Без масок Метельский Николай

Отойдя в сторону, я поводил фонарем вправо-влево. Комната… или зал десять на пятнадцать. Напротив входа в Хранилище, из стены которого как раз медленно выходил Рафу, – дверной проем без двери, за которым – длинный коридор. Достаточно длинный, чтобы свет фонаря не доставал до противоположного конца. Само помещение абсолютно пустое. Серые каменные стены, такой же пол, все выглядит как новое, даже пыли нет. Разве что непонятные разводы на полу, но это, скорее всего, родаки в прошлые разы грязь сюда занесли.

Вышедший наконец из двери Рафу, поведя плечами, снял со спины сумку и присел на корточки, положив рядом свой фонарь.

– Я уже говорил, но все-таки напомню, – произнес он, убирая в сумку медальон и доставая небольшой круглый щит. – Путь до коридора, дальше которого мы не прошли, относительно безопасный, тем не менее вы не должны отходить от меня более чем на три метра, а после коридора – более чем на два. Особенно это касается тебя, – добавил он, глядя на Этсу.

– Я все помню, не волнуйся, – ответила она раздраженно. – Прошлого раза не повторится.

– А что было в прошлый раз? – спросил я.

– Ничего, – отрезала она.

– Эта дуреха ломанулась читать надписи на стене, и я чудом выдернул ее из-под луча лазера, – пояснил сердито Рафу.

– Это могло быть важно, – буркнула она и отвернулась.

– Это было всего лишь пожелание удачи, – припечатал Рафу. – Точно такое же, как и на десятках других объектов. Древние повсюду свои пожелания оставляют.

– Больше такого не повторится, – проговорила она смущенно и раздраженно одновременно.

– Помнится, в первый раз я тебе даже поверил, – хмыкнул Рафу. – Боги, как ты вообще со своим энтузиазмом и любопытством до сих пор жива?

– Потому что у меня есть ты, видимо, – пожала она плечами.

Посверлив ее взглядом, Рафу устало выдохнул.

– Ладно, – произнес он. – Просто не отходите от меня далее чем на три метра. После того самого коридора – не более чем на два метра.

– Я все понял, не волнуйся, – кивнул я.

– Этсу?

– Да, да, я все поняла, – откликнулась она раздраженно.

– Тогда пойдем, – сказал Рафу и поднялся на ноги.

Из, скажем так, предбанника мы вышли в тот самый коридор. Собственно, больше идти было и некуда. Сам коридор тянулся метров на пятьдесят, оканчиваясь еще одним предбанником, только размером поменьше. Из него тоже был лишь один выход, за которым находился брат-близнец второго предбанника, а из него было уже три выхода. Рафу выбрал тот, который был напротив нас.

– А эти куда ведут? – спросил я.

– Там технические помещения, – махнул он влево. – А справа просто тупик. Не знаю, что там изначально было.

– Может, там секретный проход и вы его просто не нашли? – полюбопытствовал я.

Правда, ответила мне Этсу:

– Тут все двери наподобие той, через которую мы прошли. Абсолютно все. И они либо исчезли без поддерживающей их энергии, либо нет, но тогда нам все равно их не открыть. Ключа-то нет.

– Ясненько, – произнес я тихо.

– Не волнуйся, – усмехнулась она. – Все нужные нам двери открыты. Да и не верю я, что здесь вообще что-то закрытое осталось. Разве что вход в генераторную, да и то вряд ли.

– И откуда такая уверенность? – поинтересовался я.

Мы в это время вышли в очередной коридор.

– Опыт, Синдзи, – пожала она плечами. – Ну и нужные знания. Например, ты в курсе, что Древние были разделены на касты?

– Это лишь одна из многих теорий, – заметил идущий впереди Рафу.

– Но объясняющая очень многое, – тут же ответила Этсу. Рафу промолчал, и она продолжила: – Например, этот объект с высокой долей вероятности принадлежал касте ученых, а мы с тобой направляемся на склад. Именно склады люди приспособили для Хранилищ. Причем так везде, и на объектах ученых, и на объектах строителей. Объектов воинов никто так и не нашел. Ну или нашел и помалкивает.

– Всего три касты? – прервал я ее.

