Пламя Дуглас Пенелопа

– Почему ты спросила об этом? – Тэйт заправляет волосы мне за ухо.

Качаю головой, достаю из сумки «Практически никогда» и протягиваю ей.

– Из-за этой книги у меня в голове полный бардак.

Она изучает обложку, открывает страницу наугад и пробегает ее взглядом.

– Так странно.

– Ага. Не могу сообразить, кто это написал. Спрашивала у Джульетты, так как она единственный знакомый мне писатель и не стала бы лгать…

Тэйт продолжает читать отрывок. У нее на лице появляется задумчивое выражение.

– Хм-м-м…

– Что такое?

Глубоко вздохнув, она закрывает роман и возвращает его.

– Здесь описаны довольно личные моменты, не так ли? Будто автор сам прожил их.

Что?

– Что ты имеешь в виду?

Оттолкнувшись от кузова машины, Тэйт выпрямляется и смотрит на меня.

– Бритва Оккама, – отвечает она, ссылаясь на научную теорию. – Самое простое объяснение обычно является верным.

Самое простое объяснение. Я опускаю веки, когда приходит озарение.

Разумеется.

Кэт…

– Джаред! – крикнула я вверх. – Ужин готов!

Обходя перила лестницы, врезалась в журнальный столик, стоявший у стены, и воскликнула шепотом:

– Ай!

Я поспешила обратно на кухню, достала из холодильника молоко и замерла. Он пьет молоко? Наверное, нет.

Ну, ему следует его пить. Я шлепнула контейнер на стол и моргнула, потому что в глазах двоилось.

Таймер наконец-то пискнул. Схватив прихватку, вытащила из духовки магазинную лазанью, поставила ее на крышку духового шкафа и случайно столкнула уже стоявшую там сковородку. Когда она со звоном упала на пол, я подпрыгнула.

– Привет.

Я обернулась и увидела Мэдока Карутерса в дверном проеме. Мне до сих пор было неловко сталкиваться с ним в моем доме. Не потому, что знала его отца гораздо лучше, чем думал мальчик, а потому, что он возненавидит меня за все страдания, причиненные его матери, если узнает о моем прошлом.

Джаред тоже меня возненавидит.

– Привет, – наконец-то выдавила из себя слова, отвернувшись. – Не знала, что ты здесь.

– Джаред переодевается, – пояснил Мэдок. – Он попросил меня выйти из комнаты.

Ла-а-адно.

Забросив полотенце на плечо, я сделала глоток вина. На мне все еще было бордовое офисное платье; босиком, я суетилась на кухне, готовя ужин. После работы мы с друзьями заглянули в бар. Я выпила всего несколько коктейлей и ушла пораньше, потому что пыталась больше времени проводить дома ради сына.

– Хорошо, останешься на ужин?

– Э-э-э… – Парень бросил взгляд на лестницу, откуда донеслись тяжелые шаги Джареда. Повернувшись ко мне, Мэдок ответил: – Вообще все выглядит аппетитно, но, думаю, нам нужно уйти.

– Что?

Сын стремительно ворвался в кухню и открыл холодильник.

– Мы уже поели, – сообщил он.

– Джаред! – Я бросила полотенце на стойку, начиная злиться. – Мне пришлось отменить свои планы, чтобы вернуться домой.

– Я должен поблагодарить свои счастливые звезды. – Подняв бутылку апельсинового сока, сын залпом выпил его.

– Довольно, – обиженно выпалила я. – Мэдок может остаться, только вы сядете за стол и поужинаете. Ты никуда не пойдешь.

Швырнув сок обратно в холодильник, он вытер рот рукавом толстовки.

– Джекс позвонил, я ему нужен. Вернусь поздно.

Джаред развернулся кругом и, не удостоив меня взглядом, направился к выходу, Мэдок последовал за ним.

– Знаешь, ты мог бы сделать шаг мне навстречу, – сказала я, наплевав на то, что его друг все слышит. – Мой мир не вращается вокруг тебя.

