Интриганка, или Бойтесь женщину с вечной улыбкой Шилова Юлия
— Как душ? Немного освежились?
— Вспомнил московскую воду.
— А разве вода не везде одинаковая?
— Да что вы, Ника! Московская вода очень жесткая. В Штатах она значительно мягче.
— Правда? А я другой воды и не видела.
— А вы хотели бы побывать в Штатах?
— Конечно. Я думаю, что там хотел бы побывать любой россиянин.
— Тогда приезжайте в гости. Если я пришлю вам приглашение, приедете?
— У меня слишком много работы. — Я отвела глаза в сторону.
Из спальни Майкла послышался звонок мобильного телефона.
— Ника, извините. Я должен ответить.
— Ничего страшного.
Как только Майкл ушел в спальню, я бросилась к сумочке, достала маленький приборчик, размером со спичечный коробок, и принялась ловить частоту мобильного Майкла. Когда она высветилась на приборе, я выставила такую же частоту на сканере, слегка прибавила звук и услышала голос Майкла, который говорил с каким-то мужчиной на английском языке. Выключив громкость, я быстро включила запись разговора, поставила ее на автоматическое отключение и автоматическое включение при каждом новом звонке. Потом закрыла сумочку на замок, взяла справочник и принялась обзванивать рестораны Москвы…
— Ника, я готов.
Я вновь отвлеклась от газет и посмотрела на Майкла, сменившего свой серый костюм на ослепительно белый.
— Вы… — От такого вида я чуть было не потеряла дар речи.
— Что-то не так?
— Все очень хорошо, и этот костюм вам к лицу.
— А мне всегда казалось, что белый цвет недостаточно гармонирует с седыми волосами.
— А по-моему, очень даже неплохо. Рядом с вами я выгляжу серой мышью.
— Ну вы и сказали. Это рядом с вами любой мужчина теряет свою привлекательность. Вы затмите любого.
— Спасибо.
— Кстати, вы уже подобрали ресторан?
— Да, конечно. — Я встала с кресла, поправила юбку и подумала, как же все-таки удачно, что я позвонила Руслану, потому что сама бы я просто не додумалась заказать столик и, возможно, вызвала бы у Майкла большие сомнения как администратор Сан Саныча. Администратор должен все знать, все уметь и все делать крайне оперативно. — Я заказала несколько столиков в разных ресторанах.
— А зачем несколько? Вы решили ужинать до утра? От одного ресторана к другому? — В голосе американца сквозила ирония.
— Я не знала, в какой именно ресторан вы хотите пойти, потому что не успела спросить о ваших предпочтениях. Какая музыка вам нравится? Какой интерьер? Шумное или совершенно безлюдное место?
— Я бы хотел довериться вашему вкусу.
— Ну, если вы доверяете моему вкусу…
— Абсолютно.
— Я бы хотела поужинать на крыше, — загадочно улыбнулась я.
— На крыше?
— Ну да. Сейчас потрясающая погода. В Москве есть несколько ресторанчиков, которые расположены прямо на крыше. Это же здорово — возвыситься над окружающими. Я люблю там ужинать, потому что оттуда открывается очень красивый вид на Москву. Я предлагаю посетить один из таких ресторанчиков, расположенный в самом центре. Из него как на ладони видны оба шедевра: Петр работы Церетели и храм Христа Спасителя. Это очень красиво.
Мы сможем полюбоваться видами вечерней Москвы и поужинать на свежем воздухе.
— Ника, вы меня прямо заинтриговали.
— Тогда в путь.
Как только мы направились к выходу, я остановилась, посмотрела на «дипломат», который Майкл деловито держал в руке, и, отметив про себя, что он носится с ним как с писаной торбой, спросила с напускным безразличием:
— А зачем вам «дипломат»? Оставьте, тут ничего не пропадет.
— Я без «дипломата» никогда не выхожу на улицу. — На лице Майкла появилось едва заметное раздражение. Видимо, он не любил говорить на подобные темы.
— Но ведь мы едем ужинать. Вам будет с ним неудобно.
— Даже если бы здесь был сейф, я бы никогда его не оставил.
— И я знаю почему.
— Почему?