– Мм… – задумалась она. – Есть теория, в которую даже я, сторонница каст Древних, не очень верю, что у них вроде как была четвертая каста. То ли жрецы, то ли мудрецы, то ли лидеры… В общем, что-то высокодуховное. Стоящее над всем остальным. Ну и не стоит забывать, что Древние – по сути пришельцы из космоса, и на Землю могли прибыть всего три… пусть даже четыре касты, а как оно у них в родном мире, никто не знает. Может, каст и больше. Ну или мы где-то ошибаемся.

– Понятно, – кивнул я. – Что там насчет объектов?

– А, да, объекты… На чем я там… Кхм. Так вот. Мы идем на склады, и я сильно сомневаюсь, что база в условиях недостатка энергии будет тратить ее на поддержку столь необязательных помещений. Более того, я точно знаю, что защита базы гораздо серьезнее, чем мы видим сейчас, то есть у базы даже нет энергии на общую систему безопасности. Работают только вспомогательные системы защиты. Ручные. Ну то есть не автоматические, а активируемые вручную. У них предположительно свой источник питания.

В этот момент мы вышли в очередное помещение с дверными проходами, и я впервые увидел останки местных.

– Нехило тут кто-то повеселился… – пробормотал я, водя лучом фонаря по полу.

Целая куча человеческих костей была разбросана по всему помещению. Причем ни одной целой, все… разрублены, если я хоть что-то понимаю в ранах.

– Этот щит мы, кстати, нашли именно здесь, – произнес Рафу. – Только не сильно он помог хозяину. Вон этому, который относительно целый.

Посветив в ту сторону, в которую указывал Рафу, я заметил скелет, который и правда был почти целым – всего лишь без половины черепушки.

– И кто их так? – спросил я.

Хотелось уточнить, что еще они здесь позаимствовали, но вряд ли мне ответят.

– Без понятия, – ответил Рафу.

– На самом деле выбор из нападающих не очень велик, – заметила Этсу. – Это либо боги, точнее, их слуги, либо кто-то из Древних. Они порой тоже… ссорились. Никто другой просто не одолел бы защиту объекта.

– Тогда уж это вряд ли боги, – посмотрел я на нее. – Хранилище ведь было под управлением жрецов кого-то из богов. Зачем им…

– Ты прям как ребенок, – фыркнула Этсу. – Думаешь, боги не воевали друг с другом?

– Хм, ну так-то да… – пробормотал я. – Тогда у меня другой вопрос: какого фига объектом Древних при живых Древних управляют жрецы богов, с которыми Древние воюют?

– О-о-о… – протянула Этсу. – Вопрос вопросов. Только ответа на него нет. Как всегда, впрочем. Официально, по словам самих жрецов, Древние передали людям свои дома в качестве жеста доброй воли. Но верится в это с трудом.

– Но артефакты-то они раздавали людям, – заметил я.

– Не сравнивай эти побрякушки с объектами Древних, Синдзи, – подал голос Рафу. – Вот скажи, ты заметил здесь хоть один предмет мебели? Ну или хотя бы остатки мебели?

А ведь и правда.

– Нет, – произнес я.

– Ты в Хранилище Фудзи был? – продолжал спрашивать Рафу.

– Да, – ответил я коротко.

– Сидел на тамошних стульях?

– Нет, – удивился я.

– А вот если бы сидел, понял бы, что мебель в Хранилищах создана по тому же принципу, что и двери, – произнес он, не оборачиваясь в нашу с Этсу сторону.

– Круто, конечно, но… – начал я, но тут до меня дошло. – Объекты Древних – единая высокотехнологичная структура. Не просто стены и мебель, а нечто нереальное в техническом плане.

– Именно, – сказал Рафу. – И мебель – ерунда. Не знаю как насчет генератора, но те же защитные системы – тоже часть комплекса. Есть энергия – есть защитные системы. Те же лазерные установки. Нет энергии – и в стенах даже ниши с этими самыми установками пропадают. Причем заметь – мы, люди, даже примерно не понимаем, как все это работает. Если бы не каста воинов, которая охраняла все объекты Древних и притаскивала вместе с собой и свое стороннее оборудование, не было бы у нас ни одной разработки, основанной на технологиях Древних. Те же боевые роботы были бы сказкой.

– Каста строителей тоже выделяла своих людей для объектов ученых и воинов, – заметила Этсу.

