Поющая для дракона. Книга 2. Пламя в твоих руках Эльденберт Марина

Мысленно вздохнула с облегчением: слово «был» определенно намекало на то, что все осталось в прошлом. Или нет? Судя по холодному взгляду, это еще не все.

— Какое решение вынес Совет?

— Предложение выпить кофе еще в силе?

Кивнула.

— Тогда пойдем. На кухне будет удобнее разговаривать.

Не знаю, удобнее или нет, но хоть будет минутка, чтобы перевести дух. Пока кофемашина занималась делом, я устроилась на стуле. Рэйнар садиться не стал, оперся ладонью на столешницу в сантиметре от моего обнаженного локтя. Волоски на коже тут же встали дыбом, только усилием воли я заставила себя остаться на месте.

— Совет отклонил жалобу Стоунвилла. Исключительно потому, что Ирргалия на моей территории нарушила мои правила. Поэтому я хочу разыскать твою семью, Леона. Потому что такие вопросы будут возникать постоянно.

Нет, все-таки это самый невероятный и противоречивый мужчина, которого я знала. Пару минут назад говорил так, что квартира только чудом не воспламенилась, а сейчас его голосом можно вакуумные заморозки в промышленных масштабах обеспечить.

— Какие — такие?

— Стоунвилл упирал на то, что это была невинная шутка, потому что никто не пострадал. Если бы у тебя было имя твоего отца…

— Мне достаточно имени моей матери.

— Дослушай. Если бы у тебя было имя твоего отца, за такое уже Стоунвиллам пришлось бы извиняться.

На полу вздохнул Марр. Видимо, решил напомнить, что он есть и всегда готов есть, но сейчас я даже на него не взглянула.

Понятно, поскольку я вся такая безродная не пострадала, рагранские пчелы — это невинная шутка. Оскорбленная добродетель Ирргалии требует справедливого возмещения, и все такое. Но вот если бы я была местрель, это уже считалось бы оскорблением в мой адрес. Потрясающе. Хотя, погодите-ка, был еще один звериный закон. Согласно которому, если ты не сумел защититься от ментальной магии — сам дурак. В целом прелестная выходит картина. Ну ладно, там тоже была поправка про серьезный ущерб здоровью. Нет, определенно надо читать правила выживания в мире иртханов. Вот только на прослушивание схожу и займусь.

— Я хочу защитить тебя, Леона. Но если ты будешь сопротивляться, это будет в разы сложнее.

Вот так плавно мы вернулись к тому, от чего ушли.

— Получается, сила моего огня для остальных не имеет значения? Только мой род?

— Я уже говорил, что пока не хочу ее раскрывать. Но даже если о ней станет известно, в мире иртханов происхождение — ключевое. Если тебя не признает твой род, силу крови придется подтверждать. Равно как и право войти в высшее общество.

— Каким образом?

— Призывом дракона и грамотным отведением зверя в пустоши.

Кофемашина поперхнулась раньше меня: чашка наполнилась, агрегат возмущенно запищал. Это позволило взять очередную передышку в просветительно-образовательном разговоре. Вскочила, вытащила первую и поставила ее на блюдце, а кофемашине подсунула вторую и нажала кнопку. Надеюсь, нужную. Потому что сейчас в моей голове кружило слишком много мыслей и несколько нецензурных замечаний, которые я с трудом удержала. Глаза у меня, наверное, были размером с чашки: по ощущениям, они старательно лезли из орбит.

Имени нет — отребье! Есть сила — к драконам!

— И частенько у вас такое случается?

— Последний раз полукровка подтверждал силу в прошлом столетии. Но он был мужчиной.

— Удачно?

— Леона, — Рэйнар подошел ко мне и обнял со спины, — я этого не допущу.

Чашка звякнула о блюдце и чуть не выпала из рук. Я принялась свирепо промокать ее салфеткой.

— Я могу разыскать твою семью.

От близости с ним мутился рассудок. Столько в его прикосновениях было властной уверенной силы, столько согревающего огня, что думать о чем-то серьезном решительно не получалось. Как я вообще жила всю эту неделю — без него? И как собираюсь жить дальше, если мы видимся только по выходным, если мы все равно не сможем быть вместе? Или сможем, если он найдет моего отца? Если тот действительно согласится меня принять? Разве это большая цена за возможность дать будущее нашим с Рэйнаром отношениям?