— Потому что ваш «дипломат» набит золотом. — Я постаралась перевести все в безобидную шутку.
— А вот и нет.
— Вы хотите сказать, что я не угадала?
— Нет, — повертел головой Майкл.
— Тогда не золотом, а драгоценными камнями.
— Вы опять не правы.
— Значит, в нем лежат аккуратно сложенные пачки долларов. Чуть больше миллиона.
— Я бы никогда не приехал в Москву с такими деньгами. Я не сумасшедший и пользуюсь кредитной карточкой.
— Тогда я сдаюсь.
— Это просто дурная привычка.
— А от дурных привычек нужно избавляться.
— Не от всех.
— Но ведь в ресторане вы можете его забыть, — игриво настаивала я на своем.
— Я никогда ничего не забываю, — еще более раздраженно ответил Майкл и дал понять, что эта тема исчерпана.
Руслан был прав. После всего услышанного я поверила в то, что Майкл не расстается со своим «дипломатом» даже в постели и что мне будет довольно трудно узнать код этого проклятого «дипломата» и снять копии с этих злосчастных бумаг.
— Ника, не обращайте внимание на мой «дипломат». Считайте, что это просто часть меня.
— Я понимаю, что лезу не в свои дела. Я просто хотела как лучше.
— Поверьте, лучше, чем сейчас, мне уже не будет.
— Тогда больше не будет никаких возражений. Если вы и ваш «дипломат» — единое целое, то я буду следить за тем, чтобы вы его нигде не оставили.
— Не утруждайте себя подобными мыслями. Не забивайте свою красивую головку. Я же вам сказал, что эту вещь я никогда не забываю.
Поднявшись на крышу ресторана, мы сели за столик для двоих и оба посмотрели на тот величественный вид, который предстал перед нами.
— Ника, никогда бы не подумал, — восхищался Майкл. — Вы специально вызываете во мне ностальгию по московской жизни?
— Совсем нет. Мне просто хотелось, чтобы вы ее вспомнили. Я специально выбрала именно этот ресторан, чтобы были видны эти красивые купола.
— Когда я покидал Москву, этого храма даже и близко не было. Впрочем, как и Петра.
— Все получилось здорово. Правда, Петр вышел немного костлявым.
— А он и не был никогда толстым. Кстати, мне здесь определенно нравится. Тут царит какая-то свободная легкомысленная атмосфера.
Буквально через несколько минут нам подали салат из рукколы с утиным окороком, улитки со спаржей и многие другие довольно вкусные и аппетитные блюда. Ужин прошел очень даже неплохо. Майкл был поистине привлекательный мужчина с аристократическим лицом, седыми волосами и подкупающей улыбкой. Он оказался великолепным собеседником, и мне с ним было довольно интересно. Весь вечер он не сводил с меня восторженного взгляда. К концу ужина Майкл взял мою руку и прислонился к ней своими горячими губами.
— Спасибо вам за этот незабываемый вечер. Вы очень красивы, умны и образованы, с вами приятно общаться.
— Спасибо вам. Если бы не было вас, не было бы и этого вечера.
А затем мы вместе вернулись в его квартиру, выпили по чашечке кофе, и чем больше мы общались, тем больше я чувствовала, что Майкл искренне наслаждается моим обществом. Но этот вечер должен был когда-то закончиться. Посмотрев на часы, я встала и повесила свою сумочку на плечо.
— Простите, уже поздно. Я должна ехать, а вам пора отдыхать. Завтра ровно в десять часов я у вас. В час мы должны быть на деловом обеде у Сан Саныча.
Встав рядом со мной, Майкл посмотрел на стоящий на полу «дипломат», затем перевел взгляд на меня и тихо сказал:
— Если завтра в десять вы должны ко мне приехать, то стоит ли вообще уезжать?
— Я вас не поняла.
— Я хотел сказать, что вы можете остаться у меня и не ехать домой.
— Но я тоже хочу принять душ, отдохнуть и хорошенько выспаться.
— Тут несколько комнат, и все это можно без проблем сделать здесь.
— Я люблю делать подобные вещи дома.
— Я не буду вам мешать. Не подумайте ничего плохого.