– Ну и строители, да, – согласился Рафу. – Только, насколько я знаю, ни одна вещь строителей так и не поддалась нашим ученым.

Очередной дверной проем вывел нас не к коридору, а к мосту. Внизу была тьма, справа-слева была тьма, мы как будто бездну пересекали.

– А в действующем Хранилище здесь что? – спросил я.

– Ничего, – ответила Этсу. – Такой же коридор, как те, что ты уже видел.

Забавно, а ведь в Хранилище Фудзи есть похожее место, только оно в самом начале. Там тоже мост, и помещение выглядит как огромная каменная бочка.

Через двадцать две минуты с копейками мы оказались в очередной голой комнате, только дверной проем вел не в коридор, а в шахту.

– Почти пришли, – произнес Рафу. – Судя по всему, тут изначально был лифт, но без энергии он исчез, как и двери. Наше счастье, что Древние продумали такую ситуацию и не полагались исключительно на свои технологии.

Рафу имел в виду лестницу, вырезанную прямо в стене шахты. Лестницу неудобную, так как это были, скорее, небольшие ступеньки, за которые было трудно держаться. Тем не менее и я, и Рафу с Этсу спустились вниз без инцидентов. Новое помещение было точно такой же коробкой, как и все, что я видел здесь. Местная архитектура вообще не отличалась оригинальностью – коридоры и прямоугольные комнаты разного размера. Конкретно эта комната была площадью метров двадцать и открывала путь в еще один коридор. Разве что здесь было очень много скелетов. Причем сваленных в одну кучу в угол комнаты.

– Ваша работа? – спросил я, кивнув на кости.

– Они мешали, – произнесла Этсу, скидывая сумку на пол.

То же самое проделал и я. Да, собственно, все мы избавились от своей поклажи. Не знаю, что было в сумках у Рафу с Этсу, а вот я тащил сухпайки. Я сначала удивился, зачем нам еды на пять дней, но Рафу, покачав головой, пояснил: далеко не факт, что коридор, который их остановил, – последнее препятствие. Мы, конечно, вряд ли пробудем тут все пять дней, но запас лучше иметь, чем не иметь. Только вот есть у меня подозрение, что меня нагрузили из желания хоть что-то всучить. А то, ишь, налегке идти вздумал.

Неожиданно для меня внутрь своей сумки полезла именно Этсу. Я почему-то думал, что она какие-нибудь археологические инструменты тащит. В общем, ерунду, как и я. Впрочем, увидев, что именно она достала, я все же немного удивился.

– Крысы? – вскинул я брови.

Этсу достала прозрачный контейнер с присобаченным к нему небольшим баллоном с воздухом и несколькими белыми крысами внутри.

– И чему ты удивляешься? – глянула она на меня. – Или ты думаешь, мы все на себе проверять должны? Сначала крысы, потом мы.

Сказано – сделано. Вытащенная из контейнера крыса полетела в коридор. Этсу ее натурально кинула, а не опустила на пол. Защита коридора отработала на пять с плюсом: вспышка, и луч насыщенного красного цвета прямо на лету испепелил бедное животное. Треть секунды – и конец. Вроде все в пределах ожидаемого, только вот Рафу с Этсу продолжали стоять и смотреть на коридор.

– Это было неожиданно, – произнес Рафу.

– Что именно? – нахмурился я.

– Раньше это была решетка, – ответила Этсу. – Лучи из пола, потолка и стен, которые еще и двигались туда-сюда. Никакого самонаведения.

– Объект продолжает обучаться, – сказал Рафу.

– Это автономная ловушка, – заметила Этсу. – Она не подключена к объекту.

– Наши предположения, не более, – отмахнулся Рафу.

– Может, тут только генератор автономен, а сама защита – часть общей системы? – спросила Этсу.

– Очень может быть, – ответил Рафу.

– Зачем вы вообще крысу использовали, если все равно камонтоку собирались задействовать? – вклинился я в их разговор.

– Потому что могло быть все что угодно, вплоть до отключения защиты, – ответила Этсу, продолжая изучать освещенный фонарями коридор. Потом повернула ко мне голову и спросила: – Что вообще за идиотский вопрос? Ты нас слышал? Защита изменилась, и об этом лучше знать, чем не знать.

Ну да, сглупил. Правда, и сдаваться я не намерен.