Так, кажется, кому-то нужно время, чтобы прийти в себя. Неудивительно, что после такого шквала чувств и новостей в голову лезет непонятно что. Но ведь… ведь это правда. И если он хочет его найти, значит ли, что тот тоже этого хочет?

Я повернулась в его руках и внимательно заглянула в глаза.

Изумрудные льдинки — попробуй разгадать, что за ними скрывается. Только когда во льдах разгорается пламя, я чувствую, как мое отзывается вмиг.

— Только если ты тоже этого хочешь. Леона?

Рэйнар Халлоран… спрашивает… моего согласия?!

Перед глазами неожиданно возникло насмешливое, немного растерянное лицо сестры, когда она пришла сегодня в ресторан. Если у Танни хватило смелости оставить прошлое за спиной, то у меня тоже хватит. Я хочу знать, как звали женщину, которой я обязана двумя рождениями. Я хочу знать, почему она оказалась в Мериуже, и если у меня будет возможность посмотреть в глаза своему отцу, я хочу это сделать. Какой бы ответ там ни скрывался. Хочу смотреть в глаза этим заносчивым иртханам, зная о своем происхождении все.

— Хочу, — сказала уверенно. — Только обещай, что я обо всем узнаю первой. Ни твои родные, ни Аррингсхан, ни Совет, ни…

— Обещаю.

Он провел пальцами по моим губам, и я запрокинула голову. Окунулась в бушующий алый огонь, разгорающийся в стремительно темнеющих глазах. Всхлипнула, когда его губы накрыли мои, когда Рэйнар сцепил мои запястья за спиной. Рванулась к нему и застонала от короткой, обжигающей боли укуса. Он раскрывал меня этим поцелуем как самой бесстыдной лаской: остро, жадно, откровенно, словно я была его продолжением.

Но я и была.

Разве могут губы быть такими чувствительными?

Разве может горчинка быть такой сладкой?

Кончик языка скользнул по ожогу укуса, и по телу прокатилась горячая волна, глубина перешла в нежность. Когда он отстранился, из груди выбило воздух, я с трудом удержалась, чтобы не потянуться за продолжением ласки. Холодный воздух коснулся губ, заставляя прийти в себя. Какое-то время мы молча смотрели друг на друга, понимая, что еще чуть-чуть, и остановиться уже не получится.

Да, нелегко быть старшей сестрой.

— Кофе? — хрипло спросил Рэйнар.

— Если тебя не смущают печеньки из обычного супермаркета.

Мой голос тоже стал подозрительно низким.

— Думаю, с этим я как-нибудь справлюсь.

— С печеньками или со смущением?

— Со всем.

Если честно, не представляю, что может его смутить.

Дурацкая неловкость окончательно растаяла, перетекла в радость. Отчаянно яркую радость, с похожей я вскакивала в детстве — с осознанием, что сегодня выходные и не надо идти в школу. Мир расцветал всеми красками, а впереди было два невероятно прекрасных дня, омрачить которые ничто не могло. Вот и у нас впереди два безумно прекрасных дня, даже если не считать завтрашнего перерыва. Он не звонил не из-за нашей ссоры. Не из-за Ландстор-Холла и не из-за того, что я ему возражала. Не потому, что я ему не нужна.

Так, Леона, уймись. Уймись, я сказала!

— Мне все-таки интересно, что подразумевалось под «чем-нибудь еще»? — задала вопрос, который не давал мне покоя.

Дракон сощурился.

— Узнаешь. На выходных.

Академия располагалась на отдельном острове и напоминала город внутри города. В центре возвышалось огромное современное здание, представлявшее из себя высотку, выстроенную ярусами, вокруг нее кольцами расходился огромный парк. Солнце отражалось в затемненных стеклах и слепило глаза, перетекало с этажа на этаж, как расплавленное золото. Заметив мой взгляд, Рэйнар улыбнулся.

— Вечером она кажется объятой огнем.

— Ага, — согласилась я и прилипла обратно к стеклу.

