До тебя Дуглас Пенелопа

Боже.

Я отошел от Кейси и кивнул ей.

– Напиши, если захочешь прийти. Лиам узнает об этом.

А Тэйт тебя увидит.

– Он же не должен думать, что ты весь вечер сидишь дома одна, правда?

Я знал, что Кейси это подстегнет.

Но, прежде чем она успела ответить, я шлепнул ее по заднице, специально для Лиама.

Кейси только улыбнулась мне, расширив глаза от удивления, а потом повернулась и убежала на урок.

Я со вздохом посмотрел ей вслед.

Я на урок не собирался. У меня на это утро была назначена встреча с чертовым социальным педагогом. Пора было говорить о колледже.

На самом деле говорить надо было в прошлом году. А теперь, учитывая тот факт, что я так ничего и не спланировал, посыл будет такой: прими решение или застели постель и ложись.

– Эй, дружище. – Не успел я сделать и шага, как Мэдок вышел из дверей столовой. – Это Кейси сейчас отсюда убежала? Неужели ты до сих пор ее не трахнул? – Он закрыл крышкой свой «Гаторейд».

Я развернулся, зная, что он пойдет за мной.

– Почему ты так решил?

– Ну, потому что тебя еще ни разу не видели в компании с девицей, с которой ты уже переспал. Готов поспорить, ты вычеркиваешь их имена из памяти, еще даже не сняв презерватив.

Я остановился перед лестницей, на которую мне надо было свернуть. Он что, серьезно? Осуждающий тон от него?

– Можно подумать, ты сам так не делаешь? – обозлился я, сунув руки в карманы джинсов.

У Мэдока послужной список был, вероятно, подлиннее моего.

– Да-да, знаю. – Он пожал плечами. – Просто, по-моему, тебе никогда не приходилось так стараться, чтобы затащить девчонку в постель.

Мэдок выжидающе смотрел на меня из-под своих распухших после вчерашней драки век.

– Мне некуда спешить. Может, с этой я хочу еще немного поиграть. – Я не мог сказать другу всю правду.

Я никому ничего не говорил.

– Тэйт взбесится, – подчеркнул он, как будто мне это в голову не приходило.

– В этом весь смысл.

Мэдок кивнул.

– Ох… так вот каков план.

Ну, а что он, черт возьми, думал? Что я на самом деле встречаюсь с Кейси? С меня довольно.

– Еще раз спасибо, что прикрыл меня вчера. – Я начал подниматься по лестнице.

Но Мэдок не унимался.

– Вся эта фигня? – произнес он, и я застыл. – С Тэйт? Зачем мы это делаем? Знаю, я уже спрашивал раньше, но ты ни черта мне не рассказываешь. Я просто не понимаю.

Господи боже.

Я повернулся к нему лицом, собираясь поставить точку в этом разговоре.

Прежде он часто меня спрашивал, и всякий раз я находил для себя новые объяснения для нападок на эту девчонку.

Мне нравится играть в игры.

Мне хочется контроля.

Я защищаю ее.

Но ответа, который бы полностью меня удовлетворял, у меня не было. Не говоря уже о том, чтобы его озвучить. В моих мыслях причина всегда казалась разумной, но, облеченная в слова, она прозвучала бы бредово.

Но хотя Мэдок и проявлял излишнее любопытство, из игры приятель не выходил. Всякий раз, когда мне нужна была помощь, чтобы распустить слух про Тэйт или как-то еще ей напакостить, он всегда вызывался это сделать. По моей просьбе и по собственному желанию.

Как год назад на той вечеринке, когда он бросил ее ключи в бассейн, а она сломала ему нос.

Все его идея.

Как во время моей первой вечеринки в этом году, когда она закричала «Копы!». Разве я просил его лезть к ней?

Я сузил глаза.

– Мне кажется, ты вообще слишком стараешься. Подкалываешь ее без моего ведома. Так какая тебе разница?

Мэдок нервно хохотнул, отмахиваясь от меня.

– Дело не во мне. Я никогда не хотел нажить врага в лице этой девчонки. Тэйт вчера выскочила на улицу, словно хотела спасти наши задницы. Она секси, спортсменка, упрямая и умеет обращаться с оружием. Как такая может не нравиться?

Мои плечи напряглись. Я не хотел, чтобы другие люди видели в ней все это. Мне не нравилось, что Мэдок воспринимает ее так. И откровенно бесило то, что он пускает по ней слюни.