– У тебя крыс не хватит в каждый коридор их кидать, – произнес я. – А нам вообще плевать, как именно работает защита.

– Археолог из тебя так себе, – покачала головой Этсу. – Защита может измениться как угодно. То есть понятно, что не как угодно, но пределов этих изменений мы не знаем. Представь, что вместо самонаводящегося лазера коридор перекроет стена.

– А потом еще одна, но уже за моей спиной, – добавил Рафу. – И, собственно, все, я просто помру там от голода.

Черт, и не поспоришь с ними. Не с моими знаниями, во всяком случае.

– Как скажете, – согласился я и поднял руки, признавая их правоту.

– Если с разговорами покончено, – начал Рафу и, приподняв плечи, резко их опустил, – тогда я пошел, – прогудело пламя элементаля.

Секунда, другая, и слегка наклонившийся вперед Рафу срывается на бег.

– А вот это вот точно нормально? – махнул я в сторону коридора.

– Это как минимум интересно, – ответила Этсу. – Но не мой профиль. Я археолог, а не неоэнергетик.

– Поясни, – вздохнул я.

Дело в том, что, пока Рафу бежал, на него не среагировал ни один лазер. Он просто пробежал по пустому коридору, освещая его пламенем тела.

– Защита Древних реагирует на живые объекты, – произнесла Этсу. – И то, почему она не среагировала на камонтоку Рафу, должны изучать совсем другие ученые.

То есть в состоянии элементаля Бунъя – скорее энергетические сущности, а не живые люди. При этом спокойно переходят из одного состояния в другое. Забавно.

Добравшись до другого конца коридора, Рафу отключил камонтоку и пропал из нашего поля зрения. Мы-то со своими фонарями могли лишь коридор осветить и небольшое пространство за ним, а Рафу ушел куда-то влево. Отсутствовал папаня семь минут, после чего вновь появился в проходе коридора.

– Отключил! – крикнул он. – Кидай крысу!

Что Этсу и сделала. Достала очередного зверька и кинула его в коридор. Правда, удержать луч фонаря на очумелом от такого обращения животном долго не смогла. Поводила фонарем туда-сюда и пожала плечами.

– Вроде все хорошо, – сказала она.

– Вроде все хорошо! – крикнул с той стороны Рафу. – Оставайтесь на месте!

После чего осторожно протянул вперед руку. Немного подождал, после чего так же осторожно зашел в коридор.

– Авантюрные же вы создания, Сакураи, – хмыкнул я.

Все понимаю, зайти в коридор все равно было нужно, но – после одной крысы?!

– Кто бы говорил, – ответила Этсу. – В твоих жилах, если ты не забыл, течет и наша кровь. И судя по тому, что я знаю, в тебе авантюризма не меньше. Или безбашенности, тут как посмотреть.

К нам подошел живой и невредимый Рафу.

– До последнего опасался, что что-то произойдет, – произнес он.

Наверное, после многих лет поисков объекта и фиг его знает скольких неудачных попыток пройти коридор я бы тоже до последнего ожидал какой-нибудь подлянки от судьбы.

– Да уж, – покачала головой Этсу. – Мне тоже как-то не верится, что мы… Ладно, пойдем. Неизвестно, что еще нас впереди ждет.

– По идее, – сказал Рафу, закидывая на плечо сумку, – нас ждет всего пара коридоров.

– Это если мы с направлением не ошиблись, – заметила Этсу.

– Да вроде все верно, – произнес неуверенно Рафу.

– Надеюсь на это, – вздохнула Этсу, также закидывая сумку с крысами на плечо.

Я же молча подобрал свою поклажу и пошел вслед за родителями.