— Это исключено. Я еду домой.
Я направилась к выходу, но, услышав, как меня окликнул Майкл, резко остановилась:
— Майкл, в чем дело?
— Я хотел сказать, что вы мне очень нравитесь.
— Спасибо. Вы мне тоже. Мы сегодня весь день обмениваемся комплиментами.
— Это еще не все.
— А что еще?
— Знаете, я подумал, что нам будет хорошо в постели.
— Что?!
— Ника. Мы с вами взрослые люди, что ходить вокруг да около. Если мы друг другу нравимся, то почему бы нам не провести эту ночь в одной постели?
— Это не входит в мои обязанности и совсем не по моей части. Если вы хотите постели, я могу позвонить в фирму досуга и заказать вам девушку, отвечающую вашим вкусам и потребностям. Как администратор, я могу для вас это сделать, — отчеканила я ледяным тоном.
— Вы и есть та девушка, которая отвечает моим вкусам и потребностям.
— Простите, но я уже сказала вам, что это не входит в мои обязанности ни по отношению к Сан Санычу, ни по отношению к вам. Я администратор, а не девушка по вызову. Вы меня не за ту принимаете.
— Вы не спите с Сан Санычем?
— Нет, — вызывающе ответила я. — У нас как-то не принято мешать работу с постелью.
Мои слова не могли не произвести впечатление на Майкла. Он посмотрел на меня извиняющимся взглядом, опустил глаза и взял меня за руки:
— Ника, простите меня, пожалуйста. Я ни в коем случае не хотел вас обидеть. Просто…
— Что просто?
— Я предложил вам постель не потому, что плохо к вам отношусь. Мне бы очень хотелось, чтобы между нами было что-то большее, чем дружба.
— Я ни в коем случае не осуждаю вас, Майкл. Вы тоже мне очень понравились, но поймите, я не могу.
Перед тем как сесть в машину, я подняла голову и посмотрела на окна, в которых виднелся силуэт Майкла. Наши глаза встретились, и я помахала ему рукой. Майкл послал мне воздушный поцелуй и смотрел мне вслед до последнего момента, пока моя машина не скрылась из вида. Сев как можно удобнее, я закрыла глаза и подумала, что именно этого я и добивалась. Я знала, что для того, чтобы выполнить это задание, мне нужно ни много ни мало заинтриговать Майкла. У меня был свой метод интриг с мужчинами, я могла их дразнить, позволяла им приближаться, но при этом оставалась неуловимой.
Зачастую мужчины, познакомившись с красивой женщиной, автоматически относят ее к разряду безмозглых дурочек, но я докажу. Я обязательно докажу, что бывает и другой вариант.
Глава 5
"Дорогой дневник, здравствуй! Сегодня прошел мой первый рабочий день. И ты знаешь, больше всего мне понравилось чувствовать приближение опасности. Когда я беру в руки чужой «дипломат», я словно играю с огнем и понимаю, что должна разбиться вдребезги, но выполнить свое задание и узнать код «дипломата». Недавно позвонила мама и сказала, что сегодня вновь объявился Андрей. Он рассказывал ей, как сильно меня любит и по-прежнему ждет. Ничего, я все равно дождусь, когда он перестанет меня искать. Вернувшись от Майкла, я некоторое время лежала на кровати и думала, что с каждым днем все больше становлюсь совершенно другой. Я сделаю все для того, чтобы добиться поставленной цели, и даже если мне придется идти по трупам, то я по ним пройду. И если про меня скажут, что я не женщина, а собрание пороков, я не боюсь и этого выражения. В последнее время я замечаю за собой странную особенность: я ничего не боюсь. У меня слишком много желаний, которые сжигают за собой все мосты. Кто очень хочет что-либо получить и чего-нибудь добиться, тот всегда это получит. Для меня не существует никаких реальных преград, и мое желание вполне осуществимо. Я ЗНАЮ, ЧТО ГОРАЗДО БЕЗОПАСНЕЕ БЕЖАТЬ ОТ ОГНЯ, НО Я НЕ БОЮСЬ БЕЖАТЬ НА ОГОНЬ. Я твердо усвоила правила игры, отвечающие мужчинам и окружающему миру. Теперь я живу совсем по другому принципу. Теперь для меня мужчина не цель, а лишь инструмент для достижения поставленной цели. Когда я в очередной раз подхожу к зеркалу и смотрю на свое отражение, я улыбаюсь своей безупречной улыбкой и произношу с вызовом: «Воздай по заслугам!»
