

Зачем что-то придумывать, если собеседник уже и сам предложил объяснение?

— Стоило бы с большей пользой проводить время, Хельга. К примеру, готовиться, — съязвил он. — Может, впустишь? Не разговаривать же нам прямо здесь. Это может оказаться… — он задумался, — невыгодным для тебя.

Я сделала приглашающий жест:

— Входи.

Демон с легкостью преодолел арку. Эх! А я втайне надеялась, что он стукнется об нее. Не срослось. Бальтазар вошел, осмотрелся и расположился на низеньком диванчике.

— Ты помнишь, что завтра первое испытание?

— Угу, — хмуро кивнула.

Забудешь тут…

— Готовишься?

— Интересно как? — пожала я плечами.

— Что за народ пошел, никакого усердия! — сокрушенно покачал головой демон. — Ну хоть немного стоило бы напрячь мозги!

— Что может эдакого продемонстрировать простая знахарка?

— Разве что кого-нибудь вылечить? — ответил он вопросом на вопрос.

— Ага, вызову добровольца и сделаю интубацию самопишущим пером прямо на виду у зевак. Без рук. Вот все удивятся!

Бальтазар в ужасе посмотрел на меня, а затем от души расхохотался.

— Неплохо! У тебя темное чувство юмора.

— Черное.

— Черное, это если бы ты это не рассказала, а показала.

— Пожалуй, не могу не согласиться. — Я хмуро улыбнулась и решила, что это мой шанс. — Бальтазар, помоги, пожалуйста, а? Научи хотя бы простейшему приему, или, как тут у вас принято, заклинанию? Не понимаю, зачем я здесь, но раз уж ты так настоял на моем участии в конкурсе, помогай. Мало будет толку, если не пройду первое же испытание.

— Мои услуги дорого стоят, — задумчиво протянул демон, оценивающе на меня глядя.

Не выдержав, я грубо высказалась на непечатном русском, что именно думаю о нем и его расценках.

— Между прочим, в некоторых мирах эти слова имеют мощную разрушительную силу и приравниваются к запрещенным заклинаниям, — часто моргая, немного обиженно прокомментировал демон.

— Отлично! Тогда их-то я и продемонстрирую завтра. По рукам?

— Хорошо! Умеешь ты уговаривать, знахарка из Москвинии. — Он иронично ухмыльнулся. — Смотри.

Щелчок пальцев, и на столике появилось какое-то маленькое существо, похожее на стрекозла из дворца, только размерами едва ли больше моей ладони. Оно испуганно заозиралось по сторонам, взлетело на трепещущих крылышках, но тут же оказалось пойманным когтистой рукой. Бальтазар поднес его к самому лицу и прошипел, покосившись на меня:

— Терпеть не могу этих мерзавцев!

Зажав двумя пальцами маленькую голову, он приставил к горлу существа кончик острого когтя. Стрекозлик что-то запищал на незнакомом языке и задрыгал ножками, тщетно порываясь высвободиться. Наблюдать за пыткой было неприятно.

— Прекрати!

— Жалко? Ну тогда ты его и вылечишь.

— А если не смогу?

— Одним виссаром больше, одним меньше, — философски скривил рот демонюка. — Тебе-то какое дело?

— Я не знаю его анатомии, не понимаю принципов лечения магией, не умею…

Не дожидаясь, пока я приведу все доводы, Бальтазар чиркнул когтем, распарывая одну из маленьких ручек от плеча и до локтя. Существо пронзительно запищало, неловко плюхнулось на поверхность стола, баюкая раненую руку, которую уже целиком залила зеленая жижа, заменяющая ему кровь.

— Зачем?!

— Лечи.

— Но как? Здесь разве есть аптечка? Антисептики?

— Просто. Наложи. Руки! — рявкнул демон.

— На себя, что ли? — сорвалась я на тот самый темный юмор.

— На него! Представь, как восстанавливаются ткани, как затягивается, зарастает рана. Да не жалей энергии, но и сразу много не вливай.

Упав на колени возле столика, я осторожно поместила стонущего виссара к себе на ладонь, расположила над ним вторую и прикрыла глаза, пробуя все сделать, как объяснил Бальтазар. Перед внутренним взором постепенно появилась картинка: раненый стрекозлик, которого окутывает мягкое нежно-зеленое свечение, источаемое моей рукой. Я старательно представляла процесс лечения, насколько это было возможно, и даже пыталась играть интенсивностью исходящего из ладони света. Открыв глаза, обнаружила, что и на деле все так.