Забегая чуть вперед, нам и правда оставалось пройти всего два коридора, но перед каждым мы задержались на полчаса. Кидали крыс, пускали небольшого дрона, взрывали светошумовые гранаты, Рафу врубал камонтоку и гонял по коридорам… В общем, Сакураи старались проверить безопасность проходов всеми доступными им методами. Даже кусок мороженого мяса в проход кидали. Им, конечно, лучше знать, но выглядело это все довольно забавно. Причем проходы проверял Рафу, и было это относительно быстро, а так долго шли мы из-за Этсу. Дело в том, что скелеты стали встречаться нам гораздо чаще, чем раньше. Можно сказать, что они валялись буквально повсюду, и, в отличие от тех, что были до коридора с защитной системой, эти скелеты не были обобраны Сакураями. То есть были увешаны различными артефактами. Кольца, амулеты, что-то вроде кастетов. Тут и там валялись мечи, ножи, копья, кирасы, шлемы, диадемы… Встречалось даже что-то похожее на огнестрельное оружие. Короче, Этсу натурально залипала у каждого скелета. Мне даже пришлось пару раз одергивать ее, когда она начинала тянуть свои руки к очередному артефакту. Я бы этого не делал, но Рафу еще в начале очень строго напомнил ей, что трогать незнакомые артефакты весьма опасно. Заодно попросил меня присмотреть за «этой фанатичкой» – его слова. В целом складывалось ощущение, что именно здесь, точнее, после лифтовой шахты, состоялось генеральное сражение нападающих и защитников. Правда, понять, кто из скелетов нападающий, а кто защитник, не представлялось возможным. Это уже слова Этсу. А вот у меня, глядя на положение скелетов, создавалось впечатление, что все они являлись защитниками. И если это так, то объект атаковали Древние. Причем лично. Боги… Боги спускались на землю ну очень редко, и вряд ли бы они сделали это ради какой-то лаборатории. В ином случае хоть одного нападающего защитники уничтожили бы. Я могу ошибаться, тут и правда не поймешь, кем был тот или иной скелет, но… Дурацкое какое-то чувство, если честно. Не могу отделаться от мысли, что у нападающих потерь не было.

Да и ладно. В общем, никакой активной защиты нам больше не встретилось, и в какой-то момент мы все-таки добрались до цели нашего похода. Даже у раздраженной, оторванной от своих разлюбезных артефактов Этсу настроение резко повысилось. Во всяком случае, ворчать она перестала.

В каком-то смысле это тоже был коридор, но гораздо более широкий, чем остальные, и с тупиком в конце. А по обе стороны этого коридора зияли темные провалы дверных проемов. Тот самый склад Древних, приспособленный людьми для хранения различных ценностей.

– Я тут подумал, – нарушил я тишину, – в Хранилище Фудзи что-то около сорока ячеек для хранения. Одна ячейка – один род. Не маловато ли для целой страны? Или Хранилища – только для избранных?

– И это тоже. Но Японии в этом вопросе так или иначе повезло, – ответила Этсу, водя лучом фонаря из стороны в сторону. Впрочем, мы с Рафу делали то же самое. – Хранилище Фудзи – это бывший объект строителей, и там гораздо больше таких вот складских помещений. А это объект ученых, и тут склады очень маленькие.

– Именно такие склады, с отдельными камерами, – добавил Рафу. – Огромные склады в классическом смысле есть на всех объектах. Но что там хранили, никто не знает, – и несколько тише, скорее сам для себя, добавил: – Да и склады ли это, если уж на то пошло.

– Света бы сюда побольше, – произнес я.

– Дело привычки, – бросил Рафу и направился к ближайшему дверному проему. С левой стороны. Так-то эти проемы симметрично расположены, но Рафу стоял слева от меня, и ближе к нему был именно левый проем.

Комната, в которую мы вошли, по размеру была плюс-минус такой же, как и ячейка Аматэру в Хранилище Фудзи. Три луча фонаря прошлись по помещению, освещая полную разруху. Видимо, многое лежало на полках деревянных шкафов, которые со временем просто развалились, так что различные предметы валялись вперемежку с остатками мебели.

– Маловато здесь что-то вещей, – заметил я.

– Маловато? – глянула на меня Этсу. – А, ну да, ты же у нас Аматэру. У вас, скорее всего, комната под завязку забита.

Все может быть, но факт остается фактом – здесь вещей не так уж и много. По краям стен что-то там навалено – и все. В Хранилище Фудзи мне казалось, что наша ячейка не такая уж и большая, а здесь как бы даже наоборот. Причем в реальности они… Ну да, в реальности у них примерно одна площадь – квадратов восемнадцать – двадцать.

Задержались мы там недолго – Этсу хватило пяти минут, чтобы пройтись вдоль стен, время от времени трогая тот или иной артефакт ногой, после чего она молча вышла из комнаты.