Дорогой дневник, быть может, ты осуждаешь меня за подобные мысли, но я совсем не такая жестокая, как ты думаешь. Да я и никогда не хотела такой быть. Такой сделала меня моя жизнь. Мужчины всегда говорили, что я чертовски хороша, да я и сама знаю об этом. Мне не нужно носить короткие юбки и безумное декольте для того, чтобы привлечь внимание. Я привлекаю внимание сразу, независимо от того, хочу ли я этого. У меня зеленые глаза, яркие волосы и улыбка… Я очень долго оттачивала свою улыбку. Я научилась улыбаться так, что у мужчин начинает колотиться сердце и каждый из них мечтает о том, чтобы я принадлежала только ему и он мог восторженно сказать: «Она моя». Мужчины хотят мной обладать, но прекрасно понимают, что я ничья и что я принадлежу только себе. Когда мужчине кажется, что он уже мной обладает, я всегда ускользаю, и никто никогда не сможет ничем меня заинтересовать.
У меня была слишком сложная и тяжелая семейная жизнь. Дорогой дневник, ты же прекрасно об этом знаешь. Ты видел мои слезы, читал в моих глазах боль и знал, что я жила на грани безумства. Я ненавижу своего мужа за искалеченную душу и сердце, за больную психику, вечные страхи и изнуряющие душу воспоминания. Я пробовала ходить к психологу и даже в какой-то момент верила в то, что он сможет мне помочь, но психолог учил меня, как правильно жить, и от этого мне становилось еще больнее. Я порвала со всеми психологами, с их вечными нереальными советами и монотонностью в голосе, которая просто убивает и выворачивает наизнанку. Я поняла, что мне ничто не поможет, если я не помогу себе сама. Я просто зачеркнула прошлую жизнь вместе с болезненной страстью моего мужа и начала новую жизнь, где больше никогда не будет любви и доверия, где я смогу только брать, ничего не давая взамен. И я больше не боюсь улыбаться, даже если к вечеру у меня будет сводить скулы. Я ничего не боюсь! И никто не сможет навязать мне свои правила. Никто. И уж тем более я не собираюсь под кого-то подстраиваться. А если кому-то не будет нравиться играть по моим правилам, то пусть попробует выскользнуть из моих сетей. Я знаю, что на дальнейшем этапе своей жизни я всегда смогу избежать горьких разочарований и обманутых надежд.
Дорогой дневник, на сегодня хватит. Ты еще не устал от моих изречений? Я думаю, что нет, потому что ты как никто другой умеешь слушать, несмотря на то что временами я несу полный бред. Знаешь, меня начинают тяготить отношения с Русланом. Он хочет от меня любви, верности, откровения. Одним словом, того, что хочет нормальный мужчина от нормальной женщины. Я не знаю, как ему объяснить, что я ненормальная, что я не могу ему это дать. Наверное, это страшно и не правильно, когда мужчина требует от женщины того, что она не может ему дать. Я не могу кого-то любить и кому-то поклоняться, потому что я слишком много любила, слишком много от этого страдала и видела слишком много мужского эгоизма и зла. Больше я не смогу любить и строить нормальные, искренние отношения с мужчиной, потому что вместе со своей семейной жизнью я навсегда утратила эти качества. Мне становится слишком утомительно с Русланом. Он многое для меня делал, делает и будет делать, но он так навязчив. Одним словом, Руслан висит на мне, как гиря, и не вызывает больше никаких приятных ассоциаций. До встречи".
* * *
Я завела будильник ровно на семь и с трудом открыла глаза. Мне ужасно не хотелось вставать в такую рань, но другого выхода не было. В десять необходимо быть у Майкла. Постояв под холодным душем, я окончательно проснулась и включила запись телефонных разговоров на мини-магнитофоне. Налив чашечку кофе, я взяла мобильный и набрала номер Руслана. Его голос был сонным и вялым, и нетрудно было догадаться, что он спал.