Мы уже заходили на посадку, но я все равно успела углядеть дальние корпуса, отгородившие открытую площадку, на которой под лучами голограмм стремительно двигались крохотные фигурки. Двигались так стремительно, что от попытки следить за ними запестрело в глазах. Впрочем, лучи двигались не менее шустро, а потом я увидела раскрывшуюся над площадкой голограмму дракона и очень натуралистичную струю пламени, прокатившуюся по полигону.

— Практическое занятие, — объяснил Рэйнар. — Это будущие вальцгарды.

— Сколько здесь вообще студентов?

— Каждый год выпускается около десяти тысяч иртханов.

Ого. Теперь понятно, почему Академия такая огромная.

Даже для многомиллионного города это более чем прилично, хотя, насколько я знаю, академий всего три на целую Аронгару. В Мэйстоне, во Флангстоне и, предсказуемо — в Зингсприде.

— Поступить может любой?

— Любой, кто достойно сдает экзамены и способен оплатить обучение. Вальцгардом может стать только аристократ.

Ну это вполне объяснимо. Чтобы выйти к драконам, нужно иметь достаточно сильную кровь. Достаточно для того, чтобы строем удержать взбешенных зверей, если такое понадобится. Войн между городами или государствами сейчас не случается. Любой серьезный конфликт просто-напросто превратит нашу планету в руины и пепел, в этом имели возможность убедиться во времена Погасших костров.

Название эпоха получила из-за победы иртханов над драконами, но потом они принялись делить власть и направляли друг против друга не только оружие и армии, но и самих драконов. В результате земли горели, а мир был залит кровью. Сейчас же воюют преимущественно маленькие страны, вынужденные ютиться на небольшом ларганатском материке. Из-за этого их города полыхают, а из Таррхартского пролива почти не выводят армии миротворцев Аронгары и Ферверна.

— Женщины тоже могут пройти эту программу? Я имею в виду тренировки на полигоне вальцгардов?

— Нет, женщины к военному делу не имеют никакого отношения.

Ну разумеется. Можно было и не спрашивать.

Флайс медленно опустился на преподавательскую парковку в центральной части кампуса. Нас уже встречали: женщина в деловом костюме, юбка-карандаш стянула ее ноги так, что она едва ли не по стойке смирно стояла. Идеальная прическа, волосок к волоску, тоже деловая дальше некуда. Чуть поодаль стоял мужчина уже гораздо менее деловой. Седеющий, в простой джинсовой одежде. Разве что взгляд его отражал что-то среднее между благоговением и смущением — особенно когда цеплялся за моего дракона.

— Местр Халлоран, эсса Ладэ, — поздоровалась блондинка, ввернув в приветствие дежурную улыбку. А вот глаза ее за стеклами очков излучали легкий мандраж. Подрагивающие на планшете пальцы тоже выдавали волнение. — Добро пожаловать в Райгенсфорд.

Райгенсфордская Академия иртханов была названа в честь основателя. Насколько я знаю, раньше она вообще располагалась за пределами Мэйстона, то есть остров находился за городской чертой. После Ландсаррского налета Райгенсфорд был полностью отстроен заново.

— Здравствуйте, Лира. — Рэйнар улыбнулся. — Местр Шахррейн на месте?

Местр Шахррейн? Тот самый, о ком говорила местра Халлоран, претендент на руку и сердце Ирргалии, а заодно и на место правящего?

— Нет, ректор с заместителем срочно отбыли во Флангстон. Меня предупредили, что вам понадобится доступ на тренировочный полигон. Сегодня дежурный кипер Грихеш. — Она указала на мужчину, и тот кивнул в знак приветствия. По-прежнему немного смущенно. — Он вас проведет, все покажет, проинструктирует по технике безопасности. Если вам понадобится что-то еще, я всегда готова помочь.

От меня не укрылось, как нахмурился Рэйнар. Тень скользнула по его лицу и тут же растаяла, когда он посмотрел на меня. Он снова обратился к женщине:

— Спасибо, Лира. Если мне что-то понадобится, я с вами свяжусь.

— Хорошо, местр Халлоран.