– Совсем ничего интересного? – спросил я.

– Скорее всего, интересного там много, – ответила она. – Просто надо с каждым артефактом отдельно заниматься. А вот чего-то очень интересного, что сразу бросается в глаза, там нет.

В следующей ячейке Хранилища ситуация повторилась. Там тоже было не так уж и много вещей, и ими Этсу не заинтересовалась. И в следующей ячейке. И в следующей. Разве что в пятой немного задержался Рафу, рассматривая какой-то меч, смахивающий на китайский цзянь, только без гарды.

– Что скажешь? – обратился он к жене.

Присев рядом с ним на корточки, Этсу произнесла:

– Что-то связанное с пробитием щитов и… скоростью?

– Или молнией, – добавил Рафу. – Тебе бы он подошел.

– Я и с ним буду паршивым бойцом, – усмехнулась она.

– Так-то оно так… – протянул Рафу. – Ладно, пошли дальше.

В шестой и седьмой ячейке… Короче, что-то интересное мы обнаружили только в одиннадцатой, и это были не артефакты. Помещение вообще было довольно пустым, артефакты валялись лишь в одном углу, а основное пространство комнаты занимали три штабеля металлических пластин. И если золото и серебро я определил с ходу, то вот с третьим металлом у меня возник затык. То ли бронза, то ли медь, то ли дилетит. Этсу тоже стояла и с недоумением смотрела на неизвестный металл, а вот Рафу явно был сильно удивлен.

– Ты ведь в курсе, что это? – спросил я его.

– Это дилетит, Син, – ответил он таким тоном, будто я что-то глупое сказал.

– У дилетита другой оттенок, – заметил я.

– Ты что, никогда не видел заряженный дилетит? – спросил он. – Впрочем, не отвечай, и так все понятно.

Заряженный? Я новым взглядом окинул нашу находку. Золота здесь тонны две, серебра чуть больше, а вот дилетита… Подойдя к штабелю металлических пластин, взвесил одну из них в руке. Легкая. То есть тут где-то пара сотен килограммов. Впрочем, штабель дилетита и по размеру уступал первым двум. Но все равно – двести килограммов заряженного дилетита! Мамма мия! Даже у Аматэру… Хотя не очень пример, мои предшественники его активно тратили, в том числе и в качестве даров. В общем, два килограмма заряженного дилетита – сокровище для любого клана, а тут две, мать его, сотни! Что ж, воистину сокровище.

Как я уже говорил, Хранилище представляло собой широкий коридор, оканчивающийся тупиком, и нечто валяющееся у стены этого тупика мы заметили еще на десятой ячейке, и только на пятнадцатой, а их с каждой стороны по двадцать, наши фонари четко показали, что это скелет. Этсу, когда это обнаружила, даже на месте замерла, а потом быстрым шагом направилась в его сторону, а когда остановилась рядом с костяшками, от нее нетерпением пыхнуло с такой силой, что даже такой недоэмпат, как я, почувствовал. Это не могло меня не заинтриговать, так что, подойдя к ней, я тоже уставился на мертвеца.

И это был не человек.

– Что за на фиг? – пробормотал я.

– Это останки Древнего, Синдзи, – ответила Этсу. – Это, чтоб его, скелет самого настоящего Древнего.

Более тонкие кости, более широкие ребра и меньшее их количество, отсутствие нижней челюсти. Вместо нее у черепа Древнего там, где у людей рот, было узкое отверстие. Да и в целом строение скелета сильно отличалось в мелочах от человеческого. Никакой одежды, даже остатков, и всего один артефакт, валяющийся рядом с левой рукой.

– Это ведь картина, да? – спросил я.

– Скорее всего, – ответила Этсу. – Причем место активации золотого цвета, то есть что-то, связанное с секретностью. Очень, очень интересно, но сначала давайте закончим с Хранилищами.

И мы пошли обследовать Хранилище дальше.