— Руслан, я сейчас собираюсь к Майклу. Я прослушала телефонные разговоры, которые мне удалось записать вчера, и не обнаружила ничего интересного.
— Кто звонил?
— Дети.
— Это неинтересно.
— Женщина. Из разговора понятно, что они состоят в близких отношениях.
— Это тоже неинтересно.
— Сослуживцы.
— Уже теплее.
— Говорили на английском, но я не услышала ничего особенного.
— Что, вообще не за что зацепиться?
— А ты мне, между прочим, не объяснил, за что нужно цепляться.
— Тебе в этих разговорах ничего не показалось подозрительным?
— Мне ничего, а вот тебе, может, и покажется. Они просто говорили о работе, о прошедшей сделке. Руслан, я не знаю, какая именно информация тебе нужна и что тебе действительно будет интересно. Сейчас я возьму второй магнитофон и запишу своим голосом перевод всех разговоров, которые записаны на английском языке. Все данные я оставлю на кухне. Как проснешься, приезжай ко мне домой и слушай.
— Спасибо и на этом. — В голосе Руслана прозвучала обида.
— Пожалуйста.
— Я думал, что ты уже вообще меня больше к себе не приглашаешь.
— Что значит не приглашаю? Ты же ночевал у меня позавчера?
— А почему ты не пригласила меня вчера?
— Потому что я была слишком уставшая. Я приехала домой и сразу вырубилась.
— А почему ты приехала уставшая? — Руслан просто убивал меня своей ревностью.
— Потому что вчера был мой первый рабочий день и я очень много нервничала.
— Надеюсь, сегодня мы ночуем вместе?
— Я не знаю, что будет сегодня. Мы с тобой будем созваниваться еще много раз, поэтому давай не будем загадывать, что будет вечером. До него еще дожить нужно. Извини. Мне пора собираться на работу.
Положив трубку, я еще раз прослушала телефонные разговоры, записала их перевод на другой магнитофон и вновь отметила про себя, что в них нет ничего того, что могло бы вызвать мое подозрение. Хотя если эти разговоры не вызвали интерес у меня, это еще не значит, что они не вызовут интерес у Руслана. Я просто не знаю, что именно он хочет знать и что меня должно зацепить.
Я всегда была пунктуальной, поэтому ровно в десять часов утра позвонила в дверь Майкла. Он открыл так быстро, что мне показалось, будто он специально стоял под дверью и ждал моего звонка. Майкл выглядел посвежевшим, улыбчивым и, как вчера, был дорого и роскошно одет.
— Добрый день. А я грешным делом подумала, что вы еще спите.
От его пронизывающего взгляда я растерялась и выронила пачку свежих газет, которую купила в соседнем киоске.
— Извините.
— Ничего страшного.
Мы одновременно сели на корточки друг против друга и принялись собирать газеты.
— Как вы провели эту ночь?
Майкл собрал все газеты и положил их на журнальный столик.
— Я выпила на ночь кактусового чая и легла спать.
— Какого чая?
— Кактусового. Вы что, никогда не пили такой чай?
— Нет, — растерянно замотал головой мужчина.
— Тогда вы многое потеряли.
— Правда?
— Если хотите, мы можем сегодня его купить, и я вам заварю.
— Хочу.
Майкл посмотрел на часы и дружелюбно сказал:
— Ника, обед с Сан Санычем ровно в час. У нас еще есть запас времени. Как вы смотрите на то, чтобы прокатиться в район Таганки? Мне бы очень хотелось посмотреть на дом, в котором я вырос.
— Я думаю, что у нас действительно еще есть время.
— Тогда едем?
— Конечно, едем.
Майкл взял свой «дипломат», при виде которого я улыбнулась, и мы направились к выходу.
— Ника, над чем вы смеетесь?
— Я уже не представляю вас без «дипломата».
— Я и сам не представляю себя без «дипломата».
Мы подъехали к нужному дому и вышли из машины. Я увидела пятиэтажную хрущевку, которая стояла среди новых строящихся высотных домов.