У меня получилось! Виссар сел, осмотрел руку и широко улыбнулся, его рана затянулась, и намека на нее не осталось. Собираясь сообщить Бальтазару об успехе, я подняла голову, но демона в комнате уже не было. Сей факт нисколечко меня не огорчил. Туда ему и дорога. Или оттуда или, скорее, отсюда.

— Ну все. Кажется, справилась. Лететь можешь?

Виссар встал на ноги и изящно поклонился, приложив все три пары к местам, где, наверное, у него располагались сердца, после чего взмыл в воздух и… банально вылетел в окно. Всего долю секунды я размышляла на тему: а всегда такие вот гости влетают в покои так же свободно, как и вылетают, или нет? После чего бросилась к морфику.

Безжизненный Клякса был жив, хотя его вид оставлял желать лучшего. Совсем плоский и серый, он почти утратил прозрачность. Не медля больше ни секунды, я принялась вливать в него энергию, радуясь своевременной науке. Оказывается, и от Бальтазара может быть толк. Свечение, источаемое моей ладонью, приобрело фиолетовый оттенок и с жадностью поглощалось тельцем морфа, внутри которого возникали всполохи, искорки и вращались какие-то мерцающие пылинки, то и дело появлялись вспышки света как будто где-то далеко. Красиво… Все это становилось ярче и ярче. Завораживало. Одновременно я ощущала наваливающуюся все сильнее слабость.

Пришла в себя, когда в лицо плеснули водой, и, фыркнув, попыталась увернуться. Тут же поток прохладного воздуха обдал мокрую кожу. Я открыла глаза и увидела перед собой морфа. С обеспокоенным выражением на мордочке он махал большими крыльями по виду как у бабочки. Увидев, что я очнулась, Клякса издал радостный звук и выполнил мертвую петлю, прежде чем с размаха шлепнуться мне на грудь и обнять лапками.

— О! Ты в порядке?

Морф снова взмыл в воздух и что-то защебетал.

— Если коротко, ты рад меня видеть?

Дракончик кивнул и растянул челюсти в натуральной улыбке.

— А теперь рассказывай, где ты был и что с тобой случилось. Ну или показывай, — уточнила я.

Все равно ведь он толком не говорит. Но морф только отшатнулся и помотал головой.

— Начинается… — тяжко вздохнула я, и тут же из гостиной послышался голос Карли:

— Диали? Вы здесь?

— Я в спальне, Карли. Заходи, — позвала я, одновременно махая, чтобы морфик куда-нибудь скрылся.

Клякса спикировал на комод и застыл, превратившись в вырезанную из темного камня статуэтку на мгновение раньше, чем лисичка показалась на пороге.

— Простите меня, диали! Я… я опоздала. Хотя… Мне нет прощения…

В ужасе схватив «пель», я выдохнула: до ужина еще осталось минут десять. Успею, если буду собираться быстро.

— Приготовь одежду, что-то темное и простое.

Я бросилась к зеркалу и схватилась за расческу. Приятного синего цвета платье, поданное Карли, длиной в пол с приталенным силуэтом, У-образным вырезом и широким поясом оказалось находкой. Оно выглядело просто и одновременно благородно, к тому же с ним идеально сочетался защитный кулон. Нашлись и мягкие удобные туфельки на семисантиметровой шпильке.

Уже по пути к выходу лисичка, показавшаяся мне грустной, сделала пасс, и мои волосы сами подобрались у висков. Что там в итоге вышло, разглядывать было некогда, и я поторопилась в столовую. Успеваю. Вдруг что-то заставило меня притормозить и остановиться у выхода в галерею.

Мимо, плавно покачивая бедрами, продефилировали две эльфийки. Надо же! Не знала, что они тоже где-то здесь обитают. Странно, что раньше мы не встречались в коридоре. От мыслей отвлек легкий толчок в грудь, посмотрев вниз, я обнаружила морфика-дракона, который обвил собой кристалл амулета, превратив его в изящное украшение, и обрадовалась. Ура! Клякса снова рядом, а значит, никакие силы не заставят меня так вот запросто целоваться с драоном Абданкеном.

Я тихонько вышла из коридора и, стараясь не стучать каблуками, поспешила за эльфийками, невольно прислушиваясь к их разговору, кстати, довольно любопытному.