Парень засмеялся.

– Разве когда-то было иначе?

Он вышел за порог, и Мэдок закрыл за ними дверь.

Стоя посреди комнаты, я услышала, как двигатель машины моего сына взревел, после чего Джаред помчался по улице.

Он просто ушел, словно мое мнение ничего не значило.

Господи, Джаред меня ненавидел. Он уже даже не ругался со мной. Ему. Просто. Было. Все. Равно.

Метнувшись к морозилке, я достала оттуда бутылку водки. Прозрачная жидкость перекатывалась в ледяной емкости, будто густое масло. Я открыла крышку, бросила ее в сторону не глядя и сделала щедрый глоток. Слезы смочили ресницы, когда я зажмурилась. Нет, сын не испытывает ко мне ненависти.

Отхлебнув еще, застонала, наслаждаясь тем, как алкоголь обволок теплом желудок. Завтра все будет хорошо.

Я начала рыдать, глотая водку раз за разом и прекрасно понимая, что лгу себе.

Ничего уже не исправить.

С почти пустой бутылкой в руках поволокла ноги в гостиную и рухнула на диван. Сладкое забвение настолько затуманило разум, что я увидела Джейса. Он улыбался, поцеловал меня в губы, потом под ухом, в уголок глаза и прошептал:

– Кэтрин.

Мир сотрясся. Я дернулась. Ощущение было такое, словно я падаю.

– Кэтрин, проснись, – произнес мужской голос.

Невидимый кулак стиснул мои внутренности, волна тошноты прокатилась по телу.

Дрожа, я оттолкнула чужие руки.

– Мне нехорошо. Оставь меня в покое.

Послышался звук шагов, затем кто-то схватил меня, перевернул и сунул в рот свои пальцы. Я почувствовала давление у корня языка. Рвотные массы подступили к горлу.

– Нет, – простонала, кашляя, однако было уже поздно.

Схватив небольшое ведро, стоявшее передо мной, корчась и кашляя, я опустошила содержимое желудка вместе со всем выпитым алкоголем в мусорный пакет. Рвота обожгла глотку. Меня вновь вывернуло наизнанку. В живот как будто кинжал вонзили.

– О боже, – ловя ртом воздух, я вытерла губы рукавом. – Что ты делаешь?

Прокашлявшись, я сплюнула в ведро, сморгнула слезы, застлавшие глаза, и наконец-то разглядела Джеймса, папу Тэйт, который стоял надо мной.

– Джареда арестовали, – сказал он.

Я перестала дышать.

– Что?

Дрожащими пальцами подхватила свой мобильник со стола, провела по экрану, но не обнаружила ни сообщений, ни пропущенных звонков.

– Он позвонил тебе? – спросила я. Мой сын даже не попытался связаться со мной?

Джеймс лишь вручил мне полотенце, чтобы я привела себя в порядок, обошел вокруг и направился к входной двери.

– Я позвонил знакомому судье. Он назначил залог вместо заключения под стражу до утра. Поторапливайся. Я отвезу тебя.

Десять минут спустя мы вошли в полицейский участок. Мои грязные волосы были собраны в хвост под бейсболкой. Я переоделась в джинсы и футболку.

Уже перевалило за полночь. Джейс не смог мне сказать, сколько времени Джаред провел здесь. Он ушел из дома около шести, думаю, или, возможно, раньше. Покачав головой, попыталась прояснить мысли. Спиртное и приступ рвоты вывели меня из равновесия; в подушечках пальцев покалывало.

В отделении было тихо и малолюдно, однако я сразу же заметила Мэдока, сидевшего на одном из стульев. Увидев меня, он поднялся.

Я вскинула руку, остановив парня.

– Не хочу с тобой разговаривать. Сядь.

На его лице промелькнуло легкое огорчение, но он сел обратно и ничего не сказал. Если честно, я знала, что Джаред, скорее всего, по собственной инициативе влип в неприятности, только в данный момент сын Джейса был последним человеком, помимо самого старшего Карутерса, которого мне хотелось бы видеть.