Лично для меня интереса не представляло ничего из того, что я увидел. Ну, кроме дилетита. И дело даже не в том, что я не пользуюсь бахиром, просто я не разбирался в увиденном. Ну валяется куча разных предметов, порой совсем непонятного предназначения, и что? Мечи, ножи, кольца, браслеты, наручи… Все это я и раньше видел, в Хранилище Фудзи у Аматэру тоже чего только не лежит. А вот Рафу с Этсу то и дело зависали рядом с каким-нибудь артефактом и порой минут по десять его обсуждали. Мне больше эти обсуждения были интересны, чем все остальные артефакты. А тут ведь наверняка и что-то от Ушедших было. Но, опять же, определить, что есть что, я не мог. Кстати, золото с серебром встретилось нам еще в двух ячейках, а вот дилетита, тем более в таком количестве, не было. Что в общем-то и понятно – подобные вещи, способные увеличивать силу твоих техник, лучше держать при себе, а не в Хранилище.

В очередной, уже двадцать пятой ячейке Этсу все-таки раскопала что-то интересное. Поначалу они с Рафу разошлись по разным углам, а я, как всегда, остался стоять в проходе.

– Рафу! – крикнула она. – Рафу, бегом сюда! Быстрее!

Подскочивший к ней Рафу так же, как и она, опустился на одно колено, светя на то, что Этсу держала в руках с фонарем. Ко мне оба находились спиной, так что я не видел, что же она там нашла, отчего пришлось подойти к ним вплотную.

– Поверить не могу, что это она, – услышал я голос Этсу на полпути. – Это ведь она, Рафу? Я ведь не ошибаюсь?

– Если меня глаза не обманывают, то да. Это она, – ответил он.

– Что вы тут нашли? – подошел я к ним.

Это была маска. Белая, словно из кости, на которой были едва заметны выгравированные звезды. Десятки звезд по всей маске.

– Ты в курсе, с чем именно Древние сравнивали вечность? – спросила Этсу, не отрывая взгляда от маски.

– Без понятия, – ответил я.

– Со звездами, – сказала Этсу. – Именно звезды олицетворяли у Древних вечность.

– И? – поторопил я ее.

– Это Маска Вечности, Синдзи, – объяснила она тихо. – Артефакт, овеянный сотнями, если не больше, легенд по всему миру. Про фильмы и сериалы я вообще молчу – нет-нет, да появится какой-нибудь злодей или мудрый учитель с этой маской.

Твою же ж мать…

– Та самая маска, позволяющая жить вечно? – спросил я на всякий случай.

– Это для обывателей, – произнесла она, так и не повернувшись ко мне. Собственно, Рафу тоже не отрывал взгляд от артефакта. – А ученые-историки давно знают, что больше тысячи лет она не даст. Но даже тысяча лет…

Твою же ж мать еще раз! Ведь чуял, что не просто так они вставили пункт о приоритете в выборе артефактов, но чтобы здесь валялась настолько легендарная вещь, даже я не ожидал.

– Вы ведь знали, что она будет здесь, так? – проворчал я.

– Нет, – все-таки повернулась ко мне Этсу. – Не знали. Даже не предполагали. Если честно, я вообще думала, что она где-то в Китае затерялась. Но это не важно. Ты ведь не забыл условия договора?

– Да, да, – отмахнулся я. – Приоритет в выборе трех артефактов. Чтоб вас…

– А я вот, например, не уверен, что она нам нужна, – заметил Рафу.

– Ты с ума-то не сходи, – произнесла слегка удивленная Этсу. – Как это – не нужна?

– На этой вещице столько крови, что… – начал Рафу, но запнулся. – Слишком часто Маска Вечности меняла хозяев, слишком часто из-за нее начинались настоящие войны. Она буквально генерирует боль, смерть и предательство. И зачем нам эта бомба замедленного действия?

– Не волнуйся ты так, – улыбнулась Этсу. – Сейчас совсем не те времена, что прежде. Да и если о ней никто не будет знать, то и проблем не возникнет. Синдзи, конечно, может нас подставить, – произнесла она с ехидством в голосе, при этом покосившись на меня, – но ведь и мы молчать не будем. Ему невыгодно распространяться о маске.

– Не знаю…

– Все, хватит, – произнесла она решительно. – Оставляем ее себе. Или мы не Сакураи? Справимся.

Судя по неуверенному выражению лица Рафу, Этсу его не убедила, но и спорить он с ней не стал. Я же еще минут тридцать корил себя и чертыхался, да и потом, подуспокоившись, не мог избавиться от чувства сожаления. Такую вещь профукал! Атарашики маска ой как пригодилась бы.