— Да как она вообще осмелилась заявиться на отбор с такой-то рожей? Какой мужчина в своем уме посмотрит на орчиху? — возмущенно вопрошала Иилима из дома Кавеларов.

Светловолосая, остроухая, изящная, она обладала классической эльфийской внешностью, с детства знакомой по книгам и фильмам.

— Это всего лишь дань традиции, — ответила ее подружка. — Пригласили, вот и заявилась. Отказаться было бы невежливо.

Судя по коротко стриженным рыжим волосам с голубыми прядями и платью, у которого передний край подола даже колен не прикрывал, Экс явно прибыла из прогрессивного мира. К тому же у нее было какое-то совсем зубодробительное полное имя, ассоциирующееся у меня с мечом короля Артура.

— И все равно вонючим оркам среди нас не место!

Я чуть руками не всплеснула. Только посмотрите, какая расистка выискалась! Готова поспорить, спокойные и свежие травяные духи Ораны намного приятнее, чем цветочно-сладкое нечто, которым благоухали остроухие невесты. Так кто тут еще вонючий, спрашивается?

— Тогда уж и демонессам не место, — продолжила размышлять Экс.

— Экскалиара, ты что, ее защищаешь?! — подозрительно прищурилась светленькая.

— Успокойся, Ил. Разве я объявляла о выходе из коалиции? Увидишь, на ужин принцессе лягушек снова подадут «нечто особенное».

Я даже приостановилась. Как-как это она Орану назвала?!

Но тут же бросилась догонять на цыпочках, чтобы не пропустить что-нибудь важное. Кстати! Я же им в затылок дышу и едва через плечо не заглядываю, а они меня так до сих пор и не заметили! И где же хваленые эльфийский слух, чутье и все такое? Или тут дело в другом? А ведь и правда странно… Здесь обитает тридцать невест, которые целый день ходят туда-сюда на завтрак, обед и ужин, на занятия одним и тем же путем, но я до сих пор, кроме орчихи, так никого на галерее и не встретила ни разу. Всех только на лестнице или в холле. Магия?

— Я сумела убедить повариху, что опаленные куриные лапы в тараканьем желе — это то, чего достойна зеленокожая. И чтобы опалили непременно синим пламенем.

Эльфийки захихикали, радуясь каверзе. Затем Иилима спросила серьезно:

— Она твоего лица, надеюсь, не видела?

— Мои иллюзии идеальны. Повариха считает, что выполняет распоряжение старой карги.

Раздался новый залп приглушенного смеха, но тут мы вышли на лестницу, и эльфийки мгновенно переключились на разговор о нарядах. От неожиданности я даже не сообразила немного от них отстать и совершила роковую ошибку. Иилима чуть замедлилась на верхней ступеньке, и я наступила ей на задник туфли. Вскрикнув, она кубарем покатилась вниз.

— Боже!

Лишь на мгновение я растерялась, но тут же устремилась вслед за ней, едва не загремев костями.

— Идиотка! — заорала подскочившая, точно мячик, дочь дома Кавеларов.

Кажется, падение не слишком ей повредило. Нервным жестом она поправила взлохмаченные во время феерического полета волосы и, направив на меня обвинительно указующий палец, заверещала на все помещение:

— Если ты хотела таким образом от меня избавиться, то сильно просчиталась, тварь!

И где, спрашивается, голосок, звенящий хрустальным колокольчиком? Вопли эльфийки били по нервам не хуже бензопилы.

— Прости, Ил, я нечаянно. С тобой все в порядке?

Эльфийка не успела ответить, от одной из арок к нам уже спешила деора Агенси.

— Диали, что происходит?

— Деора Агенси, эта… диали. Она хотела… — начала было эльфийка, и я поняла, сейчас меня обвинят во всех грехах и отчислят.

Может, и фиг с ним? Единственное, что держит, — это морф, которого заберу с собой. И Дрейк… Но эта причина почти эфемерная. И все же… Есть еще и Орана, уцепилась я за эту мысль. Неизвестно, что они подстроят принцессе в следующий раз.

— Я знаю про коалицию, — шепнула себе под нос.

На этот раз эльфийский слух Иилиму не подвел, и она закончила фразу иначе, чем собиралась:

— …мне помочь! Я была неосторожной, простите.