— Бог мой, — схватился за голову Майкл.
— Что случилось?
— Здесь раньше все дома были точно такие же, как и мой. Целый район хрущевок. Все снесли. Вокруг стройка. Значит, и мой скоро снесут. Зачем они это делают?
— В этом нет ничего страшного, — постаралась успокоить я Майкла. — Сейчас Москва вся строится и преображается. Старые хрущевки сносят, чтобы на их месте построить новые красивые многоэтажные дома. От этого никуда не денешься. Москва должна расстраиваться и становиться красивее.
— Странно, но оставили только мой дом.
— Наверное, судьбе хотелось, чтобы вы смогли его увидеть перед тем, как его снесут.
Наверное, со стороны мы смотрелись более чем странно. Дорого одетый мужчина и не менее элегантная женщина, которые сидели на лавочке у еще уцелевшей хрущевки и жадно смотрели на каждого, кто выходил из подъезда. Позади нас стоял серебристый «Мерседес» и блестел на солнце так, что впору было просто глаза закрывать.
— А где ваши окна?
— Второй этаж справа. Это был мой балкон.
— Почему вы его не застеклили?
— У родителей не было денег. Да раньше вообще никто не стеклил балконы. Это было как-то не принято. Свежий воздух. Приятно выйти на балкон и смотреть на мир не через стекла. Я смотрю, Москва сейчас вся застеклена.
— Сейчас слишком много краж.
— Тоже верно.
Тут из подъезда вышел какой-то неопрятный мужчина с давно немытой седой головой. Майкл вскочил и бросился к нему навстречу.
— Пашка! Пашка, привет! Сколько лет, сколько зим!
Испуганный мужчина смотрел на Майкла, словно на привидение, и не мог произнести ни единого слова.
— Пашка, ты меня не помнишь?
— Вы, наверное, меня с кем-то путаете? — еще больше испугался мужчина и слегка попятился назад.
— Да ни с кем я тебя не путаю. Я тебя сразу узнал. Это я, Майкл!
— Майкл?!
— Ну да. Неужели я так изменился? Ну, скажи! Ты тоже изменился, но я все равно тебя узнал. Посмотри на меня повнимательнее. Это сейчас я Майкл, а в то время я был просто Мишка. Мишка со второго этажа. Вон мой балкон. Мы с тобой еще в казаки-разбойники играли, а еще Мы с тобой любили одну девочку. Помнишь? Ее звали Зина. Мы из-за нее даже дрались. Когда я отсюда уезжал, ты вовсю крутил с ней любовь. Я тогда на нее очень сильно обиделся за то, что она предпочла тебя, и укатил в Америку. Как сложилась ее судьба? Где она сейчас? Не знаешь?
— Зина — моя жена.
— Правда?! Поздравляю!
— Спасибо.
— А ты сейчас где работаешь, чем занимаешься?
— Я слесарем в РЭУ недавно работал, но меня уволили.
— Как уволили? Почему?
— За пьянство. Послушай, Мишка, ты же мне друг детства. Будь человеком, дай на бутылку.
— Значит, ты меня узнал! — еще больше обрадовался Майкл.
— Узнал, несмотря на то что ты такой гусь лапчатый. Ряженый весь.
— Да ладно тебе. — Майкл слегка отшатнулся. Видимо, запахом отстойного перегара разило так, что было очень трудно устоять.
— А ты что у нас делаешь?
— Да так, в Россию по делам прилетел. Решил дом увидеть, вспомнить свою молодость.
— Ностальгия мучает?
— Да не то чтобы ностальгия, но есть маленько. Я ведь уже американец. Как бы меня в Россию ни тянуло, а жить здесь я уже не смогу. Мой дом там.
— Ну и как там, в Америке? Как живется в мире загнивающего капитализма?
— В мире загнивающего капитализма живется просто прекрасно, только капитализм там не загнивающий, а процветающий.
Мужчина посмотрел на стоявший у дома серебристый «Мерседес» и с интересом спросил:
— Твоя машина?
— Это мне по работе дали. А дома у меня несколько машин.
— А как же ты на нескольких ездишь? — В голосе мужчины послышалась злость.
Читать бесплатно другие книги:
