Огненная кровь Стейвли Брайан

– Не думаю, что это можно назвать частью чего бы то ни было, – ответил Каден, медленно обернувшись к источенной и выветренной стене. – По крайней мере, теперь.

Наверху до темноты оставалось еще не меньше часа, но в глубине долины уже сгущалась ночь, и Валин усердно всматривался в полумрак, запоминая местность: водопад, озерцо, узкая река, уходящая на восток. К основанию стен с незапамятных времен обрушивались камнепады, а чуть дальше от подножия густо росли черные сосны, так что в обе стороны видно было всего на сотню шагов.

Валин обернулся к щербатой стене. С уровня земли внутрь вел единственный проем – в него, словно в беззубый рот, и нырнула Гвенна. На высоте в двадцать-тридцать футов тянулся ряд узких щелей – многие десятки бойниц. Вход окружала грубая резьба – человеческие фигуры, так стертые дождем и ветром, что Валин различал только позы, и то с трудом. Может быть, когда-то здесь изображалась победа, но изуродованные погодными явлениями тела наводили на мысли о поражении и смерти. Из камня торчали ржавые штыри, но петли, которые на них держались, давно пропали, как и сами прогнившие насквозь двери. Все говорило о том, что это место, чем бы оно ни было, давным-давно покинуто.

Лейт занялся Суант-рой: проверил, не повреждены ли маховые перья, потом осмотрел ведущий край каждого крыла. Птица Юрла ждала в десятке шагов; нахохлившись от подступающего ночного холода, кеттрал посматривал на всех непроницаемым черным глазом. Птица могла носить любого подготовленного человека, и, в теории, она не знала, что крыло Сами Юрла уничтожено людьми Валина, да и не было ей до этого дела. Но это в теории, будь она неладна. Валин готов был молиться Халу, чтобы теория не ошиблась.

– Им тоже ночной отдых пойдет на пользу, – сказал Лейт, перебирая пальцами хвостовое оперение Ра.

Валин покачал головой:

– Не будет им отдыха.

– Это почему? – обернулся к нему пилот.

– Ты знаешь призывный и командные свистки для птицы Юрла? – спросил Валин.

– А как же! Без них что с нее проку?

– Поднимешь обеих в воздух, – распорядился Валин. – Пусть ходят кругами. Птица Юрла – низко, над самыми деревьями, а Суант-ру подними повыше. Если придется быстро уходить, подзовем.

– Она устала, Вал, – покачал головой Лейт. – Обе устали.

– А мы не устали?

– Мы же собирались этой ночью поспать немножко. Даже на поднимающихся из каньона воздушных потоках тяжело кружить в небе полночи. Много ли нам будет проку с полумертвых птиц?

– Нам мертвым с них вовсе не будет проку, – сказал Валин. – Надо исходить из того, что за нами погоня. На нас объявлена охота. Охотники – крыло кеттрал, если не два.

– Почему исходить надо из этого?

Валин опешил:

– Мы же теперь преступники. Покинули Острова, ослушавшись прямого приказа. Перебили другое крыло…

– Которое покушалось на жизнь императора, – тихо напомнил подошедший Талал.

– Это известно только нам, – напомнил Валин. – С точки зрения Гнезда, мы предатели.

– Если они сами не предатели, – буркнул Лейт. – Давин Шалиль, или Блоха, или еще кто. Тогда нам и вовсе крышка.

Валин медленно выдохнул:

– Не думаю, чтобы Блоха был в этом замешан.

– Ты сам говоришь, что ублюдок за нами охотится.

– Говорю, – признал Валин. – Но не думаю, что он участвует в заговоре.

Он помолчал, соображая, не упустил ли чего, потом предложил:

– Подумаем вместе. Юрл с Балендином – злодеи, участники заговора, и Шалиль послала их на север.

– А-а… – кивнул Талал.

– Что «а-а»? – возмутился Лейт, переводя взгляд с Валина на лича и обратно. – Разъясните по буквам для меня, дурака.

– Если бы ты желал смерти императору, – сказал Валин, – и мог выбирать между Юрлом и Блохой, ты бы кого послал?