Я попыталась собрать мозаику из представленных фактов. Шахррейн — ректор, но если они с замом отбыли вместе, значит, заместитель его сын. Сейчас я даже приблизительно вспомнила, как выглядит ректор Академии: зацепила как-то пару лет назад по визору. Уже тогда это был тучный мужчина с полностью седыми волосами и суровыми складками у губ. Нет, он вряд ли может претендовать на правящего. То есть на следующих выборах будут выдвигать кандидатуру Шахррейна-младшего. В сухом остатке получаем, что отец с сыном сбежали во Флангстон, зная о нашем визите. Заодно и о напряженной обстановке между городами. Да, некрасивая ситуация.

— Местр Халлоран, эсса Ладэ, пойдемте. — Грихеш пропустил нас вперед по дорожке. Лира ушла в другую сторону, безопасники остались на парковке у своих машин. — У них сейчас время выгула.

— У кого? — удивилась я.

— У виаров и драконов. Все увидите сами. — Он кивнул. — С правилами техники безопасности знакомы?

Кипер обращался ко мне, но смотрел на Рэйнара. Смотрел так, как подростки смотрят на кумиров, а взрослые на тех, кого безмерно уважают. В груди полыхнуло необъяснимое, странное чувство. Чувство гордости за своего мужчину. Никогда бы не подумала, что это настолько приятно — видеть со стороны восхищение к тому, кого любишь.

— Думаю, они нам не помешают. — Рэйнар едва заметно коснулся моей слегка вспотевшей руки.

В ответ я покосилась на него. Надеюсь, не очень большими глазами. Конечно, виары — не драконы, но все-таки сегодня мой первый настоящий экзамен. Получится ли у меня отдать приказ?

Чтобы немного отвлечься, взглянула на центральный корпус. Теперь он возвышался над нами и упирался в небо, обтекающее его многочисленные ярусы подобно голографической стилизации. Из-за этого создавалось ощущение нереальности происходящего. Растопыренные многопалые руки деревьев, лишившихся оперения, главная высотка. Дорожки, растекающиеся по кампусу бесчисленными нитями, мешали сосредоточиться на чем-то одном. Учиться здесь наверняка здорово и очень престижно.

Интересно, каково это?

— Вольеры в зоокорпусе отгорожены от двора и полигонов защитным полем.

— Наподобие того, что создает Лаувайс? — спросила я.

— Нет, в данном случае силовым, — ответил Рэйнар.

— Отключается оно с помощью кода, который сегодня только у меня, — продолжал кипер. — Даже если вам покажется, что дракон может его преодолеть, это не так. Близко к вольерам подходить не стоит, не делайте резких движений, не бегайте, не повышайте голос.

Я представила себе, как бегу между вольерами. Размахивая руками, с истеричными визгами, и мне стало смешно. Рэйнар с трудом сдерживал улыбку, впрочем, и Грихеш тоже.

— Поверьте, эти правила писались не просто так.

— Верю, — честно призналась я.

Если даже на стиральных машинках пишут: «Не кладите виарят в барабан», то правила техники безопасности по сравнению с этим кладезь логики.

Кипер тем временем продолжал:

— Когда окажетесь со зверем один на один, на тренировочном полигоне…

Один на один?! Что значит один на один?!

Кажется, я потеряла мысль, потому что, когда очнулась, кипер уже молчал. К счастью, мы пришли. Или не к счастью, мы пришли, в любом случае на мой вопросительный взгляд Рэйнар ответил многозначительным молчанием. Пытать его в присутствии кипера было как-то неловко, поэтому решила дождаться минуты, пока мы останемся наедине. И вот тут я ему выскажу все, что думаю! Значит, оставить меня наедине со зверем, да? Тут мою мысль унесло немного в другие пустоши, потому что вместо подъема внешний лифт ухнул вниз. Вместо привычно уносящейся земли перед глазами стремительно текла лента шахты.

— Ой, — сказала я.

— На территории Райгенсфорда наземное движение запрещено, — объяснил Рэйнар. — Флайсы беспокоят драконов.

Ага. Теперь понятно, почему мы заходили по такой странной траектории, почему студенческая парковка вынесена за пределы острова и располагается достаточно низко. Сейчас мы оказались под землей на просторной платформе рядом с капсулой, напоминающей вагон аэроэкспресса. Разве что внутри этой капсулы было всего четыре места, да и управлялась она автоматически, насколько я поняла: панели были рядом с каждым креслом. А еще у нее не было окон.