Я спустился по ступенькам, стуча ботинками по плитке почти так же сильно, как кровь стучала у меня в ушах.

– Держись от нее подальше, – набросился я на него.

Мэдок с улыбкой поднял руки, словно пытался меня успокоить.

– Эй, приятель, не беспокойся. Девчонка сломала мне нос и двинула по яйцам. По-моему, этот поезд давно ушел. – Он с озадаченным видом прищурился. – Но если она тебе не нужна, то почему бы остальным не попытать счастья?

Действительно, почему?

То дерьмо, которое я выливал на Тэйт последние годы, можно было объяснить ненавистью, злостью, жаждой контроля.

Но то, что я никого к ней не подпускал? Это была уже не игра.

Я просто не хотел, чтобы кто-то целовал ее или прикасался к ней.

Мне нужно было наконец с этим смириться.

– Я ей больше мешать не собираюсь, – сказал я спокойно. – Если хочет встречаться или переспать с каждым парнем в школе, ее дело. С меня хватит.

– Отлично, – ответил Мэдок, и его болтливый рот растянулся в широкой ухмылке. – Потому что вчера она ходила на свидание с Беном Джеймисоном.

Стены сжались вокруг меня. Мэдок уменьшился в размерах, а потом еще.

Бен и Тэйт? Нет, нет, нет…

Я начал задыхаться в своей черной толстовке, и впервые с прошлой осени мне всерьез захотелось оторвать проклятые рукава просто для того, чтобы нормально дышать.

– Ну и что, – процедил я сквозь зубы, почти не разжимая челюстей. – Мне без разницы. Пусть ее берет любой, кто захочет.

Но сам я в это не верил ни секунды.

* * *

Тэйт и Кейси выясняли отношения за ланчем. Я видел, как они обедают за одним из столиков на улице. Обе что-то напряженно говорили. Тэйт смотрела в сторону и качала головой, а Кейси сидела с извиняющимся видом.

Хоть я и говорил себе, что дело того стоит, я по-прежнему ощущал себя последней мразью. Кейси явно не сказала Тэйт, что использует меня для того, чтобы насолить бойфренду. Если бы сказала, они бы, вероятно, не ссорились сейчас. Вряд ли Тэйт удовлетворил бы такой расклад, но она хотя бы не сидела с хмурым видом, почти не притрагиваясь к еде.

Нет, Тэйт думала, что мы с Кейси встречаемся.

Пускать слухи о том, что у нее венерическое заболевание или вши, было подло, но все же смешно. Но пытаться отнять у нее лучшую подругу – вот это по-настоящему жестоко. Это действительно ранит ее.

Именно этого я и хочу, напоминал я себе.

Но день за днем я ловил себя на том, что словно загипнотизированный наблюдаю за каждым ее движением. За тем, как методично она точит свои драгоценные карандаши, за тем, как волосы падают ей на плечо, когда она наклоняется к сумке, или за тем, как изгибается ее тело, когда она садится или встает с места. Каждый сантиметр ее кожи, каждая улыбка, каждый раз, когда она облизывала губы, – меня словно пронзал электрический разряд, устремляясь прямо в пах, и мне даже иногда хотелось, чтобы она снова уехала во Францию.

По меньшей мере, так я мог бы ненавидеть ее, а не мечтать трахнуть каждую секунду.

Мэдок называл подобное «сексом по ненависти». Он как-то сказал мне, что никогда никого не любил, но однажды занимался сексом с девчонкой, которую реально ненавидел, и это был лучший секс в его жизни.

Страсть, наказание, ярость – все это звучало довольно заманчиво, но на деле представляло собой опасную смесь.

Я выдохнул и, распрямив плечи, отправился на последнее занятие этого дня – то самое, на котором присутствовала Тэйт.

– Уйди.

Едва войдя в дверь, я услышал ее голос и тут же переключил внимание на Нэйта Дитриха, который стоял, облокотившись на ее парту.

– Предупреждаю в последний раз, – сказала она с раздраженным и одновременно смущенным видом.

– Джаред прав, – проворчал Нэйт и выпрямился. – Ты того не стоишь.

Я рванулся вперед.

– Сядь, Нэйт.

Он резко обернулся, подняв брови от удивления. Мы стояли в проходе между рядами столов, которые быстро заполнялись учениками.

– Эй, чувак, без обид. – Он поднял руки вверх. – Если ты с ней еще не закончил…

Я напряг руки – у меня было желание схватить его за яйца и вышвырнуть отсюда.

Если я с ней еще не закончил?

И в этот же момент мне внезапно захотелось залезть в свою раковину и спрятаться ото всех.

Горло сжалось.

Какого черта?

Я хотел причинить ей боль. Я не хотел причинять ей боль.

Я ненавидел ее. Я любил ее.

Я хотел надругаться над ее телом сотней различных способов. Я хотел защитить ее.

Невозможно описать, в каком я был замешательстве прямо сейчас, но одно я знал наверняка.

Она не какая-нибудь шалава.

За несколько лет Тэйт пришлось вытерпеть множество унижений по моей вине. Людьми легко манипулировать. Им хочется быть в курсе, и сплетни принимаются за истину. Стоит сказать людям, что кто-то проколол себе клитор или ест собак, и все – остается только наблюдать за тем, как школа полнится слухами.

Однако в последних классах школы эффект от моих детских сплетен был таким же, как от порванного презерватива. Мне хотелось, чтобы парни держались от Тэйт подальше, но это уже не срабатывало. Они видели ее красоту, а теперь, после эпизода в раздевалке, еще и считали ее доступной.

И впервые я понял, что, мучая эту девушку, не обретаю желанного покоя. Мне захотелось крепко ее обнять и увидеть, как она улыбается.

Я сузил глаза, желая оказаться в идеальном мире, где я смог бы метать дротики для дартса в член этого парня.

– Больше с ней не разговаривай, – приказал Нэйту я. – Иди. – И я дернул подбородком в тот угол, в котором этот козел должен был скрыться.

Я что, лучше его?

Нет. Но с этим я разберусь попозже.

Нэйт отступил, но Тэйт раздосадованно вздохнула и поджала губы. Я увидел ее сердитый взгляд, понял, что он предназначается мне, но не успел понять почему, как она заговорила.

– Не надо делать мне одолжений! – процедила она сквозь зубы. – Ты несчастный кусок дерьма, Джаред. Но, с другой стороны, я бы тоже, наверное, была несчастна, если бы родители меня ненавидели. Отец тебя бросил, мама избегает. Но кто их может за это винить, верно?

Я перестал дышать, и стены обступили меня со всех сторон.

Какого хрена она только что сказала?

Я смотрел на нее, чувствуя себя разбитым, онемевшим. Я знал, что такие слова совершенно не в ее духе, но в то же время понимал, что она сказала правду.

Я не забыл дышать. Мне просто больше не хотелось.

У меня было такое ощущение, словно все взгляды были прикованы ко мне, и одноклассники шептались в ладошку, смеясь надо мной. Я был разоблачен, и все теперь знали о моих проблемах.

Но, оглядевшись, я понял, что никто даже не обращает на нас внимания.

Я снова сфокусировался на Тэйт и вспомнил, почему ненавидел ее.

С виду она была хорошей девочкой, но пусть это не вводит вас в заблуждение – внутри сидела стерва.

– Итак, класс, – раздался голос миссис Пенли, появившейся в дверях.

Я молча пошел на свое место.

– Пожалуйста, возьмите свои компасы и посмотрите, кто ваш «Восток». Когда скажу «начали», собирайте вещи и садитесь рядом с партнером по сегодняшней дискуссии. Можете сдвигать парты бок к боку или лицом к лицу. Начали.

Не успел я достать свой «компас», как на меня налетела Иви Доннер.

Но я почти не слушал ее болтовню.

Тэйт присоединилась к Бену Джеймисону, они сдвигали парты лицом к лицу.

Странно, но, глядя на нее сейчас, я не чувствовал ничего. Словно одеревенел. Желание обнять ее и попросить у нее прощения, которое я испытывал две минуты назад, исчезло.

И более того, я даже не ощущал злости.

Тэйт для меня потеряна. Мне все равно.

Я дерьмо. И на это мне тоже плевать.

Она время от времени поглядывала в мою сторону. Но я не хотел ее. И ненавидеть тоже не мог.

Мне. Было. Просто. Все. Равно.

Глава 17

– Хватит! – рассмеялась Кейси. – Ты снова мухлюешь!

– Ничего я не мухлюю, – ухмыльнувшись, я оперся на бильярдный кий. – Я забил шар. Следующий удар мой.

Мы с Кейси спорили, стоя по разные стороны бильярдного стола, и при виде ее неподдельной досады мне хотелось смеяться.

Кейси – акула бильярда. Кто бы только мог подумать?

После школы и эпизода с Тэйт я выпустил пар на работе, а потом поехал домой.

Сбавив скорость на подъездной дорожке, я заметил, что у соседнего дома припаркован черный «Линкольн», и не смог сдержать стона.

Бабушка Тэйт.

По идее, меня должно было взбесить то, что рядом с Тэйт теперь находился взрослый человек, который мог вмешаться.

Но дело было не в этом.

Ее бабушка любила совать всюду свой нос и всегда, когда приезжала, пыталась поговорить со мной. Я должен был предвидеть, что она приедет пожить с Тэйт, раз та была сейчас совсем одна. Надеюсь, она не задержится здесь надолго.

Кейси пришла около восьми, и теперь мы начинали пятую партию в бильярд.

– Ты назвал шестой, – возразила она. – А не шестой и десятый! Нельзя загнать два шара в одну лузу одновременно. Ты должен сделать то, что объявил.

– Я объявляю себя крутым, – парировал я.

Она нахмурилась и скорчила раздосадованную гримасу.

Кейси сердилась довольно мило, и выглядела тоже прелестно. Ее длинные каштановые волосы, на тон светлее моих, были собраны в небрежный хвост, а на лице не было ни грамма косметики.

Если и есть самый красноречивый признак того, что девчонка на тебя не запала, – вот он.

– Прекрасно. – Я пожал плечами и вскинул руки, изображая раздражение. – Давай тогда, твой удар.

Она просияла и склонилась над столом.

Несмотря на то, что на часах было почти десять, я не спешил ее выпроваживать.

Кейси выиграла четыре из пяти партий, и я уже думал, что мне придется съездить в неотложку, чтобы мне там заново пришили яйца. Интересно было узнать, как такая зажатая девушка, которая в девятом классе на уроке биологии и анатомии не могла притронуться ни к одному экспонату, не сказав: «Фу», стала таким яростным игроком в бильярд.

Мы пошли в гостиную, и я приобнял ее рукой за шею, мягко притянув к себе.

– Мне нужно кое о чем тебя спросить.

Кейси шумно вздохнула.

– Да, мне тоже.

Я посмотрел на нее:

– Ты первая.

Плюхнувшись на диван, она уставилась на свои руки, сложенные на коленях.

– Джаред, я знаю, что ты используешь меня для того, чтобы помучить Тэйт. Чтобы разозлить ее или… – И она подняла на меня глаза, – или заставить ревновать.

Мои ноги словно одеревенели, и я не стал садиться. Скрестив руки, я подошел к окну, покрытому каплями дождя, и по привычке посмотрел на темное окно Тэйт.

Не надо.

– Джаред, – продолжала Кейси. – Я тебя тоже использую. Даже не уверена, хочу ли я вернуть Лиама, но мне нужно, чтобы он знал, что я не сижу дома, дожидаясь его. Поэтому я и согласилась прийти к тебе. Тэйт сказала, что она сегодня занята, а я не хотела оставаться одна.

Я повернулся и, склонив голову набок, посмотрел на нее.

– Ты могла бы использовать любого парня, что бы заставить Лиама ревновать, Кейси. Почему я? Ты же знала, что Тэйт будет больно, если она решит, что мы с тобой встречаемся.

Она как будто вжалась в диван. У нее вытянулось лицо, она медленно притянула колени к груди и обхватила их руками.

– Моя мама… – произнесла Кейси почти шепотом, – слишком меня пасет. – Она покачала головой, так, словно слово «пасет» было слишком мягким в данной ситуации. – Подбирает для меня одежду, проверяет телефон, решает, на какие занятия мне ходить, и даже… – Но тут у нее перехватило дыхание, и она подавила рыдание.

У меня пересохло во рту, я оцепенел.

Господи.

О чем она хочет мне сказать?

Большим пальцем Кейси отерла пролившиеся слезы.

– Как бы там ни было, после произошедшего с Лиамом, я поняла, что устала быть такой, какой была всегда. Устала быть слабой, вечно идти у всех на поводу. Я подумала, что Джаред Трент сможет досадить Лиаму как никто другой.

Уголки ее губ слегка изогнулись в улыбке, и я понял, о чем она.

Нам обоим хотелось контроля.

– Но ты знала, что это ранит Тэйт, – напомнил я, все еще пытаясь найти объяснение тому, что она согласилась причинить боль так называемой лучшей подруге.