Подойдя к стойке, я окликнула женщину-офицера, стоявшую у стола.

– Джаред Трент – мой сын, – сказала ей. – Где он?

– С ним все в порядке, – ответила она с таким видом, словно ситуация не требовала никаких срочных мер. – Он в камере. Залог – полторы тысячи. Довольно дешево для такого обвинения, кстати. – Похоже, ее это не радовало. Думаю, знакомый судья Джеймса сделал нам одолжение. – Можете оплатить его в кассе.

Женщина дернула головой в сторону, указав на другую стойку с окошком дальше по коридору.

– Что произошло?

– Он напал на мужчину по имени Винсент Донован, который, очевидно, является приемным отцом его брата.

Я закрыла глаза, вспоминая.

– Э-э-э, наверное. Не знаю.

У Джареда обнаружился сводный брат Джекс. Он встретил его в четырнадцать лет, тем летом, когда я позволила ему навестить отца. Хотя я понятия не имела, кто взял опеку над Джексом. У меня даже мысли не возникло с ними связаться.

Мальчик был примерно на год младше моего сына. Мои подозрения, видимо, оказались верны. Томас изменял мне. На самом деле получается, что любовница мужа забеременела практически сразу после рождения Джареда, судя по такой небольшой разнице в возрасте.

Мать Джекса очень рано бросила его. Так как Томас отбывал срок в тюрьме, мальчика отдали в приемную семью. Я подумывала о том, чтобы забрать его к нам, однако это не представлялось возможным, ведь я даже с собственным ребенком совладать не могла. По крайней мере, пока.

– Ну, – пояснила офицер, – парень утверждает, что мужчина избивал его брата, поэтому он с ним поквитался. У жертвы сломано три ребра, сейчас он в операционной с внутренним кровотечением. К счастью, прогноз положительный.

– Жертва, – усмехнулась я, повторив ее слова, и потерла глаза. Голова кружилась.

Кто бросился на защиту Джекса, когда этот говнюк причинил ему боль? Джаред, вот кто.

А кто бросился на защиту Джареда, когда отец избил его два года назад?

Никто.

Двинув рукой, я нечаянно сбросила свою сумку на пол.

Джеймс нагнулся и поднял ее.

Прищурившись, женщина пристально посмотрела на меня.

– Вы пьяны?

Я расправила плечи и сердито уставилась на нее, забрав свою сумку у отца Тэйт.

– Мой сын – хороший ребенок, – проигнорировав вопрос, сказала я.

Она саркастично кивнула.

– Уверена, вы сделали все возможное для его воспитания.

Развернувшись, офицер ушла. Лишившись дара речи, я оцепенела. Что я могла сказать? Вы неправы? Я не обязана перед вами оправдываться?

Видишь ли, Кэт, твой сын сидит в тюремной камере, а ты была не в курсе, где он и чем занимается. Он поздно возвращается домой. А вдруг Джаред пьет и садится пьяным за руль, вдруг обрюхатит какую-нибудь девочку? Он делает все что ему вздумается по одной простой причине.

Потому что может. Потому что не получает должной родительской заботы, и отвечать за это тебе.

Мы прошли по коридору к кассе. Мэдок по-прежнему молчал, но я чувствовала его взгляд на себе. Внеся залог, еле-еле подписала документы, настолько сильно у меня дрожали руки.

– На обработку уйдет какое-то время, – сказал секретарь. – Можете пока присесть.

– Что нам делать дальше? – спросила я.

– Ну, вашему сыну назначат дату судебного слушания. Вам понадобится адвокат.

Я закрыла глаза и, отвернувшись, тихо всхлипнула.

– Адвокат, – повторила шепотом. – Этого быть не может.

– Я могу позвонить папе. – Мэдок подошел ближе. – Он сейчас в Чикаго, но утром приедет. Он вытащит Джареда отсюда.

– Нет, – выпалила я. – Спасибо, сама справлюсь.