— Зоокорпус на другом конце острова, но это преподавательская магистраль, — пояснил кипер. — Прошу. Через пару минут будем на месте.

Через пару минут?

Это какая же у него скорость, если корпус на другом конце острова?

Я упала в мягкое кресло, Рэйнар устроился на соседнем.

Оглядела залитый теплым светом салон, где не было ничего лишнего, а еще пахло камартовой сладостью. Приятные сливочно-кремовые стены, такая же обивка, и… Я вдруг поняла, что все на меня смотрят. То есть дверь закрылась, но мы почему-то не поехали. Прежде чем я успела додумать, Рэйнар подался ко мне и нажал кнопку справа. С мягким «вжих» меня захлестнуло ремнями и плотно прижало к спинке.

А в следующий миг к моей спинке прижало все внутренности. Язык прилип к нёбу, а глаза, по ощущениям, остались в точке, из которой капсула стартанула.

— Как ощущения? — спросил кипер.

— Х-хорошо, — выдавила я.

— К этому просто нужно привыкнуть. Расстояния между корпусами большие, — еще бы, я видела кампус сверху, — а перерывы между занятиями короткие.

Ну да, в наш век все торопятся.

На этой оптимистичной мысли я выходила из капсулы под руку с Рэйнаром.

— Как ты себя чувствуешь?

— Буэ.

Он улыбнулся.

— Не верю. Вестибулярный аппарат иртханов легко справляется с высокими скоростями.

Не знаю, как насчет иртханов, я вообще серединка на половинку. Интересно, если меня сейчас стошнит, поверят? Ну хорошо, зеленеть от высоких скоростей в нашем мире позорно, тем более что мне понравилось. Правда понравилось. Ну не считая первых ощущений. Вторые ощущения не заставили себя ждать: когда мы поднимались на лифте, сверху донесся рык. Не просто рык — раскатистый рев, бьющий сквозь стены. От этого все волоски на моей коже встали дыбом. Но как-то правильно встали, в смысле, не от желания спрятаться за широкую спину иртхана. То есть сначала я вздрогнула — попробуй не вздрогни, когда на тебя рычит стена, а потом меня захлестнуло волной дикой радости. Поймала на себе пристальный взгляд Рэйнара и замерла.

— Что? — спросила почти испуганно.

— Что ты почувствовала, Леона?

Не считая того, что чуть не свалилась в обморок?

— Не знаю, — произнесла неуверенно. — Радость?

И увидела довольную улыбку на лице своего дракона.

— Ты начинаешь их чувствовать.

О… ну шикарно. И что это значит?

— Эмпатия очень важна, — неожиданно вмешался кипер. — Для драконов особенно.

Я вопросительно посмотрела на Рэйнара.

— Они чувствуют, когда ты чувствуешь их. Это сближает.

Не уверена, что я готова сближаться с драконами.

Холл зоокорпуса напоминал ущелье. В центре был устроен фонтан, над головой раскинулось голографическое небо. Шумела падающая из чаши в чашу вода, а когда мы оказались в коридоре, нас сомкнуло между прозрачных, заполненных водой стен, внутри которых плескались глубоководные рыбы. На ходу я углядела только бериджар — огромную зубастую рыбину, выживающую благодаря своему бледно-голубому окрасу, позволяющему ей быть незаметной. И еще сан-ниддл — эту рыбку так назвали за ярко-желтый цвет и торчащие из-под чешуи тонкие иглы, наполненные ядом. В общем, не позавидуешь тому, кто попытается ее сожрать.

Мы быстренько прошли по коридорам и очутились в просторном… нет, в очень просторном дворе. По размерам его можно было сравнить со стадионом. На противоположной стороне располагалась стилизация под скалы, именно там находились вольеры. За нами высокие стены корпуса взметнулись ввысь, как трибуны, и я вспомнила про Рольгена и его брата. А потом забыла вообще обо всем, потому что над нами распласталась тень, закрывшая солнце. Которая в следующий миг взвилась к небу, раскинув мощные кожистые крылья. Я наблюдала за полетом драконицы как завороженная, пытаясь справиться с охватившими меня чувствами. Дыхание сбивалось, а в груди рождалось ощущение пьянящего восторга.