Эльфийка зло зыркнула в мою сторону, прежде чем напустить на себя невинный вид и со смущенной улыбкой повернуться к свахе. Агенси, внимательно осмотрев нашу троицу сквозь лорнет, вынесла вердикт:

— Раз все в порядке, поторопитесь, диали. Вы и так уже опоздали, минус балл каждой.

Счет открыт.

Не считая поданных Оране опаленных куриных лап в тараканьем желе и присутствия мерзкого стрекозла, ужин прошел относительно безмятежно. Невесты делились впечатлениями о первом дне испытаний на камеру, в роли которой выступали сразу четыре стрекозы, пялящихся лупатыми глазами с разных ракурсов. Вот почему присутствие на ужине обязательно — общение с прессой, куда же без этого.

Эльфийки то и дело мило мне улыбались, вызывая своим вниманием невроз у Ораны. Я пока решила не рассказывать подруге, чьих рук дело ее странное меню. Рассвирепеет еще и жахнет дурищ молнией вроде той, о которой рассказывала. Неизвестно, справятся ли с такой напастью амулетики, что выдал невестам Дрейк? Решив разобраться с эльфийками позже, я привычно поделила ужин на две части и принялась за перепелку во фруктовом сиропе, ну или очень напоминающую ее вкусом птицу, как вдруг раздался возмущенный голос дриады:

— Украшения и драгоценности запрещены, но она напялила!

Я даже не сразу поняла, о ком идет речь, и только когда Орана пихнула меня локтем в бок, посмотрела на Эльталло. Дриада в обличительном порыве указывала на меня пальцем, а ее татуировки, напоминающие древесные прожилки, возмущенно мерцали. Отметив, что нас продолжают снимать — все стрекозы с обеденного зала собрались вокруг, — я постаралась затолкать страх за разоблачение морфа куда подальше. Исполнившись величия, взглянула прямо на дриаду, спокойно ответила:

— Вероятно, диали Эльталло стоит получше ознакомиться со справочником этикета?

Говоря это, я надеялась, что, как и в любом подобном пособии, там непременно сказано, что показывать пальцем нехорошо.

— Браво, диали Хельга!

Сваха медленно двинулась в сторону дриады, замысловатый рисунок на лице которой уже полыхал праведным золотом.

— Диали Эльталло, участницам отбора не запрещено использовать ухищрения, чтобы придать защитному амулету благопристойный и соответствующий наряду и обстоятельствам вид. На ужине подобное украшение уместно, а выбранная тематика не противоречит духу мероприятия.

Сваха еще некоторое время разглагольствовала на эту тему, потом снова похвалила меня, поставив в пример. Пожурила дриаду, тоже поставив в пример и лишив ту очередного балла, а затем напомнила всем остальным о важной роли этикета в жизни будущей императрицы и любой приличной диали. За это время невесты как раз успели покончить с ужином, а стрекозы придремать прямо в воздухе. Наконец, деора Агенси завершила свою речь напутствием, рекомендуя хорошенько выспаться и быть готовыми к первому настоящему испытанию в императорском дворце.

Из столовой выходили все вместе, хорошо хоть не за ручки и парами, как в детском саду. В фойе уже ждал одетый с иголочки драон Абданкен, от безупречного вида которого у половины невест масленисто заблестели глаза. Он был не один, позади выстроилась целая шеренга каких-то людей.

— Добрый вечер, прелестные диали. Рад вас снова видеть, — залился соловьем мистер Рок-Звезда, и меня неумолимо потянуло огреть его палкой.

Ну хоть не целоваться тянет, и то хлеб. Спасибо тебе, Клякса!

— Сегодня каждая из вас выбрала один предмет, который пожелала изучать во время отбора, — продолжал Дрейк. — Похвально, что никто не отказался от лишних знаний.

— А что, было можно? — раздался громкий шепот позади, кажется, это снова Эльталло.

Мое внимание тем временем приковал монументальный, бугрящийся гипертрофированными мышцами мужик, что скалой возвышался над остальными. Мать моя, и такие бывают?! Он вообще принадлежит к человеческой расе? Габаритами мужчина спорил с танком «Армата», не меньше. Такой и на Валуева бантик нацепит и на плечо как первоклассницу с колокольчиком посадит. Лысый череп и лицо, сплошь покрытые татуировками, дополняли колоритный облик. Могучий, как тучи, образец генетических девиаций, тепло улыбаясь, насколько такое возможно с подобным лицом, уставился прямо в нашу сторону. Осознав, что стоявшая только что рядом принцесса плавно перетекла за мою спину, я начала оборачиваться.