Сходив в начало коридора, Этсу положила артефакт в свою сумку, и лишь после этого мы продолжили изучать Хранилище. В принципе, ничего интересного родители больше не нашли. Разве что Этсу вытащила из хлама еще какую-то маску, изрисованную красными знаками Древних, и, покрутив в руках, водрузила ее себе на макушку, благо артефакты данного типа в буквальном смысле слова магнитятся к человеку. Во всяком случае, волосы на голове этому не помеха.

– Не знаю, что она дает, – произнесла она, – но это маска, так что в любом случае что-то интересное.

Судя по тому, что бежать к сумке и прятать артефакт она не стала, действительно не знает. Хотя в тот момент я пожалел, что не активировал чувство лжи, после чего исправил данное недоразумение. А то что-то я совсем расслабился. Про маску уточню, когда трофеи делить будем, сейчас Этсу своим недоверием лучше не тревожить.

После того как мы обошли все ячейки, Сакураи направились к скелету Древнего, и первое, что сделала Этсу, это подобрала рамку картины Древних, усевшись рядом с останками на колени.

– Интересно, что здесь вообще делал Древний? – поинтересовался я.

– Без понятия, Син, – ответил Рафу. – Возможно, что передача объекта людям не подразумевала, что хозяева оттуда уйдут.

И кстати, Древнему, как и многим другим на этом объекте, банально отрубили голову. Других повреждений я не увидел.

В этот момент Этсу активировала артефакт. Рафу стоял сбоку от нее, я позади, так что перемещаться, чтобы увидеть, что показывает картина Древних, никому не пришлось. А посмотреть там было что. Во-первых, это была, скорее, запись, причем этого самого места. А во-вторых, присутствовал звук.

Запись велась из-под потолка в углу тупика и показывала нам коридор Хранилища, только хорошо освещенный. Недалеко от стены, собственно, там, где мы сейчас находились, стоял Древний, одетый в серый, под цвет стен объекта, комбинезон. Черные волосы, голубая кожа, лица видно не было, так как стоял он спиной к… пусть будет к камере. В левой руке держал ту самую картину, которая сейчас показывала нам данный фильмец. В пяти метрах от него, перекрывая весь коридор, мерцал красноватый энергетический щит. С другой стороны коридора вместо прохода, через который мы сюда попали, была монолитная стена.

Вот Древний что-то произносит на своем языке, который больше на мычание похож, а через пять секунд в противоположной стороне коридора прямо из воздуха появился человек. Знакомое перемещение. Человек был одет в черные облегающие штаны, черные сапоги и черную безрукавку на голое тело. Ну и волосы у него были тоже черные и коротко стриженные. Подойдя к щиту, он остановился. Короткий диалог, на этот раз на вполне человеческом языке, который даже был чем-то знаком, видимо, древняя вариация японского, и человек сделал шаг вперед. Небольшое мерцание, и вот он уже оказался с другой стороны щита и направился к Древнему. Продолжая движение, человек достал из воздуха меч, на вид обычный гладиус, и подошел к Древнему вплотную. На фоне человека заметно, насколько у Древнего субтильное телосложение. Еще один короткий диалог, и человек смахнул Древнему голову. Пять секунд он стоял над трупом, после чего что-то сказал и, развернувшись, медленно пошел в сторону выхода. На моменте, когда он вновь преодолевает щит, запись закончилась, и артефакт начал прокручивать схематичный образ Земли.

Первым молчание нарушил я:

– На каком языке они говорили?

– На старояпонском, – ответил Рафу.

– Кто это был, Рафу? – спросила Этсу, глядя на него. – Ты ведь можешь перевести, о чем они говорили?

– Там… все не особо информативно, – пожал он плечами. – Но да, могу. А кто это был… Не знаю. Теперь я вообще не понимаю, что здесь произошло.

– Переводи давай, – потребовала Этсу и протянула ему артефакт.

Она явно пребывала в нетерпении.

Переводить сразу он не стал, а еще три раза прокрутил запись, благо для этого требовалось всего лишь активировать «картину». И лишь на четвертый начал синхронный перевод. Что сказал Древний в самом начале, Рафу не знал, но Этсу на это махнула рукой. Далее шел первый диалог, когда человека и Древнего еще отделял щит.

– Не стоило тебе их убивать, – произнес человек.