Полет.

Настоящий. Все выше, выше и выше…

А потом безумное падение и снова рывок вверх.

Сердце падало и взмывало вслед за чувствами, словно это я вспарывала небо и воздух стремительно меня обтекал.

— Оставьте нас, пожалуйста, — обратился к киперу Рэйнар.

— Я пока подготовлю испытательный полигон.

— Спасибо.

Не знаю, что со мной творилось. Не представляю. Драконица с алой чешуей, искрящейся в лучах, кружила над двором, то взлетая высоко к небесам, то опускаясь ниже, а я смотрела на нее, и мне почему-то хотелось плакать. От счастья. От глубокого, ни с чем не сравнимого счастья. Я даже отвернулась к стене и сделала вид, что в глаз попала ресница. Меня рвало на тряпочки и собирало обратно в лоскутное покрывало, трясло и обжигало. До тех пор, пока Рэйнар не обнял за плечи. Я тут же попыталась вывернуться, но наткнулась на улыбку и замерла. Никогда раньше не видела, чтобы он так улыбался — светло, легко, преображаясь из правящего в… человека?

— Этого не нужно стесняться, Леона, — произнес он. — Твой огонь раскрывается, потому что ты принимаешь свою суть. Смотри.

И мягко развернул.

По двору к нам ковыляло (иначе и не скажешь, потому что оно все время спотыкалось и норовило завалиться то на один, то на другой бок) нечто. Крохотным его язык не повернулся бы назвать, потому что оно казалось немногим ниже Рэйнара. На голове ютился малюсенький на вид мягкий гребешок, а коготки уже были размером с лапы Марра. Каждый. Зато чешуйки пока еще совсем тоненькие.

Звереныш смешно щурился, переставляя короткие лапки, а потом разомкнул челюсти и дыхнул в нашу сторону. Струйка огня ударила в силовое поле, я шарахнулась, но Рэйнар удержал. В следующий миг драконица уже спикировала на землю к своему чаду. Внимательно посмотрела на нас — я даже забыла, как дышать, а потом осторожно подхватила детеныша за шкирку. Мощным ударом хвоста затушила огненную дорожку, после чего развернулась и направилась к вольеру.

— Драконенок, — обалдело сказала я. — С мамой.

— Да. Ему скоро будет месяц.

Я только что увидела драконенка! Настоящего… маленького… драконенка.

Только сейчас заметила разгуливающих по двору виаров. Их было много, наверное, не меньше двух десятков — самых разных, преимущественно диких. Даже равнинный резвился, гоняясь за голографическими зверьками. И никого из них не смущала близость драконицы с детенышем, тяжелая поступь которой ощущалась даже по эту сторону силового поля.

— Нравится? — спросил Рэйнар.

Как такое может не нравиться?

Точнее… как такое может нравиться настолько, что мне не хочется хлопнуться в обморок прямо здесь, а наоборот — хочется смотреть, смотреть и смотреть? Запрокинула голову, чтобы убедиться, что глаза меня не обманывают. Но нет, над нами было самое настоящее небо, самое настоящее солнце. Драконица недавно порхала над двором, не собираясь улетать в пустоши. Да и виары, бродившие рядом, нежились на солнышке или заигрывали друг с другом, тоже не особо стремились к свободе.

— Но… как? — спросила я. — Что их удерживает? Силовое поле?

— Драконов невозможно удержать, если они того не хотят.

В ответ на мой вопросительный взгляд Рэйнар только улыбнулся.

— Они здесь по своей воле. Это их выбор.

С ума сойти!

Драконы по своей воле живут рядом с людьми. Ну ладно, рядом с иртханами, но это ведь не особенно меняет дело, правда? Не просто живут, они им помогают… учиться. Невероятно!

Невероятно, потому что для людей драконы — чудовища, от которых нужна защита. Да что там, когда драконица на меня смотрела, сердце в пятки ушло. Пусть даже длилось это считаные секунды.

— Сколько их?

— Теперь трое.

Я покачала головой.

— И после такого ты предлагаешь мне сдавать экзамен?

— Отключить эмоции проще, когда ты в их власти. Восприятие становится острее, граница четче.