– А-а… Будь крыло ветеранов в заговоре, Шалиль послала бы их. – Лейт просветлел. – Хорошая новость! Охотники на нашей стороне.

– Только они об этом не знают, – уточнил Валин, – и вполне могут нашпиговать нас стрелами прежде, чем мы их известим.

– Плохая новость, – развел руками Лейт. – Все эти за и против меня убивают. И все-таки, если нас действительно выслеживают кеттрал, тем более надо дать птицам отдохнуть. Послушай, Валин, я в кеттралах разбираюсь. Пилотов лучше меня на Островах всего двое: Быстрый Джак и Ши Хоай Ми. Джак завалил Пробу, а Ши Хоай, если ты прав, охотится за нами, так что лучше меня ты не найдешь. А я говорю: дай им отдохнуть.

Валин нахмурился в темноте, попробовал поставить себя на место Блохи. Смешно сравнивать себя с Блохой, но он упрямо пытался.

– Тут суть не в мастерстве пилота, Лейт. Вопрос тактики. На их месте я бы постарался первым делом снять птиц. Спустить нас на землю. Нами, бескрылыми, они смогут крутить как захотят. Я этого не допущу.

Лейт широко развел руками:

– А ты видел, через какие горы мы летели? Возьмись даже все гребаное Гнездо их прочесывать, много ли шансов, что нас найдут?

– Все Гнездо меня не волнует, – ответил Валин, сдерживая злость. – Меня волнует Блоха. Он, как ты помнишь, тем и славен, что делает невозможное. Поднимай птиц в воздух. Одну пониже, другую повыше.

Сцепившись с ним взглядом, Лейт чуть помедлил и примирительно вскинул руки:

– Ты беспокойный сукин сын, Валин уй-Малкениан.

– Твое дело – летать, – заметил Валин, – мое – беспокоиться.

Пилот фыркнул:

– Держи! – Он кинул Валину какую-то вещицу. – Раз уж ты так переживаешь, получи один свисток. У крыла Юрла было два.

Через несколько минут Лейт закончил осмотр кеттралов. К тому времени, когда он снова поднял их в небо – бесшумные черные силуэты на фоне звезд, – вернулась Анник. Она выбежала неторопливой рысцой из-за купы черных сосен, держа стрелу на тетиве.

– Нашла кого? – осведомился Валин.

Она покачала головой:

– Ни огня, ни дыма, ни мусора, ни отходов не замечено.

– Да уж, городок не процветает, – согласился он, снова оглядываясь по сторонам.

– Я же сказал, город мертв, – вмешался Тан.

– Точно, чтоб его! – добавила, выступив из дверного проема, Гвенна: фонарь – в одной руке, обнаженный короткий меч – в другой.

– Есть там что-нибудь? – обратился к ней Валин, пропустив мимо ушей слова монаха.

Рампури Тан в полном праве иметь свое мнение, но Валин уже однажды чуть не погубил себя и крыло неосторожностью. И не собирался задерживаться в незнакомом городе, живом или мертвом, не предприняв никаких мер.

Гвенна пожала плечами:

– Все, что не гниет: ножи, горшки, браслеты. А, еще кости. Кентова пропасть костей.

– Где?

– Везде. Как будто здешних бедолаг перебили за завтраком.

Валин хмуро обратился к монаху:

– Итак, мы сами убедились: здесь пусто. Но что это «здесь»? Что погубило местных жителей?

– Это Ассар, – ответил Тан. – Город первых людей.

Гвенна коротко взлаяла – рассмеялась. Валин был бы рад расспросить Тана, откуда ему все это известно и почему город не отмечен ни на одной карте империи, но спускалась ночь, а они еще не нашли надежного укрытия. Гвенна с Анник – хорошие разведчицы, но Валин хотел до полной темноты собрать всех на удобной для обороны позиции. Он и в кромешной тьме неплохо видел и мог действовать – его явное преимущество, – но другим членам крыла не так повезло в Халовой Дыре, а остальные, не кеттрал, будут совсем слепы.