– Да, – вздохнула Кейси. – Такое не входило в мои планы, но я подумала, что это изменит ход игры, которую вы двое ведете. Сдвинет дело с мертвой точки, если можно так выразиться.

Я сдвинул брови.

– И ты пошла на это, рискуя потерять подругу?

Но Кейси только хохотнула, чем удивила меня.

– Ты не всевластен, Джаред. – Она опустила глаза, а потом мягко добавила: – У нас с Тэйт все будет в порядке. Но она не должна знать про наши дела. Она цельная личность. Не глупая и не неуверенная в себе. Я не хочу, чтобы она осуждала меня за то, что я играю в эти игры с Лиамом. Не хочу, чтобы кто-то знал правду.

Кейси снова опустила ноги на ковер и выпрямилась, встретившись со мной взглядом.

– Джаред, я понятия не имею, в чем у вас с Тэйт проблема, но я точно знаю, что ты неплохой парень. Я думала, что, когда она вернется, все будет иначе. Думала, вы двое оставите все в прошлом.

– Мы и оставили, – заверил ее я, садясь рядом. Кейси сузила глаза так, что остались только щелочки, и вздернула подбородок.

– Ты ее любишь, – сказала она. Это был не вопрос, и кровь прилила к моему лицу.

– Нет, – твердо ответил я.

– Хорошо. – Она хлопнула ладошками по коленям и внезапно как будто повеселела. Странно. – Бен Джеймисон будет на гонках в пятницу вечером. Скорее всего, он привезет с собой Тэйт. Ты сможешь не выпускать когти?

Хорошо, что мои руки лежали на спинке дивана, иначе она бы заметила, как я сжимаю кулаки.

Как бы я ни старался сохранять равнодушный вид, Мэдок, Кейси, а заодно и все остальные без конца напоминали мне, что Тэйт продолжает жить дальше.

– Мне все равно, кто и что делает, Кейси, – произнес я лишенным эмоций голосом.

Она изучала меня несколько секунд, а я смотрел прямо перед собой.

– Сделаешь мне одолжение? – попросила она, потирая свои выцветшие джинсы. – Подыграй мне на гонке? Лиам будет гоняться с Мэдоком, и я просто…

– Да, – перебил ее я, понимая, что ей нужно. – Договорились.

Если она хочет вызвать ревность у Лиама, я помогу. Не самое достойное занятие, но весьма забавное.

– Кино посмотрим? – предложил я, пытаясь сменить тему.

– Конечно. Любишь фильмы про танцы?

И в этот момент я чуть не выгнал ее за порог пинком под зад.

* * *

Снаружи шел сильный дождь, и воздух казался густым и наэлектризованным. Около полуночи я проводил Кейси, вручив ей свою толстовку, чтобы ей было чем прикрыть голову, а потом запер все двери и бегом поднялся по лестнице к себе в комнату.

Впервые за последние годы мне захотелось забраться на дерево.

Когда-то мы с Тэйт любили сидеть на нем во время грозы – да и не только. Хотя ее я на дереве не видел уже несколько лет.

Подняв окно, я высунул голову под дождь и ветер и тут же застыл.

Черт.

Тэйт сидела на дереве.

Мои пальцы вцепились в подоконник.

Первое, что мне пришло на ум, – это сравнение с ангелом. Ее развевающиеся блестящие волосы. Длинные стройные ноги, свесившиеся с ветки. Она была похожа на идеальную картинку.

А потом я вспомнил, что дьявол тоже когда-то был ангелом.

Ты несчастный кусок дерьма, Джаред. Слова, которые она бросила сегодня, ранили меня сильнее, чем я хотел признать.

– Сидишь на дереве в грозу? – язвительно произнес я. – Да ты просто гений какой-то.

Тэйт подняла голову и повернулась в мою сторону.

В ее взгляде – насколько я мог увидеть – не было знакомой мне злости. Да и смотрела она как будто мимо меня. Ее глаза были настороженными и немного печальными.

– Да, я тоже считаю себя гением, – сказала Тэйт и снова отвернулась.

Ее поведение сбило меня с толку. Она не была напуганной или робкой, но и огонь открывать не спешила. Ей было не по себе от того, что она сказала мне сегодня?

Ну, мне не нужно ее сожаление. Мне нужна ее гребаная злость.

Страницы: «« « ... 678910111213 » ... »»