Да уж, острее некуда.

— Ты готова.

— Ты в этом настолько уверен?

— Иначе бы нас здесь не было.

— Ты не предупредил, что я буду одна.

— Первое общение со зверем — это своего рода таинство. Все или всех, кто может отвлечь, следует исключить.

— А если во время этого таинства меня сожрут?

Губы Рэйнара дрогнули, словно он с трудом сдерживал смех. А вот мне было не до смеха, совсем! Представить только, махина ростом в половину меня. Если встанет на задние лапы, даже выше. И эта махина при желании может располосовать до косточек. Зубками или когтиками. А если что-то пойдет не так, если я что-то напутаю?

— Ты готова, Леона. Мне нужно понять, на что ты способна. Выбирай.

— Выбирать?

— Найди того, кто захочет тебе помочь. Огнем. И позови.

Да он издевается!

Я неуверенно посмотрела на резвящихся виаров, не спешивших в свои скалы-вольеры. Раздолье, да и только. Для них. Для меня, в общем, тоже. Но как выбрать кого-то одного?

— Не спеши. Ты почувствуешь ответ.

Легко ему говорить!

Ладони снова вспотели вместе со всем остальным. Кажется, даже изнутри холодный пот прошиб. Пусть даже я знала, что виар согласится мне помочь, все равно это виар. Дикий, со своим характером, пастью с острыми зубами и когтями-лезвиями. Наверное, когда-нибудь я привыкну к тому, что в зверином мире иртханов все перевернуто с ног на голову. То чрезмерная жестокость, то странное, порой даже пугающее соседство с удивительными созданиями — драконами, маленькими и большими. У меня перед глазами все мельтешило, поэтому я почти не всматривалась в игрища во дворе.

Чувства виаров напоминали спутанные поверхностные клубки, одни из которых искрились ярче, другие — не настолько сильно. Что-то сродни азарту, игривости, у некоторых даже злости или раздражения. А вот и меланхолия… Я зацепилась за устроившегося на солнышке серебристо-пепельного виара. Он вылизывал лапу, а потом повернулся. Глаза у него были прозрачно-голубые, как льдинки. Вот почти наверняка фервернских кровей зверь. Красивый…

Его, что ли, позвать?

— Закрой глаза, Леона, — негромко произнес Рэйнар. — Ты выбираешь разумом.

У-у-ух.

Ладно.

Прикрыла глаза и сосредоточилась на чувствах. Удивительно, но они и впрямь стали острее, а потом… потом вспыхнули ладони. Совсем как неделю назад. Хотела было сказать Рэйнару, но жар уже побежал по рукам, в плечи. Отозвался в груди огнем, устремился ввысь. Похожее тепло плескалось поблизости, и я рванулась к нему, точнее, рванулось пламя. Меня обожгло, по телу прокатилась дрожь, собираясь на кончиках напряженных пальцев.

«Поможешь?» — неуверенно спросила я.

И найденный огонь рванулся ко мне, отзываясь в сердце.

Гулкими сильными ударами, будто рождающимися в единстве нашей связи.

Нет, это точно не фервернский виар, у него ведь должно быть холодное пламя? Надеюсь, он не больше Марра, и уж точно надеюсь, что не равнинный. Вот у кого зубы…

Открыла глаза и поняла, что виаров поблизости нет.

Ни одного.

Эм… откуда во дворе тень? Только что ведь не было…

Тень сдвинулась и прямо передо мной оказалась морда размером с грузовой флайс.

Морда дракона.

ГЛАВА 11

Янтарные глаза. Чешуя цвета разгорающегося в ночи огня.

Удар мощного сердца отозвался в моей груди.

Миг — и сознание затопило силой: яркой, чужой. Дикой и неукротимой. Это была мощь в чистом виде. Бесконечная, всеобъемлющая и жаркая, как нутро готового исторгнуть лаву вулкана. Все выше, выше и выше, до предела, когда уже не хватает дыхания. Дикое, безудержное стремление раскрыться, взлететь и парить. Уверенность, достойная многовековых скал, взрезающих зубьями небо.

Огненный ураган, сметающий все и вся.

Страницы: «« « ... 1011121314151617 » ... »»