Парень несколько секунд стоял с таким видом, словно хотел возразить, однако передумал.

Втроем мы вернулись к ряду стульев и сели. Мэдок выбрал место чуть поодаль.

Джеймс подался вперед, опершись локтями на колени.

– Не знаю, кому из судей передадут дело, но попробую посоветоваться со своим знакомым. Может, что-нибудь придумаем, – предложил он. – У Джареда это первое правонарушение, и я знаю, что он хороший парень.

Кивнув, я дала ему разрешение, в то время как мысли лихорадочно закружились в моей голове. Какое будущее нас ждало через пять лет?

Когда-то давно я приняла дом в подарок ради Джареда, чтобы обеспечить ему лучшую жизнь. И все равно мои страхи постепенно начинали сбываться.

Что с нами станет через год-другой? Пойдет ли Джаред в колледж? Выйду ли я замуж за мужчину, который полюбит меня и каждый вечер будет проводить со мной, уютно устроившись на диване? Позволит ли Джаред мне обнимать его?

Возможно ли, что все кардинально изменится и мы вдруг обретем идеальную, счастливую семью?

Нет, наша жизнь будет такой же, если не хуже. Джаред попадет в тюрьму, как и Томас, потому что я не уделяла ему внимания. По моей вине он оказался здесь.

Я достала телефон из сумки. Мои пальцы зависли над номером, потому что мне не хотелось возвращаться назад. Если это единственный шанс помочь сыну…

– Я должна позвонить Джейсу, – пробормотала, признав поражение.

– Джейсу Карутерсу? – уточнил Джеймс. – Отцу этого паренька, да?

Мельком глянув на Мэдока, который копался в своем сотовом, я кивнула.

Папа Тэйт вырвал телефон из моей руки и настойчиво произнес:

– Он тебе не нужен. Позволь мне разобраться с этой ситуацией.

– Зачем? Почему ты хочешь помочь?

Пытаясь подобрать слова, Джеймс замолчал, а потом сказал:

– Потому что я люблю Джареда. Он мелкий засранец, однако его судьба мне небезразлична. – Мужчина вернул мой мобильник. – Тебе не нужен Джейс Карутерс. У тебя есть друзья. Мы справимся.

Я сжала телефон в руке, встретившись с ним взглядом. Он знал? Мы с Джейсом расстались через несколько месяцев после того, как Джеймс и Тэйт переехали в соседний дом. Он видел Джейса, приходившего ко мне по ночам?

Господи, что Джеймс теперь думал обо мне?

– Джаред уже давно катится по наклонной, – тихо продолжил он, чтобы Мэдок не услышал. – Я не считал себя вправе вмешиваться и держал рот на замке из уважения, но каждому ребенку нужен хотя бы один человек в жизни, для которого он будет самым важным на свете, а я сомневаюсь…

Я сглотнула ком в горле. Мы оба мысленно закончили это предложение.

– Тэйт была для него таким человеком, – подчеркнул Джеймс, – только они больше не общаются. И состояние Джареда усугубляется. Ему необходима помощь.

Уставившись на линолеум, я кивнула, потом вспомнила, что сказала сыну сегодня.

Мой мир не вращается вокруг тебя.

Разве когда-то было иначе?

Меня буквально парализовало под гнетом его слов. Все эти годы я понимала, что делала с ним и с собой. Проклятье, я не прозрела внезапно, однако впервые осознала, что виновата в том, как Джаред видел мир и вел себя, гораздо больше, чем его отец. Он злился и ненавидел меня задолго до встречи с Томасом тем летом. На протяжении всей своей жизни Джаред постепенно отдалялся.

Сын должен был стать моим приоритетом.

Сейчас ему не только было безразлично то, что я больше пеклась о себе… Нет, он даже не задавался вопросом почему. Для него такое отношение превратилось в норму. Я была его ужасной реальностью, а не отец.

Кусая нижнюю губу, покачала головой.

– Я так долго принадлежала ему, что забыла, кто я без него. – Разумеется, я имела в виду Джейсона, понадеявшись на понимание Джеймса. – Почему я такая слабая?

– Потому что мы все питаемся ложью, когда наши сердца голодны.

Закрыв глаза, почувствовала покатившиеся по щекам слезы. Да, Джейс ничего от меня не требовал, я добровольно отдавала себя. Не будь его или Томаса, появился бы другой мужчина.

– Мне нужно излечиться, – наконец-то признала я.

– Легко сказать, не так ли? – возразил Джеймс. – Правда в том, что у тебя есть два варианта. Джаред может пожить у меня, пока будешь проходить лечение в реабилитационном центре, или он останется со мной навсегда.

Мой взгляд метнулся к нему.

– Можешь бросить сына, ради его же блага, и пить дальше, до тех пор, пока не сведешь себя в могилу.

Я накрыла глаза ладонями и разрыдалась. Дрожа, ощущала себя голой, холодной, никчемной и пустой.

О боже.

Конечно, я не хотела этого! Не хотела перестать быть мамой Джареда.

Однако Джеймс прав: ему будет гораздо лучше без меня, чем со мной.

Пока я плакала, мужчина молчал, позволив мне свыкнуться с тем, какой выбор нужно сделать.

– Я люблю своего сына, – сказала ему, вытирая слезы с лица.

– Значит, докажи это ему.

Глава 11

Кэт…

Стоя посреди соседского гаража, я устанавливала новый задний фонарь. Понятия не имею, что случилось с этой машиной. Когда я отправилась в реабилитационный центр, «шеви нова» Джеймса была в отличном состоянии, а сейчас оказалась почти убита в хлам. Джаред пропадал здесь днями напролет, восстанавливая ее.

На мой вопрос отец Тэйт ответил лишь, что сын тут ни при чем.

Стоило отдать Джеймсу должное. За несколько месяцев моего отсутствия он вернул Джареда на путь истинный. Его оценки постепенно улучшались, все домашние задания были выполнены, и он старался держаться со мной цивилизованно, несмотря на то что мы редко разговаривали.

Я изо всех сил старалась преодолеть пропасть между нами. Моих ошибок ничем не исправить, но я не оставлю попыток. Однажды, пока Джаред возился с «шеви» в свободное время, я поинтересовалась у Джеймса, могу ли помочь. Спустя несколько недель наше общение по-прежнему нельзя было назвать дружелюбным, но сын смирился с моим присутствием, а я могла быть рядом с ним, поэтому радовалась даже такой мелочи.

И все же меня не покидал страх, что, закончив ремонт машины, он найдет новые проблемы на свою голову, особенно следующим летом, когда вернется Тэйт, которая на год уехала по обмену за границу. Я до сих пор не знала, что именно произошло между ними в четырнадцать лет, почему ребята разорвали дружбу. Возможно, эта разлука пойдет ему на пользу.

Оставалось только надеяться, что все не полетит к чертям после ее возвращения.

– Ладненько, фонарь готов, – я выпрямилась, вытирая руки о джинсы.

– Вот, подержи это, – попросил Джаред резким тоном.

Я подошла к капоту и взяла рукав высокого давления. Черная зернистая смазка испачкала мои пальцы.

Он затягивал хомут ключом.

– Не перетяни, – предупредила я.

– Я знаю, что делаю.

Я тоже знаю. Ты его слишком сильно затягиваешь.

Но свои замечания не озвучила.

Мгновение спустя, как я и предполагала, хомут лопнул. Послышался звон фрагментов, упавших на двигатель.

– Проклятье, – прорычал Джаред тихо, после чего выпрямился и выхватил шланг у меня из рук, словно это случилось по моей вине.

Я промолчала, притворившись, что ничего не заметила.

– Ладно, – сказала, решив не испытывать судьбу, – я побегу. Куплю нам бургеров и загляну в «Миллер» за лампочками для приборной доски. Скоро вернусь.

Он, как обычно, меня проигнорировал. Подхватив салфетку, я вытерла руки, сунула ее в задний карман и направилась к выходу. На улице холодало, но мы пока обходились без курток.