— Не шевелис-сь, — едва слышно прошипела Орана.

Зуб даю, она даже немного присела, чтобы казаться ниже ростом. Ну и что это за детский сад? Неужели все потому, что получила по зеленой попе? Я уже сообразила, что этот громила и есть учитель Ораны — Тиль Дертан. Тут снова заговорил Дрейк:

— Диали, сейчас я представлю учителей, и вы сможете обсудить с ними план занятий на оставшееся время, а также задать вопросы, которые помогут пройти завтрашнее испытание. Кроме того, в ваше распоряжение поступает терраса и прилегающий к ней участок сада. Можете без опаски гулять и наслаждаться свежим воздухом.

О! А вот это уже дело! Надоело сидеть в четырех стенах.

Когда Дрейк закончил, учителя с ученицами группами и парами разбрелись по холлу и террасе. Даже Орана на трясущихся ногах рискнула выйти из-за своего ненадежного укрытия и направилась к своему гиганту. Когда, заливаясь краской, она положила руку ему на сгиб локтя, я выдохнула и наконец осознала, что рядом со мной в терпеливом ожидании стоит сухонький старичок с белоснежной, торчащей коротким клинышком бородой. Драон Кикорос — учитель магии, услужливо подсказала память, я запомнила, как Дрейк его представлял. Кстати, а куда это он сам собрался?

Мистер Рок-Звезда, совершенно не обращая на меня внимания, уже намеревался уходить. Или, скорее, исчезать, как это у него водится.

— Диали Хельга. У вас есть ко мне какие-то вопросы? — с вежливой официальной улыбкой повернулся он, стоило коснуться его руки.

Скрипнув зубами, на миг прикрыла глаза. Да, твою дивизию! У меня есть вопросы. Например, что это за дед и почему ты больше не мой учитель магии?! Нет, могу понять, что не по уровню Дрейку меня учить или времени свободного нет — государев человек как-никак. Или, может, педагогическое образование отсутствует, судя по первому и последнему нашему уроку, но блин! До чего же обидно…

— Да, я кое-что желаю спросить. Если можно.

Я изобразила вежливый книксен, как учила деора Агенси, а он, положив мою руку себе на сгиб локтя, двинулся к выходу в сад. Когда мы оказались на посыпанной мерцающим гравием дорожке, Дрейк заговорил вновь:

— Слушаю.

Сухо-то как! Что-то внутри разом упало. Высвободив руку, я преградила ему путь, вынуждая остановиться.

— Дрейк, что случилось?

Показалось или он сдержал вздох?

— Ничего. Просто вспомнил о своих обязанностях в качестве организатора отбора невест. Я должен заботиться не только о сохранности, но и моральном облике участниц.

Вот так просто он рвал в клочья едва зародившееся чувство. Морф уберегал меня от гипертрофированного влечения, но совершенно не защищал от той боли, что неожиданно пронзила грудь. Невольно коснулась висящего на шее амулета и, плохо соображая, оглянулась по сторонам не в силах побороть растерянность. Разговаривать о чем-то еще тоже не хотелось, поэтому я сделала книксен:

— Драон Абданкен.

Не говоря больше ничего, я удалилась. К седобородому дедушке возвращаться совершенно не хотелось, как и участвовать в завтрашнем испытании, поэтому я направилась в глубь сада, раз уж дозволили гулять.

Глава 10

Бездумно двигаясь по дорожкам, я набрела на маленький пруд и, присев на лавочку, принялась наблюдать за парой странных птичек, которых и птичками было сложно назвать. Забавные существа представляли собой что-то вроде миниатюрных пеликанов, но вместо перьев покрытых гладкой, как у морских котиков, шерстью. Исключение составляли кожистые, как у дракона или летучей мыши, крылья. Эти создания кружили в завораживающем танце, а их окраска менялась на глазах, переливаясь всеми цветами радуги. Тут меня и обнаружил драон Кикорос, который проявил настойчивость и сам подошел ко мне:

— Разрешите составить вам компанию, диали Хельга?

Я кивнула, и он, откинув фалды показавшегося мне старомодным сюртука, опустился на лавку рядом. Немного помолчал, не спеша начинать разговор. Все еще ошарашенная переменами в Дрейке, я тоже не стремилась нарушать молчание.

Страницы: «« « 345678910 » ... »»