Не хотелось признаваться Джареду, потому что он счел бы это заискиванием, только мне было приятно вновь повозиться под капотом. Я опять почувствовала себя прежней, не осознавая до этого, как долго и упорно старалась быть кем-то другим.

С выпивкой я завязала, мне удалось сохранить хорошую работу, мой сын здоров и в безопасности.

Порой бывало одиноко, и мысли о Джейсе посещали меня каждый день. Но я благодарила судьбу за то, что имела, и продолжала двигаться дальше. Ведь я еще была молода и многого хотела от жизни.

Сев в машину, я не обратила внимания на масляные пятна, покрывавшие джинсы и серую обтягивающую футболку, затянула потуже небрежный пучок, надела солнцезащитные очки и решила сначала отправиться в «Миллер».

Обычно Джаред занимался наладкой моей машины, поэтому частенько туда наведывался. А вот я не появлялась там много лет.

– Кэт! – Дина широко улыбнулась, протянув ко мне руки, не успела я зайти в магазин. – Черт побери, девочка, где ты пропадала?

Я улыбнулась и, перегнувшись через стойку, обняла ее. Она работала здесь с тех пор, как ее младший пошел в школу. Сыновей Дины, которые вовсю пользовались скидками для сотрудников, это очень радовало. Джаред гонял на «Петле», однако я точно не знала, встречал ли он ее сына, Нэйта. Они ровесники.

– То тут, то там, – ответила я. Упоминать о своем курсе реабилитации не стала. Она, наверное, и так об этом знала. Мы потеряли контакт в последнюю пару лет, но в нашем маленьком городке новости распространялись быстро. – Джаред восстанавливает «шеви нову» Джеймса Брандта, – пояснила я. – У вас есть лампочки для приборной панели?

– Она семьдесят первого года, да? – уточнила Дина. Видимо, уже запомнила. Этой осенью Джеймс и Джаред стали их постоянными покупателями. – Можешь поискать. Если закончились, закажу.

– Спасибо.

Двинувшись вдоль стеллажей, я изучала запчасти и наконец-то нашла похожие лампочки, дешевые, если не подойдут – ничего страшного. Чуть дальше заметила лампу для потолочного светильника и на всякий случай прихватила и ее.

– У меня не получится сделать так, чтобы она выглядела как новая, – послышался жалостливый мужской голос, – в отличие от ремонта в мастерской.

Я улыбнулась, сразу же узнав Мэдока.

Он много времени проводил у нас дома. Поначалу я думала, что будет тяжело его видеть, однако парень очень отличался от своего отца. Мэдок такой жизнерадостный, счастливый, постоянно шутит. К тому же он был единственным настоящим другом моего сына, поэтому я не могла их разлучить.

Выглянув из-за угла, заметила его возле стенда с аэрозольной краской, шлифмашинами и другими инструментами. Джейс стоял рядом. Оба были одеты по-домашнему в этот субботний день. Пульс начал учащаться. Сделав глубокий вдох, я заставила себя успокоиться.

– Я не собираюсь платить за ремонт всякий раз, когда ты бьешь свою машину на «Петле», – рявкнул Джейс. – Проклятье, можешь научиться самостоятельно удалять вмятины! Если бы я знал, что ты будешь гонять на этой штуке, купил бы тебе дерьмовую «хонду».

– Уф, – Мэдок надулся, – я люблю тебя гораздо сильнее, когда ты просто даешь мне свою кредитку.

– Ага, – заметил Джейс. – Можно подумать, я никогда не слышал этого от своих жен.

Его сын рассмеялся. Джейс тоже улыбнулся и поспешил добавить:

– Извини. Я люблю твою мать, ты же знаешь.

Мэдок покачал головой.

– Я шины посмотрю.

– Ты недавно купил новые шины.

– Просто посмотрю, – уверил парень, свернув за угол.

Страницы: «« « ... 2526272829303132 » »»